Главная Обратная связь

Дисциплины:






С чего все началось: в ГДР на чемпионате мира 1970 года



Quot;Зелеными маршрутами", Лийса Вейялайнен.

ГЛАЗАМИ ОРИЕНТИРОВЩИКА (ЛИЙСА ВЕЙЯЛАЙНЕН)

С Чего все началось: в ГДР на чемпионате мира 1970 года.
Природа.
От деревенских тропинок до мирового уровня: чемпионат мира 1972 года в Чехословакии.
Хватит ли сил продолжить: чемпионат мира 1974 года, первенство Северных стран 1975 года.
Спортсменка или мать?
Чемпионат мира 1976 года в Шотландии.
Умные побеждают: эстафета на чемпионате мира 1976 года в Шотландии.
Известность.
Микко.
О ролях.
Поездка в Норвегию.
О мотивах.
Серебро — это еще не конец света: чемпионат мира 1978 года в Норвегии.
Когда было отдано все: эстафета на чемпионате мира 1978 года
Пейзажи.
Страдания: чемпионат мира 1979 года в Финляндии.
Сумма случайностей: эстафета на чемпионате мира 1979 года в Куру.
На зеленой линии.

ГЛАЗАМИ ТРЕНЕРА (СЕППО ВЕЙЯЛАЙНЕН)

Чемпионат мира 1976 года, первенство Северных стран 1977 года.
Подготовка.
Первенство Северных стран 1977 года в Иоенсуу.
Чемпионат мира 1978 года.
Соревнования на личное первенство чемпионата мира.
Эстафета на чемпионате мира 1978 года.
Составление программы.
Физическая подготовка сезона 1977/78 года. Цель — чемпионат мира в Норвегии.
Тренировка по технике ориентирования.
Психоволевая подготовка
Чемпионат мира 1979 года — Тампере.

ПОСТСКРИПТУМ

Первенство Северных стран 1980 года.
Чемпионат мира 1981 года в Швейцарии.
1983 и 1984 годы.
Сегодня и завтра.


ГЛАЗАМИ ОРИЕНТИРОВЩИКА (ЛИЙСА ВЕЙЯЛАЙНЕН)

С чего все началось: в ГДР на чемпионате мира 1970 года.

Автобус натружено ползет в крутую гору. У окошка сидит 19 - летняя девушка с туго заплетенными косами и задумчиво смотрит на немецкий лес. Но смотрит на него не глазами туриста в новой для него стране, любуясь и удивляясь. Нет, эта молодая женщина с жадностью изучает местность, старается запомнить все увиденное. Она приехала в эту страну, Германскую Демократическую Республику для того, чтобы одержать победу над собой и помериться силами с другими на чемпионате мира по спортивному ориентированию, Финский флажок на лацкане пиджака, финский ритм в ударах сердца. Первый для нее чемпионат мира. Он давит на молодые плечи. Она еще в том возрасте, когда компромиссы воспринимаются с трудом. И ее цель никак не меньше, чем победа в схватке с сильнейшими в мире. ...Какие тропы привали меня сюда в этот миг? В центре обширного сельского края Юго-Западной Финляндии, в просторном зале пиккиоской народной школы в Хепойоки 4 апреля 1951 года раздался мучительный крик моего рождения. Там, в родной деревне, мои корни, и никто не сможет их оттуда выкорчевать.



Свою «лесную жизнь» я начала с самого раннего детства. Моим песочным ящиком были леса, раскинувшиеся вокруг нашего дома. Спортивное ориентирование вошло в мою жизнь во время пребывания в летнем лагере моего спортивного общества «Пииккиэн Карху», где я, 11-летняя толстушка, овладевала азами ориентирования. Мой первый опыт в отыскивании контрольных пунктов не смог, однако, убедить меня в том, что я нашла вид спорта всей моей жизни. Меня больше интересовали легкая атлетика и лыжи. А вот старшего брата Юхани лесные трассы пленили раз и навсегда. Время от времени я изучала его спортивные карты и слушала рассказы о поездках на соревнования. Затем стала ходить с Юхани на тренировки, и мало-помалу ориентирование завладело мной. Свою роль в моем увлечении этим видом спорта сыграл и замечательный спортивный дух, который всегда царил в моем родном обществе «Пииккиэн Карху». Его инициативный руководитель Хеймо Хиирсалми, в свою очередь, очень тщательно следил за тем, чтобы заявки на соревнование подавались вовремя, графики тренировок не нарушались и чтобы все другие важные вопросы не были оставлены без внимания.

Особенно цепко память хранит тот день, когда я впервые принимала участие в национальных соревнованиях по спортивному ориентированию в Халико. Я была совершенно уверена в том, что мне с моими весьма посредственными знаниями и умениями в этом деле до финиша не добраться. Настроение, однако, было боевое, и я ничего не боялась. С чтением карты дела обстояли неважно, но с помощью компаса, упрямства и хорошего везения мне все же удалось завершить дистанцию. Я подбежала к доске информации и стала искать свою фамилию где-то в конце списка. Каково же было мое удивление, когда я увидела, что судьи переместили ее на первое место! До сих пор помню тот восторг, с каким принимала приз победителя.

Успех на первых крупных соревнованиях окрылил меня и побудил продолжать серьезные тренировки. К тому же я была очень стеснительной и поэтому лучше чувствовала себя в лесу, чем на стадионе или лыжне, где всегда собирается больше зрителей.

