Главная Обратная связь

Дисциплины:






Улица, которой не было



Пегги Сью мчалась по коридорам черного замка, убегая от чего-то или кого-то, чья тяжелая поступь заставляла подрагивать стены…

Она не знала, кто ее преследует. Знала только, что ей надо бежать сломя голову, если она не хочет оказаться в когтях существа, скачущего за ней по пятам.

– Себастьян! – кричала она. – Синий пес! Где вы? Помогите, прошу вас!..

Но, увы, ни Себастьян, ни синий пес на ее зов не откликнулись. Внутри громадного здания она была, к ее вящему ужасу, совершенно одна и бежала из последних сил.

«Я даже не могу вспомнить, каким ветром меня сюда занесло, – подумала она. – Быть такого не может, но я, кажется, потеряла память!»

Левый бок словно кололо невидимое шило, и Пегги уже предчувствовала тот миг, когда она рухнет, не выдержав заданного темпа.

Размеры замка впечатляли, но построен он был кое-как, шаляй-валяй. И это пугáло. Так мог бы выглядеть каменный кактус. Или же какая-нибудь тварь с панцирем, к которому криво присобачили башни и зубчатые стены. Злобная тварь.

Пегги остановилась на повороте коридора, чтобы перевести дух. Шаги позади нее приближались. Бдум! бдум! бдум!.. Все вокруг было черным: камни, пол, стены; можно было подумать, что замок строили из кубиков замороженной ночи.

Звук от шагов за спиной становился все более металлическим; на ее преследователе, похоже, были железные башмаки размером с автобус.

Девочка продолжила путь. Силы ее были на исходе. Бдумкающее нечто скоро ее догонит, кто бы сомневался!

Летучие мыши носились тучным роем под самым сводом. Пронзительно кричали пискливыми голосами: черныйзамок… черныйзамок… черныйзамок…

Смысла во всем этом не было ну никакого!

Пегги совсем было раскисла, но тут внезапно заметила дверь, которая, как выяснилось, вела в сад. Запустелый сад вокруг замка зарос колючим кустарником и превратился в непролазные джунгли. Девочка ринулась напролом. Колючки мигом порвали ее одежду, расцарапали кожу, но она лишь крепче стиснула зубы, ведь на кону была ее жизнь. Из этого проклятого места ей надо выбраться любой ценой!

Среди когтистой чащобы возвышались отвратительные статуи. Ну до того уродские, что Пегги не смогла бы ответить, на что они похожи. То ли на крокодилов, то ли на ящериц, то ли на полулюдей… Они корчили жуткие рожи и, казалось, потешались над ней.

Пегги застонала. Колючки впивались в нее со всех сторон, и кровь сочилась из тысячи ранок.

Объятая ужасом, она решилась на секундочку оглянуться; увиденное заставило ее закричать от страха. Гигантский рыцарь, закованный в черные доспехи, склонился поверх зубцов дозорной башни и тянул длинную руку, намереваясь схватить ее стальной латной рукавицей.



– Я хозяин замка! – орал он ржавым голосом ожившей консервной банки. – А ну-ка, подойди ближе, я уж с тобой разберусь!

Он был высотой с донжон – главную башню замка, а его битый-перебитый шлем уцелел, казалось, после тысячи битв титанов.

В этот миг колючка глубоко впилась в правую ногу Пегги Сью, и… она проснулась.

 

Пегги лежала навзничь на банкетке поезда, и синий пес покусывал ее за лодыжку.

– Очнись, – приказал он. – Тебе привиделся кошмар.

Девочка привстала, ее сердце колотилось, она все еще находилась под впечатлением дурного сна.

– Самое ужасное, – пробормотала она, – что все это было как наяву!

* * *

Себастьян проскользнул в книжную лавку. Искомая книжка покоилась на конторке-витрине. Ее сделанная из сыромятной кожи обложка была покрыта ядовитыми бугорками.

«Так оно и должно быть, – вспомнил мальчик, – ведь ее переплет сделан из кожи инфернальной жабы».

Время от времени книга зевала, как живая? – словно крокодил, разевающий пасть при дыхании. В эти мгновения в воздухе разливалась мусорная вонь, от которой хотелось, заткнув себе нос, свалить куда-нибудь на другой конец света.

