Главная Обратная связь

Дисциплины:






Я не позволю тебе уйти.

Я бы хотела, чтобы у меня тоже была способность не позволять уйти из жизни тем людям, которые мне дороги. Эта мысль ударила мне в голову, вызывая шквал эмоций. Я резко обернулась к Рэну, и он сделал вид, что не видит, как предательски блестят у меня глаза.

- Я убила двух людей, – зачем-то сказала я. По этому поводу я не чувствую ничего. Это и облегчает, и пугает.

- Я знаю, – сказал Рэн бесцветным тоном. Я не могла определить, что он чувствует, потому что казалось, что он не чувствует ничего; он опустил взгляд на несколько секунд, потом, словно очнувшись, сказал: - Я собираюсь в церковь, чтобы поговорить со своим знакомым, и провести обряд очищения.

- Что сделать? – напряглась я. – Ты хочешь изгонять из меня демонов?

- Нет, в тебе нет демонов.

- Потому, что я сама демон.

- Аура, пожалуйста…

- Уходи. Я хочу, чтобы ты убрался, и оставил меня в покое.

- Что? – Рэн беспристрастно смотрел на меня. – Повтори.

Он слышал, что я сказала, поэтому я не собиралась повторять. Мне стыдно, что он видит меня такой. И мне стыдно, что я такая. Слабая, беспомощная, мерзкая.

- Я сказал, повтори.

- Ты думаешь, сможешь меня запугать? – Я рассмеялась, из глаз брызнули слезы. – После того, что я сделала, кажется, уже ничего не может быть хуже, я просто… - Я развела руками. Мне не хватало слов, нервы были на пределе.

- Почему ты так себя ведешь?

- ТЫ НЕ ЗНАЕШЬ? – требовательно спросила я, срываясь на крик. Вот она – первая слезинка, за которой последуют остальные.

- Ты винишь меня в том, что случилось с твоей сестрой.

- Она умерла, потому что вы не сказали раньше! – рявкнула я, ударяя Рэна в грудь. Он вздрогнул, но не отступил. – Если бы вы сказали, что она живет в доме этого человека, я бы забрала ее! Я бы спрятала ее! Она бы не умерла! НЕ ИЗ-ЗА МЕНЯ!

- Такова судьба, – сказал Рэн, хватая меня за руки, и вытягивая их по швам. – Это не то, что ты можешь изменить, Аура.

Я потрясенно смотрела на него, сквозь слезы:

- Ты знал, что это произойдет.

- Возможно.

- Почему ты сделал это с моей сестрой?! Разве ты не говорил, что ты пишешь судьбы?! Почему ты выбрал для нее эту судьбу?!

- Твоя сестра сама сделала выбор! – властно произнес Рэн. Мне казалось, он стал выше. Или это я съежилась, до крошечных размеров. Мне хотелось упасть на колени, и заплакать. Зарыдать навзрыд, причинить боль и себе, и окружающим. – Или может быть, ты сама чувствуешь вину, Аура?

- Заткнись!

- Ты не виновата, – сказал Рэн так, словно знал, о чем говорит.

- Виновата! Виновата, виновата, виновата! Это все я! Если бы не я, ничего этого не случилось бы, она не стала бы… Она просто умерла! Эти люди убили ее, чтобы показать мою суть. Они хотят сделать меня монстром, и поэтому используют ее! Сделай что-нибудь, Рэн! Сделай что-нибудь! Ты ведь можешь?!



- Аура, я не в праве вмешиваться в мир мертвых. Я влияю лишь на судьбы людей.

- А Лиам?! – Я лихорадочно схватила Рэна за запястье и стала трясти. – А Лиам может?! Он ведь может ее вернуть, верно?! Он ведь ангел Смерти!

- Лиам всего лишь проводник в мир иной, Аура. Он может сократить жизнь, но не вернуть.

- А Кэмерон?! – моя надежда пылала жаром в душе. – Он ведь дает жизнь…

- АУРА! – Рэн повысил голос, и я застыла, пораженная. Он отцепил мою руку от своего запястья, и убийственным тоном, продолжил: - То, что произошло, должно было случиться. Ты должна стать сильнее, чтобы предотвратить подобное в будущем. Табретт надеялась, что ты справишься со всем, и ты должна сделать это!

- Как я могу?! – вспылила я. – Как я могу сделать это, если из-за меня умирают люди?!

