Главная Обратная связь

Дисциплины:






Когда ученик готов, мастер приходит 2 страница



Байрон любил почти сотню женщин в течение своего короткого промежутка жизни. Он представляет собой ар­хетип Дона Жуана. Он никогда не знал любви. Как вы можете знать любовь, когда вы движетесь от одного к дру­гому, от другого к третьему, от третьего к четвертому? Для любви должен наступить сезон; нужно время, чтобы она установилась; ей нужна близость: ей нужно глубокое дове­рие; ей нужна вера. Перед женщиной всегда возникает проблема — "Что делать?" Если она возьмет инициативу в свои рука, мужчина убежит. Если она будет делать вид, что она будто бы она не заинтересована, тогда мужчина тоже убежит, потому что женщина не заинтересована. Она должна найти середину — почву: небольшая инициатива и небольшое равнодушие вместе, смесь. Но и то и другое это плохо, потому что компромиссы не позволят вам расти.

Компромиссы никогда никому не позволяют расти. Компромиссы это расчет, хитрость; это подобно бизнесу, не любви. Когда любящие действительно не боятся друг друга и не боятся отбросить свои эго, они прыгают друг в друга на свой страх и риск. Они прыгают так глубоко, что ста­новятся друг другом. Они действительно становятся одним целым, и когда это единение случается, тогда любовь пре­ображается в молитву. Когда это единение случается, то­гда, внезапно, в любовь входит религиозное качество.

Сначала любовь обладает качеством секса. Если она поверхностна, она будет сведана к сексу; в действительно­сти, это не будет любовью. Если любовь становится глуб­же, тогда она будет обладать качеством духовности, качес­твом божественности. Поэтому любовь это просто мост ме­жду этим миром и тем, сексом и самадхи. Вот почему я постоянно называю это путешествием от секса к сверхсоз­нанию. Любовь это просто мост. Если вы не перейдете че­рез мост, секс будет вашей жизнью, всей вашей жизнью, очень обычный, очень уродливый. Секс может быть пре­красным, но только вместе с любовью, как часть любви. Сам по себе он уродлив. Это подобно тому как: ваши глаза прекрасны, но если глаза вынуть из ваших глазных впа­дин, они станут уродливыми. Самые прекрасные глаза станут уродливыми, если вы вырвете их из тела.

Это случилось с Ван Гогом: никто не любил его, по­тому что у него было маленькое уродливое тело. Тогда проститутка, просто для того чтобы ободрить его, не найдя ничего другого, чтобы оценить его тело, похвалила ухо: "У тебя самые красивые уши". Любящие никогда не говорят об ушах, потому что есть много другого, что достойно по­хвалы. Но здесь ничего не было — тело было очень, очень уродливым, и поэтому проститутка сказала: "У тебя очень красивые уши". Он пришел домой. Никто никогда ничего не оценил в его теле, никто никогда не принимал его тела; это было впервые, и он был охвачен таким трепетом, что отрезал свое собственное ухо и вернулся к проститутке, чтобы подарить его. Теперь ухо было совершенно уродли­вым.



Секс это часть любви, более великого мира. Любовь придает красоту, иначе, это одно из самых уродливых дей­ствий. Вот почему люди занимаются сексом в темноте: да­же им не нравится видеть себя в действии, которое было представлено ночью. Вы видите, что все животные занима­ются любовью днем, за исключением человека. Ни одно животное не беспокоиться о том, чтобы делать это ночью — ночь для отдыха. Все животные любят днем; только че­ловек любит ночью. Определенный страх, что акт любви немного уродлив... И ни одна женщина никогда не зани­мается любовью с открытыми глазами, потому что в жен­щине больше развито эстетическое чувство, чем в мужчине. Они всегда любят с закрытыми глазами, чтобы ничего не видеть. Женщины не порнографичны, только мужчины та­кие.

