Главная Обратная связь

Дисциплины:






Форсирование Днепра



В августе – сентябре Красная армия наступала на Левобережной Украине. Отступая с Восточной Украины, немцы рассчитывали остановить Красную армию на рубеже Днепра, который являлся весьма серьезной естественной преградой, усиленной к тому же укреплениями так называемого «Восточного вала», оставшимися, к счастью, недостроенными.

Форсирование Днепра было чрезвычайно трудной задачей, т.к. почти на всем течении Днепра на территории Украины его западный берег, на котором оборонялись гитлеровцы, обрывистый, а восточный – пологий. У Красной армии отсутствовали в достаточном количестве переправочные средства. Тем не менее в сентябре – октябре Красная армия создала около 30 плацдармов на правом берегу Днепра. Войска форсировали Днепр с ходу, на подручных средствах, неся большие потери. Это объяснялось стремлением не дать немцам закрепиться на удобном для обороны рубеже и требованием И.В. Сталина взять Киев к 7 ноября – годовщине революции.

6 ноября 1-й Украинский фронт (Н.Ф. Ватутин) освободил Киев. В августе – сентябре освобождены Смоленская, Брянская и часть Калининской областей. В октябре – ноябре началось освобождение восточных районов Белоруссии.

Наступление осенью 1943 г. завершило коренной перелом в войне. Более половины оккупированной врагом территории было освобождено.

Вопрос 21. Выход италии из войны.

1942 год ознаменовался победой советских войск в Сталинградской битве.

В это же время англичане овладели Триполи — последней цитаделью колониальной империи Муссолини в Северной Африке. К весне 1943 года экономическое положение Италии было катастрофическим. Не имея достаточной сырьевой и топливной базы, итальянская промышленность оказалась не в состоянии обеспечить дальнейшее ведение войны. Правящие круги Италии охватила паника. Король и его окружение, а также ближайшие сподвижники Муссолини начали строить планы выхода Италии из войны. Конкретные шаги в этом направлении были предприняты после высадки войск антигитлеровской коалиции в Сицилии 10 июля 1943 года. Муссолини обратился за помощью к Гитлеру, но во время встречи с ним 19 июля не получил поддержки. 24 июля собрался Большой фашистский совет, на котором деятельность Муссолини была подвергнута резкой критике. На следующий день диктатор был отправлен в отставку и арестован. Премьер-министром король назначил маршала Пьетро Бадольо (1871—1956).

Вопрос 22. Проблемы создания второго фронта. Тегеранская конференция


Совершая нападение на Советский Союз, Гитлер исходил из того, что с Запада в ближайший обозримый период ему ничто не угрожает. Франция была повержена, значительная ее часть находилась под пятой вермахта, а территорией, оставшейся под контролем Виши, управлял послушный Берлину коллаборационист маршал Петэн. Англия, пережив унижение поспешного бегства ее экспедиционных сил из Дюнкерка и подвергшаяся ожесточенным налетам люфтваффе осенью 1940 и весной 1941 года, что принесло серьезные разрушения Лондону, Ковентри и другим городам, все еще не могла оправиться от шока. В Атлантике пиратствовали немецкие подводные лодки, серьезно затруднявшие доставку из Соединенных Штатов на Британские острова вооружения, боеприпасов и другого снаряжения.



Летом 1941 года Гитлер все еще надеялся, что англичане будут по меньшей мере бездействовать, пока он займется «ликвидацией» ненавистного ему социалистического государства.

Исходя из таких расчетов, Гитлер сосредоточил против Советского Союза всю мощь «третьего рейха», экономический потенциал оккупированной им Западной Европы, а также своих сателлитов. Для вторжения в Страну Советов была сконцентрирована более чем пятимиллионная армия, располагавшая в изобилии самым современным оружием. Отсутствие активных военных действий на Западе позволило германскому командованию, по мере развертывания операций на Восточном фронте, бросать против Советского Союза все новые дивизии, танковые корпуса, авиаэскадрильи.

Поэтому важнейшая задача Советского правительства с самого начала формирования антигитлеровской коалиции заключалась в том, чтобы побудить ее западных участников открыть второй фронт в Западной Европе. Только так можно было наиболее эффективным образом сорвать замыслы гитлеровского командования, подорвать моральный дух противника и снять хотя бы часть бремени с Красной Армии, героически сопротивлявшейся наступавшим фашистским полчищам.

Между тем Англия, а затем после Пёрл-Харбора и США из месяца в месяц, из года в год оттягивали открытие второго фронта, систематически нарушали собственные обещания осуществить операцию через Ла-Манш сначала в 1941, затем 1942 и 1943 годах. Это явилось одним из наиболее важных факторов, осложнявших отношения между участниками антигитлеровской коалиции. Нельзя было не видеть, что Лондон и Вашингтон умышленно затягивали открытие второго фронта. В Великобритании и США имелись влиятельные круги, которые не скрывали своих расчетов обескровить на советско-германском фронте обе сражающиеся стороны, с тем чтобы выступить на последнем этапе войны арбитрами и продиктовать свою волю. Подобные цели не имели, разумеется, ничего общего с союзническими обязательствами, с задачей обеспечения скорейшей победы над врагом человечества — фашизмом.

Проблема второго фронта постоянно затрагивалась как в переговорах между представителями стран — участниц антигитлеровской коалиции на различных уровнях, так и в переписке руководителей трех великих держав — Советского Союза, Соединенных Штатов и Великобритании. Особенно острая дискуссия происходила в 1942 и 1943 годах. В тот период отношения между Советским Союзом, с одной стороны, Англией и США — с другой, были весьма сложными из-за затяжки с открытием второго фронта.

Весной 1942 года президент Рузвельт сообщил главе Советского правительства, что считает целесообразным обменяться мнениями с авторитетным советским представителем по ряду важных вопросов ведения войны против общего врага. В личном и секретном послании, полученном в Москве 12 апреля 1942 г., президент США писал:

«К несчастью, географическое расстояние делает нашу встречу практически невозможной в настоящее время. Такая встреча, дающая возможность личной беседы, была бы чрезвычайно полезна для ведения войны против гитлеризма. Возможно, что, если дела пойдут так хорошо, как мы надеемся, мы с Вами сможем провести несколько дней вместе будущим летом близ нашей общей границы возле Аляски. Но пока что я считаю крайне важным с военной и других точек зрения иметь что-то максимально приближающееся к такому обмену мнениями».

Далее Рузвельт пояснял, что имеет в виду обсудить на достаточно высоком уровне весьма важное военное предложение, связанное с использованием американских вооруженных сил таким образом, чтобы облегчить критическое положение на советско-германском фронте. Подчеркнув, что этой цели он придает огромное значение, президент продолжал:

«Я хотел бы, чтобы Вы обдумали вопрос о возможности направить в самое ближайшее время в Вашингтон г-на Молотова и доверенного генерала. Время имеет большое значение, если мы должны оказать существенную помощь…»

Послание это было знаменательным. Ведь на протяжении почти целого года после нападения гитлеровской Германии на Советский Союз западные державы под тем или иным предлогом отказывались даже обсуждать вопрос об открытии второго фронта. Теперь же в обращении президента США содержался весьма недвусмысленный намек на то, что, во всяком случае, Вашингтон готов предпринять своими вооруженными силами определенные военные акции с целью «облегчить положение на советско-германском фронте» и хочет в связи с этим посоветоваться с советской стороной перед принятием «окончательного решения».

Поэтому, давая положительный ответ на предложение президента США, советская сторона сочла необходимым подчеркнуть свою заинтересованность прежде всего в скорейшем открытии второго фронта в Европе.

