Главная Обратная связь

Дисциплины:






Командиры и экипажи 10 страница



«Пингвин» ушел на день раньше танкера и взял курс к острову Буве. Никто из моряков, находящихся на борту рейдера, раньше не бывал в антарктических водах. В связи с этим Крюдеру очень помог комплект карт Южной Атлантики, найденный абордажной командой «Атлантиса» на норвежском танкере «Тедди». Это судно зимой 1939/40 г. входило в состав китобойных флотилий, и на одной из карт остался его маршрут в этом районе. «Пингвин» прошел между безлюдными островами Принца Эдуарда и Крозе, все дальше углубляясь на юг. 17 декабря показался первый айсберг, а через два дня, когда корабль достиг 60 градуса южной широты, они уже исчислялись десятками. Здесь немцы впервые увидели пингвинов. В тот же день рейдер остановил свой бег на юг и направился на запад. В ночь на 23-е, когда «Пингвин» находился еще в тысяче милях от Буве, его радисты впервые перехватили переговоры норвежских китобоев. Той же ночью из Берлина пришло сообщение о награждении 22 декабря Эрнста-Феликса Крюдера Рыцарским крестом. Вскоре экипаж крейсера отметил наступление Рождества. 26-го гидросамолет запустили в пробный полет, но через два часа он пошел на вынужденную посадку из-за нехватки горючего. Рейдер в течение трех часов искал «Хейнкель». Оказалось, что мотор крылатой машины стал потреблять топлива на сорок процентов больше чем обычно. К наступлению Нового года Крюдер определился с местоположением двух норвежских флотилий, промышлявших в районе между 50 градусом восточной долготы и 20 градусом западной долготы. Это были китобойные базы «Пелагос» (12 083 брт., 1901 г.), принадлежавшая Бруну и фон дер Липпе из Тёнсберга, и «Оле Веггер» (12 201 брт, 1914 г.) Тора Даля из Сандефьорда с семью китобойцами каждая.[63]Затем из перехваченных переговоров стало известно, что норвежцы ожидают прихода судна снабжения «Солглимт» (12 246 брт, 1900 г.) с припасами и топливом на борту. Кроме этого, обнаружилась и третья база — «Торсхаммер», находившаяся с флотилией еще дальше к юго-западу. Капитан-цур-зее решил отложить нападение до появления снабженца, чтобы одним ударом захватить как можно больше призов.

Рейдер занял позицию и стал выжидать. 12 января «Торсхаммер» передал, что «Солглимт» прошел мимо него и направляется к «Оле Веггер», с которой должен будет встретиться через сутки. «Пингвин» начал разбег в полдень следующего дня, и в 23.15 в точке с координатами 57°45′ ю.ш. и 2°30′ з.д. немцы заметили сигнальные огни двух больших судов, пришвартованных друг к другу. Вокруг находилось множество меньших. «Пингвин», постоянно скрывавшийся в налетавших снежных шквалах, медленно подкрался к ничего не подозревавшим норвежцам на расстояние 200 метров и дальше с выключенными двигателями стал дрейфовать. В 0.20 14 января луч прожектора осветил суда, и два катера с командами ринулись на абордаж. Первым успеха достиг лейтенант Варнинг, захвативший «Оле Веггер» и «Солглимт» без сопротивления со стороны экипажей. Он предложил капитанам Кристиану Эвенсену и Норману Андерсену послужить Германии, угрожая потоплением в противном случае. Делать было нечего, и норвежцы согласились. Тем временем лейтенант Хеммер на втором катере захватил четыре китобойца («Пол-VIII, — IX, — X» и «Торлин»). Остальные три («Пол-VII», «Глобе-VIII» и «Тораринн»), почуяв неладное, сумели скрыться.[64]Рейдер не смог помешать им, так как в этот момент потерял ход из-за треснувшей крышки одного из цилиндров дизеля. Трофеями немцев стали 11 000 т китового жира, являвшегося очень ценным стратегическим продуктом, а число пленных составило 294 моряка. «Оле Веггер» и «Солглимт» оказались не вооружены, но когда призовые команды проводили досмотр трюмов последнего, там обнаружились четыре 102-мм орудия с боезапасом 300 выстрелов на ствол. Эти пушки предназначались для установки на китобойные плавбазы. Норвежцы просто-напросто опоздали…



