Главная Обратная связь

Дисциплины:






Глава 22. Мата Хари



«Все, ребята, харэ,

Отработали лавэ!»

(Ляпис Трубецкой)

 

1 октября 2012

Если у Сони и были некоторые угрызения совести по поводу Вересова, после разговора с Зотовым они исчезли. Главное сейчас – провернуть все так, чтобы Вадим ни о чем не догадался. Постонала-поохала насчет семинаров, жестоких преподов, каждый из которых думает, что его предмет единственный и наваливает студентам заданий как Камаз – навоз на огород по осени, и отпросилась к «однокурсникам». Читать конспекты, гонять друг друга по вопросам, естественно, на всю ночь - уж заниматься, так по-настоящему!

Труднее было объяснить, почему её не надо отвозить на машине и встречать утром, но и тут сошло с рук: на метро ехать минут 10, от станции шагать пять, а вот на машине можно попасть в пробку, изнервничаться, а утром после ночных занятий выдергивать её как морковку из гостей вообще жестоко! Лучше самой домой к обеду добраться…

Ненакрашенная, в простых джинсах и кроссовках, состроив грустную мордочку, Соня положила пару тетрадок в большую спортивную сумку на глазах Вадима, который мешал поцелуями несчастной страдалице. Запретив себе звонить, а то ей и так заниматься не хочется, и демонстративно выключив звук на новеньком смартфоне, подаренном Вадимом в честь первого концерта «Сапфиров», девушка упорхнула.

Соня на всякий случай честно спустилась в метро и поехала к ближайшему вокзалу. Нет, она не думала, что Вадим может за ней следить, но зачем нарываться по–глупому, садясь в такси на углу его дома? Пусть неудобно, но семейное благоденствие того стоит! Кстати, пять – пора звонить! Пообещав приехать через 30-40 минут, Соня зашла в платный вокзальный туалет, переоделась – каблуки, юбка до середины колена, деловой пиджак, легкий макияж, дорогие духи, изящная, но деловая сумочка. Было не очень удобно извиваться в тесной кабинке, но зато там никому до её преображения дела не было: люди часто едут в простой одежде, переодеваясь перед выходом в столицу. Конечно, логичнее это сделать в поезде, но мало ли у кого какие обстоятельства? Да и вряд ли замотанная кассирша обращает внимание на выходящих – ей главное, с входящих плату взять!

Пристроив сумку в камеру хранения, Соня почувствовала себя тем, кем надо – умницей, красавицей, предусмотрительной и удачливой девушкой, решительно и гордо идущей на работу во имя своего будущего!

Девушка спокойно вошла в холл апарт-отеля, скользнула чуть заинтересованным взглядом по кривым японским деревцам у ресепшен. Симпатичный парень за стойкой приветливо улыбнулся.

- Добрый вечер, я в 705-й номер. София Харлова.

- Одну минутку, - парень заглянул в свои записи и тут же кивнул девушке, - Вас ждут. Лифт справа.



- Спасибо, - кивнула Соня, развернувшись на каблучках. На нужном этаже она поняла, почему ей указали на этот подъемник, а не на общий лифтовый холл: небольшая часть коридора была отгорожена под предвыборный штаб, а у лифта сидел охранник. Он оглядел девушку с головы до ног, и позвонил в номер Вересова. Дождавшись ответа, показал Соне на дверь соседнего, 706-го номера:

- Проходите, пожалуйста.

Конспирация, усмехнулась Соня и легонько постучала в дверь. Дождавшись ответа, зашла. Николай Алексеевич сидел за компьютерным столом с включенным ноутбуком. Увидев Соню, Вересов довольно улыбнулся, и, поднявшись с кресла, с легкой улыбкой подошел к ней.

- Соня! Ты очень точна, это очень приятно!

- Точность – вежливость не только королей! – нежно улыбнулась мужчине Соня, не забыв скромно опустить глазки. Она почувствовала, что угадала и с одеждой, и с высотой каблука и с макияжем – её вполне можно было принять за сотрудницу штаба, явившуюся с отчетом. Во всяком случае, ни во взгляде парня на ресепшен, ни в глазах охранника не было и следов коктейля из легкой насмешки, понимания, пренебрежения и приценивания, которым обычно сопровождают «девочку по вызову» люди из обслуги. Соня выглядела обычной симпатичной москвичкой, которая здесь по делу, а не в поиске приключений.

