Главная Обратная связь

Дисциплины:






Когда ученик готов, мастер приходит 5 страница



Говорят, что Бог ответил:

— Потому что ты убил меня своим скучным постоян­ным "Рам". Ты почти убил меня, и я не хотел бы иметь тебя поблизости. Только подумай, двадцать четыре часа! Ты не дал мне ни одной секунды отдыха. Этот человек хо­роший. По крайней мере, он никогда не беспокоил меня, и я знаю, что он никогда не молился, потому что вся его жизнь была молитвой. Он кажется грешником тебе, потому что ты думаешь, что просто произнося словесную чепуху, ты вершишь добродетель. Он жил и жил счастливо. Воз­можно, он не был всегда хорошим, но он всегда был сча­стливым и всегда 'был блаженным. Возможно, он оши­бался, потому что человеку свойственно ошибаться, но он не был эгоистом. Он никогда не молился, но из глубочай­шей сути его бытия всегда исходила благодарность. Он наслаждался жизнью и благодарил за нее.

Помните: серьезные люди все в аду; дьявол любит серьезность очень сильно. Небеса не похожи на церковь, но если бы это было так, тогда бы никто, если он не лишен здравого смысла, никогда бы не пошел на небеса. Тогда лучше было бы отправиться в ад. Небеса это жизнь, жизнь многогранна.

Иисус говорит своим ученикам: "Придите ко мне, и я дам вам жизнь изобильную". Небеса это поэзия, посто­янная песня, как текущая река, постоянно празднование без перерыва. Когда вы здесь со мною, помните, вы всегда будете упускать меня, если вы серьезны, потому что не бу­дет контакта. Только тогда, когда вы счастливы, вы можете быть возле меня. Благодаря счастью, воздвигается мост. Благодаря серьезности, все мосты рушатся; вы становитесь подобно острову недоступными.

Четвертый вопрос:

Иногда я чувствую осознанность а иногда нет. Осознанность, кажется, пульсирует. Ис­чезнет ли эта пульсация медленно, или это произойдет внезапно?

Все в жизни есть ритм. Вы счастливы, но затем, вы не­счастливы. Ночь и день, лето и зима; жизнь есть ритм между двумя противоположностями. Когда вы пытае­тесь стать осознанными, здесь будет тот же самый ритм: иногда вы осознанны, а иногда нет. Поэтому не создавайте проблем, а вы такие специа­листы по созданию проблем, что можете высосать проблему из пальца. И существуют люди, которые будут снабжать вас ответами. На неправильную проблему всегда находятся неправильные ответы. И тогда она может продолжаться бесконечно; тогда неправильный ответ снова создает вопро­сы. С самого начала вы должны осознавать, что не следует создавать неправильных проблем. Иначе, вся жизнь будет постоянно течь в неверном направлении. Всегда пытайтесь понять, что не нужно создавать проблем. Все пульсирует в ритме, и когда я говорю все, я имею в виду все. Любовь, и затем ненависть; осознанность, и затем неосознанность. Не создавайте проблем: наслаждайтесь и тем и другим.



Когда вы осознанны, наслаждайтесь осознанностью, и, когда вы неосознанны, наслаждайтесь неосознанностью — нет ничего плохого, потому что неосознанность это как отдых. Иначе, осознанность станет напряжением. Если вы бодрствуете двадцать четыре часа в сутки, сколько дней, вы думаете, вы сможете прожить? Без еды человек может жить три месяца; без сна, в течение трех недель он сойдет с ума, и будет пытаться покончить жизнь самоубийством. Днем вы бдительны; ночью вы расслабляетесь, и расслаб­ление помогает вам в течение дня снова быть более бди­тельным, свежим. Энергии прошли через период отдыха; утром они снова более живые.