Ориентирование — трудный вид спорта, и прошло много времени, прежде чем я стала постигать его секреты. Наука эта давалась с трудом, я шла путем проб и ошибок. Когда одна и та же ошибка повторялась достаточное количество раз, я, упрямый баран, наконец, начинала верить, что следует искать иной выход из ситуации. В середине 60-х годов, когда я овладевала азами спортивного ориентирования, специальные курсы еще не проводились. Поэтому к своему личному опыту я добавляла все полезное из услышанного от многоопытных ориентировщиков, из их рассказов о своих успехах и злоключениях на зеленых маршрутах. Зачем же делать ошибки, если их можно избежать, учась на ошибках других?

Уже в конфирмационном возрасте (14—15 лет) одна моя нога была на стадионе, а другая в лесу. Я входила в состав сборной легкоатлетической команды округа Варсинайо-Суоми, и из меня упорно старались вылепить прыгунью в высоту. Однако чем быстрее отыскивались контрольные пункты на лесных трассах, тем меньше привлекала меня легкая атлетика. Кари Синкконен, важное для меня лицо в будущем, и другие тренеры по легкой атлетике все чаще и чаще стали замечать, как косички мчатся в сторону леса. Природа взяла своё.

В 17 лет на страницах своего дневника я выразила свое отношение к природе следующими словами; «Природа — это, по-моему, что-то удивительное. Это что-то совершенно незаменимое. Я могла бы сколько угодно бродить по лесу, не переставая всему удивляться и всем любоваться,

Осень красива и прекрасна, она отличается солидностью и торжественностью, поскольку все ее цвета - приглушенные.

О, если бы можно было оставаться всегда здесь или в каком-либо другом лесу! Тогда не надо было бы думать о притаившемся в мире зле.

Этот лес совсем тихий, только вода иногда капает с деревьев. Со стороны дороги доносится гул проезжающих автомобилей. Я, наверное, никогда не приспособлюсь к жизни в городе. На меня так часто находит чувство, что я должна поскорее попасть в лес». Уже кое-чему, научившись, я в 17 лет по праву серебряного призера прошлогоднего первенства Финляндии впервые облачилась в представительскую форму своей страны. На матче Эстония — Финляндия, который проходил в Карккила, познакомилась с лучшими ориентировщиками Финляндии, которыми до того дня я лишь застенчиво любовалась, оставаясь на «безопасном» расстоянии. Оказалось, что они тоже люди, да еще какие! Победитель среди мужчин финн Вейкко Костиайнен пересек линию финиша и, не останавливаясь, плюхнулся в озеро.

Для меня, деревенской девчонки, переживающей муки переходного возраста, этот матч явился большим событием. Я была одинока и недовольна собой. Теперь же я почувствовала себя принятой на равных в среду моих кумиров.

До этого ориентирование было для меня не столько серьезным видом спорта, сколько времяпрепровождением, в котором привлекало общение с приятными людьми. Теперь же в моем увлечении появилась цель. Мне хотелось еще раз попасть на международные соревнования и чувствовать себя нужной и уважаемой в противовес никчемности будничной жизни. Да и вообще ориентирование в те дни имело для меня большое значение! Оно играло роль отдушины тогда, когда окружающие люди казались сплошь болванами, а занятия в школе на вкус отдавали древесиной. Успехи на соревнованиях не были стабильными: то мне удавалось выиграть с огромным преимуществом, то я продолжала плутать в лесу, в то время как все остальные уже давно приятно парились в бане. В 1969 году, в канун чемпионата мира в ГДР, я впервые приняла участие в международном матче, проводившемся недалеко от Таллина. Он подарил мне новых друзей и незабываемые впечатления от пребывания в красивом старинном городе. Эстонцы славятся своим песенным исполнительским мастерством, и мы побывали на певческом поле. Мы находились на самом верху огромной сцены, как вдруг один из членов нашей команды, Рольф Коскинен, сиганул вниз на эстраду. Летний день замер, когда в его прекрасном исполнении зазвучала ария. Мы были потрясены. Я знала Ролле как замечательного ориентировщика, единственного из финнов, кому удалось выиграть в индивидуальных соревнованиях на первенство Северных стран, а вот его пение для меня было полнейшим сюрпризом. Позднее я узнала, что Ролле выступал на эстраде и что у него есть даже собственные диски... Само соревнование проходило на относительно ровной, слегка овражистой местности. Участие в матче было для меня успешным и в чисто спортивном плане — мне удалось улучшить свой прошлогодний результат (второе место) и победить в первом зарубежном старте. Еще больше радости, чем победа, принесли мне мои новые друзья. Я до сих пор переписываюсь со своей соперницей по тем соревнованиям Тийной-Май Пярник.

Во втором матче летнего сезона—со шведами мне удалось завоевать ценный приз — изрядную дозу самоуверенности. Дистанцию прошла без крупных ошибок, и уважаемые шведки оказались позади. Даже стертые до крови пятки не смогли в тот день заслонить солнце на моем небосклоне. На чемпионате Финляндии 1969 года я впервые стала чемпионкой страны среди юниоров, прорвав, наконец серебряную цепочку двух предыдущих лет. Правда, радость победы чуть было не обернулась горькими слезами, поскольку из-за сильно размытых дождем отметок прохождения контрольных пунктов в карточке участника судейская коллегия не хотела засчитывать мой результат. Наш руководитель, вдохновитель и опора тех лет Хеймо Хиирсалми грудью встал на мою защиту, и общество «Пииккиэн Карху» все же заполучило своего чемпиона.

