Главная Обратная связь

Дисциплины:






Травма: роль повреждения



 

Я всегда спрашиваю своих клиентов, были ли у них когда‑либо переломы, несчастные случаи, хирургические вмешательства или другие события, требующие помещения в больницу. Кроме того, я всегда обращаю внимание на то, не наклонился ли больной в сторону. Иногда я прошу больного пройтись, внимательно следя за тем, нет ли у него каких‑либо признаков хромоты. Все эти наблюдения и вопросы преследуют одну и ту же цель. Они помогают мне определить, были ли у больного какие‑либо травматические повреждения.

Постепенное воздействие привычных рефлексов «красного» и«зеленого света» хорошо видно сбоку. Оно проявляется выгнутой спиной и выступающим вперед туловищем, как у пожилого человека. Но внезапный результат травмы лучше всего виден спереди или сзади. Он проявляется наклоном туловища вбок. Длительное воздействие стресса проявляется с обеих сторон. В этом случае наклон не соблюдается. Но травма действует на тело только с одной стороны — с той, где она произошла. Мышцы на этой стороне сокращаются и отклоняют тело в эту сторону.

Рефлекс травмы — это реакция чувствительно‑двигательной системы, направленная против боли. Это широко распространенный защитный рефлекс, такой же известный, как задержка дыхания при рефлексе «красного света» или выгибание спины при рефлексе «зеленого света». Если нас укусила пчела или нас укололи иглой, мы дергаемся. Это — рефлекс травмы. Если наше тело повреждается, то наблюдается сокращение мышц вокруг места повреждения — это тоже рефлекс травмы. Эти типы рефлексов травмы могут возникнуть в любой части тела — наверху или внизу, спереди или сзади, справа или слева. Они могут возникнуть на задней поверхности тела, усиливая эффект рефлекса «зеленого света», как это иногда бывает после хирургических вмешательств на позвоночнике. Если повреждение произошло не в центре тела, то сокращение мышц при рефлексе травмы будет наиболее явно определяться на одной из сторон тела, нарушая плавность походки и чувство равновесия.

Если имеется сколиоз, это значит, что была травма. Ортопеды часто игнорируют роль травмы как фактора, вызывающего сколиоз. Они придерживаются неправильной теории о роли генетического фактора, утверждая, что одна сторона тела растет быстрее, чем другая. Однако при деформациях генетического происхождения редко наблюдается сколиоз.

Сколиоз может быть в виде простой кривой, как буква С, может быть в виде кривой с двойным изгибом, как буква S (рис. 24, а и б). В последнем случае поясничный отдел позвоночника изгибается в одном направлении, а грудной отдел — в противоположном. Эти изменения имеют следующее происхождение. Повреждение происходит на одной стороне тела, сокращая мышцы таза и поясничного отдела позвоночника сильнее на одной стороне. При этом система сохранения равновесия автоматически тянет голову и верхнюю часть тела в противоположном направлении. На рис. 24, а и б, вы видите влияние рефлекторного мышечного сокращения у пациента с сенсорно‑мышечной амнезией. Независимо от того, является ли кривизна С— или S‑образ‑ной, причина всегда одна и та же. Травма с одной стороны тела вызывает рефлекторное сокращение мышц.



Рефлекс травмы может быть запущен при любом повреждении тела. В случае, изложенном в части 1 (история Барни), пациент сильно наклонялся вправо. За 3 года до этого он сломал бедро в автомобильной катастрофе. У Луизы было «заморожено» правое плечо, и она наклонялась вправо. До этого у нее была сломана рука. Харли упал с грузовика, повредив левое колено. После этого он хромал, наклоняясь влево.

Рефлекс травмы может быть и после хирургического вмешательства. Мышцы, прилежащие к месту повреждения, сильно сокращаются. Женщины, у которых была удалена молочная железа, ощущают хроническую тугоподвижность и болезненность в плече и в верхней части грудной клетки. Люди, которые подверглись хирургическому вмешательству на сердце, могут ощущать болезненность в мышцах грудной клетки. Люди, которые подверглись операции на почке, и которым был вставлен катетер, иногда ощущают непроизвольные спазмы мышц в нижней части живота и в верхней части бедра, в частности там, где был вставлен катетер. Примеры можно приводить бесконечно.

Рефлексы травмы также часто встречаются на одной из сторон тела после падения на бедро, после вывиха в голеностопном суставе или после перелома голени.

Весовая нагрузка, приходящаяся на поврежденную ногу, автоматически перекладывается на другую ногу. Это — не произвольное действие, а рефлекс, направленный на то, чтобы избежать боли, и своего рода «помощь» для поврежденной ноги. Портные и мануальные терапевты часто говорят своим клиентам, что одна нога у них короче другой. Однако из сотен людей, которым это говорилось, я не видел ни одного, у кого нога была бы действительно короче другой. В любом случае отмечалось хроническое сокращение мышц в центре тела. Это сокращение оттягивало бедро в какую‑либо сторону. Так было в случае с Харли. Существует огромное количество видов травмы, вызывающих различные последствия, от вывиха до паралича.

Различие между двумя сторонами тела так часто встречается, что мы перестаем его замечать. Многие врачи даже не видят, что у больных имеется искривление позвоночника, что они наклонены в какую‑либо сторону и что нижняя часть позвоночника у них выглядит как дуга вследствие воздействия рефлекса «зеленого света», что связано с риском ущемления седалищных нервов.