То же самое произойдет и в медитации: несколько мгновений вы совершенно осознанны, находитесь на вер­шине; несколько мгновений вы в долине, отдыхаете — осознанность исчезла, вы забыли. Но что в этом плохого? Это просто. Благодаря неосознанности снова возникнет осознанность, свежая, молодая, и это будет продолжаться. И если вы можете наслаждаться и тем и другим, вы станете третьим, именно это и нужно понять. Если вы можете на­слаждаться и тем и другим, вы ни то ни это — ни осознан­ность ни неосознанность, вы тот, кто наслаждается обеими. Входит нечто из запредельного. На самом деле, это на­стоящее свидетельствование. Вы наслаждаетесь счастьем — что плохого в том, что счастье ушло, и вы стали грустны­ми? Что плохого в грусти? Наслаждайтесь ею. И если вы стали способными наслаждаться грустью, тогда вы ни то ни это.

И я говорю вам: если вы наслаждаетесь, грусть обла­дает своей собственной красотой. Счастье немного поверх­ностно; грусть очень глубока, в ней есть глубина. Человек, который никогда не был грустным, будет поверхностным, только на поверхности. Грусть похожа на темную ночь — очень глубокую. Тьма обладает молчанием для этого, и грустью тоже. Счастье пузырится; в нем есть звук. Оно похоже на реку в горах; создается звук. Но в горах река никогда не может быть глубокой. Она всегда мелка. Когда река выходит на равнину, она становится глубокой, но звук прекращается. Она движется так, как будто бы не движется. Грусть обладает глубиной.

Зачем создавать проблему? Когда вы счастливы, будьте счастливыми, наслаждайтесь этим. Не отождеств­ляйтесь с этим. Когда я говорю, быть счастливым, я под­разумеваю наслаждаться этим. Пусть это будет климатом, который будет перемещаться и меняться. Пусть счастье будет климатом вокруг вас. Наслаждайтесь им, и затем приходит грусть... наслаждайтесь также и ею. Я учу вас наслаждению, во что бы ни было. Сидите в молчании и наслаждайтесь молчанием, и, внезапно, молчание больше не грусть; оно стало молчанием умиротворенного момента, самой красотой, в этом нет ничего плохого.

И тогда происходит высшая алхимия, точка в кото­рой вы внезапно понимаете, что вы ни то ни это, ни счастье ни грусть. Вы наблюдатель — вы наблюдаете вершины, вы наблюдаете долины; вы ни то ни это. Если эта точка дос­тигнута, вы можете постоянно праздновать все. Вы празд­нуете жизнь и смерть. Вы празднуете счастье и несчастье. Вы празднуете все. Тогда вы не отождествляетесь ни с ка­кой полярностью. Обе полярность стали доступными для вас, и вы можете двигаться от одной к другой с легкостью. Вы стали подобными жидкости, вы течете. Тогда вы можете использовать обе, и они обе могут помочь вашему росту.

Помните это: не создавайте проблем. Попытайтесь понять ситуацию, попытайтесь понять полярность жизни. Летом жарко, зимой холодно — так где же проблема? Зи­мой наслаждайтесь холодом, летом наслаждайтесь жарой. Летом наслаждайтесь солнцем; ночью наслаждайтесь звездами и тьмой, днем наслаждайтесь солнцем и светом. Вы делаете наслаждение постоянным, что бы ни происходило. Вопреки этому, вы постоянно наслаждаетесь. Попытайтесь, и, внезапно, все трансформируется и преобразится.

Пятый вопрос:

Довольно часто вы говорите, что, если вы не можете любить, тогда медитация приведет вас к любви, и если вы не можете медитровать, тогда любовь приведет вас к медита­ции. Кажется, что вы меняете свое мнение.

Я ничего не меняю. Вы можете изменить нечто, только если у вас это есть; как вы можете изменить это, если у вас этого нет? И никогда не пытайтесь сравнивать два момента, потому что каждый момент уникален сам по себе. Да, иногда мне нравится зима, а иногда мне нравится лето, но я никогда не менял своего мнения — у меня его нет. Вот как это получается: вы задаете вопрос, у меня нет на него готового ответа. Вы задаете вопрос, и я отвечаю. Я не думаю, увязывается ли это с моими предыдущими выска­зываниями или нет. Я не живу в прошлом и не думаю о будущем — если я что-то говорю, смогу ли я в будущем сказать то же самое? Нет, нет ни прошлого ни будущего.

