Главная Обратная связь

Дисциплины:






Старые привычки умирают с трудом



 

— Если ты там пытаешься приукрасить свое лицо, то могу сказать тебе прямо сейчас — это не поможет. Лишь некоторые из нас наделены красотой, — доносится до меня крик Калеба снизу, в то время как я пытаюсь стереть с лица остатки макияжа.

Очевидно, кое-кто уже вернулся к своему обычному поведению.

— Ой, — восклицает Калеб, когда я подкрадываюсь к нему сзади и шлепаю по затылку.

— Черт, я споткнулась. Наверное, после приукрашивания лица поставила глаза не на место, — насмешливо говорю я, наблюдая за тем, как шириться ухмылка на его лице. — Хм, а почему это у меня меньше пиццы, чем у тебя? — спрашиваю я, присаживаясь на кушетку и заглядывая в тарелку, стоящую на кофейном столике.

— Потому что я — мужчина, — отвечает он, подмигивая.

— Мертвый мужчина, если не дашь мне больше пиццы.

— Успокойся, это ведь только еда.

С этими словами, он берет два куска со своей тарелки и перекладывает их в мою.

— Хороший мальчик, — говорю я, гладя его по голове.

— Смешно.

— А у тебя разве нет сегодня свидания? — спрашиваю я, вгрызаясь зубами в первый кусок пиццы.

Моя любимая, с ветчиной и ананасом. Те, что я выпросила у Калеба, оказались самыми большими, поэтому я решаю оставить их напоследок. Я и вправду провожу слишком много времени с Кортни.

— Неа, — отвечает он, пытаясь протолкнуть в рот сразу половину куска.

Понимаете, теперь, почему я зову его домашним питомцем.

Не смотря на то, что Калеб опять ведет себя самоуверенно, я счастлива. Уж лучше это, чем видеть его грустным.

— Я думала, что у тебя свидание, — с любопытством интересуюсь я.

— Я его отменил.

— Почему?

— А я что, совершил преступление? К чему все эти вопросы?

— Я не могу поинтересоваться?

— Ты можешь спросить, о чем угодно, Принцесса. Другое дело отвечу ли я, — ехидно отвечает он.

— Как хочешь, — бурчу я и хватаю со стола пульт, пытаясь найти что-нибудь стоящее по телевизору.

— Но, но, но, мы играем в игру, — говорит Калеб, выхватывая его из моей руки и выключая ящик.

— Прости? С чего бы это мне играть с тобой?

— Потому, что хоть раз в своей скучной жизни сможешь повеселиться...

— Я веселюсь...

— И когда это было в последний раз? Настоящее веселье?

Он бросает мне вызов. Я веселюсь. Я всегда веселюсь, поэтому даже не представляю, что он пытается...

— Когда? — повторяет Калеб.

— Я не обязана тебе ничего объяснять. Что за идиотская игра? — рычу я, в ответ на это на его лице появляется ухмылка.

— Правда или расплата...

— Нет...

— Боишься?

— Нет, просто не играю, — говорю я, откусывая следующий кусок пиццы.

— Не бойся...

— Я не бою...

— Серьезно, не переживай ты так!



— Я не боюсь!

— Нет, боишься...

— Нет, не боюсь...

— Боишься.

— Нет.

— Боишься.

— Хорошо! Давай играть в твою идиотскую игру! — выкрикиваю я до того, как понимаю, на что согласилась.

— Это не займет много времени, — с улыбкой говорит Калеб.

— У меня есть несколько правил, — глядя на него с серьезным выражением лица, произношу я.

— Давай, говори.

— Во-первых, никаких поцелуев и касаний в качестве расплаты...

— Успокойся, Принцесса. Ты конечно, сексуальная штучка, но я не настолько в отчаянии. Если я захочу тебя, то, поверь, мне не понадобится никаких игр.

— Слишком самоуверенно, Минти.

— Все еще зовешь меня «Минти»? - хихикая про себя, спрашивает он.

— Все еще зовешь меня «Принцесса»?

— Ладно, у меня тоже есть пара правил. Ты должна выполнять все действия или отвечать на все вопросы. Если ты отказываешься, то выполняешь «расплату» из своего списка исключений, — говорит Калеб, улыбаясь во весь рот.

— Как хочешь, — ворчу я.

— Отлично, я начинаю. Правда или расплата?

— А почему это ты начинаешь?

— Потому, что это моя идея. Так, правда или расплата?

— Правда, — говорю я, перед тем как откусить еще один кусок пиццы.

— Ты когда-нибудь влюблялась? — спрашивает он, доедая свой последний кусок.

Не ожидала, что он спросит об этом.

— Нет.

— Серьезно?

— Да, почему это тебя так удивляет?

— Все девушки хоть раз, но были влюблены.

— Ну, я не все. Парня, в которого я могла бы влюбиться, либо не существует, либо он мертв.

— Вау, ты такая злая...

— Заткнись. Правда или расплата?

— Правда, — не раздумывая, отвечает он.

Я замираю на несколько секунд, пытаясь определить, чтобы мне хотелось знать о Калебе.

— Ты когда-нибудь был в отношениях?

— Нет.

— Кто бы говорил, — говорю я, закатывая глаза.

— Правда или расплата?

— Хм...

— Мы и так знаем, что ты скажешь «правда», так что давай, поживее, — с сарказмом говорит Калеб.

— Имея в виду нас, ты говоришь о себе. Это только подтверждает мою теорию о том, что в тебе живет не одна личность, и что ты сумасшедший. А во-вторых, твой маленький трюк, чтобы заставить меня сказать «расплата», не сработает. Так что «правда», — отвечаю я с гордой улыбкой на лице.

— Если бы ты застряла на острове и могла в последний раз полакомиться чем-то одним, чтобы это было?

— Блинчики с начинкой из клубники и шоколада, — не раздумывая, произношу я.

Даже сама мысль об этом, наполняет мой рот слюной.

— Хорошо, правда или расплата?

— Правда.

Вот и отлично, настало время поставить нашего маленького Калеба на место.

— Сколько у тебя было девушек? Если, конечно, ты их всех вспомнишь, — говорю я, с легкой ухмылкой.

— Ну разве ты не смешная? Одна, — отвечает он, отчего кусок пиццы застревает у меня в горле.

