Главная Обратная связь

Дисциплины:






АКТИВНОСТИ И ПОВЕДЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА



В конце 60-х годов ХХ столетия появляются теории объясняющие феномены поведения такой структурой, где между поступающей информацией и конечной поведенческой реакцией предполагается действие мыслительных процессов, но поведение обуславливается многими когнитивными структурами и процессами, например, поиском информации, способом ее получения, ее использованием, стратегиями причинного объяснения (каузальная атрибуция), личностными конструктами и т.п.

Формирование новых подходов в психологии было связано с тем науч­ным прогрессом, который был достигнут в середине XX века в области из­учения искусственных коммуникационных систем, а также с изобретением электронно-вычислительных машин. Важным фактором явились также новые идеи в области лингвистики, в особенности концепция Хомского.

С помощью речи люди могут передавать друг другу много различного рода сообщений, информации, являющиеся теми стимулами, которые формируют различные формы и виды поведения и активности. Необходимо отметить, что и способ получения информации тоже можно рассматривать как стимул, влияющий на активность индивида и его поведение. В настоящее время психологами изучаются формы поведения, связанные с различными информационными системами: компьютер, телевизор, интернет, мобильный телефон и т.п. Все они объединены одной идеей – передача и обмен информации на большом расстоянии. Как правило, информация передается в виде речевых или знаковых потоков, вызывая соответствующую реакцию у реципиента.

Человеческая речь является средством общения, которое ограничено расстоянием. Во все времена люди стремились каким-то образом преодолеть это ограничение, пытаясь создавать различные сиг­нальные системы. Резкий скачок произошел в конце XIX века. В течение ста лет были изобретены телеграф, телефон, радио и телевидение. Постепенно оформилась научная дисциплина, которая стала заниматься изучением про­блем, общих для всех этих средств передачи информации. Одной из таких проблем стала проблема преодоления границы времени.

Другой важной общей проблемой является необходимость понять, какое влияние оказывает на передаваемую информацию дестабилизирующие фак­торы, так называемый шум. Третьей проблемой является вопрос о количестве информации, которое то или иное средство может передавать за какой-то отрезок времени, то есть проблема ограниченности объема информации в рамках той или иной системы связи.

Искусственные средства, используемые для передачи информации, в зна­чительной степени различаются между собой, но им присущи и общие черты. Можно сказать, что все они обладают каналами, и мы говорим о пропускной способности каналов. В 50-е годы возникла совершенно новая, прогрессив­ная теория коммуникации, благодаря которой можно оценивать эффектив­ность различных систем передачи информации. Центральной фигурой здесь явился Шеннон. Возник новый психологический подход, сущность которого состоит в том, что определенные формы человеческих навыков и умений, связанных с переработкой информации, могут рассматриваться как инфор­мация, поступающая по определенному каналу. Появилась идея, что по ана­логии с искусственными информационными системами у человека его на­выки и умения также имеют определенные ограничения в области объема.



Исследователи стали считать правомерным сопоставление того процесса, когда какое-то сообщение, передаваемое через тот или иной канал, должно трансформироваться с помощью определенного кода, с кодированием. Для того, чтобы информация достигла того, кому она направлена, чтобы и вос­принимающий мог ею воспользоваться, необходимо также и декодирование.

Другим важным источником для изучения процесса переработки инфор­мации человеком явилась кибернетика, наука, основателем которой стал математик Норберт Винер. Кибернетика изучает процессы, которые обе­спечивают определенное равновесие, в машинах и живых организмах, тем самым контролируя их деятельность. Важнейшим понятием здесь явилось «feedback» (обратная связь): речь идет о системе, которая управляет меха­низмом, который, в свою очередь, оказывает влияние на систему и регули­рует ее. Наиболее распространенным примером, иллюстрирующим понятие обратной связи, является пример с термостатом в кухонной плите. С помо­щью термостата плита может отключаться, когда температура поднимается до определенного градуса; она может также включаться при определенном уровне падения температуры. С помощью подобных саморегулирующихся механизмов можно сконструировать весьма сложные системы, способные приспосабливаться к определенного типа изменениям. Винер, который счи­тал, что его кибернетическая модель может быть внедрена во все научные области, заявил, что механизмы с подобными саморегулирующимися систе­мами могут рассматриваться в качестве целенаправленных, способных вы­полнить определенную задачу.