Вересов помог девушке снять пиджак, жестом показал, что сумку необходимо оставить в прихожей, и так же молча пропустил ее внутрь номера. На низком стеклянном столике возле огромного мягкого дивана обнаружилась бутылка красного вина и блюдо с фруктами. Вересов присел на диван, разлил вино по бокалам, оценивающе посмотрел на стройную фигурку стоящей девушки. А она умеет себя вести: не плюхнулась рядом без приглашения, не закатилась с порога идиотским смехом, и никаких следов вульгарности в одежде. Дорогая штучка! Похоже, он с ней не ошибся.

- Присаживайся, Соня! – улыбнулся он девушке.

- Конечно, Николай Алексеевич! – Соня села рядом с мужчиной так, чтобы его взгляд без препятствий скользил и по округлым коленкам, и по высокой груди в маняще расстегнутой на пару пуговичек кофточке.

- Ну что, Сонечка, как твоя группа?

- Спасибо, все замечательно, скоро будут новые концерты.

- Даже не сомневаюсь, ты - главное украшение группы, - Вересов протянул бокал девушке, - За «Сапфиры»!

- Спасибо, за «Сапфиры»! Вино превосходно, Николай Алексеевич, - Соня отставила бокал, откинула волосы за спину, положила в ротик одну виноградинку, чуть повращала её на языке, ожидая от мужчины знак перехода к следующему этапу.

Вересов усмехнулся. Ну да, утром деньги - вечером стулья, девчонка права.

- Думаю, эти сапфиры украсят даже твою прекрасную руку! - Мужчина застегнул изящную вещичку на запястье девушки. Браслет был действительно хорош, и своих денег стоил. И засверкавшие глаза его будущей хозяйки – тоже. Вот позвонил бы еще неожиданно пропавший Марушев, и можно было бы полностью расслабиться! Во всяком случае, все советы начальника охраны исполнены: накануне и сделки, и выборов любые утечки информации или скандалы были опасны. Так что посетители приходили сюда, в номер, который дважды в день проверялся на жучки, видеокамеры и прочие шпионские примочки, одежду и сумки посетители оставляли в прихожей, отделенной от рабочего помещения экранированной дверью.

- Спасибо, он чудесный! – Соня была вполне искренна, браслет был и впрямь хорош, под него можно и в долг взять нужную сумму и расплатиться с жадной глистой, будь он неладен! Из-за этой сволочи она сейчас изменяет Вадиму, а это последнее, что ей хотелось бы делать! Впервые она чувствовала себя так хорошо, спокойно и надежно рядом с мужчиной. Он не просто был с ней - он о ней заботился, баловал. И любил. Запоздало Соня подумала: а попроси она деньги у Вадима – дал бы? Конечно, дал бы! Но пришлось бы что-то объяснять, выдумывать, а лгать Мельникову ей не хотелось. Вот кому угодно и что угодно – пожалуйста, без проблем! Но не ему… Хотя что теперь, поздно ромашкой прикидываться. Сейчас все её материальные проблемы на время будут решены, а потом она просто выкинет из головы и этот номер, и этого красивого взрослого мужика с холодными глазами и всё понимающей усмешкой! Соня вопросительно подняла глаза на Вересова, постаравшись придать взгляду максимально зазывающее выражение, а для большей доходчивости чуть прерывисто вздохнула, положила руку с браслетом на колено и провела ею вверх по ноге. Сонины намеки были немедленно и благосклонно восприняты. Вересов улыбнулся и жестом показал девушке на дверь справа от входа:

- Тебе туда.

Соня с облегчением улыбнулась. Политесы ей уже надоели, да и напрягала несколько неизвестность: а вдруг Николай Алексеевич каким-нибудь тайным сексуальным маньяком и садистом окажется? Хотя особенно сильно она не боялась – все-таки не в глухой бирюлевский особняк в три часа ночи притопала! Да и трюк с оставленной у входа сумкой ей более чем понятен: компромата будущий политик боится, вдруг у неё там батарея камер? Сейчас она еще в душ прогуляется, под полотенцем уже ничего не спрячешь. Да вряд ли её тут мучить будут, охранник какой-никакой, а свидетель! Так что максимум, что её ждет – очень жесткий секс, но она потерпит. Закроет глаза и будет думать об Англии, то есть о браслете, квартире и Вадиме…

- Мне потом одеться? – Соне хотелось предугадать все желания мужчины, чтобы ничем не вызвать его неудовольствие - она кожей чувствовала, что его что-то беспокоит, и вольное поведение с отцом Леры может оказаться опасным.

