Главная Обратная связь

Дисциплины:






Командиры и экипажи 14 страница



В конце концов командиру крейсера кэптену Джозефу Бёрнетту вся эта комедия надоела и последовал прямой запрос: «Покажите ваш секретный позывной. Дальнейшая отсрочка может только ухудшить ситуацию». «Сидней» уже догнал «Корморан» и оказался практически на его траверсе по правому борту на расстоянии 900 метров. В ответ на рейдере в 17.30 спустили голландский флаг, подняли флаг Кригсмарине и, сбросив за рекордные шесть секунд маскировочные щиты, открыли огонь. Первый одиночный выстрел упал в море с недолетом, зато последующий залп из 37-мм автомата и трех 150-мм орудий накрыл мостик крейсера, уничтожив систему управления огнем. Тут же немцы ввели в действие остальные зенитные автоматы и выпустили две торпеды из аппарата правого борта. Одновременно со вторым залпом рейдера открыл огонь и главный калибр «Сиднея», но из-за слепившего наводчикам глаза солнца, снаряды легли с перелетом. С 5-секундными промежутками «Корморан» поразил «Сидней» еще двумя залпами. Снаряды попали в среднюю часть корабля, в мостик и самолет, который загорелся. Затем 150-мм орудия рейдера перенесли огонь на носовые башни. 20-мм автоматические пушки сосредоточили свой огонь на палубе противника, уничтожая расчеты зенитной артиллерии и торпедных аппаратов, 37-мм продолжала обстреливать мостик и носовую надстройку. Примерно в то время, когда «Корморан» сделал восьмой и девятый залпы, его торпеда поразила «Сидней» впереди носовой башни, выведя обе башни из строя. Вторая прошла мимо. После торпедного попадания носовая часть крейсера почти полностью погрузилась в воду. У австралийцев действовали только кормовые башни, перешедшие на самостоятельное управление, что не замедлило сказаться на темпе стрельбы. Все же три шестидюймовых снаряда достигли цели. Первый пробил трубу рейдера и взорвался у противоположного борта, убив двух человек в радиорубке; второй взорвался в помещении вспомогательного котла, выведя из строя противопожарную систему; третий разрушил трансформаторы главных двигателей. Попадание второго снаряда вызвало также пожар в моторном отсеке. В результате, примерно в 17.45, когда рейдер повернул влево, в надежде добить «Сидней», его ход резко упал, и связь с машинным отделением была потеряна. Машинная команда во главе старшим механиком капитан-лейтенантом Штером продолжала бороться с пожаром, но впоследствии погибла почти вся — спастись удалось всего одному человеку.

Противнику пришлось еще хуже. Австралийский крейсер был объят пламенем и имел дифферент на нос. Пока «Корморан» сохранял курс 260°, «Сидней» резко повернул на обратный курс. Немцы наблюдали, как крышу второй носовой башни сбросило в море. В 17.35 «Сидней» прошел всего в каких-нибудь ста метрах за кормой у «Корморана». Вероятно, на нем также вышло из строя рулевое управление, или же, как посчитали немцы, австралийцы попробовали таранить противника. Детмерс приказал временно прекратить стрельбу, так как легкий крейсер вышел из сектора обстрела орудий правого борта рейдера. Вскоре был замечено четыре торпедных следа — видимо, австралийцы сумели ввести в действие торпедные аппараты правого борта, оставшиеся неповрежденными.[82]Немцы в ответ также выпустили четыре торпеды, не попавшие в противника. Около 17.50 бой возобновился — рейдер открыл огонь уже левым бортом с дистанции 60 гектометров. Через десять минут по удалявшемуся крейсеру была безрезультатно выпущена еще одна торпеда. Детмерс приказал прекратить огонь в 18.25, когда уже стемнело. Австралийский корабль, объятый пламенем, в этот момент находился на расстоянии около девяти километров. Он шел на юг приблизительно пятиузловым ходом и к 19.00 растворился в темноте.