20 апреля И. В. Сталин отправил Рузвельту послание, в котором говорилось:

«Советское правительство согласно, что необходимо устроить встречу В. М. Молотова с Вами для обмена мнений по вопросу об организации второго фронта в Европе в ближайшее время. В. М. Молотов может приехать в Вашингтон не позже 10–15 мая с соответствующим военным представителем…»

В этой поездке наркома иностранных дел сопровождал в качестве переводчика В. Н. Павлов. Их группа отправилась в переоборудованном для этой цели советском бомбардировщике дальнего действия через Шотландию в Лондон, а затем через Исландию в Вашингтон. Чтобы сбить с толку вездесущих английских и американских репортеров, делегация фигурировала под названием «миссия мистера Брауна». Как потом выяснилось, кое-какая информация о действительном руководителе этой миссии все же просочилась в довольно широкие круги Вашингтона через официального американского переводчика. Тем не менее в прессе об этом не появлялось сообщений, пока советская делегация не возвратилась домой.

Как уже сказано, наиболее важное место в ходе переговоров советской делегации в Лондоне и Вашингтоне занимал вопрос об открытии второго фронта.

В Лондоне между советскими и британскими представителями состоялись переговоры и по другим важнейшим вопросам, в частности об англо-советском договоре, который был тогда заключен.

Что же касается открытия второго фронта, то английское правительство поначалу уклонялось от определенных обязательств на этот счет. В ходе последующих переговоров наркома иностранных дел в Вашингтоне было все же достигнуто конкретное соглашение. После этого Лондон не мог уже оставаться в стороне. Английскому правительству пришлось подписать англосоветское коммюнике, в котором повторялась согласованная ранее советско-американская формулировка: «достигнута договоренность в отношении неотложных задач создания второго фронта в Европе в 1942 году».

Между тем британское правительство, подписывая это коммюнике, вовсе не собиралось выполнять свое обязательство. В меморандуме от 10 июня 1942 г. оно сделало оговорки, открывавшие лазейку для уклонения от выполнения союзнического долга, требовавшего открытия второго фронта. При этом английское правительство заявляло, что если второй фронт не удастся почему-либо открыть в 1942 году, то вторжение во Францию обязательно начнется в следующем, 1943 году с участием английских и американских войск численностью до 1,5 млн. человек.

Далее события развивались следующим образом. Сразу же после завершения этих переговоров в Лондоне и Вашингтоне Уинстон Черчилль принялся убеждать правительство Соединенных Штатов в необходимости отказаться от только что достигнутой договоренности об открытии второго фронта в Европе в 1942 году (операция «Следжхэммер»). Он категорически заявил Рузвельту, что о высадке во Франции в ближайшее время не может быть и речи. Вместо этого Черчилль предложил изучить возможность военной операции, получившей в дальнейшем кодовое название «Факел» и имевшей целью освобождение Северной Африки. Поначалу американские военные, в том числе генерал Маршалл, возражали против «Факела», считая, что осуществление этой операции потребует такого количества времени, сил и средств, что сделает невозможным высадку крупных союзных сил во Франции не только в 1942, но и в 1943 году. Такого же мнения придерживался и Рузвельт, продолжавший настаивать на вторжении в Северную Францию осенью 1942 года. Британский премьер, однако, упорно стоял на своем.

8 июля он послал президенту Рузвельту телеграмму, в которой говорилось: «Ни один ответственный английский генерал, адмирал или маршал авиации не считает возможным рекомендовать „Следжхэммер“ в качестве практически осуществимой операции в 1942 году. Лично я уверен, что оккупация французской Северной Африки является лучшим способом облегчить положение на русском фронте в 1942 году».

В Лондоне состоялось совещание английских властей и американских представителей во главе с Гопкинсом, на котором обсуждался вопрос, какой операции отдать предпочтение: «Факелу» или «Следжхэммеру». Черчилль доказывал неосуществимость операции во Франции и требовал подготовки к захвату Северной Африки. Переговоры поначалу зашли в тупик. Гопкинс апеллировал к Рузвельту, но тот не сделал никакой попытки спасти американский план и выполнить взятые перед Советским Союзом обязательства.

Рузвельт даже не счел нужным обратиться в решающий момент к Черчиллю, хотя постоянно поддерживал с ним личную переписку. Президент США попросту принял оппозицию англичан «Следжхэммеру» как непреложный факт и телеграфировал Гопкинсу и Маршаллу, находившимся в Лондоне, что им следует найти «какие-либо другие наземные операции против немецких войск, в которых американские солдаты приняли бы обязательное участие в 1942 году». В качестве таких возможных операций президент, в частности, упомянул действия в Северной Африке или на Среднем Востоке. Получив такие директивы, Гопкинс и Маршалл быстро договорились с англичанами: вопрос о вторжении во Францию был снят с повестки дня.

Итак, Черчилль настоял на своем. Англия и США согласились, что в 1942 году второго фронта в Европе не будет и что англичане и американцы проведут операцию «Факел» в Северной Африке. Вместе с тем оба правительства заявили, что подготовка к осуществлению крупной операции по высадке в Северной Франции в 1943 году будет продолжаться. Суть дела заключалась в том, что уже тогда Черчилль готовил почву для отказа от вторжения во Францию и в 1943 году. Впоследствии он писал в своих мемуарах: «Общее мнение американских военных сводилось к тому, что решение в пользу „Факела“ исключает всякую возможность крупной операции через Ла-Манш для оккупации Франции в 1943 году. Я тогда еще не мог согласиться с этим».

Тут британский премьер явно пытается выгородить себя задним числом. Ведь именно он был инициатором «Факела», а следовательно, не только отказа открыть второй фронт в Европе в 1942 году, но и создания условий, которые делали невозможной высадку во Франции и в 1943 году. Изображая впоследствии дело так, будто он не мог поначалу согласиться с мнением «американских военных», Черчилль, мягко говоря, грешил против истины. Маршал Монтгомери писал в своих воспоминаниях: «Когда североафриканский проект („Факел“) был одобрен, все понимали, что это означает не только отказ от всяких операций в Западной Европе в 1942 году, но и утрату возможности подготовить в Англии военные силы для атаки через Ла-Манш в 1943 году».

Как уже сказано выше, весьма двусмысленную роль в данном вопросе сыграл президент Рузвельт. В период второй мировой войны, да и после нее, многие были склонны слишком уж идеализировать Рузвельта. О нем говорили как об убежденном антифашисте, горячем стороннике самоопределения наций. Между тем Рузвельт не совсем походил на этот приукрашенный портрет. Нельзя забывать, что он был прежде всего сыном своего класса. Вопреки воле наиболее твердолобых представителей крупной американской буржуазии, но стремясь, разумеется, действовать в интересах американского капитализма в тяжелейший для него период — во время мирового кризиса 1929–1933 годов, он прибегал к мерам, выглядевшим иногда радикально. Однако он всегда был и до конца оставался представителем господствующей верхушки Соединенных Штатов. Его «новый курс» имел целью одно — содействовать укреплению американского капитализма.

Эта сущность Рузвельта как государственного деятеля проявлялась и в его внешнеполитических акциях. Вступив в военный союз с Советской страной во имя победы над общим врагом, Рузвельт в главных вопросах того времени проводил курс, отвечавший глобальным интересам американского империализма. Стоит в этой связи привести выдержку из книги сына президента — Эллиота Рузвельта «Его глазами». В ней воспроизводятся следующие слова, характеризующие позицию президента Рузвельта и понимание им роли, которую должны были сыграть Соединенные Штаты во второй мировой войне. Президент говорил своему сыну:

— Ты представь себе, что это футбольный матч. А мы, скажем, резервные игроки, сидящие на скамье. В данный момент основные игроки — это русские, китайцы и в меньшей степени англичане. Нам предназначена роль игроков, которые вступят в игру в решающий момент… Я думаю, что момент будет выбран правильно…

Эта точка зрения не раз находила свое выражение в позиции Рузвельта по проблеме второго фронта. Когда вопрос встал ребром: выполнять ли обязательства перед Советским Союзом или совместно с другим буржуазным политиком — Черчиллем разработать тактику, которая в то время казалась правящим кругам Лондона более подходящей, Рузвельт склонился на сторону британской империалистической политики.