Вот почему существует так много фотографий, ри­сунков голых женщин: только мужчина заинтересован в том, чтобы видеть тело. Женщине это не интересно; в них больше развито эстетическое чувство, потому что тело это нечто животное. До тех пор, пока оно не станет божест­венным, нечего на него смотреть. Любовь может вложить в секс новую душу. Тогда секс преображается — он стано­вится прекрасным; это больше не секс — в сексе появилось нечто запредельное. Он стал мостом. Вы можете любить человека, потому что он удовлетворяет вас в сексе. Это не любовь, только сделка. Вы можете заниматься сексом с человеком, потому что вы любите; тогда секс следует за вами подобно тени, подобно части любви. Тогда это пре­красно; тогда он больше не принадлежит животному миру. Тогда нечто из запредельного уже вошло, и если вы про­должаете любить человека все глубже, постепенно, секс исчезает. Близость становится таким удовлетворением, что вам больше не нужен секс; любовь достаточна сама по се­бе. Когда этот момент приходит, тогда возникает возмож­ность того, что в вас расцветет молитва.

Когда двое любящих пребывают в такой глубокой любви, что любовь приносит такое глубокое удовлетворе­ние, и секс просто отбрасывается — не то, что он был от­брошен, не то, что он был подавлен, нет; он просто исчез из вашего сознания, не оставляя даже шрама за собой — тогда двое любящих пребывают в таком тотальном единст­ве... Потому что секс разделяет. Само слово "секс" проис­ходит из корня, который значит разделение. Любовь объединяет, секс разделяет. Секс это коренная причина разделения.

Когда вы занимаетесь сексом с человеком, мужчиной или женщиной, вы думаете, что это объединяет вас. На какое-то мгновение он дает вам иллюзию единства, и затем внезапно входит огромное разделение. Вот почему после каждого сексуального акта наступает разочарование, де­прессия. Вы чувствуете, что вы так далеки от возлюбленно­го. Секс разделяет, и когда любовь входит все глубже и глубже и все больше и больше объединяет вас, вам не ну­жен секс. Ваша внутренняя энергия может встретиться без секса, и выживете в таком единстве.

Вы можете видеть двух влюбленных, когда секс ис­чезает: вы можете видеть пыл, который приходит к двум возлюбленным, когда секс исчезает: они существуют как два тела с одной душой. Душа окружает их; она становит­ся жаром, окружающим их тела. Но это случается редко.

Люди заканчивают сексом. Самое большее, когда они начинают жить друг с другом, они начинают воздейство­вать друг на друга — самое большее. Но любовь это не просто воздействие; это единение душ — две энергии встречаются и становятся целым. Когда это происходит, только тогда возможна молитва. Тогда оба возлюбленных в своем единстве чувствуют себя так удовлетворенно, так превосходно, что возникает благодарность; они начинают произносить молитву.

Любовь это самое великое во всем существовании. На самом деле, все пребывает в любви со всем. Всегда, когда вы приходите к пику, вы можете увидеть, что все любит все. Даже тогда, когда вы не можете найти ничего подобного любви, вы чувствуете ненависть — ненависть просто значит, что любовь происходит неправильно, вот и все — когда вы чувствуете равнодушие... равнодушие оз­начает только то, что любовь не была достаточно смелой для того, чтобы взорваться. Когда вы чувствуете, что чело­век закрыт, это значит только то, что он так сильно боял­ся, чувствовал такую сильную небезопасность, что не смог сделать первого шага. Но все пребывает в любви.

Даже тогда, когда животное набрасывается на другое животное и ест его — лев набрасывается на лань и ест ее — это любовь. Это выглядит как насилие, потому что вы не знаете. Это любовь. Животное, лев поглощает лань в себя... очень грубо, конечно, очень, очень грубо и прими­тивно, как животное, но он все же любит. Любя друг дру­га, они поглощают друг друга. Животное действует очень грубо, только и всего.

Все существование пребывает в любви: деревья лю­бят землю, земля любит деревья — иначе, как они могут существовать вместе? Кто будет удерживать их? Должна быть общая связь. Это не только корни, потому что, если земля не пребывает в глубокой любви по отношению к де­реву, даже корни не помогут. Существует глубокая неви­димая любовь. Все существование, весь космос вращается вокруг любви. Любовь это ритамбхара. Вот почему я ска­зал вчера: Истина плюс любовь есть ритамбхара. Истина сама по себе слишком суха.

Если вы можете понять... Прямо сейчас может быть только интеллектуальное понимание, но держите это в сво­ей памяти. Однажды это может стать экзистенциальным опытом. Я это чувствую.

