Главная Обратная связь

Дисциплины:






Международные встречи



(конференции, Ассамблея по физике океана, Рабочие группы ICSU/WMO по тропическим циклонам, путешествия с женой)

1991 год .

19 - th Сonference on Hurricanes and Tropical Meteorology. 1991, May 5-10, Miami, Florida.

На эту конференцию нас официально приглашают приехать. Всего пригласили четырех человек. Поскольку моя фамилия постоянно фигурировала в телеграммах управления судами и радиосвязи между судами в экспедиции “Тайфун - 90”, то в приглашении я был указан персонально. Американская сторона все расходы берет на себя. Мой начальник, в то время, Павел Николаевич Свиркунов, решил, кто должен поехать кроме меня. Это – Саша Фалькович из Гидрометцентра и Саша Литенецкий (наш главный переводчик) из Института геофизики. В Комитете нам быстро оформили загранпаспорта с американскими визами, и мы готовы лететь. Но! Как всегда в России, когда очень нужно не оказывается билетов на ближайшие дни. Так и в Майями. Об этом мы сообщили Питеру Блэку, на что он сказал – летите в Вашингтон, а там будут для нас заказаны билеты до Майями. Так мы и поступили. Прилетаем в вашингтонский аэропорт “Даллас”, но билетов на нас в Майями нет. Саша Литенецкий звонит Блэку, тот, извинившись, оказывается, в суете жизни он просто забыл, связывается с “Далласом”. Через десять минут мы получаем билеты до Майями. Меня лично эта процедура просто потрясла. Так быстро, без проволочек. На моей родине, увы, ни чего так просто не делается. Майями от Вашингтона за тысячи километров! Мы получаем билеты и через пару часов вылет на курорт! Фантастика. Летим, правда, чуть позднее прогоревшей авиакомпанией. Но для нас это было безразлично. Нет. На самом деле сотрудники “Pan American” всячески старались нас ублажить. Делали какие-то подарки, приносили любые напитки и тому подобное. Но мы не знали, что авиа компания сгорела. Мы боялись брать что-то лишнее. Мало ли потом придется за все платить, а денег нам выдали очень скромненько…

Под крылом самолета Америка. Небо безоблачное. Даже маленьких тучек нет. Летим прямо на юг – во Флориду. Точно не помню, но, где-то через три-четыре часа мы приземляемся в Майями. Нас встречает Блэк и тут же каждому вручает по $300 долларов наличными и везет нас в пятизвездочный отель “Marriot”. Мы с Пашей берем смежные комнаты и с удовольствием протягиваем свои уставшие за длинный перелет ноги на роскошных постелях. Разница во времени не дает нам уснуть. Паша решил заглянуть ко мне. Смежные комнаты – это значит, есть дверь, соединяющая эти комнаты. Я стою и занимаюсь своими зубными протезами. Паша, как свой человек, не соизволил постучать – вошел. И в зеркале я увидел, какой ужас был на его лице, когда он увидел мои протезы. А вот сейчас он и сам их делает, но уже здесь, в Обнинске…



“Marriot” в Майями! Наши комнаты были на 17 этаже. Прелесть этого отеля заключалась и в том, что на внешней стороне комнат вместо балкона стоит стеклянная труба, диаметром пару метров. Внутри этой трубы стоит столик и два роскошных кресла. Днем, как правило, я не пользовался этой возможностью лицезреть город с высоты птичьего полета. Мы работали. Но вечером! Это было не что! Майями – город среди моря (океана). Сидя с друзьями за бутылкой великолепного флоридского красного вина, ты наслаждаешься видом огней прекрасного города! Это было здорово! Но вскоре нас переселили в другой отель, где собственно и проходила конференция – отель “Hilton”. Хотя это тоже пятизвездочный отель, но он был несравним по роскоши с “Мarriot”! Зато не нужно было тратить время на довольно длинные переезды и, к тому же в “Hiltone” – бесплатный шведский завтрак. Для нас - не маловажный фактор. Все доклады, естественно, на английском. Нас это сильно напрягало, кого-то больше, кого-то меньше. Саша Фалькович, практически не напрягался, а Литенецкий, так и вообще частенько просто не ходил на конференцию, а изучал этот необычный город-курорт. Там, в Майями, я познакомился с Грэгом Холландом (в то время руководителем Австралийского Метеорологического Бюро). В один из выходных дней Грэг попросил Питера Блэка организовать прогулку на его яхте. Пригласили меня и в качестве переводчика Сашу Литенецкого, а Питер прихватил еще свою жену Клэр. Наш руководитель – Паша Свиркунов был страшно обижен, что его проигнорировали. Фалькович отнесся к этому весьма спокойно.

Грэг очень живо интересовался моей работой по исследованию тайфунов. Он попросил написать книжку на эту тему. Я предварительно дал согласие, предупредив его, что мне нужно проконсультироваться с нашей переводчицей. А переводчицей была Роза Арзуманян, умная, очень активная женщина. При этом, Грэг попросил по возможности написать книгу к Пекинской конференции “Tropical Cyclone Disaster”, которая должна состояться уже в октябре следующего года. Времени на написание и перевод ее на английский оставалось чуть больше года. Как только я вернулся домой и, получив согласие Розы на перевод не существующей еще книги, я интенсивно начал работать над ней…

Но я отвлекся. Попивая пивко, мы прекрасно путешествовали на яхте. А затем, выйдя в открытое море, решили понырять. Без аквалангов, только с маской и трубкой. Долговязый и неуклюжий Питер решил показать пример и первым выпрыгнул из яхты. Он нырнул, но внизу оказалось очень сильное течение. Он, видимо запаниковал, это было видно, как он без маски и трубки в панике забирался по трапу на борт яхты. Пришлось мне нырять в поисках его доспехов. Но течение у дна было действительно сильным. И лишь на самом дне среди порослей водорослей я нашел одну ласту и трубку. Остальное, увы, было безвозвратно потеряно. Питер, конечно, расстроился, но особенно вида не подавал. Зато Клэр чуть не плакала, переживая за мужа. Ох уж эти американцы! Не можешь – не лезь. Вот Грэг ни разу даже не окунулся за все время нашего путешествия…

Здесь я хочу пару слов сказать о Бобе Шитце, которого я не пригласил в Протву, когда он во главе американской делегации приезжал к нам в Обнинск. Он был в то время директором Национального ураганного Центра в Майями. Так вот, он устроил нам у себя дома великолепнейший прием. Он был весьма богат. Его усадьба вместе с роскошным гигантским одноэтажным домом, на веранде которого стояло два настоящих биллиардных больших стола,

25 метровым бассейном, отдельной спортивной площадкой, еще имел и фруктовый сад, площадью не менее половины гектара! И вот после застолья желающим Боб предлагает опустошить его сад любителям авокадо. А там росли в основном именно авокадо. Я очень люблю авокадо, но помня казус с его игнорированием в Обнинске, постеснялся погулять по его роскошному саду. Он обратил на это внимание и спросил – “что я не люблю авокадо?” Я сказал, что нет, я очень их люблю, но мне стыдно за эпизод в Обнинске. Он типично по-американски, небрежно похлопал меня по плечу и сказал что все ОК! Я был прощен!

А вообще конференция была очень насыщенной. Были представлены доклады практически по всем направлениям тропической метеорологии. Она проходила с 5 по 11 мая. Работало 17 секций. Было представлено 119 докладов, не считая стендовых (18 докладов)! Естественно, посетить все доклады не реально. Каждый выбирал себе ту или иную секцию, тот или иной доклад по своим интересам. Кроме того, сам Щитц вместе с Питером устроили нам прекрасную экскурсию по их заведению и показали нам один из самолетов, летающих в ураганы. Вдоль всего длинного салона у обоих бортов стояли отдельные столы с компьютерами и мягкими креслами для исследователей. В центре салона было достаточно громоздкое устройство, позволяющее сбрасывать за борт любой реагент в нужном количестве и определенного размера. Например, в работах по Программе “Stormfury” сбрасывали йодистое серебро в стене глаза урагана. Пробовали и другие реагенты, в частности углекислоту в виде порошкового льда…

Там, в Центре мы познакомились с Lixion Avila (Ликси), кубинцем, бежавшим с острова Свободы, и удачно защитившим диссертацию уже здесь в США. Он нас пригласил к себе домой на ужин. Приятный ухоженный небольшой дом. Живет он один. Его подружка осталась на Кубе, но они мечтают все же встретиться и пожениться, здесь в Штатах. Позже мы часто встречались с ним на тех конференциях, куда меня приглашали.