«Ничего тут удивительного нет, – твердил себе Себастьян, – ведь тексты писались змеиной желчью».

Едва приоткрывшись, колдовская книга захлопывалась с коротким стуком, наподобие упавшего ножа гильотины. Словно края обложки были такими острыми, что могли бы отрезать пальцы у рассеянных читателей.

Себастьян посмотрел вниз и вздрогнул. Пол и в самом деле был покрыт указательными пальцами, обрезанными на уровне второй фаланги.

Книге не нравилось, когда ее читали, и она из кожи вон лезла, ревниво охраняя секреты, начертанные на ее страницах во время оно.

– Привет! – набрался духу Себастьян. – Надеюсь, ты не будешь мне делать гадости, правда? Я пришел к тебе издалека за одной справкой, так что попрошу без дурацких шуточек, если хочешь, чтобы мы остались друзьями.

Он сделал еще два шага в темноте книжной лавки. Ему показалось, что ряды томов, теснившихся на полках, затрепетали от возбуждения. Видимость была не ахти. Комната отдавала зловонием заброшенного аквариума. Дядька, давший Себастьяну адрес этой лавки, посоветовал ему передвигаться там с осторожностью путешественника, пересекающего змеиное болото.

– Эти книжки – те еще гаденыши, – бурчал он. – Частенько сосед соседа с потрохами сжирает. Иной раз носятся друг за дружкой по стеллажам, вроде зверей в саванне. Даже поговорку придумали: во время сытного обеда будь глух и нем, жуя соседа.

– А что происходит, когда одна книжка глотает другую? – поинтересовался Себастьян.

– Какая-то становится толще, – отвечал его собеседник. – Чем больше глав, тем больше страниц… Это позволяет ей потом выпендриваться перед соседками по полке. Но берегись: они не гнушаются откусыванием чужих пальцев! Я знавал не одного маленького любопытного читателя, покидавшего это книгохранилище лишь с одной уцелевшей рукой.

 

Себастьян незаметно шагнул по направлению к конторке-витрине.

«Будь осторожен, – наставлял он себя, – не забывай, что находишься в дьявольской книжной лавке! Эти фолианты – сущие крокодильчики, и они не собираются давать себя читать первому встречному».

Колдовская книженция на стальной конторке издала нечто вроде глухого рычания. Каждая ее страница напоминала жадный прямоугольный язык.

– Если хочешь выздороветь, – сказал Себастьяну тот дядька, – если хочешь снять с себя проклятие песка и вновь стать нормальным подростком, иди не абы куда, а в эту книжную лавку. Там ты найдешь колдовскую книгу исцелений, которая укажет, с кем тебе следует войти в контакт, чтобы заполучить нужное снадобье.

– Колдовскую книгу исцелений? – повторил Себастьян.

– Да, это такой особый справочник, туда включены колдуны и знахари, имеющие навыки в области чудотворных исцелений. Люди, способные лечить самые невероятные хвори. Порывшись в книге, ты найдешь имя нужного тебе целителя. Проблема лишь в том, как выйти из книгохранилища живым. Каким бы смельчаком ты ни был, неизвестно еще, как там все обернется.

Мальчик не решался прикоснуться к колдовской книге. Бугорки на ее обложке полопались и брызнули на него капельками яда. Ему пришлось отпрыгнуть в сторону, чтобы избежать прямого попадания. Несомненно, все здешние книжки были живыми! Просто чертовски живыми!

– Слушай! – заявил он толстому справочнику. – Мне нужен всего лишь один адресок. Хочу знать, кто мог бы избавить меня от проклятия песка и где этот человек живет. Понимаешь?

Колдовская книга злобно выругалась и забряцала своими страницами с режущей кромкой. На переплете выступила слюна. Чувствовалось, что она голодна – ишь как облизывалась при мысли, что скоро полакомится пальчиками мальчика!

Себастьян оказался совсем рядом с книгой. Как бы между прочим, он вынул из кармана щепотку молотого перца и быстро-быстро посыпал зазевавшиеся приоткрытые страницы. Нужного эффекта ему долго ждать не пришлось. Через пару секунд книженция широко раскрылась, отчаянно помахивая тысячью своих страниц, служивших ей языками. Она буквально умирала от жажды! Тогда мальчик выхватил из-за спины припасенную заранее деревяшку и просунул ее в разворот обложки, как в челюсти аллигатора. Теперь, с клином во рту, книга не могла больше кусаться.

