Главная Обратная связь

Дисциплины:






Глава 8. Рождество



 

Праздничное убранство Большого зала было великолепным. На ветвях двенадцати традиционных елок, украшенных золотыми и серебряными шарами, искрясь, лежал снег. Специальные чары, наложенные Флитвиком, не позволяли пушистому снежному покрову растаять, и теперь он загадочно поблескивал в отблесках пламени сотен парящих в воздухе свечей. На стенах и под потолком висели, переливаясь разными цветами, волшебные гирлянды.

Ученики, обрадованные наступлением каникул, весело переговариваясь, сидели за праздничными столами. Снейп без удовольствия поглощал свой ужин, бросая хмурые взгляды на студентов. Зато Хокс прямо таки светился от счастья. Он весело шутил, смеялся, но взгляд его снова и снова возвращался в зал, точнее к гриффиндорскому столу. Северус с трудом сдерживал раздражение, всегда накатывавшее на него в присутствии этого человека. Внезапно Хокс вскочил, даже не доев кусок вишневого пирога, который он только что положил себе в тарелку и, сославшись на усталость, выскользнул из зала через дверь позади преподавательского стола. Мастер Зелий удивленно взглянул ему вслед, подумав, что ему самому тоже уже пора идти, бросил ленивый взгляд в зал и вздрогнул. Гермионы за гриффиндорским столом не было. Он повернул голову и увидел, что девушка выходит из зала. Поттер и вся ее компания продолжали сидеть за столом, весело болтая. Внутри у Северуса все похолодело. Аппетит пропал окончательно. Не говоря ни слова, он встал из-за стола и стремительно вышел. Первым его порывом было бежать в гриффиндорскую башню, чтобы убедиться, что с Гермионой все в порядке. Затем он подумал, что это будет выглядеть крайне глупо и нелепо. Зельевар постоял несколько минут в холле, размышляя, что предпринять, а затем быстрыми шагами направился в кабинет Хокса. Его черная мантия зловеще развевалась, а выражение лица не предвещало ничего доброго.

 

***

 

Гермиона, не торопясь, поднималась по лестнице. Ей наскучило сидеть с друзьями за праздничным столом и захотелось побыть наедине со своими мыслями. Завтра утром они должны были уехать из Хогвартса. Гарри пригласил ее провести рождественские каникулы у него дома на площади Гриммо. Эти каникулы обещали стать самыми веселыми за все время их учебы. Гарри пригласил всех старых друзей – Невилла, Луну, Рона, Джорджа, ну и конечно Гермиону и Джинни. И все же гриффиндорке было немного грустно оставлять Хогвартс, ведь это означало, что все эти дни она не сможет видеть Северуса. Теперь, когда ей казалось, что он тоже… Впрочем, нет, об этом лучше не думать.

- Мисс Грейнджер, - мелодичный голос вывел ее из задумчивости.

Волшебница вздрогнула и, обернувшись, увидела Хокса, поднимавшегося следом за ней по ступенькам.



- Вы сегодня просто обворожительны, - он уже стоял на соседней ступеньке и улыбался своей очаровательной улыбкой, - Как можно проводить такой замечательный вечер в одиночестве, Гермиона? – мужчина ласково промурлыкал ее имя и, взяв ее руку, прикоснулся к ней губами.

- Профессор Хокс, - сухо произнесла Гермиона, высвобождая свою руку, - Прошу меня извинить, но я очень устала и хотела бы отдохнуть.

- Ну, разумеется, - он по-прежнему доброжелательно улыбался, словно и не заметил недовольства в ее голосе, - Вы позволите мне проводить вас? – и, не дожидаясь ответа, продолжил, - Мне хотелось бы угостить вас, сегодня ведь Рождество, - он извлек откуда-то из складок мантии красную сверкающую коробку в форме сердца и протянул ей.

- Спасибо, профессор, - Гермиона оторопела от неожиданности. Тут же стало тревожно на душе, она вспомнила предупреждение Снейпа о приворотном зелье. Она испытующе посмотрела в глаза Хокса, но тот продолжал мило улыбаться, ничуть не смущаясь.

- Пожалуйста, возьмите, - сладко пропел он, - Это самые лучшие конфеты, я заказал их специально для вас.