Враги любят друг друга, иначе, они бы не беспокои­лись друг о друге? Даже человек, который говорит, что Бога нет, любит Бога, потому что он постоянно говорит, что Бога нет. Он одержим, очарован, иначе, зачем волно­ваться? А атеист всю свою жизнь пытается доказать, что Бога нет. Он так сильно любит, и так сильно боится Бога, что, если бы он был, произошла бы огромная трансформа­ция в его бытии. Зачем бояться, он постоянно твердит — "Бога нет". В своем усилии доказать, что Бога нет, он по­казывает глубокий страх того, что Бог зовет. И если Бог существует, тогда он не может остаться прежним.

Это точно также как монах, который движется по улице города с закрытыми глазами или с получазкрытыми глазами, чтобы не видеть женщин. Он постоянно говорит самому себе: "Здесь нет женщины. Все это майя, иллюзия. Это просто сон". Но зачем постоянно повторять, что это просто сон, пытаться доказать, что никаких объектов люб­ви не существует? — иначе, монастыри исчезнут, монаше­ство исчезнет; весь образ жизни будет расшатан.

Все есть любовь, и любовь есть все. От самого грубо­го до самого высшего, от камня до Бога, это любовь...

много слоев, много шагов, много степеней, но это любовь. Если вы можете любить женщину, вы сможете любить и Мастера. Если вы можете любить Мастера, вы сможете лю­бить и Бога. Любить женщину это любить тело. Тело пре­красно — в этом нет ничего плохого — настоящее чудо. Но если вы можете любить, тогда любовь может расти.

Случилось так, что один великий святой Индии, Ра-мануджа, проходил череа город. Пришел человек, и он, должно быть, принадлежал к тому типу людей, которых обычно привлекает религия: аскетический тип, человек, который пытается жить без любви. Никто никогда не до­бивался успеха. Никто никогда не добьется успеха, потому что любовь это основная энергия жизни и существования. Никто не может добиться успеха, выступая против любви. Человек попросил Рамануджу:

— Я хотел бы, чтобы ты дал мне инициацию. Как я могу найти Бога? Я хотел бы быть принятым как ученик.

Рамануджа посмотрел на человека, а вы можете уви­деть, что человек против любви; он похож на мертвый ка­мень, совершенно высохший, без сердца. Рамануджа сказал:

— Сначала скажи мне вот что: ты когда-нибудь кого-нибудь любил?

Человек был шокирован, потому что такой человек, как Рамануджа говорит о любви? — такой обычной мир­ской вещи? Он сказал:

— Что ты говоришь? Я — религиозный человек. Я никогда никого не любил.

Рамануджа настаивал. Он сказал:

— Просто закрой свои глаза и подумай немного. Ты, должно быть, любил, даже если был против этого. Воз­можно, ты любил не в реальности, но в воображении...

Человек сказал:

— Я совершенно против любви, потому что любовь является всем образом майи и иллюзии, а я хочу выйти из этого мира, а любовь является причиной того, что люди не могут выйти из этого. Нет, даже в воображении!

Рамануджа настаивал. Он сказал:

— Просто загляни вовнутрь. Иногда во сне должен был возникать объект любви.

— Именно поэтому я не сплю много! Но я здесь не для того, чтобы учиться любви, я здесь для того, чтобы научиться молитве.

Рамануджа погрустнел и сказал:

— Я не могу тебе помочь, потому что человек, кото­рый не познал любви, как он может познать молитву?

Так как молитва это наиболее чистая любовь, сущ­ность любви — как если бы ваше тело исчезло, только дух любви остался; как если бы лампы больше не было, только пламя; как если бы цветок исчез в земле, но аромат все еще витал в воздухе — это молитва. Секс — это тело любви, любовь это дух; тогда, любовь это тело молитвы, молитва это дух. Вы можете начертить концентрические круги: пер­вый круг — секс, второй круг — любовь, и третий круг, который является центром, это молитва. Благодаря сексу вы открываете тело другого, и благодаря открытию тела другого, вы открываете свое собственное тело.

Человек, который никогда ни с кем не имел сексу­альных взаимоотношений, не чувствует своего собственного тела, потому что, кто даст вам это чувство? Никто не прикасался к вашему телу любящими руками, никто не ласкал ваше тело любящими руками, никто не обнимал ваше тело; как вы можете чувствовать тело? Вы существуете как при­зрак. Вы не знаете, где кончается ваше тело, и начинается тело другого.