Необходимо было определить такие понятия, как «цели», «задачи», «планы» и «ожидания». Ки­бернетическая модель Винера продемонстрировала возможность осущест­вления подобных исследований с опорой на механистические понятия. Эта идея прочно укоренилась.

С появлением разнообразных моделей коммуникационных устройств и саморегулирующихся механизмов был сделан решительный шаг в сторону создания электронно-вычислительных машин, способных функциониро­вать с большой скоростью; были изобретены компьютеры. Старая идея о том, что работу мозга можно сравнивать с работой машины, которая производит какие-то представления, образы и мысли опять приобрела актуальность.

Идею о том, что человеческий организм является информационным кана­лом, многие ученые соединили с гипотезой, что мозг можно рассматривать как машину для переработки информации. Такой подход к психологическим про­блемам получил название переработки информации (information-processing).

Центральными фигурами в процессе формирования новых подходов в психологии явились американские исследователи Герберт Симон (1916-) и Аллен Ньюэлл (1927-1992). Они указали на необходимость дать особое определение понятию «символ», которое можно рассматривать как средство операций не только с числами, но и с символами. Они утверждали, что одной из важнейших качеств, присущих человеку, является его умение обращать­ся с символами. Опираясь на идею, что и человек и компьютер оперирует символами, в 50-е годы эти ученые заключили, что сознание (mind) может рассматриваться как своего рода компьютер. В 1972 году, обобщив выводы своих исследований, они пришли к мысли о том, что процессы, происходя­щие в сознании, могут рассматриваться по аналогии с процессами, происхо­дящими в компьютере. Для многих исследователей эта работа ученых стала отправной точкой в их исследованиях, связанных с изучением когнитивных процессов.

Благодаря идее, что и человек и компьютер оперируют символами, ока­залось возможным составлять программы для компьютеров. Метод, с помо­щью которого создаются компьютерные программы, позволяет судить, на­сколько справедливы представления об этих процессах.

При этом, по мнению Симона и Ньюэлла, якобы нет необходимости при­нимать во внимание нейрофизиологические процессы, лежащие в основе психических процессов. Наглядной иллюстрацией концепции Ньюэлла служит созданная ими программа, имитирующая поведение компьютера как партнера в шахматной игре. Подобного рода программы показали, что уровень достижений ком­пьютера во время игры сопоставимы с теми результатами, которые характе­ризуют выдающихся шахматистов. Симон и Ньюэлл продемонстрировали также возможность создания компьютерных программ, которые содержат необходимые инструкции, с тем, чтобы компьютеры могли решать и пробле­мы другого типа.

Важнейшим моментом в процессе переработки информации является взаимодействие между кодированием и декодированием, когда информация перерабатывается на различных уровнях. Для этой цели необходима разра­ботка моделей различных типов, которые затем всесторонне испытываются.

Утверждение Симона и Ньюэлла, что человеческое мышление может рас­сматриваться как умение манипулировать символами, апеллирует к человече­ской интуиции. Когда мы обдумываем что-то, то символами являются слова; зрительным представлениям также часто присущ символический характер. В научных концепциях Симона и Ньюэлла отсутствует ана­лиз той роли, которую в когнитивных процессах играет осознанность. Эту проблему под совсем иным углом зрения рассматривал Джон Серль (1992).

В компьютерах переработка информации происходит в соответствии с жесткими правилами. Если процесс мышления человека сопоставлять с про­цессами, происходящими в компьютере, представляется важным обратить особое внимание на проявление закономерностей в мышлении человека. Первым это понял Хомский, анализируя роль грамматики в процессе пере­работки информации. По мнению Хомского, всякий носитель языка в своей речи следует универсальным правилам; грамматические правила обладают структурой. Работа с информацией становится с 50-х годов XX века важным элементом лингвистических исследований, особенно у Хомского.

Как уже упоминалось, Хомский пренебрегал семантическим аспектом языка, обращая основное внимание на роль символов и игнорируя комму­никативную функцию языка.

Источником вдохновения для Ньюэлла и Симона с их идеей рассматри­вать процессы, которые происходят в компьютерах, как работу с символами, послужила современная символическая логика, а также стремление к широ­кому использованию математических методов.