Прямо сейчас вы задаете вопрос, и все, что происхо­дит, происходит сейчас. Я откликаюсь. Это просто отклик, это не ответ. На следующий день вы снова зададите тот же самый вопрос, но мой отклик не будет прежним. Я не могу с этим ничего поделать. У меня нет готовых ответов. Я по­добен зеркалу: всякое лицо, которое вы привносите, оно отражает. Если вы злы, оно отражает злость, если вы сча­стливы, оно отражает счастье. Вы не можете сказать зерка­лу: "Что случилось? Вчера я был здесь, и ты отражало злое лицо; а сегодня я тоже здесь, но ты отражаешь счаст­ливое лицо. Что с тобой произошло? Ты изменило свое мнение?" У зеркала нет мнения; зеркало просто отражает вас.

Ваш вопрос более важен, чем мой ответ. На самом деле, ваш вопрос создает во мне ответ. Половина поставля­ется вами, другая половина это просто эхо. Следовательно, это зависит — это будет зависеть от вас, это будет зависеть от деревьев, которые окружают вас, это будет зависеть от здешнего климата, это будет зависеть от существования в его тотальности. Вы задаете вопрос, а я — ничто, просто средство — как если бы целое отвечало вам. Все, что вам нужно, ответ приходит к вам. И не пытайтесь сравнивать, иначе у вас возникнут проблемы. Никогда не пытайтесь сравнивать. Когда вы чувствуете, что что-то подходит вам, вы просто следуете этому, делаете это. И если вы делаете это, вы сможете понять все, что придет впоследствии. То, что вы делаете, поможет, сравнение не поможет. Если вы постоянно сравниваете, вы просто сойдете с ума. Каждый момент я постоянно что-то говорю. Впоследствии, когда я проговорю всю мою жизнь, те, кто будут изучать это, и те, кто будут пытаться определить, что я имел в виду, просто сойдут с ума; они не смогут. Потому сейчас именно так и происходит... Они — философы; я не философ. У них есть определенное представление, которое они могут навя­зать вам; они постоянно настаивают на одной и той же идее снова и снова. У них есть нечто, что бы они хотели вну­шить вам. Они хотели бы обусловить ваш ум определенной философией. Они учат вас чему-то.

Я не учитель. Я ничему вас не учу. Скорее, совсем наоборот, я пытаюсь помочь вам разучиться.

Следуйте всему тому, что вам подходит. Не думайте о том, последовательно это или нет. Если это подходит вам, это хорошо для вас, и если вы следуете этому, вскоре вы сможете понять внутреннюю последовательность всей моей непоследовательности. Я последователен; мои выска­зывания могут не быть таковыми. Потому что они прихо­дят из источника, они приходят из меня, поэтому они должны быть последовательными. Как иначе это возмож­но? — они приходят из того же самого источника. Их формы могут быть различными, слова могут быть различ­ными: глубоко внутри, здесь, должно быть, протекает по­следовательность, но это будет возможным только тогда, когда вы глубоко внутри себя...

Поэтому, если что-то подходит вам, просто не вол­нуйтесь, сказал ли я что-то против или нет. Вы просто движетесь, делаете это. Если вы делаете это, вы будете чув­ствовать мою последовательность. Если вы просто думаете, вы никогда не сможете сделать никакого шага, потому что каждый день я буду продолжать меняться. Я не могу де­лать ничего другого, потому что у меня нет твердого ума, каменного ума, который всегда одинаков.

Я похож на климат, не как камень. Но ваш ум будет вновь и вновь думать о том, что я сказал одно, а потом сказал другое — что правильно? Правильно то, что легко для вас. Легкое правильно; то, что подходит вам, правиль­но, всегда. Всегда пытайтесь мыслить в категориях своего бытия относительно моих высказываний, подходят ли они вам. Если они не подходят, не волнуйтесь. Не думайте о них, не тратьте время; двигайтесь вперед. Придет нечто, что подойдет вам.

И вас много, поэтому я должен говорить для многих. Их нужды раэличны, их требования различны, их лично­сти различны, их прошлые кармы различны. Я должен говорить для многих. Я говорю не только для вас; вы — просто предлог. Благодаря вам, я говорю с целым миром. Поэтому я буду говорить с разными оттенками, чертить много путей и много песен. Просто думайте о себе — если что-то подходит вам, пойте эту песню, и забудьте о других. Напевая эту песню, постепенно, что-то установится в вас: возникнет гармония, и, благодаря этой гармонии, вы смо­жете понять мою последовательность через всю эту непо­следовательность .

