Главная Обратная связь

Дисциплины:






Обратите внимание на то, что глава разделена на отрывки. 6 страница



– Это ты сейчас серьезно? – я никогда не видела его взбешенным, но сейчас он таким и был.

– Это ты серьезно сейчас? – бросила я обратно.

Он посмотрел на меня с отвращением.

– Ты понимаешь, как испортила это? Ты злишься на Кэрри? Тебе даже наплевать на меня? Ты знаешь, что тебе не нужно отвечать на этот вопрос. Понятное дело, что твоя единственная забота – Леви, не твой парень. Нет, подожди, твой бывший бойфренд.

– Позволь уточнить, – мой разум старался идти в ногу со всем, что произошло за последние несколько минут. – Ты флиртовал с другой девушкой. Если бы я не вмешалась, ты, вероятно, поцеловал бы другую девушку. Ты собирался обмануть меня. Тем не менее, ты злишься на меня? И ты бросаешь меня?

– Ты хоть представляешь, как мне может быть больно сейчас, – голос Яна дал трещину, и я могу сказать, что это было совершенно искренне. Я чувствовала себя ужасно. Может быть, я сделала ему больно. Но я, конечно, знала, что ничего не может оправдать обман.

– Как ты повесил все это на меня? – путаница кружились у меня в голове. Мы с Яном никогда не ругались. Ни одного раза. Мы говорили о поездке в Милуоки на нашу первую годовщину. А теперь он бросает меня? – Ты пил?

– Ты же знаешь, что я не пью, – огрызнулся он на меня. – Может быть, я делаю это специально, чтобы ты увидела, какого это, когда твой парень отдает другой девушке все свое время. Ты мне очень нравишься, Макеллан. Но я не могу больше сидеть и играть второго лучшего друга Леви.

– Ты бы не думал так, если бы он был девушкой.

– Но это не девушка. И в этом вся проблема. Почему бы тебе уже просто не выйти из этой игры?

Это было то, к чему всегда все сводилось. Не было никакого способа понять, что мы с Леви всегда были друзьями и только друзьями. Никто и никогда не поймет этого.

В основном потому, что люди разных полов «никогда не были лучшими друзьями».

Или, может быть, было бы более уместно сказать, что ни один из этих людей не знал Леви в качестве лучшего друга.

– Если у тебя была такая проблема с ним, так почему ты сказал об этом только сейчас?

Он застонал.

– Потому что я понимал, что чем ближе ты ко мне, тем меньше я должен был бы иметь с ним дело.

– Иметь с ним дело?

– Ты знаешь, что я имею в виду.

– Нет, не знаю.

Я чуть не выпрыгнула из своей кожи, когда услышала голос Леви позади.

– Мне очень жаль, – я забыла, что он и Кэрри были там. На самом деле, вокруг нас начала собираться толпа.

Слегка сгорбившись, Кэрри пыталась незаметно ускользнуть.

– Я должна идти, – сказала она тихо.

– Я отвезу тебя домой, – Ян подошел к Кэрри и увел ее через толпу наблюдателей.

Я слышала, как кто–то начал хлопать.



– Чуваки, – крикнул Кит, выходя из толпы. – Я знал, что всегда могу рассчитывать на вас обоих для развлечения. Если бы у меня только было немного попкорна! Это было безумие.

– Серьезно, Кит? – спросила я.

Что–то в моем голосе остановило его.

– О, Боже, прости, Макеллан.

Я стояла там, ожидая его следующего саркастического комментария. Но у него был вид фактического сочувствия на лице. Который заставил меня чувствовать себя еще хуже. Если Кит почувствовал себя плохо из–за нас, мы знали, что и наша жизнь должна быть жалкой.

– Давай убираться отсюда, – я схватила Леви за руку и вывела нас из дома.

– Хм, нам не на чем уехать, – сказал Леви, останавливаясь.

