Главная Обратная связь

Дисциплины:






Часть 5. Такое разное счастливое окончание



Глава 20.Как это бывает: наука и действие

 

— Что ты здесь делаешь? — все, что я могла произнести, увидев Марка на пороге своего особняка.

— Приехал к тебе, — ответил Марк.

— Зачем? — Более глупого вопроса нельзя было придумать.

— Соскучился без своего рыжего бесенка! Варя, ты впустишь в дом или будешь меня держать на улице холодного и голодного. — Марк склонил голову, раскаиваясь во всех грехах

мира.

— Входи! — смилостивилась я.

— И даже накормишь бедного путника? — Марк явно пытался сыграть на моем мягкосердечии.

— Накормлю твоим любимым борщом. Я сегодня решила его поучиться варить! Почему-то у французской кухарки он совсем другого вкуса, — пожаловалась я.

— Не хватает русского духа, — выдвинул Марк гипотезу, входя в дом. — Ого! — восхищенно произнес он, осмотревшись. — Как уютно и красиво! Ты приглашала архитектора или все делала сама?

— Вместе. Где не хватало его знаний, хватало моего вкуса, и наоборот. Во мне много всяких талантов, — добавила я.

— Не сомневаюсь! — сказал Марк.

— Извини, но я не поняла, зачем и надолго ли ты приехал, — продолжала я его пытать.

— Ты читала русские сказки? Сначала накорми, спать уложи, а потом выспрашивай, — с укором приструнил Марк.— Кто-то обещал вкусно меня накормить, — напомнил он.

 

— Кто-то обещал меня вкусно накормить, — было первое, что я услышала от Матвея, когда он позвонил! «Неужели мой план сработал, видно, фотографии столь явно показали, что я с другим мужчиной, что это подействовало», — заликовала я.

— А что, кто-то оголодал? — спросила я.

— Да, причем во всех смыслах! — ответил Матвей. — Мне бы хотелось с тобой о многом поговорить! Поэтому теперь я тебя приглашаю на неделю в путешествие.

— В путешествие? Но я же собираюсь замуж через два месяца!

— Как раз об этом я и собираюсь с тобой поговорить, — Матвей бывал настойчив, когда хотел что-то получить, как, впрочем, и все мужчины. Я думаю, что в тот момент, когда женщины перестанут придумывать оправдания бездействию мужчин, они перестанут страдать от неразделенной любви.

— Да, я заказал яхту в Хорватии — мы уезжаем через неделю. Я пришлю тебе билеты курьерской почтой. Встретимся в аэропорту. Я прилечу из Москвы и сразу приеду в Пулково,— отдавал распоряжения Матвей тоном, не предполагающим возражений.

— Подожди! Я только что вернулась из Шамани! А работа? Меня же уволят! — формально сопротивлялась я.

— Давно пора тебя уволить! — пошутил Матвей.

— Я обиделась! А что, на яхте придется готовить? — уточнила я, уже внутренне согласившись.

— Да, с нами будет только шкипер, и все, так что я буду рыбачить, а ты готовить. Все по-взрослому. Я бы хотел провести с тобой неделю, чтобы понять, сможешь ли ты провести со мной всю жизнь, — вдруг тихо сказал Матвей и положил трубку. Я сидела, открыв рот.



 

— Я бы хотел провести с тобой неделю, чтобы понять, сможешь ли ты провести со мной всю жизнь, — тихо прошептал Марк. Борщ был съеден и по достоинству оценен. Мы перешли из столовой в гостиную и расположились около камина. Огонь напоминал нашу последнюю ночь в охотничьем домике. Марк сел в кресло и, посадив меня к себе на колени, обнял. «Состояние девочки», — машинально отметила я про себя. «Привлекает королева — женятся на девочке», — вспомнила я слова тетушки. И, повернувшись к Марку, удивленно на него взглянула.

— Знаешь, я привык жить один. И мне трудно представить, что кто-то будет со мной днем и ночью. Я мучился три месяца и все же понял, как мне тебя не хватает. Я готов сделать попытку стать мужем, если ты согласна! — Было видно, что каждое слово выстрадано и продумано. Я внутренне замерла и уточнила:

— Это предложение или заявление о намерениях?

Не ответив, Марк начал меня страстно целовать. «Завтра же пошлю тетушке телеграмму с вопросом», — решила я и отдалась поцелуям. «Вот что значит совпадение энергий», — промелькнула мысль, поцелуи с Шарлем не оказывали на меня такого влияния. Скорее, меня от них подташнивало, а поцелуи Марка заставляли трепетать каждую клеточку тела и желать еще большего. Мы набросились друг на друга, как изголодавшиеся, и все не могли насытиться. В какой-то момент взгляд Марка упал на рояль. Перехватив этот взгляд, я замотала головой:

— Нет!

— Да! — сказал Марк и положил меня на рояль. Я, смеясь, пыталась отбиваться, но тщетно. Ощущения были непередаваемые!

— Какой ты выдумщик! — все еще смеясь, сказала я. — Это ужасно!

— Почему ужасно? — не понял Марк.

— Когда я буду старенькой и придет антиквар покупать мою мебель, я не смогу расстаться ни с одной вещью, каждая будет напоминать о наших занятиях любовью. И даже рояль!

— А что еще осталось неохваченным? — поинтересовался Марк, оглядывая гостиную. — Я чувствую себя самцом, который должен пометить территорию, чтобы никто больше на нее не претендовал! — заявил Марк, гордо встав посреди комнаты. Зрелище было презабавное. Я опять расхохоталась.

— Ты всегда заставляешь меня смеяться! — все, что я могла сказать сквозь смех.

— Я рад! Побеждает тот, с кем женщине легко и весело! Так что у меня есть шанс! — Тут, видно, Марку пришла какая-то мысль, и он вопросительно посмотрел на меня: — А у меня действительно есть шанс или появились другие претенденты?

— Конечно, появились. У красивой женщины всегда много поклонников, но ее сердце принадлежит лишь одному,— уклончиво ответила я.

— Надеюсь, что мне! — полуутвердительно и полувопросительно сказал Марк.

— Надежда умирает последней! — все, что ответила я.

 

— Надежда умирает последней! — ответила я на вопрос Матвея, есть ли у него надежда на обед. Я лежала на палубе яхты, нежась под теплыми солнечными лучами. Матвей пощекотал мой голый живот и пробормотал, что он заслужил обед.

— Я и не знала, что ты такой обжора, — пожурила я его.

— Я не обжора, а добытчик, — обиженно сказал Матвей, демонстрируя только что пойманного осьминога.

— Я же не знаю, что с ним делать! — с ужасом произнесла я.

Прошло уже два дня с начала нашего путешествия, мы вели себя как счастливая семейная пара, приехавшая в отпуск, и не касались темы моего придуманного замужества. Я решила подождать, что предпримет Матвей, и не заводить разговор о наших отношениях, а просто наслаждаться красотой Средиземного моря и городков, разбросанных на островах.

Но бездельничать времени особо не было. Мне пришлось вспомнить все свои кулинарные знания и честно готовить завтрак, обед и ужин. Хорошо, что на яхте все было приспособлено, и к концу первого дня я освоилась с крохотным камбузом.

 

Только блины никак не хотели жариться на сковородке, и на ближайшей остановке мы торжественно купили новую сковородку. Идя из магазина, нагруженные пакетами с едой, сковородкой и свечками, я подумала, что Матвей решил протестировать в боевых условиях, как я справляюсь с ролью хозяйки. «Что же, постараюсь сыграть эту роль виртуозно», — пообещала я себе.

 

«Что же, постараюсь сыграть эту роль виртуозно», — пообещала я себе, прочитав тетушкину телеграмму. В ней было только три слова: «Играй роль хозяйки!» И я стала лихорадочно вспоминать, что ждет мужчина от женщины в роли хозяйки. Вспомнила озеро и девушку в желтом костюме и ее слова: «Владей телом мужчины, как ты владеешь этим кристаллом». Я села, расстроенная, но тут раздался звонок, и взмыленный курьер привез от тетушки пакет. Там было письмо.