Не теряя ни секунды, Себастьян принялся листать истекавшие слюной страницы. (Занятие довольно-таки противное!) На каждой был вытатуирован нестираемыми чернилами список колдунов. Вкупе с детальными сведениями об их патентованных средствах, а также с адресами.

– «Проклятие песка», – задыхался от нетерпения мальчик, – «проклятие песка»… Куда же оно подевалось?

Книженция испускала львиные рыки. Ее тошнотворное дыхание могло бы вызвать удушье и у хорька, и Себастьян изо всех сил пытался не грохнуться в обморок.

Он запаниковал: то, что он искал, никак не находилось. Позади него другие фолианты спрыгивали с полок, жадно пощелкивая страницами, как клювами, явно намереваясь пощипать его ляжки.

– А я ведь в ту самую книжную лавку пришел, – хныкал Себастьян, – в ту самую лавку…

Тут бревнышко в распахнутой книге переломилось пополам, и режущая обложка захлопнулась, отхватив ему руки по самые запястья.

– Нет! – заверещал юноша. – Нет…

– Эй! – воскликнула Пегги Сью, бесцеремонно расталкивая его. – Проснись, тебе снится кошмар.

– Что? Что такое? – буркнул мальчик.

– Мы в поезде, – пояснил синий пес. – Ты разговаривал во сне. И Пегги Сью тоже недавно снились кошмарики. Не к добру все это! Мое чутье подсказывает, что дело тут нечисто.

Себастьян сел, лоб его блестел от пота. Пегги отерла пот своим платком.

– Мне снилось, что я пошел в книжную лавку, – сказал он, часто дыша. – Там была одна книже… книжка с адресом знахаря, способного избавить меня от проклятия песка.

– Это был всего лишь сон, – прошептала Пегги. – Такой книжной лавки не существует.

– Ошибаешься, внучка, – безрадостно сообщила вошедшая в купе бабушка Кэти. – На самом деле в городе есть магазин чернокнижников «Черный маг», но совать туда нос не рекомендуется. Иметь дело с подобными книженциями – верх безрассудства.

Она присела рядом с Себастьяном и посмотрела ему в глаза. Она выглядела раздосадованной и чем-то взволнованной.

– Просто удивительно, что тебе приснился этот сон, – процедила она. – Я совершенно уверена, что ты никогда и слыхом не слыхивал про это место, правда?

– Правда, – подтвердил мальчик. – В том сне один дядька указал мне адрес: улица Извивающейся Змеи…

Бабушка Кэти побледнела.

– Вообще-то, адрес правильный, – выдохнула она. – Улицу эту так называют, потому что она постоянно меняет место. Ползает по городу, как рептилия. Сегодня здесь, завтра там. Она извивается и просачивается между домов, возникая в местах, где ее никогда прежде не видели. Определить ее местонахождение очень трудно, вот почему она не отмечена ни на одной карте.

Бабушка резко выпрямилась.

– Пойди-ка, мальчик мой, лицо водичкой сполосни, – велела она. – Ты бледен, как скелет, векáми не видевший солнца.

Себастьян вышел из купе и направился в сторону вагонного туалета.

– Бабушка, что происходит? – разволновалась Пегги.

Пожилая дама поморщилась.

– Не по душе мне это, – призналась она. – Себастьян страшно хочет вновь стать нормальным, с некоторых пор ни о чем другом думать не может, словно некая злая сила внедрилась в него во время глубокого сна, чтобы внушить дурные мысли.

– Желание выздороветь – дурная мысль?

– Выздороветь – нет, а вот наведаться в химерическую книжную лавку – да!

– Неужели это настолько ужасно? – наивно осведомилась Пегги.

– Да ужаснее и быть не может! – воскликнула бабушка Кэти. – Я не знаю никого, кто вышел бы оттуда живым. Хранящиеся там книженции – людоеды, они умеют защищаться от непрошеных гостей. Мало кто имеет право в них заглянуть. А если распахнуть их силой, есть риск нарваться на чудовищные неприятности. Это как проникнуть в зоопарк и открыть клетку с хищниками. Понимаешь?

– Да, – кивнула девочка, – но я все равно хочу, чтобы Себастьян выздоровел.

