Главная Обратная связь

Дисциплины:






Глава 36. The Show Must Go On



«И пусть мое сердце разрывается,

И грим, может быть, осыпается,

Но улыбка до сих пор на моих губах»

(Queen)

 

2 октября 2012 года

Что-то надо делать, что-то надо… Эта сволочь Степнов от Лерки не отходит, да и Карпов рядом пасется, наверняка… особенно с дружеской поддержкой и помощью не подкатишься, а чтобы вернуть её назад, нужно стать ей нужным! Зотов раздраженно гнал машину по московским улицам, строя планы, просчитывая варианты. Нет, торопиться не надо, но и запускать ситуацию – тоже! Пожалуй, надо прошвырнуться в СГУ, решил он, узнать, когда туда передадут дело об убийстве Вересовых, и кому. Со всех сторон полезная информация!

- Да ничего еще на самом деле неизвестно, - Макс Воронин, с которым Михаил когда-то работал в одном ОВД, пожал плечами, - У тебя что за интерес?

- Это моя бывшая девушка, - Зотов решил, что это как раз такой случай, когда проще ответить правду.

- Да ты же вроде женат был? – усмехнулся Воронин.

- Был, сын недавно родился, вот из-за неё и расстались, жене видюху с нами послала, идиотка! Ну, поговорили крупно с Леркой, разбежались, но сам понимаешь, не все равно мне…

- Ну, ты даешь, с сыном поздравляю! – Макс покачал головой, - Всегда тебе говорили умные люди, Мишка, доведут тебя бабы до цугундера!

- Макс, не до цитат, - поморщился Зотов, - Сам понимаешь… А вот за сына давай выпьем! У вас тут как с этим? - они сидели в служебном кафе ГСУ.

- Да по-разному, - подмигнул Воронин. Но сегодня - ничего не выйдет. У нашего генерала, Олега Андреевича, сегодня день, как говорится, ангела–хранителя. Фуршет для своих, сейчас уже кафе закроют, будут готовиться. Тут сегодня немало дел решится, может, и вересовское обсудят. Так что сыну ножки отдельно обмывать будем!

- Ну, это как водится, - хохотнул Михаил, - А что тут все, строго официально, без баб и музыки?

- Ну ты скажешь тоже, - улыбнулся Воронин, - Это не твои попойки в саунах с борделями! Сотрудницы будут только, генерал с женой, вон там обычно певец с синтезатором располагается или с гитарой, романсы, народные песни для души попоет, совковый такой репертуар, джаз. Ну, все такое приличное. По статусу.

- Понятно, - подавил зевок невыспавшийся Зотов, - Скучища, одним словом.

- Ну, не скажи,- слегка неодобрительно ответил приятель, - Это у нас в кабаках музыка гремит, а в дорогих европейских ресторанах на таких деловых приемах пианист слегка наигрывает, арфа, квартет какой-нибудь. Культура, понимать надо, лапоть ты московский!

- Сам-то! – заржал Зотов, - Думаешь, я не помню, как мы после зачета «Таганку» с тобой в караоке орали?

- Ты вспомни, как мы тогда ужрались! Еще потом к этой, как её… на дачу поехали, как её звали–то, не помнишь? Светка? Ленка? Аня? – безуспешно попытался напрячь память Воронин, но быстро бросил ментальные изыскания, - Неважно. Кстати, сегодня музыки вообще не будет, наверное.



- А что так? - равнодушно поинтересовался Михаил.

- Да певец внезапно голос потерял, грипп, что ли, при мне секретарю генерала звонил, извинялся.

- Ну и что? К вам только свистни – неужели артисты не прибегут? В такое-то место? – удивился Зотов.

- Во-первых, кого высвистишь через час? А во-вторых, современные артисты сам знаешь, как выглядят и что поют! Надо же, чтобы репертуар подходящий – военные песни там, романсы, ну и вообще, чтобы генералу понравилось…

Миша постарался выровнять дыхание. Сердце забилось в груди веселым борзым щенком. А ведь знает он такого артиста, вернее артистку – аферистку! Помнится, Мисс Наглость скакала по ветеранам как раз с военными песнями, романсами и прочей белибердой? И нравиться старым мужикам она умела в совершенстве – вон как под Леркиного папу удачно подсунулась! Правда, потом Вересову сильно в жизни не повезло, зато хоть перед смертью папик порадовался…

- Слушай, Макс,- медленно произнес Зотов, - Я могу попробовать помочь вам с музыкой. Человек проверенный. Если сейчас дозвонюсь…

***

- Зотов, ты обалдел, что ли? – от волнения Сонька забыла свои сладенько-издевательские «Вы» и «Михаил Евгеньевич», - Ты какого хрена мне в продюсеры определился? Еще чего! Я пошла!