В 4.40 «Пингвин» оставил призовые команды на захваченных судах и на одном дизеле направился на восток, где находилась ничего не подозревающая «Пелагос» со своей флотилией. Рейдер добрался туда к полуночи. Захват норвежских судов в точке с координатами 58°21′ ю.ш. и 2°56′ в.д. прошел по тому же сценарию, без всяких эксцессов. На этот раз сбежать не удалось ни одному из семи китобойцев базы — «Стар-XIV, — XIX, — XX, — XXI, — XXII, — XXIII и — XXIV». На «Пелагосе» находилось 9500 т китового жира, а общее число пленных увеличилось еще на 294 человека. И здесь немцы предложили капитану Фрицу Гётесену продолжить разделку уже пойманных китов, обещая оплату по приходу в Европу. Затем «Пингвин» направился обратно на запад — навстречу «Оле Веггеру» и её флотилии. 16 января все захваченные суда собрались в одном месте. «Большая китовая охота» капитана-цур-зее Эрнста-Феликса Крюдера, тщательно спланированная и практически безукоризненно исполненная, стала вершиной деятельности немецких вспомогательных крейсеров во время Второй мировой войны.

Чтобы запутать следы, хитроумный Крюдер, оставив захваченные суда перерабатывать уже загарпуненных китов, увел «Пингвин» далеко на северо-запад, где в адрес РВМ отправилась длительная радиограмма, передача которой длилась около сорока пяти минут. Затем капитан-цур-зее вернулся обратно, но проскочил мимо своих призов и ушел далеко на юг к границе паковых льдов. Все эти перемещения заняли десять дней, и новая встреча состоялась только 24-го. К этому времени китобойные базы и их флотилии уже приготовились к длительному переходу. Однако людей не хватало, и поэтому Крюдер решил вначале отправить только «Пелагос» и «Солглимт». В связи с этим весь китовый жир с «Оле Веггера» перекачали в цистерны снабженца. 25 января два первых судна под командованием обер-лейтенанта-цур-зее Вольфганга Кюстера и лейтенанта-цур-зее Гельмута Баха отправились к берегам Европы, благополучно достигнув устья Жиронды 11 и 16 марта соответственно.

Узнав о блестящем успехе и нехватке людей, РВМ приказало Крюдеру идти вместе с оставшимися захваченными судами в точку «F» района «Андалузия» (27° ю.ш., 12° з.д.), для встречи с танкером «Нордмарк», на котором «карманный линкор» «Адмирал Шеер» оставил призовые команды. Верный себе, капитан-цур-зее решил использовать в качестве разведчика один из китобойцев. Им стал «Пол-IX», переименованный в «Адъютант», командиром Крюгер назначен своего адъютанта, совсем еще юного лейтенанта Ганса-Карла Хеммера. Придя в указанное место 15 февраля, капитан-цур-зее обнаружил там не только танкер, но и захваченный «Шеером» британский рефрижератор «Дюкеза». 17 февраля там же появилось судно снабжения «Альстертор», привезшее для «Пингвина» почту, новый гидросамолет «Арадо-196А-1», торпеды, продовольствие и новую печь для камбуза. Теперь в «Андалузии» собрался целый флот! Однако, топлива для холодильников «Дюкезы» уже не осталось и «Пингвин» потопил ее артиллерией. Вскоре призы направились в Европу. Десять китобойцев, под общим командованием призового офицера лейтенанта-цур-зее резерва Людольфа Петерсена с «Адмирала Шеера», шли группами по двое. Экипажи небольших суденышек состояли из 4 немцев и 10–11 норвежцев. «Оле Веггер» под командованием лейтенанта-цур-зее Блау следовал отдельно от них.[65]