– Мы все этого хотим, бедная моя малышка, – вздохнула пожилая дама.

– А я нет, – встрял синий пес, – по-моему, превращаться в песок – прикольно! Мне бы лично понравилось превращаться в собачьи «хрустяшки», таким образом я мог бы питаться самим собой. Вот это да!

В эту минуту по коридору прошел контролер, зычно объявив, что поезд прибывает на вокзал через пять минут.

– Исенгрин-Ту-Тариттс! – прокричал он. – Конечная, все сходят.

* * *

Синий пес быстро выпрыгнул из вагона: он ненавидел поезда. Хотя был совсем не против нового приключения, потому что в эти последние месяцы, пока Пегги Сью и Себастьян упивались своими чувствами, пес подыхал со скуки, словно личинка мясной мухи, попавшая в заткнутую пробкой бутылку. Пора уже было замутить какое-нибудь новенькое приключение! История с дьявольской книжной лавкой явно приглянулась псу, и он сгорал от желания броситься на поиски таинственной улицы, постоянно меняющей свое местоположение. В отличие от людей, синий пес не стремился к покою. Ему нравилось, когда вокруг все ходило ходуном, все кипело и бурлило. Еще немного, и он затявкал бы от радости, как щенок.

Пегги Сью и Себастьян шли, держась за руки, все еще слегка обалдевшие от пережитых кошмаров.

– Это был, я уверен, вещий сон, – настаивал мальчик. – Если бы я отыскал эту лавку, то воспользовался бы колдовской книгой. Я знал бы, к кому обратиться, чтобы покончить с проклятием песка. Я стал бы обыкновенным подростком, а не чудищем, распадающимся на песчинки!

Пегги не ответила. Она, разумеется, желала Себастьяну скорейшего выздоровления, но девочка не любила видеть его во взвинченном состоянии, когда он был готов совершить все, что угодно.

Вьющаяся перед ней узкая дорога, зажатая между двух серых стен без окон и дверей, представляла собой мостовую с неровно положенной брусчаткой. Стены были такие высокие, что, казалось, терялись в облаках. Над мостовой стлался туман, он словно проникал сквозь щели между камнями откуда-то из недр земли; крупные булыжники двигались сами по себе, наподобие множества черепах, шедших сомкнутым строем, панцирь к панцирю. Сохранять равновесие в таких условиях было трудно.

 

– Это тупик, – промолвила бабушка Кэти. – Смотрите: книжный магазин перекрывает проход по улице. Дальше идти некуда.

Пегги Сью по привычке прищурилась, чтобы получше разглядеть демоническую книжную лавку, притулившуюся между серых стен. И с удивлением признала, что с виду в ней не было ничего зловещего.

– Ну надо же, – еле слышно сказала она, – а я-то рассчитывала увидеть мрачную халупу, черную-пречерную, с витриной, украшенной черепами, чертиками и вековой паутиной!

– Я тоже, – признался Себастьян. – Вместо этого… прямо какой-то магазин игрушек!

Так оно и было. Магазин был выкрашен в голубой цвет, а позолоченный фронтон делал его похожим на театр марионеток. Единственная неувязочка заключалось в том, что здание насчитывало тридцать два этажа, – факт довольно непривычный даже для книжного магазина с очень большим выбором печатной продукции.

Синий пес сделал несколько шажков, принюхиваясь к туману.

– Будьте начеку, очень может статься, что это всего лишь убаюкивающая нас иллюзия, – протявкал он. – А на самом деле мы у входа в заплесневевший замок, где полным-полно летучих мышей, изнывающих от желания испить свежей кровушки!

 

Покуда они со всеми предосторожностями шли вперед, туман внезапно рассеялся и как из-под земли перед ними появилась красноватая преграда, отдаленно напоминавшая баррикаду.

– Что это? – удивилась Пегги. – Похоже на какие-то железяки… Нет, скорее, на мечи. Ну да, из мостовой торчат насквозь проржавевшие мечи.

Добрая сотня мечей гигантского размера, с лезвиями шириной более локтя.[2]

– Мечи исполина, – пробормотал синий пес. – А давненько же они здесь торчат, если железо успело так сильно окислиться.

Бабушка Кэти поморщилась и положила руку на плечо Пегги, не позволяя ей идти дальше.