Всего за время боя «Корморан» расстрелял около 550 150-мм снарядов и добился, по немецким данным, более пятидесяти попаданий (подводные исследования показали, по крайней мере, 87 попаданий 150-мм снарядов). При этом погибло около двадцати членов экипажа. Тем временем пожар усилился и стал подбираться к минному отсеку. Фрегаттен-капитан понял, что рейдер уже не спасти и отдал приказ оставить корабль, а также установить подрывные заряды у топливных цистерн. При этом произошла трагедия — спущенный первым один из надувных плотов через некоторое время дал течь и опрокинулся. Все находившиеся на нем люди — приблизительно сорок человек, в основном раненые — утонули. Получив известие, что минный отсек начинал заполняться дымом, Детмерс, забрав флаг корабля, в 24.00 последним покинул «Корморан». Через 10 минут сработали подрывные заряды. Детонация мин буквально превратила в пыль кормовую часть и в 0.35 рейдер быстро затонул в точке с координатами 26°34′ ю.ш. и 111° в.д. На волнах остались 317 немецких моряков и 3 китайца-прачки. Погибло 80 человек — 2 офицера и 78 матросов.

А что же его противник? Зарево в том направлении, куда ушел «Сидней», немцы наблюдали примерно до 22 часов. И на этом все. Позднее выяснилось, что, обнаружив рейдер и пойдя на сближении, Бёрнетт не сообщил об этом. Таким образом, командование пребывало в полном неведение о судьбе корабля. Приход «Сиднея» ожидался 20 ноября, и забеспокоились о нем только через три дня. На сделанный по радио запрос никто не ответил. Это вызвало тревогу, и на следующий день начались полномасштабные поиски, в которых приняли участие авиация, австралийские корабли, голландский легкий крейсер «Тромп» и несколько торговых судов. Первые известия поступили вечером, когда британский танкер «Трокас» сообщил, что приблизительно в двухстах милях к западу от Карнарвона подобрал с резинового плота двадцать пять немецких военных моряков. Впоследствии выяснилось, что первые двадцать шесть человек с «Корморана» спас знаменитый лайнер «Аквитания» еще утром 24-го, но его капитан, соблюдая режим радиомолчания, сообщил об этом только через три дня, при подходе к Сиднею. 25 ноября к берегу в 75 милях к северу от Карнарвона пристала спасательная шлюпка с 57 немцами на борту, вскоре рядом объявилась другая, на которой находилась еще 46. На следующий день правительственное судно «Кулинда» подобрало в море плот с 31 моряком, а вечером британский «Центаур» обнаружил шлюпку, на которой разместились 62 человека во главе с Детмерсом. Шкипер побоялся переводить такое количество немцев к себе на борт и отбуксировал лодку в ближайший порт, куда они пришли через два дня. Последние 73 человека с «Корморана» были спасены вспомогательным судном ВМС Австралии «Яндра» уже 27-го. Лишь 30 ноября премьер-министр Австралии официально объявил о гибели «Сиднея» и 645 человек его экипажа. От крейсера осталась только продырявленная осколками шлюпка, которую две недели спустя волнами вынесло на берег. В официальном отчете комиссии, расследовавшей гибель корабля, говорилось, что кэптен Бёрнетт проявил преступное легкомыслие, позволив противнику сократить дистанцию настолько, что преимущество крейсера перед вооруженным торговым судном было сведено на нет (приказом военным кораблям предписывалось не подходить к неопознанным судам ближе шести миль).

Тайна гибели «Сиднея» многие годы оставалась одной из загадок Второй мировой войны. Существовала даже версия, что его якобы торпедировала японская подводная лодка, но затем эта трагическая история была засекречена по соображения высшей политики. Поиски погибшего крейсера предпринимались неоднократного, и только в марте 2008 г. они увенчались успехом. 12 марта австралийское исследовательское судно «Геосаундер» обнаружило в точке с координатами 26°05′ ю.ш. и 111°4′ в.д. на глубине 2560 м остатки корпуса «Корморана». Через четыре дня на расстоянии 12,2 мили от них (26°14′ ю.ш./111°13′ з.д.) на глубине 2468 м был найден и «Сидней». Анализ полученных повреждений показал, что к гибели крейсера могли привести несколько факторов. Во-первых, волнение на море вызвало дополнительные затопления через пробоины, расположенные выше ватерлинии. Во-вторых, возможное разрушение водонепроницаемых переборок, приведшее к увеличению крена и уменьшению остойчивости.

