Главная Обратная связь

Дисциплины:






КНЯЗЬ ЮРИЙ ЛЮБОВЕЦКИЙ 12 страница



Мне пришлось отказаться от большей части добровольно взятых на себя обязанностей, так как я в буквальном смысле слова еле передвигал ноги.

Ситуация становилась критической, так как заменить меня было некому, и все, созданное мной к этому времени, грозило развалиться. Постоянно приходили все новые счета, оплачивать которые не было никакой возможности. Нужно было что-нибудь придумать.

Однажды, когда я сидел на террасе Гранд-кафе, очень популярного у иностранцев, обдумывая свою невеселую и, казалось, безвыходную ситуацию, мне в голову пришла одна идея.

Так как, учитывая мое теперешнее состояние здоровья, я не могу и, вероятно, еще долго не смогу работать так напряженно, как требуется для осуществления моих планов, связанных с открытием Института, то не лучше ли будет предоставить себе "отпуск", хотя бы и непродолжительный, и отправиться в Америку, о чем я давно мечтал.

Поездка по Северной Америке - без продолжительных остановок - при постоянной смене впечатлений, создаст необходимые условия для полноценного отдыха. Так как я буду находиться достаточно далеко от того места, на котором сосредоточены все мои интересы, я смогу избежать искушения вновь взяться за работу, что при моем состоянии здоровья могло иметь роковые последствия.

Должен заметить, что я уже давно начал подготавливать материал для лекций, которые должны были познакомить слушателей с основными положениями моего учения в применении к различным областям деятельности человека, таким, как психология, медицина, археология, искусство, архитектура, и даже применительно к тому, что называется сверхъестественными явлениями.

К тому же я уже начал готовить своих учеников к серии выступлений, которые я собирался провести во время поездки по Европе и Америке. Моей целью было внести в будничную жизнь обычных людей квинтэссенцию моих идей, дать им понять, к каким практическим результатам ведет следование этим идеям, основанным на материале, собранном мной в различных регионах Азии, многие из которых недоступны простому человеку.

Хорошенько поразмыслив, я решил рискнуть и отправиться в путь немедленно, не дожидаясь, пока все будет подготовлено.

Я даже дал себе слово не думать ни о чем серьезном в течение всего путешествия, хорошо питаться и много спать, и читать только те книги, которые мне нравятся и отвлекают от забот.

Я отважился на эту поездку еще и потому, что надеялся на подготовленность своих учеников, которые должны были самостоятельно, без моего руководства прочитать серию лекций и провести ряд показательных выступлений.

Главная проблема в осуществлении этого плана, который должен был способствовать улучшению как моего состояния здоровья, так и финансового положения, состояла в том, что мне необходимо было взять с собой в поездку не менее 46 человек, которые в Америке, как и прежде во Франции, оставались бы на полном моем попечении. Это был единственный способ решить назревавшую во Франции финансовую проблему, но нельзя было не учитывать, что в случае неудачи ситуация могла еще более ухудшиться и даже привести к настоящей катастрофе.



Что означает, с материальной точки зрения, поездка в Америку в сопровождении 46 спутников, вам, с вашей страстью к путешествиям, объяснять не надо. Но не забывайте, что вы, собираясь в дорогу, меняете доллары на франки, я же вынужден был производить обратный, гораздо менее выгодный обмен.

К тому времени, когда я решил отправиться в Америку, у меня было всего около трехсот тысяч франков, которые предназначались для уплаты за Шато дю Приер с целью выкупа этого имения в полную собственность до 15 февраля - последнего срока, когда эта сделка еще могла состояться. И несмотря на это я решил рискнуть и потратить эти деньги на путешествие по Америке и спешно начал готовиться к отъезду.

Во время всей этой суеты, связанной с приобретением билетов, оформлением виз, покупкой соответствующей одежды - как обычной, так и специальной, в которой мои ученики должны были показывать танцы, - я все же нашел время, чтобы больше заниматься с учениками отработкой ритмических движений, предназначенных для показа в Америке, и даже увеличил количество репетиций. Заметив, что участников этих выступлений очень смущает присутствие в качестве зрителей посторонних лиц, я решил перед отплытием дать несколько публичных представлений в театре на Елисейских Полях в Париже.

Хотя я и предполагал, что подготовка к путешествию обойдется мне в кругленькую сумму, но действительность превзошла все мои ожидания.