«Милая моя девочка, если ты получила мою телеграмму, то, наверное, поняла, что Марк ждет от тебя роли хозяйки. Что же, придется вспомнить все сенсорные доминанты мужчины. Помни, что сенсорные предпочтения закладываются в первые годы жизни и очень глубоки. То, что видит мужчина, что он чувствует, как его ласкает мать, как она пахнет и чем пахнет дом, что он слышит, — все записывается в подсознание. На этом уровне ты уже никогда не поменяешь представлений мужчины, он будет воссоздавать вокруг себя мир, привычный с детства. И все, что ты можешь сделать, — как можно точнее скопировать этот мир, собрав информацию. Мы уже говорили с тобой об этом, но я решила еще раз все резюмировать, чтобы тебе было легче. Итак, пять органов чувств — зрение, осязание, обоняние, вкус и слух. Через них и мы, и мужчина познаем мир, но у мужчины немного другие приоритеты. Разберем их поподробнее.

Первое — зрение. То, что видит мужчина вокруг себя, должно соответствовать его ожиданиям: обстановка, предметы и образ женщины. Образ женщины — цвет ее волос, ее прическа, стиль ее одежды, макияж и ее обувь. Женщины замечают детали, мужчины видят целое, и это целое должно быть гармонично и продумано. У каждого мужчины есть свой образ идеальной женщины, нужно узнать его и соответствовать ему.

Любой мужчина на первых порах пытается „встроить" женщину в свой идеальный образ, что-то советуя или покупая ей, иногда критикуя ее выбор, и если женщина в борьбе за женскую независимость отказывается следовать пожеланиям мужчины, то мужчина меняет женщину, но не свои представления. Однако он готов поменять свой образ под твоим чутким руководством. Поэтому и просит тебя помочь ему выбрать рубашку, галстук, костюм. Некоторым мужчинам хочется, чтобы за их внешним видом кто-то следил. Делай это очень корректно, постарайся подбирать ему красивые и дорогие вещи. Холеность мужчины — часто заслуга его жены. И мужчина благодарен ей за это. Помни, что мы лучше разбираемся в деталях, так что прояви свой вкус и помоги мужчине с выбором. Но мягко советуй ему, а не диктуй, не навязывай. И не покупай ему веши на свои деньги до тех пор, пока он не станет твоим мужем. Не становись „мамочкой".

 

Второе — осязание. Мужчины нуждаются в прикосновениях и познают мир через прикосновение. Им надо прикоснуться к тому, что они видят, чтобы понять, насколько им это подходит. Для мужчины увидеть — значит потрогать. Но с другой стороны, они жаждут прикосновений женщины, поэтому „лучший способ удержать мужчину — не выпускать его из объятий".

Проходя мимо, не забывай нежно провести рукой по известному только тебе особому местечку на теле мужчины и поцеловать. Каждое утро надо начинать не с формального чмока в щеку, а с настоящего французского поцелуя, длящегося не менее семи секунд. Поцелуй оберегает мужчину от неприятных происшествий и от притязаний других женщин. Целуя мужчину утром, ты словно включаешь его в свой энергетический контур, и он становится менее досягаем для других женщин. И раз в неделю необходимо радовать мужчину массажем. Если это не делает любимая женщина, мужчина вынужден искать прикосновения на стороне. Тело жаждет прикосновений. Особенно у современных мужчин — тактильный голод, недостаток ласки.

Третья доминанта — обоняние. Запах любимой женщины невыразимо приятен, но иногда мы сами заглушаем свой запах неправильным выбором духов. Поэтому позволь мужчине выбрать для тебя духи, но в то же время никому не говори и не показывай, какой запах его привлекает. Аромат оказывает сильнейшее воздействие, и нужно быть очень осторожной, чтобы другая женщина не могла воспользоваться этим знанием и не увела твоего мужчину.

Гак же важен и запах пространства — дома. Мужчины более чувствительны к запахам, чем женщины, и для них неприятны запахи готовящейся еды. Поэтому мужчины так не любят кухни. Хороню, когда есть столовая, где он может насладиться вкусом приготовленных блюд. Единственный запах, рождающий сексуальное желание, — запах ванили. Поэтому постарайся во всю выпечку добавлять ваниль.

И не забудь, что самый неприятный для мужчин запах — запах старости. Все должно дышать свежестью и чистотой. Не храни старые вещи и не приглашай мужчину навестить старых родственников. Наполняй свой дом свежестью и солнцем и раз в гол вывешивай вещи прожариться на солнышке. Свет уничтожает запах старости, поэтому постарайся наполнить свой дом ярким светом.

Четвертая доминанта — вкус. Не корми мужчину тем, что он не любит, даже если это полезно для здоровья. Если мужчина любит борщ, стань виртуозом по его приготовлению. Помни, что он ищет вкус, привычный с детства. Поэтому несколько советов от его матушки отнюдь не помешают. Лучший комплимент мужчины: «Ты готовишь так, как моя мама». Может быть, он полюбит то, что любишь ты. Но не надейся на это, лучше выведай его любимые блюда и научись их готовить.

Пятое — слух. Пожалуй, здесь кроется основное различие между мужчиной и женщиной. У женщины слух на втором месте. Поэтому женщины — существа, которые любят поговорить, когда им радостно и когда им грустно. Они хотят поделиться со всем миром своими мыслями и тем, что делали в течение дня.

Но у мужчины слух на последнем месте. Он не может внимательно слушать женщину дольше чем двадцать секунд. Это не значит, что ему неинтересны наши переживания, мечты и повседневные дела. Просто в силу особенностей своего мозга мужчина перестает воспринимать нас через двадцать секунд. Поэтому на вопрос „Как прошел день, дорогая?" все, что ты можешь ответить: „Замечательно дорогой, а у тебя?" И внимательно слушать мужчину. Любой мужчина желает быть выслушанным. Поэтому слушай его раскрыв рот, не отвлекаясь на приготовление еды, уборку дома и другие текущие дела. Иначе мужчина найдет другие уши, внимающие каждому его слову. Единственное, что мужчина не устает слушать никогда,— это комплименты. Восхваляй его достоинства, но не мнимые (иначе это будет лесть), а реальные, и ты всегда найдешь тему для разговора.

Милая моя девочка, вот краткое изложение того, что ждет мужчина от тебя в роли хозяйки. Он ждет от тебя заботы о нем, но именно в том виде, в каком эта забота значима для него. Поэтому, еще раз повторюсь, чем больше ожиданий мужчины ты будешь знать, тем тебе будет легче стать женщиной его мечты.

Я знаю, что сейчас, когда ты читала мои слова, многое в тебе протестовало. „Почему я должна подстраиваться под него, почему я должна уступать, готовить его любимые блюда, носить то, что ему нравится, пользоваться теми духами, которые он выбрал, делать ему массаж? А кто же будет заботиться обо мне и где же моя индивидуальность?" — спрашивала ты себя. Твоя индивидуальность проявляется в другом. На физическом уровне ты актриса и просто меняешь наряды, не меняя себя. Воспринимай это как костюмы и декорации той эпохи, в которой тебе предстоит сыграть. В том, как ты сыграешь, и проявится твоя индивидуальность, а не в том, во что ты одета в данный момент и какое блюдо перед тобой. Но именно на физическом уровне так важно дать мужчине то, что он просит. И он подарит тебе за это весь мир. Согласись, не такая высокая цена — уступая в малом, выиграть большее.

Будь мудрой, и мужчина навсегда останется в твоих руках. Целую, моя девочка, и надеюсь на встречу в июне. Софья Николаевна .

Я держала в руках тетушкино письмо и постепенно ко мне стали приходить новые идеи, чем заняться в ближайшие дни.

 

Ко мне стали приходить новые идеи, чем заняться в ближайшие дни. Как хорошо, что я захватила прабабушкин дневник. Я решила в оставшиеся четыре дня идеально сыграть роль хозяйки. Вкусно кормить пока мне явно удавалось, а вот создание образа, выбор запаха, прикосновение и умением слушать я как-то упустила из виду. И я решила срочно наверстать упущенное. Начать... с образа.