Только в любовных объятиях впервые тело обретает очертания; возлюбленная придает вашему телу очертания. Она придает ему форму, она формирует его, она окружает вас и дает вам определение вашего тела. Без возлюбленной вы не знаете, к какому типу принадлежит ваше тело, где в пустыне вашего тела находятся оазисы, где растут цветы, где ваше тело наиболее живо и где мертво. Вы не знаете; вы остаетесь незнакомыми. Кто познакомит вас? На самом деле, когда вы влюбляетесь, и кто-то любит ваше тело, впервые вы начинаете осознавать свое тело, осознавать что у вас есть тело.

Возлюбленные помогают друг другу узнать свое те­ло. Секс помогает вам понять тело другого, и через друго­го получить чувство и определение своего тела. Секс делает вас телесными, укорененными в теле, и тогда лю­бовь дает вам ощущение самих себя, души, духа, атмы — второго круга. И затем молитва помогает вам почувство­вать не-себя, или брахму, или Бога.

Таковы три шага: от секса к любви, от любви к мо­литве. И существует много измерений любви, потому что, если вся энергия есть любовь, тогда возникнет много изме­рения любви. Вы любите женщину или мужчину — вы знакомитесь со своим телом. Вы любите Мастера — вы знакомитесь со своей личностью, со своим существом, и, благодаря этому знакомству, внезапно, вы влюбляетесь в целое. Женщина становится дверью для Мастера, Мастер становится дверью для божественного. Внезапно, вы вливаетесь в целое и приходите к знанию глубочайшей сути всего существа.

Иисус правильно сказал: "Любовь есть Бог", потому что любовь это энергия, которая движет звездами, которая движет облаками, которая позволяет семени прорасти, ко­торая позволяет птицам петь, которая позволяет вам быть здесь. Любовь это самое таинственное явление. Это ритамбхара.

Последний вопрос:

А Мастера когда нибудь зевают?

Да, они зевают, но они зевают тотально. И в этом раз­ница между просветленным человеком и непросветлен­ным. Различие только в тотальности. Все, что вы делаете, вы делаете частично. Вы любите — только часть вас любит; вы спите — только часть вас спит; вы едите — только часть вас есть; вы зеваете — только часть вас зевает, другая часть против нее, контролирует ее. Мастер живет тотально, что бы не происходило. Если он ест, он ест тотально; нет никого, кроме процесса еды. Он ходит... он ходит; здесь нет ходящего. Ходящего не суще­ствует, потому что, где он будет существовать? — ходящий настолько тотален. Когда вы зеваете, вы здесь. Когда Мас­тер зевает, есть только зевота.

И если я не убедил вас, вы можете спросить Вивек; это будет доказательством. Вы можете спросить свидетеля.

 

ГЛАВА 9

Падение идиотов

49.

В состоянии нирвичара самадхи, объект испытывает свою полную перспективу, потому что в этом состоянии знания достигнуты прямо,без использования чувств.

50.

Восприятие, достигнутое в нирвичара самадхи, преображает все нормальные восприятия как в мере так и в интенсивности.

51.

Когда этот контроль всех других контролей преображен, самадхи без семени достигнуто и вместе с ним свобода от жизни и смерти.

Знание не прямо, познание прямо. Знание приходит через многих посредников; оно не надежно. Познание непосредственно, безо всяких посредников. Только по­знание может быть надежным.

06 этом различии нужно помнить. Знание подобно посланнику, приходящему и сообщающему вам что-то: по­сланник мог не понять послания; посланник, возможно, добавил к посланию что-то от себя; посланник мог опус­тить что-то; посланник мог забыть что-то; посланник может быть просто хитрым и лживым. И вы должны доверять по­сланнику. У вас нет прямого подхода к источнику посла­ния — это знание.

Знание ненадежно, и в него вовлечен не только по­сланник, но четверо других. Человек находится за многи­ми запертыми дверьми, заключенный. Сначала знание при­ходит к чувствам; затем чувства несут его через нервную систему, оно достигает мозга, затем мозг доставляет его уму, и затем ум доставляет его вам, сознанию. Это огромный процесс, и вы не обладаете никаким прямым доступом к источнику знания.

