Главная Обратная связь

Дисциплины:






Командиры и экипажи 3 страница



Сухогруз держался слева от «Атлантиса» на расстоянии до пятидесяти миль и дважды навел его на цель. Однако в первом случае (21-го) это оказался французский танкер «Лот», шедший по соглашению с немцами из Диего-Суареса в Дакар вместе с подводными лодками «Пегас» и «Монж», а в другом (22-го) — японский сухогруз «Африка-Мару». Не достигнув результатов в этом районе, капитан-цур-зее отправился в договоренную точку для встречи с «Адмиралом Шеер», но обнаружил там только его приз — английский сухогруз «Бритиш Адвокат». Сам «карманный линкор» был вынужден поспешно покинуть воды Индийского океана, скрываясь от охотившегося на него оперативного соединения британского флота. Наведя порядок среди призовой команды на британском судне, куда Кранке сплавил самых злостных разгильдяев из своего экипажа, Рогге 27 февраля отправил его в Европу, впрочем, особо не рассчитываю на успех. Тем не менее, через два месяца, 29 апреля «Бритиш Адвокат» добрался в Бордо.

«Атлантис» и «Спейбэнк» продолжали безуспешно утюжить воды западной части Индийского океана. Вскоре капитан-цур-зее получил приказ организовать заправку с «Кетти Брёвиг» немецкого парохода «Кобург», успевшего уйти из сомалийского Массауа до захвата его британскими войсками, а затем и вспомогательного крейсера «Пингвин». Однако 4 марта бортовой самолет австралийского тяжелого крейсера «Канберра» обнаружил в 200 милях юго-западнее Сейшельских островов (4°50′ ю.ш./56° в.д.) «Кобург» и «Кетти Брёвиг». Крейсер пошел в указанном направлении. В итоге, «Кобург» отправили на дно британские снаряды, а танкер затопила его команда. Денель со своими людьми попал в плен. Совместное плавание «Атлантиса» и «Спейбэнка» продолжалось до 21 марта, когда Рогге решил отправить приз во Францию. Он назначил командиром вместо Бройерса более опытного лейтенанта-цур-зее резерва Пауля Шнайдевинда, ранее бывшего первым офицером на «Танненфельсе», а затем оставшегося на рейдере в качестве призового офицера. В тот же день «Спейбэнк», на котором находилось 13 немцев и 41 пленный, ушел в Бордо, благополучно добравшись туда 12 мая.[11]28 марта состоялось рандеву с итальянской подводной лодкой «Перла», шедшей из Массауа в Европу вокруг африканского континента. Немцы снабдили союзников 70 т соляра, продовольствием, навигационными картами и т. п. Рогге удалось договориться с ее командиром капитан-лейтенантом Бруно Наппом о совместных действиях сроком до 8 апреля. Однако итальянцы, расставшись с рейдером на следующий день, практически сразу забыли об уговоре и продолжили свое плаванье, придя в Бордо 20 мая. Впрочем, итальянское правительство отблагодарило командира «Атлантиса», наградив его 25 сентября 1941 г. «Бронзовой медалью за воинскую доблесть».



«Атлантис» продолжил свое крейсерство в юго-западной части Индийского океана. Последний успех датировался еще 2 февраля, и как следствие, тропическая жара и длительное бездействие начали отрицательно сказываться на дисциплине экипажа. 31 марта исполнился ровно год, как «Атлантис» находился в море. В связи с этим гросс-адмирал Редер наградил всю команду рейдера Железными крестами 2-го класса, а наиболее отличившихся 1-го класса. Наконец, 5 апреля рейдер остановил большой транспорт, оказавшийся французским «Шенонсо» (14 825 брт), принадлежавшим правительству Виши. Опять неудача! В итоге РВМ разрешило Рогге покинуть Индийский океан и перейти в Атлантический, что тот и сделал, пройдя 8 апреля «ревущими сороковыми» меридиан мыса Доброй Надежды.