После ухода последнего приза, капитан-цур-зее отправил «Альстертор» и «Адъютант» в Индийский океан, а сам по приказу РВМ пошел на встречу с рейдером «Корморан», состоявшуюся 25 февраля. Расставшись с ним на следующий день, «Пингвин» направился в Индийский океан, догнав по пути своих спутников. Небольшой отряд немецких кораблей пошел к острову Кергелен для рандеву со вспомогательным крейсером «Комет». Рейдеры встретились в 10.50 12 марта, приблизительно в 120 милях к востоку от Кергелена. «Адъютант» с штурманом Михаэльсоном на борту, тем временем производил разведку различных заливов острова, дабы его флагман не повторил судьбу «Атлантиса», севшего в этих местах на камни и едва не прервавшего свою карьеру. «Комет» ушел 14 марта.

Немецкие корабли оставались в заливе Газелле у Порт-Кувре еще в течение одиннадцати дней. За это время «Адъютант» превратили в минный заградитель, разместив на нем 12 мин ТМВ. Крюдер планировал провести минную постановку у входа в индийский порт Карачи, являвшегося конечной точкой маршрута британских войсковых транспортов — знаменитых лайнеров «Куин Мэри» и «Куин Элизабет». На самом рейдере очистили днище, перебрали дизели, собрали новый гидросамолет, заправили доверху цистерны для пресной воды и сменили камуфляж, превратив его в норвежский «Тамерлан» компании Вильгельмсена.

25 марта «Альстертор» направился в секретную точку «Георг» для свидания с «Орионом», а «Пингвин» в компании с «Адъютантом» ушел на север к коралловому рифу Сайя де Малья возле острова Маврикий. Там они должны были заправиться с приза «Атлантиса» экс-норвежского танкера «Кетти Брёвиг», который затем придавался Крюдеру в качестве заправщика и вспомогательного минного заградителя. РВМ приказало провести минные постановки на подходах к Карачи и Бомбею, и капитан-цур-зее хотел повторить еще раз успех «Пассата». По пути китобоец Хеммера, как и ранее, выполнял функции разведчика крейсера, действуя отдельно. Оба корабля перекрывали полосу шириной приблизительно 150 миль. 1 апреля отряд Крюдера достиг 75 градуса восточный долготы и пошел на север. Через несколько дней на горизонте показался долгожданный танкер. Однако это оказался другой приз «Атлантиса» — «Оле Якоб». Его капитан сообщил, что тоже уже давно и безуспешно ожидает «Кетти Брёвиг». Пополнив запасы топлива низкокачественным японским соляром, рейдер двинулся дальше на север. Прибыв к Сайя де Малья, немцы в течение нескольких дней ожидали танкер. Гидросамолет в это время совершил несколько безуспешных вылетов. Крюдер понял, что уже не увидит «Кетти Брёвиг», и 12 апреля направился к Сейшельским островам для перехвата судов на маршруте от Мозамбикского пролива к берегам Индии. Днем «Пингвин» шел в северо-западном направлении, а ночью ложился на юго-западный курс. Погода стояла великолепная. При этом рейдер и разведчик вновь действовали раздельно. Дополнительную помощь оказывал гидросамолет, периодический запускаемый в разведывательные полеты. За шесть дней он совершил 35 вылетов, но обнаружил только какую-то арабскую парусную лодку. Не найдя ни каких целей, немецкие корабли пошли в восточном направлении.