Они сидели в машине Зотова у Сонькиного института. Девушка выскочила на минутку, даже не накинув куртку.

- Ты радуйся, что я тебе в сутенеры не всунулся! – резко бросил Зотов, - Ты не забыла, сколько тебе еще отрабатывать?

- Да что я в прокуратуре…

- В следственном управлении!

- Да мне однофигственно! Что я там делать буду, петь одна, без ансамбля, подтанцовки?

- Там всего этого и не нужно, Софья Владимировна. Помнишь, как ты дедушек патриотическим репертуаром облизывала, когда квартирку добывала? Вот это и будешь петь, вряд ли успела забыть!

- Никого я не облизывала! Пела, что им нравится, - возмутилась Соня, - И песни эти хорошие были, они даже плакали, молодость вспоминали! У тебя что, бабушки–дедушки никогда не было?

- Ну ладно, ладно, - примирительно ответил Зотов, - Ну ты же певица, это твоя работа! Заплатят же. Работы на час–полтора. К тому же место – то непростое, туда попасть нее каждый может, подфартило тебе, Харлова, так что цени! Языком там не чеши, не то место, поняла? Макияж особый не делай, гитару там или что возьми, документы.

- У меня только студенческий! Можно клавишные попросить, - включилась в рабочий процесс Соня, - Микрофон и флешка с минусами у меня с собой, а там усилитель с колонками есть?

- Я не знаю, ну, справишься как-нибудь, давай бегом, я тебя отвезу, позвоню на проходную, чтобы встретили.

Да, его агент Соня – четкая девица, надо признать! Через десять минут они уже ехали в ГСУ, в полной экипировке. Осталось только дать ей инструкции. Странно только одно…

- Соня, ты есть хочешь? Кофе выпьем?

- Давай, а то там будут столы накрыты, а мне ж работать…

- Итак, Соня… - они зашли в маленькое кафе, и, глядя на весело жевавшую бутерброды девушку, Михаил вдруг понял, что его царапает сегодня в Соне. Её вчерашнего любовника убили, а девчонка сияет, как майская роза! Сука, что тут скажешь!

- Значит, твоя задача такова: поешь, что нужно, стараешься понравиться, познакомиться, трешься между гостей, и смотришь, слушаешь, запоминаешь! Особенно все, что будут говорить о Вересове.

- А им что, занимается это ваше ГСУ? Он что-то натворил? – заинтересовалась Соня.

- Да уж начудил немало, - скривился Зотов, - Погиб, понимаешь, вместе со всей семьей!

- Что? Как? Как погиб??? Я вчера его видела, ты с ума сошел, как погиб? В катастрофе? Да как же это может быть? А Лера?

Глядя в быстро наполняющиеся слезами глаза девушки, размывающие тушь, тени, помаду, Михаил даже застонал. В душе. Ну, какой же он идиот! Она же ничего не знала, сейчас будет истерика, крики, а их ждут, он уже позвонил!

- Ты не знала? С утра по всем каналам?

- Нет, я… да как же это??

- Их застрелили. Всех, в загородном доме. Кроме Леры, она выжила, - Михаил говорил намеренно четко и коротко.

- Кто??

Зотов пожал плечами:

- Неизвестно. С политиками такое случается.

И с предпринимателями, добавил он про себя. И с теми, кто перешел дорогу серьезным людям. Кто-то отдает приказ, кто-то его исполняет. Он вспомнил вчерашнюю тяжесть оружия в своей руке, запах крови, запах страха, адреналин в венах, холод в сердце. Кто-то умирает, кто-то убивает!

На них уже оборачивались – Сонька заливалась слезами.

- Это страшная история, Соня. Может, сказал он где-то что-то не то. Или сделал. Теперь-то что поделаешь! Иди, умойся, тебе через полчаса уже петь, пора ехать.

- Петь? Ты обалдел, ублюдок? Сам пой у своих следаков! Я не могу петь, если… если его убили, то…

- То шоу должно продолжаться! Не так ли? В общем, кончай истерить, тоже мне, вдова нашлась! «Ублюдка» спишу сегодня на твое неадекватное состояние. Но в следующий раз я тебе язык укорочу, не сомневайся!

Соня вскинула голову, ненависть в её глазах высушивала слезы лучше платка.

- Говоришь, Вересов сказал что-то не то? Не знаешь, за что ему язык укоротили? Как-то тебя это все, похоже, не трогает? Или наоборот?