— Матвей, где мы причалим в этот раз? — спросила я его.

— На острове Бранч, там очень красивый городок с маленькими магазинчиками, думаю, нам понравится, — ответил он, доедая салат из осьминога, приготовленный мной под руководством шкипера. — Знаешь, а ты вкусно готовишь. И главное, быстро, вроде все время со мной, а обед уже на столе. Может, тебе морские духи помогают. За три дня я успел привыкнуть завтракам, обедам и ужинам.

— Я рада, можем открыть ресторан, я буду готовить, а ты добывать осьминогов и ракушки и ловить рыбу. Что-то в атом есть первобытное! — ответила я как можно мягче, хотя в душе у меня все бурлило от негодования. Как будто у меня был выбор— посредине Средиземного моря особенно не покачаешь права. Могут оставить на необитаемом острове!

— Добывать мне больше нравится в магазинах. И выбор больше, и усилий тратишь меньше. Думаю, завтра мы этим и займемся! — сказал Матвей.

— Я предлагаю завтра на острове поменяться ролями, — предложила я.

— Как? — не понял Матвей.

— Давай я куплю тебе несколько вещей, которые подойдут тебе, а ты купишь то, в чем бы тебе приятно было видеть меня. У тебя есть особые пожелания?

— В принципе, я привык сам себе все покупать, но хорошо, — размышлял Матвей. — Я хотел купить белую рубашку с короткими рукавами. А что хочешь ты? — обратился он ко мне.

— Вряд ли мы найдем магазин с деловыми костюмчиками на побережье. Согласна на летний сарафан!—ответила я, пока на большее фантазии и наглости не хватало (сочиняла я на ходу).

— Мы будем вместе ходить или ты предлагаешь и разделиться? — Матвей, как истинный мужчина, хотел знать все детали.

— Предлагаю часик побродить отдельно, а потом пойдем на рыбный рынок, или наоборот. Сначала рыбный рынок, а потом — тряпочки. — Взяв бразды правления в свои руки, я начала давать распоряжения, но, спохватившись, произнесла коронную фразу: — Впрочем, как скажешь, дорогой, так и будет.

Матвей, явно польщенный, подвел итог:

— Сначала — рыбный рынок, потом — магазины, а сейчас— заплыв! — И не успела я опомниться, как мы уже барахтались в воде.

— Доплывем до того маленького островка! — И Матвей указал на ближайший островок. — Очень хочется позаниматься с тобой любовью на необитаемом острове. Почувствовать себя Робинзоном. — Он нежно поцеловал меня.

Островок действительно был пустынный и совсем крошечный. Хорватия — рай для влюбленных. На каждую пару найдется свой островок. Мы легли на песок, и тут я вспомнила про массаж.

— Чтобы ты почувствовал себя настоящим Робинзоном, сделаю тебе туземный массаж.

— Туземный? — Матвей был заинтригован.

— Да! Ложись на живот! — скомандовала я. И, вспомнив уроки в «Академии частной жизни», стала рисовать «зигзаги любви» на широкой спине, ведя от правого плеча до левого и по диагонали опускаясь вниз, захватывая бока, самые чувствительные места мужчины, и, подключая вдох, проводить ноготками вверх вдоль позвоночника. Пять таких движений, и Матвей уже стал постанывать от удовольствия.

Несколько круговых касании копчика — сосредоточения сексуальной энергии мужчины, и затем мои руки стали рисовать полукружия вокруг ягодиц и, вновь соединяясь, на вдохе подниматься вверх до копчика.

Вдох усиливает сексуальную энергию, и поэтому любое движение, если делается на вдохе, активизирует желание и у мужчины, и у женщины. Каждая женщина должна помнить, что можно все делать технически правильно, но без притока энергии это будут лишь механические движения.

Матвей явно чувствовал мою сексуальную энергию — он недолго оставался неподвижным и очень скоро начал проявлять инициативу.

Когда мы пришли в себя, Магией восхищенно посмотрел на меня и произнес:

— Как у вас, у туземцев, все серьезно! Надеюсь, после такого блаженства жертву не съедают!

— Нет, только засаливают в морской воде, — засмеялась я и, нырнув, поплыла к мирно покачивающейся на волнах яхте.

— Ради такого массажа не жалко и жизнь отдать! — заявил Матвей, нагнав меня.

 

— Ради такого массажа не жалко и жизнь отдать! — пробормотал довольный Марк, развалившись на кровати. — И кто же тебя этому научил?

— Тетушка! — скромно потупив глазки, ответила я. «Несколько движений творят с мужчиной чудеса, — пришла удовлетворенная мысль, — нужно всех девочек учить искусству эротического массажа. Как в Индии, где истинная женщина должна была владеть 64 видами искусства».

Начиналось субботнее утро с нежного массажа и со столь же нежного секса. Однажды тетушка почти четыре часа объясняла мне, что утренние ласки являются мощнейшим оружием. Именно утром мы можем завладеть мужчиной полностью.

Утреннее проявление его потенции — лучшая возможность удовлетворить и порадовать мужчину. Та, кто будет с мужчиной в этот момент и сможет утолить сжигающее его желание, и будет занимать его мысли весь день.

— Если ты хочешь, чтобы мужчина все свое желание дарил только тебе, никогда не отказывайся от любви по утрам, — твердила мне тетушка. — Если он, еще не проснувшись, тянется к тебе, ликуй — он твой. Если совсем нет времени, то просто поцелуй его, но не в губы, а в одно из его чувствительных местечек. Если ты хочешь, чтобы он принадлежал только тебе, начинай утро с любви.

Последовав ее совету, я начала субботнее утро с откровенных поцелуев и массажа.

— Где ты этому научилась? — подозрительно спросил Марк.

— Тренировалась на бананах! — сохраняя скромность, пояснила я.

— Да, с тобой не соскучишься! А с виду такая приличная дама! — улыбнулся Марк.

— По-моему, все в рамках приличий, — пожала я плечами, — хватит нежиться, вставай! Нас ждут великие дела! — шутя я стала сталкивать его с кровати.

Следуя тетушкиным советам, я решила дать ему шанс проявить свой вкус и обставить гостевые апартаменты и чуть-чуть поменять оформление гостиной. Марку польстило, что я обратилась к нему за советом, и он с радостью стал собираться со мной по магазинам.

Первые совместные походы по магазинам столь же интимны, как и первые поцелуи. Главное — не увлекаться и помнить, что мужчины хватает максимум на полчаса.

 

«Главное — не увлекаться и помнить, что мужчины хватает максимум на полчаса», — напомнила я себе.

Магазинчики с разной ерундой завораживали фантазией дизайнеров и разнообразием всяких миленьких вещичек, которые хотелось рассматривать. Конечно, в полчаса я не уложилась, но выбрать рубашку для Матвея все же успела. Встретившись через сорок минут в кофейне и любуясь яхтами, мы обменивались впечатлениями.

— Да, я нашел тебе сарафан, но мне кажется, тебе надо его померить, — вдруг вспомнил Матвей.

— Я отложила тебе рубашку, но тоже побоялась ошибиться с размером. Пойдем мерить!

— Да, хорошая идея! Думаю, начнем с рубашки, а то предполагаю, что выбор сарафанчика займет больше времени, — сказал Матвей, расплатившись за кофе и вставая.

Придя в магазин, я попросила продавца показать ту рубашку, которую я выбрала. Когда Матвей вышел из примерочной показаться нам, мы с продавцом ахнули. То ли особый крой, то ли особый оттенок цвета, но рубашка делала Матвея безумно сексуальным.

— У вашей жены великолепный вкус, — похвалил мой выбор продавец.

— Да, — согласился гордый Матвей. — Знаешь, к этой рубашке нужны джинсы. Вы можете что-нибудь порекомендовать?— обратился Матвей к продавцу. И радостный продавец бросился подбирать для нас джинсы. Некоторые фасоны были не совсем обычны, скорее, для мужчин с другой ориентацией, но некоторые сидели как влитые, делая ноги более длинными, а ягодицы более выпуклыми.