 

Однако вернемся к морякам «Корморана», которых отправили в лагерь. 4 декабря 1941 г. Теодор Детмерс, находясь в плену, стал кавалером Рыцарского креста, а 1 апреля 1943 г. получил чин капитана-цур-зее. В январе 1945 г. командир «Корморана» перенес удар, на время частично парализовавший его. Освободили команду рейдера только в самом начале 1947 г. За время нахождения в лагере один из моряков умер от болезни. Когда 21 января Детмерс и его люди прибыли в порт Мельбурна для репатриации в фатерлянд, то заметили на соседнем пирсе какое-то судно, имевшее очень знакомый облик. По какому-то мистическому совпадению это оказалось та самая голландская «Страат Малакка», под которую «Корморан» маскировался в своем последнем бою. Закончилась долгая одиссея капитана-цур-зее и его команды 28 февраля в Куксхафене. Перенесший впоследствии еще один удар Детмерс был признан негодным для военной службы и проживал в своем доме в пригороде Гамбурга Ральштадте. Как и другие свои коллеги, он издал мемуары о плавании на рейдере. Умер командир «Корморана» 4 ноября 1976 г. в возрасте 74 лет.

Плавание HSK-8 длилась чуть менее года — 352 дня. За это время им было потоплено и захвачено 11 торговых судов общей вместимостью 68 274 брт. Преимущества использования в качестве рейдера совсем нового, но в то же время не прошедшего обкатку морем судна обернулись его недостатками. Практически весь поход «Корморана» проходил под знаком ремонта энергетической установки и поиска баббита, столь необходимого для отливки новых подшипников. Когда же эта проблема оказалась решенной, судьба отпустила рейдеру слишком мало времени для пополнения боевого счета. И все же, финалу карьеры этого, пожалуй, не самого примечательного участника Второй мировой войны на море могут позавидовать многие корабли — погибнуть с доблестью в тяжелом неравном бою, пустив на дно заведомо более сильного противника.

 

«Тор» (второй поход)

 

Как только истосковавшаяся по суше и родным команда по возвращении из похода покинула «Тор», «Дойче Верфт» принялась готовить его к следующему выходу. Основные изменения коснулись вооружения. Старые орудия были сняты. Взамен установили такое же количество новых 150-мм пушек Tbk С/36 с современной системой управления артиллерийским огнем. Самым же большим новшеством стал радар. Новым командиром с июня стал сорокаоднолетний капитан-цур-зее Гюнтер Гумприх.

 

Гюнтер Гумприх (Guenther Gumprich).

Родился 6 января 1900 г. в Штутгарте. На флот пришел в июле 1916 г. и связал с ним свою жизнь. Звание капитана-цур-зее получил уже во время войны — 1 июня 1940 г. С июля 1937 г. и до прихода на HSK-4 служил в ОКМ (Верховное командование вооруженных сил) на должности референта отдела связи с Главным командованием сухопутных сил.

 

Вместе с ним в Киле готовились к выходу в море и команда рейдера, среди которой были и ветераны первого похода — шесть офицеров и 43 нижних чина. К середине ноября 1941 г. все приготовления были завершены, и вечером 19-го «Тор» во второй раз направился в набег на коммуникации врага, уйдя Кильским каналом в Брюнсбюттель. РВМ планировало, что он заменит находящийся в Индийском океане «Корморан» — единственный на тот момент действующий немецкий вспомогательный крейсер.[83]Однако поход, не успев начаться, тут же и окончился — в 21.39 следующего вечера «Тор» в густом тумане врезался в слабоосвещенный шведский рудовоз «Ботниа» (1356 брт, 1919 г.), стоявший на якоре. Груженый «швед» тут же пошел на дно, открыв «счет» рейдера. Последнему, в свою очередь, из-за полученных повреждений, пришлось возвращаться в Киль и становиться в сухой док. Но нет худа без добра. По имеющимся свидетельствам, британцы знали о начавшемся выходе «Тора» и готовили ему «горячую встречу», чему благоприятствовала установившаяся хорошая погода.

Ремонт не продлился долго, и 30 ноября Гумприх опять пустился в плавание. В тот же день в Брюнсбюттеле он встретился с контр-адмиралом Робертом Айссеном, командиром только что вернувшегося из похода вспомогательного крейсера «Комет». Они обсудили тактику действия на торговых коммуникациях. К этому времени стало ясно, что прорваться в океан можно будет только через Ла-Манш, так как британцы плотно контролировали остальные маршруты.