Командование назначило «Атлантису» для действий район в средней части Атлантики, приблизительно в 1300 милях к востоку от побережья Бразилии. 16 апреля в условленном месте состоялось рандеву с судном снабжения «Дрезден»,[12]вышедшим 28 марта из бразильского порта Сантус для встречи с HSK-2. Рогге планировал получить с него свежую воду, продовольствие, древесину и смазочные материалы. Однако при встрече с капитаном Вальтером Ягером, взбешенный командир «Атлантиса» узнал, что на «Дрездене» нет свежей провизии для рейдера. Оказывается, из-за бюрократизма военно-морского атташе в Бразилии, ее погрузили на другое судно снабжения — «Бабитонга», которое не имело холодильников необходимого объема, и продукты пришли в негодность. Забрав все необходимое со снабженца, Рогге приказал Ягеру оставаться в этом районе и ожидать подхода вспомогательного крейсера «Корморан».

В 15.00 немецкие суда расстались, а уже через четыре часов в наступающих сумерках наблюдатели заметили силуэт довольно большого судна, принятого первоначально за британский войсковой транспорт. «Атлантис» начал преследовать жертву, которую из-за непонятного поведения теперь посчитали вспомогательным крейсером противника. В 5.55 следующих суток рейдер открыл огонь с дистанции 8500 м. Всего немцы выпустили 55 150-мм снарядов, добившись девяти попаданий — в радиорубку, машинное отделение, борт и надстройки. Судно остановилось, люди быстро начали покидать его. Только после этого Рогге узнал, что атаковал «нейтрала» — египетский лайнер «Замзам» (8299 брт, 1909 г.), который шел из Нью-Йорка в Кейптаун с грузом смазочных материалов, нитрата аммония, авиационного топлива, санитарных машин, грузовиков, стального проката, радиоприемников, батарей, печатных машинок, косметики и кока-колы. Судно в годы Первой мировой войны служило в под британским флагом как «Лестершир» и действительно использовалось в качестве войскового транспорта. От капитана Уильяма Грэя Смита обер-лейтенант Мор получил сведения о том, что на борту находятся 129 моряков и 202 пассажира, в том числе 73 женщины и 35 детей. Причем более половины пассажиров оказались американцами — их даже было больше, чем на знаменитой «Лузитании». А ведь тогда гибель лайнера послужила одной из причин для вступления САСШ в войну. Командир «Атлантиса» быстро сообразил, какие международные последствия для нацистской Германии могут иметь его действия, поэтому приказал обращаться с пленными с предельным вниманием и учтивостью, чтобы хоть как-то сгладить последствия. К счастью, погибших при обстреле не было, только трое получили разной степени тяжести ранения. В течение четырех последующих часов немцы спасли сколько смогли личных вещей пассажиров, а также опустошили его кладовые с продуктами. После этого старый лайнер потопили подрывными зарядами.

Покончив с «Замзамом», рейдер полным ходом двинулся на соединение с «Дрезденом». Придя в условленную точку, Рогге обнаружил там еще и судно снабжение «Альстеруфер».[13]Это очень обрадовало капитана-цур-зее, так как на последнем находились почта, полученная впервые с начала плавания, три новых гидросамолета «Арадо-196», снаряды, уголь, множество других припасов и снаряжения, а также люди на замену ушедшим в составах призовых команд. Однако вначале 328 человек с египетского лайнера перевели на «Дрезден», которому Рогге приказал оставаться на месте, а сам вместе с «Альстеруфером» ушел на встречу с «Кормораном». Рандеву состоялось 19 апреля в точке с координатами 27°41′ ю.ш./12°22′ з.д. На следующий день там же объявился танкер «Нордмарк», с которого на рейдер вернулся капитан-лейтенант Пауль Каменц, покинувший «Атлантис» еще 16 ноября 1940 г.[14]Он благополучно прибыл на «Оле Якобе» в Японию, откуда перебрался на материк и по железной дороге из Владивостока приехал в Москву, а затем и в Берлин. Сдав бумаги, штурман направился во французский порт Лориан, где попал на борт уходившей в поход подводной лодки U-106 (капитан-лейтенант Юрген Остен), которая и доставила его на «Нордмарк». Рейдер закачал с танкера 700 т топлива и принял различные припасы. Снабдив горючим и остальные суда, «Нордмарк» покинул место рандеву на следующий день.

