Главная Обратная связь

Дисциплины:






Проблема «отставания» стран Востока. 5 страница



Положения Нанкинского договора означали не только уста­новление международно-правовых основ отношений между Китаем и Западом, представленным в данном случае Англией, что произошло впервые в китайской истории, но и моделировало тип этих отношений в будущем. Стороны, подписавшие договор, были далеко не равноправными его участниками. Суверенитет Китая по Нанкинскому соглашению был ущемлен, по крайней мере, дважды. Китайская держава была вынуждена уступить ино­странному государству часть своей территории, а также утратила безусловный контроль над собственной таможенной системой. Англичане же, таким образом, получили главное, к чему они стремились, — доступ на китайский рынок в условиях, наиболее благоприятных для них. Именно то обстоятельство, что сувере­нитет китайской державы был частично утрачен, дает основания говорить, что Нанкинский договор был неравноправным для Китая по сути, а не только с точки зрения политических усло­вий его подписания. Этим соглашением открывалась совершенно новая страница в истории китайского государства — как части зависимой периферии мировой капиталистической системы. Кроме того, тем самым были заложены предпосылки для формирова­ния китайского национализма, в основе которого лежало стрем­ление к национальному освобождению и воссозданию в полной мере суверенного государства.

Следует отметить, что главный вопрос, явившийся причиной войны, — легализация торговли опиумом, — был обойден стать­ями Нанкинского договора. Во время переговоров китайцы настаи­вали на прекращении опиеторговли, англичане же предложили легализовать ее, но, очевидно опасаясь общественного мнения, в том числе и в самой Британии, заявили, что не настаивают на этом. Тем не менее и без официального разрешения китайских властей ввоз опиума в Китай продолжался, и даже в больших масштабах, чем в прошлом.

В договоре, заключенном между Китаем и Англией через год, в октябре 1843 г., были оговорены еще несколько важных для английской стороны принципов: она получила право «наиболее благоприятствуемой» державы, что означало автоматическое рас­пространение на нее всех прав и привилегий, получаемых други­ми иностранными государствами. Помимо этого, в развитие прин­ципов, связанных с вопросами таможенного обложения, зало­женных в Нанкинском договоре, были определены пределы для импортных пошлин на английские товары. Они не должны были превышать 5% стоимости товара, что следует считать низким уровнем обложения. Кроме того, это связывало руки китайско­му правительству в проведении политики, направленной на под­держание национального предпринимательства, в случае если китайское правительство решило бы выступить с позиций про­текционизма. В дальнейшем, в XXв., борьба за восстановление таможенной автономии стала одним из важнейших направлений национального движения.



Вскоре примеру Великобритании последовали и другие евро­пейские державы: в 1844 г. соглашения с Китаем, воспроизво­дившие главные положения Нанкинского договора, были под­писаны США и Францией. Правда, в них содержались некоторые отличия, свидетельствовавшие о стремлении иностранных дер­жав расширить свои права в Китае. Американцы добились приня­тия китайской стороной принципа консульской юрисдикции и экстерриториальности, а французы получили право на строитель­ство католических храмов в портах, открытых для иностранной торговли, что впоследствии дало им основание требовать предо­ставления свободы миссионерской деятельности во всем Китае1.


^ 1.3. Вторая «опиумная война» 1856-1860 гг.

(Тяньцзинские договоры, Пекинские договоры)


Тайпинское восстание значительно ослабило цинскую держа­ву перед лицом угрозы внешнего вторжения. Этой ситуацией спе­шили воспользоваться западные государства, стремившиеся на­вязать Китаю новые неравноправные соглашения, закрепить ус­пех, достигнутый в период первой «опиумной» войны и добиться новых уступок со стороны цинского правительства. Однако в на­чале 50-х гг. XIX в. страны Запада были связаны войной на восто­ке Европы, в которую оказались вовлечены Россия и Османская империя. После поражения России в Крымской войне (1853-1856) их руки оказались развязанными, и они, в первую очередь Анг­лия, приступили к осуществлению планов дальнейшего проник­новения в Китай.