 

 

 

В гостях у Ликси. Майями, 1991 год.

(Слева – Паша Свиркунов)

 

Действительно их мечта сбылась. Его девушке также удалось бежать через третью страну. Сейчас они вместе…

Да, конечно, нагрузка от пребывания на конференции была ощутима, но все остались довольны. В Москву мы летели уже прямо с Майями, без промежуточных пересадок. Такова была моя первая поездка в США…

После приезда домой я интенсивно взялся за написание книги. Назвал ее “Тайфуны и океан. Результаты экспериментальных исследований”. В соавторы включил Грэга Холланда, все же он будет ее издавать.

 

 

Грэг Холланд и я на приеме у мэра города Хайкоу (Китай)

 

А моим редактором и переводчиком стала Роза Арзуманян. Это была бешеная работа в течение всего года. Нужно было выполнять обещание, данное Холланду, и привезти рукопись в Пекин. А это октябрь уже следующего, 1992 года!

 

1992 год.

Пекин. Международный симпозиум “Tropical Cyclone Disaster” (бедствия от тропических циклонов). Симпозиум был организован ВМО и Международным Союзом Ученых, которые и оплачивали все мои расходы.

 

 

На сей раз, я решил ехать поездом. Когда еще будет возможность прокатиться в двуспальном международном вагоне со всеми удобствами. Правда, дорога заняла шесть с половиной суток. Но они мне были очень кстати. Я делал последние правки в рукописи, которую должен был отдать на суд Грэга. А вдобавок повезло и с компанией. В этом вагоне ехала группа горных туристов из Дании (два молодых человека и три женщины лет под тридцать). Один из молодых людей был моим соседом. Все они ехали в Гималаи, посмотреть на Эверест. Побродить у его подножия. Ехали через Пекин, поскольку им нужно было там оформить визу в Непал и прогуляться по Великой китайской стене. От Иркутска до Улан-Удэ наш поезд большую часть пути шел по берегу Байкала. Это удивительной красоты места! Я лишний раз получил эмоциональное подтверждение, что сделал правильно, поехав поездом. После Улан-Удэ поезд резко повернул на юг, и мы пересекли всю Монголию, с единственной остановкой в Улан-Баторе…

Поздний вечер – половина двенадцати пекинского времени. Поезд под звуки нашего гимна прибывает на первый перрон главного пекинского вокзала. Мои друзья, датчане, быстро прощаются со мной, оставив свои координаты еще раньше в вагоне, и уходят на выход. Как я понял, их ждали сотрудники посольства в Китае. Меня же, естественно, ни кто не встречает. Но еще в поезде я попросил проводницу нарисовать иероглифы, которые бы означали, как проехать до моего отеля. Когда я вышел на привокзальную площадь – немного растерялся. Я физически ощутил, что такое миллиард населения! Такого обилия суеты и реклам я ни когда не видел до сих пор. Так мне показалось. Конечно, рекламы не токийской широты и роскоши, но их так много, что голова пошла кругом. И этот китайский язык!

Я сел в ближайшее такси и показал водителю иероглифы, нарисованные в моей записной книжке – название отеля. Он назвал, какую-то сумму. Я, безусловно, согласился. Оказалось, что этот отель очень далеко, в спальных районах Пекина, поэтому водитель содрал с меня около 50 долларов. Но, слава Богу, наконец, он меня привозит к отелю. Я вхожу в отель, это уже первый час ночи местного времени, а там меня ждут Сэр Джеймс Лайтхилл и Грэг Холланд. Это была потрясающая встреча! Моё бездарное знание английского, тем не менее, позволило мне понять все, что мне они сказали. Единственный, весьма для меня обидный казус заключался в том, что когда Сэр Лайтхилл передал мне в руки наличные доллары, я их начал пересчитывать, как сдачу в магазине. Слава Богу, я во время одумался и быстренько положил их в карман. Мне стало настолько стыдно, что я, видимо, выглядел ужасно. Грэг, понимая ситуацию, подбодрил меня, сказав, что все нормально и нужно идти отдыхать. Я извинился перед Лайтхиллом, и пошел к себе в номер. Грэг, прихватив мой чемодан, проводил до самых дверей шикарного номера. Вот такая была моя первая личная встреча с Джеймсом Лайтхиллом…

На следующий день, сразу же после завтрака, мы встретились с Грэгом, и я передал ему свою рукопись. Договорились, что как только он прочтет, мы встретимся для обсуждения содержания книги. Но обсуждать что-либо детально может помешать языковый барьер. Я ведь всю жизнь, и в школе и в институте учил немецкий. Даже кандидатский экзамен сдавал по немецкому языку. Слава Богу, на этот симпозиум приехал Юра Сутырин, который уже много лет работает в университете Rode Island в США. Я договорился с ним, что он нам поможет, будет переводчиком. Но Юра еще и океанолог, что нам могло пригодиться. Правда, тайфунами Юра не занимался, но он прекрасно знал физику океана. Симпозиум продолжался десять дней. Было представлено более 50 докладов. На третий день симпозиума заслушали мой доклад. Замечу, что если среди американской аудитории меня понимали, и я что-то понимал, по крайней мере, мог отвечать на вопросы, то тут в Китае, номер не прошел. Мое плохое знание английского с одной стороны и не вполне хорошее знание этого языка китайцев вызвал кучу недоразумений. Я зачитал доклад на английском с показом слайдов. Но когда стали задавать вопросы китайцы, я поплыл. Пришлось снова прибегнуть к помощи Юры. Лайтхилл и другие высоко оценили наши результаты (см. выше рекомендацию ICSU)…

В очередной выходной нам устроили экскурсию на одно из семи чудес Света – Великую китайскую стену. Это где-то в нескольких десятках километров от окраин Пекина. Конечно, это грандиозное сооружение производит яркое впечатление. Представьте себе стену шести метровой ширины высотой около семи метров с большим количеством башен, тянущуюся из-за горизонта и уходящую за горизонт через зеленые, довольно высокие горы. Толпы людей фотографируются. Тут же можно в мелких лавчонках выпить чашку чая или другого напитка, можно даже перекусить. На обратном пути в отель нам показали усыпальницу одного из Императоров китайской династии Цинь, правящей в 221 – 207 году до н.э. Нужно отдать должное китайцам. Они ценят свою историю. Когда мы спустились в прохладу подземелья усыпальницы, там был весьма приятный, ухоженный интерьер, воздух же благоухал всяческими ароматами…

Дорога домой для меня была чудовищной. Обратный билет на поезд мне взяли китайцы. Я не предупредил их, чтобы взяли билет не на поезд Пекин-Москва, а на какой ни будь европейский поезд, следующий через Москву. Просто не сообразил. Это была моя роковая ошибка. С трудом протискиваясь через миллиард китайцев, я захожу в свое купе. На моей верхней полке, как и в купе, вообще нет свободного места, все заставлено баулами с китайскими товарами. В купе едут польские “челноки”. Я попросил их освободить мое место, но они лишь убрали пару баулов, освободив мне две трети полки. Так я и ехал, скукожившись, целую неделю. Но это было не самое страшное. Это еще можно было терпеть. Но когда мы ехали уже по России, началось самое жуткое в моей жизни зрелище. В Тюмени в наш вагон, может быть и в другие, я не знаю, вошла банда бритоголовых с парой молодых симпатичных женщин. Они прошлись по всем купе. Заглянули и в наше. Бедные поляки сжались в комочек. Я по не знанию кто такие, сказал, что у нас все занято - мест нет. Один из выродков взял меня за одежду и стянул с полки. Сказал, что если им потребуются места, они, вышвырнут меня из вагона, и освободят себе место. Видя мою растерянность, он спросил кто я такой и откуда еду. Я им сказал, что с конференции. А ученый, ладно лезь обратно на полку и помалкивай. Они начали шерстить поляков. Я это уже не мог перенести и вышел в коридор. А там еще ужаснее. Из соседнего купе выходит молодая девица, сплевывает содержимое рта прямо на ковер, ей тут же бандиты вливают водку из бутылки и спрашивают, сколько она получила валюты от китайцев. Она швыряет деньги им прямо в лицо и взахлеб из горла выпивает остатки водки. От Тюмени до Свердловска несколько часов езды. Я решил, что в Свердловске сойду, переночую и сяду в другой поезд. Но, слава Богу, в Свердловске эта банда вышла. Я пошел к проводнице и спросил, что это всегда так в этом поезде. Почему нет милиции. Она ответила, что да, почти каждый ее рейс банды на глазах грабят всех “челноков”. Милиция же просто запугана, и поэтому некому остановить этот беспредел. В конце концов, я все же доехал до Москвы.