– Мы что–нибудь придумаем, – я открыла дверь и вышла.– Думаю, свежий воздух может немного помочь нам.

Леви оставался нехарактерно молчаливым в течение нескольких минут. Я оставила его наедине со своими мыслями, и отошла немного, чтобы разобраться во всем самой.

Главным образом, что только что произошло? Может быть, мне не хватало некоторых сигналов. Я ломала себе голову в поисках признаков того, что Ян был недоволен. Он молчал, когда я проводила много времени с Леви, а когда я хотела поговорить о нем, он корчил какие–то рожицы. Но он был парнем. Я подумала, что он дразнит меня.

Независимо от того, что я сделала, это не дает ему повод флиртовать с кем попало за моей спиной. Но то, что расстроило меня больше всего – девушка Леви. Я подумала, что Ян хотел бы, чтобы у Леви была девушка.

– Что–нибудь осмыслил? – спросила я уЛеви.

Он покачал головой и продолжал идти. Это было плохо. Мы пришли к тому же месту. Мы не обсуждали, куда шли, мы просто привели друг друга в Риверсайд Парк. Мы молча подошли к качелям и сели. Я посередине качели, а Леви слева от меня. Это было так, как мы всегда сидели, когда ходили в парк после школы в седьмом классе.

Я начала раскачиваться взад и вперед.

– Так я думал, – объявил Леви, оставаясь в неподвижном положении. – Я думаю, что ты права. Мы больше не должны ходить на любые двойные свидания.

Я посмотрела и увидела легкую улыбку на его лице.

– Ты что, шутишь?

– Ну, признай тот факт, что мне изменяли дважды.

– Она технически не изменяла тебе.

Он щелкнул языком.

– Да, только потому, что ты остановила их.

– Мы не знаем, что могло случиться, – я не поверила словам, когда они вылетели из моих уст. Я пыталась поднять настроение. – Думаю, мне действительно нужно перестать ходить на вечеринки, где у тебя есть девушка. И где есть двери.

– Расскажи мне об этом.

Он встал и начал толкать меня. Я закрыла глаза, пусть качели уносят меня все выше и выше.

Мы оставались там в течение часа. Я посмотрела на часы.

– Мы должны либо идти домой, либо звонить кому–то из наших родителей.

Мы решили, что лучше позвонить маме Леви. Папа и дядя Адам очень защищают меня, поэтому я не думаю, что они воспримут всерьез то, что я была на вечеринке. Хотя я была с Леви, который заставил бы их чувствовать себя немного лучше. Им обоим очень нравился Ян, так что я знала, что они будут разочарованы услышать, что все кончено.

Было так странно думать об этом.

Мы с Леви сидели на бордюре, ожидая его маму.

– Ты в порядке? – спросила я.

– Не совсем, – он обнял свои ноги. – Я не знаю, я задаюсь вопросом, все ли со мной в порядке?

– С тобой нет ничего плохого,– заверила его я.

– Но, почему девушки обманывают меня?

– У тебя была одна девушка, которая обманула тебя и одна, которая просто приняла плохое решение.

Он вздохнул.

– Может быть, я плохо целуюсь?

– Я уверена, что это не так.

– Откуда ты можешь знать? – он посмотрел на меня. – Давай подумаем об этом. Моя первая девушка здесь уже целовалась с другим парнем, спустя десять дней, как я уехал. Сегодня вечером моя девушка была в двух секундах сделать это с другим парнем. Причина во мне.

– Ты ведешь себя глупо.

– Я так не думаю,– сказал Леви тихо.

Следующие пять минут он рассказывал о том, как, должно быть, ужасно целуется и что у него никогда не будет девушки, потому что он неудачник. А еще, после того, как сегодня он него ушла еще одна девушка, он не особо им доверяет. Каким жалким он должен быть, чтобы каждая девушка ухватилась за эту возможность и заигрывала с кем–то другим за его спиной. Это начинало раздражать.

