Главная Обратная связь

Дисциплины:






Активные мероприятия. Рация неожиданно ожила



 

Рация неожиданно ожила.

— «Первый»! У меня — два «щелчка»! Как понял? Два «щелчка»! — все с теми же нотками паники повторил мужской голос.

— Кто? «Второй», кто стрелял?! — прорычал Владислав в рацию.

— Не видел. Только слышал «щелчки».

Владислав скрипнул зубами.

— «Круг»! Сопровождавших «Архитектора» задержать! — Он отдал команду своим обычным, лишенным эмоциональной окраски голосом.

Снял машину с ручного тормоза. Завел мотор.

И неожиданно рванул с места так, что Наташу швырнуло на заднее сиденье.

Разметав колесами лужу, машина вырвалась из засады. Заложила крутой вираж и на полном ходу нырнула в темный проезд, ведущий к клубу.

 

* * *

 

У облупленного каменного забора типографии скопилась темнота густая, как чернила.

Пришлось включить точечные фонарики. Острые лучики заскользили параллельно земле, высвечивая пологие бугорки и кучки мусора.

— Есть! — раздался справа свистящий шепот Наташи.

Владислав, не выключая фонарик, встал с корточек и пошел на звук.

Глеб Лобов лежал навзничь на спекшейся груде бумажной трухи.

Переворачивать не пришлось, чтобы найти раны.

Рубашка лоснилась от крови. Чуть выше индейской бляхи чернели две маленькие дырочки.

— Точно в аорту, — произнес Владислав. — Чистая работа.

Сидевшая на корточках Наташа подняла белое в темноте лицо.

— Что делать? — прошептала она.

Владислав промолчал. Смотрел куда-то поверх среза забора.

Очнулся и коротко выдохнул:

— В машину!

Наташа подскочила, рванулась вперед, к узкой дорожке.

Владислав цепкими пальцами поймал ее за локоть. Развернул к себе лицом.

— Дура. Его — в машину, — отчеканил он.

В клубе раздался новый всплеск подвываний и глухой топот. Из высоких окон наружу сочился багровый свет, заляпанный черными разводами теней.

На запрокинутом лице Глеба плясали тени. Багровые отблески тускло вспыхивали на страшно выкаченных глазах.

 

 

Глава тридцатая. «Дороги, которые нас выбирают»

 

Странник

 

Максимов уронил руку с дивана, на ощупь нашел пиликающий мобильный.

Протер глаза и уставился на дисплей.

— Ненормальная, — недовольно пробормотал Максимов, разобрав цифры номера.

— Да, Лиза, слушаю.

В трубке слышалось дыхание. На заднем фоне на полных оборотах низко гудел движок автомобиля.

Максимов отчетливо представил себе приплюснутый «мицубиси эклипс» Лизы, торпедой несущийся по ночному городу. Невольно поежился.

«Нет, не везде хорошо, где нас нет. Если гонит, как тогда, с похорон Матоянца, да еще так же „под шафэ“, может легко оказаться без башни. В прямом смысле», — подумал Максимов.



— Слушаю!

— Максим, я хочу вас видеть, — после паузы промяукала Лиза.

— Законное желание, но не вовремя.

— Ты не один?

— Какая разница, если я уже сплю!

— Могу объяснить. Вот приеду… И объясню.

Максимов промолчал, закусив губу, чтобы не сказать все, что подумал.

— Хочешь меня, Максим? Я тебя — очень, очень, очень!

«Так, пол-литра как минимум приняла, — определил по придыханиям и шепелявости Максимов. — Выросли девочки, нечего сказать».

— Ну, давай адрес, Максим! — потребовала Лиза.

— Карина с тобой?

— А-а-а. А я губу раскатала! Карина, как же… Пять «лимонов» наследства.

— Слушай, девочка, я же и по попе ремнем дать могу!

— Пра-а-вда-а? Как мило! Я уже штанишки снимаю.

— Так, овц… девочка, — с трудом поправил себя Максимов, — Карина с тобой?

— Козел! — выплюнула Лиза. — А насчет Карины позвони Глебу Лобову. Семьсот сорок пять, пятнадцать пятнадцать. Он как раз сейчас на ней лежит. А я…

Связь оборвалась.

Максимов нажал на повторный набор. Но Лиза трубку не взяла. Терпения Максимова хватило дождаться десятого гудка.

Он потер переносицу. Потом поскреб затылок.

Прошел к столу, включил настольную лампу. Из стаканчика для карандашей вытряс пластинку сим-карты.

«Биплюсовская» ни разу не задействованная карта — гарантия сохранения инкогнито.

Заменив сим-карту в телефоне, Максимов набрал номер Лобова.

Абонент на связь выходить не захотел. После десятого гудка Максимов нажал на кнопку отбоя.

Отложил телефон. Сел, подперев голову руками.

Часы равнодушно показывали пятнадцать минут второго. Им, железным, было все равно, как и на что убивают время люди.

За неполных три часа глубокого забытья, в которое погрузил себя Максимов, организм едва успел прийти в себя. Но грозился объявить лежачую забастовку, стоило подумать, что надо встать и действовать.

Максимов отлично знал себя. Будет надо, встанет, никуда не денется, и сделает, что требуется. И еще чуть-чуть сверх того. Но сейчас отчетливо чувствовал, что надо сидеть неподвижно и слушать себя.

Что-то явно изменилось в мире. Произошло что-то чрезвычайно важное. И незримые волны изменений уже покатились, круша и опрокидывая планы одних, неожиданно вознося к вершине других и безжалостно сталкивая в бездну третьих.

Надо только подождать. Не тревожить себя. И обязательно, если не услышишь, то почувствуешь накат невидимой волны.

 





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...