24 апреля «Адъютант» находился в поиске, удалившись на приличное расстояние от «Пингвина», разведывая воды к северу от острова Маэ (Сейшельские острова). В 8 часов утра внезапно всего на расстоянии десять миль наблюдатели заметили большой пароход, шедший обратным курсом. Как выяснилось позже, им оказался английский транспорт «Эмпайр Лайт» (6828 брт, 1940 г.), принадлежавший британскому Министерству судоходства и находившийся в управлении Британско-Индийской пароходной компании. Он направлялся из Мадраса в Дурбан с грузом руды и кож. Из-за столь поздно обнаружения, все, что смог сделать Хеммер, это резко отвернуть и попытаться скрыться. Впоследствии он вспоминал, что очень сильно волновался, так как не знал, как отреагирует британский капитан на китобойное судно в этой части Индийского океана. Лейтенант сообщил о курсе и скорости корабля Крюдеру, и затем держался ниже линии горизонта, следуя за неизвестным транспортом. «Пингвин» из-за проблем с подъемом гидросамолета появился только в 2.00 следующих суток. В 5.15 прогремел первый и единственный залп, оказавшийся очень удачным — была сбита мачта с радиоантенной и получила повреждения рулевая машина британского судна. В итоге в 6.00 с рейдера передали поздравления Крюдера: «„Адъютант“ выполнил свою работу великолепно! ». Однако из разговора со штурманом «Пингвина» Михаэльсеном, молодой офицер понял, что ему несказанно повезло, так как британский капитан рассказал, что видел китобой, и раздумывал весь день, должен ли он сообщить об этом по радио. С «Эмпайр Лайт» сняли все ценное и затопили его взрывчаткой. Все 70 членов экипажа британского судна стали пленниками.

После потопления сухогруза Крюдер вернулся к плану выставить минное заграждение у Бомбея. В связи с отсутствием «Кетти Брёвиг» капитан-цур-зее потребовал у РВМ, что бы ему предоставили для этих целей «Оле Якоб», однако получил отказ. Танкер — минный заградитель стал своеобразным идефиксом у командира «Пингвина», поэтому он решил направиться как можно ближе к Персидскому заливу, в надежде получить желаемое. Немецкие корабли шли на север, держа расстояние между собой в 50 миль. Гидросамолет совершал постоянные вылеты, но горизонт оставался пустым.

27 апреля установили контакт сразу с тремя судами, но танкера среди них не оказалось. Тем не менее, Крюдер решил не упустить возможности увеличить свой боевой счет самым крупным транспортом. Им оказался «Клан Бьюкенен» (7266 брт, 1938 г.) британской компании «Кайзер Ирвин». Сухогруз шел из Ливерпуля в Мадрас с 6000 т военных грузов и снаряжения. На его борту находилась команда в количестве 121 человека под командованием капитана Д. Дэвенпорт-Джонса и два артиллериста. Вооружение судна состояло из 120-мм орудия и двух пулеметов «гочкис». Рейдер, придерживаясь испытанной тактики, лег на параллельный курс, намереваясь провести атаку на рассвете. Первый залп раздался в 5.15 утра. Обстрел продолжался около 10 минут. За это время артиллеристы рейдера добились попаданий в мостик и уничтожили кормовое 120-мм орудие. Тем не менее, англичане успели подать по радио сигнал тревоги, что явилось очень тревожным знаком. «Адъютант» сумел отличиться и здесь, выловив из воды несколько мешков, содержащих документы, коды и почту. Среди них находились вахтенный журнал крейсера «Хокинс» и список судов, погибших на минах, выставленных «Пингвином» и «Пассатом» у побережья Австралии в 1940 г. Из-за полученных повреждений использовать транспорт в качестве минного заградителя оказалось невозможным. Немцы, после перевода команды на борт рейдера, забрали с «Клана Бьюкенен» продовольствие, табачные изделия, спиртные напитки и отправили его на дно с помощью подрывных зарядов. Это произошло в семь часов утра приблизительно в трехстах милях к северу от рифа Сайя де Малья.

Казалось, что все складывалось как нельзя лучше, но Крюдера очень беспокоил тот факт, что «Клан Бьюкенен» успел подать по радио сигнал о помощи, хотя офицер-радист обер-лейтенант-цур-зее Карл-Хайнц Брунке уверял его, что сообщение слишком слабое, и никто его не услышал. Опытный командир понимал, что удача не может длиться бесконечно, а сейчас его корабли забрались практически в пасть британского льва, находясь поблизости от пяти военно-морских баз противника в Адене, Карачи, Бомбее, Коломбо и Мадрасе. Поэтому, капитан-цур-зее решил заранее отослать «Адъютант» в точку «Файльхен» (14° ю.ш./73° в.д.) района «Сибирь», куда по его запросу для передачи пленных РВМ направило судно снабжения «Альстертор». После получения рейдером подтверждения о том, что оно придет туда 8 мая, в 20.30 29 апреля Хеммер по радио получил приказ идти в «Файльхен». Это оказалось последнее сообщение, принятое с флагманского корабля.[66]