Леви, как правило, довольно спокойный в этих вещах, так что я не привыкла к его рассуждениям о девушках. Тем более, будучи таким драматизирующим.

Я пыталась сказать ему, что это все не так. Речь шла о том, как Эмили любила флиртовать и не была «верной девушкой», а просто любила свидания и игры.

И кто знал о Кэрри? Она была молода. Она сделала ошибку.

Но этого было не достаточно. Леви был таким расстроенным. Часть меня хотела ударить его, но я знала, что даже так он не заткнется.

– Нет, вот и все. Я ужасно целуюсь. И это будет расходиться по всей школе, а потом ни одна девушка никогда не даст мне шанс.

– Заткнись, Леви! – крикнула я на него.

И прежде чем я осознала, что делаю, я схватила его за щеки и притянула к себе для поцелуя. Он был напряжен, вероятно, от шока, в течение первых нескольких секунд.

Затем его руки обвились вокруг меня.

Я вырвалась, а Леви начал часто дышать

– Ч–ч–что…

– Ты в порядке. И хорошо целуешься. Проверено.

Его глаза были широко раскрыты. Он, явно, потерял дар речи.

Мне понравилось, что он был так взволнован.

Мы увидели, как подъехала машина его мамы. Я встала, а он остался на обочине. Я протянула руку, чтобы помочь ему встать. Леви встал на ноги, все еще полностью ошеломленный.

– Вот, чем я отличаюсь от твоих Калифорнийских друзей.

Он вопросительно на меня посмотрел.

Я засмеялась и ударила его по плечу.

– Не думаю, что кто–то из них смог бы доказать тебе, что хорошо целуешься. Не за что, кстати.

Он молчал до моего дома, пока я смеялась про себя на заднем сиденье.

Вот это был действительно обычный первый поцелуй с парнем.

 

 

Глава 10

Леви

Да.

Тем не менее, ты в оцепенении, как я вижу?

Дай мне передохнуть, ладно? Я открывал тебе свою душу, когда ты напала на меня. Обычно я предпочитаю поступать так первым. По крайней мере, купи парню кусок пиццы прежде, чем использовать его. Особенно, если он эмоционально неустойчив.

Да, бедняжка. Ты нес полный бред, а это был единственный способ, который я могла придумать, чтобы заткнуть тебя.

Мне действительно нужно начать говорить больше.

Ты покраснел?

Хм, о чем мы говорим?

О том, какая я большая любовь в твоей жизни.

Очевидно.

 

Вот основная разница между девочкой и мальчиком в качестве лучшего друга.

Если постоянно жаловаться об измене своей девушки или о том, что ты плохо целуешься, друг – парень даст дерьмовый совет, сменит тему или даже ударит тебя.

Но когда твой лучший друг – девушка, ты можешь говорить и говорить, а она поцелует тебя, чтобы ты заткнулся.

Когда это случилось, я был потрясен и смущен в течение первых 1,3 секунд. Тогда я решил просто посмотреть, что будет дальше.

Макеллан превосходно целуется. Я был немного разочарован, когда она отстранилась и повела себя так, словно ничего не случилось.

И люди думают, что парни не привязываются, когда начинается что–то физическое.

Конечно, я пытался заставить ее поцеловать меня снова. Но она не попалась на эту удочку. В любое время я специально раздражал ее и говорил:

– Ой–ой, кому– то лучше заставить меня заткнуться,– а затем морщил губы. Макеллан игнорировала меня и возвращалась к тому, что делала.

Это раздражало

Наконец, пришла весна, и с ней пришла более теплая погода.

Даже если была уже середина сезона, я все еще нервничал из–за каждого забега. Для меня это значило слишком много. Я должен был постоянно говорить себе, не забывая дышать. И я подкачал ноги. Я услышал вступление болельщиков и рев толпы. Но я смотрел прямо перед собой. Единственное, что имело значение – 400 метров передо мной.