2 декабря «Тор», маскировавшийся под «шперрбрехер» в сопровождение миноносцев Т-2, Т-4, Т-7, Т-12 и Т-14 пришел в Вильгельмсхафен. Затем в течение двух недель, под покровом ночи и плохой погоды, небольшими переходами отряд пробирался вдоль побережья Голландии и Франции, достигнув 17 декабря Ла-Рошели. Через шесть дней Гумприх попробовал первый раз прорваться в Атлантику, но выход отменили из-за активности противника. Следующая попытка состоялась 14 января 1942 г., но и из-за очень плохой погоды и известия о том, что крупный союзнический конвой в Гибралтар должен будет пересечь маршрут крейсера, тому пришлось укрыться в южной части Бискайского залива. Наконец, 17 января «Тор» вышел в океан. Через три дня он достиг широты Азорских островов и начал «бег на юг», пройдя экватор 4 февраля. РВМ поставило перед Гумприхом задачу повторить блестящий успех командира вспомогательного крейсера «Пингвина» Э. Ф. Крюдера и попытаться захватить китобойный флот союзников в антарктических водах.

«Тор» достиг Южного полярного круга 25 февраля, не обратив внимания на два замеченных по пути судна. В течение полумесяца, пройдя с начала похода 5268 миль, рейдер безуспешно пытался обнаружить норвежских китобоев. Перехваченные радиосигналы показывали, что они где-то поблизости. Корабельный «Арадо» совершил 18 вылетов, произведя при этом более чем 80 взлетов и посадок.[84]Выяснилось, что Гумприх оказался не столь удачливым как Крюдер, так как обнаружить здешних промысловиков он не смог. Единственный светлым моментом полярной одиссеи стал факт, что радар работал и определял расстояние до айсбергов в диапазоне от 8 до 13,5 километров. В итоге, капитан-цур-зее решил сменить операционную зону, о чем и известил РВМ.

 

14 марта HSK-4 прошел к востоку от Южной Георгии, направляясь для операций в Южную Атлантику. Впоследствии его должен был сменить рейдер «Михель» под командованием Г. фон Руктешелля, а путь «Тора» лежал в Индийский океан.

23 марта крейсер находился к северу от островов Тристан-да-Кунья, намереваясь встретиться со снабженцем «Регенсбург», вышедшим из Франции еще 12 февраля. В 5.35 на горизонте показался дым, и команда рейдера приготовилась к рандеву с соотечественниками. Однако когда судно подошло поближе, выяснилось, что это небольшой транспорт под греческим флагом. Одного предупредительного выстрела из 150-мм орудия хватило, чтобы тот безропотно остановился. «Пагаситикос» (3942 брт, 1914 г.), принадлежавший компании М. А. Эмбирикоса шел в Монтевидео с грузом угля. Тридцать три члена команды (из них одна женщина) стали пленниками, а старое судно потопили торпедой.

На следующие сутки объявился «Регенсбург». С него пополнили запасы топлива и продовольствия. Кроме этого Гумприх использовал судно снабжения в качестве учебной цели для радара в ночное время. Результаты оказались не самые впечатляющие — «чудо-техника» обнаруживала «Регенсбург» на расстоянии, не превышающем 14,5 километров. 27-го они расстались и «Тор» направился в центральную часть Южной Атлантики, намереваясь крейсировать к западу от бывшего места заточения Наполеона, острова Святой Елены. Уже на следующий день наблюдатели заметили какое-то судно, но трехчасовая погоня оказалось безуспешной, так как рейдер оказался в не состоянии догнать убегающего «купца».

30 марта в 7.44 «Арадо», на который нанесли фальшивые американские опознавательные знаками, обнаружил транспорт. Судно находилось справа за горизонтом и следовало тем же курсом, что и рейдер.

«Тор» стал постепенно сближаться с будущей жертвой. Гумприх решил вначале лишить врага возможности передать радиосообщение, поэтому он вновь отправил гидросамолет в полет с заданием оборвать радиоантенну с помощью металлической болванки, прикрепленной к тросу. Александр Кант, капитан британского «Уэллпарка» (4649 брт, 1938 г.) принадлежавшего «Дж. энд Дж. Денхолм», в принципе оказался готов к чему-то подобному. С транспорта еще в 13.00 заметил на горизонте мачты подозрительного судна, движущегося сходящимся курсом. Поэтому, когда в 14.00 «Арадо» атаковал транспорт, то его встретили зенитным огнем, нанеся некоторые повреждения. Тем не менее, летчикам удалось таки оборвать антенну, и участь «Уэллпарка» была решена. Через три минуты «Тор» начал стрельбу, добившись со второго залпа двух попаданий. «Британец» остановился, после чего немцы прекратили огонь. Однако в 14.13 летчики передали, что транспорт опять начал набирать ход и тогда пушки заговорили снова. Рейдер перестал обстреливать судно только через тринадцать минут, когда стало видно, что экипаж покинул его на двух шлюпках. Выяснив, что груз «Уэллпарка» составляли запчасти к самолетам и бронеавтомобилям, его пустили на дно. Во время обстрела погибло семь человек, остальные 41 стали пленниками.