Тем временем Крюдер продолжал поиски столь нужного ему танкера, направившись на северо-запад в еще более опасные воды, поближе к Аденскому заливу и побережью Африки. И наконец-то 6 мая показалось, что удача улыбнулась ему. Наблюдатели заметили небольшой порожний танкер «Бритиш Эмперор» (3663 брт, 1916 г.) «Бритиш Танкер Компании». Он шел из Дурбана в Абадан. На борту находилась команда в количестве 45 человек во главе с капитаном Э. И. Хендерсоном. «Пингвин» незаметно двинулся следом и на рассвете следующего дал залп левым бортом. Вот тут то все и пошло наперекосяк. Снаряды легли с перелетом, и английский радист успел передать сигнал «QQQ de British Emperor 0830N 5625Е », настолько ясный и сильный, что его услышали даже в Германии! Несмотря на почтенный возраст, танкер оказался весьма прытким и продолжал уходить от погони. Следующий залп также не смог остановить его. Как не хотелось Крюгеру захватить судно неповрежденным, но пришлось вести стрельбу на поражение, ведь сигналы о нападении продолжали нестись в эфир. Хватило двух залпов, которые вызвали пожар на борту «Бритиш Эмперора» и вывели из строя рулевое управление. Судно начало описывать циркуляцию, а затем остановилось. Замолчала и рация. Однако, как только катера с «Пингвина» подошли к борту танкера, она заработала снова. Крюдер пришел в бешенстве из-за невозможности открыть огонь, пока те не уйдут с линии огня. А время все шло. Рация окончательно замолчала только тогда, когда снаряды рейдера уничтожили мостик, а на судне вспыхнул сильный пожар. Что бы поскорее убраться из опасного места, немцы решили потопить «британца» торпедами. Но череда неудач продолжала преследовать HSK-5. Первая торпеда описала циркуляцию и едва не поразила сам рейдер, вторая прошла мимо и только третья угодила в цель. «Бритиш Эмперор» нехотя начал погружаться. Как оказалась впоследствии — он стал последней жертвой «Пингвина». Капитан-цур-зее, понимая, что этот успех может очень дорого обойтись, взял курс на юго-восток, собираясь встретиться с «Адъютантом» и «Альстертором».

Дурные предчувствия не обманули Крюдера. Действительно, сигнал о помощи, переданный еще 28 апреля с «Клан Бьюкенен», приняли в Адене и Коломбо, и командующий Ост-Индской станцией вице-адмирал Литхэм отдал приказ о начале поисков вражеского рейдера. В них приняло участие базировавшееся на Момбасу Соединение «V», в составе крейсеров «Корнуолл», «Хокинс», авианосца «Игл», и вышедший из Коломбо новозеландский легкий крейсер «Линдер». Когда же в эфире прозвучало сообщение с «Бритиш Эмперора», принятое многочисленными станциями, реакция последовала незамедлительно. В район гибели танкера полным ходом понеслись британские корабли. С юга шел «Корнуолл», с севера — легкие крейсера «Ливерпуль» и «Глазго». Официальный историк британского флота С. Роскилл отметил в своей книге «Флот и война»:

 

«Впервые одному из многочисленных радиосообщений о нападении рейдера, сделанному торговым судном с серьезной опасностью для себя, суждено было привести к желаемому результату».

 