От этой слащавой речи у Гермионы по коже пробежал неприятный холодок. Она решила взять конфеты, чтобы не вызывать у Хокса подозрений, а потом просто выкинуть их. Но едва коробка оказалась у нее в руках, преподаватель магловедения тут же нетерпеливо заявил:

- Попробуйте прямо сейчас, очень вкусно.

- Благодарю вас, сейчас не хочется, попозже, - осторожно отозвалась она.

- Ну что ж, - со вздохом произнес Хокс, - как пожелает прекрасная фея.

Девушка слишком поздно заметила палочку в его руке. Она не успела ничего сказать или сделать.

- Imperio, - произнес он твердым голосом, - Ешь.

Гермиона послушно открыла коробку, взяла одну конфету, за ней другую, третью.

- Достаточно, - ухмыльнулся Хокс, забирая у нее коробку, - Finite Incantatem.

Через мгновение на лице гриффиндорки появилось глуповато-счастливое выражение, она уставилась на него обожающим взглядом и пролепетала:

- Тибериус, милый, ты просто прекрасен, – она прижалась к нему, обвив руками шею.

- Не сомневаюсь, - самодовольно улыбнулся он в ответ – Но не здесь, пойдем, - он взял девушку за руку и поспешил в свой кабинет.

 

***

 

Снейп добрался до пятого этажа, остановился около двери кабинета Хокса и прислушался. Внутри было тихо. «Что я ему скажу? Постучать?». Раздумывал он не более секунды. Растущая внутри тревога решила все за него. Зельевар вынул палочку и, взмахнув ей, взломал запирающие заклинания. Он вошел настолько бесшумно, что они даже не заметили его. Их мантии валялись на полу прямо у дверей. Гермиона в расстегнутой блузке сидела рядом с Хоксом на диване в углу кабинета. Мужчина целовал ее, а его руки жадно скользили по ее телу. Северус ощутил невероятный приступ гнева и боли. Словно в сердце вонзили кинжал и с бесчеловечной жестокостью проворачивают его там. Но нет, он не позволит никому увидеть КАК ему больно. Он запрячет свою боль под привычной маской сарказма и презрения.

- Интересный способ снимать усталость, профессор Хокс, - ледяным тоном произнес Мастер Зелий.

- Какого черта? - злобно прорычал Хокс, протягивая руку за палочкой.

Снейп не дал ему ни единого шанса, молниеносное движение рукой и Хокс повалился без движения, скованный Petrificus Totalus. Гермиона испустила яростный вопль и бросилась к зельевару словно разъяренная тигрица. Это было неудивительно, приворотное зелье заставляло ее бездумно защищать объект своей страсти. Пришлось обездвижить и ее. Северус заметил на столе красную коробочку в форме сердца. Подошел к ней, открыл и понюхал, сомнений больше не осталось.

- Я же предупреждал тебя, девчонка, - с горечью прошептал он.

Он вышел, запер за собой дверь и поспешил в подземелья. Ярость клокотала в нем, желание уничтожить Хокса стало всепоглощающим. Быстро отыскав в своих запасах веритасерум и антидот для амортенции, он почти бегом рванулся обратно. Зная, что его подопечные так быстро не очнутся, профессор все-таки заскочил в Большой зал, где еще вовсю продолжалось празднование. Северус, сдерживая волнение, подошел к МакГонагалл и прошептал ей несколько слов так, чтобы никто не услышал. Лицо МакГонагалл стало озабоченным, она с тревогой посмотрела на Снейпа, тот едва заметно кивнул и вышел из зала. Быстрее молнии он взлетел на пятый этаж и вновь оказался перед дверью кабинета Хокса. Выровняв дыхание, он вошел. Там все было без изменений, два бесчувственных тела находились в том же положении, в котором он их оставил. Нужно было спешить и привести Гермиону в чувство до прихода МакГонагалл. Сняв с нее заклятие, зельевар усадил девушку на диван. Гриффиндорка посмотрела на него мутным ничего не понимающим взглядом:

- Профессор Снейп? А где Тибериус? – на лице появилась идиотская улыбка.

Снейп чертыхнулся про себя и заставил ее выпить антидот. Через несколько мгновений она пришла в себя, посмотрела в мрачное лицо Северуса, затем увидела лежавшего на полу Хокса и только тут заметила свой собственный растрепанный вид. Она в ужасе вскрикнула и торопливо принялась застегивать блузку. Снейп с презрением отвернулся, шагнул к двери, поднял ее мантию и швырнул ее Гермионе. Девушка поежилась под холодным взглядом его глаз. Как объяснить ему эту ситуацию, что он теперь о ней подумает? Гермиона была в ужасе. В этот момент дверь распахнулась и в комнату вбежала запыхавшаяся, раскрасневшаяся профессор МакГонагалл. Гермиона только глухо застонала и закрыла лицо руками, готовясь провалиться сквозь землю.