Я услышал сигнал выстраиваться. Я перешел на старт и принял стойку, ожидая звук выстрела. Все остальное исчезло. Я включил все свое зрение. Спокойствие победило меня, когда мое тело приготовилось бежать.

Раздался выстрел, и я бросился вперед. Мои мышцы автоматически заработали. Я дышал короткими вздохами, продвигаясь вперед все быстрее и быстрее. Я обогнул первый изгиб трассы и почувствовал, что обогнал одну группу. На полпути я знал, что была только пара других бегунов, оставшихся рядом со мной. Я использовал каждую унцию энергии, не желая оставлять ничего позади.

Я знал, что был уже близко, потому что единственный голос, который я слышал, был голос Макеллан, и она кричала более интенсивно, чем обычно. Когда я пересек финишную черту, мне потребовалось несколько ярдов, чтобы бежать спокойно. Я оглянулся и увидел Яна справа от меня.

– А предполагалось, что на финише будет только один, – он запыхался, сильно запыхался. Я мог только кивнуть. Я еще не полностью пришел в себя.

Он похлопал меня по спине.

Ян и я образовали своего рода перемирие после того инцидента. Я был больше расстроен из–за того, как он поступил с Макеллан, хотя, казалось, она не была так обеспокоена им так, как я. Но я понял, что расставание с бойфрендом в средней школе было не самой худшей потерей для нее.

– Браниган, Роджерс, хорошая работа! – назвал нас тренер Шарфенберг, когда мы медленно шли назад к команде.

– Эй, ты идешь с нами? – спросил Ян

– Да, – парни из университетской команды всегда собирались после игры. Это, как правило, включало в себя много еды и Gatorade.

– Хорошая работа! – Энди протянул мне немного воды.

– Абсолютно, – Тим подошел и похлопал Энди по спине. – Несмотря на то, что я курил. Как я могу сделать что–то подобное?

На самом деле, у меня были друзья–парни. Реальные друзья–парни. После того, как я сделал Varsity (только второкурсник делает это), я начал гулять с Тимом и Энди. Они были одними из тех классных ребят, которые очень сильно поддерживали. Я просто расслаблялся и пытался быть не слишком легкомысленным, когда они просили меня сделать что–то.

Я смотрел на табло, ожидая размещения результатов. И я был так близко.

Ян обогнал меня на одну десятую секунды.

Одна десятая.

В некотором смысле, я скорее потерял эту секунду. Гонки всегда преследовали меня. Я не думаю, что должен был ничего не делать, но думаю, что если бы я заставил себя бежать немного быстрее, только на две десятые, я бы выиграл

– Хорошая работа, парень! – Ян похлопал меня по спине.

– Поздравляю – ты заслужил это.

Я подошел к тому месту, где ждали Макеллан и Даниэль.

– Привет,– я попытался улыбнуться.

– Ты был великолепен! – воскликнула Макеллан, и крепко меня обняла. Я чувствовал себя неловко, потому что мало того, что я проиграл, так еще и был весь в поту.

Я пожал плечами, не готовый принять комплимент. Особенно, когда он не является оправданным.

– Давай, ты – студент–второкурсник, – напомнила она мне. – Второе место – это удивительно. В следующий раз ты выиграешь.

Да, когда Яна уже не будет в команде.

Макеллан схватила меня за плечи и начала трясти

– Земля вызывает Леви! Ты был невероятен. Мы идем в Кулвер – с меня замороженный заварной крем

– Как бы мне не хотелось увидеть, как ты для разнообразия открываешь свой кошелек, но я иду гулять с парнями, – я игриво потрепал ее волосы.

Она отдернула мою руку

– Оу, да, время для парней. Мужское время. Время для бро. Оу, подожди, не улыбку ли я вижу? – она скривилась и притворилась, будто что–то ищет на моем лице. – Ага, здесь определенно назревает улыбка. Ты знаешь, что драгоценные минуты, проведенные с ребятами, вызывают широкую улыбку. Ага, мужественные мужчины, мужественные штучки

– Жаль, – вмешалась в разговор Даниель, – мы с Макеллан собирались драться подушками в нижнем белье.