Зотов снова чертыхнулся про себя. Вот ведь тварь какая наблюдательная! Сколько раз он себе говорил, что с Сонькой нужно быть поосторожнее!

- Наоборот. Это же отец Леры, мы с ней встречались когда-то. Харлова, хватит истерик, давай работать. Ведется следствие, попробуй понять, кому передадут дело. Не вздумай там фотографировать, делать записи, выставлять локаторы ушами и перископ зенками. Уйдешь – мне отзвонишься, поняла? Я тебе фотки покажу, а ты мне все доложишь.

- Поняла, - Соня вытащила из сумки влажные салфетки, косметику и начала приводить себя в порядок, - Миша, а зачем тебе это надо?

Зотов снова решил сказать правду.

- Из-за Леры.

- Как она?

- Плачет, в ступоре, но в целом неплохо.

- Ей помощь нужна?

- Там есть кому помочь, позвони ей потом. Ты в порядке?

- Ну как сказать… Вряд ли голос звучать будет, все-таки эмоциональное потрясение у меня. Мотивация какая-то дополнительная нужна, - Соня явно пришла в себя и говорила вполне спокойно, только время от времени глубоко вздыхала.

Зотов взвился – они уже опаздывали, а Сонька явно решила в этом кафе греть задницу, пока не доведет его до белого каления.

- А ты не забыла, коза, что ты вчера с ним кувыркалась в апарте? Там наверняка камеры, тебе, может, помощь понадобится! К кому побежишь, идиотка? Замотивировалась?

- Не-а, - в голосе наглой стервозины звучала неприкрытая насмешка, - Вересова ведь не апарте нашли, и не на мне он скончался, верно? Ты же сказал, в загородном доме их застрелили? Так при чем здесь Сонечка?

- Чего ты хочешь? – Миша почувствовал, что инициатива в разговоре безнадежно упущена, а время поджимало.

- Браслет верни.

- Какой браслет? – не понял Зотов.

- Сапфировый. Который вы, Михаил Евгеньевич, у меня вчера в счет долга взять изволили. Верните, плиз! – к Соне вернулись прежние сладко-язвительные интонации, она снова была уверена в себе. Наверное, это было неплохо для концерта в ГСУ. Но Зотова внутренне перекосило. Не дай Бог влюбиться в такую дрянь, не девка, а суккуб какой-то, высосет всю кровь, губы оботрет и не вспомнит… Зато свой браслетик потребовать назад не забыла!

- Ты ваще офигела? Вроде как, в обмен на деньги договаривались?

- Вроде как. Но, чтобы я скакала на сцене без группы и Мату Хари изображала, да еще в такой скорбный день? На это мы точно не договаривались! Слушайте, Михаил Евгеньевич, вы же уже обещали, что я приеду? Неудобно вам, наверное, будет, если что?

- Харлова, когда я тебя наконец-то придушу, я буду делать это долго и медленно, поняла?- прошипел Михаил, - Ты у меня помучаешься!

- Пичалька, - ухмыльнулась Соня, - Надеюсь, вы не все делаете медленно и печально, чтобы девушка помучалась? – и, пока Зотов не успел ей отвесить, закончила быстро и жестко:

- Сумка. Браслет. Концерт.

- Подавись! – Зотов рванул молнию внутреннего кармана сумки, куда вчера положил браслет на глазах Сони, - После концерта жду с отчетом!

***

Наконец–то все дела с похоронами на сегодня решены! Стас взглянул на часы - до встречи с Зиминой оставалось еще достаточно времени и, прикинув, он решил, что еще успеет встретиться с Вадиком. С этим расстрелом Вересовых, он совсем забыл о том, что накануне увидел на улице Соню у машины Зотова. Что их могло связывать между собой?!!

Достав телефон, Карпов набрал номер друга.

- О, Стас! Привет! - услышал он голос Мельникова и какой-то свистящий шум на заднем плане.

- Привет, хотел с тобой поговорить. - сказал Стас, садясь в Инфинити, - Ты дома?

- Нет, Стас, сейчас никак не могу, на встречу опаздываю! - ответил Вадик, - Давай через пару часиков, можем поужинать.

- Не, через пару часиков я не смогу. Ладно, это подождет и до завтра!

Распрощавшись с Вадимом, Карпов подумал и направил машину в сторону супермаркета. Прошел к стеллажам с алкоголем и выбрал дорогое красное вино - не все ж Иркино хлебать!

***

- Игорь?

- Да, Анна Яковлевна?

- Результаты готовы, можешь подходить.

Полонский ошеломленно смотрел на экспресс–тест:

- Получается, наша схема не при чем? Они погибли из-за вот этого препарата?