- Северус, что здесь происходит? – строго спросила МакГонагалл, - Вы сказали, что… - в этот момент она заметила лежавшего без движения Хокса, - Что с ним?

- Дело в следующем, Минерва, - заговорил Снейп очень тихим голосом, - Этот господин, лежащий на полу, задумал совратить студентку и воспользовался для этой цели приворотным зельем, - он кивнул в сторону красной коробочки. – Я не знаю, как ему удалось заставить всегда столь рассудительную мисс Грейнджер съесть эти конфеты, тем более что я предупреждал ее о возможности подобной попытки, - он метнул тяжелый взгляд на Гермиону, съежившуюся на диване.

- Что вы такое говорите? – в ужасе прошептала МакГонагалл, - Преподаватель Хогвартса?

- Но думаю, сейчас, - невозмутимо продолжал Мастер Зелий, - мы узнаем, каким образом он это осуществил.

С этими словами он решительно шагнул к распростертому на полу Хоксу, навел на него палочку и снял заклятие. Затем наклонился, рывком поднял плохо соображающего Хокса и швырнул его на ближайший стул. Преподаватель магловедения переводил испуганный взгляд с Северуса на МакГонагалл, лицо которой дрожало от ярости. Снейп извлек пузырек с веритасерумом и, схватив побледневшего героя за горло, влил все содержимое ему в рот.

- Теперь рассказывай, - бросил он, - Как ты затащил девчонку к себе?

Хокс взглянул на наставленные на него две палочки и торопливо и сбивчиво заговорил.

- Она меня не желала замечать, избегала все время… но я не мог… я достал амортенцию и положил ее в эти конфеты. Но конфеты она тоже есть отказалась. Я взбесился и тогда, - тут глаза его сверкнули, - Imperius спас положение. Она съела целых три и набросилась на меня словно кошка. Горячая девчонка, - он облизнул губы, - строит из себя недотрогу, а сама…

- Довольно! – резко прервала поток излияний МакГонагалл, - Северус, что вы делаете? – крикнула она, – Держите себя в руках.

Лицо зельевара исказилось от ненависти, он размахнулся и наотмашь ударил Хокса по ухмыляющейся физиономии. Тот снова скатился на пол. Северус поднял его и усадил обратно. Глаз незадачливого профессора начал заплывать.

- Мистер Хокс, - презрительно заговорила МакГонагалл, - вашему поступку нет оправдания. Применить Imperius к ученику, да еще с такой низкой целью! – голос ее почти срывался на крик, - Вам место – в Азкабане. Вы незамедлительно напишете подробное объяснение сегодняшнего инцидента и тотчас покинете Хогвартс. Я передам это дело в Министерство, пусть они разбираются с вами.

Она взмахнула палочкой, и на стол перед Хоксом опустился лист пергамента, перо и пузырек с чернилами. Он подумал было отказаться, но одного взгляда в черные холодные глаза Снейпа было достаточно, чтобы отбросить эту мысль. Он покорно взял перо и начал писать.

- И будьте так любезны, - сухо заметила МакГонагалл, - имя студентки не должно фигурировать в вашем рассказе. Вам ясно?

Хокс кивнул.

- Северус, проводите, пожалуйста, мисс Грейнджер в мой кабинет, ей тут больше нечего делать, и возвращайтесь сюда.

Гермиона встала с дивана и, не поднимая глаз, вышла из кабинета следом за Снейпом. Он шел своей размашистой походкой, ярость по-прежнему бурлила в жилах, заглушая голос рассудка. Гриффиндорка, всхлипывая, еле поспевала за ним. Пылающая ревность сжигала зельевара изнутри. Отчетливо понимая, что девушка была под Imperio и не могла контролировать ситуацию, Северус злился на нее уже только за то, что она, пренебрегая его предупреждением, покинула Большой зал в одиночестве и угодила в лапы Хокса. Вопреки всем доводам разума, это обстоятельство заставляло его подозревать, что она сама желала такого развития событий. Они уже поднялись на восьмой этаж и приближались к кабинету директора, когда Гермиона, наконец, собралась с духом и заговорила:

- Профессор, - взмолилась она, - Профессор, пожалуйста, выслушайте.