Тем временем на «Атлантисе» кипела бурная деятельность: его экипаж занимался приемкой грузов с «Альстеруфера», Булла с авиамеханиками собирали гидросамолет, а Рогге вместе с командиром «Корморана» Детмерсом обсуждали тактику действий в океане. 24 апреля «Корморан» продолжил плавание. Через два дня «Атлантис» имел короткую встречу с «Дрезденом», во время которой принял него еще двух призовых офицеров, ранее служивших на «Адмирале графе Шпее». В тот же день Рогге отпустил снабженца, направив его для выгрузки пленных в ближайший нейтральный порт. Однако затем РВМ отменило это приказ и предписало «Дрездену» идти во французский порт Сен-Жан-де-Люз, куда он прибыл 10 мая. Уже оттуда всех нейтралов переправили на их родину. Это и сыграло роковую роль в судьбе HSK-2. Среди пассажиров «Замзам» оказался фотограф американского журнала «Лайф» Дэвид Шерман, который находясь в спасательной шлюпке, сумел сделать несколько фото «Атлантиса». Несмотря на то, что во Франции у него отобрали все пленки, именно эту он сумел сохранить, спрятав в тюбик с зубной пастой. В итоге, уже в начале лета 1941 г. у союзников появилась хорошее фото «Атлантиса», сделанное с носового угла и демонстрирующее корабль в полную длину.

Расставшись с «Дрезденом», HSK-2 в тот же день вернулся к «Альстеруферу», но с наступлением новых суток уже продолжил свое плавание. Через два дня Рогге приказал сменить маскировку, выбрав в качестве нового образца голландский теплоход «Брастаги» (9246 брт), принадлежавший «Ruys & Zonen Rotterdamsche Lloyd NV». Работы закончились в последний день апреля, тогда же и Булла доложил о готовности к вылету. Уже 1 мая на горизонте показалось облако дыма, и «Арадо» отправился в полет. Летчики опробовали новую машину, оценив ее очень высоко по сравнению с «Хейнкелем», а вот рейдер так и не смог догнать неизвестное судно. Через три дня состоялось рандеву с судном снабжения «Бабитонга»,[15]24 апреля вышедшим из бразильского Сантуса с провизией для «Атлантиса». Как уже писалось ранее, практически вся она пришла в негодность, и Рогге отослал снабженца ожидать дальнейших инструкций в точку с координатами 30° ю.ш. и 15° з.д. 7 мая в сумерках рейдер остановил судно, вновь оказавшееся нейтральным — французский пароход «Лейтенант де ла Тур». Абордажная команда долго искала контрабанду, но ничего не нашла и «француза» отпустили.

Только 14 мая, когда рейдер перешел на маршрут ведущий к Фритауну, к нему пришел очередной успех. Под утро наблюдатели заметили неизвестное судно. Подойдя на дистанцию стрельбы, крейсер прожектором приказал остановиться, но в ответ не последовало никакой реакции. Тогда Рогге приказал осветить мостик лучом прожектора. И эта мера не возымела действия. Только когда перед носом у парохода взорвался предупредительный снаряд, он резко изменил курс и увеличил скорость. Следующий залп пришелся точно в цель — два 150-мм снаряда, попавшие в корпус судна, нанесли ему смертельные повреждения. Абордажная команда даже не стала подниматься на борт парохода, затонувшего через тридцать минут.

Из допроса капитана Миллера выяснилось, что «Атлантис» атаковал старый британский пароход «Рабаул» (5618 брт, 1916 г.), принадлежавший компании «Карпентер Оверсиз». Он шел из Англии в Кейптаун с грузом угля, военных припасов и тремя самолетами на борту, а его поведение объяснялось тем, что стоявший на вахте 65-летний второй помощник капитана не смог прочитать сигналы рейдера и решил не обращать на них внимания. Это стоило жизни семерым из 54 моряков и 4 пассажиров.

Потопив «Рабаул», «Атлантис» в течение двух суток дрейфовал с выключенными дизелями вдоль маршрута Фритаун — Кейптаун, пока в 0.10 18 мая сигнальщики не заметили на горизонте два корабля, при ближайшем рассмотрении оказавшимися британскими линкором «Нельсон» и авианосцем «Игл». Они прошли курсом на север всего в 6400 метрах за кормой вспомогательного крейсера. Еще никогда Рогге и его команда не находились в такой критической ситуации, однако военное счастье и на этот раз было к ним благосклонно. 21 и 23 мая «Атлантис» дважды останавливал суда, оказавшиеся нейтральными — греческое «Мастер Элиас Кулукундис» с грузом для Швеции и американское «Чарльз X. Крамп».