— Одна? — хриплю я, неверующе глядя на него.

— Да, одна.

— Ты лжешь, — говорю я, глядя ему прямо в глаза.

— Мне нет необходимости врать тебе, ты же не моя потенциальная подружка.

— Хорошо, — шокировано произношу я.

У него была всего одна девушка? Это меня очень удивляет и сразу же появляется желание узнать кто же она.

— Ну а теперь, мы можем продолжать игру? —ехидно спрашивает он.

— Давай.

— Правда или рас...

— Расплата.

Я знаю, что он не ожидает этого от меня, а мне нравятся неожиданные вещи.

— Тогда иди за мной.

Калеб встает с кушетки и идет к входной двери.

— А что с пиццей и куда мы идем? — сконфуженно спрашиваю я.

— Пицца подождет, и если ты поторопишься, то сама узнаешь, куда мы направляемся, — говорит он, закатывая глаза.

— Замечательно, — бурчу я, следуя за ним на улицу.

— Видишь вон ту дверь?

Калеб показывает на дом мистера Бисли.

— Да.

— Я хочу, чтобы ты постучалась в нее, а потом убежала и спряталась...

— Серьезно? Сколько нам лет...

— Если ты не хочешь этого делать, мы всегда можем придумать что-нибудь еще, — говорит он, подмигивая.

— Продолжай, — говорю я, после секунды раздумий.

— Значит, ты должна постучать в его дверь и спрятаться где-нибудь на улице...

— Подожди, я что, не могу просто вернуться обратно, сюда?

— Нет.

Улыбающийся Калеб прислоняется к косяку двери.

— А если он меня поймает?

— Сделай так, чтобы не поймал, — шепчет он, как будто это так легко.

Калеб даже не представляет, что из себя представляет мистер Бисли. Этот мужчина постоянно всех в чем-нибудь подозревает и у него репутация человека, который преследует людей. Перед тем, как пуститься в авантюру, из-за которой меня могут наказать еще на неделю, я делаю глубокий вдох.

— Готова? — раздается шепот Калеба позади меня.

— Нет, сначала я хочу свой ключ, — говорю я, поднимая брови.

— Зачем?

— Я не доверяю тебе. Ты вполне можешь оставить меня на улице на всю ночь.

— Это уже было. К тому же, я хочу закончить игру. Обещаю, что не сделаю этого, — отвечает он, хлопая ресницами.

— Лучше тебе сдержать обещание, — бурчу я и делаю шаг навстречу своей «расплате».

— Я буду наблюдать, — подмигивает мне Калеб, а потом закрывает за собой входную дверь.

По пути к дому мистера Бисли, я продолжаю задавать себе один и тот же вопрос — «что я делаю?». Если он поймает, то у меня будут огромные неприятности. Тем не менее, маленькая часть меня хочет увидеть, что же произойдет. Перед тем, как подойти поближе к двери мистера Бисли, я оглядываюсь, чтобы убедиться, что в поле зрения никого нет. Его дом вызывает странные ощущения. Честно сказать, он выглядит жутко. Портьеры закрыты и не пропускают ни лучика света. Потихоньку прокрадываюсь вверх по ступенькам. Перед тем как поднять руку, делаю глубокий вдох и громко, изо всех сил стучусь в его дверь, а потом разворачиваюсь и убегаю. Не знаю почему, но я смеюсь и смеюсь, не в силах остановиться. Как будто меня только что накрыла волна азарта. Чувствую себя ребенком. Но это продолжается совсем недолго, потому, что как только я слышу голос мистера Бисли, то начинаю паниковать.

— Кто здесь? — доносится до меня его крик.

Забежав за угол дома, я останавливаюсь, потому что дальше хода нет. Положив руки на колени, я пытаюсь потихоньку восстановить дыхание. Во рту пересохло, а в груди все горит. Мне и вправду стоит начать ходить в спортзал. Здесь я в безопасности. Мистер Бисли осмотрится, а потом вернется в дом. Я оказываюсь неправа. Вместо этого я слышу шаги, которые приближаются все ближе и ближе. У меня округляются глаза.

— Думаешь, что можешь напугать меня? Ну давай посмотрим, как будешь напуган ты, когда встретишься с моей битой!

Я начинаю паниковать еще больше. Это все может закончиться либо тем, что я окажусь в больнице с поломанными костями, либо тем, что окажусь в больнице с поломанными костями и буду наказана. Оба варианта меня не особо устраивают. Можно, было бы, попытаться перепрыгнуть через забор на его задний двор, но, как я уже говорила, я не дружу со спортом. Да и идея застрять в его дворе тоже не привлекает. Закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Я знала, что не стоит играть с Калебом в идиотские детские игры. Все, что связано с ним…

— Эй, старик! — доносится до меня крик Калеба.

Не имею понятия почему он это делает, но я ему благодарна.

— Ты думаешь, что это смешно, ребенок? — спрашивает мистер Бисли, и я слышу, как его шаги удаляются в противоположном направлении.

— Ну, говорят, что я не плох в плане шуточек…

— А вот это тебе смешно? — вопит мистер Бисли и его бита с шумом рассекает воздух.

— Сначала тебе нужно поймать меня, — отвечает Калеб.

Я слышу легкую усмешку в его голосе, определенно ему нравится чувство опасности.

— Если бы я где-нибудь прятался, то сейчас было бы самое время БЕЖАТЬ домой! – кричит Калеб, отчего я прихожу в еще большее недоумение. — Прямо сейчас!

Наконец, до меня доходит, что он разговаривает со мной. Даже не думая, я быстро несусь через улицу в дом. Оглянувшись на происходящее позади меня, я вижу, как мистер Бисли преследует Калеба с битой в руках. Понятное дело, он не поймает его, но при мысли о том, что он думает, что у него есть шанс, из моих губ вырывается смешок. Приближаясь к дому, я произношу коротенькую молитву, проскальзываю в дверь, закрываю ее, а потом падаю на кушетку, пытаясь восстановить дыхание.

Примерно через пять минут моих попыток, дверь открывается, и я вижу задыхающегося Калеба. Несколько секунд мы пристально смотрим друг на друга, а потом разражаемся смехом.

