Главная Обратная связь

Дисциплины:






ВСЕЧЕЛОВЕЧНОСТЬ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ



Михаил Делягин

РУССКАЯ ДОЛЯ

Газета «ЗАВТРА», номер 41 (829) от 7 октября 2009 г.

 

Не только в "Завтра", но и во всем российском обществе возникла важнейшая дискуссия о соотношении двух компонентов нашей государственности: имперскости и русскости. Эта дискуссия весьма интересна, а местами и поучительна, однако удивительно несвоевременна.

 

Ведь сейчас, когда и народ, и общество, и государство равно, хотя и по-разному, гибнут под напором корыстного "западничества" нашего руководства — его финансового монетаризма в стиле преддефолтных 90-х, его заклейменного даже Соросом либерального фундаментализма в социально-экономической политике, его агрессивной аморальности под маской "политкорректности", его колониальной коррумпированности, — подобной проблемы в реальной жизни попросту нет. Ведь всякий, вступивший на путь борьбы с продолжающейся в нашей стране вот уже 20 лет Катастрофой и осуществляющими ее палачами, автоматически становится в меру этой своей борьбы одновременно и русским, и имперцем, — даже если он не говорит по-русски и искренне считает себя конченым либералом.

 

Потому что без преодоления смертоносных процессов не может быть ни "государства-империи", ни "государственно-образующего русского народа", ни самой русской культуры, из которой мучительно прорастает новая российская цивилизация.

 

В окопах не до споров о динамике инфляции: надо бороться за выживание общества, а кто из нас неправ, разберемся после Победы… Кто доживет, тот и разберется, — если сумеем победить.

 

Потому мы можем и потерпеть поражение, и место нам тогда будет в учебниках не истории, но археологии.

 

Подтверждением правильности желания отложить беспредметные пока дискуссии является то, что бесконечные споры недавнего прошлого о том, кто же такие русские и кого можно считать русскими, а кого считать русскими ни при каких обстоятельствах нельзя, не оставили после себя почти ничего внятного, кроме лозунгов "русские — это мы" и "русский тот, кто сам себя так называет" (стоит напомнить, что перепись 2002 года выявила в России 288 тыс.чел., не владеющих русским языком и при этом считающих себя русскими).

 

Собственно, едва ли не главным результатом той дискуссии стал анекдот про патриота и лампочку ("Если патриот может ввинтить лампочку в розетку так, чтоб та светила, и ему при это не мешают ни ЦРУ, ни ФСБ, ни "Моссад", — это не истинный патриот!")

 

Поскольку пагубная неопределенность, несмотря на завершение дискуссии, в этом вопросе сохраняется, считаю полезным описать, не претендуя на исчерпывающую полноту, некоторые существенные черты нашей национальной культуры. Ведь уже относительно скоро, в ходе мучительного возрождения России и становления российской цивилизации после системного кризиса, мы должны будем тщательно учитывать специфику нашей культуры, чтобы полностью использовать ее позитивный потенциал и заблаговременно нейтрализовывать ее негативные черты, не позволяя им (насколько, конечно, это возможно) продолжать уродовать наше общественное развитие.



 

Ошибки в этой работе будут не только обидными, но и дорогостоящими.

 

ВСЕЧЕЛОВЕЧНОСТЬ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ

 

В различных культурах граница теми, кого носитель данной культуры признает людьми, равными ему самому, и всеми остальными, не признаваемыми людьми в социальном смысле этого слова, различна, — но, как правило, существует.

 

Хорошо известны и подробно описаны культуры, считающие людьми в полном смысле слова лишь кровных родственников. Интеллигенция обычно умиляется многочасовым выяснениям наличия или отсутствия исчезающе дальнего кровного родства, происходящим при встречах носителей таких культур, не понимая, что причиной этого трогательного ритуала часто является не сентиментальность, а жесткий прагматизм. Выясняя вопрос о кровном родстве, носители этой культуры прилагают огромные усилия не для того, чтобы при случае передать троюродной бабушке привет от внучатого племянника, но чтобы выяснить, кто сидит перед ними — человек или же биологический объект, которого можно без зазрения совести обмануть, а то и убить.

