Главная Обратная связь

Дисциплины:






Афоризмы древнегреческих мудрецов



Быть смелым - значит считать далеким все страшное и близким все, внушающее смелость. (Аристотель)

В деле воспитания развитие навыков должно предшествовать развитию ума. (Аристотель)

В чем смысл жизни? Служить другим и делать добро. (Аристотель)

Великодушного человека отличает то, что он не ищет выгоды для себя, но с готовностью делает добро другим. (Аристотель)

Воспитание - в счастье украшение, а в несчастье прибежище. (Аристотель)

Дайте мне точку опоры - и я переверну Землю! (Архимед)

Все течёт, все меняется (Παντα ρει και ουδεν μενει (греч.)) (Гераклит)

Многознайство уму не научит. (Гераклит)

Нельзя дважды войти в одну и ту же реку. (Гераклит)

Ваша пища должна быть лекарством, а ваше лекарство должно быть пищей. (Гиппократ)

Всё хорошо, что в меру. (Гиппократ)

Лечиит врач болезни, но излечивает природа. (Гиппократ)

Враг не тот, кто наносит обиду, а тот, кто делает это преднамерено. (Демокрит)

Законы бесполезны как для хороших людей так и для дурных: первые не нуждаются в законах, вторые от них не становятся лучше. (Демокрит)

Не слово, а несчастье есть учитель глупцов. (Демокрит)

Мы не столько нуждаемся в помощи друзей, сколько в уверенности, что мы ее получим. (Демокрит)

Не стремись знать все, чтобы не стать во всем невеждой. (Демокрит)

Привычки отцов, и дурные и хорошие, превращаются в пороки детей. (Демокрит)

Злодеи подчиняются своим страстям, как рабы хозяевам. (Диоген)

Злословец есть самый лютый из диких зверей, а льстец — самый опасный из ручных животных. (Диоген)

Те, кто содержат животных, должны признать, что скорее они служат животным, чем животные им. (Диоген)

Философия и медицина сделали человека самым разумным из животных, гадание и астрология — самым безумным, суеверие и деспотизм — самым несчастным. (Диоген)

Берегите слезы ваших детей, дабы они могли проливать их на вашей могиле. (Пифагор)

Дружба есть равенство. (Пифагор)

Жизнь подобна игрищам: иные приходят на них состязаться, иные торговать, а самые счастливые – смотреть. (Пифагор)

Из двух человек одинаковой силы сильнее тот, кто прав. (Пифагор)

Лесть подобна оружию, нарисованному на картине: она доставляет приятность, а пользы никакой. (Пифагор)

Не гоняйся за счастьем: оно всегда находится в тебе самом. (Пифагор)

Не рассуждай с детьми, с женщинами и с народом. (Пифагор)

Не суди о своем величии по своей тени при заходе солнца. (Пифагор)

Пьянство есть упражнение в безумстве. (Пифагор)

Старайся прежде быть мудрым, а ученым – когда будешь иметь свободное время. (Пифагор)



Сыщи себе верного друга, имея его, ты можешь обойтись без богов. (Пифагор)

Трудно идти по жизни несколькими путями одновременно. (Пифагор)

Человек, оказавшийся в плену своих страстей, свободным быть не может. (Пифагор)

Бедность заключается не в уменьшении имущества, а в увеличении ненасытности. (Платон)

В своих бедствиях люди склонны винить судьбу, богов и все, что угодно, но только не самих себя. (Платон)

Воспитание и наставления начинаются с самых первых лет существования и продолжаются до конца жизни. (Платон)

Глупца можно узнать по двум приметам: он много говорит о вещах, для него бесполезных, и высказывается о том, про что его не спрашивают. (Платон)

Из демократии рождается тирания. (Платон)

Любимое часто ослепляет любящего. (Платон)

Нет более верного признака дурного устройства городов, чем обилие в них юристов и врачей. (Платон)

Никто не становится хорошим человеком случайно. (Платон)

Очень плох человек, ничего не знающий, да и не пытающийся что-нибудь узнать. Ведь в нем соединились два порока. (Платон)

Сократ мне друг, но истина мне ближе. (Платон)

Те, кто достаточно умен, чтобы не лезть в политику, наказываются тем, что ими правят люди глупее их самих. (Платон)

Хороший человек – тот, кто способен платить другому добром. (Платон)

Человек есть мера всех вещей, существующих, что они существуют, и несуществующих, что они не существуют. (Протагор)

В каждом человеке солнце. Только дайте ему светить. (Сократ)

Высшая мудрость – различать добро и зло. (Сократ)

Женись, несмотря ни на что. Если попадется хорошая жена – станешь исключением, если плохая – философом. (Сократ)

Женишься или не женишься – все равно раскаешься. (Сократ)

Лучшая приправа к пище – голод. (Сократ)

Людям легче держать на языке горячий уголь, чем тайну. (Сократ)

Молодым людям следует почаще смотреться в зеркало: красивым, чтобы не срамить своей красоты, безобразным – чтобы воспитанием скрасить безобразие. (Сократ)

Однажды, даже получив пинок, Сократ и это стерпел, а когда кто-то подивился, он ответил: "Если бы меня лягнул осел, разве стал бы я подавать на него в суд?"