Звезда Крюдера закатилась 8 мая…

Когда радисты «Корнуолла» приняли сигнал о помощи с «Бритиш Эмперора», крейсер находился в 500 милях к югу от места нападения. Командир кэптен П. Ч. У. Мэнуоринг приказал идти в северном направлении ходом в 25 узлов, надеясь перехватить вражеский рейдер, если тот будет уходить на юг или юго-восток. Весь день два корабельных гидросамолета «Уолрус» производили разведывательные вылеты. Пройдя до наступления сумерек около 300 миль, командир крейсера приказал снизить ход до 13 узлов и начать обследовать район, опасаясь, что в темноте вражеский корабль проскочит мимо. В принципе, так и произошло. В 3.08 8 мая, когда «Пингвин» шел на юго-восток 15-узловым ходом, обер-лейтенант Лефит обнаружил по правой скуле силуэт корабля. Крюдер приказал изменить курс и развить максимальную скорость. На этот раз пронесло, и неизвестный скрылся в ночной мгле. Казалось, что Крюдер по-прежнему остается любимчиком Фортуны, но с рассветом все стало на свои места. В 7.07 один из гидросамолетов «Корнуолла» заметил в 65 милях к юго-западу от крейсера торговое судно, идущее на юго-запад. Вернувшись на корабль, он доложил об этом командиру. Дождавшись, когда оба гидросамолета будут на борту, Мэнуоринг двинулся к указанной точке. В 10.15 «Уолрус» взлетел снова и сразу же обнаружил неизвестного, а затем несколько раз облетел его, запросив сигналом о названии. Великолепная маскировка «Пингвина» под норвежское судно вначале обманула британцев, но летчиков смутили некоторые несоответствия в одежде моряков, отсутствие «цветных» на борту и тому подобные мелкие детали. Так подозрительным показалось, что никто команды транспорта не вышел поглазеть на крылатую машину. Они доложили об этом при возвращении на крейсер. Вдобавок выяснилось, что «Тамерлан» отсутствовал в списке судов, находившихся в этом районе. Мэнуоринг принял решение досмотреть судно и пошел на сближение. В 16.07 мачты и трубы британского корабля показались на горизонте. Крюдер продолжал до самого последнего момента придерживаться маскировки, не обращая внимания на приказы с крейсера остановиться, с угрозами быть обстрелянным за неповиновение. Лже-«норвежец» продолжал уходить от английского корабля, изображая испуганного торговца, и постоянно передавая сигналы тревоги «RRR ». В свою очередь, Мэнуоринг не до конца уверенный, что перед ним вражеский рейдер, не хотел ошибиться. Он продолжал постепенно сближаться с убегающим как заяц «Пингвином», произведя при этом несколько предупредительных залпов из 203-мм орудий.

Наконец, в 17.14, когда расстояние сократилось до восьми миль, HSK-5 начал разворот на левый борт и, сбросив маскировку, спустил норвежский флаг, подняв боевой флаг Кригсмарине. В то же мгновение раздался первый залп, легший в опасной близости с «Корнуоллом». Многие полагают, что раскрыв, таким образом, свое истинное лицо, Крюдер совершил ошибку, хотя судить об этом сегодня тяжело. Конечно, силы были неравны — тяжелый крейсер типа «Каунти» против бывшего сухогруза, шесть старых 150-мм орудий против восьми 203-мм, но даже и в это в этом безнадежном бою счастливчику Крюдеру поначалу везло. Когда британский крейсер также покатился влево, на нем перегорел один из предохранителей в электроприводе, отвечавшим за разворот башен главного калибра и те временно вышли из строя. Следом отказала телефонная линия между мостиком и башнями, а также возникли проблемы с катапультой. В этот момент немцы добились первого попадания. 150-мм снаряд пробил борт чуть выше ватерлинии «Корнуолла» и разорвался в кладовой. Осколки повредили кабели рулевых механизмов, вывели из строя телеграф, связывавший мостик с машинным отделением и ранили трех человек. Крейсер на некоторое время лишился возможности маневрировать, в кубрике морских пехотинцев начался пожар. Через несколько минут эти неполадки устранили. Через три минуты после первого попадания немецкие артиллеристы добились второго — в кладовую уоррент-офицеров, где также вспыхнул пожар. Однако ущерб оказался минимальным, а огонь тут же погасили. Через семь минут после начала боя 203-мм орудия «каунти» дали первый залп. Канониры крейсера, чью стрельбу корректировал «уолрус» быстро пристрелялись, но пока снаряды ложились рядом с рейдером. «Пингвин» ответил двухторпедным залпом, который, согласно рапорту Мэнуоринга, англичане даже не заметили.