 

Общеизвестны культуры, не считающие людьми в полном смысле этого слова представителей другого народа, другой расы или другого вероисповедания. Последовательный кальвинизм отказывал и отказывает в праве быть полноправным человеком беднякам (и во многих не кальвинистских странах бедняки не имели политических прав), а культура диктатуры пролетариата — богачам и священникам, а иногда и "буржуазной интеллигенции".

 

Современная американская политическая культура, насколько можно судить, считает полноценными людьми лишь три категории: живущих в условиях признаваемой США демократии, искренне (с точки зрения самих американцев) стремящихся к ней или же являющихся политическими союзниками США. Всех остальных можно произвольно объявлять врагами и бомбить.

 

История человеческой цивилизации до настоящего времени была связана с расширением круга признаваемых людьми; собственно, это медленное и сопровождающееся откатами, но неуклонное расширение и стало основным содержанием социального прогресса.

 

Возможный в силу глобального экономического кризиса отказ от нее и признание недочеловеками, подлежащими уничтожению, сотен миллионов, а скорее всего, — и миллиардов людей, — будет означать отступление цивилизации в кромешный мрак варварства, в новые Темные века, рядом с которыми раннее Средневековье покажется эпохой просвещения, а Гитлер — наивным гуманистом.

 

Русская культура является едва ли не единственной культурой современного мира, a priori воспринимающей как человека в социальном смысле слова любого, являющегося человеком биологически. Именно в этом наиболее выпукло и полно выражается ее всеобщий, всеохватывающий, космический характер.

 

Вероятно, данная особенность связана с многоплеменным, а по мере расширения и многонациональным характером русской культуры, а затем, по мере ее расширения и освоения ею новых пространств, — и самого русского этноса.

 

Именно всечеловечность русской культуры делает недопустимым вновь активизировавшиеся попытки урезать границы России до территории "чисто-русских", населенных этническими русскими регионов. Порочность этой идеи, интенсивно продвигаемой именно либеральными фундаменталистами и профессиональными "западниками", заключается даже не только в практических вопросах вроде того, к югу или к северу от Мурманска лежит граница Северного Кавказа и зачем России отдавать свою нефть и газ китайцам (которые неминуемо освоят азиатскую часть России при таком подходе).

 

Фундаментальная порочность идеи сжатия России до этнических границ (то есть много уже границ XV века) заключается в ее полном отрицании русской культуры, ее всечеловеческой сущности, не позволяющей, но прямо требующей считать "своим" любого, кто осознанной подлостью не доказал обратное.

 

Недаром справедливость является основополагающей чертой русского национального характера, высшей абстрактной, отделенной от практических интересов отдельной личности, ценностью. Носитель русской культуры готов примириться с практически любым ущербом для себя (вплоть до лишения самой жизни), если по тем или иным причинам будет считать это справедливым. Важным проявлением справедливости является требовательность к себе (размываемая ленью) и ближайшим окружающим; в русской культуре права имеет лишь тот, кто живет справедливо, то есть выполняя свои обязанности перед другими. Пренебрегающий интересами других утрачивает, по крайней мере, частично, свои права как человека. (Интересно, что эта требовательность не распространяется на "начальство", воспринимаемое как отделенное от отдельного обычного человека "явление природы".)

 

Другим выражением всечеловечности русской культуры служит, как представляется, принципиальное отсутствие в ней понятия абсолютного зла. У нас любое зло относительно, и даже с Бабой-Ягой в сказках добрый молодец прекрасно договаривается (и в итоге обманывает ее). Именно поэтому таким страшным потрясением, выплавившим "новую историческую общность — советский народ", стала Великая Отечественная война, в которой наша культура столкнулась именно с абсолютным по отношению к себе злом, самой возможности которого она попросту не предусматривала.

 

Человечное отношение к представителям других культур и народов и отсутствие представления об абсолютном зле обеспечивает носителям русской культуры высокую гибкость и способность не только вести плодотворные переговоры, но и вызывать к себе долговременную симпатию (особенно по контрасту с носителями качественно иных культур).

 





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...