1993 год.

Где то весной, точно не помню, я получаю от Грэга чек на $10 000 за мою книжку, которую он издал в Австралии лишь в 1994 году. По поводу получения наличных по австралийскому чеку можно написать отдельную главу. В России настали тяжелые времена. Ни один банк не выдавал валюту. Я сообщил об этом Грэгу и отправил чек ему обратно. Через буквально несколько недель, Грэг сообщает мне, что наличные мне выдадут в посольстве Австралии. Мне лишь нужно позвонить по такому то телефону. Я позвонил. Действительно, в посольстве мне сказали, что они меня ждут в удобное для меня время для получения наличных долларов! Прихватив с собой “охрану” – Славу Королева и сына – мы поехали в Москву. В посольстве Австралии атташе по культуре и науке, милая женщина, выдала мне под расписку в банковской упаковке десять тысяч долларов. Я не привык к большим деньгам. Поэтому я так разволновался, что начал дрожащими руками пересчитывать эту пачку. Увидел изумленные лица австралийцев и сообразил, что это моя очередная глупость. Сконфузившись, я извинился и мы ушли.

С десятью тысячами долларов мы с сыном и его друзьями махнули в Финляндию, за машинами. Нас было пять человек. Только пересекли границу, один из наших на авторынке для русских сразу купил почти новую красную девятку. Мы уже на машине поехали в ближайший городок Хамина, недалеко от Хельсинки и там остановились в отеле. Ребята в этот же день уехали в Хельсинки, благо это совсем рядом. Я же так устал, что остался в отеле. На следующий день мы поехали в Тампере, остановились и погуляли в Лахти, лыжной столице Финляндии, там же и поменяли валюту. Вся финская земля настолько ухоженная и чистенькая, включая города, что становится обидно за свою нищую, загаженную страну. Обидно до слез. В Тампере я купил почти новую восьмерку, ребята взяли себе тоже по машине, правда, все они брали зарубежные марки. Проведя неделю в Финляндии, мы каждый на своей машине поехали домой. Поскольку я потратил на эту поездку, включая машину, чуть более трех тысяч долларов, мы с Лилей решили поехать в Италию.

Италия. В своей жизни я поставил цель посетить все крупнейшие музеи Мира. Глупость конечно. Но я люблю живопись, вероятно потому, что сам не могу создавать полотна, через которые можно выплескивать все свои эмоции. А потому Италия для меня, конечно же, была очень привлекательной страной, тем более ее кусочек – Геную и Милан – я видел при заходе вместе с Татьяной, возвращаясь домой из Атлантики. Это страна поистине храм живописи и вообще храм искусства! Лиля тоже не лишена чувства Прекрасного. Она любит и живопись, прикладное искусство и музыку. А Италия для нее это сказка. Она ни разу, ни когда не была за границей. Я взял путевки, и мы поехали. До Братиславы ехали поездом в компании симпатичных молодых женщин – Татьяны и Любы из Москвы. Провели ночь в каком-то отеле нулевой категории. Но душ и нормальная ночевка там были обеспечены. С утра нас повезли на экскурсию по городу. Повезли на шикарном европейском автобусе с умной пожилой женщиной - экскурсоводом. Представить себе не мог, что столица Словакии может быть такой красивой. Европа!

Нас, прежде всего, повезли к памятнику “Slavin” – памятнику советским солдатам, погибшим во второй мировой войне. Этот мемориал находится на высоком холме. Там много поименных могил, которые утопают в живых цветах. Ухоженный, чистый и красивый мемориал. Он завершается братской могилой с вечным огнем. С холма великолепный вид на город. Но доминантой Братиславы все же является замок Марии Терезии – императрицы Австро- Венгрии.

Он возвышается на самом высоком холме столицы Словакии в виде перевернутого стола на четырех ножках. Центр города – это красивейшие дворцы, укутанные богатой зеленью. Театральная площадь! Старинное здание музея с ярко зеленой крышей! В городе много католических соборов с изящными и высокими шпилями. В одном из них Лиля даже исповедалась перед католическим священником, сидящем в коричневой кабинке в центре собора. Конечно же, город красит Дунай. Великолепнейшее здание Народного Словенского театра и много других красивейших уголков старой Братиславы. Нас привезли к замку Терезии ровно к смене караула. Это было прекрасное театральное зрелище. Уже вдвоем с Лилей посетили интересный музей часов, который находится чуть ниже замка Терезии. Вообще, экскурсии были очень продуманы, и интересны…

Поздно вечером мы загрузились в автобус и поехали во Флоренцию.

Вена. Путь на Флоренцию лежал через Вену. Рано утром нас привезли в Вену, провезли по Рингу. Это кольцевая дорога вокруг центра Вены. Мы увидели и услышали много того, что мы раньше не знали. Красивый город! Привезли в центр города, к собору Святого Стефана. Это потрясающий собор. Его высота 136 метров. Шла служба. Орган. Экскурсовод, очень похожий на Сережу Нетребу, всячески пытался нас скорее вывести в город. Но мы с Лилей отказались от его услуг и остались в соборе. Это было замечательно! После собора мы вдвоем пошли к дворцу Габсбургов, прогулялись по венскому “Арбату”. В одном из многочисленных католических соборов в центре Вены была выставка – “Книга, как объективное искусство”. Это модерн. Книг действительно там было представлено много. Они выглядели разнообразно. То в виде челюсти с зубами, то в виде большого саквояжа и тому подобное. В другом действующем соборе мы поставили свечи за своих близких – Сережу, Данилу и Лену. Дошли до австрийского Парламента. Это старое красивое одноэтажное здание, усыпанное скульптурами. Перед фасадом здания великолепные фонтаны, где Лиля омыла руки, и мы пошли на площадь Марии Терезии. Замечу, что императрица Австро-Венгрии была матерью 16 детей! Здесь на площади Марии Терезии находится Национальная картинная галерея. Входные цены довольно высокие. Зато там, например, целый зал отведен Питеру Брейгелю. Я получил громадное удовольствие от соприкосновения с ним. Вечерняя Вена. Это сказка. Там нет, угнетающих глаз, мелькающих реклам. Освещение города, хотя и изобильное, но мягкое и красивое. Поздно ночью мы покинули этот красивый и элегантный город…

Флоренция. Утром нас ждала Флоренция (в переводе – военная крепость).

