Главная Обратная связь

Дисциплины:






Расчеты об абсолютном времени нового возникновения



 

Сделаем приблизительные (вернее – весьма неточные) расчеты и развеем страхи о возможности для нашего атома (духа) жить жизнью животных.

На квадратный километр поверхности Земли приходится около 3 человек, вес которых составляет не более 200 килограмм, или 0,2 тонны.

Вес домашнего скота на тот же квадратный километр, может быть, в 10 раз больше (на деле – меньше).

Вес низших существ, пока, не больше сплошного слоя организованной материи толщиною в один миллиметр, что составит на кв. километр 1 000 тонн (в сущности, гораздо меньше).

Вес растений, допустим, еще в 10 раз больше, т. е. 10 000 тонн на кв. километр. Мы, очевидно, и тут даем чересчур много. Это – в среднем. Но растительность тропических стран (леса и кактусы) может дать гораздо больше. Также и океаны.

Вес неорганизованной материи, входящей в круговорот жизни, определим так. Вес всей атмосферы над кв. километром земной поверхности равен 10 миллионам тонн. Столько же примем для земли и воды, т. е. слой воды в 10 метров глубины и слой земли в 5 метров глубины. Для земли это много, но в общем, принимая во внимание громадную толщу океана, принять можно. Так что всего получим 20 миллионов тонн.

Если элемент материи – атом (дух нетленный) бродит равномерно в данной массе органической и неорганической материи, то, очевидно, время существования в организованной материи во столько раз меньше пребывания в неорганизованной, во сколько количество первой меньше количества второй. Пусть неорганической материи, например, в 1 000 раз больше, чем органической. Если атом (дух) в последней пробудет месяц, то в первой 1000 месяцев. Если в первой 1 000 секунд, то во второй одну секунду. Значит, пребывание в органической материи составит тысячную долю всего истинного времени. Если, например, истек миллиард лет, то атом прожил в органическом состоянии миллион лет, а в неорганическом 999 миллионов. Но ведь они были незаметны для атома и потому субъективно они не существовали эти 999 миллионов лет.

Теперь найдем истинное отношение времен бытия и небытия. Дня человеческого существования, при настоящей густоте населения, это отношение равно 0,00000001, т. е., например, 100 лет существования в тле человека и 10 миллиардов лет небытия и иного существования – не человеческого (в животных, растениях, камнях, воде, воздухе и проч.).

Если еще пренебречь низшим существованием в мускулах, коже и других растительных тканях человека, то время бытия выразится числом в 50 раз меньшим (мозг), т. е. небытия – 500 миллиардов лет.

Но так как, в силу обмена веществ, существование атома (духа) в человеческом теле, приблизительно, равно 0,2 года, то время небытия и нечеловеческого существования составит миллиард лет (в 500 раз меньше). Время несуществования в домашних животных, при тех же условиях, составит около 100 миллионов лет. Столько же найдем для зверей и иных позвоночных.



Для низших существ найдем 200 тысяч лет, а для растений 20 000 лет, а может быть и еще меньше раз в 10. Все это, разумеется, только примерные расчеты.

Если в круговорот живой природы взять одну атмосферу, то числа эти уменьшатся только в три раза.

Итак, надо дожидаться от 2 до 20 тысяч лет после двух месяцев человеческого бытия, чтобы возникнуть в виде растительной клеточки, и 200 тысяч лет, чтобы существовать в виде низших существ. То и другое, впрочем, одно удовольствие, хотя и мало доступное. Беспокоиться, стало быть, об этом нечего… Для существования в зверях, гадах, рыбах и домашних животных надо 100 миллионов лет ожидания.

Хотя и сотни миллионов лет для атома (духа) субъективно пролетят, как одно мгновение, но не только через такое время, но и в 1 000 раз раньше о животных на земном шаре не будет и помина.

Человек тоже преобразится, и старого, грешного человека, живодера и убийцы уже не будет на земле. Будет его потомок совершенный, ангелоподобный.