Последовавшие далее события получили название второй «опи­умной» войны и растянулись на четыре года (1856—1860). В ее исто­рии можно выделить два крупных периода: осень 1856 — весна и лето 1858 г. и лето 1858 — лето 1860 г. Первый из них завершился подписанием Тяньцзиньских соглашений, в результате второго были заключены Пекинские договоры. Во вторую «опиумную» вой­ну (в отличие от событий 1840-х гг.) помимо Англии оказалась вовлеченной Франция, принимавшая непосредственное участие в военных действиях против Китая. Россия и США заняли пози­цию нейтралитета. Выступая в роли посредников на переговорах между представителями цинского двора и европейских государств, они тем не менее имели собственные цели, к достижению кото­рых им во многом проложили дорогу Англия и Франция.

Поводом для начала новой войны против цинской державы послужил инцидент с лорчей «Эрроу» (лорча — тип небольшого китайского судна, использовавшегося главным образом для ка­ботажного плавания). Суть его состояла в следующем. В октябре 1856 г. китайские власти арестовали 12 моряков с этого судна по обвинению в пиратстве у китайского побережья. Обвинение, оче­видно, имело основания. Однако проблема заключалась в том, что корабль был зарегистрирован в Гонконге (правда, ко време­ни описываемых событий срок регистрации уже истек) и носил на борту британский флаг. Внешне происходящее выглядело как арест китайскими властями экипажа английского судна. Именно так и стремились представить дело англичане.

Осенью начались военные столкновения между английскими военными судами и китайской береговой охраной. Первое напа­дение английского флота произошло в конце октября. Англичане вели переговоры, прерывавшиеся вспышками военных действий, с губернатором Гуанчжоу Е. Миньчэнем без объявления войны цинской империи. Вскоре к ним присоединились французы. Пред­логом для их участия в событиях послужило убийство местным населением французского миссионера в провинции Гуанси.

Е. Миньчэнь занял на переговорах уклончивую позицию, ста­раясь оттянуть время. Пытаясь оказать на него давление, державы подвергли Гуанчжоу блокаде и в декабре 1857 г. захватили город, после чего он оставался под их контролем почти в течение четы­рех лет. Е Миньчэнь был арестован и сослан англичанами в Каль­кутту, где вскоре умер. Однако развить достигнутый успех англи­чанам помешали события, связанные с восстанием сипаев в Бри­танской Индии (1857—1859), которое поставило под сомнение прочность их колониальных захватов в Южной Азии.

Весной 1858 г. переговоры между Англией, Францией и Кита­ем были перенесены в Шанхай. Однако они ни к чему не приве­ли, и в результате англо-французский флот появился у побережья Северного Китая. Чтобы подтвердить серьезность своих намере­ний, западные союзники заняли форты г. Дагу, которые при­крывали движение по р. Байхэ. В сущности, для англо-французс­кой эскадры путь на Пекин был открыт.

И снова начались переговоры, на которых цинская сторона была вынуждена принять все требования западных держав. Это привело к заключению в мае—июне серии Тяньцзиньских согла­шений между Китаем и целым рядом иностранных государств — Англией, Францией, Россией, США.

Англо-китайский договор, подписанный цинской стороной с «пистолетом, приставленным к горлу», по выражению английс­кого представителя лорда Элгина, содержал целый ряд новых и важных для британцев условий. Для иностранной торговли были открыты еще 11 портовых городов, что предоставляло Западу все возможности для самого широкого проникновения на китайс­кий рынок. Иностранцы приобрели право свободы передвиже­ния по китайской территории и свободной миссионерской дея­тельности. Кроме того, англичане получили компенсацию за орга­низацию военной экспедиции в размере 4 млн лянов серебра. На следующий день был подписан договор французов с китайской стороной, положения которого повторяли в деталях содержание англо-китайского соглашения. Излишне говорить, что американо-китайский договор предусматривал распространение на США прав, полученных другими странами Запада (за исключением пункта о контрибуции).