Такая тактика, названная капитаном-цур-зее «бесшумной», очень приглянулась Гумприху, описавшему ее в КТВ по-военному коротко:

 

«Обнаружение судна — обрыв антенны — остановка судна».

 

Возможность проверить ее эффективность представилась через два дня, 1 апреля. В 8.05 «Арадо» вновь обнаружил неизвестного «купца», после чего «Тор» пошел на сближение. В полдень гидросамолет вылетел еще раз, чтобы проверить нахождение транспорта, который наблюдатели рейдера увидели уже в полпятого вечера. В 17.21 летчики удачным маневром, зайдя со стороны солнца, оборвали антенну и сбросили две 50-кг бомбы, не попавшие в цель. В свою очередь зенитная артиллерия торговца открыла огонь по гидросамолету. Через 17 минут вступили в дело и орудия крейсера, начавшие обстрел британского «Уиллсдена» (4563 брт, 1925 г.) компании «Уотс, Уотс энд Ко», шедшего из Нью-Йорка в Александрию. Англичане в ответ смогли произвести только шесть выстрелов из установленной на корме 102-мм пушки. На этом сопротивление прекратилось, и в 17.52 команда покинула горящее судно, которое вскоре затонуло. Всего немецкие канониры израсходовали 128 150-мм снарядов. В результате обстрела один человек погиб, трое получили тяжелые ранения и еще трое легкие. Затем команда транспорта во главе с капитаном Гриффитом присоединилась к товарищам по несчастью с «Пагаситикоса» и «Уэллпарка». Вскоре один тяжелораненый с «Уиллсдена» скончался, и его похоронили в море с соблюдением всех почестей.

 

Через два дня пришел черед норвежского парохода «Ост» (5630 брт, 1920 г.) компании «Лундегард ог Сённер» из Фарсунна, шедшего из Бруклина через Пернамбуку и Кейптаун в Бомбей с воинским грузом, в том числе армейскими автомобилями. Все прошло по уже накатанной схеме — вначале гидросамолет обнаружил судно и навел на него «Тор», затем оборвал антенну и сбросил (вновь безрезультатно) две бомбы, а после нескольких залпов приблизительно с 8 миль транспорт остановился. Не обнаружив на нем ничего ценного, абордажная команда с помощью подрывных зарядов пустила «Ост» на дно. Сорок моряков во главе с капитаном Кристофером Андерсеном Туфтеном стали пленниками.

Гумприх не мог не радоваться — все четыре судна были потоплены, не успев подать сигнала о нападении. Однако 10 апреля погода испортилась — волнение на море и сильная облачность стали препятствием для использования оказавшегося столь ценным гидросамолета. Поэтому, когда наблюдатели обнаружили дым на горизонте, капитан-цур-зее, помня баталии «Тора» с вспомогательными крейсерами противника в первом походе, не стал приближаться к неизвестному судну, а отложил нападение на темное время суток, начав подкрадываться только в 18.28. Теперь пришлось положиться на техническую новинку — радар. В 19.25 на экране появилась отметка цели, дальность до которой составляла 9100 метров. Когда расстояние сократилось, в ночные бинокли стал заметен более темный, чем остальной фон, силуэт. Убедившись, что перед ним торговое судно, капитан-цур-зее решился на атаку.

В 20.07, когда «Тор» подкрался на расстояние 2200 метров к ничего не подозревающей жертве, с него запустили двух «угрей», а следом через минуту заговорили и пушки. Торпеды и первый залп прошли мимо, а вот со второго канониры крейсера добились трех попаданий (в мостик и рулевую рубку), после чего на атакованном транспорте вспыхнул пожар. Вскоре Гумприх приказал прекратить огонь, но тут в свете мощного прожектора стало видно, что горящее судно идет на таран. Пришлось дать еще 14 залпов, прежде чем «брандер» практически потерял ход.