Договорившись с Рузвельтом, Черчилль объявил, что лично объяснит Сталину причины, по которым Англия и США отказываются от ранее данного обещания открыть второй фронт в 1942 году. 18 июля он направил главе Советского правительства послание, в котором впервые официально сообщалось о решении западных союзников не осуществлять вторжение во Францию в 1942 году.

Послание Черчилля вызвало, естественно, резко отрицательную реакцию советской стороны. В ответном письме Черчиллю от 23 июля Сталин подчеркивал, что решение Англии и США принято, «несмотря на известное согласованное Англо-Советское коммюнике о принятии неотложных мер по организации второго фронта в 1942 году». Сталин далее писал: «Исходя из создавшегося положения на советско-германском фронте, я должен заявить самым категорическим образом, что Советское Правительство не может примириться» с этим.

Понимая, что сложившаяся ситуация может осложнить отношения с СССР, Черчилль поспешил отправиться в Москву.

В течение четырех дней Тегеранской конференции– с 28 ноября по 1 декабря 1943 г. – главы правительств СССР, США и Англии обменивались мнениями по важнейшим вопросам войны и мира. В составе делегации были министры иностранных дел и военные советники. Конференция не имела заранее согласованной повестки дня, каждая из делегации сохраняла за собой право затрагивать любые интересующие ее вопросы [6, 216 с.]. Основным же вопросом конференции было открытие второго фронта.

Схожая позиция американского и советского правительства не совпадала с позицией английского правительства относительно второго фронта. Хотя на предыдущих англо-американских совещаниях решение о высадке во Франции в 1944 году как будто было принято, тем не менее в последствии, на московской конференции, а также из переписки между главами правительств становилось очевидным, что английское правительство вновь стремится поставить под сомнение открытие второго фронта в Европе в 1944 году. Эти опасения подтвердились и на тегеранской конференции. Выступая с анализом военной обстановки на фронтах, Черчилль отдавал явное предпочтение развитию военных операции на Балканах, в восточной части Средиземного моря. Но под напором американского и советского правительства, Черчиллю пришлось уступить союзникам.

На конференции был принят ряд военных решений, среди которых была договоренность об открытии второго фронта. «Приняла к сведению, что операция «Оверлорд» будет предпринята в течение мая 1944 года, вместе с операцией против Южной Франции. Эта последняя операция будет предпринята в масштабе, в каком это позволят наличные десантные средства. Конференция далее приняла к сведению заявление маршала Сталина, что советские войска предпримут наступление примерно в то же время с целью предотвратить переброску германских сил с восточного на западный» [2, 459 с.].

Как известно из разных источников, установленный на Тегеранской конференции срок проведения операции под кодовым названием “Оверлорд” - 31 мая 1944 года - был, тем не менее нарушен. Высадка англо-американских войск на французское побережье состоялась лишь июне 1944 года. Десантная операция союзников была осуществлена силами 21-й союзной группы армий, насчитывавшей 45 дивизий, поддержанных 11 тысячами боевых самолётов. Общая численность десанта составила 2876 тыс. человек (1,5 млн. из них составляли американцы). Тем не менее, двойственность общего подхода к советскому союзнику обусловила двойственность как замысла, так и оперативных планов при реализации решений об открытии второго фронта. Фактически действовали два сценария – “Оверлорд” на случай оказания вермахтом сопротивления союзническому вторжению и “Рескин”, если германские войска будут спешно переброшены на Восточный фронт (то есть, если Германия откроет фронт на западе перед англо-американскими союзниками)

 

Вопрос 23 Начало освобождения Беларуси

 

 

После победы в Курской битве Красная Армия развернула стратегическое наступление от Невеля до Черного моря по фронтовой линии протяженностью 2000 км. На центральном участке фронта советские войска продолжали наступление и вышли к восточным районам БССР.Осенью 1943 г. началось освобождение территории Беларуси. 13-я армия Центрального фронта форсировала Днепр и освободила23 сентября 1943 г. первый районный центр республики — Комарин.

26 сентября 1 943 г. войска 3-й и 50-й армий Брянского фронта освободили районный центр Хотимск Могилевской области. Войска 65-й армии 27 сентября овладели райцентром Тереховка Гомельской области. Преодолевая упорное сопротивление врага, части 49-й армии форсировали Сож и 28 сентября освободили Мстиславль и вышли на реку Проню. В этот же день красное знамя взвилось над райцентрами Костюковичи и Климовичи. 29 сентября гитлеровцы были выбиты из Кричева, а 2 октября — из Дрибина.

Планируя дальнейшие военные действия, Ставка Верховного Главнокомандования поставила перед советскими войсками задачу разгромить немецкую группу армий «Центр» и очистить от оккупантов всю территорию Беларуси. Для этого привлекались войска трех фронтов: Калининского (с 20 октября 1943 г.— 1-й Прибалтийский), Западного и Центрального (с 20 октября 1943 г.— Белорусский фронт).

Однако советское руководство не учло реального соотношения сил сторон. Ставка Верховного Главнокомандования полагала, что гитлеровцы, понесшие в летней кампании 1943 г. такие большие потери, настолько деморализованы, что не смогут сдержать наступление советских войск. Но для таких оптимистических прогнозов не было оснований. Красная Армия не имела достаточных резервов: не хватало боевой техники, вооружения и боеприпасов. Наступление началось в октябре 1943 г. и продолжалось на широком фронте до конца года. В результате тяжелых кровопролитных боев гитлеровцы сумели' остановить наступление войск 1-го Прибалтийского фронта. В декабре 1943 г. наступление возобновилось. 24 декабря 1943 г. был освобожден райцентр Городок. Попытки советских войск прорваться к Витебску успеха не имели. Новое наступление войск Красной Армии началось 3 февраля 1944 г., однако освободить Витебск им так и не удалось.

До конца 1943 г. войска Западного фронта семь раз переходили в наступление на Могилевском направлении, но задач своих не выполнили. Ценой огромных потерь они смогли продвинуться вперед только на 10—20 км.

16 октября 1943 г. войска Красной Армии форсировали реку Днепр и освободили Лоев. 18 ноября 1943 г. враг был изгнан из Речицы, 26 ноября 1943 г. красное знамя было поднято над Гомелем. 14 января 1944 г. освобождены Мозырь и Калинковичи. 24 февраля 1944 г. советские войска овладели Рогачевом.

Осенью и зимой 1943—1944 гг. войска Красной Армии полностью или частично освободили 36 районов Беларуси, 36 районных и 2 областных центра: Гомель и Мозырь. Наступление советских войск на белорусской земле проходило в условиях всеобщей поддержки и помощи со стороны партизан и мирного населения республики.

Еще в ходе Великой Отечественной войны правительство СССР и ЦК ВКП(б) разработали план мероприятий по восстановлению народного хозяйства и культуры в освобожденных районах. Преодолевая трудности, трудящиеся Беларуси взялись за возрождение промышленности и сельского хозяйства. Весной 1944 г. началось восстановление более 100 промышленных предприятий. На них было занято свыше 40 тыс. рабочих.

На освобожденных территориях стали действовать больницы, сельские врачебные участки, фельдшерско-акушерские пункты, аптеки и другие медико-санитарные учреждения, детские дома.