Это случилось во время Второй Мировой Войны: солдат получил очень глубокое ранение в палец ноги и в ногу, и палец сильно болел. Боль была настолько сильной, что солдат потерял сознание. Хирурги решили отрезать всю ногу. Ее не могли спасти, так как она была сильно разрушена, поэтому они отрезали ее. Солдат был без соз­нания, поэтому он не знал о том, что произошло.

На следующее утро, когда солдат пришел в созна­ние, он снова стал жаловаться на боль в пальце. Теперь это нелепо: если ноги не существует, палец и вся нога были полностью отрезаны, как может существовать боль в паль­це, которого не существует? Медсестра засмеялась и сказа­ла: "Ты воображаешь, или у тебя галлюцинации". Она подняла одеяло и показала солдату, что: "Вся твоя нога отрезана, поэтому теперь не может существовать никакой боли в пальце, потому что пальца не существует". Но сол­дат настаивал. Он сказал: "Я могу видеть, что ноги нет, и могу понять, что с вашей точки зрения я выгляжу нелепо — но я все же говорю, что боль очень сильная, невыноси­мая".

Позвали доктора; хирурги посоветовались между со­бой. Это был полный абсурд! — ум сыграл какой-то трюк — но они пытались понять, что произошло. Тогда все тело было подвергнуто рентгену, и вот к какому выводу они пришли: нервы, которые несли послание о боли в пальце, все еще несли его. Колебания были точно такими же, ка­кими они должны были быть в том случае, если бы здесь был палец, и он бы болел.

И когда нервы приносят послание, конечно, мозг должен расшифровать его. Мозг не может определить, не­сут ли нервы правильное послание или неправильное, ре­альное, нереальное. Мозг не может выйти и проверить нервы. Мозг должен зависеть от нервов, и он передает это уму. Теперь ум не может проверить мозг — вы должны просто верить ему — и ум доставляет знание сознанию. Теперь сознание страдает из-за пальца, которого не суще­ствует.

Это то, что индуисты называют майей. "Мира не су­ществует, — индуисты говорят, — и вы страдаете невыно­симо, страдаете из-за чего-то, чего не существует". Вот как функционирует механизм знания. В этом процессе очень трудно проверить что-либо, до тех пор пока вы не выйдете из себя. Ум не может сделать это, потому что ум не может существовать вне тела. Он должен зависеть от мозга, он укоренен в мозге. Мозг не может сделай" это, потому что ум укоренен во всей нервной системе; он не может выйти наружу. Существует только одна возможность проверить, и она находится в сознании-

Сознание укоренено в теле; тело это просто место­пребывание. Точно так же как вы выходите и входите в свой дом, сознание может выйти из дома и войти в него. Только сознание может выйти наружу из всего этого меха­низма и посмотреть на все, что происходит.

В нирвичара самадхи это происходит — мысли пре­кращаются. Связь между умом и сознанием оборвана, по­тому что мысли это связь. Без мысли у вас не будет ника­кого ума. И когда у вас нет никакого ума, связь с мозгом нарушена. И когда у вас нет никакого ума, и связь с моз­гом оборвана, связь с нервной системой нарушена. Ваше сознание теперь может плавать наружу и вовнутрь; все двери открыты. В нирвичара самадхи, когда мысли пре­кращаются, сознание свободно движется и плавает. Оно становится подобным облаку безо всяких корней, без дома. Оно становится свободным от механизма с которым вы жили. Оно может выйти наружу, может войти вовнутрь; на его пути нет помех.

Теперь прямое знание возможно. Прямое знание есть познание. Теперь вы можете видеть тот час же безо всяких посланников между вами и источником знания. Это чрезвычайное явление, когда ваше сознание выходит на­ружу и смотрит на цветок. Вы не можете вообразить, пото­му что это не часть воображения; вы не можете поверить в то что происходит! Когда сознание может смотреть прямо на цветок, впервые, цветок познан, и не только цветок, через цветок — все существование. В маленьком камешке гальки скрыто все; в маленьком листочке, танцующем на ветру, танцует все. В маленьком цветке на обочине дороги, улыбается целое.

Когда вы выходите из тюрьмы чувств, нервной систе­мы, мозга, ума, слоев и слоев стен, внезапно, индивиду­альность исчезает. Огромная энергия в миллионах форм, и каждая форма указывает на бесформенность, каждая фор­ма плавится и сливается с другими — огромный океан бесформенной красоты, истины, божественности. Индуи-сты называют это сат-чит-ананда'. то, что есть, то, что прекрасно, что красиво, что хорошо, что блаженно. Это прямое восприятие, апрокшанубхути, внезапное познание.