Жертвой HSK-4 стал британский «Киркпул» (4842 брт, 1928 г.), принадлежавший «Ропнер энд Ко». Более трех часов немцы разыскивали покинувшую обреченного «купца» команду, спася 30 из 46 моряков, в том числе капитана Альберта Кеннингтона. Из допроса выяснилось, что специально таранить рейдер никто не собирался, просто штурвал остался без присмотра, когда первые снаряды поразили транспорт. Затем «Киркпул» добили торпедой. Капитан-цур-зее имел все основания быть довольным: пять потопленных судов за 19 дней — неплохой результат!

16 апреля погода оказалась благоприятной, и «Арадо» вновь обнаружил какое-то судно. Однако Гумприх знал, что на этот момент в этом же районе находятся рейдер «Михель» и блокадопрорыватель «Доггербанк», поэтому он еще раз отправил гидросамолет в полет, чтобы тот сделал фотоснимки неизвестного. Изучив их, капитан-цур-зее так и не пришел к определенному выводу и не решился атаковать. Затем «Тор», пройдя 22 апреля меридиан мыса Доброй Надежды, направился в Индийский океан, где ему была отведена операционная зона к западу от 80° в.д. и к югу от 10° ю.ш. 4 мая в точке с координатами 22°30′ ю.ш. и 80° в.д. состоялось очередное рандеву с «Регенсбургом», во время которого 162 военнопленных покинули рейдер, и перешли на борт снабженца.

В 8 часов утра 6 мая, когда «Тор» находился в 1500 миль от западного побережья Австралии, его воздушный разведчик в очередной раз доложил об обнаружении крупного судна, судя по всему — пассажирского лайнера. В свою очередь на «Нанкине» (7131 брт, 1912 г.), принадлежавшем «Истерн энд Аустралиан Стимшип Компании», также заметили неизвестный гидросамолет, и его капитан К. Стрэтфорд отдал распоряжение приготовиться к возможному нападению. Лайнер вышел 5 мая из Фримантла в Бомбей через Коломбо, и на его борту находилось 162 пассажира (включая 38 женщин и детей) и 180 человек команды. Гумприх в очередной раз решил применить свою «бесшумную» тактику, но в этот раз она дала сбой. Когда в 14.35 «Арадо» обстрелял мостик и пролетел над судном, то антенну сорвать не удалось. В ответ по нему велся огонь не только из зенитных пулеметов, но и из табельного оружия находившихся на борту парохода военных. Капитан развернул «Нанкин» кормой к уже появившемуся на горизонте «Тору» и приказал дать полный ход. В эфир пошли сигналы о помощи. Гидросамолет еще повторил попытку оборвать антенну, ведя огонь по надстройкам судна. На этот раз все удалось. Тогда радисты стали передавать сигналы на других частотах. В 14.38 с дистанции примерно 120 гектометров рейдер начал обстреливать лайнер, который шел зигзагообразным курсом. Британцы отстреливались из установленной на корме пушки, сделав 28 выстрелов — все мимо. Только в 15.00 немецкие артиллеристы добились первого попадания, в результате чего через пять минут Стрэтфорд приказал пассажирам и команде покинуть борт, а сам «Нанкин» затопить в точке с координатами 26°43′ ю.ш. и 89°56′ в.д. Даже после того, как через пятнадцать минут восемь спасательных шлюпок отошло от лайнера, HSK-4 продолжал вести огонь по нему, так как рация продолжала работать. В течение часа (с 16.00 до 17.00) людей подняли на борт «Тора», после чего немцы с помощью англичан исправили поврежденные двигатели судна и двинулись на очередную встречу с «Регенсбургом». Во время рандеву со снабженцем на него перевели всех пленных.[85]Гумприх переименовал «Нанкин» в «Лёйтен» и перегрузил с него на рейдер некоторые припасы. Затем «Регенсбург» и приз ушли в Японию, а капитан-цур-зее продолжил крейсерство.