Вопрос 24 Белорусская наступательная операция

Одна из крупнейших стратегич. наступат. операций, проведена 23 июня - 29 авг. с целью разгрома нем.-фаш. группы армий "Центр" и освобождения Белоруссии. В июне 1944 перед сов. войсками открывались реальные перспективы наступления в сторону Польши и Чехословакии. К исходу 22 июня 1944 фронт протяжённостью св. 1100 км в Белоруссии проходил по линии оз. Нещердо, восточнее Витебска, Орши, Могилёва, Жлобина, по р. Припять, образуя огромный выступ, обращённый своей вершиной на В. Здесь оборонялись войска группы армий "Центр" (ген.-фельдм. Э. Буш, с 28 июня ген.-фельдм. В. Модель) в составе 3-й ТА, 4-й, 9-й и 2-й А, к-рые поддерживала авиация 6-го и частично 1-го и 4-го возд. флотов. На С. к ней примыкали войска 16-й А группы армий "Север", на Ю. - 4-й ТА группы армий "Сев. Украина" (всего 63 дивизии и 3 бригады; 1,2 млн. чел., 9,5 тыс. орудий и минометов, 900 танков и штурмовых орудий, 1350 самолётов). Группа армий "Центр", занимая т. н. белорусский балкон и располагая хорошо развитой сетью жел. и шосс. дорог для широкого манёвра по внутр. линиям, преграждала сов. войскам путь на Варшаву. При переходе сов. войск в наступление она могла к С. и Ю. от этого "балкона" наносить мощные фланговые удары по войскам Прибалт. и Белорус. фр. Герм, командование считало, что сов. войска смогут нанести в Белоруссии лишь второстепенный удар, и поэтому исключало возможность использования здесь большого кол-ва танков. Исходя из этого, пр-к не имел в Белоруссии достаточных резервов. Всего в резервах армий и группы армий оставалось 11 дивизий. Из 34 танк. и моторизов. дивизий, имевшихся на всём сов.-герм. фронте, 24 были сосредоточены южнее Припяти. Нем.-фаш. войска занимали заранее подготовленную, глубоко эшелонированную (250-270 км) оборону, к-рая опиралась на развитую систему полевых укреплений и естественные рубежи. Оборонительные полосы проходили, как правило, по западным берегам многочисленных рек, имевших широкие заболоченные поймы.

Планирование и подготовку Б. о. Ставка ВГК, воен. советы и штабы фронтов начали весной 1944. Исходя из воен.-политич. обстановки и предложений воен. советов фронтов, Генштаб разработал план Б. о. После его всестороннего об суждения в Ставке 22-23 мая было принято окончат, решение на проведение стратегия, наступат. операции в Белоруссии. Замысел командования предусматривал одноврем. прорыв обороны врага на 6 участках, чтобы расчленить его войска и разбить их по частям. Особое значение придавалось разгрому наиболее сильных фланговых группировок гитлеровцев, оборонявшихся в р-нах Витебска и Бобруйска, что обеспечивало условия для стремит, продвижения крупных сил 3-го и 1-го Белорус. фр. и развития их успеха по сходящимся направлениям на Минск Уцелевшие при этом войска пр-ка предусматривалось отбросить на глуб. 200-250 км в невыгодный для оборонит. действий р-н под Минском, отрезать им пути отхода, окружить их и ликвидировать. В дальнейшем, наращивая удар и расширяя фронт наступления, сов. войска должны были выйти к зап. границе СССР. Предусматривалось также использовать успех сов. войск в Белоруссии для перехода в наступление 2-го и 3-го Прибалт. фр. Для разгрома пр-ка в Белоруссии привлекались фронты 1-й Прибалт. (4-я Ударная, 6-я гвард., 43-я А, 1-й тк, ген. армии И. X Баграмян), 3-й Белорус. (39-я, 5-я, 11-я гвард., 31-я А, 5-я гвард. ТА, конно-механизир. группа, 2-й гвард. тк, ген.-полк. с 26 июня ген. армии И.Д. Черняховский), 2-й Белорус. (33-я, 49-я, 50-я А, ген.-полк, с кон. июля ген. армии Г. Ф. Захаров), 1-й Белорус. (3-я, 48-я, 65-я, 28-я, 61-я, 70-я, 47-я, 8-я гвард., 69-я А, 2-я ТА, конно-механизир. группа, 9-й, 1-й гвард, 11-й тк, 2-й и 7-й гвард. кк, ген. армии, с кои. июня Маршал Сов. Союза К. К. Рокоссовский) с вошедшей в его состав вновь созданной 1-й А Войска Польского (ген.-лейт. 3. Берлинг) и Днепровская воен. флотилия (контр-адм. В. В. Григорьев) Четыре фронта объединяли 20 общевойсковых и 2 танк. армии (всего 166 дивизий, 12 танк. и механизир. корпусов, 7 укрепленных р-нов и 21 бригаду; 2,4 млн. чел., св. 36 тыс. орудий и минометов, 5,2 тыс. танков и САУ). 1/5 этих сил включалась в наступление только через 3 нед. Войска фронтов соответственно поддерживала авиация 3-й, 1-й, 4-й, 6-й и 16-й ВА (всего 5,3 тыс. боевых самолетов). К участию в операции привлекались также авиация дальнего действия (маршал авиации А. Е. Голованов) и авиация ПВО. С войсками тесно взаимодействовали партизаны (см. Партизанское движение в Белоруссии) Координацию действий фронтов осуществляли представители Ставки ВГК - Маршалы Сов. Союза Г. К. Жуков и А. М. Василевский. В подготовит. период операции по планам Генштаба и фронтов проводились широкие мероприятия по оператив. маскировке. Так, в полосе 3-го Укр. фр. имитировалось сосредоточение войск для наступления, а в Белоруссии в это же время выполнялись скрытая перегруппировка и сосредоточение войск.

По характеру боевых действий и содержанию выполненных задач Б. о. делится на 2 этапа. На 1-м этапе (с 23 июня по 4 июля) были проведены Витебско-Оршанская, Могилевская, Бобруйская и Полоцкая операции и завершено окружение минской группировки. Войска 1-го Прибалт. фр. совм. с войсками 3-го Белорус: фр., перейдя 23 июня в наступление, к 25 июня окружили западнее Витебска 5 вражеских дивизий и к 27 июня ликвидировали их, гл. силы фронта 28 июня овладели г. Лепель (см. Витебско-Оршанская операция 1944). Войска 3-го Белорус фр., успешно развивая наступление, 1 июля освободили Борисов. В результате нем. 3 я ТА была отсечена от 4-й А. Войска 2-го Белорус. фр. после прорыва обороны пр-ка по pp. Проня, Бася и Днепр 28 июня освободили Могилев (см. Могилевская операция 1944). Войска 1-го Белорус. фр. к 27 июня окружили св. 6 нем. дивизий в р-не Бобруйска и к 29 июня ликвидировали их (см. Бобруйская операция 1944). Одновременно войска фронта вышли на рубеж Свислочь, Осиповичи, Старые Дороги. В результате Минской операции 1944 3 июля освобожден Минск, восточнее к-рого в окружении оказались соединения 4-й и 9-й нем. А (св. 100 тыс. чел.). 1-й Прибалт. фр. в ходе Полоцкой операции 1944 освободил Полоцк и развил наступление на Шяуляй. За 12 дней сов. войска продвинулись на 225-280 км при среднесуточном темпе до 20-25 км, освободили б. ч. Белоруссии. Группа армий "Центр" потерпела катастрофич. поражение, ее гл. силы были окружены и разгромлены. С выходом сов. войск на рубеж Полоцк, оз. Нарочь, Молодечно, западнее Несвижа в стратегич. фронте пр-ка образовалась брешь протяженностью 400 км. Попытки нем.-фаш. командования закрыть ее отдельными дивизиями, спешно перебрасывавшимися с др. направлений, не могли дать сколько-нибудь значительных результатов. Перед советскими войсками появилась возможность начать неотступное преследование остатков разбитых вражеских войск.