Флоренцию пересекает река Арно. Она делит город пополам. Там много мостов, соединяющих эти две части города. Самый знаменитый мост Пуэнто Векио. На мосту целая галерея торговых лавок, где продают изделия из золота и серебра. На правом берегу Арно величественное здание галереи Уффицы, на левом – галерея Питти. К сожалению, в день нашего присутствия галерея Питти была закрыта. Но в Уффицы, простояв длиннющую очередь, мы все же, попали. Потрясающие росписи потолков и стен галереи. А богатство и изобилие картин ее залов не поддается моему бедному языку. Флоренция! Центр этого города – музей архитектуры 12-14 веков. Капелла Медичи, колокольня Джотто, “Золотые ворота” Лоренцо Гиберти. Микеланджело, который Буонарроти, когда увидел их, назвал эти золотые ворота – воротами в рай. Колокольня Джотто. Она как бы парит над грешной землей. Это впечатление создано архитектором, который увеличивал размеры арок с высотой. Впечатление великолепное! На площади Синьории, где находится галерея Уффицы рядом с палаццо Веккио, стоит церковь Санта Кроче. Изумительной архитектурной красоты. Там похоронены Данте и Микеланджело. Перед ней стоит копия скульптуры “Давида”, очень похожая на Славу Королева. А к “Давиду” мы прошли по узкой улочке к Академии, где и стоит подлинник скульптуры Микеланджело “Давид”. Флоренция! Я там оставил свою душу. Сейчас живу “бездуховной жизнью”!…

Рим. Из Флоренции поехали в Рим. Ехали днем по зеленой с холмами и дворцами мягкой, красивой Италии. Нас привезли в туристический, можно сказать студенческий комплекс дешевых апартаментов на окраине Рима на берегу моря. Среди сосен-пиний мы прожили там трое суток. Каменный центр Рима мне не очень понравился. Но его многочисленные и прекрасные фонтаны и дремучей старины многочисленные церкви, конечно, оставляют неизгладимое впечатление. Главное я не понял только, почему все дороги ведут в Рим. За три дня наверно это и невозможно сделать. Идя по улице дей Фори Империале к знаменитому на весь мир Колизею, я представить себе не мог, что Колизей это общественная уборная, а по вечерам место сбора наркоманов. Может быть, кому-то такое определение и не понравится, но я пишу о своих впечатлениях (импрессионе). Да, со стороны - это действительно впечатляющее творение рук человеческих. До восьмого века он назывался амфитеатром Флавия, императора который его построил. Там гладиаторы развлекали, как сейчас говорят, римский бомонд. Чтобы не расстраивать Лилю я даже не пустил её внутрь Колизея. Рим. В целом центр Рима это каменный мешок. Ни кустика зелени на главных улицах города. Пожалуй, исключением является одна из красивейших улиц Рима Виа Венето с пальмами и другими деревьями перед зданиями старинных дворцов. Запомнился Дворец Цивилизации и Труда. Запомнился из-за необычной своей квадратной формы, ярко белого цвета и 216 арок. Впечатляет красивое здание Капитолия на площади Венеции. Кстати, на капитолийском холме находится Капитолийская волчица, символ Рима. Но, он, увы, не впечатлил. Еще из школьного курса истории мы знаем, что она вскормила Ромула и Рема, сыновей Марса. Ромул и основал Рим в 753 году до нашей эры. Монумент Виктору Эммануилу II. Он установлен в честь независимости Италии у подножия Капитолия (1885-1911 гг) и смотрит на главную улицу центра города – улицу вия дель Корсо. Это голая каменная улица заканчивается на площади Паполо, рядом с которой находится вилла Боргезе. К сожалению, на виллу мы не попали. Не хватило времени. Но мы успели посетить славу Рима – Пантеон. Как утверждала экскурсовод, нет ничего более величественного из всех классических памятников Италии. И что в мире нет ничего равного Пантеону. Торжественный купол с отверстием позволяет видеть небо и мягкий свет, льющийся через эту большую дыру. Между второй и третьей капеллами, в Пантеоне покоятся останки Рафаэля. На его надгробии надпись: “здесь покоится Рафаэль, который соперничал с великой Матерью-природой…”. Рядом похоронена невеста Рафаэля – Мария Бибенская, которая умерла за три года до его смерти…

Слева от улицы Корсо, если идти к площади Паполо, знаменитый фонтан Треви. Конечно это произведение высокого Искусства. Он выполнен в стиле барокко по проекту Бернини (1762 год). Мы бросили туда на всякий случай по монетке. Приятно посидеть среди азалий на лестнице, ведущей к старинной церкви Тринита дель Монти. Эта церковь построена на средства Франции в 1495 году и служит французским католикам, проживающим в Риме. Четвертая по величине и самая древняя церковь в Риме – церковь Санта Мария Маджоре. Она сохранила почти полностью свой первозданный вид. Церковь построена в 432-440 годах. По легенде она возведена там, где выпал снег, предсказанный Святой Девой Марией.

Да, конечно, развалины форума Трояна – построенные в 114 году нашей эры вызывают некое ощущение старины и вечности. Но радости эти развалины не приносят. Римский форум. Туда можно попасть либо через арку Тита, либо с улицы дель Фори Империале со стороны Колизея у арки Константина. Вход платный…

Ватикан. С 1929 года Ватикан является независимым государством. Если бы не Ватикан, то общее впечатление от Рима не было столь ярким и запоминающимся. Страна в городе, но это не обычная страна. Ватикан охраняет швейцарская гвардия в ярких, красочных костюмах, стоящих с пиками во многих его уголках, начиная с входа в собор Святого Петра (Ватиканский Собор). Это самый большой собор христианского Мира. Перед собором Святого Петра красивая, как бы руками охваченная колоннадами площадь, над которой царит величественный купол Микеланджело, купол собора Святого Петра. Колоннада – апофеоз творчества Бернини. Это торжественный подъезд к собору. Площадь самая крупная в Риме. Её размеры (240х340 метров) впечатляют. В центре площади возвышается египетский обелиск, высотой 25 метров, а слева и справа два фонтана гармонично вписаны в огромную площадь.

Собор Святого Петра. Невозможно описать его моим нищим языком. Тысячи людей со всех стран едут в Ватикан. Паломники всех наций поклоняются храму. Мы наблюдали сцену как два человека, явно арабского происхождения шли на коленях к алтарю. Толпа расступалась перед ними, освобождая их длинный и тяжелый путь. Я часто просматриваю эту сцену в своем фильме по Италии. Наверное, нужно говорить, что все дороги ведут в Ватикан, а не в Рим…

Интерьер собора поражает своими размерами. Внутренняя длина собора, как это указано на полу перед бронзовыми вратами составляет 186 метров, свод собора имеет высоту 44 метра.

Высота купола, внутри собора расписанного Микеланджело, составляет 119 метров! Висит красивейший фонарь высотой 17 метров, а его диаметр составляет 42 метра. Почти как дыра в римском Пантеоне (43.5 м.). На небольшом лифте мы с Лилей поднялись на смотровую площадку под самый купол, чтобы рассмотреть люстру и росписи Микеланджело на центральном куполе собора. Люди внизу как муравьи. Лиля боится высоты, она лишь один раз подошла к перилам и в страхе отпрянула. Росписи и люстру прекрасно видно с этих перил, опоясывающих купол…

Спустились вниз. Многочисленные скульптурные группы и статуи, установленные в капеллах и нишах огромных пилястров, сразу можно и не заметить. Нужно идти вблизи них, т. е. вблизи стен многочисленных больших залов длинной анфилады, чтобы рассмотреть произведения великих мастеров. В первой капелле правого нефа на круглом мраморном постаменте расположена знаменитая скульптура “Пьета” Микеланджело. Главный алтарь, установленный над могилой Святого Петра находится прямо под куполом Микеланджело. Перед ним днем и ночью горят 95 лампад. Над алтарем парит сказочный балдахин работы Бернини. Вообще раньше, до Италии, я, честно говоря, не знал о Бернини практически ничего. Впервые всерьез обратил внимание на его работы во флорентийской Академии. Где, наряду, с залом Микеланджело отведен зал для скульптур Бернини. А здесь, в соборе Святого Петра на каждом шагу сталкиваемся с великолепными произведениями Бернини. Папский престол – шедевр Бернини…

Ватикан. Кроме величественного и богатейшего собора Св. Петра, в Ватикане находится самая богатая в Европе коллекция древних манускриптов и других раритетов. В частности, Библия IV века (рукопись), Вергилий с III по V века, Евангелие от Матфея VI века. Это лишь то, что я успел записать в фильме. А какие красивые, просто роскошные сады Ватикана! Кстати, на одной из полян сада стоит скульптура расколотого земного шара. Точно такой шар стоит в Нью Йорке у здания ООН. Из одной из стен, окружающий сад, льется святая вода в вазу, выполненную опять же Бернини. Мы, конечно, припали к этому живительному источнику. Из сада мы вновь вошли во внутренние покои Ватикана. Какая прекрасная, с расписанными потолками анфилада Географии! Фрески (станци) Рафаэля! И вот, мы с трепетом подходим к Сикстинской капелле. Я много был наслышан об этом чуде божественного человеческого творчества. Какое же было наше изумление. Узкая входная дверь, как в подземелье, ведет в небольшой продолговатый, но высокий зал. Он битком набит людьми. Невозможно протиснуться к центру зала, чтобы поворачиваясь осмотреть всю роспись на стенах и потолках. Да, конечно, фрески на стенах на тему Старого и Нового заветов великолепны, но нужно время, чтобы проникнуть в их суть. Над алтарем фреска “Страшный суд” Микеланджело. А толпа тебя несет уже к выходу, в такую же узкую дверь, что на входе. Очень жаль…

Сикстинскую капеллу нам компенсировала великолепнейшая художественная галерея (пинакотека) Ватикана. Там находится “Преображение” Рафаэля (8 зал). Отдельные залы Леонардо да Винчи (9 зал), Тициана (10 зал), Караваджо, Перуджино и других всемирно известных художников. Нет, описать все это невозможно. При первой же возможности нужно туда снова съездить. И наконец, уставшие, еле волоча ноги, мы поднимаемся на обзорную площадку главного купола собора. Это самая высокая точка Рима. Рим у наших ног! Свежий воздух и прекрасная панорама Рима привели нас в чувство…

Поздний вечер. Мы уезжаем из Рима с площади Венеции в Венецию. Каламбур, но так и есть. Красиво освещенный Колизей, он совсем рядом, провожает нас. Около шести утра мы приезжаем в Венецию, на площадь Рима!