Итак, превращение наше в животных, при прогрессе человеческой жизни, невозможно. Строго говоря, оно возможно, но очень мало вероятно и есть лишь угроза отмщения за нашу жестокость к животным. От смерти (субъективно) мы сейчас же переходим к ангельскому существованию. Значит, смерть есть переход к лучшей жизни.

Однако маленький страх пожить жизнью животных все-таки остается. Да будет он спасителен для человека и да толкает его к усовершенствованию своей породы и к уничтожению страданий всего живого.

Но верны ли наши расчеты хотя бы при взятых условиях? Ведь выходит, что человеческий дух после двух месяцев жизни подвергается небытию в течение миллиарда лет. Дело в том, что трупы животных и остатки растений при обыкновенных первобытных условиях дают сложную материю, которая гораздо быстрее входит в круговорот живого, чем минеральная материя и атмосфера. Стареющие и слабеющие животные даже прямо уничтожаются, т. е. поедаются сильными. Поедаются немедленно и трупы. Не изменяет ли это очень резко круговорот атома (духа)? Как бы это время не сократилось, все же когда восстанет атом (дух) любого из существующих людей или атом (дух) его отдаленного предка, без сомнения, несовершенных животных и людей уже тогда не будет. Так что мы можем не принимать в расчет животных.

Не устроит ли в таком случае будущее (ангелоподобное) или современное человечество так, чтобы круговорот жизни ускорился. Конечно, это возможно. Тогда миллионы лет сократятся до тысяч или сотен! Тогда в течение жизни нашего Солнца один и тот же атом (дух) возникнет многократно: тысячи, миллионы раз.

Да и не все ли равно! Нетленный атом (дух), основа всего, имеет такие скорости, что легко одолевает все силы тяжести и все межзвездные расстояния в несколько дней. Он носится между погасающими и возникающими солнцами вечной и бессмертной Вселенной. Поэтому жизнь его возникает бесконечное число раз, всегда возникала и будет вечно возникать. Промежутки же небытия, как бы они громадны не были, для него не существуют. Жизненные очаги Вселенной (солнца и планеты) существуют тысячи миллиардов лет каждый. Если они погасают, то только на время, так как возникают снова. Период несовершенства жизни сравнительно короток. Редко атом (дух) попадает в этот период и страдает. Большая же часть его жизни проходит в блаженстве.

Однако это происходит тогда, когда разлагается атом. Разложение же его идет очень медленно. Так что судьба его может быть прочно, т. е. надолго связана с судьбой планеты. Поэтому перенесемся к Земле. Прежде всего мы должны помнить, что тело животного непрерывно умирает. Его вещество возобновляется каждые 2 месяца, а в течение жизни 300–500 раз. Это вещество непрерывно выделяется в атмосферу, почву, воду и легко попадает в тела растений и животных. Но обратимся к последнему моменту – к трупу. Можно изолировать труп мало проницаемой и металлической оболочкой и тем замедлить его общение с живым. Можно закопать чересчур глубоко, подвергнуть влиянию низкой температуры, сжечь, т. е. обратить в очень простые неорганические соединения. Результатом будет некоторое замедление в обращении к жизни. Наоборот, искусственными средствами можно ускорить обращение к живому. Кажется, индусы этого достигают наилучшим и наиболее практическим способом, выставляя трупы людей на воздух и предоставляя их расхищению птиц. Вспомните башни молчания! Высокая ограда их кладбищ препятствует зверям участвовать на этом пиршестве. Их атомы (духи) переселяются в птиц – существ наиболее счастливых и недоступных для зверей (но едва ли это желательно).

При увеличении населения Земли, по истечении сотен тысяч лет, например, в тысячу раз (330 кв. метров на человека), вероятность несуществования уменьшится в 1000 раз, т. е. будет составлять 2,5 миллионов лет. Хотя и это время, как и всякое в небытие, промчится, как секунда, но все-таки это очень много.