Таким образом, главным в их подходе оказались научные принципы, свя­занные с логикой и математикой. Не менее важны для них были лингвисти­ческие познания, а постепенно этот подход стал вбирать в себя сведения из области анатомии нервной системы и физиологии. Многие когнитивные психологи пришли к выводу, что компьютер может быть использован как инструмент в изучении когнитивных процессов, и в 70-х годах начала фор­мироваться группа исследователей, в состав которой входили математики, лингвисты, специалисты по логике и психологи, которые поставили своей за­дачей изучение когнитивных процессов с опорой на теоретическую посылку, что когнитивные процессы могут целиком и полностью рассматриваться по аналогии с конкретными процессами, происходящими в компьютере. Ими была создана наука об изучении когнитивных процессов - cognitive science.

Во время и после окончания второй мировой войны многие психологи осуществляли сотрудничество с физиками и инженерами, которые занима­лись проблемами передачи информации, используя новейшие технические средства. Некоторые из них, например американец Джордж Миллер и ан­гличанин Дональд Бродбент, видели новую перспективу научных исследо­ваний в области когнитивных процессов, рассматривая их как обладающие ограниченной пропускной способностью каналы.

В своей знаменитой статье, написанной в 1956 году, Миллер описал феномен концентрированного внимания (span of attention), которое может истолко­вываться в том смысле, что человеческий организм представляет собой сво­еобразный информационный канал с ограниченной пропускной способно­стью. В лаборатории Вундта, в Лейпциге, осущест­влялись исследования, целью которых было изучение концентрации вни­мания. Ученые тогда пришли к выводу, что человек не может одновременно сосредоточить свое внимание более чем на шести-семи различных объектах. Миллер показал, что перед исследователями вновь возникает число семь, ког­да речь идет о способности различать стимулы одного рода. Например, если человеку необходимо различать звуки разной тональности (pitch), при этом обладающие разной степенью громкости (loudness), то он оказывается не в состоянии различить более семи различных звуков. Эксперименты Миллера были призваны продемонстрировать возможности человека воспринимать определенные целостности в случае, если они характеризуются более чем од­ним качественным признаком, например когда звуки различаются не только по громкости, но и по высоте. Испытуемым удавалось различить более семи объектов, обладающих определенными свойствами, в том случае, когда они могли объединить вместе несколько качественных характеристик. Таким об­разом, по мнению Миллера, для того, чтобы запомнить какие-то сведения, мы часто соединяем отдельные элементы в некие блоки, в большие целостности.

Интерпретация феномена концентрированного внимания как определенного информационного ка­нала стала поворотным моментом в исследованиях, посвященных изучению внимания. Кроме того, мож­но рассматривать фактор концентрации внимания как проявление деятельности механизма памяти и как расширение ее возможностей в ситуации, когда про­исходит формирование целостностей более высоко­го порядка, иными словами, когда происходит пере­работка информации.

В I960 году совместно с Эженом Галантером и Карлом Прибрамом Миллер опубликовал книгу Plans and the Structure of Behavior, в которой были изложе­ны кибернетические принципы в их приложении к психологии. В книге содержится критика бихевио­ризма как такового и приводятся контраргументы в ответ на нападки со стороны бихевиористов в адрес когнитивной психологии.

Приблизительно в то же время, когда Миллер изучал проблему концентри­рованного внимания, Бродбент (1958) работал над осмыслением результа­тов ряда экспериментов, предпринятых им и другими английскими иссле­дователями с целью изучения возможности восприятия содержания речи в случае, когда испытуемому передавались два сообщения одновременно. При этом использовались специальные наушники, устроенные так, что в одно ухо испытуемого приходило одно сообщение, а в другое ухо - другое. Перед испытуемым была поставлена задача повторять сообщения, которые он получал. Этот процесс получил название дихотического прослушивания. Бродбент изменял условия эксперимента таким образом, чтобы испытуемый одновременно выполнял более одного задания. Изучение этой проблемы, несомненно, имеет большое практическое значение.