И действительно, аренда театра, покупка билетов на пароход, оплата всевозможных счетов, необходимость оставить некоторую сумму для тех, кто оставался в Европе, как и другие непредусмотренные расходы как-то незаметно "съели" все триста тысяч франков еще до отъезда.

И таким образом я очутился в трагической ситуации. Все было готово к отъезду, но мы не могли отправиться в плавание. Нельзя путешествовать такой большой группой, не имея в запасе некоторой суммы для непредвиденных расходов, которые часто возникают в пути.

Все три дня до отправления парохода я провел как на иголках.

Но в самый критический момент случилось одно невероятное событие.

Его нельзя объяснить не чем иным, как вмешательством в жизнь человека высших сил. Что касается меня, то осмелюсь утверждать, что я заслужил эту милость небес всей своей жизнью, наполненной трудами и заботами, своим настойчивым стремлением осуществить поставленные перед собой цели. А произошло вот что. Я сидел в своей комнате в Шато дю Приер и ломал голову над тем, как мне выйти из сложившейся критической ситуации, когда внезапно открылась дверь и вошла моя мать. Она прибыла в Париж совсем недавно с несколькими другими родственниками, которые остались на Кавказе, когда я эмигрировал из России. И вот теперь с большим трудом мне удалось вывезти ее во Францию.

Мать, подойдя поближе, подала мне маленький пакет, говоря: "Сынок, пожалуйста, освободи меня от этой обузы, я так устала повсюду носить его с собой".

Сперва я не понял, что она имеет в виду, и механически стал разворачивать сверток. Но когда я увидел, что там находилось, я просто запрыгал от радости.

Чтобы объяснить вам, почему появление этого маленького пакета вызвало у меня такую бурную радость, я должен сперва кое-что рассказать. В ту пору, когда я жил в Ессентуках, беспорядки, повсеместно происходившие в России, не могли не вызвать у меня, как и у всякого здравомыслящего человека, некоторых опасений, и я забрал свою старую мать из Александрополя и поселил ее вместе с собой. А позже, отправившись в научную экспедицию, о которой уже упоминал, я оставил мать на попечение своих друзей, оставшихся в Ессентуках.

Должен напомнить, что в 1918 году на Кавказе, как и повсюду в России, курс рубля неуклонно падал, и всякий, кто имел хоть какие-нибудь средства, скупал предметы, имевшие более стабильную стоимость, такие, как драгоценные камни и металлы, антиквариат и т.д.

Я также вложил все свои деньги в подобные ценности, которые всегда носил с собой. Но так как в те дни, когда я собирался отправиться в экспедицию, грабежи под видом реквизиций стали самым обычным явлением, то, храня все эти ценности у себя, я подвергался огромному риску. Поэтому я распределил часть этих предметов среди моих спутников в надежде, что если нам даже не удастся избежать ограбления, то хоть что-нибудь да уцелеет, оставшиеся ценности я доверил своим друзьям в Пятигорске и Ессентуках, которым поручил заботиться о моей матери. Самую ценную вещь, купленную мной у одной герцогини, нуждавшейся в деньгах, я отдал матери.

Я был уверен, что, находясь в тяжелых материальных обстоятельствах, она продаст эту брошь вскоре после моего отъезда. Наконец, брошь могла быть украдена во время бесконечных переездов беглецов с места на место, так как повсюду орудовали вооруженные банды, или потеряна в дороге.

Короче говоря, я совершенно забыл о ней и, придумывая способы избавления от нищеты, абсолютно упустил из виду возможность ее внезапного появления из небытия.

Оказалось, что, взяв брошь на хранение, мать неверно поняла мои слова о ее особой ценности и подумала, что эта вещь дорога мне как реликвия или подарок близкого человека и не может быть продана ни в коем случае. И все эти годы мать берегла брошь как зеницу ока, никому не показывала и практически не выпускала из рук. И сейчас она обрадовалась возможности возвратить мне ее, чтобы избавиться наконец от постоянной тревоги за ее сохранность.

Можете представить себе мое состояние, когда я увидел эту брошь и понял, что спасен.

Эта брошь давала мне возможность занять под залог две тысячи долларов у кого-нибудь из знакомых, но я решил захватить ее с собой в Америку, так как в Париже мне предложили за нее всего 125 тысяч франков, тогда как я знал, что она стоит значительно дороже. И затем, продав ее в Нью-Йорке, я понял, что не ошибся, не став спешить с продажей".