— Странные у вас тут модели, — заметил Матвей продавцу.

— Почему странные? — Для «голубых», — не смущаясь, ответил продавец. — Они умеют создавать правильные вещи, подчеркивающие фигуру и делающие ее более мужественной.

— Милая, куда ты меня привела? — расхохотался Матвей.

— Тут же нигде не написано, что это магазин для голубых,— стала я оправдываться. — Но рубашка и джинсы сидят действительно хорошо. Надо отдать им должное, так что берем.

Матвей оплатил покупки, и мы, продолжая смеяться, вышли из магазина.

— Теперь я тебя поведу в магазин, надеюсь, что там нас не ждут неожиданности, — сказал он.

Женский магазинчик был полон бусиков, разных туфелек, шляпок и, конечно, футболок, сарафанов и юбочек всех цветов и фасонов. Глаза разбегались от пестроты красок. Если бы я была одна, я бы провела тут полдня, примеряя и копаясь во всем этом богатстве. «Но не стоит испытывать терпение мужчины!» — напомнила я себе и взглянула вопросительно на Матвея.

— Знаешь, мне понравился этот фасон. — И Матвей протянул мне нечто бело-розовое в оборках и шнуровке. Я обычно не покупала вещей такого плана, предпочитая более сдержанные и элегантные. Стало открытием, что, оказывается, Матвею нравятся более романтичные барышни. Но сарафан с открытыми плечами, корсетным верхом и струящейся юбкой превращал меня в девушку из прошлого века.

— Безумно красиво, — сказал потрясенный Матвей, когда я вышла из примерочной. — Знаешь, не хватает бус, длинных сережек и босоножек, — размышляя, сказал Матвей и, о чем-то пошептавшись с продавцом, стал примерять на меня бусы и сережки. Наконец-то выбрав то, что ему нравится, принес мне еще и босоножки. Я чувствовала себя Галатеей, которую создавал Пигмалион. А Матвей, видимо, чувствовал себя Пигмалионом, и каждый штрих заставлял его сильнее влюбляться в собственное творение. Придирчиво посмотрев на меня, он достал откуда-то розовую шляпку и, прищурившись, видно, удовлетворенный результатом собственных трудов, сказал: «Теперь все!»

 

— Теперь все, — сказал Марк, выбрав последнюю лампу.

Мне понравилось ездить с Марком по магазинам в Женеве. (Женева была ближе к Шамани, чем Париж.) Это был совместный процесс творчества. Но самое важное, что нам нравились одни и те же вещи. Как будто мы были настроены на одну волну. Стоило моему взгляду на чем-то задержаться, как Марк тоже останавливался около этой вещи и кивал головой, одобряя мой выбор. А когда Марку что-то нравилось, то я смотрела на эту вещь по-новому и открывала для себя много интересного. Я словно смотрела на мир глазами Марка, и мир играл другими красками, поворачивался новыми гранями. Мы провели в мебельном магазине час — выбрали всю мебель для гостевой спальни и заказали лампы. В отличие от меня, Марк все выбрал в сдержанной бежево-золотистой и глубокой темно-синей гамме — никакого розового и светло-зеленого. Да, у мужчин совсем другое восприятие цвета. Для них возбуждающие цвета спальни — темные, розовые настраивают на нежность, но не на страсть. Я уже хотела заплатить, как Марк остановил меня.

— Позволь мне за все заплатить, — сказал Марк.

— Но это же очень дорого, — засмущалась я.

— Я могу себе это позволить, — просто сказал Марк.

Мне хотелось еще поспорить, но я одернула себя. Если мужчина хочет вкладывать деньги в твой дом, то, значит, он начинает чувствовать себя хозяином. Конечно, мужчины не любят магазины, но они любят момент оплаты, подтверждающий их статус и способность заплатить. Когда они достают бумажник или выписывают чек, они сообщают всему миру о своей силе. Поэтому если мужчина готов заплатить, то не надо его унижать отказом, ставить под сомнение его возможности. Нужно позволять мужчине вкладывать в себя. Недаром говорят: «Женщины тратят, а мужчины вкладывают».

— Зато в мой следующий приезд я буду чувствовать себя как дома, — продолжил Марк.

— В следующий приезд? — уточнила я. — Ты собираешься уезжать?

— Конечно, меня ждут пациенты и научная работа! — как само собой разумеющееся ответил Марк.

Внутри меня все сжалось. «Зачем ты приезжал? — хотелось мне спросить. — Чтобы помучить меня?» Чувствуя, что сейчас скажу какую-нибудь глупость или разрыдаюсь, я, улыбнувшись, пробормотала, что мне надо на минутку уйти. Зайдя в туалет, я сделала несколько вдохов и выдохов, убеждая себя: «Терпение, только терпение», надела улыбку и вспомнила, чему меня учила тетушка.

Соединяем большие пальцы с указательными на обеих руках, делая кольцо Венеры, и ставим пальцы в уголки губ, на вдохе растягиваем улыбку и поднимаем пальцами улыбку до висков, на задержке дыхания завязываем улыбку на затылке в маленький бантик и на выдохе отпускаем. Глаза непроизвольно начинают лучиться улыбкой, и весь негатив уходит.

«Не торопись, дай событиям идти своим чередом», — приказала я себе и с еще более очаровательной улыбкой вернулась к Марку.

— Все хорошо? — обеспокоено спросил он.

— Да, все замечательно! — как можно более убедительным тоном произнесла я.

— Тогда пора обедать! Где мы отметим приобретение новой обстановки?

— В ресторане! Будем есть фондю, — предложила я. — Здесь недалеко, можно дойти пешком!

Этот ресторан показал мне Шарль. «Что-то давно его не было видно, обычно он не пропадал на неделю. Может, что-то случилось?» — мелькнула мысль, но я ее отогнала.

— Тогда идем! — скомандовал Марк и взял меня под руку. Светило майское солнце, и играл весенний ветерок. Витрины с часами и драгоценностями притягивали взор своим блеском.

— Может, купить швейцарские часы... —задумчиво проговорил Марк, — чтобы начать отсчет новой жизни?

— Новой жизни? — эхом повторила я.

— Да, зайдем посмотрим, — предложил Марк.

— Конечно! — На меня словно нашло какое-то оцепенение.

— Варя, ты не устала? — обеспокоенно спросил Марк.

— Нет, все хорошо! Когда ты уезжаешь? — все-таки не выдержала я и задала мучивший меня вопрос.

— Через два дня, но я собираюсь забрать тебя с собой! — как само собой разумеющееся сказал Марк.

— Забрать с собой? Зачем? — Я совершенно запуталась и уже ничего не понимала.

— Смотри, какое кольцо, — не ответив, сказал Марк, проходя мимо ювелирного магазина. На витрине лежало кольцо с огромным бриллиантом. Греющийся на солнышке продавец тут

же подключился.

— Да, маленький бриллиант для такого бриллианта, как вы! — обращаясь ко мне, сказал он. — Хотите примерить?

Пока я раздумывала, Марк уже зашел в магазин. И разглядывал кольцо.

— Три карата, бельгийская огранка, розовое золото, — расхваливал продавец кольцо. — Счастлив тот мужчина, у кого есть женщина, достойная такого подарка, — посмотрев на меня с некоторой завистью, заметил продавец.

— Да, я счастливый мужчина, — подтвердил Марк. — У меня есть женщина, на чей пальчик я собираюсь надеть обручальное кольцо!

— Тогда вы сделали правильный выбор! — сказал продавец, и было непонятно, к чему это относится больше — к выбору кольца или к выбору меня.

 

Глава 21.Ваш ли это мужчина? Важно знать свои желания

 

— Вы сделали правильный выбор, — похвалил меня продавец.