Ишиалгия часто вызывается давлением диска на седалищные нервы на уровне четвертого и пятого поясничных позвонков и первого крестцового позвонка. Эти чувствительные нервы проходят через таз на бедро и голень, достигая стопы. Одна из ветвей идет по боковой поверхности ноги, достигая большого пальца. Другая — по задней поверхности, достигая мизинца. При ущемлении нервов боль наблюдается по их ходу. Если имеется умеренное ущемление, то боль ощущается только в области таза и бедра. Если сдавление выражено сильно, то нерв ощущается, как раскаленная проволока, идущая к ноге. Боль нерва отличается по ощущению от боли в мышце, и трудно сказать, какая из них сильнее.

Ишиалгия, за исключением случаев, вызванных травмами и компрессионными переломами, — частое заболевание. Как и другие болезни адаптации, она непосредственно связана с количеством стрессовых и травматических воздействий, происходивших на протяжении человеческой жизни. Чем дольше мы живем, тем больше у нас шансов испытать стресс или травму. Поэтому ишиалгия часто рассматривается как болезнь старения. Но она может возникнуть в любом возрасте. И как болезнь адаптации, ишиалгия может быть предотвращена или излечена. Один из наиболее интересных аспектов моей работы как преподавателя соматики — это научить людей, как избежать ишиалгии или избавиться от нее. Мне часто приходится давать консультации по этому вопросу. В некоторых случаях благодаря этому больные с тяжелой ишиадгией сумели избежать хирургического вмешательства.

Как‑то булочник лет сорока обратился ко мне с жалобами на сильнейшие боли в левой ноге, доходившие до большого пальца. Он боялся предстоящего хирургического вмешательства даже больше, чем болей. После нескольких сеансов к нему вернулись нормальные ощущения и восстановился контроль над мышцами поясницы и левой части туловища. Боли исчезли вначале в ноге, затем в спине. Как выяснилось, межпозвоночный диск был не разорван, а лишь слегка выпячен из‑за непроизвольного сокращения мышц нижней части спины. После восстановления контроля над мышцами состояние вновь стало нормальным.

Чтобы отпраздновать свою победу над ишиалгией, он ежедневно перетаскивает в свою машину 40‑килограммовые мешки с мукой уже в течение трех лет.

В другом случае я работал с ковбоем, который не участвовал в конных состязаниях из‑за хронических болей в спине, отдававших в ногу. Десять дней спустя после трех сеансов переобучения он снова смог участвовать в соревнованиях.

Темой этой книги является чудесная способность человеческого сознания и центральной нервной системы к обучению и адаптации. Мы способны на гораздо большее, чем предполагаем.

По мере того, как мы узнаем все больше и больше о сложных функциях головного мозга и о его способности управлять нашим телом, защищать его и восстанавливать утраченные функции, мы все больше и больше восхищаемся этими способностями. Мы ощущаем себя менее зависимыми и менее беззащитными.

 

Оставаться сексуально и интеллектуально активными

Распространенный миф о старении заключается в том, что после кратковременного расцвета молодости мы неуклонно теряем умственные способности и половую потенцию. В действительности это не так. Однако в мифе есть элемент правды. Это относится к потере половой способности. Тем не менее надо считать доказанным тот факт, что в возрасте 50‑60 лет 98% мужчин сохраняют половую активность. Разумеется, возможное число оргазмов, которое может испытать какой‑то субъект в течение определенного периода, в молодости выше. Однако, по данным Кинси, спад половой активности даже в очень пожилом возрасте может быть минимальным. Это было доказано результатами исследований и опросов тысяч людей. Сексуальная активность женщины достигается позже, чем у мужчины, — в возрасте 20‑30 лет. Она может сохраняться и после 60 лет. По данным вышеупомянутых исследований, половая активность у женщин сохранялась после 50 лет в 98% наблюдений. По другим данным, 91% мужчин в возрасте 60‑69 лет и 81% женщин в этом же возрасте сохраняли половую активность. Эти и другие показатели опровергают миф о развивающемся с возрастом упадке половой активности. Действительно, происходит ее возрастное уменьшение, но это — небольшое уменьшение. Большинство опрошенных ответили, что половая жизнь в их —возрасте доставляет им много радости. Одна из опрощенных, 83‑летняя женщина, заявила: «Половая жизнь может продолжаться до бесконечности».

Миф о старении и снижении сексуальности часто сопровождается мифом об упадке с годами умственных способностей. Вначале, опираясь на систему тестов, считали, что пик интеллектуального развития приходится на 16 лет. В двадцатые годы говорили, что пик приходится на 13 лет, и после Этого дальнейшее умственное развитие не происходит. Позднейшие наблюдения показали, что на самом деле различные интеллектуальные функции изменяются с возрастом по‑разному, и картина гораздо сложнее. У некоторых людей вообще не происходит снижения интеллектуальной активности и умственных способностей с годами. Мы хорошо знаем, что некоторые пожилые люди говорят: «Я уже не так хорошо соображаю» или «У меня уже не та голова, что раньше». Действительно, в пожилом возрасте может быть потеря памяти по типу болезни Альцгеймера. Наблюдая смену поколений в двадцатом веке, некоторые утверждают, что последние интеллектуально выше, чем предыдущие. Но является ли это следствием разницы в возрасте или обусловлено какими‑либо другими факторами, например разницей в уровне развития культуры и образования?

На этот вопрос не было получено удовлетворительного ответа до тех пор, пока не было предпринято специальное исследование в виде проверки интеллектуальных способностей у большой группы взрослых людей на протяжении длительного периода — в течение 20‑30 лет. Было установлено, что пик умственных способностей вовсе не приходится на 16 лет. Различные аспекты умственной деятельности имеют свои возрастные пики развития. Так, например, способность к счету достигает максимума к 32 годам, способность к логическому рассуждению — к 39 годам, способность к речи — к 46 годам, понимание собеседника — к 53 годам. Очевидно, что старение не является периодом упадка интеллектуальных способностей.

 

Глава 12





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...