Здесь мистер Гурджиев прервал свое повествование и закурил сигарету, с улыбкой поглядывая на нас. Нарушив тишину, воцарившуюся в комнате, из-за стола встал мистер X. и, подойдя к мистеру Гурджиеву, сказал: "Не знаю, виной ли тому ваш простой рассказ или все дело в моей сентиментальности, но я чувствую постоянную потребность облегчить бремя ваших забот, взяв часть из них на себя.

Позвольте мне вручить вам этот чек, пожертвовав на ваш Институт все, что в данный момент находится в моем распоряжении. В то же время в присутствии всех этих людей я обещаю, что вы будете получать такую же сумму ежегодно, в каком бы уголке земли вы ни находились и каково бы ни было ваше материальное положение".

Когда мистер X. окончил свою речь и, явно взволнованный, вытер лоб носовым платком, встал мистер Гурджиев и, положив руку ему на плечо, посмотрел на него с такой добротой и признательностью, которую невозможно забыть, и сказал: "Благодарю вас, с сегодняшнего дня вы мне как брат".

Но еще более убедительным свидетельством впечатления, произведенного рассказом мистера Гурджиева на присутствующих было заявление некой леди Л., проездом бывшей в Нью-Йорке и присутствовавшей на этом ужине в качестве гостьи мистера Р. Она поднялась и с большой искренностью сказала: "Мистер Гурджиев, волею судьбы я случайно оказалась в числе приглашенных на ужин, даваемый в честь открытия Нью-йоркского отделения Института гармонического развития личности, и все, что вы рассказали, произвело на меня огромное впечатление. Мне и раньше не раз доводилось слышать о деятельности, которой вы посвятили всю свою жизнь, и я даже имела счастье присутствовать на нескольких ваших лекциях и выступлениях ваших учеников и собственными глазами убедилась в ваших достижениях. И вас не удивит, конечно, мое сообщение о том, что ваши идеи меня чрезвычайно заинтересовали, и я хотела бы способствовать их распространению. Поэтому я считаю необходимым внести посильный вклад, пожертвовав половину состояния, которым я к этому времени владею.

Возможно, для вас не секрет, что я располагаю довольно значительным капиталом. Оставшейся половины этой суммы вполне хватит мне для того, чтобы вести жизнь, соответствующую моему социальному положению. В течение длительного времени я вносила определенные суммы на мой банковский счет, главным образом для того, чтобы обеспечить себя на черный день. Но я думаю, что вы найдете им лучшее употребление. Если я когда-нибудь окажусь в сложной материальной ситуации, надеюсь, вы поможете мне, как я теперь помогаю вам, ведь никто не знает, что готовит ему судьба".

Все время, пока леди Л. говорила, мистер Гурджиев слушал ее очень внимательно, с выражением искреннего интереса и признательности и затем ответил:

"Благодарю вас, уважаемая леди Л., на меня особое впечатление произвели ваша искренность и доброта, и, принимая ваше пожертвование с чувством глубокой признательности, я в свою очередь обещаю, что верну вам все полученные деньги не позже чем через восемь лет, хотя надеюсь, что провидение будет к вам благосклонно и черный день не наступит никогда".

После чего в комнате воцарилось молчание, все, казалось, погрузились в свои мысли, находясь под глубоким впечатлением от всего услышанного в этот вечер.

* * *

И вот я сижу и редактирую свою рукопись в одном из ресторанов Нью-Йорка на углу Пятой авеню и 56-й улицы, в такой обстановке, в которой я занимаюсь писательским трудом в течение последних шести лет. Я писал в основном в ресторанах, кафе и других публичных местах, которые, как ни странно, очень способствовали моей работе. Считаю примечательным тот факт, который одни, возможно, посчитают простым совпадением, а другие провидением, а именно то, что без какого-нибудь умысла с моей стороны я закончил свою работу ровно через семь лет, день в день после разговора, который я только что описал.

Чтобы завершить этот рассказ, я должен добавить по поводу поездки в Америку, что хотя было очень рискованно отправиться в другую страну в сопровождении такой большой группы людей без единого цента в кармане, не зная языка, не будучи полностью подготовленными к задаче, которая нам предстояла, но несмотря на все это успех наших выступлений превзошел все ожидания.

Я с уверенностью могу утверждать, что если бы со мной через несколько дней после возвращения во Францию не случилось серьезное несчастье, которое помешало мне вновь поехать в Америку через шесть месяцев, как я намеревался, то я смог бы с помощью моих учеников не только заработать значительную сумму, которой бы хватило на оплату долгов, но также обеспечил бы как дальнейшее существование отделений Института гармонического развития личности, так и организации новых отделений.