Главное событие года — первенство Северных стран — проходило осенью в Финляндии, под Турку, близ местечка Парайнен. В личном первенстве кандидаты в чемпионы охотились за контрольными пунктами в четырех группах: женщины, мужчины, юниорки и юниоры. После ряда успешных стартов в сезоне я чувствовала себя самоуверенно, и поэтому не хотела помнить, к чему могут привести попытки сразу же откусить слишком большой кусок или бег по трассе со скоростью лани. За этим последовали ошибки, слишком много ошибок, чтобы надеяться на успех. И хотя среди финских участниц я была лучшей, результат (пятая в общем зачете) меня никак не устраивал. Мне, узнавшей вкус побед, казалось, что никакие другие места ничего для меня не значат, Я часто удивлялась, как это другие могут высчитывать свои места среди финнов. Я считала это самообманом. Нечем гордиться, если ты проиграл победителю несколько минут.

Самый крупный провал в году произошел в эстафете, которая проводилась в Кемиэ. Я почему-то заранее вдолбила себе в голову, что на дистанции будет шесть контрольных пунктов. Пробежав в относительно хорошем темпе свой этап, я пришла на последний, как мне казалось, контрольный пункт и сделала отметку в карточке. Теперь до финиша, который был виден на ближайшем поле, оставалось всего несколько сот метров, Мне показалось странным, что организаторы соревнований оставили на финишном участке так много изгородей из колючей проволоки, но в отчаянном спурте забыла об этом. Крики становились все громче и громче. Люди пытались объяснить мне, что я еще не побывала на последнем контрольном пункте, но последние метры я преодолевала, ничего не слыша и не видя. Уже на финише, когда я жадно глотала воздух, мне объяснили, что я пропустила последний контрольный пункт.

— Этого не может быть,— запротестовала я.— Я была на всех шести контрольных пунктах.

А их, оказывается, было семь... До сих пор не могу понять, откуда я тогда взяла, что на дистанции всего шесть контрольных пунктов, но уверенность такая была. После пересечения финишной черты ничего уже нельзя было сделать. Слезы ручьями текли по моим щекам, когда я, сгорая от стыда за свою ошибку, пробиралась сквозь людскую стену к спасительному уединению. Больше всего было обидно, что из-за моего упрямства мои товарищи по команде лишились медалей чемпионата Северных стран. К счастью, наши мужчины показали свои львиные когти, выиграв два первых места и одновременно завоевав признание зрителей.

За исключением неудач на первенстве Северных стран, в целом сезон для меня был удачным. За это я была награждена поездкой на тренировочный сбор в Германскую Демократическую Республику, на место предстоящего в следующем году чемпионата мира по спортивному ориентированию. Казалось, это чудо — ехать так далеко, в самую Центральную Европу, причем за счет Союза по спортивному ориентированию. Я была самой младшей в команде, и обо мне все заботились. В сопровождении джентльменов маленькая девочка чувствовала себя в безопасности в этом огромном мире. Особую чуткость во время долгих и утомительных переездов поездом проявляли ко мне наши военные ориентировщики.

Когда мы ехали на чадящем автобусе к месту наших первых тренировок, я с любопытством всматривалась в мелькавшую мимо местность. Крутые, покрытые лиственными лесами горы, лощины, так похожие друг на друга, простирались до самого горизонта. Мне, впервые попавшей в Центральную Европу, казалось просто непостижимым, как вообще можно передвигаться по этим кручам, не говоря уж о том, чтобы соревноваться в ориентировании. И действительно, нелегко давалось это карабканье, особенно когда заметишь, что взобрался на четвереньках не на ту гору. После нескольких таких ошибок я научилась находить более рациональный окольный путь от одного контрольного пункта к другому (вместо того чтобы упрямо стремиться к выбору кратчайшего маршрута).

Во время тренировочного сбора недалеко от Дрездена было проведено международное соревнование. Каждая страна в командном зачете выставила трех женщин и четырех мужчин. От Финляндии в женской группе выступали Анна-Лийса Пелтола, Туула Ойкари и Улла Мехтяля. Остальные, в том числе и я, бежали эту же дистанцию в так называемой национальной группе. Для меня день был удачным, и я в хорошем настроении финишировала на местном, только что выстроенном стадионе. Приятно финишировать после успешного прохождения трассы соревнований! Я была немного удивлена, узнав, что проиграла победительнице международной группы, шведской королеве ориентирования Улле Линдквист, всего около двух минут. Своим бегом я заслужила победу в национальной группе. После соревнований я одна гуляла по лиственному лесу, в котором солнечные лучи едва просачивались сквозь густую листву вниз на землю, покрытую ковром сухих листьев. Шаг был легок, и сердце полно восторга. Думала, как быстро меняются ситуации в нашей жизни... Еще вчера я была незадачливой «предательницей», а сегодня я - увенчанная лаврами победительница. Только вот в моменты горя и печали трудно думать о том, что были в жизни и обязательно еще будут и более светлые дни.

Успех финских спортсменов на предварительных соревнованиях мира был блестящим. Наши мужчины выиграли в обеих группах: Туомо Пелтонен — в международной, а Раймо Нисси — в национальной. Успех окрылял, но и обязывал со всей серьезностью продолжать подготовку к предстоящему чемпионату мира.