Время небытия искусственно может быть сокращено в миллионы раз самыми разнообразными способами. Например, имеет влияние изменение количества неорганизованного вещества, входящего в круговорот живого. Приведу один пример. Представьте себе, что круговорот жизни ограничен прозрачным, но непроницаемым для материи сосудом. В нем находятся растения, животные и небольшое количество неорганизованной материи. Животные питаются растениями, растения развиваются светом и отбросами животных тел. Это та же Земля, но маленькая, – и отношение количеств минеральной и живой материи иное, чем на Земле. Понятно, что жизнь духа тут может возобновляться чаще. Небытие, даже в абсолютном смысле, незначительно.

Положим, например, что наша кварцевая прозрачная сфера вращается вокруг солнца, как планета, и имеет диаметр в 10 метров. Этой площади совершенно достаточно для прокормления целой семьи. Масса растений, почвы и животных внутри шара составляет 10 тонн. Масса нервной материи (мозга – 100 кило). Тогда время существования составит 1 % времени несуществования. В течение 100 миллиардов лет сияния солнца на умственную жизнь атома придется миллиард лет.

В моих «Грезах» я доказывал, что теоретически возможны разумные существа, живущие только солнцем, и круговорот материи которых заключен в самом теле существа, закрытом со всех сторон непроницаемой, но прозрачной для света оболочкой. Они соединяют в себе мир растительный с животным. Они могут жить в безвоздушном пространстве и требуют для своего существования только солнечных лучей. Они подобны разумным растениям, или высшим хлорофильным животным. Но вещество, их составляющее, не выходит в окружающую среду и, обратно, вещество из среды не попадает в их тело, как это бывает на Земле.

Оно, преобразовываясь из неорганического в органическое, остается в самом теле, благодаря хорошей его изолировке, предохраняющей от потери материи.

Такая порода разумных существ или может быть выработана искусственным подбором из самого человечества, или уже существует где-нибудь вне Земли, т. е. уже выработана давно мастерицей-природой, (например на Луне или в эфирном пространстве, где иные существа мало возможны). Тогда человек может воспользоваться готовым дворцом для жизни своего атома (духа). Не может быть, чтобы подобных существ в космосе не было, в противном случае стало бы невозможным существование животных на Луне, на астероидах, на кольцах Сатурна и на бесконечном множестве маленьких тел бесчисленных солнечных систем, где нет атмосфер. Трудно допустить, чтобы какие-нибудь небесные тела оказались пустынными и по истечении миллиарда лет. Если они там не могли зародиться, то могли быть заселены жителями с иных миров. Однако, изолировка организмов уменьшает время органической жизни остальных атомов. Страдают ли они от этого? Нисколько, потому что в общем все живут бесконечно, и не может быть исключения ни для одного атома.

Есть во Вселенной бесконечное эфирное пространство, залитое светом великолепных солнц, чрезвычайно удобное для жизни разумных существ, Как может оно быть пусто, хотя там нет атмосфер и мало твердой и жидкой материи! (Предполагается издание особой моей работы: УСЛОВИЯ ЖИЗНИ В ИНЫХ МИРАХ. В ней описано, как может родиться жизнь в эфире).

Возвратимся из этих эфирных областей опять к Земле. Если я живу и буду жить бесконечно, хотя и с нечувствительными для меня перерывами, то не жил ли я раньше? Конечно, на основании высказанных мыслей, я жил и чувствовал и раньше с большими или меньшими малыми интервалами небытия. Жизнь наша началась с начала бытия Вселенной, т. е. существовала всегда. Как бы была интересна прошедшая история нашего атома (духа), если бы она могла быть рассказана! (Она будет предметом особого фантастического рассказа: ПРИКЛЮЧЕНИЕ АТОМА). Сколько было падений и восстановлений, мук и радости, глупости и гения, блаженства и агонии! И хорошо, что все забыто, ибо не вместилось бы это прошедшее в нашем разуме. Не выдержал бы и самый разум того.

Странно, если бы мы раньше не жили. А если так, то странно было бы, если бы мы не жили в будущем – после распадения тела. Мы не сохранили воспоминаний о прошедшем. Удивительно было бы, если бы и в будущей жизни у нас остались впечатления о прошедшей.