Венеция. Четырехкилометровый мост соединяет Венецию с материком. Когда мы ехали по мосту он был еще освещен красивыми, как бы из под воды, лучами света. Естественно были и стандартные столбы с фонарями. Автобус останавливается на площади Рима! Толпа недоспавших туристов вываливается из него. Площадь находится на окраине Венеции, там, где заканчивается мост. Пошли пешком к центру города. Узкие улочки и обилие узких каналов, множество арочных мостиков и вдруг колокольный звон. Он такой сочный, громкий и неожиданный в утренней свежести, что многие вздрогнули и окончательно проснулись. Высокая колокольня церкви рядом с нами отсчитывала время – шесть утра. Где-то дальше, как петухи ранним утром, стали звонить другие колокола города. Довольно долго мы шли по узким, правда чистеньким улицам Венеции, пока вышли на площадь Сан Марко. Замечу, что жители Венеции выставляют свой за сутки накопившийся мусор в пакетах прямо у своего подъезда. Рано утром, как раз, когда мы шли, мусорщик с длинной ручной телегой собирал эти пакеты. Многочисленные мусорные телеги с разных улиц освобождают свое содержимое в моторные баржи. Дальнейший путь городского мусора нам не известен. Но я надеюсь, что его все же, не сбрасывают просто в Адриатику…

Венеция. Умирающий город. Практически все дома облезлые – осыпается штукатурка. Лишь центр – площадь Святого Марка, дворец Св. Марка и дворец Дожей выглядят прекрасно. Их реставрируют и вообще следят за чистотой и порядком здесь в центре. Венеция. Красиво звучит. Но умирающий город производит весьма трагическое впечатление. Лиля, чтобы было легко гулять по городу, одела тапочки. Где-то около 14 часов город стал погружаться в воду. Все улицы по колено в воде. Мне, со своей грыжей, пришлось тащить ее на своих плечах. Место встречи, которую нам назначила экскурсовод, было так же затоплено водой. Это место – между двух колонн на площади Св. Марка. Поздно вечером мы сели на катер и проплыли по большому каналу до площади Рима. Там нас ждал автобус…

Тем не менее, мы посетили великолепнейший музей. Церковь Сан Рокко, где находятся знаменитейшие картины Тинторетто, более 50 его произведений. Кстати сказать, он и родился в Венеции. В церкви Санта Поло находится знаменитая картина Тициана - “Мадонна”. Она висит прямо над алтарем. Да. Конечно, Венеция производит двоякое чувство. С одной стороны – умирающий город. С другой – город великого Искусства! …

1993год.

Международный Научный Фонд объявил конкурс на проекты по исследованию океана и атмосферы. Я подал проект по исследованию взаимодействия тайфунов с океаном. В группу исполнителей включил Сережу Петриченко, Славу Королева, Розу Арзуманян и Леночку Музыку. Буквально через три месяца прибегает Роза и говорит, что мы получили грант. Грант на 30 000 долларов США! 23 тысячи от МНФ и 7 тысяч от Правительства России. Таковы были условия МНФ.

Это, если кто-то помнит, были тяжелые времена для россиян…

На носу был дефолт. Всякая “рвань”, в красных пиджаках бессовестно грабила и убивала людей. Это было время полного беспредела. Поездки в Москву из Обнинска были весьма рискованны, особенно в электричках. А деньги по гранту нужно было получать каждый месяц в Москве и каждому члену группы персонально. При этом их выдавали в разные месяцы в разных банках. То где-то на Проспекте Мира, то на Горького, то на Юго-западе Москвы и т.д. Я обычно ездил на машине с Сережей Петриченко, но иногда брал с собой и других, если они были готовы поехать. В тесноте, но не в обиде. К тому же каждый чувствовал себя более уверенно с долларами в кармане. Это одно из ярких впечатлений от получения гранта. Смешно? Да. Но такие были времена!...

1994 год.

Эти деньги позволили нам с Лилей махнуть в Париж. Купили путевки, сели в поезд Москва-Прага и вот мы уже в пути. В Прагу приехали рано утром, и у нас был целый день для знакомства с этим красивым старинным городом. Прагу недаром называют сердцем Европы. Прага это город сосредоточения великолепных архитектурных памятников, готических замков и крепостных сооружений, узких извилистых улочек и огромных площадей, мощеных брусчаткой. Историческим и современным центром Праги является Староместская площадь, от которой расходятся узкие средневековые улочки, сохранившиеся до сегодняшнего дня в первозданном виде. Изюминкой Староместской площади являются старинные часы. К сожалению, я снимал только видеофильм, фотоаппарата с собой не взял, поэтому не могу их здесь показать. А они стоят того. Староместские куранты даже сейчас поражают сложностью своей изящной конструкции и красотой. Они позволяют определять много характеристик солнечной системы. А в те годы, когда они были созданы, как сказала наш экскурсовод, посмотреть на них приезжали со всей Европы…

Другой достопримечательностью площади является готический костел Девы Марии перед Тыном, так называемый Тынский собор, расположенный напротив башни с курантами. Две 80-метровые башни собора величественно возвышаются над площадью! Опять же, как сказала экскурсовод, во всей Праге нет другого столь же уютного и изысканного места, обладающего необъяснимым очарованием. Когда мы пришли на площадь там играл большой музыкальный инструментальный ансамбль. Все музыканты в белых пиджаках, они просторно распределились на этой красивой площади. Играли душевную, всем известную классику. Я был просто поражен таким не заказным приемом туристов. При этом отмечу, что было очень холодно и дул пронизывающий ветер…

Но, конечно же, толпы туристов от площади идут на Карлов мост. Мост через Влтаву. Первый каменный мост был построен в 1160 году, но он был смыт наводнением. Позднее, в 1357 году по приказу короля Карла IV началось строительство этого моста. До сих пор он носит его имя – Карлов мост. Так вот мы с Лилей вышли на этот красивейший мост под невероятно пронизывающий холодный ветер. Несмотря на холодную погоду, на перилах моста сидели и целовались влюбленные парочки. Конечно, мост красив, но пронизывающий холод как-то охладил мой импрессионизм. Мы отстали от группы и любовались прекрасным видом Праги с моста, где работали разного рода музыканты, факиры и другие люди свободных профессий, зарабатывающие на жизнь ежедневным собственным трудом на открытом воздухе, не зависимо от погодных условий. Я помню, как шпагоглотатель запихивал себе через рот 70-см шпагу, а народ равнодушно проходил мимо. Я положил ему два бакса, и мне было стыдно, что больше дать я не мог…

А возмущенная Влтава покрылась белыми барашками. Но, несмотря на холод и ветер, на Влтаве было несколько лодок с рыбаками…

Пражский град!