Мы решили отметить этот успех вечером. В местном Доме спорта отмечалось окончание строительства стадиона, того самого, на котором финишировали участники соревнований. Нас никто не приглашал, но мы смело вошли в зал. Финнам было оказано большое внимание. Мне кажется, нас приняли даже слишком хорошо. Когда духовой оркестр из 12 человек заиграл, начались танцы. И хотя я очень стеснялась, мне было приятно, когда солидного вида немецкий господин пригласил меня на танец. В вихре вальса я под уверенным руководством моего партнера кружилась по всему огромному залу. А потом седовласые немецкие дедули взяли, как видно, надо мной особое шефство. Во время танцев меня представили всем присутствовавшим в зале их знакомым и родственникам. После десятого дедули мое терпение лопнуло. Я подбежала к нашим ребятам и стала умолять, чтобы кто-нибудь из них пригласил меня на следующий танец и спас бы от назойливого внимания моих обожателей. Недостатка в рыцарских чувствах у наших ребят не было, и я, наконец, получила возможность отдохнуть на финских руках. Какое же наступило облегчение, когда мы вернулись в гостиницу! В лесу все-таки не устаешь... Для меня этот праздник продолжался всю ночь — во сне я видела себя танцующей в огромном зале в такт музыке марша...

Этот первый для меня тренировочный сбор был толчком к проведению более регулярных, чем до сих пор, тренировок. В течение всей зимы я бегала уже по нескольку раз в неделю. До этого же мои тренировки носили случайный характер: иногда бегала даже по четыре раза в неделю, а порой месяцами не надевала кроссовок.

Нелегко было тренироваться девочке переходного возраста в условиях финской деревни конца 60-х годов. Часто местные крестьяне предлагали подвезти «учительскую Лийсу» и от удивления качали головой, когда та отказывалась и продолжала бег даже под проливным дождем. Мне было хорошо наедине со своими мыслями, и я не обращала внимания на то, что некоторые считали меня слегка чокнутой. Я знала, что делаю и к чему стремлюсь, и это было главным. Условия сельской народной школы не очень-то благоприятствовали моему увлеченно спортом. В самой школе не было ни душа, ни горячки воды, а имевшуюся в конце двора баню, топить каждый день было невозможно.

Хорошими тренировками были соревнования по лыжам и легкой атлетике. В первые годы моих выступлений по спортивному ориентированию я поддерживала свою форму в основном лыжами и легкой атлетикой. С самого раннего детства я привыкла ходить и бегать по пересеченной местности и думаю, что это оказало определенное влияние и на мои спортивные успехи. 1970 год - это год больших событий в жизни девочки с косичками. Весной предстояли выпускные экзамены в средней школе, а осенью — участие в составе сборной страны в чемпионате мира в ГДР. В конце зимы я получила письмо из Союза по спортивному ориентированию, в котором сообщалось, что меня включили в состав женской сборной для подготовки к чемпионату мира. Приятно было сознавать, что ты входишь в одну группу с сильнейшими ориентировщиками Финляндии. Это воодушевляло и одновременно обязывало к более усердным тренировкам.

В ту весну у меня не было проблемы, чем занять время. Оно полностью уходило на подготовку к экзаменам, на сами экзамены и на тренировки. Как было хорошо, что я наконец-то освободилась от школьных оков и могла теперь сама распоряжаться своим временем! К выпускным экзаменам я готовилась на самом высоком месте — на крыше нашей школы. Там, на свободе, под чистым небом, было намного легче, чем в затхлом помещении, корпеть над учебниками.

Я всегда удивлялась, когда меня спрашивали, как я успеваю одновременно тренироваться и сдавать выпускные экзамены. Я отвечала, что не смогла бы сдать экзамены, если бы не тренировалась. Человек ведь не машина, которая может читать много часов подряд. После пробежки я чувствовала себя бодрой и отдохнувшей, и у меня опять находились силы для зубрежки. Конечно, это можно истолковать и так, что, отправляясь бегать, я выбирала из двух зол меньшее. Абитуриентский праздник был для меня неизбежным злом. Мне совсем не нравился праздничный гул, особенно тогда, когда я оказывалась в центре внимания. Кроме того, получение белой фуражки я не считала каким-то особым достижением, это был лишь промежуточный этап на пути к основной профессии. Не согласилась я и фотографироваться вместе со всеми. Меня увековечили в тот день после ухода гостей в моей любимой одежде: в выцветших джинсах и полосатой рубашке фирмы «Маримекко».

Вместе с союзницей по духу и лучшей школьной подругой Ану Куусикоски мы решили отметить свои белые фуражки по-своему. Пока новоиспеченные абитуриенты, выпускники купитской средней школы, отмечали окончание школы в ресторане «Наанталин Кайвохуоне», мы с подругой сидели возле маленькой палатки на берегу моря. Мы купили немного еды, выбрали для лагеря тихий заливчик. Весь вечер мы бродили вдоль прибрежных скал. Море было спокойным. Оно вместе с нами слушало вечерние сплетни птиц. Мы были тогда так же далеки от шума и затхлости ресторана, как звезды от земли. А что может быть прекраснее пробуждения от крика чаек и пения птиц теплым летним утром на берегу моря!

Итак, у меня в руках аттестат абитуриента, а впереди — будущее. И все же я не чувствовала себя готовой выбрать себе профессию на всю жизнь. Принцип же «куда бы ни поступить, лишь бы поступить» был явно не для меня.