Русско-китайский договор предусматривал положения, харак­терные лишь для отношений между этими двумя континенталь­ными государствами. Одним из важных был вопрос территориаль­ного разграничения на Дальнем Востоке. Огромные территории в бассейне Амура, оставленные Нерчинским соглашением для раз­решения в будущем, все в большей степени привлекали внимание России. Русская колонизация к этому времени уже проникла в райо­ны Дальнего Востока, включая Камчатку, как бы охватывая не­посредственно бассейн Амура. Изменение международной ситуа­ции на Дальнем Востоке, активное вовлечение в политику в этом регионе европейских держав побуждали Россию более энергично заняться вопросом о будущем этих районов. В особенности неот­ложной, с точки зрения русской дипломатии, эта проблема стала представляться после того, как в результате российских дальневос­точных экспедиций, предпринятых в 40-х гг. XIX в., выяснилось, что устье Амура вполне судоходно и современные военные суда могут подняться по нему до среднего течения реки и далее при­близиться к русским границам в Азии. Не без основания русское правительство опасалось, что англичане, захватившие юг Китая, способны распространить свой контроль и на этот район, в сущ­ности оставшийся вне территориального разграничения.

Россия имела основания опасаться и агрессивных действий со стороны западных государств на ее дальневосточных границах. Во время Крымской войны, летом 1854 г., Петропавловск-Камчат­ский был атакован силами объединенной англо-французской эс­кадры. И хотя эта операция закончилась для западных союзников неудачно (их десант был разгромлен и сброшен в море гарнизо­ном города), тем не менее это был весьма тревожный сигнал.

Весной 1858 г. переговоры о территориальном разграничении между Россией и Китаем велись одновременно в Айгуне (ныне — г. Хэйхэ на китайской территории) и Тяньцзине. Айгунские пе­реговоры, возглавляемые генерал-губернатором Восточной Сибири Муравьевым, были удачными для российской стороны. Муравьев добился от китайских партнеров по переговорам согласия в том, что граница до соединения Амура с Уссури будет проходить по течению Амура, при этом земли по левому берегу реки будут при­надлежать России, а по правому — Китаю. Территории к востоку от Уссури, вплоть до морского побережья, были оставлены в сов­местном владении до решения этого вопроса в будущем.

Менее удачным для России был визит эскадры под командо­ванием Путятина, которая весной 1858 г. находилась у берегов Китая. Командующему русской эскадрой и одновременно важ­нейшему дипломатическому представителю России удалось до­биться от китайской стороны лишь принципиального согласия на обсуждение проблем территориального разграничения между государствами.

Соглашения, достигнутые между Китаем и иностранными дер­жавами, подлежали ратификации императором. Однако китайс­кая сторона, уступив давлению иностранцев, стремилась теперь не допустить ратификации тяньцзиньских документов, пытаясь использовать оставшееся в ее распоряжении время (соглашения подлежали ратификации через год после подписания) для укреп­ления подступов к Пекину.

Представители Китая требовали, чтобы иностранные делега­ции, прибывшие для обмена ратификационными грамотами, передвигались по суше в сопровождении сравнительно незначи­тельного эскорта. Иностранцы предпочли другое решение — на­правиться в сопровождении внушительной эскадры непосред­ственно к Тяньцзиню, рассчитывая в очередной раз использо­вать демонстрацию военной мощи в качестве фактора воздействия. Однако форты Дагу, укрепленные за прошедший год, 25 июня 1859 г. встретили англо-французскую эскадру мощным артилле­рийским огнем. Десант, высаженный союзниками для захвата фортов, также был разгромлен. Потери союзников составили бо­лее 400 человек убитыми и ранеными, несколько судов были по­топлены и некоторые повреждены. Это заставило западные дер­жавы временно, отступить и начать подготовку широкомасштаб­ного вторжения в Китай, которое и было предпринято летом следующего 1860 г1.

Интервенция началась в августе. Англичане сосредоточили в Северном Китае десятитысячный корпус, примерно столько же солдат имели в своем распоряжении французы. Объединенная ан­гло-французская эскадра насчитывала более 70 боевых судов. Не вступая в переговоры, иностранцы захватили форты Дату, тем са­мым открыв для себя путь к Тяньцзиню и далее к Пекину. Китай­ские войска, деморализованные неожиданным наступлением про­тивника с суши, не смогли организовать серьезного сопротивле­ния. В сентябре на подступах к столице Срединной империи они потерпели еще одно сокрушительное поражение.