В противном случае все ваши знания непрямы, зави­сят от посланников, которые не очень надежны — не могут такими быть. Сама их природа ненадежна. Почему? Ваша рука прикасается к чему-то; теперь рука это нечто бессоз­нательное. С самого начала послание принимает ваша бессознательная часть. Интеллигент скрыт, а в дверях сидит идиот, и он принимает послание. Идиот — это тот, кто принимает. Рука не сознательна; рука прикасается к чему-то и получает послание. Теперь послание путешествует че­рез нервы. Нервы не сознательны; они не обладают ника­кой разумностью — поэтому от одного идиота к другому как может быть передано послание. От первого идиота ко второму — многое должно было измениться.

Во-первых, идиот не может быть на сто процентов правдивым, потому что он не может понимать; здесь нет понимания. Рука глупа, очень глупа. Она выполняет рабо­ту механически, как робот. Послание передано уже с большими изменениями. Нервы несут его к мозгу, и мозг расшифровывает его. Но мозг тоже не очень разумен, по­тому что мозг это часть тела, другой конец руки.

Если вам известно нечто из психологии, вы, должно быть, знаете, что правая рука соединена с левым полуша­рием мозга, а левая рука соединена с правым полушарием мозга. Две ваши руки это два воспринимающих конца моз­га. Они функционируют для мозга; это продолжения моз­га. Мозг тоже не бдителен: мозг это просто компьютер — в него что-то поступает, он расшифровывает, это меха­низм. Рано или поздно мы сможем сделать общественные мозги, потому что они будут дешевыми, будут дольше служить и создавать меньше проблем. Их можно будет очень легко прооперировать, и части могут быть изменены: даже отдельные части всегда будут с вами.

Мозг это механизм, и когда создали компьютеры, стало совершенно ясно, что мозг это механизм; в нем нет разумности. Затем мозг накапливает всю информацию расшифровывает ее, передает послание уму. Ваш ум обла­дает небольшим разумом; очень небольшим, тоже... потому что ваш ум не бдителен. Ваши руки это механизм; ваш мозг это механизм; ваша нервная система это механизм, и ваш ум спит, как будто он пьян. И так от одного идиота к другому идиоту, в конце концов, послание доходит до пьяницы!

Гурджиев обычно устраивал большие обеды для уче­ников, и первый тост всегда был за идиотов. Они — идио­ты.

И затем этот пьяница, полуспящий, полубодрствующий, интерпретирует это соответственно прошлому, потому что не может по-другому. Ум интерпретирует настоящее в соответствии с прошлым. Все происходит неправильно, потому что настоящее всегда ново, а ум всегда стар. Но по-другому нельзя; ум не может сделать ничего другого. Он накопил много знаний в прошлом посредством тех же са­мых идиотов, таких же ненадежных, как и все остальное, и прошлое привносится в настоящее, и настоящее понима­ется через прошлое. Все происходит неправильно. Благо­даря этому процессу знать все практически невозможно.

Вот почему индуисты называют весь мир, который познан благодаря этому процессу, майей, иллюзией, подо­бием сна; так и есть. Вы еще не познали реальности. Эти четыре посланника не позволят вам, и вы не знаете, как избежать этих посланников, или как выйти наружу в от­крытое пространство. Ситуация такова, что вы как будто заперты в темную клетку и только через замочную скважи­ну глядите наружу, и замочная скважина не пассивна, за­мочная скважина активна — она интерпретирует, она говорит: "Нет, вы не правы; это не так, это не такое". Ва­ши руки интерпретируют, ваша нервная система интерпре­тирует, ваш мозг интерпретирует, и, в конце концов, пья­ница интерпретирует. И эта интерпретация подается вам, и посредством этих интерпретаций вы живете. Таково состоя­ние невежественного ума, состояние непросветления.

В нирвичара самадхи все состояние расшатывается. Внезапно, вы выходите из всего механизма. Вы не полагае­тесь на него, вы просто отбрасываете весь механизм. Вы приходите прямо к источнику знания; вы смотрите непо­средственно на цветок.