Рано утром 24 мая «Арадо», совершавший разведывательный полет, обнаружил еще один транспорт. «Атлантис» весь день следовал за ним и сократил дистанцию с наступлением сумерек. Выяснив, что это вооруженный британский пароход, Рогге приказал атаковать его без предупреждения. Первый же залп лег точно в цель — снаряды поразили среднюю часть судна, разрушив радиорубку и вызвав сильный пожар. Второй оказался неудачным, зато пять последующих превратили торговца в пылающую развалину. Его мачты и труба рухнули, настройки были разрушены, и кроме этого еще заклинило руль. Что бы быстрее избавиться от ярко горевшего остова, капитан-цур-зее решил добить его торпедой. Однако «угорь» оказался неисправным и начал описывать циркуляцию, угрожая поразить сам рейдер. К счастью, он прошел практически под носом у «Атлантиса». Следующая торпеда также сбилась с курса, и только третья поразило судно, которое затонуло через девять минут после взрыва. В ходе поисковых работ удалось спасти 33 из 45 моряков британского «Трафальгара» (4530 брт, 1924 г.), принадлежавшего «Глен Компани» из Глазго. Пароход шел во фрахте британского военного ведомства.

Отправив его на дно, рейдер двинулся на рандеву с «Бабитонга», которое состоялось 30 мая в условленном месте. После передачи пленных снабженец ушел для встречи с танкером «Эссо Гамбург», а на «Атлантисе», легшем в дрейф, начались работы по переборке и профилактике двигателей, текущему ремонту и перекраске корабля, а также приведению в порядок маскировки. Когда «Бабитонга» вернулась, передав пленных на «Эссо Гамбург», работы еще не кончились, и Рогге отослал ее в другую условленную точку в центральной Атлантике. 11 июня все было готово, и «Атлантис» направился на север, в новый район деятельности. Через пять дней оказался побит предыдущий рекорд второго «Вольфа» по длительности пребывания в море — 445 дней, поставленный еще во время Первой мировой.

17 июня летчики рейдера заметили судно — уже пятое обнаруженное с воздуха. Как только наступили сумерки, подкравшийся «Атлантис» произвел предупредительный выстрел с требованием остановиться. Однако капитан нового британского парохода «Тоттенхэм» (4762 брт, 1940 г.) Вудкок и не подумал подчиниться. Радисты судна успешно вышли в эфир, передав сигнал с координатами о нападении, принятый в Уолфиш-Бее и на острове Вознесения, а артиллеристы открыли огонь из кормового 4,7-дюймового орудия. «Атлантис» ответил 39 150-мм и 11 75-мм снарядами, после чего транспорт затонул. Он принадлежал «Уотте, Уотте энд Ко» и шел из Англии в Александрию с грузом для британской армии в Палестине — самолетами, запчастями к ним, боеприпасами, тракторами, грузовиками и т. д. Немцы смогли найти только 29 человек во главе с Вудкоком. Он настаивал на поисках остальных семнадцати, среди которых был второй помощник Д. Кэмерон, но Рогге отказался, сославшись на опасность нахождения в этом районе. Впрочем Камерону и его людям повезло, через одиннадцать дней плавания в шлюпке их спас британский пароход «Маронда».

Через пять дней после «Тоттенхэма» пришел черед теплохода «Бальзак» (5372 брт, 1920 г.) британской «Лэмпорт энд Хольт» — последней жертве «Атлантиса» в Атлантическом океане. Следуя своей обычной тактике Рогге дождался наступления сумерек и сумел подобраться на расстояние 8200 м. В этот момент британцы заметили рейдер и успели отправить сообщение о нападении. Впрочем, немцы смогли заглушить его своим более мощным передатчиком. Тем временем транспорт повернул на обратный курс и стал зигзагами уходить. Канонирам «Атлантиса» пришлось потратить 192 150-мм и 53 75-мм снаряда, добившись всего четырех попаданий, после чего беглец остановился. При этом из-за столь частной стрельбы механизм наката орудия № 5 левого борта перегрелся, и его стало заклинивать. Рогге даже на стал тратить время на то чтобы добить «Бальзак», шедший из Рангуна в Ливерпуль с 4200 т риса, пчелиным воском и другим генеральным грузом. Как только абордажная команда перевезла на борт 48 из 51 члена команды теплохода, «Атлантис» покинул ставший опасным район. Вскоре один из раненных скончался в лазарете.