Он остановился так резко, что она едва не налетела на него. Снейп развернулся к ней, лицо его дышало злобой, глаза походили на две льдины.

- Что. Вам. Угодно. Мисс. Грейнджер? – прошипел он.

- Я… профессор… прошу вас… не думайте… простите меня… я никогда… мне никогда не нравился Хокс… Мне ужасно стыдно… то что вы… видели… простите, - она закрыла лицо руками, не находя слов, чтобы выразить свои чувства.

- Мисс Грейнджер, - услышала она ледяной голос, в котором сквозило бесконечное презрение, - Не нужно оправдываться. Меня не волнуют ваши личные отношения с кем бы то ни было. Хокс или кто другой это ваше право, – на губах его появилась усмешка, - Сожалею, что вынужден был прервать ваши… м-м-м… страстные объятия, должно быть, я лишил вас чего-то чрезвычайно приятного.

Волшебница отшатнулась от него. Глаза ее сверкнули, и она выкрикнула звенящим голосом:

- Вы! Вы самый жестокий, безжалостный, бездушный человек на свете! Вы никого не пускаете в свое сердце, потому что у вас вместо сердца кусок льда!

Лицо Снейпа оставалось совершенно спокойным, пока он наблюдал эту бурю. Гермиона размахнулась и закатила ему оглушительную пощечину, выплескивая всю свою обиду и боль. На мгновение оба застыли, не сразу поняв, что произошло. Затем девушка резко повернулась и бросилась бежать прочь по коридору. Зельевар опомнился и, дрожа от ярости, в несколько огромных прыжков настиг ее. Он схватил ее за локоть и рывком развернул к себе.

- Мисс Грейнджер, - зашипел он, нависая над ней черной тучей, но внезапно осекся, увидев ее глаза, полные слез и боли. В них не было злости или страха. Только боль.

Снейп вздрогнул, увидев эти глаза. «Что ты с ней делаешь, идиот несчастный?» - буркнул внутренний голос. Северусу показалось, что все это уже было. В мозгу отчетливо всплыла картинка – Лили стоит в халатике на входе в башню Гриффиндора, а он умоляет ее о прощении. Тогда он потерял женщину, которую любил больше жизни, неужели сейчас повторится то же самое?

- Мисс Грейнджер, - мягко произнес он, - Гермиона,- почти выдохнул ее имя, - простите меня. Я сказал гадость, которой вы совершенно не заслуживаете.

Она молчала, а он с замиранием сердца ждал ее ответа. Не отдавая себе отчета в том, что делает, зельевар поднял руку и погладил ее по голове. И вдруг она прильнула к нему, обхватив руками, и, задрожав всем телом, шумно зарыдала. Поток горячих слез хлынул ему на грудь.

- Прости меня, пожалуйста, прости, - как заклинание шептал он, гладя ее по голове, перебирая каштановые волосы обеими руками, – Гермиона, девочка моя.

Она подняла заплаканное лицо и, посмотрев ему прямо в глаза, прошептала:

- Северус…

Услышать свое имя из ее уст оказалось до дрожи приятно. Он склонился к ее лицу, нашел губами ее губы, нежно прикоснулся к ним, ощутив солоноватый привкус. Гриффиндорка вздрогнула и подалась вперед, жаждущие поцелуя губы приоткрылись. Северус осторожно переместил правую руку на затылок Гермионы, прижимая девушку к себе. Он прильнул к ее губам, обжигая ее своим горячим дыханием. Его язык аккуратно, но настойчиво раздвинул губы Гермионы и скользнул внутрь. Руки волшебницы обвили его шею, она еще плотнее прижалась к нему, отвечая на поцелуй. Гермиону обдало жаркой волной, она почувствовала, как пол уходит из-под ног. Никогда она не испытывала ничего подобного, никто и никогда ее так не целовал. Внезапно Северус отстранился. Поймав ее удивленный взгляд, он зарылся лицом в ее волосы и зашептал ей в ухо прерывающимся голосом:

- Нас могут увидеть… К тому же… меня ждет МакГонагалл… надо разобраться с этим мерзавцем. Пойдем… провожу тебя… в ее кабинет.