-Да, при слабости их сердечной деятельности препарат от тахикардии стал смертельным. Сама по себе дозировка была обычной, но как вы могли его им прописать? Или?

- Или, Анна Яковлевна… Мы с Толей его никогда бы не прописали. Либо случилась трагическая ошибка, и им дали этот препарат, что–то перепутав в назначениях, либо пациентов сознательно подвергли риску. И в результате убили! Сделайте мне копию, передам Толе, пусть идет к руководству, проверку назначают или вызывают полицию.

- А ты что?

- А я полечу на конференцию, мой доклад завтра вечером. Раз дело не в нашей схеме лечения – я сделаю там сообщение, Анна Яковлевна. Сейчас звоню в Оргкомитет и немедленно вылетаю.

- Ну смотри, Игорь… Будь осторожней! Дело странное.

- Постараюсь, спасибо вам! – Игорь вышел, на ходу набирая номер.

***

Фуршет уже клонился к закату. Поздравления произнесены, подарок преподнесен, юная красивая певица спела привычные песни, заслужив одобрение и репертуаром, и приятным голосом, и вполне скромным видом. Сотрудники рассыпались на маленькие группки, обсуждавшие важные вопросы. Соне велели подождать полчасика – в заключении вечера гости могут захотеть спеть пару – другую песен. Она села у старомодной пальмы в конце зала. Удобный наблюдательный пост! Видишь всех, тебя никто! Она старалась запомнить лица, эмоции, выражения лиц – пусть потом Зотов покажет ей фото, она сможет что–то сказать об этих людях. Пока она проходила по залу, старалась ловить обрывки фраз, разговоров. Конечно, подслушивать и выспрашивать было нельзя – даже ей, далекой от всяких «органов», было понятно, какой властью обладают здесь люди. Сюда было лучше не соваться без приглашения, несмотря на уговоры Мишеньки. Хотя немного пообщаться после выступления ей все-таки удалось, как и упомянуть к месту название своей группы. Может, запомнят – «Сапфиры», очаровательная солистка, разнообразный репертуар, может, и пригласят на корпоратив… Пригодится!

Наблюдать за сотрудниками было даже интересно, и помогало не думать о Вересове, о том, что было всего день назад… Ведь ей действительно понравилось! Соня невольно улыбнулась, вспомнив, как она старательно «заглаживала» эту вину перед ни о чем не подозревающим Вадиком, да так активно, что он явно притомился под утро от её энтузиазма.

- Вам очень идет улыбка!

- Это всем идет! - Соня перевела взгляд. Высокий, широкоплечий, статный парень, с ясными чистыми глазами и обручальным кольцом. Непафосный, кстати. Хотя, кто знает…

- Вы хорошо поете.

- Спасибо!

- Хотя я с удовольствием послушал бы несколько иную музыку.

- Какую? Шансон, рэп, рок? Попса?- тоном продавца пирожков на рынке начала перечислять Соня.

- Да нет, - улыбнулся парень, - Джаз! Папа когда-то меня на классические концерты таскал, на джаз. Давно не слышал его живьем…

- А хотите?

- Хочу, да все времени нет.

- Я сегодня к однокурсникам обещала заехать на начало сета. Там как раз джаз будет.

- Вы тоже будете петь?

- Ну, пару песен. Хотите послушать?

- Хочу.

Он и сам не понимал, почему это сказал. Но почему нет? Маринка на этом, как его, Михайлове, рабочий день закончен, ему передают дело Вересовых, и в сердце столько легкости и радости! А эта девушка… Она так напоминает Катю, только глаза другие–темные, бархатные. Такая же дерзкая, яркая, влекущая, с гордой посадкой головы и четким ясным голосом. А вот Маринка как будто слегка шепелявит. Когда–то ему это безумно нравилось, голосок любимый казался детским, милым, беззащитным… Да ведь ничего ужасного не произойдёт, если он сегодня сделает передышку? И послушает этот студенческий джаз?

- Только там без пафоса, по-простому, студенты поют, я проведу. Это клуб «Веселый фламинго», минут 15 езды отсюда, там, у центрального входа и встретимся.

- Да ладно, оплачу билет, побуду спонсором, сам был бедным студентом! Меня Коля зовут, кстати!

- Соня. Только… я долго не смогу сидеть, через часок убегу.

- Да я тоже ненадолго, - пожал плечами Коля, - Может быть, вас подвезти в клуб?

- Нет, меня встретят.

Конечно, такую девушку всегда кто-то встречает, с легкой грустью подумал Тарасов. И смотрит в её ночные глаза…





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...