Рэн зло схватил меня за плечи, впервые выйдя из себя. Он жестким голосом произнес:

- Если ты сдашься, ты будешь виновна не только в их смерти. Весь мир умрет от твоих рук. – Он прищурился: - Хочешь, чтобы на твоих руках была кровь миллионов людей?

Несколько секунд мучительной тишины и вот, Рэн отпускает меня, и уходит, а я еще жду несколько секунд, и со страстным желанием спрятаться, забираюсь в душевую кабинку. Там я опустилась на колени, снова разрыдавшись.

Табретт пожертвовала своей жизнью для того, чтобы доказать тем людям…

Что же делать?

Что теперь будет с ее сыном, Аароном, он ведь…

Я медленно убрала руки от лица. Вода лилась мне на голову, затекая в глаза, и их нещадно жгло, но это была приятная боль. Я хотела, чтобы эта боль выжгла слезы.

Теперь я знала, как я должна поступить.

Это правильно. Это будет единственное правильное решение.

***

Три часа спустя Рэн вернулся в нашу комнату в мотеле, и едва он шагнул на порог, тут же замер. Его глаза метнулись к моей кровати, а затем ко мне. Затем вновь к кровати. Казалось, от изумления, он может выронить пакет, что держит в руке.

Я опустила взгляд. На моей кровати, сладко посапывал малыш Табретт, - ее сын, Аарон. Как только Рэн уехал в церковь, я сразу же вернулась в охотничий домик.

Однажды, Табретт рассказала мне забавную историю о том, как целый день не могла найти своего сына, когда они играли в прятки. Аарон выбрался из укрытия лишь тогда, когда проголодался, а до этого, он просто сидел в потаенной нише в погребе, и терпеливо ждал, когда недогадливая мама его найдет.

Вот что хотела сказать мне Табретт в день смерти, - что ее сын прячется в том погребе. Я забрала его сегодня сонного, уставшего и напуганного, потому что он не понимал, куда делась мама, и почему она так долго не приходит за ним. Я привезла его в мотель, и уложила спать.

- Что это? – спросил Рэн уставившись на меня, испуганными глазами.

- Это ребенок, – сказала я, пытаясь подавить усмешку, таким пораженным выглядел этот парень.

- Я вижу, что это ребенок. Чей это ребенок? – Рэн начал заводиться.

- Наш это ребенок. – Не удержалась съязвить я, и надо полагать, что Рэн поверил, судя потому, каким взглядом на меня посмотрел, и как вытаращил глаза. – Я шучу. Как мы могли бы родить ребенка?

На последнем слове я повысила голос, так сильно разозлил меня этот парень. Как он может на сына моей сестры говорить «что это» ?!

- Я понял, – неуверенно пробубнил он, выглядывая за дверь, проверяя никто ли, не следит за нами, и закрывая ее на все засовы. Я вскинула брови, потому что не было похоже, чтобы он что-либо понял.

- Это сын Табретт, Аарон. – Я с нежностью посмотрела на малыша. Он такой забавный, когда спит. И похож на мамочку. Я перевела взгляд на Рэна: - Как ты мог не знать, что у нее есть сын?!

- Ты не должна набрасываться на меня, – укорил меня юноша; он поставил пакет на стол, и подошел к малышу, пристально разглядывая его. – Я знал, что у нее есть сын, я не мог не знать. Но объективно размышлять о чем-то, когда нахожусь в одном обществе с тобой, я не могу.

- А в чем дело?! – Я скрестила руки на груди, вскидывая голову. – Что со мной не так?! Ах да, я же чертов дьявол.

- Не говори так, – приказал Рэн, и я буквально подавилась воздухом, от того, как он посмотрел на меня. – Больше никогда не говори о себе такого, ясно?

- Да, – буркнула я. – И отойди от ребенка, ты его напугаешь.

- Это ты можешь его напугать этим яростным блеском в глазах. Сейчас рядом с ребенком должен находиться мужчина, который хорошо разбирается в психологии детей.

Я уничтожающе посмотрела на него:

- Ты даже со взрослыми людьми не умеешь нормально разговаривать.

- Дети прекрасны душой.

Я выпрямилась, хмуро следя за тем, как Рэн гладит Аарона по животику.

- Ты же ангел, как ты можешь говорить так о людях? – Я вспомнила Адама, и его точку зрения, и решила, что эти двое в чем-то даже похожи. – Как ты можешь быть таким бессердечным?

- Я говорю правду. И я не просто ангел, а ангел Судьбы. - Рэн внимательно смотрел на Аарона, продолжая задумчиво говорить: - И, если мне ради мира придется пожертвовать чьей-то жизнью, я сделаю это.