Это возможно. Это возможно только на высшей ста­дии медитации, в нирвичаре, когда мысли прекращаются. Мысль это связь. Когда мысль прекращается, весь меха­низм прекращается, и вы отделены. Внезапно, вы больше не заключенный. Вы не смотрите сквозь замочную скважи­ну. Вы вышли наружу в мир под небом, открытый. Вы видите вещи такими, какое они есть, и вы увидите, что ве­щей не существует; они были вашими интерпретациями. Только существа существуют; в мире нет вещей. Даже ка­мень это существо, как бы глубоко он не спал, храпя; ка­мень это существо, потому что высший источник это существо. Все его части это существа, души. Дерево это существо, птица это существо, камень это существо. Вне­запно, мир вещей исчезает. "Вещь" это интерпретация этих идиотов и пьяного ума. Потому что в этом процессе все становится глупым. Потому что в этом процессе затро­нута только поверхность. Потому что в этом процессе вы упускаете реальность; вы живете во сне.

Используя это, вы можете создать сон. Просто попы­тайтесь однажды: ваша жена спит, или муж, или ребенок — просто потрите кубиком льда ступню спящего человека. Только чуть-чуть, не слишком долго, иначе он проснется — только слегка, и отложите его в сторону. Тот час же вы увидите, что глаза под веками движутся быстрее, это то, что психологи называют быстрым движением глаза. Когда глаза движутся быстро, начался сон. Потому что человек видит что-то, вот почему глаза движутся так быстро. Тогда просто посреди сна разбудите человека и спросите, что он видит. Либо он видел, что он переходит через реку, кото­рая была очень холодной, ледяной, или он ходил по снегу, или он поднялся на Гуришанкар: ему снилось нечто по­добное. Вы создали сны, потому что обманули первого идиота, вы прикоснулись к его ступням льдом. Тот час же идиот начал работать, второй идиот принял послание, тре­тий идиот расшифровал; четвертый — пьяный, который тоже сейчас спит —вы тот час же начинаете видеть сон.

Вы можете создать сны; вы создаете их много раз, не зная об этом. Обе ваши руки лежат на вашей груди, вы лежите в своей постели и чувствуете, что кто-то сидит на вашей груди, монстр. И когда вы открываете свои глаза, здесь никого нет — только ваши собственные руки или подушка.

То же самое происходит, когда вы пробуждаетесь. Нет никакой разницы, потому что весь механизм тот же самый; открыты ли глаза или закрыты, нет никакой разни­цы, потому что вы не сможете проверить процесс. Даже если вы хотите проверить, вы должны будете пройти через сам процесс. Как вы можете проверить, до тех пор пока вы не сможете выйти наружу и увидеть, что происходит?

Эта возможность есть весь мир духовности: конечное сознание может выйти наружу. Отбросьте механизм, по­смотрите на вещи прямо: "вещи" исчезают. Вот почему индуисты говорят, что мир не реален, и для настоящего знающего он исчезает. Не то, что камней и деревьев боль­ше не будет, они будут даже еще в большей степени, но они не будут больше деревьями, не будут больше камнями; они будут существами. Ваш ум превращает существа в вещи: ваша жена это вещь, которую нужно использовать; ваш муж это вещь, которой нужно обладать; ваш слуга это вещь, которую нужно эксплуатировать; ваш босс это вещь, которую нужно обмануть. Ум, из-за всего этого идиотского процесса, превращает каждое существо в вещь. Когда вы выходите из ума и бросаете взгляд в открытое небо, вне­запно, здесь вообще ничего нет. "Вещественность" исчеза­ет.

Когда мысли отпадают, второе, что должно быть от­брошено, это вещь. Внезапно, весь мир наполняется суще­ствами, прекрасными существами, высшими существами, потому что все они принимают участие в высшем существе Бога. Различия исчезают — вы не можете отделить одно от другого. Все разделения существуют из-за механизма. Вне­запно, вы видите дерево, выходящее из земли, не отдель­ное — встречающееся с небом, не отдельное, все соединено вместе; каждый является частью каждого. Весь мир стано­вится сетью "сознания, миллионами и миллионами созна­ний, сияющих, зажженных изнутри, каждый дом освещен. Тела исчезают, потому что тела принадлежат миру вещей. Формы существуют, но они больше не материальны; это формы движущейся, динамической энергии, и они постоян­но меняются. Вот что происходит.





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...