Пражский Град считается местом, откуда начинается история Чехии как государства. Эта крепость, ставшая впоследствии резиден­цией чешских королей, была выстроена на высоком холме, на левом берегу Влтавы. С 1993 г. по насто­ящее время является резиденцией президента Чехии. Если над Пражским Градом развевается президентское знамя, это означает, что президент в настоящее время находится на терри­тории Чехии. Ежедневно на первом дворе Града в 12.00 проходит торжественная смена караула, которая сопровождается музыкой фанфар и передачей президентского штандарта…

В Пражском Граде находится также собор Святого Вита - католический собор, резиденция Пражского архиепископа. Полное название собора – Собор Святого Вита, Святого Вацлава и Святого Адальберта. Этот собор являет собой превосходный образец Готической архитектуры и является самой большой и самой важной церковью в стране. Здесь находятся усыпальницы многих королей Богемии…

Прага переводится как Солнце (Праже – Солнце). Да, Прага оставила у нас не забываемые впечатления. Особенно на обратном пути. Дело в том, что в Праге в различных лавчонках продаются исключительно вкусные салаты. И вот мы перед посадкой снова в поезд, Прага-Москва, решили набрать в дорогу эти вкусности. Черт меня дернул взять с собой чемоданчик (кейс), в котором были все наши парижские подарки для родных и знакомых. Там же лежал и элегантный дорогой плащ, который Лиля купила для себя и была счастлива. Я побоялся оставить его в автобусе, как это сделали все нормальные люди. В одном из кафе, пока мы перекусывали, чемоданчик исчез. Его просто сперли. Я даже не понял, каким образом, он стоял рядом у моих ног! Слава Богу, что я не положил туда наши документы. Лиля даже расплакалась…

Я отвлекся. Продолжим наше турне. Вечером, уже на автобусе нас отвезли в какой-то отель на окраине Праги, мы там переночевали и рано утром направились в Париж. До Парижа около 600 километров.

Наш путь лежал через Нюрнберг, второй по величине город Баварии, второй после Мюнхена. Мы приехали в Нюрнберг около 11 часов утра. Он находится в 120 километрах от Праги. Нам предоставили время для пробежки по Нюрнбергу 6-7 часов. Правда, привезли к центру города. Город известен с XI века, в нем часто и подолгу жили императоры Священной Римской империи. К XV веку Нюрнберг превратился в крупный центр ремесла и торговли; он играл значительную роль в экономических отношениях между Южной Германией и Италией. Апогей развития города приходится на середину XVI века, когда наряду с экономическим подъемом высокого уровня достигли наука и культура. Он стал одним из центров немецкого гуманизма. Во как! Понятно, что вся эта информация со слов экскурсовода. Мы все знаем, этот город немецкого гуманизма как место, где судили фашистских военных преступников и там же казнили…

Я опять отвлекся. Всей туристической толпой, почти бегом ринулись к самому сердцу Старого города – к Рыночной площади и только там разбежались кто куда, помня, безусловно, о назначенном времени отъезда. Мы с Лилей первым делом присели в уличном кафе перекусить, и я с удовольствием, вопреки жене, выпил кружку прекрасного баварского пива. И только потом, уже не спеша пошли гулять по городу. Сейчас, спустя много лет, я с интересом и некоторой ностальгией, гуляю по необычному старинному немецкому городу, просматривая свой фильм, наверное, уже в сотый раз. На площади находится “Прекрасный фонтан” (“Schoner Brunnen”) c 19-метровой колонной. Его украшают богатые изображения святых, церковных отцов, христианских и еврейских героев. Считается, что человеку, который подержался за золотое кольцо, висящее на кованой ограде, обязательно улыбнется удача. Не менее, а может быть даже более интересен фонтан “Стыдливости”. Рядом с ним находится здание ратуши. Ратуша состоит из двух частей – готической части и ренессансной. Ратуша построена в разные эпохи. Фонтан вместе с ратушей составляют уникальный ансамбль XVII века. Одним словом, мы были в восторге от центра Нюрнберга. Правда, некоторым нашим туристам удалось успеть попасть в Зал Правосудия, где судили нацистских преступников, но я, честно говоря, не жалею о том, что нам не хватило времени посетить это заведение. Снова автобус и уже прямо на Париж. Вся ночь в дороге. Да, за дешевизну нужно платить, не деньгами, а неудобствами. Меня, правда, это ничуть не смущало. Я привык к неудобствам в походах по горам и восхождениям…

Раннее утро. Мы в пригороде Парижа. Специальная остановка для туристических автобусов, чтобы люди могли привести себя в порядок, прежде чем ступить на парижскую землю. Но эта остановка отняла не менее двух часов. Там автобусы с туристами из Польши, Венгрии, Белоруссии, Прибалтики и других стран. Очередь в женский туалет бесконечна. Я успел даже побриться, выпить кофе с сэндвичем, а Лили все не было…

Наконец Париж. Нас высадили в самом центре города, на площади Тракадеро, у дворца Шайо. Это напротив Эйфелевой башни, на противоположном берегу Сены. Прямо на Эйфелеву башню направлены, как пушки, стволы мощных фонтанов, из которых сильнейшие струи бьют метров на пятьдесят в сторону башни. А ниже – череда фонтанов, с пульсирующими, вверх направленными, струями. Все это окружено зелеными шапками скверов по обе стороны фонтанов. Совсем рядом музыкальная карусель. Хотя она и не вписывается в архитектурный ансамбль площади, но улыбки детишек и их радостный писк в сопровождении классической музыки сразу очаровывают. Жара. Тут-то и вспомнили еще раз о Праге…

О! Париж!

Прямо у дворца Шайо параллельно фонтанам вниз спускаются широкие, но довольно длинные и крутые лестницы. Мы залюбовались, как профессионально детишки спускаются по этим лестницам в задней стойке на своих роликовых коньках. Затем пошли к Сене и на другом берегу вышли к Эйфелевой башне. После “вознесения” на Эйфелеву башню, откуда меня поразили крыши Парижа, мы по зеленому бульвару направились в Дом Инвалидов (Дворец Инвалидов). Там в прохладе и изяществе интерьера я снова встретился с Наполеоном. Вернее с гробницей великого Императора. Его прах перевезли с острова Святая Елена и упаковали в шесть гробов (из жести, красного дерева, два – из свинца, из эбенового дерева и последний, шестой - из дуба). Гробы были помещены в большой красный саркофаг, которой установлен здесь в центре круглого зала Дома Инвалидов. Там же вдоль стен 12 крылатых Побед сторожат покой императора…

Хочу вернуться к одному из ярких впечатлений от старого Парижа – к его крышам! Вот полюбуйтесь на старую улицу Риволи, изяществу ее домов с прекрасными завершающими их крышами. Не знаю, в каком городе еще могут быть настолько законченными композиции многочисленных старинных зданий…

 

 

 

 

 

Изящество парижских домов и их крыш (улица Риволи)

 

Чего стоит здание отеля де Виль! Сейчас там находится муниципалитет города.

 

 

Отель де Виль

 

В Париже жуткая жара. Мы пошли в Лувр, не только для того, чтобы насладиться Великим Искусством, но и чтобы окунуться в прохладу этого знаменитого музея. Лувр находится на левом берегу Сены, рядом с парком Тюильри, но там не спрятаться от жары, хотя работают могучие и красивые фонтаны. Вход в Лувр через стеклянную пирамиду. Это настолько неуместно среди исторической архитектуры Лувра, что остается впечатление какого-то уродства…

Тем не менее, заходишь в эту стекляшку и по эскалатору спускаешься глубоко вниз и попадаешь в прохладу большого холла. Здесь можно взять напрокат электронного экскурсовода, говорящего, в том числе на русском. Но мы не стали этого делать. О Лувре столько всего написано, что можно обойтись и без него…

Вот прямо над лестницей, ведущей в залы музея, расправила свои крылья безглавая Ника Самофракийская.

 

 

Она была найдена на острове Самофракия без головы и рук. Эта статуя относится примерно к 190 году до нашей эры. Ника или Виктория – богиня Победы, стояла на носу корабля, который она ведет к победе. Морской ветер бьет ей прямо в лицо, развевая одежды, плотно облегающие тело. Ее высота без головы почти три метра…

“В Греции есть все!” – эту классическую фразу из советского кинофильма мы помним все. Так вот, в Лувре, как в Греции есть все! Кроме Венеры Милосской, найденной на острове Мило в 1820 году, Джоконды великого Леонардо, герцогини де Виллар и ее сестры д’ Эстре, фаворитки короля Генриха IV. Это картина Клуэ (школа Фонтенбло).