Всю жизнь меня влекла лесная жизнь, и поэтому я, воодушевляемая сестрой, решила попытать счастья в лесоводческом деле. С поступлением на учебу, однако, ничего не вышло. У меня не было требуемой предварительной практики, да и к вступительным экзаменам из-за плотного графика я подготовиться толком не успела. Что поделаешь, винить некого. Я прекрасно понимала: все зависит только от меня самой.

По окончании средней школы я была по горло сыта сидением за партой и поэтому решила дать душе возможность проветриться. Все лето провела в поездках по различным соревнованиям. Для того чтобы окончательно утвердиться в составе национальной команды, надо было пройти еще несколько отборочных соревнований. В начале июня в Утаярви проводился официальный смотр кандидатов для участия в чемпионате мира. На прекрасной местности в Рокуа мои ноги не чувствовали усталости, и я бежала дистанцию очень быстро. Длина трассы была 8,6 км. Мне удалось выиграть соревнование со средней скоростью менее 7 мин на километр. Второй была Марья Кнууттила из клуба «Ориентировщики Хельсинки». Теперь путь к соревнованиям моей мечты стал еще на один этап короче.

Решающие отборочные соревнования были проведены уже на последнем тренировочном сборе в ГДР. Бежали две дистанции, и обе выиграла Пирьё Сеппя из Виролахти. Пирьё была опытной спортсменкой, участницей многих чемпионатов мира и международных соревнований. Она очень хорошо выступала на гористых трассах, проходя их на высокой скорости. Так было и здесь, контрольные пункты как бы сами шли ей навстречу, и её победе никто не угрожал. На моих результатах сказалась ответственность этих стартов: я допустила больше ошибок, чем обычно. Нервы других участниц тоже были, как видно, напряжены до предела, поскольку мне удалось на обеих дистанциях занять 2-е место. Прошло некоторое время, прежде чем до меня дошло, наконец, что моя большая мечта последних лет осуществилась. Меня допустили представлять Финляндию на первенстве мира!

До сих пор все удавалось без особого труда, а теперь началась полоса испытаний. В один из августовских вечеров я бегала по опилочной дорожке. Углубившись в свои вечерние мечты, я не заметила торчавший из-под опилок камень. Нога попала на камень в расслабленном состоянии, послышался препротивнейший хруст - вывих голеностопного сустава. Острая боль свалила меня на землю, и прошло много времени, прежде чем я смогла сделать хотя бы шаг. Я как-то халатно отнеслась к травме, не поняла всей ее серьезности и, несмотря на припухлость и синюшность сустава, не показалась сразу же врачу. Только через пару недель никак не унимавшаяся боль заставила меня пойти на прием к доктору. Пришлось с виноватым видом выслушать все его негодования по поводу того, что так поздно обратилась за помощью. Я должна была это сделать сразу же, в тот же день, тогда нога поправилась бы быстрее. С дрожью в голосе поинтересовалась, смогу ли с такой травмой принять участие в чемпионате мира. Какое же облегчение я почувствовала, когда доктор пообещал, что к концу сентября сустав, по всей вероятности, придет в норму. Нога постепенно поправлялась, поднималось и настроение. И тут на моем пути возникло новое препятствие. За две недели до чемпионата я почувствовала какую-то странную боль в животе. Было такое ощущение, что кто-то перебирает мои внутренности с помощью финского ножа. Боли были настолько острыми, что я иногда забывала о предстоящей поездке на первенство мира, главное было вырваться живой из когтей одолевающей боли. Обращалась ко многим врачам, но мой недуг оставался для них загадкой. В то время я практиковалась в научно-исследовательском институте лесного хозяйства — в подопытном хозяйстве Ноормарку мы сажали лес. Помню, как я, корчась от боли и обливаясь потом, высаживала саженцы в пропитанную дождями землю.

Руководство Союза по спортивному ориентированию было озабочено моим здоровьем. Не меньше, чем они, волновалась и я. Нога была уже в относительно хорошем состоянии, но вот боли в животе не проходили, и это пугало, как все неизвестное. Если они вызваны травмой мышечной ткани, то это ещё куда ни шло, и я, вероятно, смогу поехать, а если это что-то другое, то врач просто запретит мне участвовать в соревнованиях. Темные тучи сгустились над моей головой. Неужели на этом закончится мой «бой», так и не начавшись? Я уже мечтала о том, как выступлю на чемпионате вместе с лучшими ориентировщиками. Теперь, похоже, все шло к тому, что эти мечты так и останутся единственным воображаемым опытом участия в важнейших для меня соревнованиях.

Шли дни. Дата отъезда на чемпионат мира приближалась. И тут мне показалось, что время чудес не прошло. Боли в животе начали стихать, но они не прошли еще окончательно, и я продолжала сомневаться в своем исцелении. Решила поехать на соревнования лишь в том случае, если не потеряла спортивной формы и могу бежать в полную силу. Накануне отъезда я провела контрольную тренировку на предельной скорости бега. От сердца отлегло, когда заметила, что окончательно выздоровела: ни нога, ни живот не беспокоили.

Теперь воспитанницу финской деревушки ожидало серьезное испытание. Совсем скоро на весы будет брошено все, что было достигнуто на тренировках в беге и в ориентировании. Открытие чемпионата мира с торжественным парадом участников было незабываемым зрелищем. Немцы знают толк в церемониях.

«А вот идем мы, финны»,— мысленно объявила я, глядя на цвета нашего флага — белое полотнище с синим крестом, когда мы маршировали по стадиону.