С трудом оторвавшись от нее, он взял девушку за руку и торопливо зашагал к кабинету директора. Северус отрывисто бросил горгулье у входа:

- Рождественские хлопушки, - и легонько подтолкнул Гермиону к открывшемуся проходу.

- Северус, - прошептала она умоляюще.

- Жди нас здесь, мы скоро придем. Все будет хорошо, не бойся, - он улыбнулся и, резко повернувшись, торопливо зашагал по направлению к кабинету Хокса.

Гермиона вздохнула и стала медленно подниматься по ступенькам винтовой лестницы.

 

***

 

Северус летел как на крыльях. Сердце бешено колотилось, а в голове вертелась лишь одна мысль «Гермиона, Гермиона, моя Гермиона». Но чем дальше он шел, тем сильнее его одолевали сомнения. А что, если ее реакция это лишь последствия пережитого шока? Ей просто хотелось, чтобы кто-то пожалел и поддержал ее и ничего больше. «А ты размечтался, старый дурак» - ругал он себя. «Но она целовала меня» - возражал он сам себе. «Это просто шок, истерика, а в таком состоянии люди чего только не делают, в том числе и вещи, за которые им потом будет стыдно всю жизнь». Истерзанный этой мучительной борьбой с самим собой он появился на пороге кабинета Хокса мрачнее тучи.

Тот уже дописывал свое признание под суровым взглядом МакГонагалл.

- Северус, будьте так добры, проверьте, верно ли мистер Хокс изложил факты.

Мастер Зелий подошел, брезгливо взял пергамент и пробежал глазами написанное. МакГонагалл не сводила глаз с Хокса.

- Все верно, Минерва, - наконец сообщил Северус. – Правда, не так красноречиво, как это умеет мистер Хокс, - выплюнул он ненавистное имя.

- Ну, что ж, завтра же мы отправим сову в министерство, - кивнула директор, - А сейчас, мистер Хокс, потрудитесь собрать вещи. И побыстрее, мы не намерены провести с вами всю ночь.

- Может, вернете мне палочку? - с вызовом спросил Хокс.

- Палочку вам вернут после слушанья в министерстве, если сочтут нужным.

Снейп одарил Хокса ледяным взглядом, подошел к столу, на котором лежала злополучная коробка конфет. Зельевар взял ее в руки и тихо произнес:

- Думаю, на слушанье в министерстве заинтересуются содержимым этой коробки.

Хокс повернулся к нему, глаза его налились кровью, и он завопил, брызгая слюной:

- Думаешь, я ничего не вижу?! Для себя ее приберегаешь? Как удобно, - губы его искривились, - ты же любое зелье сам сварить можешь? А потом что? Obliviate? Скольких ты уже… - он внезапно замолчал, с ужасом глядя в потемневшее от гнева лицо Снейпа.

Северус шагнул к нему, сжимая в руке палочку.

- Северус! – взвизгнула МакГонагалл – Остановитесь! Не смейте марать руки об это ничтожество.

- Как вам будет угодно, - Снейп опустил палочку, но его все еще трясло от бешенства.

- Мистер Хокс, - МакГонагалл посмотрела на него испепеляющим взглядом, - Если вы вдобавок к своему гнусному проступку будете оскорблять моих преподавателей, то ручаюсь вам, - голос ее задрожал от гнева, - вы покинете Хогвартс под охраной и отправитесь прямиком в Азкабан.

С полчаса Хокс молча перемещался по кабинету, поспешно складывая свои вещи в чемодан и изредка бросая раздраженные взгляды на МакГонагалл и Снейпа.

- И как я, по-вашему, должен аппарировать без палочки? – поинтересовался он, подтаскивая тяжелый чемодан к двери.

- Отправитесь в Хогсмид пешком, - тоном, не допускающим возражений, заявила МакГонагалл, - и доберетесь до Лондона на поезде.

Чертыхнувшись, но не посмев возражать, Хокс открыл дверь и вышел, таща за собой чемодан. Снейп и МакГонагалл проследовали за ним до самого холла. Не говоря ни слова, Хокс вышел через тяжелые дубовые двери, спустился с крыльца и, не оглядываясь, побрел к воротам Хогвартса. Зельевар шел за ним следом, сжимая в руке палочку и с трудом удерживаясь от соблазна запустить в Хокса каким-нибудь заклятием. В полном молчании они добрались до ворот. Северус выпустил Хокса, запер ворота, развернулся и быстро зашагал в замок. МакГонагалл ждала его в холле, и они вдвоем поспешили в ее кабинет.