Но стоит ли об этом сейчас говорить?

Описав этот период моей жизни, я вспомнил любимую поговорку нашего уважаемого муллы Нассреддина: "Снявши голову, по волосам не плачут".

Когда я дописывал это предложение, кто-то подсел за мой столик.

Все мои друзья знают, что если они хотят обратиться ко мне с чем-нибудь, то должны подождать, пока я закончу свою работу. Должен сказать, что хотя они и соблюдают это условие, но я чувствую, что оно не доставляет им особого удовольствия, иногда на их лицах появляется такое выражение, точно они приняли горькую микстуру.

Закончив дописывать абзац, я повернулся к тому, кто сидел рядом, и, услышав то, что он мне сказал, внезапно принял серьезное решение. Но если бы я сейчас стал описывать все мысли, что пришли мне в голову и весь процесс принятия решения, то поступил бы вопреки своим собственным принципам, которые красной нитью проходят через все мое повествование.

Чтобы не морочить вам больше голову, я должен объяснить, кем был подошедший ко мне человек, который, получив все необходимые инструкции, сразу же ушел. Это был не кто иной, как мой тайный компаньон по торговле антиквариатом. Я сказал "тайный", потому что никто, даже мои близкие друзья, не знал о его существовании.

Я занялся этим бизнесом шесть лет тому назад, через шесть месяцев после несчастья, случившегося со мной, когда я еще был очень слаб физически, но прекрасно осознавал, насколько ухудшилось мое материальное положение вследствие больших расходов на организацию путешествия по Северной Америке, а также из-за расходов на лечение моей матери и жены, которые были тяжело больны. Так как продолжительный постельный режим и моя полная беспомощность были просто невыносимы, я начал потихоньку совершать небольшие поездки на машине, как для того, чтобы несколько развлечься, набравшись новых впечатлений, так и затем, чтобы разузнать, не найдется ли занятие, с которым я мог бы справиться, учитывая мое теперешнее состояние здоровья. В сопровождении моих близких друзей, которые почти всегда были рядом со мной, я начал ездить повсюду, особенно часто бывая в тех местах, где собирались иммигранты из России.

И вот как-то раз в одном из популярных парижских кафе ко мне подошел человек, которого я не сразу узнал. Только в ходе завязавшегося разговора я вспомнил, что много раз встречался с ним на Кавказе, а также в Закавказском регионе. Переезжая с места на место, он занимался скупкой и перепродажей антиквариата и часто обращался ко мне за консультациями как к признанному знатоку в этой области. Особенно хорошо я разбирался в старинных восточных коврах и китайском фарфоре.

Он сказал мне, среди прочего, что ему удалось вывезти из России значительную часть своего капитала и, хорошо владея английским языком, он сразу же занялся в Европе прежним бизнесом. Рассказывая о своих торговых операциях, мой старый знакомый пояснил, что самая большая проблема состоит в том, что европейский рынок переполнен всевозможными подделками, и внезапно предложил мне: "Ну а вы, мой друг? Как насчет того, чтобы стать моим компаньоном? По крайней мере, вы смогли бы проводить оценку товара".

Обсудив условия сотрудничества, мы пришли к полному взаимопониманию и ударили по рукам. Наша совместная работа продолжалась около четырех лет. Прежде чем покупать какую-либо вещь, мой компаньон привозил ее мне, чтобы я провел квалифицированную оценку. Иногда я сам приезжал к продавцу и производил оценку на месте, затем сообщал мое мнение компаньону.

Так продолжалось некоторое время. Он целый год путешествовал по Европе, разыскивая и скупая различные раритеты, а затем привозил в Америку, главным образом в Нью-Йорк, где и продавал оптовикам. В мои функции входило только произвести оценку вещи и больше ничего.

В тот период, когда мое материальное положение было особенно плачевным, антикварный бизнес как раз процветал, так как Европа была просто наводнена подобным товаром. Я решил, что сейчас самое время увеличить масштабы операций.

И вот вместо того, чтобы как следует отдохнуть после долгого утомительного путешествия, я, как этого требовала моя деятельная натура, с головой погрузился в работу и смог занять около миллиона франков у тех людей, с которыми я вел дела и которые мне безоговорочно доверяли. Собрав эту сумму, я немедленно инвестировал ее в расширение моего бизнеса. Воодушевленный быстрым развитием нашего предприятия и перспективами получения большой прибыли, мой партнер, не жалея сил и времени, рыскал по Европе, закупая товар в огромных количествах. Он вернулся в Америку, как мы договорились, за шесть недель до моего приезда.