После блестящего успеха на предварительных соревнованиях в прошлом году от финской команды ждали многого. Не скрою, что и наши надежды нельзя назвать скромными.

Во время разминки перед стартом я пыталась вдолбить себе одну мысль: начни спокойно, не суетись. Раз уж попала сюда, то теперь все зависит от тебя самой. Правда, немного смущал большой перепад высот — более 500 м на дистанции 7,5 км. Впечатлений от этих соревнований осталось мало. Неприятные воспоминания легче похоронить, чем сохранять, как болевые точки, в памяти. Тем не менее, своего «провала века» на первом отрезке трассы я никогда не забуду. Первые сотни метров дистанции я прошла успешно, даже здорово. Я знала точное свое местонахождение по карте и бежала, как в мечте. Я и не заметила, как увлеклась, и побежала еще быстрее, забыв все предосторожности. Бросив взгляд на карту, отметила про себя, что надо перейти канаву и продолжить бег по тропинке, идущей вдоль другой канавы на юго-запад. Я перепрыгнула через канаву и подбежала к другой, вдоль которой по обе стороны вились тропинки — все как полагается. Местность совпадала с картой, и я, не мучая себя сомнениями, припустилась во весь дух по тропинке. Только одно я впопыхах забыла — проверить по компасу, в ту ли сторону ведет эта злополучная тропа.

На карте было полно всевозможных тропинок, петлявших по склонам и впадинам. Поэтому для меня не составляло большого труда привязать себя к карте и местности. Ошибка усугублялась все больше и больше. Наконец до меня дошло, что что-то неладно: я потеряла всякое представление о своем местонахождении. Я начала бегать взад-вперед, в стороны в надежде отыскать какой-нибудь приметный ориентир. Минуты шли, а у меня перед глазами мелькали тропинки. Отчаяние прикоснулось ко мне, в голове мелькнула мысль отказаться продолжать соревнование. «Разве я приехала сюда для того, чтобы сойти с дистанции? - спросила я себя, - Нет уж, дудки! Я обязательно найду все контрольные пункты, даже если для этого потребуется пробыть в лесу до самого вечера!»

На одной из тропинок навстречу мне с сосредоточенным видом бежал узколицый мужчина, участник мужского первенства. К этому моменту я уже так долго плутала по местности, что захотелось спросить у него, где же я все-таки нахожусь. Однако его бег был настолько уверенным и плавным, что я отказалась от этой мысли и продолжала любоваться его искусством ориентирования. Несмотря на важность выполняемой задачи, он, пробегая мимо меня, все же успел махнуть мне приветственно рукой. И опять я осталась один на один с молчаливым лесом. Мне казалось, что я вообще одна во всем мире. Заблудившаяся, беззащитная, отчаявшаяся.

Вот уже сорок минут я плутаю по тропам, взбираюсь по крутым склонам и вновь скатываюсь вниз. И вдруг это произошло! Я как-то сразу сообразила, что вот на этом пересечении тропинок, вот здесь, я нахожусь совсем недалеко от второго контрольного пункта. До первого контрольного пункта отсюда менее полукилометра. Всего. Как все относительно в этой жизни! В той ситуации эти полкилометра были действительно «всего». Это был совсем короткий путь возвращения к жизни. В обычных условиях, на домашних соревнованиях ошибка в полкилометра заставила бы меня потерять всякую надежду.

Теперь же, собравшись с духом, я спокойно приблизилась к контрольному пункту и отметила первый квадратик карточки участника. 49 мин ушло на отыскание первого контрольного пункта, а расстояние до него от старта составляло 1350 м. Лучшее время на этом участке, 12 мин, показала норвежка Астроид Эдмюр.

Остальную часть дистанции я бежала как во сне. Записи судей на контрольных пунктах показали, что отдельные участки трассы я проходила с той же скоростью, что и лидеры. Крутые склоны на трассе в ГДР сделали свое дело. Когда я пришла на финиш почти через два часа после старта, то у меня в голове была только одна-единственная мысль: «Все. На этом кончено. Это мой первый и последний чемпионат мира. Хватит».

Я чувствовала себя окончательно подавленной как морально, так и физически. Я ненавидела себя за то, что оказалась недостойной доверия людей, пославших меня на соревнования. Хотелось только одного — поскорее вернуться в Финляндию, к себе домой, и выбросить из головы это несчастное ориентирование. Я настолько ушла в свое горе, что долго не знала, как выступили другие члены нашей команды, и кто вообще стал победителем. Когда награждение победителей началось, я возвращалась из душа. У женщин обладательницей золотой медали стала представительница Норвегии Ингрид Хадлер, покорившая дистанцию с результатом 1:10.39. Цветущая норвежка выиграла более 2 мин у дважды экс-чемпионки мира шведки Уллы Линдквист. Из моих подруг по команде лучшей оказалась Пирьё Сеппя. Она заняла 4-е место, проиграв победительнице около 4 мин.

Я заняла 40-е место из 45 участниц, пришедших к финишу. Оказывается, нашлись и такие, которые проблуждали в лесу еще дольше, чем я, но это было слабым утешением. Это был день норвежцев, так как среди мужчин чемпионом мира был провозглашен сын страны фьордов Стиг Берге. Я застыла от удивления, увидев, что на пьедестал почета поднимается знакомый мне мужчина. Да, да, тот самый, который повстречался мне в лесу, когда я пыталась выйти к первому контрольному пункту. По его почерку было видно, что он свое дело знает, но чтоб стать чемпионом мира... Другие медали достались швейцарцам, а финнам осталось только облизывать пальцы. Лучшим из наших ребят был Рейо Куянсуу, однако занятое им 12-е место вряд ли могло удовлетворить ожидания финских любителей спортивного ориентирования.