— У тебя... какие-то... сумасшедшие... соседи.

— Не могу поверить в то, что он преследовал тебя.

— Он был как терминатор. Я думал, что старик быстро устанет, но он все бежал и бежал, — говорит Калеб, падая рядом со мной.

— А зачем ты вообще вышел? — спрашиваю я, разворачиваясь к нему.

— Ну, только такая идиотка как ты, могла спрятаться в тупиковом местечке. Когда я увидел, что он приближается к тебе с битой, то подумал, что, возможно, моя помощь не помешает, — отвечает он, продолжая хохотать.

— Спасибо за это. Больше я никогда на это не пойду.

— Но ты должна признать, что отлично повеселилась, — говорит он, глядя на меня.

— Ага, было бы очень весело закончить эту вылазку со сломанными костями.

Мы смотрим друг на друга еще несколько секунд, а потом снова начинаем ржать.

— Ты сумасшедший, Калеб, — наконец-то успокоившись, произношу я.

— Думаю, тебе это нравится, — отвечает он, улыбаясь.

Настоящей, искренней улыбкой, от которой я чувствую себя немного странно.

— Думай, как хочешь, — говорю я, прочистив горло. — Полагаю, теперь мой черед?

— Да.

— Хорошо, правда или расплата? — спрашиваю я, отодвигаясь от него.

— В этот раз я выберу расплату, — отвечает он с ухмылкой на лице.

— Какие мы смелые, — детским голосом восклицаю я, взяв еще один кусок своей, холодной, пиццы. — Со сколькими девушками ты сейчас встречаешься?

— Я сказал расплата, а не правда...

— Да, но я должна спросить об этом перед тем, как предложить тебе расплату. Просто ответь на вопрос.

Чувствую себя довольной, потому, что наконец-то добралась до больших кусков пиццы, которые отдал мне Калеб.

— С пятью...

— Ты мне противен, — говорю я, закатывая глаза.

— Ревнуешь?

— Мечтай, Минти. Хорошо, я хочу, чтобы ты отослал всем этим девушкам смс и извинился за то, что встречаешься с ними одновременно...

— Что? Но они-то об этом не знают...

— Вот именно, д— овожу я до его сведения, наслаждаясь последним куском пиццы.

— Ты что, серьезно хочешь, чтобы я это сделал?

— Хочу. Ты, в любом случае, должен встречаться только с одной девушкой. Как тебе это? В общем-то, не отвечай, просто приступай к расплате, если ты, конечно же, не струсил, — говорю я, самодовольно ухмыляясь.

— Я? Струсил? Не будь смешной, — отвечает он, взяв свой телефон.

— Я хочу видеть, что ты печатаешь и на самом ли деле ты пошлешь сообщения.

Я сажусь прямо рядом с ним так, чтобы можно было наблюдать за всем через его плечо.

— Я не хочу, чтобы куски пиццы застряли у меня в волосах, — восклицает он, поднимаю на меня сердитый взгляд.

— Ну, конечно же, нет, — говорю я и трясу куском пиццы над его головой, отчего несколько крошек падают на его волосы.

Улыбаюсь про себя, потому что знаю, что он не видел, что я это сделала.

— Ну ладно, посмотрим, что получится.

Калеб открывает новое сообщение и начинает печатать.

Когда он заканчивает, я склоняюсь над его плечом, чтобы посмотреть, что же он написал.

— Дай мне взглянуть, — говорю я, засовывая последний кусок пиццы в рот и забирая у него телефон.

Эй, бэби, прости, но я встречаюсь и с другими девчонками. Ты сексуальная, так что не принимай это близко к сердцу. К

— Ты это серьезно? — спрашиваю я, неверующе глядя на него.

— Что, это? — отвечает он с идиотской ухмылкой на лице.

— Ты вообще, читал, что напечатал?

— Да.

— Это ты им не пошлешь, — говорю я, показывая на экран.

— А что не так? — с серьезным видом, произносит Калеб.

— Ты такой придурок. Мы пошлем вот это, — с этими словами, я начинаю набирать новое сообщение.

Привет, ты замечательная девушка и думаю, что я должен быть с тобой честен. Я — придурок, большой, толстый, лживый придурок. Я встречаюсь не только с тобой, но и с другими. Это никак не связано с тобой, просто результат моей незрелости и непонимания человеческой природы. Ты заслуживаешь лучшего, и я желаю тебе всего самого хорошего. Калеб ххх

— Нет.

— Что?

— Я не буду это отправлять. Да это даже не похоже на меня, — говорит он, вырывая телефон из моих рук.

— Ну, признаваться, тоже не похоже на тебя. Моя расплата, мои правила. Отправляй, — отвечаю я, с угрожающим видом глядя на него.

— Ладно, — произносит он, начиная прокручивать список контактов.

— Серьезно? — спрашиваю я, взглянув на пять контактов, которым он отсылает смс.

— Что? — недоуменно интересуется Калеб.

— Ноги, Задница, Губы, Глаза и Болтушка? — произношу я, зачитывая их вслух.

— Это помогает мне запомнить, кто есть, кто.

— Слава Богу, что у тебя нет моего номера телефона, — бурчу я, закатывая глаза.

— А кто сказал, что его у меня нет? — говорит он с озорной улыбкой, и вслед за этим я слышу звонок своего телефона.

Посмотрев на экран, я вижу фотографию Калеба, посылающего мне воздушный поцелуй и слово «секси» поперек нее.

— Когда ты это сделал? — рычу я, неверующе уставившись на него.

— Когда забрал твой телефон в кинотеатре, — с гордостью в голосе отвечает он.

— Ты придурок...

— Сексуальный придурок...

— Как хочешь. А как ты сохранил мой номер? — любопытство берет надо мной верх.

— Разве это не очевидно? Принцесса. Ну что, теперь моя очередь. Правда или расплата? — спрашивает Калеб, повернувшись ко мне лицом.

— Расплата, — отвечаю я, испытывая какие-то странные ощущения в желудке.

Я пытаюсь игнорировать их и сконцентрироваться на том, что он говорит.

— Хорошо, раз ты загубила все мои свидания, то ты же поможешь мне вернуть их обратно, — заявляет он с улыбкой на лице.

— Каким образом? — интересуюсь я, потирая живот.