Конечно, есть у человека непонятные свойства, удивительные влечения, животные инстинкты, масса неразумия… Все это есть наследие прошедшей животной, низшей жизни. Но это не воспоминания о прошедшем, а наследство предков, которые вместе с телом передали нам частично свои свойства, до сих пор еще не совсем испарившиеся, остатки первобытного, примитивного устройства тела, смутно, а иногда и ярко дающие себя чувствовать.

Что такое ощущение или от чего оно зависит (см. мою «Нирвану»).

Ощущение приятного и неприятного, или настроение духа, как будто зависит от интенсивности жизни. В нервах и нервных узлах непрерывно совершается ряд химических процессов, в результате наполняющих мозг массою эфирных вибраций. Эти вибрации не могут не оказывать влияние на все мозговые атомы вообще, а на некоторые преимущественно. Ускорение атомных вибраций должно, по нашей гипотезе, рождать приятные ощущения, замедление – неприятные.

В молодые годы, пока мозг еще не достиг максимального развития, жизнь приятна, потому что количество вибраций возрастает, а вместе с тем и вибрирование атомов (душ). В старости бывает наоборот. Смерть сопровождается погасанием вибраций и потому замедлением атомных качаний, отчего должна сопровождаться агонией (мукой).

На основании нашей гипотезы можно объяснить чувство боли при разрушении тканей тела. Когда режут или жгут мою кожу, механизм сосредотачивает всю мою мысль, всю деятельность мозга на узкой идее о поранении. Цель механизма, конечно, защитить разрушаемую часть тела. Все прочие идеи, как могущие отвлечь мысли от защиты ткани, вредны и закрываются. Вот это закрытие, может быть, происходящее от ослабления притока крови к большей части мозга, сопровождается падением деятельности мозга, удалением вибраций, а следовательно, должно сопровождаться страданием.

Творчество соединяется часто с сосредоточием мысли, а потому также может сопровождаться некоторой мукой (так называемые «муки творчества»). Потеря близкого нам человека сопровождается сосредоточием мысли о его смерти. Чем больше это сосредоточие, тем больше горе. А чем больше горе, тем больше оно нам мешает заниматься обыденными делами и мыслями. Это также служит объяснением горя, потому что при этом общее количество эфирных вибраций в мозгу уменьшается.

Напротив, радость сопровождается притоком мыслей. Известно, что радость мешает сосредоточиться и в общем усиливает нашу деятельность во всех отношениях, т. е. и душевную, и физическую. Поток мыслей от радостей зависит от усиления химических процессов и, следовательно, вибраций эфира, что по гипотезе и есть причина приятного ощущения.

Лечение от душевных страданий состоит в том, чтобы мешать сосредоточию мыслей на одном предмете. Если нам это удается, то горе уменьшается, потому что общая работа мозга восстанавливается.

Можно понять, почему глубокое горе может убить существо, в особенности больное или старое. Результатом горя является сжатие многих сосудов, вследствие чего усиливается давление крови в других сосудах. Эта неравномерность давления в сосудах может служить причиною их разрушения, а стало быть и причиною смерти или болезни.

Есть и другая причина. Ослабленная деятельность мозга, скудость идей имеет влияние на приток крови к растительным частям тела. Приток ослабляется, от чего и деятельность сердца и других органов падает и может служить причиною общего ослабления организма и происхождения болезней (победа бактерий).

Голод и жажда заставляют нашу мысль сосредоточиться на питье и пище. Голодая, мы почти ни о чем не можем больше думать, кроме как о хлебе и воде. Если же мысль эта на некоторое время отвлекается общими мыслями существа, то оно получает облегчение. Можно не страдать, если отвлечь мысли о страдании. Но только не надолго: механизм настойчиво требует удовлетворения – и страдания продолжаются, не исчезая иногда и во сне. Никакие усилия воли не могут одолеть инстинкта или механизма кровообращения с его нервными системами (вазомоторные нервы).