К несчастью, экономическая депрессия, пришедшаяся как раз на эти годы, самым неблагоприятным образом отразилась на нашем бизнесе. Мы не только не могли рассчитывать на получение прибыли, но даже потеряли всякую надежду вернуть вложенный капитал.

Где найти слова, чтобы описать безвыходную ситуацию, в которую я попал, рассчитывая, что кризис скоро кончится, в то время как это было только начало большой экономической депрессии?

Для того чтобы понять, как тяжело мне приходилось в то время, не нужно обладать высшим образованием.

В тот год я расширил свой бизнес, я был полностью убежден в том, что это предприятие принесет мне прибыль, достаточную для уплаты накопившихся долгов, и что заработанный капитал позволит посвятить все свое время литературному труду. Первая книга была к этому времени закончена, и я рассчитывал, что смогу опубликовать ее на свои собственные деньги, ни от кого не завися, и сразу же сесть за вторую книгу. Но этот экономический кризис, охвативший всю Америку, посадил меня, как сказал бы достопочтенный мулла Нассреддин, в такую глубокую калошу, что в нее не проникал и лучик дневного света.

В течение этих шести лет, работая над тремя книгами, я должен был всегда и везде помнить о своей главной цели, которую во что бы то ни стало следовало осуществить и которая была единственным оправданием и смыслом моей нелегкой жизни.

Я не давал себе никакой поблажки, не позволял тяжелому материальному положению, в котором оказался, мешать моему литературному труду.

Желание выразить свои мысли в форме, доступной для других, так захватило меня, что я часто забывал вовремя поесть.

Но самым тяжелым для меня было то, что я не мог сосредоточить все свое внимание на работе, так как постоянно приходилось отвлекаться, чтобы решить, какие долги следует возвратить в первую очередь, потому что платить по всем счетам не было возможности.

За эти шесть лет я дошел до состояния нервного истощения. Не из-за того, что работал над несколькими книгами, рукописями которых была завалена комната, специально переоборудованная под архив. Меня изматывала необходимость постоянно ломать голову над тем, что делать с многочисленными долгами, которые продолжали расти.

Но если раньше я мог отказаться от своей миссии, то теперь, когда мои идеи получили широкую известность, все пути к отступлению отрезаны.

И в тот раз, когда мой партнер нашел меня в парижском ресторане и сообщил о провале нашего предприятия, я принял следующее решение, которое не противоречило моим основным принципам. Оно состояло в следующем.

Я должен без помощи других людей заработать сумму, которая позволит мне не только вернуть долги, но и обеспечит достойное существование, при этом я не сделаю ничего такого, что вызвало бы угрызения совести.

Поступая так, я снова смогу испытать блаженство, даруемое нам Создателем, блаженство, о котором египетский священник, первый наставник Моисея, сказал так: "Ничто не доставляет человеку такой радости, как чистая совесть".

Сегодня 10 января. Три дня тому назад по старому стилю был день моего рождения.

В соответствии с привычкой, выработавшейся у меня с детства, я посвятил этот день переосмыслению всего, что произошло со мной за год, и постановке новой цели. В этом году я должен был мобилизовать все свои способности и заработать сумму, достаточную для погашения всех моих долгов до моего отъезда из Америки, назначенного на середину марта.

Затем, по возвращении во Францию, я снова начну писать - при условии, что я буду избавлен от всех материальных забот.

Но если по тем или иным причинам я не смогу выполнить то, что задумал, или разочаруюсь в идеях, пропагандируемых мной до сих пор, то я, верный своим принципам, поступлю следующим образом. Отнесу в издательство только те рукописи, которые я считаю полностью готовыми к печати, то есть материал для первой книги и две начальные главы второй книги, а затем, вернувшись домой, разведу большой костер в центре лужайки, расположенной перед окнами моего кабинета, и брошу туда все оставшиеся незаконченные рукописи.

После чего я начну новую жизнь, стремясь к единственной цели - удовлетворению своего личного эгоизма.

План моей будущей жизни уже сложился в моем воображении.

Я вижу себя занятым созданием нового Института, имеющего множество отделений по всему миру, на этот раз - не Института гармонического развития личности. В моей новой жизни я буду искать средства, позволяющие человеку достичь душевного равновесия и сохранять его на протяжении всей его жизни.

И я не сомневаюсь, что в этом новом деле добьюсь успеха.

 





sdamzavas.net - 2018 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...