— Начиная с завтрашнего дня, ты будешь делать вид, что являешься моей девушкой...

— Прости? — шокировано спрашиваю я.

Желудок издает громкое урчание, и мы оба переводим взгляд на мой живот.

— Ты загубила мои свидания тем, что заставила меня быть честным. Если я хочу, чтобы эти девушки думали, что я изменился и стал примерным мальчиком, то нужно заставить их поверить в то, что у меня есть девушка. Каждый парень знает, что как только у тебя появляется подружка, ты сразу же становишься желанным объектом для девчонок. В них как-бы автоматически срабатывает соревновательность...

— Ой, да не нужно никакой соревновательности, они могут забрать тебя...

— Хм, ты отказываешься от расплаты, Эдди? — спрашивает Калеб, с довольной улыбкой на тупом лице.

На секунду я замолкаю, а потом соглашаюсь на это. Я никогда не отступаю. Никогда.

— Хорошо, но держи свои губы подальше от...

Неожиданно я замолкаю, потому что желудок начинает урчать как сумасшедший, и я чувствую, что вот-вот взорвусь.

— Эм, мне нужно идти, — говорю я, подпрыгивая с кушетки и бегом направляясь к лестнице.

— Ты в порядке? — доносится до меня голос Калеба.

— Да, — еле как выдавливаю я из себя и несусь прямиком в ванную.

Ночь будет длинной.

* * *

Я была права, ночь оказалась длинной. Чувствую себя так, как будто кто-то выдирает мои внутренности. За последний час я побывала в туалете уже три раза, и даже не хочу пугать вас, описывая то, что там происходило. Я с облегчением вздохнула, когда услышала, что Калеб идет спать, десять минут назад. Мне так стыдно, что я не хочу встречаться с ним лицом к лицу. Надеюсь это заставит его передумать, и он не захочет представлять меня своей девушкой. Мне этого совсем не хочется. Я уже поняла, что все, связанное с Калебом, всегда заканчивается плохо. Уверена, что и это не станет исключением. Но я уже согласилась на расплату, так что пути назад нет.

Желудок решил дать мне небольшую передышку, поэтому я решаю спуститься и налить себе стакан воды до того, как все начнется снова. Захожу на кухню, включаю свет и беру стакан. Достаю из холодильника бутылку воды и выливаю ее в стакан. Неожиданно, мое внимание привлекает маленькая бутылочка рядом с банкой с печеньями. Беру ее в руки и все сразу же встает на свое место. Я убью Калеба. Иду к лестнице, забыв о воде и толкаю дверь в его комнату.

— Принцесса, я мог бы быть не один. Как насчет того, чтобы посту...

— Что это? — спрашиваю я, держа бутылку перед его лицом.

— О, ты нашла их, — отвечает он, ухмыляясь.

Я бросаю бутылку так, чтобы она попала ему в лоб, а потом яростно вскрикиваю.

— Тебе и правда не повредят курсы по управлению гневом...

— А тебе нужна помощь! Ты положил слабительное в мою пиццу, — ору я, не отрывая от него взгляда.

Не могу поверить в то, что он сидит и улыбается.

— Ой, да ладно. Ты же не думала, что я просто спущу тебе то, что произошло сегодня? — спрашивает он, пытаясь сдержать улыбку.

— Я думала, что мы покончили с играми?

— Да, теперь мы...

— Ты такой придурок!

— Я в курсе. Как бы то ни было, к завтрашнему дню ты будешь в порядке. А теперь тебе надо отдохнуть, — говорит он, начиная хихикать.

Во мне как будто кто-то нажимает на кнопку «убить». В ярости, я подбегаю к Калебу, лежащему на кровати, и прыгаю на него сверху.

— Ааааа! — кричу я, хватаю подушку и начинаю бить его по голове, как маньячка.

Я бью его все быстрее и сильнее, а он продолжает смеяться, отчего моя ярость достигает своего пика.

— Ты, — говорю я, ударяя его снова, — Самый, — и снова, — Большой, — и снова. — Придурок...

Неожиданно, в желудке появляется знакомое ощущение.

— Эй, ты в порядке? — спрашивает Калеб, изучая выражение моего лица.

Он выглядит искренне озабоченным, но я то знаю, что ему нельзя верить.

— Нет, — бурчу я, пытаясь взять под контроль свои ощущения.

Втягиваю живот и на секунду закрываю глаза, желая, чтобы все прошло.

— Мне нужно идти, — говорю я, спрыгивая с кровати и бегом направляясь к его двери.

— Увидимся утром, подружка.

— Придурок, — бормочу я, запираясь в ванной, в четвертый раз за вечер.

Да, это и вправду будет очень длинная ночь.
Глава 14

Девушки и парни.

 

Утром я проснулась в совсем не радостном настроении. Мне пришлось бегать в туалет до четырех часов утра. Увидев, что телефон показывает всего шесть часов, я начинаю злиться еще больше. Калеб снова испортил мне жизнь.

Выбираюсь из кровати, и как зомби, иду в ванную. С хмурым видом осматриваю темные круги под глазами. Я слышала, что холодный душ помогает проснуться, но, на мой взгляд, это сумасшествие. Так что я просто включаю горячую воду.

После душа я чувствую себя получше, но это не меняет того, что мне хочется залезть обратно под одеяло. К моему удивлению, меньше, чем через сорок минут я готова. Потихоньку спускаюсь по лестнице. Я знаю, что папа, Билл и Калеб все еще спят, поэтому пытаюсь издавать как можно меньше шума.

С улыбкой направляюсь к холодильнику. Без сомнения, Калеб тот еще придурок, но вчера мы отлично повеселились. Я даже и не помню, когда в последний раз смеялась до колик в животе. Достав банку кока-колы, хватаю стакан, которым так и не воспользовалась вечером, выливаю воду и наполняю его колой. Знаю, это не лучший способ начинать новый день, но я не любительница кофе и мне необходимо что-нибудь, чтобы не заснуть сегодня. Выпив четыре стакана колы, начинаю чувствовать себя бодрее. Сполоснув стакан, наливаю в него воду. Осторожно поднимаюсь по лестнице, избегая третьей, пятой и восьмой ступеньки, потому что они обычно скрипят. Поднявшись, я осматриваю коридор и направляюсь к комнате Калеба.