 

***

 

Гермиона, съежившись, сидела в кресле, перебирая в уме все события этого ужасного вечера. Правда, как только она вспоминала о горячем поцелуе Северуса, лицо ее прояснялось, а на сердце становилось тепло и радостно.

Она подняла голову и посмотрела на вошедших. МакГонагалл с обеспокоенным видом метнулась к ней и села рядом, полуобняв девушку за плечи. Северус же остался стоять у двери, скрестив на груди руки, с непроницаемым выражением лица.

- Гермиона, дорогая, - мягко заговорила директор, - никто не винит тебя в произошедшем. Тебе нужно поскорее успокоиться и забыть все это как страшный сон. Я понимаю, что это трудно, но постарайся не переживать. Наступают каникулы, и ты в окружении любящих тебя друзей позабудешь об этой неприятности. Он ведь ничего не успел тебе сделать? – взволнованно спросила она.

Гриффиндорка лишь покачала головой.

- Профессор Снейп даст тебе успокаивающее зелье и зелье для сна без сновидений, и все будет хорошо. Северус, позаботьтесь о ней, пожалуйста. Я больше никого не хочу посвящать в эту историю, не исключая и мадам Помфри, - зельевар молча кивнул, – Я предупрежу Поттера, что задержала тебя для разговора, чтобы гриффиндорцы не волновались о твоем отсутствии. Профессор Снейп проводит тебя в башню, когда ты придешь в себя. Договорились?

Волшебница согласно кивнула и бросила взгляд на Снейпа. Сердце ее болезненно сжалось. Почему он так мрачен и холоден?

- Следуйте за мной, мисс Грейнджер, - услышала она его тихий голос и поспешила за Мастером Зелий.

Они не обменялись ни единым словом по пути к его кабинету. Северус шел своей стремительной походкой, а Гермиона семенила мелкими шажками, стараясь не отстать. Вот, наконец, и подземелья. Снейп открыл дверь кабинета, и они вошли внутрь. К ее удивлению он не повернулся к ней и ничего не сказал, а метнулся к своим полкам в поисках нужных зелий. Сердце Гермионы замерло от плохого предчувствия. Неужели, то, что произошло между ними, для него ничего не значит? Просто минутная слабость и она по-прежнему для него лишь пустое место? Девушка с растущим страхом смотрела, как он копается в своих склянках, и не могла найти объяснения такой резкой перемене в его поведении.

- Мисс Грейнджер, - он повернулся к ней, протягивая бокал с зельем, - выпейте это.

Гермиона вздрогнула от этого безразличного обращения и закусила губу, стараясь сдержать слезы. Не глядя на профессора, она взяла бокал и, выпив зелье, пробормотала:

- Спасибо.

- Вот это зелье примете перед сном, - он поставил перед ней флакон с зельем для сна без сновидений, – А теперь я должен проводить вас в башню Гриффиндора, согласно распоряжению директора, - в последних словах звучала уже неприкрытая ирония.

Он замер около нее, а она стояла, уставившись в пол, как будто там было что-то безумно интересное. «Трус, жалкий трус» - твердил он себе, глядя на ее опущенную голову и не решаясь прикоснуться к девушке. Наконец волшебница тяжело вздохнула и все так же, не поднимая головы, повернулась, чтобы выйти из его кабинета. Нет! Он не может дать ей просто так уйти.

- Мисс Грейнджер, - срывающимся голосом проговорил он, беря ее за руку, - Позвольте задать вам один вопрос. Это очень важно для меня.

Гриффиндорка повернулась и посмотрела ему в лицо печальными карими глазами. Зельевар подошел к ней почти вплотную и, не отрывая завороженного взгляда от ее глаз, продолжил:

- Сегодня… там в коридоре… я… не хочу принуждать вас… тьфу, не то… словом, я хотел спросить… о, Мерлин, почему так трудно… я поцеловал вас и… мне показалось, что вам это было приятно… и… черт, я похож на бестолкового студента… позже я подумал, что… возможно… вам просто требовалось утешение… и я… подвернулся…

Лицо его было еще бледнее обычного, голос дрожал, в горящем взгляде черных глаз отражалась боль и надежда. От прежней холодности не осталось и следа. Гермиона подумала, что никогда прежде ей не доводилось видеть своего профессора зельеварения таким взволнованным. Точнее, она вообще никогда не видела, чтобы он волновался. Это было необычно и, кажется, это было из-за нее. Гермиона улыбнулась ему, нежно коснулась рукой его виска, перебирая пряди волос, затем рука ее скользнула дальше. Снейп почувствовал, как ее пальчики дотронулись до его уха, переместились ниже, лаская шею, и наткнулись на жесткий плотный ворот его сюртука. От этих прикосновений он задрожал всем телом, все еще не решаясь поверить в то, что это происходит не во сне.