Видимо, остров находился под особым покровительством бога торговли Меркурия, так что мы никак не могли его покинуть. С двумя огромными пакетами с нарядами мы уже направлялись к яхте, как на нашем пути попался маленький ювелирный магазинчик. Мое внимание привлек необычный серебряный крестик с лазуритом, и я, представив, как он стильно будет смотреться в расстегнутом вороте новой рубашки, решила подарить его Матвею.

— Матвей, подожди минутку, — попросила я его.

— Еще магазин?! — с притворным ужасом поинтересовался Матвей.

— Да, последний штрих к твоему сексуальному образу,— ответила я. И попросила продавца принести мне крестик. Продавец снял его с витрины и протянул Матвею.

— Это особый крестик — из Черногорского мужского монастыря, он дает защиту тому, кто его носит, — объяснил продавец и похвалил мой выбор.

Синий цвет лазурита оттенял стальной цвет глаз Матвея, делая их мягче и глубже. Крестик был недорогой — долларов пятьдесят, и такой подарок вполне вписывался в концепцию игры бабушки — проявлять внимание, но не обрушивать на мужчину шквал подарков и эмоций.

— Я надеюсь, что он тебя будет оберегать от всех неудач, - прошептала я Матвею.

— Спасибо за оберег, теперь меня ждут сплошные удачи, — поцеловав меня в нос, поблагодарил он.

Усталые и довольные покупками и друг другом, мы добрели до яхты. Шкипер, потеряв всякую надежду на наше возвращение, уже сам приготовил купленную утром рыбу. По случаю покупок мы достали бутылку хорватского вина и зажгли свечку. Покачивание яхты на волнах, звездное небо, вкусная пища и вино способствовали философскому настроению и размышлениям о будущем. Завтра последний день на яхте, потом мы еще проведем день в Сплите и полетим домой.

— Ты уже хочешь домой? — спросила я Матвея. Он лежал, положив мне голову на колени, и разглядывал звезды.

— Хочу ли я домой? — пробормотал Матвей. — Хочу ли я в свою одинокую холостяцкую берлогу, где меня никто не приголубит, не накормит, не сделает массаж, не порадует маленьким подарком?.

— Как все запущено! Как-то ты сгущаешь краски! — вставила я реплику.

— Просто надеюсь вызвать сочувствие и молю о помощи!

— И как я могу помочь?

— Бросить своего дурацкого жениха и убежать ко мне.

— Он не дурацкий! — встала я на защиту выдуманного жениха.

— С такой физиономией, как у него на фотографии, умными не бывают, — продолжал Матвей критиковать ничего не подозревающего Криса.

— Тебе не понравились мои фотографии? — обиженным тоном спросила я.

— Знаешь, когда я увидел эти фотографии, я понял, что не готов тебя терять, но в то же время я не представляю, как это быть с одной женщиной всю жизнь.

«Это — начало конца, — подумала я, — сейчас Матвей начнет логично, приводя массу аргументов, объяснять, что мешает ему сделать мне предложение. Наверное, вспомнит, что я живу и работаю в Петербурге». И не успела я додумать эту мысль до конца, как он продолжил:

— И к тому же тебе будет трудно найти работу в Москве! И ты привыкла жить в своей квартире, а в Москве придется снимать... — продолжались рассуждения.

— Матвей, ты о чем? — сделав вид, что я не понимаю, недоумевающе спросила я. Мы уже сидели друг напротив друга, над нами висел огромный оранжевый диск луны, и я подумала, что такая ночь больше все же подходит для романтических объяснений в любви, а не для холодного анализа ситуации. Неужели все мои усилия пропали даром, ведь я так старалась. Мне хотелось разрыдаться, и сколько я ни сдерживалась, слезы потихоньку стали капать из глаз. Матвей увидел, как в свете луны заблестели мои ресницы, и, растерявшись, обнял меня и, посадив к себе на колени, стал нежно целовать.

— Девочка моя, прости, я несу какую-то чушь. Мы все решим, мы все придумаем. Бросай этого ханурика и выходи за меня замуж! — Было видно, что он сам от себя не ожидал своих слов. Я замерла и вдруг со всей отчетливостью поняла, что я не хочу замуж за Матвея, что он прав, что он не сможет всю жизнь быть с одной женщиной, а я не хочу быть в постоянной конкурентной борьбе со всеми претендующими на него девицами. И весь этот роман был лишь изучением законов в реальной жизни. Я убедилась, что все работает, убедилась, что любое нарушение карается душевной болью, что мужчины, сколько бы они ни декларировали, что все изменилось за миллионы лет, остались такими же и так же следуют законам джунглей, где самец преследует ту самку, в которой наибольший энергетический потенциал. Потому что только такая самка может дать ему возможность проявить себя, и чем труднее борьба за нее, тем сильнее становится мужчина. И та, кто сдается без боя, теряет ценность в глазах мужчины. «Цени себя, и тебя оценит весь мир!» — пронеслось в моей голове, и я, внимательно взглянув на Матвея, сама себе удивляясь, ответила. — Слишком поздно!

 

— Слишком поздно! — ответила я на предложение Марка выйти за него замуж, удивляясь самой себе.

Всю дорогу из Женевы в Шамани я молчала, спрашивая сама себя, хочу ли я замуж сейчас, когда передо мной открывается столько возможностей, когда наконец-то я поняла и почувствовала основные законы, управляющие отношениями мужчин и женщин. Может, тетушка права и Марк не мой единственный мужчина, а самое интересное еще впереди? Зная законы, я могу привлечь и свести с ума любого мужчину: короля, президента, шейха ит. д. Я могу изменить мир. Может, я тешила себя иллюзиями, но, прежде чем отказываться от них, я должна была проверить, насколько они нереальны. Марк, видимо, почувствовав мое задумчивое настроение, тоже молчал. И только когда доехали до Шамани, переоделись и сели на веранде пить чай, мы нарушили тишину.

— Тебе правда понравилось кольцо? — издалека поинтересовался Марк, доставая коробочку с кольцом. На солнце бриллиант заиграл всеми гранями.

— Да, очень красивое! Каждый раз я поражаюсь твоему безупречному вкусу! —ответила я восхищенно, любуясь кольцом.

— Но его красота меркнет перед твоей! — Какой же затасканной фразой попытался Марк сделать комплимент. Я недоверчиво взглянула на него, списав неуклюжесть на волнение. Марк, почувствовав фальшь, попробовал исправиться: — Мне действительно нравится окружать себя красивыми вещами. — Это прозвучало еще более странно, как будто Марк расценивал меня как одну из красивых вещей, окружающих его.

— Господи, Варя, я примчался за тысячи километров, чтобы сказать, что я люблю тебя, а сам рассуждаю о красоте бриллианта.

Прокашлявшись и собравшись с силами, Марк все-таки признался мне в любви. И, достав кольцо, Марк одел мне его на палец.

 

— Ты будешь моей женой? Но услышав мой ответ, потерял дар речи.

— Почему поздно? Что изменилось за эти три месяца? — не готовый к такому повороту, Марк явно растерялся.

— Я изменилась! — больше убеждая саму себя, чем его, ответила я.

 

— Я изменилась! — вынесла я сама себе вердикт. — Я действительно изменилась за этот год! — уже с большим оптимизмом произнесла я вслух. И подойдя к зеркалу, я уже громко и утвердительно объявила:

— Я изменилась! Спасибо, прабабушка!

 

Мы вернулись с Матвеем из Хорватии совершенно чужими людьми, словно в ту лунную ночь все для себя решили и слова стали больше не нужны.

Но самое странное, что я совсем не переживала. Видно, все переживания, все эмоции перегорели в тот момент, когда я приняла решение, что продолжения не будет. Да и программа бизнес-школы заканчивалась, так что нам предстояло провести вместе только последний модуль.

За этот год многое изменилось, и прежде всего я сама. Я чувствовала, что мне необходимо вернуться в Шамани и все-таки встретиться с хозяином гостиницы и расспросить его более подробно. Может быть, это действительно портрет моей прабабушки — и зов крови привел меня в правильное место. «С работы меня, похоже, уволят», — подумала я, но почему-то эта перспектива особенно не расстраивала. Я решила: «Ну и пусть, открою женскую школу для таких дурочек, как я, и буду их учить законам мужского мира и как этим миром управлять».