Позиция цинского правительства в этой ситуации отличалась непоследовательностью. Начавшиеся переговоры с иностранны­ми державами были прерваны арестом части иностранной деле­гации. Как выяснилось впоследствии, некоторые из арестован­ных погибли от рук стражи, некоторые умерли, не вынеся тяжелых условий китайской тюрьмы. Эти факты были использованы западными союзниками в качестве предлога для грабежа и разру­шения императорского летнего дворца, расположенного в окрест­ностях Пекина и содержавшего несметные сокровища. Дворец буквально сравняли с землей, вывезя оттуда все, что представ­ляло хоть какую-нибудь ценность.

Императорский двор был в полной растерянности. Император бежал из столицы, оставив в качестве уполномоченного для ве­дения переговоров князя Гуна. В этот критический момент, когда представители иностранных держав не могли отыскать никого из числа представителей высшей цинской администрации, кто бы мог вести с ними переговоры, посредником выступил энергич­ный российский дипломат генерал Н.П. Игнатьев.

В конце октября английские войска вошли в Пекин, где на территории императорского дворца Гугуна произошло подпи­сание Пекинского англо-китайского договора. Этот договор оз­начал наступление нового этапа иностранного проникновения в Китай, зафиксировав целый ряд положений, к достижению которых давно стремились зарубежные государства. Помимо конт­рибуции (8 млн лянов серебра) англичане получили право со­держать в Пекине на постоянной основе посольство, к ним ото­шла часть территории полуострова Цзюлун, непосредственно прилегающая к Гонконгу; Тяньцзинь пополнил собой список портов, открытых для иностранной торговли; китайское прави­тельство согласилось на эмифацию китайских рабочих (кули); католической церкви возвращалась собственность, конфиско­ванная после начала гонений на иностранных миссионеров в первой трети XVIII в. Таково было содержание и французско-китайского договора, в который французам удалось включить также пункт, разрешавший миссионерам покупать в пределах всего Китая землю и строить на ней храмы1.

Эти положения в соответствии с принципом наибольшего бла­гоприятствования были распространены на Россию и США. Впро­чем, у российской дипломатии были особые задачи, с которыми удалось справиться Н.П. Игнатьеву. Вопрос о территориальном разграничении на Дальнем Востоке в Пекинских соглашениях был разрешен к полному удовлетворению российской дипломатии. Было не только закреплено разграничение по течению Амура, но и определена граница к востоку от слияния Амура и Уссури. Однако надо признать, что делимитация этой границы (опреде­ление на географических картах), осуществленная вслед за под­писанием Пекинского русско-китайского договора, была в отры­ве от сложившейся к тому времени практики территориального разграничения (если граница устанавливалась по водной артерии). Обычно в таком случае граница проводилась по середине фарва­тера или крайне редко по средней линии течения реки. В данном случае граница была обозначена по китайскому берегу Амура. Это давало аргументы российской дипломатии в будущем использо­вать эти документы для обоснований позиций, отвечавших в пер­вую очередь ее интересам.

Добившись в очередной раз капитуляции Китая и заставив его принять требования, выгодные Западу, иностранцы в конце 1860 г. вывели свои войска из Пекина. Соглашения, подписанные в ки­тайской столице, означали закрепление статуса Китая как зави­симой полуколониальной периферии капиталистической миро­вой системы.


Заключение


Военные действия показали военную и экономическую слабость Китая, его неспособность противостоять натиску европейских держав.

29 августа 1842 г. был подписан первый неравноправный договор между Великобританией и Китаем, получившим название по месту его подписания — Нанкинский. Китайские власти обязывались открыть для английских торговцев порты Кантон, Амой, Фучжоу, Нинбо и Шанхай. Китай должен был выплатить 21 млн. л ян серебра в качестве контрибуции, ликвидировать монопольную торговую компанию Кохконг (Гуханг). Английские товары облагались лишь пятипроцентной пошлиной (от их стоимости), о. Гонконг переходил под контроль Великобритании.

Таким образом, этот договор означал вступление Китая в новую полосу своего развития, характеризовавшуюся полуколониальной зависимостью от западных держав.