Тем временем дистанция боя увеличилась до 13 миль, и немецкие снаряды перестали доставать до цели. В свою очередь один из английских сбил фок-мачту рейдера. Капитан-цур-зее понял, что игра окончена и отдал приказ прекратить огонь, открыть кингстоны и покинуть корабль. Но в 17.25 четырехорудийный залп накрыл «Пингвин». Первый снаряд разорвался в носовой части, второй попал в мостик и уничтожил его. При этом погиб сам Крюдер и находившиеся рядом с ним офицеры. Третий взорвался в машинном отделении, уничтожив дизеля, а четвертый совершил то, чего не добились в свое время артиллеристы «Бенавона». Он угодил прямо в минный отсек, где находились 130 мин. От последующей детонации HSK-5 взлетел на воздух. Кормовая часть оказалась разнесена на куски, носовая — затонула в течение пяти секунд. Всего через 19 минут после начала боя «Пингвин» скрылся под волнами в точке с координатами 3°30′ с.ш. и 57°48′ в.д. За время боя англичане израсходовали 186 снарядов главного калибра, немцы — 200. Из 402 человек команды рейдера в живых осталось только 60, из них всего три офицера — доктор Вернер Хассельман, метеоролог капитан-лейтенант Ганс-Ульрих Ролль и призовой офицер лейтенант-цур-зее резерва Оскар Бёттхер, перешедший с «Альстертора». Большие потери оказались и среди пленных. По разным оценкам, их на борту немецкого корабля находилось от 225 до 238 человек, а спаслись только 24, причем один умер через три дня. Уцелевшие провели в воде довольно много времени, потому что на «Корнуолле» продолжались неприятности. Затопление кладовой, вызванное попаданием первого снаряда, привело к короткому замыканию, выведшему из строя основную динамо-машину крейсера. Из-за этого погас свет в машинном и котельном отделениях. Затем последовали еще ошибки личного состава, приведшие к остановке двух оставшихся динамо-машин. Температура в машинном отделении подскочила почти до 90 °C. В итоге, машинное и котельное отделение пришлось покинуть, а несколько человек получили сильные тепловые удары. Это послужило причиной смерти лейтенанта Джорджа Уинслейда, который стал единственной жертвой боя с английской стороны. Еще четыре человека получили легкие ранения от осколков немецких снарядов. До наступления темноты на «Корнуолле» справились с проблемами и смогли спасти оставшихся в живых.

На следующий день британское Адмиралтейство официально объявило о потоплении в Индийском океане немецкого рейдера, поставив окончательную точку в истории вспомогательного крейсера «Пингвин». Капитан-цур-зее Эрнест-Феликс Крюдер 15 ноября 1941 г. был посмертно награжден фюрером Дубовыми листьями к Рыцарскому кресту за номером 40, став первым командиром коммерческого рейдера, получившим эту награду. «Корнуолл» всего через десять дней мог повторить свой успех, разойдясь на минимальном расстоянии с «Орионом». Менее чем через год, 5 мая 1942 г., британский крейсер потопила японская палубная авиация южнее Цейлона. Ну, а кэптен Мэнуоринг, оказался более удачливым, чем командир «Пингвина», пережив в отличие от того свой корабль.

 

Карьера «Пингвина» оказалась, пожалуй, самой блестящей среди германских вспомогательных крейсеров. Корабль находился в море 328 дня, пройдя за это время 59 188 миль. Он потопил и захватил в качестве призов 28 судов противника общим тоннажем 138 010 брт, к которым можно добавить еще два, погибших на минах вспомогательного минного заградителя «Пассат». Огромная заслуга в этом успехе принадлежит его командиру капитану-цур-зее Эрнсту-Феликсу Крюдеру, показавшему себя офицером, отличавшимся редким хладнокровием, расчетливостью, импровизацией и умением принимать неожиданные решения. Крюдер тщательно спланировал и с блеском провел операции по минированию побережья Австралии и захвату норвежского китобойного флота в антарктических водах. В то же время, «Пингвин» стал первым немецким рейдеров, потопленных противником. Меры, принимаемые британским Адмиралтейством в борьбе с угрозой торговым коммуникациям, постепенно начинали действовать.