На следующее утро я позвонила шефу и сообщила, что мне нужно срочно вернуться в Шамани для урегулирования семейных проблем.

— А когда ты будешь работать? — задал шеф резонный вопрос.

— Я думаю, что после возвращения доработаю еще два месяца и передам дела! — как можно мягче ответила я.

— Я так и знал, что нельзя тебя отпускать в бизнес-школу. Учеба еще никого до добра не доводила. Говорили мне все, что, получив бизнес-образование, народ разбегается, а я не верил.

— Не переживайте, — попробовала я успокоить шефа, — как только головокружение от успехов проходит, многие возвращаются. Но мне правда очень надо до конца кое с чем разобраться. Я уеду в четверг вечером и в понедельник уже выйду на работу. Прогуляю только пятницу — жалобным тоном стала я канючить.

— Ну, хорошо, — смилостивился шеф. — Лети в свой Шамани и привези бутылку французского вина. Вместе и выпьем за начало новой жизни.

 

Глава 22.Начало новой жизни, следующей, но не последней

 

— Ну, что ж, выпьем за начало новой жизни! — сказала тетушка, поднимая бокал с коллекционным французским вином.

Прошло две недели со дня отъезда Марка, и наконец-то приехала тетушка. Я была безумно рада ее приезду. Мы сидели за тем же столом на веранде, где я еще так недавно сидела с Марком, и пили вино по случаю ее приезда.

— За начало новой жизни! — повторила я, подняв бокал. — Правда, я еще не знаю какой, но что-то мне подсказывает, что вы как раз знаете. — Я с любовью взглянула на тетушку и воскликнула: — Тетушка! Как же я рада вас видеть! Я так ждала вашего приезда!

— Верю, девочка, верю! — сказала тетушка. - Как я вижу, ты не особо убиваешься по Марку.

— Вообще-то я переживала очень сильно, когда он уехал. И до сих пор не уверена, что я правильно поступила, отклонив его предложение. Мне пришлось вспомнить все практики освобождения от печали! — поделилась я с тетушкой.

— Видишь, как хорошо, что тебе было чем заняться? — улыбнулась тетушка. — И что же помогло больше всего?

— Я совершила путешествие в параллельные миры! Я села в воображаемую машину времени и перенеслась на пять лет вперед — и увидела мое будущее с Марком, а потом перенеслась на пять лет вперед в мое будущее без него, — рассказывала я ей.

— Разве я тебя этому учила? — изумленно спросила тетушка.

— Нет, я придумала сама. Мне было так тяжело, меня мучили сомнения, правильно ли я сделала, что отказалась от него. Мне хотелось броситься за ним и умолять его вернуться, я не могла спать и практически перестала есть. И в одну из бессонных ночей, я сказала себе: может, мне и не дано видеть будущее, но я смогу почувствовать правильность своего выбора.

И тогда я поднялась в золотом шаре до 107-го этажа и, пройдя по 17 ступенькам вверх до 108-го этажа, зашла в коридор времени и открыла дверь в комнату с летающим кораблем. Я села в него и мысленно полетела в будущее, посмотрела на нашу жизнь вместе с ним, а потом посмотрела на мою жизнь без него.

Я постаралась детально описать тетушке мои действия.

— Да, девочка моя, ты явно делаешь успехи, — с интересом глядя на меня, сказала тетушка. — И что же ты увидела?

— Когда я попала в мир, где мы вдвоем с Марком, я увидела нас сидящими в шезлонгах на берегу моря и с умилением смотрящими на играющего маленького мальчика, по-видимому нашего сына. Картина дышало спокойствием и счастьем,— вспоминала я.

— А что же ты увидела в мире без Марка? — тетушка была явно заинтригована.

— Я увидела себя в центре зала, окруженной толпой смеющихся и улыбающихся молодых девушек, может быть, моих учениц. Навстречу ко мне шел другой мужчина, и в его глазах была такая любовь ко мне, такое поклонение! В нем видна была такая внутренняя сила, такая властность, и я поняла, что без этой встречи я всю жизнь буду что-то искать. Знаете, тетушка, было бы проще, если бы одна из картин была темной и мрачной, а другая радостной и светлой. Но эти оба пути были хороши.

— Почему же ты не выбрала Марка? — недоуменно посмотрев на меня, спросила она.

— Когда я вернулась из этого путешествия, то вдруг поняла, что, вернув Марка, поступлю нечестно по отношению к нему. Даже став его женой, я все время буду чувствовать зов того мужчины. А может быть, это была лишь игра воображения, через пять лет я буду одинокой и несчастной и стану рыдать у тебя на коленях и корить себя за глупость? — Я взглянула на тетушку.

— Мы всегда делаем выбор! Каждую секунду выбираем тот или иной путь, а ты выбрала более трудную дорогу. Потому что мужчина, о котором ты говоришь, один из тех, кто решает судьбы мира, и он даже не взглянет на тебя, какая ты сейчас, несмотря на все твои знания и умения. Ты узнала только основы, и пока не разберешься со всеми архетипами мужчин, пока не откроешь в себе все архетипы женщин, ты не сможешь встретиться с настоящим властителем.

Тетушка внимательно смотрела на меня.

— Может, это займет пять лет, может, и больше. Кто знает? Ты еще можешь вернуть Марка. Он рассержен и обижен, но он любит тебя и примет, если ты приедешь к нему. — И остановившись, она долила мне вина.

Мы молчали, смакуя вино и думая каждая о своем. Я смотрела на розовеющие под лучами заходящего солнца вершины гор и размышляла, сколько историй любви развивалось у их подножия. Какие из этих историй изменили мир, а какие просто канули в Лету? Я спрашивала себя, какую историю я хочу написать про свою любовь. Тетушка прервала мои размышления.

— Так мы собираем вещи и едем в Петербург или... —обратилась она ко мне.

— Или что? — ответила я вопросом на вопрос.

— Или ты готова броситься в неизведанное и стать настоящей властительницей мира?

— А что, у меня есть шанс? — все еще раздумывая над собственной судьбой, спросила я.

— Шанс всегда есть, все зависит от тебя. Тебе не избежать встречи с твоей половинкой, но от тебя зависит, станет ли эта встреча лишь мимолетным эпизодом, оставляющим только сожаление, или она изменит мир. — Тетушка ждала моего ответа.

— Но почему все зависит от меня? Почему не может появиться нужный мне мужчина и, подняв меня на руки, унести в другой мир? Почему мужчина не может найти меня и сказать, что я его судьба? — опять задавалась я старыми вопросами. Тетушка печально посмотрела на меня и сказала:

— Придется повторить все с начала! Потому что любовь — дело женщины. Потому что у мужчины другие задачи, и, что - бы взгляд истинного ценителя заметил тебя, ты должна превратиться из неотшлифованного камня в бриллиант. Это, конечно, избитое сравнение. Но оно верно. И чем больше у тебя граней, тем больше взоров ты привлекаешь, тем больше твоя ценность.

Тут я вспомнила про бриллиант, подаренный Марком.

— Тетушка, я совсем тебе забыла показать кольцо, которое мне подарил Марк.

Я убежала в дом. Вернувшись через несколько минут с коробочкой, я показала ей подарок.

— Посмотри, какой красивый камень, — сказала я тетушке. — Если я отказала Марку, мне надо вернуть его? — спросила я тетушку.

— Нет, он подарил тебе кольцо, ценя то время и любовь, которые ты дарила ему. Но все-таки, какое же окончательное решение ты приняла? — еще раз спросила меня тетушка.

— А что, у меня нет времени еще подумать? — попыталась я оттянуть момент принятия решения.

— Нет, — прищурившись, сказала Софья Николаевна.

 

— У меня есть для вас сюрприз, — сказал хозяин гостиницы.

Я улетела в Шамани. И вечером в четверг, уже подъезжая к гостинице, я смотрела на нее уже совсем другими глазами. Мне казалось, каждый камень хранил воспоминания о прабабушке.