После поражения во второй «опиумной войне», в правящих кругах Китая возникла потребность еще раз попытаться найти выход из создавшейся неблагоприятной ситуации, грозившей превратить это крупнейшее государство Востока в жалкий придаток западных держав. В результате была выработана новая линия развития, получившая в историографии название «политика самоусиления» («цзы цян»).

События, связанные со второй «опиумной» войной, не завер­шили натиск западных держав на Китай. Добившись в целом вы­годных для Запада условий проникновения на китайский рынок, каждая из европейских держав стремилась обеспечить и свои соб­ственные интересы в Китае. В некоторых случаях борьба за сферы влияния принимала форму военных столкновений. Именно так складывались отношения между Китаем и Францией в середине 80-х гг. XIX в.

8. Война тайпинов занимает видное место в цепи крестьянских войн Китая эпохи феодализма. Сама проблема крестьянских войн является предметом пристального внимания ученых, она имеет и политическое звучание. В центре ее — вопрос о роли крестьянских движений в общественном развитии Китая.

Методологическую основу анализа документов составляют работы К. Маркса и Ф. Энгельса, указанные в списке литературы. Их изучение предусмотрено заданием для самостоятельной работы. Студентам также предлагается ознакомиться с выступлением доктора Карла Фридриха Августа Гюцлаффа в Лондонском статистическом обществе (№ 1). на которое ссылались К. Маркс и Ф. Энгельс в работе «Первый международный обзор». Автор доклада — немецкий миссионер, двадцать лет проживший в Китае, — был основателем христианского «Китайского союза» и создателем книги «История китайского государства». Во второй половине 40-х гг. XIX в. будущий вождь тайпинов Хун Сюцюань своими проповедями идеологически обосновал необходимость восстания. Идеи, содержащиеся в документах № 2—4, легли в основу деятельности «Общества поклонения богу». Фактически в раннетайпинских документах, датированных 1845 —1846 гг., мы обнаруживаем причины недовольства крестьян; эти документы положили начало формированию антифеодальной программы тайпинов. Почти все документы тайпинов облечены в религиозную форму, что характерно для крестьянских движений эпохи феодализма; их важной чертой является также апелляция Хун Сюцюаня к древности. Студентам необходимо проанализировать систему аргументации автора, что позволит установить истоки изложенных им идей.

Следующая группа документов принадлежит Хун Сю -цюаню и его приближенным Ян Сюцину и Сяо Чаогую, князьям (ванам) и крупнейшим организаторам и руководителям восстания. Эти документы написаны в 1851— 1852 гг. после провозглашения Небесного государства великого благоденствия Тайпин тяньго) на юге Китая в городе Юнъане (провинция Гуанси) в сентябре 1851 г. В апреле 1852 г. армия тайпинов начала свой поход на Север Китая, что положило начало большой крестьянской войне. Эти события требовали развертывания агитации в пользу антиманьчжурской войны (№ 5—9).

В марте 1853 г. тайпины захватили древнекитайскую (южную) столицу Нанкин, которая была провозглашена главным городом Тайпин тяньго. Студентам целесообразно отметить на карте маршрут движения тайпинов от Юнъа-ни до Нанкина и определить размеры захваченной ими территории.

Захват повстанцами центральных районов восточной части Китая позволил тайпинскому руководству развернуть законодательную деятельность. Так в 1853 г. появилась «Земельная система Небесной династии» (№ 1 0)—основной закон тайпинского государства, содержание которого выходит далеко за рамки его названия. Студентам необходимо сравнить идеи этого документа с реальным состоянием дел в тайпинском государстве, а также дать общую характеристику этого документа. Аналогичную работу необходимо провести с «Новым сочинением в помощь управлению» (№ 11). Его автор—Хун Жэньгань (1821 —1864 гг.)— двоюродный брат Хун Сюцюаня, видный руководитель тайпинского государства. Он примкнул к восставшим в 1859 г. и, став главой тайпинского правительства, подготовил вышеназванный документ. Общение Хун Жэньганя в течение нескольких лет с европейцами наложило отпечаток на его сочинение, смоделированное по западному об - разцу. Документ был одобрен Хун Сюцюанем, но не при. нес славы преобразователя его автору, который, впрочем, и сам не приложил усилий для его претворения в жизнь. Большинство руководителей тайпи!|ского движения не поняли замыслов Хун Жэньганя, а сам он был в 1862 г. сме - щен с занимаемого поста. При анализе содержания документа необходимо установить причины неудач тайпйнских реформаторов.