– Вот черт! – выдохнула она. – Я надеялась, что мы как-то проскочим, но нам не повезло.

– Ты это о чем? – разволновалась девочка.

– Ух ты, – вмешался Себастьян. – А в стене-то – дверь! Ее из-за тумана не было видно. Здесь кто-то живет… Видите табличку?

– «Дом Палача», – прочли все.

– Гьявк! – икнул синий пес. – Я в шоке. Не к добру это все…

– Говорите потише и вообще замрите, – прошептала бабушка Кэти. – Сейчас объясню, в чем дело. Давным-давно, в Средние века, в каждом городе был свой палач, но жители страшно его боялись и отказывались жить по соседству с ним. В Исенгрине официальный палач воспринял это как оскорбление. Он решил поселиться на улице Змеи, что позволило ему остаться в городе и не быть ничьим соседом, потому что улочка эта – заколдованная и отсутствует на любой карте. К тому же он быстро смекнул, что, живя на этакой улочке, он окажется неподвластным течению времени и останется бессмертным до тех пор, пока будет отрубать головы…

– Бес… бес… смертным? – еле выговорила Пегги Сью. – То есть он еще жив?!

– Раз он здесь, то должен быть явно не в лучшей спортивной форме, – ерничал Себастьян, – потому что головы уже давно никому не рубят.

– Сбегаю-ка я на разведку, – предложил синий пес. – Никуда не ходите!

Проскользнув мимо мечей, он подобрался к двери каретного сарая и отважился заглянуть внутрь.

– Бояться нечего, палач отдал концы, – объявил пес, присоединившись к группе товарищей. – Он все еще там, но уже в виде скелета. Гигантского скелета, положившего верхние конечности на подлокотники кресла. Вокруг него – только орудия пыток, топоры и плахи. То еще развлечение: просто обхохочешься! Да, чуть не забыл – все покрыто паутиной и ржавчиной.

– Ты уверен, что он действительно мертв? – не унималась Пегги.

– Уверен, – успокоил ее пес. – Большая куча желтых костей. Им уже по меньшей мере три или четыре века. Шансов на то, что его удастся разбудить, увы, маловато.

– Я в этом не так уверена, – с жаром воскликнула бабушка Кэти. – Подозреваю, что адские силы, проживающие на этой улочке, наняли палача своим охранником! Никто сюда давно носа не совал, это правда, но наше вторжение может многое изменить. Умоляю вас, идите молча.

Пегги Сью знала, что бабушка никогда не бросает слов на ветер. А вот Себастьяну, увы, на месте не стоялось. Он жаждал лишь одного: броситься туда и распахнуть дверь заколдованной книжной лавки. Пегги схватила его за руку:

– Не валяй дурака, там опасно!

Но как все мальчишки, Себастьян частенько бывал чересчур самоуверенным.

Крадучись, они подошли к ограде из мечей.

Синий пес навострил уши.

– Ничего не слышите? – бросил он. – Вой какой-то… звяканье-бряканье…

Пегги не обладала таким острым слухом, как ее четвероногий друг, но все-таки и она различила нечто, напоминавшее звон большого камертона.

– Как будто кто-то напевает… – прошептала она. – А-а, я, кажется, поняла! Мы шаркаем подошвами по мостовой, создаем колебания воздуха, эти вибрации достигают мечей, а те их многократно усиливают. Так что мы слышим пение клинков!

Но, как ни старались они не шаркать подошвами, мечи не переставали петь. Мало того: музыка становилась все громче по мере приближения друзей. Пронзительно-жалобный клич вибрировал по всей улице, перекатываясь рикошетным эхом от стены к стене.

– А ведь эти вибрации очищают клинки от ржавчины! – заметил Себастьян. – Глядите-ка, как из-под нее проблескивает металл.

Да, булат блестел… и, видимо, неплохо рубил, если судить по танцующим ослепительным бликам клинков.

Лоб Пегги Сью покрылся испариной. Весь этот лес мечей уже издавал боевой клич, отдаленно напоминавший вой пожарной сирены.

– Мне кажется, что они хотят разбудить палача, – сказала она тихонько.

– Ерунда! – так и вскинулся синий пес. – Я же тебе докладывал, что от него осталась груда костей! Одну я, между нами говоря, намерен стибрить. Большая берцовая кость заплечных дел мастера показалась мне восхитительно большой. Обожаю старые скелеты, м-м: ведь в костях витамины не портятся!