После успешного завершения 1-го этапа операции Ставка дала фронтам новые директивы, согласно к-рым они должны были ликвидировать окруженную группировку пр-ка восточнее Минска и продолжать решит. наступление на З. На 2-м этапе (с 5 июля по 29 авг.) фронты, тесно взаимодействуя между собой, успешно осуществили 5 наступат. операций Шяуляйскую, Вильнюсскую, Каунасскую, Белостокскую и Люблин-Брестскую. За это время сов. войска завершили уничтожение окруженной группировки пр-ка в р-не восточнее Минска (5-11 июля). Войска фронтов последовательно разгромили остатки отходивших соединений групп армий "Центр" и нанесли крупный урон войскам, переброшенным из Германии, Норвегии, Италии, Нидерландов, из группы армий "Север", "Юж. Украина", "Сев. Украина", и вновь сформированным соединениям в тылу группы армий "Центр". Группа армий "Север" оказалась изолированной в Прибалтике. За время Б. о. 17 дивизий и 3 бригады пр-ка были полностью уничтожены, а 50 дивизий лишились более 1/2 своего состава. Гитлеровцы потеряли убитыми, ранеными и пленными ок. 0,5 млн. чел. Сов. войска завершили освобождение Белорус. ССР, освободили часть Литов. и Латв. ССР, 20 июля вступили на терр. Польши и 17 авг. подошли к границам Вост. Пруссии. К 29 авг. они достигли рубежа западнее Елгавы, Добеле, Шяуляя, Сувалки, предместье Варшавы Прага, р. Висла, где перешли к обороне. Наступая в полосе более 1100 км по фронту и продвинувшись на 3. до 550-600 км, сов. войска создали благоприятные предпосылки для наступления на львовско-сандомирском направлении, в Вост. Пруссии и последующего удара на варшавско-берлинском направлении. Успех, достигнутый в Б. о., был своевременно использован Ставкой для решит. действий на др. направлениях сов.-герм. фронта.

Эффективную поддержку Сухопут. войскам оказали ВВС, совершив св. 153 тыс. боевых самолето-вылетов. Быстрому продвижению наземных войск и освобождению Бобруйска и Пинска способствовали действия Днепровской воен. флотилии. В Б. о. широко осуществлялось взаимодействие сов. войск с партизанами, к-рые нарушали коммуникации пр-ка, уничтожали его живую силу и технику, захватывали насел. пункты, переправы через водные преграды и удерживали их до подхода войск. Сов. войска показали высокое иск-во стремит. фронтального и параллельного преследования пр-ка на большую глубину. Командующие фронтов и армий широко использовали подвижные соединения и части для выхода на тылы отходившего противника.

Б. о. характеризуется умелым выбором направлений гл. ударов фронтов и решит, массированием на них имевшихся сил и средств. Впервые за годы войны б. ч. подвижных групп армий и фронтов была введена в сражение после прорыва тактич. зоны обороны пр-ка. Осуществлен новый метод арт. поддержки пехоты и танков - двойной огневой вал. С целью разгрома окруженных группировок пр-ка наносились массир. удары авиации (особенно под Бобруйском). Крупные вражеские группировки были окружены под Витебском, Бобруйском, Минском, в р-не Вильнюса и Бреста. Новым было то, что окружение под Минском было достигнуто в ходе параллельного и фронтального преследования пр-ка на глуб. 200-250 км от переднего края обороны. Поражение в Белоруссии, Прибалтике и Польше резко ухудшило положение фаш. Германии. В ходе операции сов. воины показали высокое боевое мастерство и массовый героизм. Многим сотням воинов присвоено звание Героя Сов. Союза. Только за июль - авг. св. 400 тыс. солдат и офицеров награждены орденами и медалями.

Вопорс 25 Освобождение СССР на протяжении 1944 года

Ход кампании на Восточном фронте в 1944 году определялся тем

фактом, что по мере продвижения русских ширина фронта оставалась

прежней, а силы немцев сокращались. Поэтому естественно, что

продвижение русских продолжалось без помех и задержки вызывались

только трудностями снабжения. Ход событий явился прекрасным

доказательством решающего значения соотношения пространства и

сил. Более того, паузы в продвижении были мерой пространства,

через которое русские осуществляли снабжение своих войск

 

Главное место в кампании принадлежало ударам на двух на

направлениях противоположных крыльев фронта, причем за каждым из

ударов следовала длительная пауза. Первый удар был предпринят в

середине зимы, второй -- в середине лета. Во вспомогательной

операции, которая привела на южном крыле к перемещению фронта в

Центральную Европу, паузы были короче. Это объяснялось тем, что

соотношение размеров, пространства и численности немецких войск

здесь оказалось больше, чем в основном районе театра, а поэтому

русским нужно было накапливать меньше сил для прорыва каждого

следующего рубежа обороны немцев.

 

Зимнее наступление вначале развивалось так же, как осеннее, и

дало примерно такой же эффект, но не из-за просчетов немецкого

командования, а потому, что немцы все меньше могли "свести

концы с концами"Прим. ред.>. В начале декабря

1943 года Конев совершил обходный фланговый маневр, стремясь

преодолеть сопротивление немцев у Кривого Рога и попытаться

ликвидировать немецкую группировку в излучине Днепра. Нанеся на

этот раз удар в западном направлении с кременчугского плацдарма,

войска Конева продвинулись почти до КировоградаПрим. ред.>. Этот удар и удар с черкасского плацдарма

вынудили немцев израсходовать значительную часть своих тощих

резервов. Манштейн оказался перед дилеммой. Получив от Гитлера

приказ, запрещавший отводить войска (этого требовали

стратегические соображения), Манштейн вынужден был пытаться

"залатать дыры" на участке между излучиной Днепра и

Киевом, хотя это уменьшало его шансы удержать войска Ватутина на

киевском выступе. А именно здесь русские теперь быстро

накапливали силы.

 

Новое наступление войск Ватутина началось в канун рождества под

прикрытием плотного утреннего тумана. Так начиналось почти

каждое наступление в последний период первой мировой войны. В

первый же день русские прорвали позиции немцев. Полоса прорыва

была настолько широкой, что всякие контрмеры оказались

бесполезными. Неделю спустя Ватутин занял Житомир и Коростень и

одновременно перенес часть усилий на юг, к опорным пунктам

немцев в Бердичеве и Белой Церкви.

 

3 января 1944 года русские подвижные войска, нанеся удар в

западном направлении, овладели узлом железных дорог

Новоград-Волынский, в 50 милях западнее Коростеня. На следующий

день они перешли довоенную польскую границу. На юге немцы

оставили Белую Церковь и Бердичев, отойдя к Виннице и Бугу,

чтобы прикрыть рокадную дорогу Одесса -- Варшава. Здесь Манштейн

собрал некоторые резервы и нанес контрудар, однако он оказался

слишком слабым, а Ватутин был хорошо подготовлен к его

отражению. Хотя контрудар несколько задержал продвижение русских

к Бугу, однако теперь русским открывалась возможность флангового

удара. Русские нанесли удар из районов Бердичева и Житомира,

обошли узел сопротивления в Шепетовке и 5 февраля овладели

важным городом Ровно. В тот же день, нанеся фланговый удар,

русские заняли Луцк, примерно в 50 милях северо-западнее

РовноПрим. ред.>.

 

Еще большую опасность для немцев создал удар русских на юге.