Понимая что экипаж очень устал, капитан-цур-зее решил дать ему небольшую передышку. Он увел рейдер в район свободный от торгового судоходства — там корабль находился в дрейфе несколько дней. 1 июля в зоне «Андалузия», приблизительно в 300 милях к северу от островов Тристан-да-Кунья, состоялось рандеву с «Орионом». РВМ приказало Рогге передать на него топливо и провизию. Командир «Атлантиса» смог выделить для фрегаттен-капитана Вайера только 581 т соляра, чем тот был не очень доволен. На следующий день начали заправку, которую закончили уже в сумерках. 6 июля командиры рейдеров и их команды дружески расстались. После этого Рогге решил сменить театр боевых действий — теперь путь HSK-2 лежал в Тихий океан. «Атлантис» уже в третий раз обогнул мыс Доброй Надежды и, держась «ревущих сороковых», прошел Индийский океан. Затем он далеко с юга обогнул Австралию с Новой Зеландией и 25 августа 1941 г. вышел в район предполагаемого оживленного судоходства.

Больше двух недель «Атлантис» бесцельно прочесывал торговые маршруты, пока 10 сентября уже после захода солнца впередсмотрящий не заметил судно, появившееся из дождевого шквала и двигавшееся противоположным курсом. Рейдер в этот момент находился в семистах милях севернее острова Кермадек, где-то на полпути между Новой Зеландией и островами Общества. Рогге начал преследование. На торговце также заметили приближение неизвестного корабля и в эфир полетели сигналы тревоги с координатами, которые немецким радистам не удалось заглушить. Тем не менее, капитан-цур-зее хотел захватить транспорт противника, не причинив ему повреждений. Поэтому он приказал сигнальщику передать приказ — остановиться и не пользоваться радио. Капитан норвежского сухогруза «Сильваплана» (4793 брт, 1938 г), принадлежавшего «Чуди & Эйцен», Нильс Станге Нильсен тут же подчинился (26°16′ ю.ш./164°25′ з.д.). Забегая вперед, отметим, что этот транспорт стал 22-й и последней жертвой «Атлантиса». Поднявшись на борт, абордажная команда с помощью судовой рации дала отбой сигналу тревоги. Изучив документы, немцы выяснили, что судно шло из Сингапура в Нью-Йорк с очень ценным грузом каучука, саго, олова, меди, кофе, дерева и специй. Узнав об этом, Рогге решил оставить «Сильваплана» в качестве приза. Он отослал трофей в условленную точку, находившуюся в 400 милях южнее островов Тубуаи, а сам продолжил крейсерство, впрочем, оказавшееся безрезультатным. Вновь встретившись с призом, немцы перегрузили в трюмы «Атлантиса» 120 т сырого каучука вместо песчаного балласта. После этого рейдер и его трофей вновь расстались, так как Рогге направился на рандеву с судном снабжения «Мюнстерланд»,[16]которое вышло из Иокогамы 25 августа.