Его слова ранили меня, потому что это не честно, по отношению к людям, но я решила отмести от себя всякие мысли – сейчас наш спор не приведет ни к чему.

Я наклонилась над Аароном, внезапно подумав: скоро мне придется думать о том, как объяснить малышу произошедшее с его мамой. И значит ли это, что я, как мои мама с папой, буду всегда лгать, лишь потому, что не смогу сказать правду?

Я уже хотела спросить у Рэна, что будет в будущем, ведь наверняка он знает о судьбе ребенка, как позади себя услышала голос Лиама:

- Эй, вот это да! Когда вы успели заделать ребенка?! – ангел Смерти материализовался посреди комнаты, из-за чего у меня едва сердце не выскочило из груди.

Рэн прошипел:

- Заткнись, иначе можешь разбудить его!

Я удивленно перевела взгляд на парня.

- Ладно, мамочка, тише… - рассмеялся Лиам. – Аура, я пришел поговорить с тобой.

- О чем? – Мое сердце заколотилось в груди, и даже ладони вспотели от волнения.

- Давай поговорим снаружи. – Лиам взял меня за руку, и потянул к двери, запертой на все замки. – Не хочу мешать этой наседке, возиться с цыпленком.

Я обеспокоенно обернулась, ожидая встретить испепеляющий взгляд Рэна, но он был слишком поглощен заботой о малыше.

Мы с Лиамом вышли во дворик мотеля. Я смотрела на парня, не отрывая взгляда, с и колотящимся сердцем, ожидая того, что он должен сказать.

- Я видел твою сестру.

- Где?! – выпалила я, с трудом помня, как дышать.

- Я пришел не для того, чтобы обнадеживать тебя, Аура. Я здесь, чтобы рассказать о том, что твоя сестра добралась в целости и сохранности в иной мир. Ей не было больно, и она сказала, чтобы ты не смела, винить себя в том, что случилось с ней, потому что это был выбор Табретт – оставаться верной себе. Она сказала, что всегда была бы на твоей стороне, потому что ее никогда не покидала вера в то, что ты останешься человеком.

Я всхлипнула, и завыла как раненый зверь.

- Тише, тише… - пробормотал Лиам, приобнимая меня. Наверное, у него большой опыт с плачущими девушками, ведь он ангел Смерти. Рыдая навзрыд, я обняла Лиама в ответ, бормоча:

- Ты уверен, что с ней все хорошо? Она не злится на меня?

- Ну, малышка Аура, с чего бы ей злиться на тебя? – Лиам рассмеялся над моей головой, затем отодвинулся, становясь серьезным: – Аура, послушай. Ты должна вспоминать слова своей сестры, когда тебе будет сложно оставаться собой. Когда больше не будет сил бороться со всем этим, ты должна вспомнить просьбу Табретт, и прийти в себя.

- Хорошо, – пообещала я, вытирая глаза. На меня внезапно навалилась усталость. Надежда, придавшая мне сил на несколько минут, исчезла, забрав последние силы.

Я не успела попрощаться с Лиамом, потому что он исчез прежде, чем я смогла, что-либо сказать. Видимо его мало заботил тот факт, что в этой пустыне, кто-то все-таки мог стать свидетелем дивного исчезновения. Я вытерла глаза и вернулась в комнату, где обнаружила Рэна спящим с Аароном.

На мои глаза вновь навернулись слезы, не знаю от чего. Просто внезапно все мне показалось нереальным – этот парень выглядел совершенно беззащитным, а малыш Аарон, еще не знал, какие опасности поджидают его в будущем.

Я тихо подкралась к кровати, и наклонилась над ними, сцепив руки за спиной. Сейчас, Рэн не казался мне страшным, и бессердечным. Ему на глаза упала челка; его щеки казались пухлыми, и бледными, а губы такими прекрасными, что у меня защемило сердце.

Я наклонилась чуть ниже, пытаясь понять, что это за чувство проснулось во мне, когда Рэн открыл глаза и уставился на меня. Я испуганно выпрямилась, и он сел, убирая волосы с глаз.

- Чем ты занимаешься?

- Ты знаешь, что выглядишь ребенком во сне? – спросила я.

- А ты храпишь во сне, и пускаешь слюни, – парировал Рэн, поднимаясь с кровати, и добавив: - Не сверли меня.

Я вскинула брови, но промолчала. Теперь я не знала, как себя вести, после того, как наорала на него утром в душе. И тут я вспомнила, что он видел меня в нижнем белье.