Здесь левое крыло войск Ватутина соединилось с правым крылом

войск Конева для уничтожения немецких сил, которые по приказу

Гитлера оставались между киевским и черкасским плацдармами

русских. Кольцо окружения замкнулось 28 января. В ловушке

оказалось почти шесть дивизий. Попытки пробиться к окруженным

войскам в конце концов удались, главным образом благодаря

усилиям 3-го и 47-го танковых корпусов. В корсуньском котле из

60 тыс. человек 30 тыс. были уничтожены, 18 тыс. попали в плен

или были раненыПрим. ред.>.

 

Попытки освободить окруженные дивизии предпринимались за счет

ослабления сил в излучине Днепра. Немцы не смогли отразить

удара, который нанесли войска Малиновского в основании

никопольского клина. Немцам пришлось оставить Никополь 8

февраля. Важное месторождение марганцевой руды было потеряно для

Германии. В Кривом Роге немцы удерживались еще две недели, а

затем оставили этот город ввиду угрозы окружения.

 

Глубокие вклинения русских на Южном фронте между Припятскими

болотами и Черным морем увеличили ширину фронта, который немцам

приходилось прикрывать, а жестокий приказ Гитлера не позволял им

сократить протяженность фронта за счет его выравнивания.

Возросшие потери, особенно в корсуньском котле, привели к

образованию брешей в линии фронта, которые немцы не могли

залатать. Принцип, которого приказал придерживаться Гитлер,

привел к более значительному отступлению, чем требовалось

осуществить два месяца назад.

 

Слабость позиций и бреши в линии фронта вызвали чувство

обреченности у немецких солдат. Это чувство усугублялось не

только численностью наступавшего противника, но и тем, что

противник не испытывал очевидных трудностей в снабжении. Армии

русских шли лавиной. Русские солдаты переносили такие трудности,

которые оказались бы не под силу солдатам западных армий, и

продолжали наступать тогда, когда другие остановились бы в

ожидании восстановления коммуникаций. Немецкие мобильные войска,

пытавшиеся остановить продвижение русских путем нанесения ударов

по их коммуникациям, редко находили подходящие объекты для

атаки.

 

Шансы остановить наступление еще больше уменьшились после того,

как был отстранен от должности Манштейн. В качестве официальной

причины называли болезнь Манштейна, однако его смещение было

вызвано обострением отношений с Гитлером, стратегию которого

Манштейн считал бессмысленной и с которым он спорил в

неприемлемом для Гитлера тоне. Таким образом, человек, которого

немцы считали лучшим стратегом, оказался не у дел. Здоровье

Манштейна быстро поправилось, но он мог теперь следить за

событиями только по карте, удалившись в свое родовое имение. А

немецкую армию слепо вели к пропасти.

 

Начало марта 1944 года ознаменовалось новым комбинированным

маневром, еще более широким по масштабам охватом. Сначала

внимание немцев приковал к себе удар в верховьях Буга, в

юго-восточной Галиции. Этот удар нанесли войска маршала Жукова,

который сменил Ватутина, нарвавшегося на засаду и смертельно

раненного националистами. Нанеся удар из Шепетовки, войска

Жукова продвигались по 30 миль в сутки и 7 марта у Тарнополя

перерезали железнодорожную линию Одесса -- Варшава. Русские

вышли во фланг оборонительным позициям на Буге раньше, чем немцы

сумели отойти на них и закрепиться.

 

На другом крыле Южного фронта Малиновский уже теснил немецкие

войска в нижней части излучины Днепра. Использовав захваченные

позиции и Никополя и Кривого Рога, он начал охватывающий маневр.

13 марта войска Малиновского заняли порт Херсон в устье Днепра и

окружили часть сил немцев в этом районе. Одновременно другое

крыло войск Малиновского, наступая с севера, достигло Николаева

в устье Буга. Немцы оказали здесь упорное сопротивление, и город

был занят только 28 марта.

 

Более драматичное событие произошло на центральном участке

фронта, между полосами действий войск Жукова и Малиновского.

Пользуясь тем, что внимание немцев сосредоточено на действиях

войск Малиновского и Жукова, Конев нанес удар в направлении

Умани и вышел к Бугу. Не теряя времени, его танки двинулись к

Днестру, протекающему в этом районе в 70 милях от Буга. Лед на

Днестре начал таять, и эта река с быстрым течением и крутыми

берегами казалась трудным препятствием и удобной для обороны

позиций. Однако для обороны немцы не имели необходимых сил. 18

марта русские танки вышли к реке и с ходу форсировали ее по

понтонным мостам у Ямполя и соседних городов. Легкость

форсирования объяснялась стремительностью наступления русских и

растерянностью немецких войск. Ведущую роль здесь вновь сыграли

бронетанковые войска под командованием генерала Ротмистрова. Они

сумели подавить сопротивление противника, применив новый

тактический прием: наступление велось в широко рассредоточенных

боевых порядках, и тем самым обрекалась на неудачу попытка

противника остановить их продвижение путем удержания опорных

пунктов на главном направлении наступления.

 

Глубокое вклинение в оборону противника было связано с большим

риском. В это время левое крыло войск Жукова нанесло новый удар

в южном направлении на Тарнополь. Этот удар, хорошо рассчитанный

по времени, был нанесен сразу же после отражения контратак

немцев у Тарнополя. Организовав оборону, русские отбили

контратаку и двинулись следом за отходившим противником. Удар

имел целью соединиться с наступающими войсками Конева. После

быстрого продвижения к Днестру войска Конева повернули на юг

вдоль восточного берега реки, охватывая фланг противника и

прижимая его к правому крылу войск Конева. Этот комбинированный

удар не только обеспечивал безопасность флангов наступающих

войск, но и открывал хорошие перспективы для развития успеха.

 

Нанося эти фланговые удары, русские расширяли полосу прорыва и

окружали силы противника, слишком поздно начавшие отход. Кроме

того, русские продолжали продвигаться и в западном направлении.

До конца марта войска Конева вышли к Пруту у Ясс, а войска

Жукова овладели важными пунктами Коломыя и Черновцы, форсировав

Прут в верхнем течении. Русские, таким образом, подошли вплотную

к Карпатам.

 

Немцам необходим был этот горный барьер, и не только чтобы

помешать вторжению русских на Центральноевропейскую равнину, но

и для ведения длительной обороны Балканского полуострова.

Карпаты, к которым на юге примыкают Трансильванские Альпы,

представляют собой отличный естественный оборонительный рубеж.

Протяженность этой горной гряды в стратегическом отношении

уменьшается из-за сравнительно небольшого числа перевалов, и,

таким образом, создается возможность сэкономить силы. Между

Черным морем и горной местностью у Фокшаны находится равнинный

участок шириной 120 миль, однако его восточную часть занимают

дельта Дуная и цепочка озер, поэтому ширина опасной зоны

фактически составляет 60 миль в районе Галацкого прохода.

 

В начале апреля казалось, что немцы вот-вот отойдут на этот

тыловой оборонительный рубеж, северо-восточной части которого

уже угрожали войска Жукова, прорвавшиеся между Тарнополем и

Черновцами в направлении Яблоницкого перевала. Казалось, Жуков

намеревается внезапно обрушиться на Будапешт, как это однажды

сделал Сабутай, который командовал монгольскими ордами

Чингисхана и в марте 1241 года прорвался через Венгерскую

равнину к Дунаю.

 

1 апреля передовые части Жукова подошли к Яблоницкому перевалу.

Горы здесь значительно ниже и положе, чем на юге. Перевал лежит

на высоте не более 2 тыс. футов над уровнем моря. Но даже при

столь незначительной высоте в случае упорной обороны перевал

преодолеть нелегко, поскольку свобода маневра наступающих войск

ограничена. И действительно, рядовым частям не удалось с ходу

прорваться через перевал, а потом не хватило сил, чтобы сразу

возобновить наступление. После стремительного продвижения войска

нуждались в пополнении запасов средств материального

обеспечения.