Последний круг вопросов связан с характером взаимоотношений тайпинов и европейцев (№ 12—17). Студентам следует установить: присутствовали ли в документах тайпинов требования, направленные против европейцев; была ли выработана ими программа антиколониальных действий. Изучение переписки тайпинских руководителей с европейцами покажет также характер их связей.

 

9. Цель данной работы рассмотреть восстание ихэтуаней и последующую интервенцию восьми держав в Китай. Актуальность выбранной темы заключается в том, что восстание ихэтуаней было одним из крупнейших и важнейших событий конца 19-го начала 20-го века которое оказало огромное влияние, как на историко-экономическое развитие самого Китая, так и западного мира. На мой взгляд, этот вопрос достаточно изучен как в иностранной, в том числе и собственно китайской литературе, так и в отечественной.

Источники для данной работы могут послужить:

1) Боксёрское восстание,- «Красный архив», 1926, т.1

2) Восстание ихэтуаней. Документы и материалы, М.,1901г

3) Чжи Би-ху, продолжение исследования происхождения «Ихэцюань»,-«Восстание ихэтуаней. Документы и материалы».

Приведённые выше источники на русском языке и это далеко не весь список.

Источники на китайском и японском языках:

1) Ихэтуань гэяо (Песни ихэтуаней), Шанхай, 1960.

2) Ихэтуань цзете (Листовки ихэтуаней),- «Цзиньдайши цзыляо»,2006,№1

3) Юань Чан, Ланьчжун жицзи цаньгао (Дневник во время смуты),- «Ихэтуань», т.1

Яркими представителями современной китайской литературы рассматривающей этот вопрос являлись: Фань Вэнь-лань, Цзинь Цзя-жуй монография «Движение ихэтуаней»

Я считаю, что рассматривать позицию современников о характере восстания ихэтуаней не актуально в силу их предвзятого отношения к происходящему, хотя их сведения о составе, лозунгах и хронологии могут быть достаточно полезными.

Работы буржуазных авторов этого периода 1898-1901гг., представлены главным образом источниками и мемуарной литературой. Выразителями буржуазной концепции были иностранные представители в Китае (дипломаты, чиновники, миссионеры, военные, политические деятели, журналисты). Заслуживают внимания такие работы:

1) Покотилов Д.Д., Дневник осады европейцев в Пекине, Ялта, 1900

2) Корсаков В.В., Пекинские собвтия, СПб., 1901

3) Янчевский Д., У стен не движного Китая, СПб.,1903.

4) Casserly G., The land of the Boxers, or China under the Allies, London-New York, 1969.

5) Hewlett W., Diary of Siege of the Peking Legative, June to August 1900, London 1900.

6) Martin W., The Siege in Peking, New York, 1900.

7) Muller A., Die Wirren in China und die Kampfe der Verbundeten Truppen, Berlin, 1902

8) The Boxer Rising, a History of the Boxer Trouble in China, New York, 1967

Сочинения мемуарного характера касаются в основном двух вопросов: осада повстанцами иностранных посольств, а так же католического храма в Пекине, и интервенция держав.

Из исследований хотелось бы выделить:

1) Рудаков А.В., Общество И-хэ-туань и его значение в последних событиях на Дальнем Востоке, Владивосток, 1901.

2) Калюжная Н.М. Восстание ихэтуаней (1898-1901). М., 2008

3) Smith A., China in Convulsion, vol. 1-2, Peking, 1900

4) Clements P., The Boxer Rebellion, New York, 1915.

Х. Морза «Международные отношения Китайской империи». Хотя это и не полный список. К сожалению работы многих авторов недоступны в силу незнания языка и отсутствия их в библиотечных фондах и ресурсах Интернет.

Основная проблема авторов современников восстания в том, что им практически невозможно без предвзятости оценивать события. Основными вопросами разногласия в этой группе авторов являются: роль консервативной клики в этом восстании и серьёзные различия во мнениях до 50-х годов 20-го века и после них. Более поздние авторы оцениваю восстание более адекватно.