У солнца есть один недостаток: оно не может видеть самого себя. (Сократ)

Хороший советник лучше любого богатства. (Сократ)

Чем меньше у меня желаний, тем ближе я к богам. (Сократ)

Я ем, чтобы жить, а другие люди живут, чтобы есть. (Сократ)

Я знаю только то, что я ничего не знаю, но некоторые не знают и этого. (Сократ)

Если тебе не спастись от смерти, умри, по крайней мере, со славой. (Эзоп)

Привыкай думать, что смерть для нас – ничто; ведь все и хорошее, и дурное заключается в ощущении, а смерть есть лишение ощущений. (Эпикур)

Вера в бессмертие родилась из жажды ненасытных людей, безрассудно пользующихся временем, которое природа отпустила им. Мудрый найдёт это время достаточным, чтобы обойти весь круг достижимых наслаждений, и когда наступит пора смерти – насыщенному отойти от стола, освобождая место другим гостям. Для мудрого достаточно одной человеческой жизни, а глупый не будет знать, что ему делать с вечностью. (Эпикур)

Самое ужасное из зол, смерть, не имеет к нам никакого отношения; когда мы есть, то смерти еще нет, а когда смерть наступает, то нас уже нет. (Эпикур)

 

Приложение4.

Фома Аквинский. Сумма теологии.
Боргош Ю. Фома Аквинский. – 2-е изд. – М., 1975. – С. 70–71, 73–76, 145–148.

…Бытие Божие может быть доказано пятью путями.

Первый и наиболее очевидный путь исходит из понятия движения. В самом деле, не подлежит сомнению и подтверждается показаниями чувств, что в этом мире нечто движется. Но все, что движется, имеет причиной своего движения нечто иное: ... посох сообщает движение лишь постольку, поскольку сам движим рукой. Следовательно, необходимо дойти до некоторого перводвигателя, который сам не движим ничем иным; а под ним все разумеют Бога.

Второй путь исходит из понятия производящей причины. В самом деле, мы обнаруживаем в чувственных вещах последовательность производящих причин; однако не обнаруживается и невозможен такой случай, чтобы вещь бы­ла своей собственной производящей причиной; тогда она пред­шествовала бы самой себе, что невозможно. Нельзя помыслить и того, чтобы ряд производящих причин уходил в бесконечность, ибо в таком ряду начальный член есть причина среднего, а средний – причина конечного (причем средних членов может быть множество или только один). Устраняя причину, мы устраняем и следствия. Отсюда, если в ряду производящих причин не станет начального члена, не станет также конечного и среднего. Но если ряд производящих причин уходил бы в бесконечность, отсутствовала бы первичная производящая причина; а в ­таком случае отсутствовали бы и конечное следствие, и промежуточные производящие причины, что очевидным образом ложно. Следовательно, необходимо положить не­которую первичную производящую причину, каковую все именуют богом.

Третий путь исходит из понятий возможности и необходимости и сводится к следующему. Мы обнаруживаем среди вещей такие, для которых возможно и быть, и не быть; обнаруживается, что они возникают и гибнут, из чего явствует, что для них возможно и быть, и не быть. Но для всех вещей такого рода невозможно вечное бытие; коль скоро нечто может перейти в небытие, оно когда-нибудь перейдет в него. Если же все может не быть, когда-нибудь в мире ничего не будет... Итак, не все сущее случайно, но в мире должно быть нечто необходимое. Однако все необходимое либо имеет некоторую внешнюю причину своей необходимости, либо не имеет. Между тем невозможно, чтобы ряд необходимых сущностей, обусловливающих необходимость друг друга, уходил в бесконечность (таким же образом, как это происходит с производящими причинами, что доказано выше). Поэтому необходимо положить некую необходимую сущность, необходимую самое по себе, не имеющую внешней причины своей необходимости, но самое составляющую причину необходимости всех иных; по общему мнению, это есть Бог.

Четвертый путь исходит из различных степеней, которые обнаруживаются в вещах. Мы находим среди вещей более или менее совершенные, или истинные, или благородные; и так обстоит дело и с прочими отношениями того же рода. Но о большей или меньшей степени говорят в том случае, когда имеется различная приближенность к некоторому пределу; так, более теплым является то, что более приближается к пределу теплоты. Итак, есть нечто в предельной степени обладающее истиной и совершенством, и благородством, а следовательно, и бытием; ибо то, что в наибольшей степени истинно, в наибольшей степени есть, как сказано во II кн. «Метафизики», гл. 4. Но то, что в предельной степени обладает некоторым качеством, есть причина всех проявлений этого качества; так, огонь, как предел теплоты, есть причина всего теплого, как сказано в той же книге. Отсюда следует, что есть некоторая сущность, являющаяся для всех сущностей причиной блага и всяческого совершенства; и ее мы именуем Богом.

Пятый путь исходит из распорядка природы. Мы убеждаемся, что предметы, лишенные разума, каковы природные тела, подчиняются целесообразности. Это явствует из того, что их действия или всегда, или в большинстве случаев направлены к наилучшему исходу. Отсюда следует, что они достигают цели не случайно, но будучи руководимы сознательной волей. Поскольку же сами они лишены разумения, они могут подчиняться целесообразности лишь постольку, поскольку их направляет некто одаренный разумом и пониманием, как стрелок направляет стрелу. Следовательно, есть разумное существо, полагающее цель для всего, что происходит в природе; и его мы именуем Богом.

Приложение5.





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...