Странно видеть его спящим так сладко. Если бы я не знала его или это была наша первая встреча, я бы решила, что он хороший парень. Калеб явно спит беспокойно, — половина его тела оголена, а другая, — укрыта одеялом. Слегка приоткрытый рот образует нечто, похожее на дьявольскую улыбку. Если бы я была обычной девушкой, то скорее всего, воспользовалась бы возможностью хорошенько рассмотреть его, — он лежит в облегающем белом нижнем белье, выставляя на обозрение идеально вырисовывающиеся мускулы. К сожалению, для Калеба, я — не обычная, и пришла сюда не для того, чтобы пускать слюни. Я пришла, чтобы отомстить.

Делаю три больших шага в направлении его спящего тела, улыбаюсь про себя, молча считаю до трех, а потом срываю с Калеба одеяло и обливаю его водой из стакана. Я даже не могу описать как это смешно, когда он спрыгивает с кровати, визжа как маленькая девочка. Я не шучу, он и правда визжал. Выражение ужаса на его лице было очень забавным, а по диапазону крика он мог бы переплюнуть даже Мэрайю Кэри[29]. С непередаваемым выражением лица, он пытается понять, что с ним случилось.

— С добрым утром, парень, — хихикаю я, наблюдая за тем, как до него, наконец-то, начинает доходить.

— Что за фигня, Эдди? Я думал, что тону! — вопит он, вытирая лицо рукой.

Я больше не могу сдерживаться и начинаю смеяться так, что из глаз текут слезы. Но мой смех быстро прекращается, когда я слышу, как открывается дверь в комнату Калеба.

— Что произошло? — спрашивает Билл, заходя в комнату с выражением паники на лице.

Я уже хотела что-нибудь соврать, но тут появляется отец.

— Все в порядке? Я слышал крик…

Неожиданно, он замолкает, переводя взгляд с Калеба на мокрую кровать, а потом на стакан в моих руках. Это добром не кончится.

Мы молча стоим, пока отец и Билл пытаются справиться с шоком. Я чувствую, как меня начинает трясти. Мужчины переглядываются друг с другом, медленно поворачиваются к Калебу и взрываются смехом. Не могу поверить своим ушам — они ржут. Не просто хихикают, а завывают, как два бешеных волка. Я тоже опять начинаю смеяться и в конце концов, к нам присоединяется Калеб. Если бы в этот момент кто-нибудь вошел, то нас определенно поместили бы в премиленькую белую комнату и одели бы в белые рубашки, в которых ты можешь попрактиковаться «в обнимешечки самого себя».

— Я очень рад, что вам так весело, — говорит Калеб, не отводя от меня взгляда.

Звучит странно, но он как будто гордится тем, что я сделала.

— Ну, это самая смешная альтернатива будильнику, которую я когда-либо видел. Не знаю, о чем вы думали, сумасшедшие детишки, но спасибо. А теперь, пойду-ка я обратно в кроватку, — хихикает Билл, выходя из комнаты.

— Эдди, когда ты здесь закончишь, я хотел бы переговорить с тобой, — говорит отец с теплой улыбкой на лице.

— Да, конечно, — отвечаю я, наблюдая за тем, как он тоже покидает комнату.

— Не буду отрицать, шутка удалась, — произносит Калеб, отчего я опять начинаю смеяться.

— Ты выглядел таким испуганным, это было забавно…

— Я же говорил тебе, мне казалось, что я тону.

Я пытаюсь прикусить губу и сдержать рвущийся наружу смех.

— Я так и подумала.

— Полагаю, я заслужил это после вчерашнего?

— Ага.

— Так мы в расчете? — с подозрением спрашивает он.

— Вообще-то я думала, что мы были в расчете еще вчера, но кое-кто решил не останавливаться…

— Хорошо, хорошо. Больше никаких розыгрышей, если ты пообещаешь тоже самое, — произносит Калеб, а я пытаюсь прочесть по его лицу правду ли он говорит.

— Клятва на мизинцах?

Он смотрит на меня, как на сумасшедшую.

— Напомни-ка, сколько нам лет?

— И это говорит парень, который заставил меня играть в «постучись дверь и убеги», — отвечаю я, подняв брови.

— Ладно, давай свой сексуальный мизинчик.

— Ты такой странный, — бурчу я, и мы сцепляем наши пальцы.

— Я, Калеб Гейтс...

— Тебя зовут Калеб Гейтс? — спрашиваю я, начиная смеяться.

— Да.

— Сколько раз ты позволял людям думать, что твой папа — Билл Гейтс[30]?

— Много, и это работало, пока они не обнаруживали, что он афроамериканец, или не приходили ко мне домой, — говорит он, и мы оба начинаем хихикать.

— Ты, Калеб Гейтс — это что-то.

Не знаю почему, но я искренне улыбаюсь ему и от этого мне так хорошо.

— Продолжай.

— Я, Калеб Гейтс, клянусь до конца своей жизни не подшучивать над Эддисон Тeйлор.

— Принято, —добавляю я, отцепляя свой мизинец.

— Приято?

— Да, я принимаю твое обещание, спасибо, — говорю я с ухмылкой на лице.

— А как насчет твоей клятвы?

— Нет. Тебе придется научиться доверять мне, но помни, что ты пообещал.

Я подмигиваю ему и улыбаясь про себя, выхожу за дверь.

— Подожди, — доносится до меня голос Калеба.

— Да?

— Не забудь, что мы должны ехать в школу вместе...

— Почему?

— Потому, что мы должны делать вид, что встречаемся, помнишь?

— Ага. Почему я просто не могу встретить тебя на месте?

— Нужно, чтобы все выглядело аутентично...

— Вау, какие слова мы знаем...

— Молчи. Как я уже сказал, нужно чтобы все выглядело по-настоящему. Вчера мы «ругались», а сегодня придем все такие влюбленные, как будто мы помирились, — говорит Калеб с улыбкой на лице.

— Пожалуйста, избавь меня от этого отвратительного образа в моей голове. У тебя двадцать минут, чтобы собраться, а потом я уезжаю.

— Ты не...

— Тогда сделка отменяется.

— Прекрасно, — рычит он, а потом исчезает в своей комнате.