 

Немцы же оказались в выгодном положении, отойдя к сети

коммуникаций, опирающейся на Львов. С отходом в Галицию у них

появилась возможность сосредоточить свои силы. На следующей

неделе немцы нанесли сильный контрудар. Они преследовали двойную

цель -- остановить продвижение русских и вырвать из окружения 18

дивизий 1-й танковой армии, пойманных в ловушку восточнее

Днестра войсками Жукова и Конева. Эта группировка попыталась

пробиться на запад через Скалу и Бузак к ЛьвовуПрим. ред.>.

 

Продвижение войск Конева за Прутом было приостановлено

неподалеку от реки. Русским не удалось прорваться к Яссам,

находящимся всего в 10 милях западнее Прута, но они вышли к

Серету, несколько севернее. Перед Коневым, однако, в этот момент

стояла более важная цель. Левое крыло его войск продвигалось на

юг вдоль Днепра в тыл войскам противника. Здесь действовали в

основном румынские части. Фланговый удар войск Конева совпал с

наступлением войск Малиновского из района Николаева на Одессу.

 

Эта угроза поставила в трудное положение Шернера, который сменил

Клейста на посту командующего бывшей группой армий "А"

(теперь она называлась группой армий "Южная Украина"), и

Моделя, который сменил Манштейна на посту командующего группой

армий "Северная Украина" (раньше называлась группой

армий "Дон" и группой армий "Юг"). Трудности для

Шернера усугублялись бедственным состоянием и слабостью

коммуникаций в тылу, так как после выдвижения русских к Карпатам

его войска оказались отрезанными от армий в Польше и могли

пользоваться лишь дорогами через Балканы и Венгрию.

 

В это время тяжелые бомбардировщики союзной авиации,

базирующиеся в Италии, нанесли серию ударов по узлам

коммуникаций. Первыми объектами их ударов стали Будапешт,

Бухарест и Плоешти. Однако эти удары, нанесенные в первую неделю

апреля, уже не могли оказать непосредственного влияния на ход

событий.

 

5 апреля войска Малиновского вышли к станции Раздельная, лишив

противника возможности пользоваться единственной оставшейся в

исправности железнодорожной линией из Одессы. 10 апреля этот

крупный порт был занят. Большей части войск противника удалось

ускользнуть. Они отошли к нижнему течению Днестра. Отсюда линия

фронта тянулась к Яссам.

 

В первую неделю мая войска Конева нанесли мощный удар западнее

Ясс по обоим берегам Серета, использовав в этих боях новые танки

ИС.

 

В апреле был освобожден Крым. Численность оккупантов, наполовину

немецких, наполовину румынских, на этом полуострове постепенно

сокращалась путем эвакуации по морю. Наступающие войска русских

испытывали трудности, поскольку противнику не требовалось

больших сил, чтобы удерживать два узких прохода в горах. Захват

Крыма требовал нанесения удара крупными силами и хорошей

организации наступления. Именно поэтому Гитлер долго удерживал

этот полуостров, пока русские войска не продвинулись намного

западнее его. В данном случае Гитлер мог вполне оправданно

пожертвовать силами, оборонявшими Крым, ибо бои на полуострове

отвлекали значительные войска русских в критический момент.

 

Главный удар на Крым нанесли войска Толбухина. Это было 8 апреля

после разведки боем с целью вскрыть систему огня противника.

Фронтальному удару на Перекопском перешейке содействовал

вспомогательный удар через Сиваш во фланг и тыл противника.

Когда в результате этого маневра были открыты ворота в Северный

Крым, войска Еременко нанесли удар с Керченского полуострова. К

17 апреля наступающие войска двух группировок русских

соединились в окрестностях Севастополя и захватили в плен 37

тыс. человек. Немцы пытались удержаться на позициях южнее

Перекопа, вместо того чтобы сразу отойти к Севастополю. Это

позволило Толбухину подтянуть танки, прорвать наспех занятую

оборону, фронт которой был слишком растянут, и захватить в плен

большую часть войск противника, прежде чем они сумели отойти к

Севастополю.

 

Чтобы овладеть этим укрепленным городом, русские подтянули

тяжелую артиллерию. У немцев же не хватало сил для создания

обороны необходимой плотности. И все же Гитлер требовал любой

ценой удерживать Севастополь. Русские перешли в наступление в

ночь на 6 мая и быстро прорвались на северо-восточных подступах

к городу между Инкерманом и Балаклавой. 9 мая Гитлер отменил

свой приказ удерживать Севастополь, пообещав прислать корабли

для эвакуации гарнизона. 10 мая гарнизон оставил город и отошел

к полуострову Херсонес. 13 мая здесь сдались в плен 30 тыс.

солдат и офицеров немецко-румынских войск. Лишь немногим удалось

спастись морем. Большинство пленных составляли немцы. Еще до

начала наступления русских немецкое командование эвакуировало

румынские части, чтобы в обороне полагаться только на свои силы.

Эта мера могла бы увеличить сроки обороны, если бы не фатальная

жесткость плана оборонительных действийПрим. ред.>.

 

На другом крыле Восточного фронта в первые месяцы 1944 года

русские тоже продвигались вперед, хотя и не так быстро, как на

юге. В начале года немцы все еще стояли у Ленинграда. Их позиции

от окрестностей города протянулись на 60 миль к востоку, а затем

проходили вдоль р. Волхов до озера Ильмень. На другом берегу

этого озера немцы удерживали города-крепости Новгород и Старая

Русса. В середине января русские начали долгожданное наступление

с целью снять блокаду Ленинграда. Нанеся удар с побережья

западнее города, войска Говорова прорвались на левом фланге

выступа, занятого немецкими войсками. Войска Мерецкова глубоко

вклинились на правом фланге немцев у Новгорода. В результате

блокада Ленинграда была снята и восстановлено железнодорожное

сообщение с Москвой. Этот успех привел к изоляции Финляндии.

 

Завершив отход, немцы заняли позиции от Финского залива у Нарвы

до Пскова, выравнивание и сокращение фронта на какое-то время

улучшили положение немцев, тем более что практически сокращение

фронта обороны было гораздо существеннее, чем при взгляде на

карту. Три четверти полосы протяженностью 120миль между

побережьем и Псковом занимали два крупных озера -- Чудское и

Псковское. В конце февраля Говоров внезапным ударом захватил

плацдарм за р. Нарва, между побережьем залива и Чудским озером.

 

Оказавшись в изоляции, финское правительство в середине февраля

вступило в переговоры о заключении перемирия. В сложившейся

обстановке условия, выдвинутые русскими, следует признать

умеренными. Они сводились в основном к восстановлению границ

1940 года. В марте переговоры прервались, но уже было ясно, что

весь вопрос только во времени. Инициатива, предпринятая

Финляндией, оказала влияние и на других сателлитов Германии,

которые также начали прощупывать почву для подписания перемирия.

 

Стабилизация положения на Восточном фронте весьма незначительно

облегчила положение Германии. Ее ресурсы были настолько

истощены, что время уже не могло ей помочь. Русским же нужно

было время для подготовки новых ударов. Не меньше нуждались в

передышке и те сателлиты Германии, которые уже подумывали пойти

на перемирие с Россией. На мирные устремления сателлитов, как и

на работу тыловых коммуникаций Германии, все большее влияние

стали оказывать усилившиеся удары бомбардировочной авиации

союзников по объектам на Балканах. 2 июня начались

"челночные" полеты американских бомбардировщиков

"летающая крепость". Американские самолеты, выполнив

боевое задание, приземлялись на русских аэродромах, заправлялись

горючим и пополняли свой бомбовый запас, чтобы нанести новые

удары по пути на базы в Средиземноморье. На всем протяжении

полета бомбардировщиков сопровождали истребители дальнего

действия. Подобные "челночные" полеты английских

бомбардировщиков начались 21 июня.