- Северус, - прошептала Гермиона, прижимаясь к нему, - поцелуй меня.

Он резко выдохнул, чувствуя, как сердце в груди бешено заколотилось, легко коснулся губами ее лба, потом глаза, щеки и, наконец, добрался до слегка приоткрытых, зовущих его губ. Он не хотел торопиться, желая в полной мере насладиться этими мгновениями. Осторожно касаясь ее губ своими губами, легко дотрагиваясь до них языком, Северус чувствовал, как тело девушки охватывает дрожь. Не в силах больше сдерживаться, он захватил ее жадным горячим поцелуем. Одной рукой он крепко обнимал талию Гермионы, другой легонько надавливал на ее затылок. Девушка, прильнув к нему, отвечала на его поцелуй, ощущая, как по всему телу разливается горячая волна блаженства. Когда воздуха стало не хватать, Северус оторвался от ее губ и принялся покрывать поцелуями ее лицо, запустив руку в копну каштановых волос, нежно перебирая ее вьющиеся локоны.

- Гермиона, - услышала она его горячий шепот около уха, - Гермиона, я люблю тебя, люблю.

- Ох, Северус, как я боялась, что ты этого никогда не скажешь, - прошептала она, - я тоже тебя люблю…

Он целовал ее снова и снова, понимая, что впал в безумие, но не мог заставить себя остановиться. Ее губы оказались еще слаще, еще пленительнее, чем ему представлялось. Все тело Гермионы трепетало в ответ на его прикосновения и ласки. Так приятно было ощущать его теплые сильные руки на своих плечах, на спине, на талии. Его губы скользили по ее шее, погружая гриффиндорку в блаженство. В этот момент ей хотелось только, чтобы эти чудесные мгновения никогда не кончались. Рука Северуса скользнула ей под мантию, слегка коснулась ее груди, затем нежно погладила ее. Волшебница тихо застонала от этих прикосновений, выгибаясь навстречу его чутким пальцам. Зельевар ласкал ее грудь, ощущая сквозь тонкую ткань блузки напрягшийся, затвердевший сосок. Он чувствовал ее тело в своих объятиях, такое нежное, податливое и трепещущее от его ласк. Северус понял, что, если он не остановится сейчас, то вообще не сможет остановиться. Он поймал ее руки, скользившие по его груди и животу, и мягко отстранился. Гермиона посмотрела на его пылающее от желания лицо непонимающим взглядом и растерянно спросила:

- Северус, что случилось? Я что-то сделала не так? У меня совсем нет опыта в… - она запнулась и, густо покраснев, опустила голову.

- Гермиона, - он нежно взял ее за подбородок и приподнял ее голову, чтобы встретиться с ней глазами, - Дело совсем не в тебе. Просто я теряю контроль над собой, когда… э... ты так близко. Я не могу сдерживаться…

- Северус, - прошептала девушка, прижимаясь к нему, - я не хочу, чтобы ты сдерживался.

- Не сегодня, - тоже шепотом отозвался он, снова запуская руки ей в волосы.

Снейп подхватил ее на руки, пересек комнату и сел в кресло у камина, усадив девушку у себя на коленях. Гермиона обвила руками его шею, и их губы снова слились в поцелуе. Прикосновения его теплых нежных губ и языка сводили гриффиндорку с ума. Оторвавшись от него, она взглянула в его лицо. На обычно бледных щеках проступил лихорадочный румянец, а черные глаза полыхали от страсти. Руки Северуса нежно поглаживали ее по спине, и девушка плотнее прижималась к нему, словно боясь, что он сейчас исчезнет. Она потерлась носом о его щеку и тихо спросила:

- Северус, почему… ты ждал так долго? Ты ведь уже давно понял… что я…

- Я не был уверен, - отозвался он, целуя ее волосы, - И… боялся… - он помедлил немного и продолжил, - боялся всего. Боялся, что мои чувства вызовут у тебя отвращение. Что ты посмеешься надо мной, - он вздохнул, - Боялся выглядеть в твоих глазах как Хокс. Я… почти в два раза старше тебя и…

- Северус, мне все равно, сколько тебе лет, - Гермиона обхватила ладонями его лицо и принялась покрывать его поцелуями.