Черт.

- Что с тобой? – Рэн обернулся, и прищурившись посмотрел на меня. Он словно бы знал о том, что у меня в голове.

- Ты, - ответила я. – Ты со мной, и это раздражает.

Рэн пожал плечами, словно его ни капли не задела моя грубость, и сказал мне собираться.

- Куда?

- Мы должны провести обряд очищения, чтобы твоя душа не заполнилась тьмой.

- Я не могу оставить Аарона одного! – мгновенно отреагировала я. – Не после того, что случилось с Табретт! Если с этим мальчиком что-нибудь произойдет, я не смогу жить!

Рэн кивнул:

- Мы возьмем его с собой.

***

Мне было страшно. Страх мерзкой змеей свернулся в моем желудке, откуда распускал свой сковывающий тело, яд. Но потом, это ощущение исчезло – когда я все же ступила на священную землю заброшенной церкви, а со мной ничего не случилось.

Церковь была забытой. Восточная стена полностью обвалилась, молитвенный зал тоже, но с западной стороны оставалось несколько свободных комнат, овитых плющом. Рэн приказал мне идти в самую дальнюю комнату, когда мы остановились у высоких деревянных дверей:

- Иди в комнату, Аура, и присмотри за Аароном.

- Почему у меня такое ощущение, что мы больше не увидимся? Словно… - я болезненно сглотнула. – Как будто ты уходишь на войну, или что-то вроде этого… мне как будто не хватает… воздуха.

Рэн криво усмехнулся:

- Тебя одолевает беспокойство, что ты можешь лишиться моего света.

Я разозлилась, и быстро вошла в комнату, закрыв дверь изнутри.

Меня взбесило, что он все решил за меня. Что он сказал, что я могу скучать по нему лишь из-за света.

Рэн нравится мне. Не просто из-за света. Он нравится мне, потому что он ответственный, и добрый, и даже чуточку заботлив по отношению ко мне. И я ощущаю это вовсе не из-за его света.

- Аура? – Аарон потянул меня за руку. Он настойчиво тряс меня за пальцы, держа в другой руке леденец с головой зайца, который дал ему Рэн, сразу после того, как мы направились к церкви, скрытой в разросшемся лесу.

- Что, малыш? – Я посмотрела на него, придя в себя.

- Почему мы пришли сюда? Где дядя?

- Он ушел по делам.

Я осмотрела беглым взглядом комнату. Первое, что мне бросилось в глаза – бассейн.

Честное слово, этот небольшой, но глубокий бассейн был прямо посреди комнаты. Я сглотнула. Много неприятных воспоминаний было связано с водой. То, что меня в детстве пытались утопить. И то озеро за охотничьим домиком, где теперь похоронена моя сестра… эти болезненные картинки вспыхнули в мозгу одновременно, сбивая с ног. Хуже всего от того, что мне сейчас придется войти туда. В эту воду.

Я улыбнулась малышу, пытаясь снять напряжение.

- Скоро мы его увидим.

- А где мама? – Аарон засунул в рот леденец. Ему вообще можно кушать такое? Я совсем не разбираюсь в детях, что, если от конфет у него заболит живот?

- Аарон, а тебе можно кушать конфеты?

- Да, - с готовностью кивнул малыш, пытаясь раскусить маленькими зубками леденец. - А почему мы здесь?

Вопрос мальчика напомнил о том, что я пришла сюда не просто так. Я должна сделать то, что поможет мне очиститься, искупить мои грехи. На самом деле, это должно помочь почувствовать вину за то, что я убила двух людей, не колеблясь, не раздумывая. И до сих пор я не жалела о том, что сделала – по крайней мере, я не позволила тем людям, убившим мою сестру, и отобравшим мать у ребенка, уйти безнаказанными.

- Идем, малыш, – я потянула Аарона за руку, к двери сбоку, про которую, должно быть говорил Рэн, когда просил, чтобы я оставила мальчика там. Я открыла дверь. Это был пустой кабинет, но там же я обнаружила небольшую коробку с игрушками, стоящую на стуле, и похоже, приготовленную специально для нас. Я подвела Аарона к этой коробке, опустила на пол, предлагая ему поиграть. Ребенок тут же заинтересовался.

- Я должна кое-что сделать, - внятно произнесла я. - Это не займет много времени, поэтому я оставлю тебя здесь ненадолго.

Я ушла, и заперла комнату снаружи.

С ним ведь ничего не случится?

 

Глава 8

 





sdamzavas.net - 2017 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...