Да, Калеб, так держать, я — босс.

Посмеявшись над попыткой Калеба выглядеть злым, я поднимаюсь и тихонько стучусь в спальню отца.

— Заходи.

— Привет, пап, — говорю я, проскальзывая вовнутрь и присаживаясь на край кровати.

Его комната выглядит как типичная берлога холостяка — кремовые стены, черные атласные шторы, черный глянцевый шкаф с серебристыми вставками и, конечно, телевизор с несколькими игровыми консолями под ним.

— Я хотел поговорить с тобой по поводу вчерашнего.

— Я тоже. Слушай, пап, мне и вправду очень жаль...

— Подожди, тыковка. Это я должен извиниться, — говорит отец.

Его слова приводят меня в недоумение.

— Я был слишком строг к тебе вчера. Ты не знала о том, что произошло с Калебом и было несправедливо обвинять во всем тебя, потому, что на самом деле, это была не твоя ошибка. Мы всегда были близки, и ты для меня как лучший друг. Иногда ты поступаешь так по-взрослому, и я забываю о том, что ты все еще ребенок. Порой я слишком много ожидаю от тебя. Прости.

— Все в порядке, пап. После того, как Билл мне все объяснил, я поняла, почему ты был зол на меня. Я понимаю, через что проходит Калеб, наверное, лучше большинства людей, и именно поэтому не собираюсь менять способ своего общения с ним, — говорю я, наблюдая за озадаченным выражением на лице отца. — В свое время я так ревновала к тому, что у всех моих друзей есть мамы. Это было тяжело. Они пытались понять меня и постоянно извинялись и вели себя по-другому, а я не хотела этого. Я просто хотела, чтобы все было по-прежнему, чтобы люди вокруг меня были самими собой. Думаю, все, что нужно Калебу — это нормальность, а не разговоры и жалость.

— Вау, какой обстоятельный анализ, ребенок, — с улыбкой произносит отец.

— Спасибо, — хихикая про себя, отвечаю я.

— Судя по всему, вы двое обсудили все вчера, потому, что сегодня выглядите довольно счастливыми.

— Да, думаю, что да.

— Ну и хорошо.

— Я пойду, мне нужно кое-что сделать, — говорю я и направляюсь к двери.

— Эдди?

— Да папа?

— Я люблю тебя. Никогда не забывай об этом.

— Не забуду, — шепчу я, выхожу из комнаты и закрываю за собой дверь.

Несколько секунд я стою, не шевелясь и просто улыбаясь, а потом приступаю к выполнению поставленной перед собой задачи. Я обуваю черные туфли, выхожу из дома и пересекаю улицы. Стараюсь идти быстро, чтобы не успеть передумать. Подойдя к двери мистера Билсли, я стучусь, а потом терпеливо ожидаю его ответа. Наконец, он открывает дверь и несколько секунд внимательно изучает мое лицо. Люди говорят, что он сердитый и злой, но стоя перед ним и глядя ему в глаза, я вижу перед собой только одинокого пожилого мужчину. Я ничего не знаю о нем, кроме того, что три года назад у него была жена. Куда она делась, я не в курсе.

— Да? — раздраженно спрашивает он.

— Здравствуйте, мистер Билсли. Меня зовут Эддисон Тейлор, и я живу прямо через дорогу…

— Не вижу, как это может быть связано со мной, — ворчит он нетерпеливо.

— Вчера мы с другом дурачились, и я постучалась в вашу дверь, а потом убежала…

— Так это из-за тебя, маленькая правонарушительница, мне пришлось бегать туда-сюда?

— Да, и мне очень жаль. Мы просто дурачились, но я знаю, что это было совсем не смешно, ведь вы могли упасть и что-нибудь повредить себе из-за наших игр, а это неправильно. Я хочу, чтобы вы знали, что в этом виновата только я, потому что мой друг вышел только для того, чтобы отвлечь вас, когда увидел биту. Во всем виновата я и мне очень жаль, — говорю я, стыдливо опустив голову.

— Вот, что я тебе скажу.

Я начинаю нервничать. Знаю, то, что я делаю — правильно, но мне все равно страшно. Надеюсь, что после этого полиция не заявится в мой дом во второй раз.

— Это самый честный и храбрый поступок для человека твоего возраста, который я когда-либо видел, — говорит он и на его лице появляется маленькая улыбка.

— И это все? — шокировано спрашиваю я.

— Да. Не думаю, что тебе было легко прийти сюда и выложить всю правду. К тому же, ты сказала, что тебе жаль, и никто ничего не повредил.

— Спасибо, мистер Билсли, я больше не буду так поступать, — отвечаю я.

— Я знаю. Ах да, и передай от меня своему другу, что ему следует держаться за тебя, — он подмигивает мне, а потом закрывает дверь и оставляет меня стоять с озадаченным выражением лица.

Выйдя из транса, я разворачиваюсь и вижу Калеба, ожидающего меня возле машины.

— Ты чего это делала? — спрашивает он.

— Извинялась.

— Почему?

— Потому, что это было правильно. Вчера он мог бы споткнуться, или получить сердечный приступ. От осознания этого мне было не по себе. К тому же, я хотела рассказать ему, что ты не стучался в его дверь, что это была я.

— Зачем ты это сделала? Ему не нужно знать…

— Все в порядке, поверь мне. Думаю, с этого момента все будет в порядке, — говорю я, поворачивая лицо в сторону дома мистера Билсли.

Я вижу, как он машет мне в окно рукой, поэтому я улыбаюсь и машу ему в ответ.

— Поехали, мне еще нужно забрать Кортни.

Мы залезаем в машину и едем к дому моей подруги.

* * *

По дороге я почувствовала, что что-то изменилось. После того, как мы поговорили с Калебом возле машины, он ведет себя необычайно тихо.

— Ты в порядке? — спрашиваю я, припарковавшись у дома Кортни.

— Да, в порядке, — с улыбкой на лице, отвечает он.

— Вот видишь, видишь? — говорю я, показывая на него.

— Что?

— Ты такой милый и улыбаешься мне, это необычно.

В ответ на мои слова, он взрывается смехом.

— Я просто устал. Как ты помнишь, утром меня разбудил проливной дождь.