- Думаю, ты устроишь меня сама по себе…

***

Через час Соня с Вересовым устало ели виноград, запивали его вином, полностью довольные друг другом. Соня, похоже, смыла свою внешнюю скромность в душевой кабинке, и была так активна, темпераментна и согласна на любые эксперименты, что Вересов почувствовал себя юным студентом, изучающим позы Камасутры с 300 по 350-ю на пару с веселой раскованной однокурсницей. Ну что ж, девочку Соню, если она докажет, что умеет держать язык за зубами, ждет неофициальное, но хорошо оплачиваемое место в его жизни. Без сомнений, съемки клипа или отдых на Мальдивах его малышка отработает на все сто! Решить бы быстрей вопрос с Марушевым, убедиться, что он улетел, и заняться бы Соней поподробнее…

Будущая звезда эстрады была настроена не столь радужно, и кляла себя выражениями, где из приличных слов были только союзы... Как же так, ей реально понравилось в койке с неизвестным мужиком, и никаких имитаций оргазма не понадобилось! Наоборот, ей хотелось продолжения, даже если и бесплатно! Тело еще тонуло в сладостной мгле, а к глазам уже подступали слезы. Соня сама не понимала, как это получилось – ведь она же любит Вадима! Она ни разу не говорила этого Мельникову, но она его любит!

Соне не раз говорили, что она эгоистичная с*ка, но её это даже не обижало. Она подростком решила, что никому ничего не должна, ощетинилась колючками, как ёжик, и больших проблем с чужими чувствами не испытывала. Девушка никогда не была злой, и по мелочам людям иногда помогала. Если ей этого ничего не стоило, конечно. Старушкам в гололед могла руку подать, чтобы помочь спуститься с высокой ступеньки. Её бабушка в такой ситуации упала, шейку бедра сломала, и Соня хорошо помнила, сколько они с матерью вынесли, пока за лежачей ухаживали! Но поступиться своими интересами, принципами, временем, планами ради кого-то, кроме мамы и бабушки, девушке в голову не приходило! Но если бы её помощь понадобилась Вадиму? Пожалуй, ёжик спрятал бы колючки. Растворившись в его добрых глазах, слившись с ним в единое целое – как можно было остаться прежней?

Так почему сейчас она не просто отрабатывала обязательную программу на автомате, а билась в судорогах, стонала, дрожала, приникала к чужому мужскому телу с такой готовностью? Получается, она, Соня - шлюха, дрянь и нимфоманка? И она действительно изменила Вадиму? Как тогда ему в глаза смотреть и врать? Она могла себе много представить, идя в этот номер - и что заплатят мало, и что ей не понравится, и что будет сносно, но всё это не измена, а работа, а вот этого представить не могла… Соня с горечью подумала, что с Вересовым, который купил её на пару часов или на ночь, раскрепоститься было легче, чем с Вадимом. Тот смотрел на неё, как на божество, и не знал, сколько она врала ему, и какая Соня тварь… А ей невольно приходилось соответствовать этому имиджу! Ведь Вадим такой милый, веселый, похожий на огромного добродушного медведя, не может у него быть такой шалавы в подругах! Вот только как он мог дружить с преступником и психом Карповым? Глист сказал, что они друзья с детства. Может, поэтому, это ж как родственники почти – особенно не выберешь, с кем в одном районе живешь, с тем в детстве и дружишь…

***

Звонок телефона прозвучал так неожиданно, что Соня вздрогнула. По тому, как резко Вересов рванул к мобильнику, поняла: он очень ждал этого звонка. Все время ждал! Интересно, он и с неё бы так резво соскочил? Все правильно, какое ему дело до Сони… Почему-то стало обидно, пусто и даже холодно. Но это хорошо: хватит тут млеть! Лучше погреть ушки, Зотов просто так прощать долг не станет…

***

- Что? Вы его так и не нашли? Он не вышел на связь во второй раз, а ему в три ночи лететь! – Вересов в явном раздражении нервно и громко говорил в трубку, - Что говорит Свирнин? Как возможно убит? Вчера, в ресторане? Это точно Марушев? А кто знает? Подходит по приметам… Так, даже если это не он, времени уже практически нет. Свирнину скажи, чтобы завтра это дело расследовали! – мужчина вспомнил про девушку, с сожалением быстро взглянул на раскрасневшееся личико.