Непоследовательность может быть только на поверх­ности, но моя последовательность наделена другим качест­вом. Философ последователен на поверхности. Если он что-то говорит — он смотрит в прошлое, соединяет его со своими высказываниями, смотрит в будущее, соединяет это с будущим — он создает цепь на поверхности. Вы не обна­ружите во мне этого вида последовательности. Другое ка­чество сознания, которое трудно понять до тех пор, пока вы не проживете его...

Тогда, постепенно, те волны, что непоследовательны, исчезают, и вы приходите в глубину океана, где обитает тишина, всегда последовательная, шторм ли на поверхно­сти, большие ли волны, большой шум или тишина, или нет волн, даже ряби. Прилив или отлив не имеет значения; глубоко внутри океан последователен.

Моя последовательность принадлежит бытию, не словам. Но когда вы опуститесь в свой собственный океан внутри, вы сможете понять это. Прямо сейчас, не волнуй­тесь.

Если какая-то обувь подходит вам, купите ее и на­деньте ее. Не волнуйтесь о другой обуви в магазине. Она не подходит вам: не нужно волноваться о ней. Она не предназначена для вас, но есть и другие люди; пожалуйста помните и о них. Кому-то эти туфли подойдут. Просто ищите на свои ноги свои собственные туфли. И чувствуйте, потому что это вопрос чувствования, не интеллекта.

Когда вы отправляетесь в обувной магазин, что вы делаете? Есть два пути: вы можете измерить свою ногу и свою обувь — это будет интеллектуальное усилие, матема­тическое усилие выяснить, подходит вам это или нет. Вто­рое: просто наденьте обувь на ногу, походите в ней и почувствуйте, подходит она вам или нет. Если она подходит, она подходит. Все хорошо; вы можете забыть об этом. Математическое измерения может быть безукоризненным, но обувь может не подойти, потому что обувь не знает об измерении. Она совершенно необразованна. Не волнуйтесь об этом.

Я помню, что случилось следующее: человек, кото­рый нашел закон среднего математического, великий мате­матик — он был греком, и он был так наполнен своим собственным открытием закона среднего математического, что однажды отправился на пикник... его жена и семеро детей. Они должны были пресечь реку, поэтому он сказал: "Подождите". Он вошел в реку; в четырех-пяти местах он измерил глубину реки: где-то она равнялась одному футу, где-то было три, где-то было только шесть дюймов. Река не заботится о математике. Он посчитал на песке, нашел среднее математическое: полтора фута. Он измерил всех своих детей, нашел среднее математическое: два фута. Он сказал:

— Не беспокойтесь, пусть они идут. Река глубиной полтора фута, дети — два фута.

Прекрасно, что математика может зайти так далеко, но ни дети ни река, никто не беспокоится о математике.

Жена немного боялась, потому что женщины никогда не пользуются математикой. И это хорошо, потому что они создают баланс, иначе, мужчина сойдет с ума. У нее были небольшие опасения. Она сказала:

— Я не понимаю твоего закона среднего числа, но мне кажется, что некоторые дети слишком малы, а река кажется такой глубокой.

— Не волнуйся. Я доказал закон среднего числа пе­ред великими математиками. Кто ты такая, чтобы создавать подозрения насчет этого, сомневаться? Просто посмотри, как он работает.

Математик пошел вперед. Женщина, боясь, пошла позади, чтобы иметь возможность следить за тем, что про­исходит с детьми, потому что она волновалась... И некото­рые дети, маленькие, начали уходить под воду. Она закричала:

— Посмотри! Ребенок тонет!

Но математик выбежал на песок противоположного берега; он сказал:

— Должно быть, в своих расчетах я где-то допустил ошибку.

Но для ребенка, который тонул... она выбежала на другой берег:

— Не будь математиком, когда находишься вместе со мной! Я не понимаю твоей математики и не верю в закон среднего числа.