— Ах, да. Я обычно завтракаю здесь, хочешь зайти? — нервничая, спрашиваю я.

Не знаю почему, но я чувствую себя как-то странно. Я пока не привыкла к нормальному общению с ним. С тех пор, как он переехал к нам, мы все время подстраивали друг другу розыгрыши, а теперь, когда с этим покончено, мне как-то не по себе.

— А ты не думаешь, что сначала нужно спросить?

— Нет. Они практически семья, а ты мой гость.

— Ну, тогда ладно, — говорит он, и мы выходим из машины.

— А с каких это пор у тебя появились манеры? — интересуюсь я.

— Ты знаешь, со сколькими девушками я встречался, и со сколькими родителями перезнакомился? Я хорошо наловчился...

— Ты такой придурок, — бурчу я и стучусь в дверь.

— Ты это уже говорила...

— Калеб, привет! — говорит Кортни, приглаживая волосы и хихикая, как гиена.

— Привет! — машет он ей рукой.

— Заходите, — она отодвигается в сторону, чтобы пропустить нас вовнутрь.

— Что-то раньше меня никогда не приветствовали так теп...

Неожиданно мою ягодицу пронзает острая боль.

— Ой!

— Все в порядке? — спрашивает Калеб, поворачиваясь к нам.

— Да, все идеально, — отвечает Кортни, с фальшивой улыбкой на лице и показывая пальцем дорогу на кухню.

— Ты только что вонзила ноготь в мою ягодицу? — шепчу я.

— Да, а теперь заткнись, — тихо говорит она в ответ, и теперь уже мы обе фальшиво улыбаемся, снова повернувшемуся к нам Калебу.

— А вот и кухня.

— Привет, ребята, — произносит тетя Мел, после того как мы, каждый по-своему, поприветствовали ее.

— Ты, должно быть, Калеб?

— Да, рад с вами познакомиться, — отвечает он своим «притворным» голосом.

Калеб был прав — ему хорошо удается прикидываться приятным парнем перед родителями.

— Отлично, присаживайтесь, я раздам вам тарелки. Кейл, поторопись! — говорить тетя Мел, в то время как мы выполняем ее инструкции.

На мгновение, я слегка растерялась, не зная, должна ли я сесть рядом с Калебом. К счастью, Кортни принимает решение за меня, и сама устраивается возле него. Не могу поверить, что она так бесстыдно флиртует перед своей мамой. Хотя, это довольно забавно. Калеб несколько раз смотрит на меня, как будто спрашивая «всегда ли она такая». Я тихо хихикаю про себя, думая о том, как странно Кортни себя ведет. Но ее невозможно не любить, не смотря на то, что она сумасшедшая. По крайней мере, она пока еще не произнесла ни одного слова «собственного сочинения».

Через пять минут, наконец-то, появляется Кейл, со своим обычным дебильным оскалом на лице. На минуту он останавливается и внимательно осматривает Калеба.

— Я тебе нравлюсь? — с издевкой спрашивает Калеб.

Только он может прийти в гости и так открыто оскорблять хозяев. Больше никогда никуда не буду брать его с собой.

— Ты встречаешься с моей сестрой? — с угрозой в голосе, интересуется Кейл.

— На сколько я помню, нет, — с ухмылкой отвечает Калеб.

— Тогда нравишься, — говорит Кейл и пожимает ему руку.

Я должна была знать, что эти два придурка поладят. После этого он ерошит волосы Кортни, а та в свою очередь пытается ударить его, но промазывает.

— Успокойся, сеструха, у нас гости.

— Привет, красавица.

Кейл целует меня в щеку, а потом подходит к своему месту. Зная меня вот уже семнадцать лет, ему стоило бы выучить, что не стоит этого делать. Но он не учится на своих ошибках. Конечно же, я не могу спустить ему этого, поэтому медленно отодвигаю стул, на который он собирается сесть. Кейл приземляется на задницу и вскрикивает от боли.

— Опаньки, — ухмыляясь, говорю я.

— Это было великолепно! — восклицает Кортни, и мы хлопаем друг друга ладонью о ладонь.

Краем глаза я вижу изумление на лице Калеба, который с интересом наблюдает за разворачивающейся перед ним сценой. Наверное, рад, что в этот раз не он жертва моей креативности.

— Мам, ты видела, что она сделала? — стонет Кейл, медленно поднимаясь на ноги.

— Да и ты это заслужил. Никогда не целуй леди, не спросив сначала ее разрешения, — говорит она и подмигивает мне.

— Она не леди, — отвечает он, глядя на меня с мрачным видом.

— Давай не переходить на личности, Кейл-дуралей.

От этого он бесится еще больше. Кейл- дуралей — его прозвище, которое я придумала, когда нам было десять. И сейчас он ненавидит его не меньше, чем тогда.

— Не называй меня так.

С этими словами, он поднимает стул, садится, и с аппетитом поглощает яйца, сосиски и французский тост, который приготовила тетя Мел.

* * *

Время за едой и разговорами пролетело быстро. Калеб и Кейл болтали о девушках, футболе и еще какой-то скучной ерунде. После того, как мы поклялись, что все за собой вылижем, тетя Мел умчалась на работу. У нее определенно ОКР[31], с ее манией к чистоте и порядку. Хотя, чего еще ожидать от владельца собственного ресторана.

— Хочешь, поехали со мной, — предлагает Кейл Калебу, когда мы выходим на улицу.

— Я не могу, сегодня я должен появиться с Эдди.

— Лады.

— Ты же придешь вечером на ужин? — спрашивает Калеб.

— Посмотрите, у нас тут намечается броманс, — хихикает Кортни, и я присоединяюсь к ней.

— А ты тоже идешь? — удивленно спрашивает Кейл.

— Ну, в данный момент, я вроде как живу в доме Эдди...

— Серьезно? Ну и каково это жить с ней? — с отвращением в голосе, интересуется Кейл.

— Не так уж и плохо после того, как я выдрессировал ее. Нужно просто показать, кто в доме хозяин, — говорит Калеб, и они оба разражаются смехом.

Я инстинктивно поднимаю руку, чтобы шлепнуть его по голове за этот идиотский комментарий. К моему сожалению, он пригибается, хватает меня за руку, разворачивает и прижимает спиной к своей груди.