Отдав чемоданы, я обошла особняк и подошла к веранде, смотрящей на Монблан. Солнышко пригревало, и уже была выставлена летняя мебель. Я смотрела на изящный плетеный столик и стулья и явственно представляла все события столетней давности. Еще раз взглянув на горы, я вошла в гостиницу.

Встреча с хозяином была назначена на завтра, и впереди у меня была целая ночь. «Как интересно, — думала я, — когда я вошла в этот особняк впервые, мне все казалось чужим, но стоило мне узнать, что он принадлежал прабабушке, как каждая вещь приобрела особенный смысл».

Революция разрушила многие семейные гнезда, и люди утратили многое, но самое главное — они потеряли те места, где могли набираться сил. К сожалению, понимание этого приходит где-то ближе к тридцати годам, когда начинаешь по-новому смотреть на семейные ценности и на те вещи, которые любовно собирали твои предки. Знание истории своего рода дает человеку огромную поддержку, ты словно оживляешь спящую силу предков. И, поднимаясь по лестнице, я еще раз остановилась перед портретом княгини Ренар.

«Как ты думаешь, я правильно сделала, что отказала Матвею?»— беззвучно спрашивала я прабабушку. Огромные голубые глаза смотрели внимательно и задумчиво, и лишь две маленькие ямочки на щеках делали лицо немного лукавым. Конечно, прабабушка ничего не ответила, но уже сознание того, что она когда-то именно здесь мучилась теми же сомнениями, подбадривало меня.

Утром мы встретились с новым хозяином гостиницы. Антуан, худощавый, но мускулистый француз с зелеными глазами, опушенными густыми ресницами, больше походил на лыжного инструктора, чем на директора гостиницы.

Поймав мой удивленный взгляд, он улыбнулся и объяснил, что достаточно долго был инструктором, но потом уехал работать в Австралию, а вернувшись через несколько лет в Шамани купил этот заброшенный дом и, отреставрировав его, открыл гостиницу.

— К сожалению, когда я его купил, почти все вещи были проданы или потеряны, многое пришлось восстанавливать по старым фотографиям, но, кажется, мне удалось возродить дух ар деко, — гордясь собственными достижениями, закончил Антуан.

— Да, вам действительно удалось совершить невозможное. Могу представить, сколько времени, сил и денег это потребовало, — похвалила я его. Он пристально разглядывал меня и, видимо, придя к какому-то решению, задумчиво сказал:

— А вы действительно похожи на свою прабабушку. Знаете,— вдруг уверенный в себе мужчина застенчиво улыбнулся, — когда я смотрел на портрет вашей прабабушки, то думал, что это та женщина, которую я бы смог полюбить, и очень жалел, что она жила сто лет назад. Даже в самых смелых мечтах я не мог представить, что когда-нибудь встречу женщину, столь похожую на нее, — тихо продолжил он.

Я смущенно опустила глаза.

— Я надеюсь, что похожа на нее не только внешне, — также тихо ответила я.

— Тогда вам будет интересно кое-что про нее узнать, — сказал Антуан и, встав из-за стола, пошел в глубь дома. Я с любопытством последовала за ним. Мы поднялись на второй этаж и вошли в кабинет. Выбеленная французская мебель даже кабинет превращала в нечто легкое и воздушное. Столик на изогнутых ножках, камин из белого мрамора, открытые полки, заполненные книгами на нескольких языках, и висящая над камином картина с четырехлепестковым маком.

Я словно перенеслась в будуар княгини Ренар. Представила, как здорово, лежа на козетке из кожи цвета топленых сливок, читать или любоваться Монбланом. Пока я предавалась мечтаниям, Антуан подошел к изящному бюро и достал потемневший от времени серебряный обруч. — Вот мой сюрприз! — торжественно сказал он и протянул мне обруч. Когда мне сказали, что вы интересовались княгиней Ренар, то я вспомнил о ней и решил, что, может, для вас все это будет полезно.

Я с трепетом взяла в руки старинный обруч и, потеряв от изумления дар речи, смотрела на сокровище, которое, казалось, было утеряно навсегда.

 

Я все еще молчала, погруженная в воспоминания.

Я еще раз вспомнила все наши встречи с Марком, всю нежность, всю боль, все безумие моей любви и то, что благодаря тетушке я узнала о женской энергии, состоянии хозяйки, девочки, любовницы и королевы. У меня появилось ощущение, как будто я закончила только начальную школу и дальше передо мной открывалась возможность совершенствоваться дальше. И чем более совершенной я стану, тем больший приз ждал меня в конце-

— Знаешь, если бы Марк действительно хотел быть с тобой, он бы не сдался без борьбы, — нарушила молчание тетушка. — Он бы засыпал тебя письмами или силой увез тебя в Петербург. Но он уже сделал свой выбор. Ты лишь стремишься продлить агонию, — сурово сказала тетушка. — Иногда ампутация позволяет сберечь жизнь!

— Тетушка, а почему так важно мое решение? Разве я не могу изучать архетипы и одновременно жить с Марком? — оттягивая решение, попыталась я найти компромисс.

— Нет, пока твои мысли и твое сердце будут заняты им, другие мужчины не смогут подойти к тебе. Они будут чувствовать, что у тебя кто-то есть. Пора принимать решительные меры, — сказала тетушка. — Будем отрубать!

— Что отрубать? — испугалась я.

— Глупую привязанность!—Тетушка была непреклонна.

— Встань и представь, что на уровне твоего третьего глаза выходит луч и выхватывает из темноты образ Марка. Представила?

— Да, — ответила я.

— Теперь правой рукой рубящими движениями сверху вниз и слева направо перерубай этот луч, убирая образ Марка из мыслей. Повтори эти движения три раза.

Я повторила и увидела внутренним взором, как образ Марка стал таять.

— Теперь представь этот луч, выходящий из твоего сердца, освещающий тот момент, когда вы чувствовали нежность друг к другу.

Я представила тот момент, когда Марк утешал меня в снежном городке.

— Теми же рубящими движениями убери эту связь, — скомандовала тетушка. Я отрубила и эту связь и почувствовала, как из груди ушло тянущее чувство.

— А теперь представь на уровне твоего солнечного сплетения луч, выхватывающий из темноты тот момент, когда ты проявляла заботу о нем.

Я вспомнила, как я варила борщ для Марка, и перерубила и эту связь.

— А теперь на уровне низа живота представь луч, освещающий вашу самую страстную сцену.

Я вспомнила нашу первую ночь, вновь пережила тот восторг и страсть и с большим сожалением убрала и эту связь. Я еще некоторое время постояла, прислушиваясь к собственным ощущениям, и вдруг поняла, что мне хочется взлететь. Я наконец-то почувствовала себя освобожденной от тех пут, которые я сама создала.

— Я готова к новым открытиям, — сказала я, обращаясь к тетушке.

 

— Я готова к новым открытиям! — все, что я смогла произнести, все еще глядя на обруч и вспоминая старинную легенду. Я повернулась к Антуану и интригующе улыбнулась.

— Оказывается, самое интересное только начинается.

— Согласен, что самое интересное — всегда впереди, — согласился Антуан. —Да, —вдруг вспомнил он, сегодня приехали пять женщин из России и просили передать вам приглашение на хеппининг.

— Приглашение на хеппиниг? — удивилась я. — По-моему, хеппининг — это некое действие с участием всех гостей, но я никого не знаю и никого не ждала, — все еще недоумевала я.

Мы вышли с Антуаном из кабинета и спустились к рецепцию. Я открыла конверт и увидела именное приглашение на хеппининг «Рождение женщины в танце стихий», напечатанное на красивой серебристой бумаге. Пожав плечами, заинтригованная и заинтересованная, стала с нетерпением ждать восьми часов.

Вечером, спустившись в холл, я с изумлением увидела Аруну.

— Как вы узнали, что я здесь? — первое, что я спросила.