– Точно, – брови Макеллан взметнулись вверх, затем опустились. – И, если подумать, есть еще что–то, что я собиралась сделать. Я не знаю, это почти сорвалось у меня с губ. – Она игриво поджала губы и постучала по ним. – Хмм, не знаю, что это было.

– Ты ужасна, – я отчаянно пытался выбросить из головы мысль о Макеллан и Даниель в нижнем белье. Это было слишком жестоко. Порой мне казалось, что Макеллан забывала, что я парень. И у нас есть определенные реакции, которые трудно контролировать.

– Я просто поддразниваю, – она на мгновение прижалась своей губой к моей.

Да, дразнить было подходящим словом.

– Мне нужно принять душ, – очень, очень холодный душ.

– Повеселись этим вечером. Правда, – она снова крепко меня обняла. Что никак не способствовало нынешней ситуации, – я горжусь тобой, увидимся завтра. Теперь иди, повеселись с ребятами.

– Да, будь супер мужественным, – сказала Даниель.

Они обе засмеялись и пошли прочь.

– Чувак, – Энди последовал за мной в раздевалку, – неужели я совсем не могу пригласить ее на выпускной, даже если обещаю вести себя как джентльмен?

Я покачал головой. Ни за что.

– Это довольно жестоко, что ты мне ее показываешь, но все это только "смотри, не трогай".

Вступай в клуб, подумал я.

Тим и Энди работали со мной над моими навыками ловли мяча. Даже Кит присоединялся к нам несколько раз, и думал, что я смогу играть так, как играет университетская команда, в следующем году.

Это была жизнь, о которой я мечтал с тех пор, как мы приехали в Висконсин четыре года назад. Быть в команде, быть популярным. Мне было все равно, как бы ни мелочно это звучало. Это было правдой

Я ходил на уроки в группе. Я тусовался с группой. Моей группой.

Девушки обращали на меня больше внимания.

Прошло почти две недели с тех пор, как мы с Макеллан обменялись потными объятиями, когда я был с командой на ужине.

– Калифорния! – Энди начал хлопать руками по столу, а Тим присоединился к нему, стуча кулаками. – Давай, Калифорния! – скоро весь столик напевал мое прозвище.

Я взял молочный коктейль и полностью его выпил. Мне было все равно, что я его почти не распробовал, или, что холод обжигал мне горло. Мои ребята меня подбадривали.

– Чувак! – Энди засмеялся, – это было сумасшествием. Двадцать–шесть секунд. Ты полностью разгромил время Тима.

– И это не последний раз, – похвастался я, игнорируя пульсацию в голове из–за замерзших мозгов.

Энди немного выпрямился и быстро пробежался руками по волосам. Потом выпятил подбородок.

– Как жизнь, Макеллан?

Я повернулся, чтобы увидеть, как Макеллан вошла вместе с Даниель. Они сели за угловой столик.

– Ну же, чувак, – взмолился Энди, – Пригласи ее, пусть присоединяется к нам.

Я не мог говорить, легкое пошатывание, которое я чувствовал, было из–за залпом выпитого молочного коктейля, или из–за неизменной настойчивости Энди на том, чтобы Макеллан сидела с нами. Энди принял мое молчание за мое "не приглашение" Макеллан присоединиться к нам. Казалось, он признал поражение… но затем он вскочил со своего места и направился к ее столику.

Я мог видеть только часть лица Макеллан, пока Энди приближался. Поначалу она выглядела сбитой с толку, затем одарила его широкой улыбкой. Энди сказал что–то, что заставило Макеллан рассмеяться, и я вскочил.

– Что происходит? – я положил руку Энди на плечи и виновато взглянул на Макеллан. – Он беспокоит тебя?