 

«Комет» (первый поход)

 

Последним рейдером «первой волны» немецких вспомогательных крейсеров стал «Комет». Сухогруз «Эмс» заложили на верфи концерна «Дешимаг» в Бремене для компании NDL в 1936 г., 16 января 1937 г. судно спустили на воду. В том же году постройка была окончена. Всего серия включала шесть единиц: «Драу», «Айдер», «Эмс», «Иллер», «Лех» и «Мур».

Примечательно, что первоначально планировалось превратить во вспомогательный крейсер однотипный «Иллер». Однако на тот момент он находился под погрузкой в Мурманске поэтому последовало решение заменить его на «Эмс». В ноябре 1939 г. флот мобилизовал сухогруз. Ему присвоили номер вспомогательного судна 45 («Шифф-45») и отправили для переоборудования на верфь «Ховальдтсверке» в Гамбург. 1 декабря 1939 г. командиром на будущий рейдер назначили опытнейшего сорокасемилетнего капитана-цур-зее Роберта Айссена.

 

Роберт Айссен (Robert Eyssen).

Родился 2 апреля 1892 г. во Франкфурте-на-Майне в богатой семье: его отец владел в Гватемале кофейной плантацией. В 1911 г. Айссен поступил на службу в Кайзерлихе Марине. Перед началом Первой мировой войны он был на борту легкого крейсера «Карлсруэ», находившегося у берегов Южной Америки. С началом боевых действий крейсер получил задачу уничтожать торговые суда стран Антанты в Атлантическом океане. Двадцатидвухлетний офицер и предположить тогда не мог, что через 26 лет он сам будет командовать рейдером и топить суда противника в этих же водах. 4 ноября 1914 г. в 400 милях от острова Барбадос «Карлсруэ» затонул после внутреннего взрыва. При этом погибло 263 человека, но Айссен сумел уцелеть и вместе с другими выжившими вернулся в Германию на пароходе «Рио-Негро». В 1915–1916 гг. он — адъютант командира и офицер связи на бронепалубном крейсере «Амазоне». В дальнейшем его служба проходила на миноносцах, и к окончанию войны Айссен дослужился до обер-лейтенанта-цур-зее. В межвоенный период занимал различные должности; в частности, командовал тральщиками М-4, М-85, М-110 и миноносцем G-8. Но особо нужно отметить должности первого офицера (1929–1930 гг.), а затем и командира гидрографического судна «Метеор» (1935–1937 гг.), за время службы на котором он заслужил репутацию лучшего в германском флоте специалиста-гидрогрофа с большой практикой плавания в Арктике. Перед войной Айссена находился на берегу, будучи с октября 1937 г. начальником отдела в ОКМ.

 

Получив назначение на должность командира вспомогательного крейсера, капитан-цур-зее сам выбрал себе корабль. Он имел четкие представления о рейдере, которым хотел командовать. Им и стал бывший «Эмс», который из готовившихся к походу кораблей имел наименьшие размеры и осадку, а также укрепленный корпус для плавания в северных водах. Поэтому не удивительно, что когда Германия достигла соглашения с Советским Союзом о проводке в 1940 г. Северным морским путем в Тихий океан «вспомогательного корабля с военным экипажем», то им оказался «Шифф-45» под командованием Айссена. Интересно отметить, что он получил у британского Адмиралтейства обозначение «Рейдер „В“ ». Так как «Атлантис» после постановки мин у мыса Игольный уже в мае 1940 г. фигурировал как «Рейдер „С“ », то получается, что англичане знали о назначении бывшего «Эмса» еще до его выхода в море!

2 июня 1940 г. работы были закончены, и «Шифф-45» вошел в состав Кригсмарине как вспомогательный крейсер номер 7 (HSK-7). На следующий день он покинул Гамбург, направившись в Киль для подготовки к плаванию. 15 июня корабль посетил с проверкой гросс-адмирал Редер. Затем рейдер отправился на Балтику для проведения различного рода учений и тренировок, с базированием на Готенхафен.





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...