 

 

Герцогиня символическим жестом показывает, что у сестры вскоре родится ребенок.

 

 

 

Есть даже наш ВВП., который умудрился раздеть не только Россию, но и короля Карла VII.

 

Лувр. Мы там так устали, что попросили, чтобы нас отвезли в отель. Что было и сделано, после приятного ужина в маленьком парижском ресторане. Приведу короткое впечатление Лили от посещения Лувра – “когда идешь по великолепным залам Лувра, то узнаешь и восхищаешься сложной историей развития человечества на Земле, отраженной в тысячах живописных картин”.

Следующий день посвятили музею д’Орсэ, прогулке по Монмартру, площади Плас-Пигаль, “где весельем надо лгать”, а вечером совершили прекрасную прогулку по Сене…

Д’Орсэ - детище президента Помпиду. Он в 1973 году решил создать этот музей в помещении заброшенного старого железнодорожного вокзала. В этом музее на площади 45000 квадратных метров выставлено более 4000 произведений живописи, скульптуры, графики и т.д. Пресса называет д’Орсэ “самым прекрасным музеем Европы”. Во как!

Д’Орсэ это идеальный переход от Лувра с его классическим искусством к Центру Помпиду – храму современного искусства. В этом музее есть и то и другое. На нижнем этаже находится живопись и скульптуры 1850-1870 годов. Там представлены Энгр, Делакруа, Мане, Моро и другие художники того времени. На втором этаже - живопись импрессионистов и постимпрессионистов. Там можно наслаждаться картинами Моне, Ренуара, Писсаро, Дега, Мане, Тулуз-Лотрека, Гогена, Ван Гога и многих, многих других известных художников. Я чуть позволю себе отступить от логического повествования, и отметить, как мне кажется, важный момент. На втором этаже висит прекрасное полотно Джорджа Сёра “Цирк” – основателя нового направления в живописи. Он использовал в своем творчестве современные достижения науки в области и физики и оптики. Мишель Шевроле открыл некий закон, который объясняет влияние друг на друга в восприятии человеческим глазом цветов, соседних друг с другом по их спектру. Сера стал основоположником нового направления живописи, которая базировалась на новых законах физики передачи и восприятия цвета. Это направление в живописи получило свое название – “дивизионизм” или “пуантализм”.

Этот вид живописи (рисование точками разных цветов) настолько ярко отражает объект(ы), что порой кажется – это не плоское полотно , а объемное…

На первом этаже, почти рядом с входом стоит скульптура “Авроры” Дени из белого мрамора. Я был потрясен! Шикарные, длинные, развевающиеся волосы она поддерживает своими красивыми ладонями. Как из камня можно создать такие тонкие, изящные произведения?! Нечто подобное, я увидел позже – в Коркоранском (Corcoran) музее изобразительного искусства в Вашингтоне. Но об этом ниже. “Аврора” Дени, да и в целом музей д’Орсэ – одно из наших ярких впечатлений от Парижа! Кто-то из умных людей сказал, что каждый человек хотя бы раз должен побывать в Париже. С этим можно согласиться и добавить - не один кратковременный раз, а много раз. Еще лучше, наверное, жить там. Но все человечество не может туда перебраться. Сегодня и так целые кварталы Парижа заселены мусульманами. На улицах города встретишь больше негров, чем белых людей…

Продолжим.

Монмартр. Хочется добавить - “…у костра, сегодня как вчера и перестань, не надо про Париж”.

Но в данном случае – это счастливая реальность. Над всем Парижем на холме возвышается гигантская базилика Секре-Кер. Это центр района Монмартра. Мы с удовольствием поднялись по широкой лестнице, где молодые люди предаются радости жизни. Играют на гитарах, поют, целуются и вообще ведут себя абсолютно раскованно. Это создает такую приятную ауру, что сам начинаешь чувствовать себя молодым и влюбленным. Интерьер громадной базилики настолько роскошен и беспорядочен в стилях, что вызывает некоторое недоумение. Но, как говорится “не нашего ума дело”. Кстати сказать, именно здесь находится на громадной высоте (90 метров) самый большой в Европе колокол. Мы с Лилей зашли внутрь базилики. Поставили свечки за своих близких, насладились всем этим великолепием и вышли на знаменитую площадь. Знаменита она тем, что на этой площади в кафе “Богема” собирались малоизвестные тогда (18-19 века) художники. Замечу, что это Эдуард Моне, Клод Мане, Камиль Писсаро, Джордж Сёра, Пьер Ренуар и другие звучные сегодня имена. Цены на картины, которых сегодня – миллионы долларов. В то время, кстати сказать, как и сегодня, на площади они создавали свои шедевры. И кто знает, те молодые художники, которых множество и сейчас на этой площади будут также знамениты, как их предтечи. Я бы с удовольствием приобрел хотя бы одну картину молодых ребят, но цены…

Хотя конечно, если бы не тряпки и прочие необходимые сувениры, я смог бы купить интересную для меня картину. А такие там были. Жаль, что пошел на поводу у супруги…

 

 

 

Базилика Секре-Кер. Монмартр.

 

Мы прогулялись по бульвару Клиши, осмотрели, правда, снаружи Мулен-Руж, прошлись по площади Плас-Пигаль и после всех этих прогулок по Монмартру, нас повезли в Ля Де Фанс. Это новый современный район на западной окраине Парижа, строительство которого началось в 1955 году на площади более 130 гектар. Район, каких много в разных городах и странах. Единственной интересной достопримечательностью района Де Фанс это большая арка Братства. Она действительно большая, ее высота достигает 110 метров, а весит она, как утверждают справочники более 300000 тонн. Она завершает прямую линию, соединяющую площадь Согласия, Елисейские поля, парк Тюильри, Лувр, улицу Риволи и завершается эта прямая на площади Бастилии. Такое архитектурное решение должно символизировать устремление Парижа в III тысячелетие.

Естественно мы поднялись на этот квадрат, оттуда открывается великолепная панорама Парижа. Кое-что я поснимал. Наших женщин поразили, что бы вы думали, туалеты! Это было у них самое яркое впечатление от посещения этой знаменитой арки.

Нотр-Дам. Он расположен на острове Ситэ, и олицетворяет собой центр города. Перед этим изысканным собором находится небольшой мраморный, обитый металлом круг, от которого тянутся указатели до разных городов мира, с указанием расстояний до них. Там есть и Москва.

 

 

Собор Парижской Богоматери

 

Естественно, мы зашли внутрь и в очередной раз поставили свечи за здоровье наших близких.

О Нотр-Даме так много написано, а потому чего-либо интересного я добавить вряд ли смогу. Самое сильное впечатление оставляет, конечно, его архитектура. С одной стороны, вроде бы некая незавершенность фасада, с другой – именно эта незавершенность его башен отличает Собор Парижской Богоматери от всех других соборов мира. Фасад Собора разделен по вертикали пилястрами на три части, что хорошо видно на фотографии, а по горизонтали – галереями на три яруса. Нижний ярус имеет три глубоких, художественно исполненных портала. Над ними идет аркада галереи королей с двадцатью восьмью статуями, представляющими королей Израиля и Иудеи. Так сказала наш экскурсовод. На площади, перед Собором, зарабатывает деньги клоун, весь в белом, даже маска на лице белая. Лиля подошла к нему, он нежно погладил, а потом поцеловал ее ручку. При этом, что-то говорил. Я все это снимал и не вникал в суть происходящего действа. Но все, же сообразил, что ему нужно дать какие-то монеты. Крикнул об этом Лиле, но она не среагировала. Тогда я сам подошел к нему, но от меня он отвернулся…

С острова Ситэ, от Нотр-Дама, мы пошли в Сорбонну, что на противоположном берегу Сены. Мне было интересно окунуться в ауру этого знаменитого Университета. Но были каникулы, студентов мало, но, тем не менее, впечатление от университета было приятным и запоминающимся…

Вообще о Париже нужно писать отдельную повесть. А посему я закругляюсь и опишу еще лишь путешествие по Сене и поездку в Версаль.