Когда мы возвращались автобусом в гостиницу, тренер нашей команды Хейно Авикайнен пытался убедить меня в том, что мир не кончается этими соревнованиями. Наступит еще и мой день.

В течение всех последующих после финиша часов я, как слепая, крутилась в замкнутом кругу своей неудачи и чувствовала себя почти оскорбленной за то, что кто-то осмелился прорваться сквозь завесу моего жалкого состояния. А Хейно говорил об эстафете, которая должна состояться завтра. Руководство планирует меня на первый этап.

«Что? Я не ослышалась? Какой вздор ты мелешь! Никуда я не пойду, ни шагу в этот дурацкий лабиринт тропинок не сделаю! Есть же в команде и настоящие ориентировщицы, зачем же такую жалкую неудачницу посылать в лес?..»

Несмотря на то, что моя первая реакция была безоговорочно отрицательной, мысль о возможности участия в эстафете начала прорастать в моем уме. В отличие от общепринятых правил, эстафета проводилась таким образом, что первый этап начинался с раздельного старта, а старт второго этапа давался в соответствии с результатами, показанными на начальном этапе. Такой порядок меня вполне устраивал, так как я не чувствовала бы себя уютно и уверенно в толкотне, создаваемой общим стартом.

Когда я стала понемногу приходить в себя после двухчасового соревнования, мысль об участии в эстафете уже не казалась совсем невозможной. Было даже приятно, что после моего жалкого бега хоть кто-то еще доверяет мне. Руководство команды, вероятно, считало, что я не могу провалиться еще и на следующий день.

Когда я прогоревала свое горе, то забылось и намерение бросить ориентирование. Спустя два часа после того, как мир казался мне мрачнее мрачного, я была готова вновь обратить свой взор в будущее. Думаю и верю, что неудача на моем первом чемпионате мира привела меня к победе. Мне хотелось доказать всему свету, что я способна находить контрольные пункты более умело, чем другие, и бегать быстрее других. Решила, что когда-нибудь обязательно поднимусь на высшую ступеньку пьедестала почета.

И хотя мне казалось, что возможность показать себя была предоставлена слишком быстро, я приняла вызов. Если руководство не побоялось довериться мне, то должна решиться и я. Разминаясь в утренней прохладе перед стартом в эстафете, я чувствовала себя спокойно. В соответствии с практикой того времени я получила карту за минуту до старта и успела за это время создать общую картину предстоящей дистанции. Расстояние до первого контрольного пункта было коротким, но что за чудо! До небес, что ли, надо забираться? Горизонтали расположены одна около другой по всему склону, чтобы выйти на первый контрольный пункт, следует подняться не менее чем на 70 м! Потряхивая болевшими еще со вчерашнего дня ногами, я подумала, смогу ли когда-нибудь закончить свой этап, поскольку начало не сулило ничего доброго. Потом отметила про себя, что ведь и другие устали после вчерашних соревнований и им предстоит пройти ту же дистанцию. Поэтому у меня не было никаких оснований испытывать к себе жалость.

Со старта я стала спокойно подниматься в первую гору, и первый контрольный пункт отыскала без трудностей. Продолжать соревнование было уже легко. Я чувствовала большое удовлетворение оттого, что владею дистанцией, что все получается. По мере прохождения трассы становилось все очевиднее — крупных ошибок я не совершаю, однако к концу усталость стала давить на ноги. Силы уже иссякали, поэтому при прохождении финишной разметки в подъем пришлось перейти на ходьбу, всего на несколько шагов. Финиш был радостным. Я сумела доказать себе, что могу успешно выступать и на крупных соревнованиях.

На этом этапе я была второй. Шведка Биргитта Ларссон затратила на его прохождение на пару минут меньше меня, но она не участвовала во вчерашних личных соревнованиях...

На втором этапе за Финляндию выступала Синикка Кукконен. Она хорошо справилась со своей задачей. На последний этап команда Финляндии ушла второй после Швеции, проигрывая около 3 мин. У Пирьё Сеппя на трассе были сильные конкурентки, в частности Ингри Хадлер и Улла Линдквист, занявшие в личных соревнованиях соответственно 1-е и 2-е места. Пирьё начала свой этап в хорошем темпе и на одном из участков трасс приблизилась к Улле на расстояние видимости, но в конце совершила грубую ошибку и вынуждена была пропустить вперед Венгрию и Норвегию.

Наши мужчины тоже долго держались за краешек медали, но и они не устояли. Результат мужской команды Финляндии в эстафете занял лишь четвертую строку. Когда наша команда вернулась на родину, никто не расстелил ей красного ковра. Молчаливая группа людей тихо, словно прося прощения, пересекала терминал аэропорта, возвращаясь к серым будням. Мы не привезли с собой ни золота, ни почестей. Наши сумки были полны слез и намокших от пота вещей. Однако в этих слезах таилась и надежда на будущее.


О мотивах.

 

У меня часто спрашивают, как это я еще нахожу силы для борьбы за место под солнцем? В таких случаях я отвечаю обычно контр вопросом:

- Неужели я так стара, что меня пора отправить нам полку?

Конечно, я приближаюсь к той границе, за которой человек считается уже слишком старым для большого спорта, да и муж называет меня почтенной дамой, а вот сама я считаю себя еще молодой. Для меня мой возраст - не проблема, хотя для некоторых это именно так.