Каждая личность индивидуальна, и нет среднего че­ловека. И я говорю для многих, через вас — с миллиона­ми. Я могу делать две вещи: либо я могу найти средний принцип, тогда я всегда буду последовательным, я всегда буду говорить о двух футах. Но я вижу, что некоторые из вас имеют семь футов, некоторые только четыре фута, и я должен суметь создать много типов обуви и много типов методов. Просто взгляните на свои собственные футы; най­дите обувь и забудьте о магазине. Только тогда, однажды, вы сможете понять ту последовательность, которая сущест­вует во мне. Наоборот, я самый последовательный человек на земле.

Последний вопрос:

Однажды вы сказали, что, если это нужно, то­гда у вас будет еще одно рождение. Но если вы уже достигли самадхи без семени, как у вас может быть еще одно рождение? Не поду­майте, что это не относящийся к делу личный вопрос, но темп моего духовного роста, кажет­ся, нарастает, да, он нарастает!

Да, однажды я сказал, что, если нужно, я вернусь назад. Но теперь я говорю, что это невозможно. Поэтому, пожалуйста, слегка прибавьте скорость. Не ждите, что я снова приду. Я здесь буду недолго. Если вы действитель­но искренни, тогда увеличьте скорость, не откладывайте. Однажды я сказал... я сказал людям, которые не были го­товыми в тот момент. Я всегда откликаюсь; я сказал лю­дям, которые не были готовы. Если бы я сказал им, что не приду, они бы просто отказались от всех своих планов. Они бы подумали: "Тогда это невозможно". Они не могут уложиться в одну жизнь, а я не приду в следующей, по­этому лучше не начинать. Это слишком большое дело, что­бы достичь за одну жизнь. Но теперь, вам я говорю, что я больше не приду, потому что это невозможно — надеясь, что теперь вы готовы понять это и увеличить скорость.

Вы уже начали путешествие, вы просто... В любой момент это возможно. Теперь откладывание будет опас­ным. Думая, что я приду снова, ваш ум может расслабить­ся и отложить. Теперь, я говорю, что я не приду.

Я расскажу вам одну историю: однажды это случи­лось с Муллой Насреддином. Он скал своему сыну:

— Я отправился в лес за хворостом, и десять львов, не один лев, внезапно набросились на меня.

— Подожди, папа. В прошлом году ты говорил, пять львов, а в этом году ты говоришь, десять львов.

— Да, но в прошлом году ты был недостаточно взрослым, и ты бы слишком сильно испугался — десять львов. Теперь я говорю тебе правду. Ты вырос, и я тебе говорю.

Сначала я говорил вам, что приду — вы недостаточ­но выросли. Но теперь вы немного подросли, и я могу ска­зать вам правду. Много раз я должен был говорить ложь из-за вас, потому что вы не поняли бы правды. Чем больше вы растете, тем больше я отбрасываю ложь и в большей степени могу быть правдивым. Когда вы действительно вы­растите, я просто скажу вам правду: тогда этого будет не нужно. Если вы не выросли, тогда правда будет разруши­тельной.

Вам нужна ложь подобно тому, как детям нужны иг­рушки. Игрушки это ложь. Вам нужна ложь, если вы не выросли. И если есть сострадание, то человек, который обладает глубоким состраданием, не волнуются о том, го­ворит ли он ложь или правду. Все его бытие должно по­мочь вам, быть полезным вам, быть благословением для вас. Все Будды вели; они должны были, потому что они так сострадательны. И никакой Будда не мог сказать абсолют­ную правду, потому что, кому он скажет? Он может ска­зать только другому Будде, но другому Будде это не нужно.

Благодаря лжи, постепенно, Мастер приводит вас к свету. Беря вашу руку, шаг за шагом, он должен помочь вам двигаться к свету. Всей правды будет слишком много. Вы можете быть просто шокированы, расстроены. Вы не можете вместить всей правды: она будет разрушающей. Только благодаря лжи вас можно привести к дверям хра­ма, и только у самой двери вам может быть дана вся прав­да, но тогда вы поймете. Тогда вы поймете, зачем нужна была ложь. И вы не только поймете, вы будете благодарить за нее.





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...