- Соня, у меня некоторые проблемы…

- Мне уйти? - понятливо ответила девушка.

- Да, одевайся поскорее.

- Конечно, Николай Алексеевич, - покорно прошептала Соня и потащилась в ванную. Впрочем, легкое огорчение и обида за то, что её так легко выставили из номера, не помешали девушке оставить дверь неплотно прикрытой. Убийство в ресторане, вчера… А вдруг это то самое?

- Нет, времени на номинальный сервис уже нет. Заседание директоров завтра в 10. Я сам полечу в Цюрих. Да, у меня есть генеральная доверенность на все её акции. Пришли мне сейчас на факс информацию по «Вениле». Да, в номер, с заверенной электронной подписью. Второй комплект билетов на три двадцать выкупи из брони, я еду домой за остальными документами. И еще: с завтрашнего дня приставите к моей дочери персональную охрану, пока я не вернусь!

Наскоро ополоснув лицо, Соня быстро одевалась, пропустив остальные гигиенические процедуры: пропустить из-за шума воды хоть слово было бы непростительной глупостью! Она слышала, как Вересов ходит по номеру, вызывая чей-то номер.

- Лера! Сколько можно не брать трубку! Я понимаю, что ты уже взрослая, но сейчас, дочь, постарайся все свои реплики пропустить!.. Да, кое-что случилось, мне необходимо, чтобы ты немедленно поехала домой. Да, даже если ты там с кем-то зависаешь - выползай и быстро домой! У нас срочный разговор. Не телефонный, Лера! Все, жду дома! - Вересов оглянулся на шорох за спиной. Нет, Соня действительно ценная находка! Пять минут – полностью одета, и не единого лишнего слова. А ему надо успокоиться. Неужели убитый в кабаке – Марушев? И случайна ли эта смерть? Кто еще мог знать об этом чертовом внеочередном заседании директоров? Но сейчас можно позволить себе пару минут передышки. Время еще есть. Вересов опустился на диван.

- Соня! Прости, дела, но мы еще увидимся. Давай по бокалу за наше приятное знакомство?

- Конечно, - мило улыбнулась девушка.

В этот момент раздался звонок факса, и после ответа Вересова из аппарата поползла бумага. Мужчина начал наливать вино в бокалы. Нет! Все-таки он сейчас взвинчен до невозможности! Вересов с досадой смотрел на бокал: он перелил вино, на столике лужа, и его рука в красной липкой жидкости! Как будто кровь, некстати подумалось ему. Надо смыть!

- Николай Алексеевич, тут бумага прямо на вино опускается, я подержу, чтобы не испачкалось?

- Да, хорошо! - Вересов быстро вернулся в комнату, едва смыв вино с рук, и забрал полученный факс из рук Сони. Вряд ли девчонка что – то поймет в бумагах, но все-таки имена конечных бенефициаров - одна из главных коммерческих тайн его бизнеса, на время депутатской компании переданного номинальному владельцу.

- Тебе вызвать такси?

- Да нет, еще рано, я прогуляюсь и на метро!

- Я позвоню! - Вересов коротко поцеловал девушку, быстро выскользнувшую за дверь номера. А теперь – домой, и быстро!

***

А теперь – звонить Зотову и пусть он быстро ищет нотариуса! Соня чуть ли не вприпрыжку неслась от Вересова. Нет, Зотов, конечно, повыделывался, обозвал её дурой, которая ничего в графиках нотариусов не смыслит, но недолго: видно, грантовская компания унд Вересов прямо-таки будоражили его сознание.

Так что в девять вечера их дружная компания встретилась в приемной нотариуса, и все покатилось по намеченному Соней плану: обмен расписками, документами, перевод денег с карты на карту через банкомат в холле соседнего банка, и укладка документов на квартиру в давно арендованную ячейку.