— Я всегда на шаг впереди тебя, Принцесса. Никогда не забывай об этом, — произносит он мне в ухо.

— Ага, а я, как уже говорила, на два.

С этими словами я опускаю туфлю на его стопу, отчего он вскрикивает от боли.

— Обычно, я не поощряю насилие, но тут я тобой горжусь, очаровашка.

— Ну, спасибо, — говорю я и мы обе хихикаем.

— Я должен сидеть на этом месте, — доводит до нашего сведения Калеб, когда Кортни хватается за ручку двери.

— Что? — недоуменно спрашивает она.

— Мы встречаемся...

— Нет, не встречаемся, — обрываю я его и закатываю глаза, когда он залазит в мою машину.

Они оба продолжают что-то говорить, но я не понимаю ни слова.

— Заткнитесь, я не могу ничего разобрать, когда вы говорите одновременно. Калеб, ты первый, — обращаюсь я к ним, как к парочке детишек.

— Я просто говорил ей, что мы встречаемся...

— Она моя лучшая подруга и я не собираюсь обманывать ее. Кортни никому ничего не расскажет, — говорю я, наблюдая за тем, как он с любопытством смотрит на нее.

— Ну конечно, я никому ничего не расскажу, потому что я, черт побери, не знаю, о чем вы тут говорите, — ехидно отвечает она.

— Длинная история, но если кратко, то я заставила Калеба отправить сообщение всем девушкам, с которыми он встречается, и сказать, что он не самый лучший выбор...

— Очень смешно, — бурчит он.

— А потом, он заставил меня притвориться его «фальшивой» подружкой, чтобы вернуть их обратно. И теперь я должна вести себя так, как будто этот «возлюбленный» не вызывает у меня отвращения, — говорю я, как будто его и нет в машине.

— Спасибо, — доносится до меня голос Калеба.

— Ух ты, это так весело. Своего рода секретная миссия, — она просто сияет от возбуждения.

Я закатываю глаза, а Калеб, кажется, находит ее комментарий довольно забавным. Всю оставшуюся дорогу Кортни дает нам советы о том, как выглядеть «настоящей» парой, а я повторяю снова и снова, что не нуждаюсь в них и прошу ее заткнуться.

* * *

— Эдди, он прав, ты должна держать его за руку, — говорит Кортни уже третий раз, пока мы выбираемся из машины.

— Нет, — отвечаю я, даже не раздумывая.

— Нужно, чтобы все выглядело по-настоящему, это часть соглашения, — доводит до моего сведения Калеб.

— Не припоминаю, чтобы подписывала контракт.

— Ну давай, Эдди, это же просто рука. Или ты хочешь отказаться и отступить?

— Я не говорила, что отказываюсь, — раздраженно говорю я, глядя в упор на Калеба.

— Если для тебя это так тяжело...

— Хорошо, я возьму тебя за руку. Доволен? — рычу я и грубо хватаю его конечность.

— В восторге, любимая, — с довольным видом, шепчет он.

— Ну что ж, моя работа закончена, я ухожу, — говорит Кортни, с дебильной улыбкой на лице.

— Эй, куда ты идешь? — спрашиваю я, пытаясь высвободить свою руку, но Калеб только крепче сжимает ее.

— Мне нужно вернуть книги, перед тем как идти на урок, — отвечает она и чуть ли не бегом удаляется от нас. — Пока, увидимся позже!

— Идиотка, — бурчу я, отчего Калеб начинает хихикать позади меня.

— Значит так, я провожу тебя на урок, затем встречу тебя в столовой во время ланча, а потом...

— Пожалуйста, прекрати рассказывать о том, сколько времени мне сегодня придется провести с тобой. У меня от этого голова болит, — жалуюсь я, в то время, как мы заходим в школу.

— Послушай, только не бей меня, но вон там стоит одна из девушек, с которой я встречался. Так что настало время шоу, — говорит Калеб и прижимает меня своим телом к чьим-то личным шкафчикам. Я определенно убью его.

— А вот ты где! — вопит невысокая блондинка с большой попой и несется к нам.

Это, должно быть, и есть «задница».

— Так вот почему ты послал мне вчера то жалкое сообщение. Ты изменяешь мне! — орет она, злобно глядя на Калеба.

Я, конечно, понимаю, что есть парни, которые так красиво говорят, что запросто могут влюбить в себя девушку лишь для того, чтобы получить желаемое. Но Калеб переехал в мой дом всего несколько дней назад. Как, черт возьми, она может думать, что у нее с ним настоящие отношения?

— Послушай, бэби, не принимай близко к сердцу, но она — та, кого я сейчас хочу, — говорит он, показывая на меня.

Ни грамма романтизма в этом идиотском теле. Кто так обращается с девушкой?

— Что есть у нее, чего нет у меня? — спрашивает она со слезами на глазах.

Ты, наверное, шутишь. Вы даже не представляете, как мне хочется схватить, потрясти ее немного и попросить опомниться. Ну нельзя же плакать по придурку, которого знаешь всего несколько дней!

— Между нами куда большее, чем просто физическое влечение, — отвечает он, глядя мне в глаза, отчего мне становится не по себе.

— Ну и замечательно. Надеюсь вы двое будете очень счастливы, — хныкает она и убегает.

— Вау, — говорю я, стоя с широко открытым ртом. — Во-первых, отодвинься от меня, а во- вторых, почему она плачет из-за тебя? — в недоумении спрашиваю я.

— Однажды ты поймешь это, Принцесса.

— Не вижу, как все это поможет тебе вернуть их обратно.

— Доверься мне, я знаю, что делаю. В следующий раз, нам стоит немного добавить жару, — говорит он, останавливая свой взгляд на моих губах.

— Я скажу тебе прямо сейчас, если твой отвратительный язык окажется хоть где-нибудь поблизости, я не только откушу его, но также засуну его тебе обратно в глотку и буду наблюдать как ты подавишься им.

С этими словами я ухожу.

— Принцесса, ты такая сексуальная, когда злишься, — доносится до меня его хихикание.

Не знаю почему, но на моих губах появляется маленькая улыбка. Я так рада, что он не может видеть меня. Калеб Гейтс, что, черт возьми, ты делаешь со мной?

Глава 15





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...