Английским ученым удалось сделать несколько интересных открытий. Бродбент отмечал способ­ность человека ограничивать восприятие информации, содержание ко­торой оценивалось испытуемым как неважное, незначимое. Как и Миллер, Бродбент придерживался точки зрения, что наша нервная система пред­ставляет собой канал с ограниченной пропускной способностью, и, интер­претируя результаты экспериментов, исходил именно из этой посылки. В соответствии с теоретическими взглядами на феномен коммуникативности Бродбент пришел к заключению, что нервная система обладает определен­ными механизмами отбора информации. По его мнению, такие механизмы фильтрации препятствуют перегрузке.

Он рассматривал переработку информации как процесс, происходящий в течение определенного времени, и считал, что, опираясь на некоторые на­блюдения, можно утверждать, что фильтрация имеет место на раннем этапе переработки информации. Такой вывод привлек внимание многих психо­логов. По этому поводу возникла бурная научная дискуссия, и впоследствии были проведены многочисленные эксперименты с целью выяснения, на ка­ком именно этапе переработки информации происходит фильтрация.

Начиная с середины 60-х годов было осуществлено также множество экс­периментов с исходной гипотезой, что человеческий организм способен функционировать как машина, переработчик информации. В своей книге Cognitive Psychology, написанной в 1967 году, исследователь Ульрик Найссер показал, что, опираясь на теорию коммуникаций, компьютерную техноло­гию и лингвистику, можно сформулировать принципы научных подходов в сфере новой когнитивной психологии, что позволит рассматривать ее как систему научного знания, имеющую солидную экспериментальную осно­ву. Многие ученые расценивают выход этой книги как определенную веху в формировании принципиально нового, научного подхода. Хотя не все при­дают этой книге столь большое значение, конец 60-х годов принято считать начальным этапом развития новой когнитивной психологии.

Информатика обогатила научное знание множеством фактов относительно возможностей человека формировать те или иные представления о феноме­нах сознания и о процессе мышления. Этот подход явился столь плодот­ворным потому, что привлек внимание к вопросу, каким образом человек использует известные ему сведения в тот исторический период, когда мы с вами живем и когда информация играет столь огромную роль.

Необходимо обратить вни­мание на те идеи, которые привели к серьезным открытиям. Ключевым на­правлением в исследовании когнитивных функций стало изучение памяти, и здесь нельзя не заметить явных достижений.

Особенно важно то, - отмечает Чарльз Кофер в своем историческом очерке, посвященном изучению памяти, - что ученые теперь знают, что за­поминание не является единым, целостным процессом, а представляет собой систему поэтапной переработки информации. Здесь речь идет об идеях, вы­двинутых Миллером и Бродбентом в отношении «кратковременной» и «дол­говременной» памяти. Совершенно очевидно, что эти два типа памяти прин­ципиально отличаются друг от друга. При этом необходимо подчеркнуть, что долговременная память связана с консолидацией, как это представляли себе Мюллер и Пильцекер. Этим исследователям с помощью новых нейропсихологических технологий удалось подтвердить факт существования определенного отдела головного мозга, гиппокампа, который в наибольшей степени отвечает за процессы консолидации.

Используя понятие «компьютер» в качестве метафоры для обозначения человеческого мозга при изучении памяти, мы моделируем процесс ее функ­ционирования как состоящий из трех последовательных стадий: кодирова­ние, хранение и воспроизведение. Хотя трудно провести четкую грань между этими тремя стадиями, такая модель оказалась весьма полезной для исследо­вателей, поскольку помогает понять возможные причины забывания. Новое представление о процессе забывания мы находим в книге Миллера, Галантера и Прибрама, опубликованной в 1960 году. Авторы осмыслили механизм забывания: когда не можем что-то вспомнить, мы, вероятнее всего, оказы­ваемся не способными в нужный момент извлечь необходимую информа­цию из всей, что хранится в нашей памяти.

Что касается достижений в области изучения памяти, следует отметить, что они в значительной степени явились результатом успехов в изучении мозга. Эти исследования проводились относительно независимо от того особого подхода, который сформировался в связи с идеями процесса пере­работки информации. По мнению Зеки (1993), сторонники теории перера­ботки информации не внесли какого-то существенного вклада в понимание роли головного мозга в отношении зрительных функций. То же самое можно сказать и в отношении прогресса в понимания механизма памяти как одной из функций головного мозга.