– Я приглашаю этих очаровательных леди за наш столик, – Энди наклонил голову.

Даниель взяла меню и не подняла глаза. Ее терпимость по отношению к "глупым мальчишеским выходкам" была почти такой же высокой, как у Макеллан.

Я знал, что единственный способ сделать так, чтобы Энди ушел, это заставить его ревновать.

– Привет, – я отодвинул Энди и сел рядом с Макеллан. – Что будешь заказывать? – Я положил подбородок на ее плечо для пущего эффекта. – Дай угадаю, тунец в кляре?

– Может быть… – Я увидел, как она взглянула на Даниель, заговорщически ухмыльнувшись.

Тишина повисла за столом. Энди извинился и отошел, но я хотел подождать еще пару минут, просто, чтобы дать понять, что никому больше нельзя было находиться за этим столиком.

– Пойду, помою руки, – Даниель встала и ушла.

Я пересел на ее место на диване.

– Так, что происходит?

Макеллан пожала плечами.

– Не очень много. Придешь на воскресный ужин?

– Не могу, у нас с Китом дела. Но папа с мамой идут.

Она снова посмотрела вниз на меню. В этом месте было лишь где–то три вещи, которые она могла съесть, так что я не знал, зачем ей нужно было так долго его изучать.

– Ах, да, еще, в среду я тоже не могу. У нас…

– …с ребятами дела, – сказала она вместо меня, с долей горечи в голосе.

– Ага, – я забрал у нее меню. – Слушай, прости, что я был занят.

– Я понимаю, – я мог бы сказать, что она была задета. Она привыкла к тому, что у меня нет никаких планов. Я не мог ничего поделать, если ребята меня приглашали. Я был мужчиной, пользовавшимся спросом. – А сможешь пойти на вечеринку в честь дня рождения Адама?

– До этого разве еще не пара месяцев?

– Ну, я подумала, что заставлю тебя подписаться на это сейчас. Даже если ты, вероятно, отменишь все в последнюю минуту.

Я решил проигнорировать пассивно–агрессивный комментарий.

Макеллан взяла свою содовую и сделала большой глоток. Она остановилась на секунду, поставила содовую на место и сказала:

– Кит снова пригласил меня на свидание.

– Что он сделал? – громко выпалил я.

– Да, он подошел ко мне вчера после уроков, – он стала двигаться как пещерный человек. – «Ты. Я. Свидание» Конечно же, я сказала «нет».

– Почему ты не сказала мне?

Она изучала мое лицо.

– Я написала тебе вчера, чтобы ты мне позвонил, но, увы, ты этого не сделал

Поразительно.

Она сжала губы. Я помнил, как получил ее сообщение, но это было во время практики. И пока я не должен был ее игнорировать, в последнее время она отправляла гораздо больше сообщений, чем обычно. Это граничило с эмоциональной зависимостью.

– К тому же, я думала, он бы тебе сказал.

– Нет, он не сказал. Он знал, что я не отнесусь к этому спокойно. Я ясно дал понять, что ты под запретом.

– Я под запретом? – выпалила она. – Это что значит?

– Это просто, ну, знаешь

– Нет, я не знаю, – она вытащила резинку из волос и немедленно собрала волосы наверх, быстро работая руками. Я бы мог сказать, что она раздражена. Ей нужно было что–то, что дало бы пару секунд на обдумывание следующих слов. – Ты такой лицемер.

Этого я не ожидал.

Ее голос пыл полон отвращения.

– Для тебя в порядке вещей иметь целую группу друзей–мальчиков, но упаси боже, если кто–то из них захочет со мной встречаться.

Я был совершенно растерян.

– Ты хочешь встречаться с Китом?

– Нет! Это не связано с Китом, – она посмотрела вниз на стол. – Ну, по крайней мере, кто–то из твоей группы хочет проводить время со мной

Это было не похоже на Макеллан. Она была не тем человеком, который себя жалеет.