— Позвонила Марине, и она рассказала, где тебя найти, — спокойно ответила Аруна.— Что же, пора идти, нас ждут.

— Кто? — попыталась я уточнить.

— Жрицы стихий, — невозмутимо ответила Аруна, и я не поняла, то ли она шутит, то ли говорит серьезно. — Поднимись в свой номер и возьми старинный обруч, он тебе пригодится.

Я не стала спрашивать, откуда Аруна знает про обруч, принимая все как данность, а просто поднялась в свой номер и взяла бесценную реликвию.

— Пока отдай его мне! — властно сказала Аруна и, заметив мое замешательство, одобрительно улыбнулась: — Он вернется к тебе, не бойся, никто другой пока не сможет собрать все камни, — успокоила она меня и вышла из гостиницы. Аруна уверенно шла по Шамани, как будто провела здесь всю жизнь. Минут через двадцать мы вошли в запущенный сад и подошли к полуразрушенному строению с характерным запахом сероводорода.

— Где мы? — нарушила я молчание

— Когда-то здесь был термальный источник, сейчас он не используется, но сила и энергия этого места остались, — объяснила Аруна. И тут вокруг строения по кругу зажглись факелы, превратив его в мистический храм. Внутри послышалась музыка, и Аруна, взяв меня за руку, вошла внутрь. Я увидела в центре глубокий колодец, вокруг него по периметру стояли четыре девушки в голубом, желтом, красном и зеленом платьях. Платья были похожи на те, что описывала моя прабабушка.

Я чувствовала себя неуютно в джинсах и свитере. Аруна, видимо, предвидя мое состояние, протянула мне белое платье и красивую, но пустую шкатулку и, забрав мои вещи, исчезла. Музыка заиграла громче, и девушка в зеленом платье, жрица стихии Воды, начала свой танец. Она казалась дерзкой и непосредственной. Она не боялась казаться смешной и веселой. Ее танец был шаловлив и шкодлив. Она вся отдавалась танцу, она танцевала для себя и позволяла другим любоваться собой. В ней ликовали радость жизни и желание поделиться своей радостью со всем миром. Я включилась в ее веселый танец, вновь почувствовав себя беззаботной и смешливой девочкой. Но музыка закончилась, и девушка в зеленом наряде остановилась и протянула мне сапфир.

— В этом камне дух стихии Воды. Вода наделяет тебя эмоциональной властью. Возьми и владей сердцами мужчин, как ты владеешь этим камнем, — проговорила она и исчезла. Я держала драгоценность в руках и не знала, что с этим делать. Вспомнив о шкатулке, я осторожно положила камень на мягкий бархат.

Появилась крепкая девушка в золотисто-желтом наряде. Весь ее танец был степенен и спокоен, размерен и основателен. Ее шаги будто впечатывались в землю, набирая силу. Я попыталась настроиться на эту энергию, но мне было трудновато с ней слиться. И поэтому я почувствовала облегчение, когда девушка в золотистом остановилась и протянула мне изумруд.

— В этом камне дух стихии Земли. Земля наделяет тебя физической властью. Возьми этот камень и владей телом мужчин, как ты владеешь этим камнем, — проговорила девушка в желтом платье и растворилась в темноте ночи.

Не успела я положить камень в шкатулку, как в помещение ворвалась стремительная девушка с мальчишеской фигурой в голубоватом платье. Она выглядела отважной и хладнокровной, властной и уверенной. Ее танец напоминал танец свободолюбивой амазонки, был порывист и стремителен. Я присоединилась к нему, но чувствовала, как мне никак не включиться в этот ритм, не поймать состояние. Но постепенно я вспомнила все техники состояния королевы и растворилась в дерзких и независимых ритмах.

Когда танец кончился, девушка протянула мне бриллиант и проговорила:

— В этом камне дух стихии Воздуха. Он наделяет тебя ментальной властью. Возьми этот камень и владей волей и умом мужчин, как ты владеешь этим камнем. — И девушка в голубоватом платье так же стремительно удалилась. Должна еще появиться жрица огня, подумала я, и тут вокруг меня зажглись фейерверки, и пока я любовалась разноцветными огнями, на каменной плите, закрывающей заброшенный источник, заполыхал костер. Невидимая музыка заиграла громче, и появилась темноволосая девушка в красном платье.

— Представь, что пламя соединяется с твоим центром страсти, и повторяй все движения за мной! — положив руки на низ живота, велела девушка и, скинув платье, осталась обнаженной. Лишь красно-золотой пояс украшал ее талию.

Послышался звук барабанов, и жрица стихии Огня начала свой танец. Ее бедра колыхались, словно языки пламени, рисуя восьмерки и круги. Ритм ускорялся, и она стала двигать бедрами вперед-назад, как будто занимаясь любовью с огнем. Ее ноги плотно стояли на земле, на вдохе ее бедра устремлялись к пламени и на выдохе отходили назад. Постепенно ритм захватил и меня, и уже в полутрансовом состоянии я повторяла ее движения, стараясь держать связь с пламенем. Погрузившись в собственные ощущения, я не заметила, как появился рядом со жрицей обнаженный мужчина.

Лишь набедренная повязка прикрывала его наготу. Он был высокий и мускулистый. В нем чувствовалась животная страсть и первобытная сила. Он встал напротив жрицы и стал делать встречные движения, на вдохе отводя бедра и на выдохе делая сильное движение вперед. Они двигались синхронно, идя навстречу друг другу, и я остановилась, завороженная красотой и слаженностью движений. Они медленно сближались, и в какой-то момент они слились друг с другом, продолжая движение. Но так же постепенно они стали расходиться, и вдруг мужчина повернулся ко мне, словно приглашая повторить тот же ритуал. От него шла мощная волна, которой не было сил противиться. Я сделала первые робкие шаги, боясь поднять глаза. Тогда он подошел ко мне, поднял мой подбородок и потемневшим от страсти взглядом посмотрел на меня. И отойдя на расстояние вытянутой руки, вновь включился в движения.

Смотря ему в глаза, я стала двигаться ему навстречу. Постепенно ритм и звуки его дыхания захватили меня, и когда я ощутила жар его тела около себя, я не испугалась. Я почувствовала, как он властно и крепко прижал меня к себе, и какое-то время мы двигались, соединившись друг с другом. Даже сквозь ткань моего платья и ткань его повязки я чувствовала его возбуждение. Я тоже дрожала от желания. Музыка стала спокойней, когда он отпустил меня и развернул лицом к костру, обнимая меня за плечи. Ко мне бесшумно приблизилась девушка с красным поясом встала передо мной и протянула мне рубин.

— В этом камне дух стихии Огня. Он наделяет тебя сексуальной властью. Возьми и владей желанием мужчин, как ты владеешь этим камнем.

И красная девушка исчезла. Я стояла около костра, держа шкатулку с драгоценными камнями и не понимая, что мне делать дальше. Но тут появились Аруна и четыре жрицы, которые торжественно несли на золотом подносе мой обруч. Я с изумлением поняла, что камни идеально подходят для четырех отверстий обруча. Жрицы встали вокруг меня и замкнули круг. Левая рука ладонью вверх — дающая, правая рука ладонью вниз — берущая. Низким голосом заговорила Аруна: «Огненная магма из центра земли входит в наши стопы и устремляется вверх в нашу маточку, а сверху прозрачный, светлый и легкий поток энергии космоса входит в наши ладони и опускается в нашу маточку. И сливаясь, эти два потока начинают раскручиваться в воронку. Воронка поднимается все выше и выше и, постепенно доходя до кончиков наших пальцев, сливается в единый поток женской энергии. И в этот поток вливаются энергии всех женщин мира, тех, кто жил до нас, тех, кто живет сейчас, и тех, кто будет жить после нас».

— Время преображения пришло, — сказала Аруна и надела на меня обруч. — Поздравляю, ты прошла весь круг женской силы и должна теперь передать эти знания другим. Когда ты получишь в дар еще четыре камня, будешь достойна нести по миру мудрость и силу истинной женщины.

 

 





sdamzavas.net - 2017 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...