 

10 июня русские нанесли удар по финским войскам на Карельском

перешейке, между Ладожским озером и Финским заливом. Прорвав

несколько оборонительных позиций противника, войска Говорова 20

июня овладели Выборгом и, таким образом, вышли за пределы

перешейка. Финны сразу же выразили готовность принять условия

перемирия русских, которые раньше они отвергали. Тем временем в

Хельсинки отправился Риббентроп. Подогревая опасения финнов, он

пообещал прислать в Финляндию подкрепления. Успеху миссии

Риббентропа содействовал тот факт, что русские замедлили темпы

наступления на покрытой озерами местности за границей 1940 года.

Таким образом, военные действия на севере продолжались, хотя и в

ограниченных масштабах. Учитывая позицию правительства

Финляндии, правительство США, долгое время сохранявшее отношения

с этой страной, решило порвать их. Немцы же увеличили

численность своих войск в Финляндии.

 

У русских были все основания остаться довольными развитием

событий. 23 июня они перешли в наступление против немецких

войскПрим. ред.>. К этому времени союзные войска уже

закрепились на плацдарме в Нормандии и вели наступательные

действия севернее Рима. Однако русские выиграли больше, чем

западные союзники, оттого, что Гитлер по-прежнему настаивал на

ведении жесткой, а не эластичной обороны.

 

Хотя русские готовились к наступлению на всем протяжении фронта

от Карпат до Балтики, обращал на себя внимание участок южнее

Припятских болот. Здесь русские глубоко вклинились на территорию

Польши, и было естественно ожидать, что весной они

возобновят удары, которые позволят им выйти ко Львову и овладеть

Ковелем.

 

Однако русские предпочли начать наступление на самом

"отсталом" участке своего фронта, поступив точно так же,

как немцы в 1942 году. Они нанесли удар в Белоруссии, севернее

Припятских болот, там, где немцы все еще удерживали значительную

часть советской территории.

 

Выбор был сделан правильно. Поскольку на северном участке

русские к началу кампании продвинулись меньше, чем на других

участках, их коммуникации были короче и обеспечивали нанесение

мощного начального удара. В связи с тем, что в 1943 году здесь

удалось сдержать натиск русских, немцы вряд ли бы рискнули

усилить войска на этом участке за счет более важного и опасного

направления между Ковелем и Карпатами. Хотя на большей части

этого участка немцам удалось удержать свои позиции в

предшествующие осень и зиму, русские сумели вклиниться на

флангах, у Витебска и Жлобина. Это создавало благоприятные

возможности для возобновления наступления. Кроме того, в случае

отхода немцев русские получали хорошие возможности выйти

противнику в тыл, нанеся удар из района Ковеля. Здесь русские

войска находились у западной оконечности полосы болот,

разделявшей немецкие армии.

 

Перед началом наступления управление войсками на участке фронта

от Балтики до Припятских болот было реорганизовано и войска были

усилены. Теперь здесь действовало семь фронтовых объединений.

Справа -- Ленинградский фронт Говорова; далее на юг -- 3-й

Прибалтийский фронт Масленникова и 2-й Прибалтийский фронт

Еременко. Эти фронты пока не вели наступательных действий.

Наступление начали четыре фронта: 1-й Прибалтийский фронт под

командованием Баграмяна (войска этого фронта раньше вклинились в

позиции противника у Витебска); 3-й Белорусский фронт под

командованием Черняховского -- самого молодого из советских

военачальников; 2-й Белорусский фронт под командованием Захарова

и 1-й Белорусский фронт под командованием Рокоссовского (войска

этого фронта ранее вклинились в позиции противника у Жлобина).

 

Основную тяжесть удара русских приняли на себя войска группы

армий "Центр" под командованием Буша, который сменил на

этом посту Клюге, получившего тяжелое ранение в автомобильной

катастрофе. Хотя в течение зимы русским не удалось прорвать

оборону противника на этом участке фронта, Буш и его подчиненные

хорошо понимали, насколько близки были русские к

успеху, и теперь сомневались, сумеют ли они выдержать новый удар

в благоприятных для наступающих условиях. В предвидении этого

удара Буш хотел отвести свои войска к р. Березина, то есть на 90

миль к западу. Но Гитлер и слышать не хотел о каком-либо отходе.

 

Теппельскирх, сменивший Хейнрици на посту командующего 4-й

армией, несколько смягчил удар русских, отведя свои войска к

позициям в верхнем течении Днепра. Однако в целом это не дало

эффекта, так как русские сосредоточили основные усилия в

районах, где они сумели вклиниться в позиции немцев еще до

начала кампании.

 

На севере русские овладели Витебском, нанеся удары по сходящимся

направлениям силами Баграмяна между Витебском и Полоцком и

силами Черняховского между Витебском и Оршей. Витебск был занят

на четвертый день операции. Русские образовали огромную брешь в

позициях немецкой 3-й армии. Создалась возможность продвигаться

на юг, к шоссе Москва -- Минск, и создать угрозу тылу немецкой

4-й армии, которая сдерживала натиск войск Захарова. Опасность

положения этой армии увеличилась после того, как войска

Рокоссовского нанесли удар севернее Припятских болот в полосе

обороны 9-й армии. Прорвав оборону немцев у Жлобина (этот город

был занят на четвертый день операции), Рокоссовский форсировал

Березину и двинулся в обход Бобруйска. 2 июля его танковые

соединения вышли к Столбцам, в 40 милях от Минска, перерезав

шоссейную и железную дороги на Варшаву.

 

Благодаря возросшей мобильности своих войск русские получили

возможность вести наступательные действия на таком обширном

пространстве, что все попытки немцев сдержать их натиск

оказались безуспешными. В течение недели русские армии

продвинулись на 150миль. Вслед за танками двигалась мотопехота.

Войска Рокоссовского с севера приближались к Минску, угрожая

перерезать дорогу на Вильнюс. Находившаяся в резерве танковая

армия Ротмистрова нанесла удар вдоль шоссе Москва -- Минск и 3

июля овладела Минском, пройдя за последние два дня около 80

миль.

 

В первую неделю на северном участке полосы наступления было

взято 30 тыс. пленных, а на южном -- 24 тыс. пленных. У Минска

попало в окружение около 100 тыс. немецких войск. Хотя путь

отхода на Минск был отрезан, части сил 4-й армии Теппельскирха

удалось избежать уничтожения и отойти на юг, воспользовавшись

проселочными дорогами, по которым долгое время немецкие войска

не продвигались, опасаясь русских партизан. Группа армий

"Центр" была фактически разгромлена, потери в общем

составили 200 тыс. человек.

 

Западнее Минска немецкие войска попытались задержать наступление

русских, но, поскольку не было удобного естественного рубежа и

не хватало сил для обороны все расширяющегося участка прорыва,

эта попытка оказалась неудачной. Русские легко обходили те

города и населенные пункты, где немцы пытались организовать

оборону, и стремительно продвигались к Вильнюсу, Гродно,

Белостоку и Бресту. 9 июля русские вступили в Вильнюс, а 13

июля, когда мобильные части обошли его с севера и юга, полностью

овладели этим городом. В тот же день другие части русских войск

вошли в ГродноПрим. ред.>.

 

К середине июля русские не только очистили от врага всю

Белоруссию, но и заняли половину северо-восточных районов

Польши, подошли к границам Восточной Пруссии и оказались в 200

милях за флангом группы армий "Север", которой

командовал Фриснер и которая все еще удерживала подступы к





sdamzavas.net - 2017 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...