– Ты хочешь, чтобы я пошел туда – я указал на свой столик – и сказал им, что не хочу с ними больше тусоваться. Ты этого хочешь?

Этот знакомый холодный взгляд стал незаметно появляться на ее лице.

– Ты знаешь, что я не хочу этого. И мне жаль, что я хочу проводить с тобой время.

– Ну, у нас будет лето.

– Кажется, что до этого пройдут годы.

Я увидел, как Даниель приближалась, и поднялся.

– Но, серьезно, если ты хочешь встречаться с Китом…

Она скривилась.

– Эй! – выкрикнул я, зная, как смягчить ситуацию. – Черт возьми, если ему не по душе возлюбленная. Не успеешь оглянуться, как он будет носить розы и Боб твой дядя.

Я ждал ее ответа. Она сидела упрямо несколько мгновений, пока монотонно не ответила:

– Но, Багги, твоего дядю зовут Сэм.

Я быстро развернулся на каблуках. Я подумал, что лучше оставить ее цитирующей «Багги иФлойда», чем ссориться. Но это было похоже на ссору.

Я был так занят тренировками и подготовкой к итоговым экзаменам, пока наш второй курс не закончился. Но я взял на заметку провести хотя бы целый день с Макеллан, как только школа закончится.

Теперь оставался еще один день, и потом мы были бы свободны. Как бы сильно я не любил ребят, но я уже начал скучать по Макеллан. Проводя время с ней, я не должен был всегда быть навеселе. Конечно, мы с ней обычно обменивались колкостями, но она также была единственным человеком, с кем я мог по–настоящему поговорить. Я думал, что если буду вести с ребятами серьезные разговоры, она подумают, что я превращаюсь в девчонку.

– Эй, привет, – Макеллан подошла ко мне после школы с Даниель, находящейся неподалеку. – Я тебе всю неделю писала.

– Привет! – Я начал заталкивать учебники в рюкзак.

– Ты не…

– Роджерс! – Прокричал Тим, – ты точно заплатишь за эту выходку в спортзале

– Удачи в этом! – крикнул я в ответ. Я повернулся к Макеллан. – Прости. Что ты говорила?

Она выглядела взволнованной.

– Я подумала…

– ЛОВИ! – услышал я, как кричит Кит. Я развернулся и идеально словил мяч, который он кинул.

– Мистер Саймон, никаких подач в коридорах, – сделал ему замечание учитель.

– Простите! Простите! – Кит изображал стыдливость, пока учитель не повернулась спиной. – Отличная работа, Калифорния! У нас есть целое лето, чтобы играть в футбол.

– Это точно, – мы дали "пять" друг другу.

Я, наконец, понял, что Макеллан пыталась мне что–то сказать. Я посмотрел вокруг и не смог ее найти. Я увидел Даниель выше по коридору и пошел за ней.

– Йоу! – выкрикнул я.

Она повернулась и одарила меня испепеляющим взглядом.

Йоу? Ты, должно быть, издеваешься, – она продолжала идти. – Где Макеллан?

– Ох, так ты заметил ее существование? – сухо произнесла она.

– Да ладно тебе, я… – она перебила меня.

– Нет, однозначно, чувак. Я понимаю. С тобой рядом были твои бро. Остынь, йоу.

Вау. Она слишком остро реагировала. Вызывайте Капитана Клише.

– Попробуй поискать у ее шкафчика, – сказала она через плечо.

Я помчался к шкафчику Макеллан. И испытал облегчение, увидев ее, пока она не повернулась и выглядела так, будто готова заплакать.

Я лишь видел, как Макеллан плачет о матери. Со всем остальным она справлялась – распадающаяся дружба с Эмили, ее расставание с Йеном, школьный стресс – с безмолвной силой.

– Эй! Эй! – я подбежал к ней, но она начала уходить в противоположную сторону, – ты злишься на меня?