Я хочу участвовать в соревнованиях по ориентированию, пока хватает сил, и, по-моему, это хорошо. Когда меня исключат из сборной, я с большим удовольствием перейду в категорию пожилых женщин.

Мне нравится быть на природе и тренироваться. А раз так, то почему же мне тогда не готовиться к авторитетным соревнованиям? Я больше верю тому, что я сама чувствую, а не тому, что говорят по этому поводу другие. (Вот видите, я пустилась в объяснения, почему женщина в возрасте продолжает еще заниматься ориентированием, хотя несколькими строчками выше заявила, что возраст для меня не имеет никакого значения.)

Путешествуя по разным странам, я узнала очень многое о людях и не меньше о себе самой. Однако я не считаю, что уже все повидала, все испытала, и поэтому я по-прежнему с удовольствием разъезжаю и погружаюсь в неизведанное.

В моей мотивации, в настрое, большое значение имеет тот факт, что по современным меркам я начала регулярные (по плану) занятия спортом слишком поздно. По строгому плану я занимаюсь только с двадцатилетнего возраста. Вероятно, именно поэтому тренировки и бег не отдают пока древесиной. Кроссовки несут меня так же весело, как и с десяток лет назад. "Иногда я пытаюсь поставить себя на место молодой спортсменки в большом спорте. Систематические тренировки теперь часто начинаются с десятилетнего возраста. Программы тренировок очень жесткие - этого требует конкуренция. Маленькие спортсмены буквально вкалывают изо дня в день. И в школу надо сходить, и на тренировки. При этом что-то одно обязательно страдает: если не школа и не тренировки, то тогда сам маленький человечек.

Из меня, судя по современным требованиям, вероятно, никогда не вышло бы спортсменки высокого класса, а если и вышло бы, то, во всяком случае, в моем возрасте, на пороге тридцатилетия, уже не было бы сил охотиться за контрольными пунктами с таким задором. Следует обратить внимание на тот факт, что значительная часть нынешних финских спортсменов высшего класса начала серьезно тренироваться относительно поздно, лет с двадцати. Я не хочу нокаутировать детский спорт, тем более что сама начала тренироваться, когда была ростом не выше отцовского колена. У меня просто сложилось такое впечатление, что в спортивной работе с детьми обращается недостаточно внимания на весь комплекс жизни ребенка. Связь с семьей, друзьями, успехи в школе — эти важные с точки зрения будущего молодого спортсмена факторы часто недооцениваются,

Мотивы занятий спортом с годами меняются, и я сейчас возвращаюсь к исходному пункту. В первые годы моего увлечения спортивным ориентированием самыми важными были поездки на соревнования в приятной компании. В переходном возрасте в спорте я искала компенсацию чувству своей неполноценности. Попав в сборную страны, на первый план я стала выдвигать собственно успех, стремление удовлетворить свое тщеславие. В настоящий момент, когда успех уже достигнут, да и возраст подкрадывается к определенной черте, для меня вновь выступает на первый план социальная сторона ориентирования.

С созданием семьи многие женщины покидают спорт. Кто-то оставляет его навсегда, кто-то продолжает заниматься любимым видом спорта на оздоровительном уровне, уже когда дети немного подросли. В нашей семье проблема «дети — спорт» обсуждалась неоднократно. Возникала мысль о том, что, как только пойдут дети, надо будет от спорта отойти и стать добропорядочной матерью. Чем больше я думала на эту тему, тем упорнее что-то у меня внутри протестовало против ухода из спорта. В конце концов я пришла к выводу, что ребенок не может заставить меня пойти наперекор себе. Я думала (и до сих пор уверена в этом), что смогу стать более полноценной матерью, если сумею выразить себя как в спорте, так и вообще в жизни.

Решение продолжать занятия спортом после рождения ребенка было принято нами вдвоем. Если нет единогласия в этом вопросе, то продолжение спортивной карьеры для женщины-матери становится трудным делом, поскольку даже в случае единого взгляда на вещи порой возникают разногласия.

Сепи уже сразу после рождения Микко хотел, чтобы я продолжала заниматься спортом. Он безропотно ухаживал за сыном, когда я уходила на тренировки, а вот в другое время у нас иногда вспыхивали словесные перепалки из-за разделения обязанностей в семье. Когда Микко был еще в грудном возрасте, возникали ситуации, когда, устав от постоянного недосыпания, мы толкали друг друга в бок:

- Встань, посмотри, что с ним.

Маленький ребенок требует от родителей постоянного внимания. Взрослым друг для друга не остается ни времени, ни сил; любовь подвергается нешуточному испытанию. Жизнь с маленьким членом семьи — это совсем другое, чем совместная жизнь двух взрослых людей. Иногда ночью Сепи будил меня, и возникала злая мысль: «Мог бы и сам встать. Если я не высплюсь, то не смогу тренироваться...»

У Сепи была своя работа, у меня своя - домашние хлопоты и тренировки. Каждому казалось, что другому легче. В голове витали горькие мысли, о которых было трудно говорить вслух.

Тот период времени теперь далеко позади, но тогда, когда жизнь крутилась по замкнутому кругу, между детской кроваткой, ванной и кухней, казалось, что самое важное дело в мире — чья очередь подмыть ребенка или встать среди ночи и успокоить его рев.


 

От деревенских тропинок до мирового уровня:





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...