20 сентября, придя в назначенную точку «Ромулус» (28°44′ ю.ш./152°16′ з.д.), Рогге с удивлением обнаружил там не «Мюнстерланд», а вспомогательный крейсер «Комет» под командованием контр-адмирала Роберта Айссена и его трофей голландское судно «Кота Нопан». Младший по званию Рогге приказал отдать адмиральский салют флагами расцвечивания и залпом из зенитного автомата. По свидетельству Мора, Айссен воспринял эти почести как должное, считая себя командующим всеми германскими рейдерами в океане, и дородный контр-адмирал был очень важен, принимая на борту своего «флагмана» офицеров с «Атлантиса». На следующий день пришел «Мюнстерланд», после чего дружеские отношения между двумя командирами несколько охладели, так как Айссен начал претендовать на часть свежих продуктов и пива из доли «Атлантиса». В ходе долгих переговоров он неохотно согласился с доводами Рогге касательно продуктов, но пиво так и не уступил. Взамен контр-адмирал снабдил коллегу боеприпасами, горючим для гидросамолета, рентгеновской установкой, одеждой и некоторым снаряжением, взяв немного риса для своих военнопленных. Кроме этого на «Комет» и «Кота Нопан» перешли 63 пленника с «Атлантиса». 24 сентября рейдеры расстались и HSK-2 вместе с «Мюнстерланд» двинулся на рандеву с «Сильваплана» к банке Орне. Встретившись с призом, Рогге обеспечил сухогруз всем необходимым и 27-го приказал его командиру лейтенанту Диттману отправиться к берегам Франции.[17]На следующий день снабженец ушел обратно в Японию.

«Атлантис» в течение двух недель следовал вдоль маршрута «Сильваплана», который узнали с помощью карты, найденной на норвежском судне. Однако, похоже, что удача постепенно начала отворачиваться от капитана-цур-зее. Тогда Рогге, что бы поднять моральный дух команды, весьма понизившийся из-за долгого нахождения в море, решил сделать высадку на сушу. Для этого он выбрал небольшой атолл Вана-Вана (20°72′ ю.ш./139°82′ з.д.), принадлежащий к островам Туамоту. 10 октября «Атлантис» бросил якорь в лагуне атолла и находился там два дня. За это время весь экипаж побывал на берегу и смог немного отдохнуть. Покинув этот райский уголок, рейдер двинулся дальше на юго-восток. Очередными пунктами его маршрута стали знаменитый остров Питкэрн и остров Хендерсон, причем у последнего «Атлантис» сделал короткую остановку, и на берегу побывала небольшая десантная партия. 18 октября рейдер поднял якорь и вновь двинулся на юго-восток по направлению к мысу Горн. На его борту царило радостное настроение, так как все понимали, что теперь корабль идет к родным берегам. Через 11 дней «Атлантис» проливом Дрейка, пройдя в 95 милях к югу от мыса Горн, вышел в Атлантику.

Теперь путь корабля лежал на север. Однако, 8 ноября, когда он фактически совершил кругосветное путешествие, от РВМ поступил приказ передать часть топлива подводной лодке U-68 (корветтен-капитан Карл-Фридрих Мертен). Встреча крейсера и лодки состоялась 13 ноября в 530 милях к юго-западу от острова Св. Елены, но из-за плохой погоды им пришлось перейти на 80 миль к северу. Через три дня Мертен, пополнив запасы топлива, свежей воды и продовольствия, ушел в сторону африканского побережья, а Рогге двинулся на запад — теперь ему предстояло обслужить U-126 (капитан-лейтенант Эрнст Бауэр), рандеву с которой было назначено на 22 ноября. На следующий день на рейдере начались работы по превращению его в голландский теплоход «Полифемус» (6269 брт) компании «Океаан», а механики занялись ремонтом и профилактикой двигателей. Так как у Рогге имелся небольшой запас времени, то он решил поохотиться в здешних водах, для чего начал отправлять на разведку гидросамолет. 18-го летчики доложили о контакте, который при ближайшем рассмотрении оказался «нейтралом». На следующий день они вновь обнаружили какое-то судно, однако цель оказалась слишком быстроходной и рейдер не смог ее догнать. 21-го при посадке «Арадо» потерпел аварию, что весьма огорчило капитана-цур-зее.

Ранним утром 22 ноября 1941 г. «Атлантис» дрейфовал в условленном месте (4°21′ ю.ш./18°50′ з.д.). Ждать U-126 пришлось недолго, и сразу же после ее появления началась заправка. Рогге пригласил Бауэра на завтрак в свою каюту, желая услышать последние новости. Вскоре Кильхорн попросил разрешения начать ремонт одного из дизелей из-за заевшего клапана. Никто из немцев и не подозревал, что до гибели рейдера, прошедшего три океана, оставалось всего несколько часов — к месту рандеву 25-узловым ходом шел английский тяжелый крейсер «Девоншир». Его гидросамолет «Уолрус» заметил лежавшее в дрейфе неизвестное судно и доложил об этом на крейсер, который в этом момент находился в сорока милях. «Девоншир» оказался здесь не случайно — британцы уже могли читать немецкие сообщения и знали, что в этом районе находится судно снабжения подводных лодок.