Всякая необходимая и неудовлетворенная потребность организма, сосредоточивая мысли на этой потребности и погашая другие мысли, кроме немногих соприкасающихся с нею, также служит источником страдания. Неудовлетворенная половая потребность у молодого человека или девушки может быть источником тоски и самоубийства.

Трудно понять, почему в короткий момент засыпания и потери сознания, когда, по-видимому, погасает душевная деятельность, «я» не испытывает мучений. Обморок еще сопровождается дурнотой, т. е. страданием (и то не всегда), но момент засыпания, как известно, – нисколько.

Может быть, во сне душевная деятельность не прекращается, а может быть, это прекращение и сопровождается страданием, но организм не приспособлен давать о нем отчет, т. е. мы об этом страдании не знаем или забываем о нем, когда проснемся. Также можно объяснить отсутствие страданий и при выходе атомов из тела при обмене веществ: механизм о том не уведомляет, давая только понять о настроении общей массы атомов. Ведь не страдает же государство от того, что умер Иван Иванович. Так и это.

Нам скажут: если такая причина ощущений, то неужели атомы, составляющие Солнце или звезды, чувствуют!.. Неужели есть страдания и радости в реторте химика или в электрическом приборе физика? – Весьма вероятно! Но во-первых, эти ощущения не похожи на ощущения животных, во-вторых, о них отчета никто нам давать не может, в-третьих, в большинстве случаев, они равняются нулю. Действительно, температура Солнца почти не изменяется в течение столетий, а также и вибрации его атомов. Это – души, находящиеся в глубоком усыплении, не сознающие протекающих миллионов лет. Но их также ожидает жизнь и ее блага.

Да и что же нам говорить о бесчувствии в природе? Все, что она может, – дает нам знать только об ощущении (высшие животные и люди). Растения, камни или атомы в реторте химика никогда нам не скажут об их своеобразных ощущениях! Как можно сомневаться в ощущениях атомов так называемого мертвого тела, если в нем протекают физические и химические процессы? Какая же разница между живым и мертвым, между процессами в неорганизованной и организованной материи? Разве другие атомы в них, разве другие между ними столкновения? А раз в организованной материи есть ощущения, – есть они и в неорганизованной при тех же, приблизительно, процессах. Только организованная материя нам может сообщить об этом, да и то в исключительных случаях (лишь в применении к человеку), а неорганизованная – нет.

Высшие животные еще выражают радости и страдания понятно для человека, низшие – менее. Сам человек часто не может дать отчета о своих ощущениях или совершенно забывает о них. Чего же можно ждать от неорганизованной материи! Собственно у нас нет никаких доказательств, что чувствует кто-нибудь, кроме меня (солипсизм). Однако большинство людей верит в страдания и радости не только своих братьев, но и животных…

Про всякое ощущение мы можем сказать только одно из трех: или оно приятно, или неприятно, или безразлично. В первом случае, условимся называть его положительным, во втором – отрицательным!

Как фигуры, имея самую разнообразную форму, могут быть равновелики, если имеют одинаковую площадь, так и самые разнородные ощущения могут быть равного напряжения. Слуховое ощущение может быть также приятно, как зрительное или осязательное. Ожог может быть также неприятен, как разрез кожи. Зубная боль может быть также мучительна, как душевное страдание. Что это так, нетрудно видеть. Действительно, если зубная боль будет ослабляться, а душевное страдание усиливаться, или наоборот, то непременно должен настать когда-нибудь момент их равенства. В таком случае мы будем колебаться в определении сильнейшего из этих ощущений. Также и все приятные ощущения могут быть равны.

Из предыдущего мы видим, что всякое ощущение мы можем выразить положительным или отрицательным числом, как любую величину. Известно, что положительная величина с такой же (численно) отрицательной дают в сумме нуль. То же справедливо и для ощущения. Если, например, при другом настроении духа, мы получаем приятное известие, то в результате психического сложения двух противоположных ощущений мы можем получить: облегчение (или уменьшение страдания), успокоение (нуль) или радость, – смотря по силе добавочного ощущения, т. е. приятного известия. Итак, напряжение ощущения есть несомненно величина со всеми ее атрибутами.