Вечер. Сумерки. Огни еще не зажглись. Мы приезжаем на главную туристическую пристань Сены. Берем билеты и усаживаемся на открытую палубу длиннющего теплохода. Сена. Вечерний Париж. О чем еще можно мечтать. И вот мы плывем от острова Ситэ, на фоне Нотр-Дама, и мрачного, но величественного здания Консьержери, плывем под мостом Александра III, где нас, шутя, обливают пресной водой, проплываем мимо музея де Орсэ и, наконец, вечерне, красиво освященная Эфелейвая башня.

 

 

Ночной Париж

 

Но я не удержусь, чтобы не отметить, что в моем фильме путешествие по Сене выглядит куда привлекательней, чем здесь – на этих фотографиях. I am sorry. На берегах вечерней Сены тут и там влюбленные парочки. Много просто веселых компаний, раскинувшие свои “столы” прямо на асфальте набережной. Все они приветствуют твой теплоход, радуясь жизни и любви…

Последний день в Париже. Нас повезли в Версаль. Что сказать? Версалю далеко до нашего Петергофа по ряду причин. Первое – в Версале дефицит воды. Поэтому фонтаны включаются на вполне определенное время. Но преимущество версальских фонтанов перед Петергофом – это их музыкальное сопровождение. Как только включаются фонтаны – включается красивая классическая, всему миру известная музыка. И это здорово! Второе – Версаль это все же более раннее творение рук человеческих. А Петергоф – это некая копия Версаля, с учетом всех его недостатков. Поэтому наш Петергоф на пару порядков превосходит знаменитый на весь мир Версаль…

Я отдаю себе отчет, что не мое дело критиковать такие божественные создания многих поколений талантливых зодчих, но я пишу лишь о собственных впечатлениях. Пусть меня простят те, кому на глаза попадутся эти строчки…

1995 год

Получаю приглашение принять участие в Международной Ассамблее по физике океана (IAPSO).

Международный Союз Ученых оплачивает мне все расходы. Тема доклада на мое усмотрение. Ассамблея проходит в Гонолулу, на Гавайях! Черт возьми, конечно, ДА!...

 

 

Купил стыковочные билеты Москва – Лос-Анджелес – Гонолулу. Обратный билет Гонолулу – Нью-Йорк - Москва я заказал тоже в Москве. При этом с задержкой в Нью-Йорке на столько, на сколько захочу! Бешеные деньги. Но поскольку все оплачивалось, я был спокоен. Сережа повез меня в Шереметьево. Ехали с небольшим запасом времени. И вдруг Сергей проскакивает поворот в аэропорт. Это по кольцевой дороге с односторонним движением. Чтобы развернуться нужно проехать километров 10 вперед, не менее. А это время. Тем не менее, благодаря водительскому опыту сына, мы во время приехали во время в аэропорт. Я зарегистрировался, сел в самолет, но… увы. Самолет по техническим причинам задержали ровно на два часа – время моего стыковочного рейса на Гонолулу из Лос-Анджелеса! Наконец летим. Через какое-то время командир самолета просит посмотреть направо – Северный полюс. Еще через какое-то время наш самолет приземляется в Сиэтле. Нас всех выводят в ангар, правда со всеми удобствами и даже с ресторанчиками, но границу в Сиэтле не открывают. Через 50 минут нас вновь сажают в самолет, и, слава Богу, мы через час-два приземляемся в гигантском аэропорту Лос-Анджелеса. Мой самолет на Гонолулу улетает через несколько минут с другого терминала, о котором я и понятия не имею. Забыв все приличия порядочных людей, я пролетаю сквозь очередь, ждущих перехода границы американцев и русских, и показываю свой билет на Гонолулу в будке пограничника. Пограничник, махнул на меня рукой и шлепнул штамп в паспорт о моем прибытии. Схватив свой маленький чемоданчик, бегом ринулся на выход с тем, чтобы переехать в другой терминал. А я уже выяснил, с какого терминала уходят самолеты на Гавайи. На пути стала какая-то ветеринарная служба, но я, весь в поту размахивая билетом, проскочил через них и выскочил на улицу. Тут же кинулся к полицейской машине. Сказал, что мне нужно на гавайский самолет, а куда мне бежать я не знаю. Полицейский, молодой симпатяга, кинул мой чемоданчик в багажник и лихо нажал на акселератор. Через пару минут мы уже были у гавайского терминала. Но, увы. Посадка закончилась. Самолет уже выруливал на взлетную полосу. Мою фамилию занесли в компьютер и сказали приехать в аэропорт завтра к восьми утра. На подсадку, т.е. если будут места, то меня посадят. А где ночевать? Вопрос не праздный, но чисто по-американски, мне тут же предложили сесть на такой-то автобус и он меня доставит, кстати, бесплатно, к отелю гавайской линии. Это не далеко от аэропорта. Заплатив 30 баксов за ночевку, я получил вполне приличный номер и тут же, приняв душ и попросив, чтобы меня подняли в 7 утра, завалился спать. Мой светлый день длился 26 часов! Утром, в аэропорту, таких как я десятки людей. Я с унылым видом подошел к столику регистрации, который находится прямо на перроне, т. е. у выхода на посадку. Самолет швартуется прямо к этому выходу. За стойкой была милая дама и, здоровенный негр. Я что-то стал говорить об опоздании на Международную Ассамблею и прочую ерунду, в силу своих языковых возможностей. Мне было сказано примерно так – иди, сядь в кресло и слушай объявления. Что я и сделал. Когда основная масса законных пассажиров вошла в самолет стали объявлять фамилии людей на подсадку. Одна, две, пять, а моей фамилии как бы и не существует в их компьютере. Все. Снова пролетел. И вдруг, в последний момент приглашают меня. Я был последним, кто вошел в этот самолет. Но главное – стюардесса повела меня на второй этаж – в первый класс! Хотя билет был эконом класса. До Гонолулу лететь шесть часов с минутами. Я вообще впервые летел первым классом. Тем более американской, вернее сказать, гавайской авиакомпанией. Если коротко, то это простор, обжорство, сервис, который я ни когда ранее не испытывал. Но главное в другом. Мне в билете, я это разглядел чуть позже, проставили первый класс. А это значит, что я обратно до Нью Йорка тоже полечу первым классом! Америка, черт бы ее побрал…

Наконец, я приехал в Гонолулу. На берегу Тихого океана, прямо у знаменитого пляжа Вайкики Бич, мой отель Хилтон. Номер на 17 этаже. Сразу же мой карман почти опустел. Я выложил в “рецепшен” при регистрации около полутора тысяч долларов. Номер и место, конечно, шикарные. Так что денег не жалко, поскольку мне их все вернут, даже больше…

Но вернемся в Гонолулу – этот праздничный, красивый и безмятежный город.

Город тропический, красив, сугубо американский, но его пляжи нельзя привязать ни к стране, и тем более, к какому-то городу. Это пляжи Пасифики! Это бесконечные мелкопесочные с черным отливом пляжи, где всегда можно найти уголок для уединения…

Вайкики! Что может сравниться с этими отутюженными, чистенькими пляжами, которые каждый день в пять утра чистят специальной техникой на протяжении десятка километров!

Я отвлекся. Ассамблея. На пятый день мой доклад. Доклад посвящен взаимосвязи тайфунов Филиппинского моря и явлением Эль-Ниньо. Естественно, я волновался. Но интерес был настолько велик, что как-то само по себе волнение исчезло. Итак, конференция, вернее Ассамблея IAPSO. Я представил доклад о взаимосвязи Эль-Ниньо и эволюцией тайфунов в северо-западной части Тихого океана. Доклад вызвал довольно интересную дискуссию. Вообще, после моего сообщения пошел цикл работ по этой тематике. Adam Sobel, Susana Camargo, Kerry Emanuel and et.al, выпустили целую серию работ по взаимосвязи тропических ураганов с явлением Эль-Ниньо.

Одним словом, доклад прошел успешно. Поскольку научная сторона мало кого интересует из читателей этого опуса, я хотел бы обратить внимание на организацию Ассамблеи.

Прежде всего, это официальное открытие. Начала его знаменитая оперная певица Гонолулу (если я не ошибаюсь – сопрано). Коренные жители Гавайских островов - это полинезийцы. Поэтому она пела на полинезийском языке с его темпераметром и спецификой. Затем выступления губернатора штата, представите





sdamzavas.net - 2018 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...