Мнение историков-марксистов, а в частности В.И. Ленина считается что поводом для восстания послужили грабительская политика западных держав по отношению к Китаю, недостатком же их мнения является сочувствие к восставшим и в следствие этого потеря некоторой доли объективности.

У большинства историков нет общего мнения даже по вопросам хронологии, названия и происхождения самого тайного союза Ихэтуань или Ихэцюань, движущих сил и характера этого восстания и т.д. Поэтому в своей курсовой работе я постараюсь рассмотреть хронологию, предпосылки, социальный состав восстания его характер и а так же сравнить мнения китайских, отечественных и зарубежных авторов по этому поводу. И т.к. курсовая работа должна носить некоторый исследовательский характер попробую сам проанализировать некоторые лозунги и заявления. Проследить ход иностранной интервенции, подписание заключительного протокола и его результат для социально-экономического развития Китая.1. Происхождение общества «Ихэтуань»

По этому мнению нет общей позиции, так например Фан Вэнь-лань название «Ихэтуань» было введено по инициативе шаньдунского губернатора Юй Сяня, который, будучи напуган размахом деятельности повстанцев и желая подчинить их своему контролю, реорганизовал ихэцюаней в сельское ополчение, присвоив ему наименование «Ихэтуань». Этот вывод автора вызывает сомнение ибо название Ихэтуань имело хождение ещё до того как губернатором здесь стал Юй Сянь. А вообще зарождение деятельности этой организации как секты началось в начале 19-го века.

Некоторые советские и китайские историографы связывали возникновение ихэтуаней с деятельностью «Байляньцзяо» однако сейчас они отходят от этой оценки, А.В. Рудаков утверждает, что прототипом союза: «послужили религиозные общины, в которых мальчики с раннего возраста, под руководством старших, занимались даосской гимнастикой ... Девочек... монахини вводили в тайные общества, члены которых искали тот «Философский камень», приобретение коего составляет предмет всех стремлений даосов, давая бессмертие.» Позднее эти общины были, по его мнению, использованы последователями «Байляньцзяо», однако не в традиционных для этого общества антидинастийных целях, а исключительно для борьбы с европейцами вообще и с христианской религией в частности. Таким образом, видна обособленность развития ихэтуаней. Касаемо названия «Ихэцюань» которое переведено как «Кулак во имя справедливости и гармонии», а «Ихэтуань» в его переводе: «Кружки во имя справедливости и гармонии», автор полагал, что «туань» (кружок или группа) как форма была заимствована ими у традиционных военных формирований. Так же западные буржуазные историографы не отождествляли связь ихэтуаней и «Байляньцзяо». А.В. Рудаков считал, что у ихэтуаней существовало верховное руководство, которое он называет «Центральный комитет», находившийся якобы в провинции Шаньдун. Рудаков А. «Общество И-хэ-туань и его значение в последних событиях на Дальнем Востоке», Владивосток, 1901. Цитируется по: Калюжная Н.М. Восстание ихэтуаней (1898-1901). М., 2008.

Историк Лю И-бин ставит под сомнение тождество союзов «Ихэцюань» начала и конца века, основываясь на изучении деятельности и происхождения одного из первых отрядов ихэтуаней, действовавшего в уездах Эньсянь и Пинъюань провинции Шаньдун под предводительством Чжу Хун-дэна. Ознакомившись с источниками автор высказывает предположение, что название «Ихэцюань» появилось в уездах лишь в мае 1899г., а до этого оно якобы именовалось «Люлиньцюань» («кулак в ивовой роще»). Позднее когда на общество обрушились репрессии они сменили название на «Ихэцюань». Существует и другое мнение: историк У сунн-лин выдвинул предположение, что дело не в различных названиях, а в том, что «в организации ихэтуаней перемешались различные общества: «Дадао», «Ихэцюань», «Дахунцюань», «Шэньцюань», «Мэйхуацюань»». Эта концепция в сущности исключает идентичность союзов «Ихэтуань» конца 19в. и «Ихэцюань» действовавшего в начале этого же столетия.





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...