Наряду с этим необходимо констатировать, что за последнее время были получены новые научные факты и возникли новые продуктивные идеи, связанные с переработкой информации, и поэтому, как считает Говард Гарнднер (1984), возникает вопрос, можно ли отнести к числу научных дости­жений такие понятия, вошедшие в обиход новой когнитивной психологии, как «символ», «зрительное представление», «понятие», «схема» и «правило», которые представляются достаточно невнятными. В связи с этим возникают трудности как в понимании самих поставленных вопросов так и в оценке по­лученных на них ответов, более того, встает проблема научного фундамента новой когнитивной психологии.

Как и бихевиористы, приверженцы новой когнитивной психологии в своих научных исследованиях стремились к объективности. При этом они отказались от бихевиористской психологии научения, основанной на иссле­дованиях процесса научения у животных. В своем революционном порыве, стремясь уйти от бесплодных поведенческих подходов, они упустили из виду эволюционный аспект, а порой они не принимают во внимание и онтоге­нетический фактор психических процессов. Есть все основания утверждать, что в этом состоит слабость современной когнитивной психологии.

Важным аргументом в пользу того, что теория информации представляет собой принципиально новый взгляд на изучение когнитивных процессов и что произошел подлинно революционный переворот в изучении этой сфе­ры, является тот факт, что сопоставление человеческого мозга с компьюте­ром не позволяет нам обмануться разного рода субъективными гипотезами о существовании неких сил и возможностей в сознании человека. Ведь ра­бота компьютера не дает оснований говорить о каких-то скрытых способ­ностях или энергетических ресурсах. Машины не обладают духовностью. В то же время, при более внимательном рассмотрении различий между моз­гом и компьютером, можно обнаружить, что сторонники новой когнитив­ной психологии в значительной мере опираются в своих подходах на фено­мены сознания. Оказывается, что с духовностью все не так просто. Понятие «феномены сознания» вновь приобрело актуальность, когда начали изучать процессы, связанные с передачей информации из области кратковремен­ной памяти в область долговременной. Имеется в виду, что человек спосо­бен производить повторяющиеся усилия. Здесь возникает вопрос о том, как можно, собственно говоря, представить себе какие-то повторные действия в сфере сознания. Пожалуй, уместно снова вспомнить концепцию «гомункулу­са», маленького человечка, якобы обитающего в нашем сознании, который обладает способностью повторять те сведения, ту информацию, которая должна быть «складирована». Более поздние исследования взаимодействия кратковременной и долговременной памяти свидетельствуют о динамике ментальных представлений.

Можно привести множество примеров того, что мы используем умоз­рительные предпосылки, но я приведу только один. Многие исследователи связывают большие ожидания с возможной перспективой определить раз­личие между эпизодической и семантической памятью. Первый тип памя­ти вбирает в себя отдельные, разрозненные события, связанные с той или иной личностью, в то время как семантическая память имеет отношение к тем знаниям, сведениям, которые человек усваивает с помощью слов и сим­волов, с помощью взаимоотношений между словами и символами, а также с помощью правил их использования. При этом возникает вопрос возможно ли провести четкую грань между этими формами памяти, не проясняя смысл таких понятий, как «самовосприятие», «самооценка» и «внутреннее "Я"». Си­туация, в которой мы оказались теперь, представляется в значительной степени сходной с той, в которой оказался Вундт, когда хотел провести гра­ницу между психологическими и естественнонаучными исследованиями. Как уже говорилось, он утверждал, что первый тип исследований осуществляется исходя из субъекта.

Хотя вопрос об информатике затронут лишь в общем виде, вероятно, следовало бы остановиться на самом понятии «информация». Оно весьма многозначно, имеет очень широкий спектр применения. Но если мы будем стремиться очень точно определить его, связав с понятием физиче­ской энергии, которая оказывает влияние на органы чувств, то мы столкнем­ся с теми же самыми проблемами, с которыми мы сталкиваемся, опираясь в научных исследования на понятие «стимул». Многие считают, что понятие «информация» используется таким же образом, как понятие «стимул» ис­пользовалось бихевиористами. При этом возникает вопрос, существуют ли принципиальные различия между теорией информации и бихевиористски­ми категориями.

 

РАЗДЕЛ I I.

ПЛАНЫ СЕМИНАРСКИХ ЗАНЯТИЙ





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...