В 8.16 наблюдатели обнаружили появившийся на горизонте корабль, и уже через три минуты Рогге знал, что перед ним тяжелый крейсер. Для того, чтобы скрыть силуэт и представить как можно меньшую цель для снарядов, он приказал срочно развернуть корабль к противнику кормой. U-126 настолько быстро погрузилась, что ее командир остался на борту рейдера. В это же время с «Девоншира» вновь взлетел гидросамолет для обследования неизвестного судна. К несчастью для немцев, пилот сразу заметил тянувшийся за кормой заправочный шланг, нефтяные пятна, и погружавшуюся подводную лодку. Он тут же условленным сигналом известил об этом командира крейсера кэптена Р. Д. Оливера. В 8.37 «Девоншир» выпустил в сторону рейдера два предупредительных снаряда, упавших рядом. Рогге понимал, что уйти не удастся, даже если бы работали оба дизеля, но надеялся потянуть время, чтобы лодка смогла выйти в атаку на крейсер. Капитан-цур-зее приказал остановиться и развернуться бортом к противнику, передавая при этом стандартные сигналы бедствия от имени «Полифемуса» — «RRR… неизвестный корабль приказывает мне остановиться… ». Эта тактика принесла свои плоды: Оливер не исключал возможности, что перед ним действительно мирное союзническое судно, остановленное немецкой лодкой. Тогда он запросил у Адмиралтейства информацию, где в этот момент находится «Полифемус», а в ожидании ответа продолжал держать «Девоншир» на расстоянии семи с половиной миль, постоянно меняя курс и скорость. К тому же, своим сигналом немцы добавили подозрений, так как к этому времени он уже изменился и состоял из четырех букв «R», а не трех как ранее. Вскоре с «Уолруса» доложили, что неизвестный является тем самым кораблем, чьи фотографии были опубликованы в журнале «Лайф» и который потопил «Замзам». Наконец, в 9.34 Фритаун ответил, что остановленное судно не может быть «Полифемусом», и через минуту «Девоншир» открыл огонь на поражение.

Уже третьим залпом англичане добились попадания — снаряд угодил в крышку люка трюма, где находился гидросамолет, разрушив ее и вызвав несколько пожаров. С этого момента участь «Атлантиса» была решена. Последующие снаряды вывели из строя электрическое управление рулем, в результате пришлось перейти на ручное. Затем последовали попадания в торпедный отсек и кормовую рубку. Рогге приказал поставить дымовую завесу и под ее прикрытием сбросить скорость на полтора узла, в надежде хоть на время обмануть противника. Как только рейдер окутали густые клубы дыма, командир отдал приказ покинуть судно, а Фелеру и его людям подготовить корабль к взрыву. В 9.43, когда завеса практически рассеялась, и на борту уже почти никого не осталось, «Девоншир» продолжил стрельбу, сделав в общей сложности 30 залпов. Последовали попадания в трюмы №№ 4 и 5, шлюпочную палубу и мостик. После этого второй штурман Пигорс и Рогге последними, как они думали, покинули «Атлантис». Однако через некоторое время на палубе показался один из радистов, остававшийся на посту чуть ли не до самого конца корабля. В 9.58 взорвался носовой погреб боезапаса и рухнула фок-мачта. Через шестнадцать минут сработали подрывные заряды и «Атлантис» начал тонуть кормой вперед. В 10.16 он навсегда скрылся под волнами в точке с координатами 04°20′ ю.ш. и 18°35′ з.д.