А если это так, то ощущение жизни можно изобразить кривой, абсциссы которой будут изображать время, а ординаты – напряжение приятного или неприятного ощущения. Когда ордината положительна, то ощущение приятно, и наоборот. Чем ордината больше, тем ощущение напряженнее.

Схема общего (среднего) ощущения жизни говорит нам, что, начиная с зачатия, чувство приятности жизни возрастает до известного возраста. Затем, постепенно уменьшаясь, сходит до ощущения безразличного, чтобы уступить место страданию, непрерывно возрастающему и достигающему наибольшей величины при умирании.

Количество ощущения от времени (х1) до (х2) выразится:

где y = F(x)

Полное количество ощущений в течение (х3) одной жизни будет равно

и есть, очевидно, разность между суммою положительных (приятных) и суммою отрицательных (неприятных) ощущений всей жизни тела.

Но будут ли эти суммы равны? В таком случае нашли бы

Тут (х3) означает время одной жизни от ее зарождения.

Последней формулой мы выразили закон жизни всех смертных существ[7]. Бессмертные, очевидно, не подчиняются этому закону. Действительно, они получают жизнь и ее радости, не отдавая их назад.

Когда, при зачатии животного, загорается жизнь, то число эфирных вибраций усиливается. По мере развития существа, это число, в общем, должно возрастать. При угасании животного, в течение его старости, число вибраций уменьшается. Наконец, после смерти оно сводится к первоначальному числу, существовавшему до зачатия животного.

Что же мы видим? Число вибраций сначала возрастает, что по гипотезе должно сопровождаться рядом приятных ощущений (молодость и здоровье животного). Затем оно уменьшается, что должно по той же гипотезе сопровождаться ощущениями неприятного свойства (старость, болезни). Если угасание животного будет быстрое, например, во время болезни или самоубийства, то ощущение будет напряженнее, но сумма всех неприятных ощущений может остаться та же.

Вообще, в течение жизни, существо претерпевает только длинную вибрацию и возвращается, при умирании, к первоначальному состоянию.

Когда маятник совершает полное двойное колебание и возвращается в прежнюю точку, то алгебраическая сумма всех пройденных им пространств равна нулю. Подобно этому и количество ощущений животного в течение одной жизни также может быть равно нулю. Это значит, что сумма положительных, или приятных, ощущений равна сумме отрицательных ощущений. Если это так, то никто не посоветовал бы самоубийцам очень надеяться на безболезненные способы отправления на тот свет, ибо возможно, что таковых совсем нет. Чем быстрее процесс расставания с жизнью, тем мучения, по нашей гипотезе, должны быть ужасней. Лучший способ расплаты за жизнь – это медленное умирание в течение длинной старости, которой мы достигнем при заботах о нашем здоровье и жизни. Я желал бы ошибаться, но истины мы не знаем, потому что никто еще нам не рассказал про ощущения умирающего.

Так было бы, если бы атом (дух) пребывал в теле в течение всей жизни тела. Но он, в силу обмена веществ, – кратковременный гость. Поэтому для духов земного животного закон этот как будто не применим: атомы (духи), гостящие в существе во время его молодости, попадают на пир жизни и только получают. Попадающие же в период старости или усиленного угасания только страдают. Но это не совсем так: в первом случае атом (дух), при вхождении в здание тела, получает менее, чем отдает при расставании с телом. Только об этих ощущениях – вступления и выступления из тела – мы никогда не узнаем, гак как организм не приспособлен давать о них отчет. При вступлении и выступлении из тела в старческий его период бывает обратное, так что в обоих случаях равновесие восстанавливается и закон соблюдается.

Из нашей гипотезы ясен вред курения, чая, кофе и всех возбуждающих и «успокаивающих» лекарств, вред неестественных удовольствий, сильной музыки и проч., так как за все удовольствия такого рода придется заплатить унынием, терпением или другого рода страданием.

 





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...