– Фу! – поморщилась Пегги. – Не делай глупостей!

Но синий пес уже прошмыгнул между лезвиями и проник в логово палача. Однако, едва переступив порог, он встал как вкопанный.

– Охохонюшки-хо-хо! – проскулил он. – Да здесь черт знает что творится… Скелет быстро обрастает мускулами… Палач-то восстанавливается, атомную сосиску ему в глотку!

– Этого я больше всего и боялась. – Бабушка Кэти побледнела. – Он просыпается! Это ратная песнь мечей извлекает его из небытия. С той минуты, как мы ступили на эту улочку, появились и новые головы для плахи… Вот о чем кричат клинки! Полюбуйтесь, с какой легкостью они избавились от вековой ржавчины. Они вновь готовы рубить! Их побуревшим рукояткам не хватает лишь одного – руки хозяина, руки палача. И они будут кричать все громче, чтобы вернуть его к жизни.

– Эту преграду надо брать с ходу! – воскликнул Себастьян. – А уж потом до магазина как-нибудь добежим и там укроемся.

К сожалению, сказать это было намного проще, чем сделать, поскольку мечи при виде гостей принялись раскачиваться и рубить воздух, мешая друзьям идти дальше. Когда они задевали их одежду, то разрезали ее не хуже лезвия бритвы. Множество раз Пегги приходилось уворачиваться от свистящей стали, иначе ей оттяпали бы нос или уши. Мечи конвульсивно дергались, словно собираясь вырваться из земли и улететь. От их воинственного воя едва не лопались барабанные перепонки.

– Быстрее! – завопил синий пес. – Палач почти восстановился… Он уже не скелет, а настоящий качок, только без кожи. Брюхо его зарастает кишками!

– Фу! – пискнула Пегги Сью, мельком заглянув в дом палача. – Прекрати… Меня уже тошнит!

Синий пес припустил за ней следом. Поскольку он был намного проворнее двуногих, проскочить мимо разбушевавшихся мечей ему было раз плюнуть.

– Дав-давай, гав-гав, дав-давай! – кричал он во все свое собачье горло. – Палач уже пошевелился… Если вы будете тянуть резину, он встанет и отрубит вам, копушам, головы!

Пес не врал: Пегги явственно слышала очередь глухих ударов, доносившихся из пыточной, словно в процессе восстановления тело мучителя билось в родильной горячке. Как выразился синий пес – качок без кожи? Пегги Сью мысленно представила себе картинку из учебника естествознания. Нетушки, ни за какие коврижки она бы не хотела, чтобы за ней погнался такой монстр!

 

Собаке с Себастьяном удалось преодолеть заслон, и они продолжали отвлекать на себя внимание мечей, чтобы помочь Пегги Сью и бабушке благополучно последовать их примеру. Мальчик осыпал клинки градом булыжников, а пес нещадно их облаивал. В конце концов девочка с бабушкой преодолели барьер из воинственных булатных мечей. Хотя одежда свисала с них клочьями, сами они были целы. Пегги Сью в последний раз бросила взгляд в берлогу палача… Он стремительно покрывался розовой кожей, поросшей густыми рыжими волосами.

Через две-три минуты палач полностью восстановится, вскочит на ноги и займется любимым делом…

– Держитесь подальше от мечей, – предупредила бабушка Кэти. – Когда они замолчат и перестанут дрожать, палач снова погрузится в спячку и мы сможем перевести дух. Живее!

Пошатываясь от усталости, все поспешили отойти подальше. Мало-помалу их вой стал сходить на нет.

– Вибрация наших шагов уменьшается по мере удаления, – дала научное объяснение Кэти Флэнаган. – Если нам еще чуточку повезет, мечи уснут и палач не успеет встать во весь рост.

 

Они бежали последние метры до лавки, беспрестанно оглядываясь, опасаясь увидеть выскочившего палача в красном капюшоне с прорезями для глаз… К счастью, вой клинков затих до окончательного пробуждения мастера пыток.

– Предвижу те же трудности на обратном пути, к гадалке не ходи, – заметил как бы между прочим синий пес.

– Вот тогда их и обмозгуем, – возразил Себастьян. – А сейчас – все в книжный!





sdamzavas.net - 2017 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...