Оливер, помня о том, что поблизости находится подводная лодка, не стал спасать находившихся в воде людей. Крейсер остановился только для того, чтобы подобрать свой гидросамолет, и ушел. Тем временем Рогге приказал собраться вокруг него всем спасшимся, среди которых, кроме экипажа «Атлантиса», находились семеро подводников, пленный американец с «Замзама» и один скотч-терьер. Перекличка позволила установить, что погибло пятеро моряков. Вскоре рядом всплыла U-126, и Бауэр устроил головомойку своему первому помощнику Нойберту за то, что тот не атаковал крейсер. Оказалась, что Нойберт принял первый залп по рейдеру, за атаку лодки глубинными бомбами и увел ее на глубину. Теперь перед Рогге стояла проблема — что делать дальше. Капитан-цур-зее принял решение идти к побережью Бразилии, до которого было 950 миль, располагая моторным вельботом, двумя стальными спасательными шлюпками и несколькими надувными плотами. Бауэр смог впихнуть внутрь субмарины 55 человек, еще 52 разместил на палубе в спасательных жилетах, после чего взял на буксир целый караван и в 16.00 двинулся на запад со средней скоростью в шесть-семь узлов.[18]В ходе это путешествия, длившегося 74 часа, умерло еще два человека. Наконец, 26-го на горизонте показалось судно снабжения подводных лодок «Питон»[19]и через час экипаж «Атлантиса» разместился на его борту. Вечером следующего дня U-126, пополнив запасы продовольствия, воды и топлива, ушла к берегам Франции, а снабженец двинулся на север. Но уже с наступление новых суток РВМ прислало приказ его командиру корветтен-капитану Людерсу повернуть обратно и идти в точку, расположенную в 700 милях к югу о. Святой Елены для рандеву с лодками U-68 и U-A (корветтен-капитан Ганс Экерман). Так что возвращение домой для моряков с «Атлантиса» откладывалось.

30 ноября в назначенном месте появилась U-68, а на следующий день — и запоздавшая U-A. Тут же началось снабжение лодок всем необходимым. Но англичане уже знали и об этой операции. В 15.30 на горизонте снова показался тяжелый крейсер. Теперь это был «Дорсетшир» под командованием кэптена Э. У. С. Эгара. История повторилась, и в 18.21 уже «Питон» затонул, оставив на воде 414 человек (27°53′ ю.ш. и 03°55′ з.д.). Как и в случае с «Атлантисом», лодки не смогли защитить своего снабженца — на U-68 возникли проблемы при аварийном погружении, a U-A хоть и произвела два залпа, выпустив пять торпед, но в цель не попала. И вновь немецким субмаринам пришлось исполнять несвойственным им функции спасательных судов. Они приняли на борт приблизительно по сто человек, а также разместить на палубах семь надувных плотов с находившимися на них людьми. Кроме этого каждая тянула по пять спасательных лодок. Поздно ночью того же дня караван двинулся к берегам Франции. При этом у Рогге, который находился на U-68, периодически возникали проблемы с Экерманом, который вначале пытался назначить себя командиром спасательной операции, а затем бросил буксируемые средства и начал преследовать замеченное на горизонте судно. Во время этого очень тяжелого плавания психика одного из моряков с «Атлантиса» не выдержала, и он выпрыгнул за борт.

Когда информация о гибели «Атлантиса» и «Питона» дошла до вице-адмирала Карла Дёница, в полночь 2 декабря он отдал приказ U-124 (капитан-лейтенант Йохен Мор) и U-129 (капитан-лейтенант Нико Клаузен) принять участие в спасении экипажей потопленных судов. Клаузен появился на следующий день и принял почти всех моряков с «Питона». Мор же присоединился к каравану только перед рассветом 5 декабря, получив от Рогге выговор за опоздание. В итоге все люди смогли разместиться на борту лодок. 12 декабря пришел очередной приказ из Берлина, согласно которого субмаринам следовало идти к островам Зеленого Мыса, где их будут ожидать итальянские подводные лодки. Свидания с союзниками произошли в период с 14 по 18 декабря. При этом U-A передала на «Луиджи Торелли» 55 человек, a U-68, U-129 и U-124 — по 70 на «Энрико Тацолли», «Джузеппе Финци» и «Пьетро Кальви» соответстенно. Первой в Сен-Назер после полудня 23 декабря пришла «Торелли». Следом за ней 25-го поочередно с разницей в несколько часов — «Тацолли», U-68 и U-A. Через два дня объявились U-129 и «Кальви». Последними прибыли «Финци» (28-го) и U-124 (29-го). Одиссея капитана-цур-зее Бернхарда Рогге и его команды окончилась.





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...