Гад даже взял сапфировый браслет в счет долга, хотя Соня клялась, что завтра возьмет кредит и привезет недостающую сумму. Ну, что с глиста возьмешь, кроме поноса… Да и не понесешь же такую вещь домой Вадиму без подготовки! Так что на зотовской жадности Соня решала не зацикливаться.

- Ну, так чего ради ты меня сюда так срочно вытащила? Что ты такого узнала? - у Зотова чесались кулаки вломить наглой Соньке, если она притащила пустышку и заставила его отдать документы раньше реальных результатов агентурной работы.

- Имена конечных бенефициаров «Вениле» на сегодняшний день, - гордо ответила девушка.

Зотов недоумевающе пожал плечами.

- Что за Вениле и чем мне это интересно?

- Это компания, в которую, по-видимому, стекаются все финансовые потоки и доходы с активов всех предприятий Вересова.

- Вот как! А почему «по-видимому»? Ты не уверена?

- Я только пару секунд видела последние строки факса, к тому же на инглише. Но там было самое главное: список группы компаний, которые, в конечном счете, перечисляют всю прибыль «Вениле», и имена реальных, а не номинальных владельцев бизнеса.

- А ты уверена, что все правильно поняла за пару секунд?

- Михаил Евгеньевич, я же финансово–экономический закончила, и практику операционистом в банке проходила. Это стандартный документ, - насмешливо молвила Соня.

- Ну, криминала тут вообще-то нет?

- Нет, это коммерческая тайна. Государство может потребовать назвать имена настоящих владельцев. Но за такие сведения конкуренты передерутся. Если вы что - то понимаете в бизнесе, Михаил Евгеньевич, то степень важности инфы оцените, - добавила яду в голосок Соня.

Зотов еще раз подивился фартовости нахалки Харловой. Это не только он оценит!

- Соня, а какие там компании были, запомнила?

- Нет, конечно, когда? Я же не могла рассматривать факс, так, только глаза скосила.

- А кто владельцы всего?

- Та-да-да-дам! Мистер Николай Вересов и мисс Валерия Вересова!

- Лера? Ты уверена? Она же вообще никакого отношения к фирмам отца и его деньгам не имеет!

- Ну, не знаю, - пожала плечами зотовская Мата Хари, - Она вообще может об этом и не знать, Николай Алексеевич мог оформить на неё часть акций, а управляет ими сам.

- И сколько у кого?

- У него – 51 процент, у неё - 49!

- И больше никого?

- На сегодняшний день - нет.

Вот это да! Лера точно не знала о том, что владеет таким богатством! И стоит ли еще кому-то об этом знать – вопрос?

- Ну что, я свое отработала? – победные нотки в голосе девчонки насторожили Зотова.

- То, что я авансом отдал тебе документы – да. А за то, что я тебе долг простил, еще поработать придется. Помнишь, о чем договаривались? Я должен знать о них все! Особенно о Карпове!

- Да помню, помню, - недовольно пробурчала девушка.

- Так что не теряй квалификацию, красотка, - решил напоследок подколоть свежеиспеченную единоличную владелицу московской хаты Зотов, - А что Вересов тебя так рано из номера выпинал? Отсосала плохо или бревном валялась?

- Вы неудачи из своей сексуальной практики на других-то не переносите, Михаил Евгеньевич, - сладко прошипела Соня, - Я вообще не причем, он в Цюрих в три ночи летит.

- Что? Он тебе сам сказал? – кровь запульсировала по венам как бешеная, Зотов с трудом сдерживал дыхание.

Соня с удивлением посмотрела на него:

- Да нет, ему кто-то позвонил, вроде убили кого-то в кабаке, Вересов сказал что полетит сам, билет велел выкупить, а сам домой, вещи, наверное, собирать.

- Точно сам?

- Ну да, вот этот факс с «Вениле» затребовал, Лерке позвонил, чтобы домой катила на разговор.

- А дальше?

Соня пожала плечами:

- А дальше я ушла. Кстати, это тоже важные сведения?

- Да нет, - с трудом выдавил из себя Михаил, - Давай по домам, Харлова, у меня еще дела!

- Оревуар! – Соня насмешливо послала Зотову воздушный поцелуй, и весело поскакала в сторону метро.





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...