Ей не нужно было отвечать, когда она повернулась. Выражение ее лица говорило достаточно. Но, к сожалению, она ответила:

– А как ты думаешь?

– Мне жаль, – даже если я не имел представления о том, почему она так злилась.

Я лишь дурачился со своими друзьями около своего шкафчика. Она не могла подождать минуту или две, пока не получит мое безраздельное внимание? Конечно, не могла. Она привыкла, что я всегда нахожусь рядом с ней.

Но теперь у меня были другие друзья и прочие обязательства.

Она рассмеялась.

– Знаешь, обычно я верю тебе, когда ты извиняешься, но у меня такое чувство, что ты не знаешь, по поводу чего все это.

– Вообще–то, знаю.

– Ох, правда? Просветишь меня? – Она была такой надменной, что это меня еще больше разозлило.

– Тебе не нравится, когда твой мальчик на побегушках не здесь, чтобы подставить свое плечо.

Она тупо посмотрела на меня. Я попал в точку.

– Нет, – ее голос был таким тихим. – Это потому что я думаю, что теряю лучшего друга. Погоди, нет, не просто лучшего друга, часть своей семьи. Ты знаешь, как никто другой, как много семья для меня значит, и я позволила тебе стать ее частью. Ты пообещал мне, Леви – ты пообещал моей матери, что всегда будешь оказывать мне поддержку. Небольшое обещание.

Я почувствовал тошноту в животе.

Она смахнула слезу и продолжила.

– Я понимаю, как важно для тебя дружить с ребятами, правда. Но я могу сосчитать на одной руке, сколько раз я видела тебя за прошедший месяц. За прошедший месяц, Леви. И, не забывай, один раз из этих мы виделись, чтобы пройтись по магазинам и купить тебе костюм, чтобы ты мог сопроводить ту девушку на ее выпускной

Она очень мне помогла, выбирая корсаж, который я подарил Джил.

– Я отказалась от одного из самых близких друзей ради тебя, Леви. Но как только у тебя появляются друзья–мальчики, ты меня отталкиваешь. Ты хоть понимаешь, какой ничтожной заставил меня себя чувствовать? Ты хоть однажды подумал о моих чувствах каждый раз, отменяя встречи со мной?

Так как у Кита было плохо с расчетом времени, он прошел вниз по коридору в тот момент.

– Давай, Калифорния! Идешь или нет? – выкрикнул он.

Макеллан пристально посмотрела на него, пока не повернулась ко мне снова.

– Пожалуйста, не позволяй мне вставать на пути твоего драгоценного времени с твоими бро, – она закатила глаза.

И в этот момент я сломался. Мне больше не было ее жаль. Меня тошнило от того, как она всегда заставляла меня чувствовать так, будто то, что я желал, было глупо. Что ее время было важнее моего. От того, как она меня поцеловала и претворилась, что это было ничем. Что для нее не было последствий, когда дело касалось меня.

– Это все шутка для тебя, не так ли? – бросил я ей.

Она побелела.

– Я никогда не думала…

Я перебил ее:

– Ага, ты никогда не думаешь.

И потом я пошел прочь от нее.

У меня больше не было желания слушать, что она еще хотела сказать. Мне не нравилось, когда она заставляла меня чувствовать себя предателем. Что я каким–то образом всегда все портил. Что я единолично отвечал за ее счастье.

Что я был ответственным за то, что они с Эмили больше не друзья. Это было ее решением. Не было моей вины и в том, что она больше не с Йеном. Ей нужно было прекратить возлагать так много на нашу дружбу.

Я был пятнадцатилетним парнем. Что плохого было в моем желании тусоваться с моими друзьями? Моими настоящими друзьями.

 

 

Я пошел с Китом, но чувствовал себя так, будто меня там не было. Я поймал мяч, потому что мне нужно было поймать мяч. На этом все. Мои мысли переместились назад в тот коридор. Мои мысли не двигались.





sdamzavas.net - 2018 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...