Северус прикрыл глаза, наслаждаясь легкими прикосновениями ее губ, такими нежными и невинными.

- Я люблю тебя, - прошептала она ему в губы, неумело начиная поцелуй, на который он тут же ответил.

- Гермиона, - он прижал ее к себе, гладя ее волосы, нежно перебирая мягкие каштановые пряди.

Он мягко коснулся губами шеи девушки и, почувствовав дрожь ее тела в ответ на его прикосновения, продолжил покрывать ее шею поцелуями, заставляя Гермиону выгибаться и замирать от удовольствия. Теперь была ее очередь закрыть глаза, отдаваясь захватившим ее ощущениям. Она застонала, и Снейп, ощутив накатывающее на него волной возбуждение, крепко прижал ее к себе, уткнувшись лицом в ее волосы. Некоторое время они сидели в таком положении, прислушиваясь к прерывистому дыханию друг друга. Профессор первым прервал молчание.

- МакГонагалл сказала, ты уезжаешь завтра, - это был полувопрос-полуутверждение.

- Что? – она не сразу поняла, о чем он, - Ах, да, я собиралась. Гарри пригласил нас к себе на каникулы. Но я, пожалуй, не поеду, я хочу остаться с тобой.

- Ты не должна менять свои планы, - возразил он, - Это будет выглядеть странно…

- Почему я не могу провести каникулы с тобой? – возмутилась гриффиндорка, - Единственный человек, рядом с которым я хочу быть сейчас – это ты. Гарри поймет, я уверена…

- Гермиона, - ласково отозвался Северус, - на свете есть еще люди помимо твоего драгоценного Поттера. И не все они будут столь же понятливы, – он поймал ее вопросительный взгляд и пояснил, - То, что преподаватель неравнодушен к своей студентке, может обернуться серьезными неприятностями, не только для нас с тобой, но и для МакГонагалл. Ты же не хочешь этого?

- Северус, тогда приезжай к нам, - вдруг предложила она, - Гарри будет рад.

- Мисс Грейнджер, - ехидно произнес он, взметнув вверх брови, - если бы я мог предположить, что наши… м-м-м… нежности так пагубно повлияют на ваш рассудок… Это надо же, предложить самому ужасному профессору Хогвартса провести рождественские каникулы в теплой компании ненавидящих его студентов гриффиндорцев! Пожалуй, я сварю вам еще зелье, чтобы…

- Северус! – перебила девушка, - никто там тебя не ненавидит, – потом взглянула ему в лицо и рассмеялась, - Впрочем, пожалуй ты прав, это была не лучшая идея.

- Гермиона, - зельевар вдруг стал серьезным, - На каникулах у тебя будет время, и я прошу тебя подумать… о нас. Возможно, ты сегодня не отдаешь себе отчета в своих поступках. Я действительно намного старше тебя, я беден и некрасив, у меня дурная репутация и скверный характер. Может быть, я совсем не тот, кто тебе нужен и…

- Я похожа на взбалмошную дурочку, которая сохнет по смазливым красавчикам вроде Локхарта? – сердито поинтересовалась волшебница.

- Не очень...

- Тогда, может быть, на охотницу за богатством? – насупилась Гермиона.

- Конечно, нет, - Северус поцеловал ее.

- Или на малолетнюю, бестолковую пигалицу, не способную разглядеть блестящий ум, отважное сердце и прекрасную человеческую душу за разной шелухой, вроде дурной репутации и скверного характера?

Мастер Зелий смотрел на нее в немом изумлении. Никогда в жизни он не ожидал, что кто-то сможет сказать подобные слова о нем. Волшебница ждала его ответа, а он нашел в себе лишь силы отрицательно мотнуть головой.

- Тогда зачем говорить весь этот вздор? Вот уж от вас, профессор Снейп, никак не ожидала. Вам. Это. Не идет.

Северус улыбнулся и крепко прижал ее к себе.

 





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...