В течение месяца «Тор» безуспешно прочесывал отведенный ему район, когда 14 июня уже в ночное время радар показал наличие какого-то судна на расстоянии девяти километров. Рейдер смог незамеченным подойти к нему, и с 16 гектометров дал залп в надежде поразить радиорубку. Его результат привел в шок самих немцев. По воспоминаниям артиллерийского офицера Германа Канделера цель, оказавшаяся танкером, превратилось в «плавучую стену огня», начавшую описывающую круги из-за поврежденного рулевого управления. В результате удалось спасти только одного человека — артиллериста Дж. Д. Фишера. Из его показаний стало известно, что голландский танкер «Оливия» (6307 брт, 1939 г.), принадлежавший «Кюрасаосхен Шепваарт Маатсхаапэй» шел в полном наливе из Абадана с командой из 46 человек на борту. Известие о 45 сгоревших заживо оказало гнетущее действие на экипаж «Тора». Впоследствии выяснилось, что двенадцать человек во главе с третьим помощником В. А. Вермоэтом смогли спустить шлюпку и скрыться под покровом ночи. Только через 30 дней, 13 июля, пятерым выжившим удалось добраться до побережья Мадагаскара.

Через пять дней, 19 июня, приблизительно в том же месте, на горизонте показался еще один глубоко сидящий в воде танкер. Гумприх не изменил своей эффективной «бесшумной» тактике. «Арадо» в очередной раз обстрелял мостик судна из бортового оружия, удачно оборвал радиоантенну и все также неудачно сбросил две бомбы. После предупредительного залпа из 150-мм орудия капитан норвежского «Херборга» (7892 брт, 1931 г.) Йон Олуф Вестад остановил свое судно. Танкер, принадлежавший «Сигурд Херлуфсен ог Ко» из Осло, шел из Абадана во Фримантл. На его борту находилась команда в количестве 38 человек и 11 ООО т сырой нефти. Гумприх решил не топить столь ценный приз, переименовал его в «Хохенфридберг» и под командой обер-лейтенанта-цур-зее резерва Рудольфа Гервина направил в Японию.

Точно также, «бесшумно», капитан-цур-зее захватил 4 июля в точке с координатами 29°50′ ю.ш. и 70°00′ в.д. другой норвежский танкер — «Мадроно» (5894 брт, 1917 г.), принадлежавший «А. И. Лангфельд ог Ко» из Кристиансанна. Он шел в балласте из Мельбурна в Абадан. Тридцать четыре человека во главе с капитаном Зигвардом Андерсеном пополнили собой число пленных на борту рейдера. Гумприх присвоил призу наименование «Россбах», назначил командиром обер-лейтенанта-цур-зее Вернера Зандера и отправил в Японию.

И только встреченный 20 июля британский рефрижератор «Индус» (5187 брт, 1940 г.) лондонской компании «Джеймс Ноурс Лтд» оказал «Тору» хоть какое-то сопротивление. Около 15.00 приблизившийся рейдер открыл огонь по транспорту. Его капитан Брайэн отправил своих артиллеристов к установленной на корме пушке и приказал дать полный ход в надежде оторваться от противника. В эфир полетели сигналы о нападении, которые сумели принять несколько наземных станций. Англичане смогли сделать всего два выстрела, когда вражеский снаряд убил командира расчета и вывел из строя орудие. Не ожидавшие сопротивления немцы расстреливали «британца» до тех пор, пока не уничтожили радиорубку. При этом погиб радист — несмотря на охвативший мостик пожар, он до самого конца находился на своем посту. Зато машинная команда, состоящая в основном из уроженцев Азии, при первых же попаданиях в панике ринулась на верхнюю палубу, и вскоре «купец» стал терять ход. Только тогда Гумприх приказал прекратить огонь. В итоге из 71 человека погибло 22.

«Индус» оказался последней, десятой, жертвой «бога-громовержца», доведя общий тоннаж потопленных и захваченных судов до 56 037 брт. Некоторое время «Тор» еще продолжал безуспешно крейсировать в этом районе, потом перешел восточнее, где пробыл с 8 августа до 20 сентября. 29 августа в точке с координатами 27° ю.ш. и 76° в.д. состоялось рандеву с блокадопрорывателем «Танненфельс», который вышел из Иокогамы 8-го. На него передали пленных, после чего тот направился далее на запад. 11 сентября капитан-цур-зее был награжден Германским крестом в золоте — второй по значимости наградой нацистской Германии. В конце месяца Гумприх получил приказ идти в Японию для пополнения запасов топлива и провианта, а также проведения необходимого ремонта. Рейдер прошел Зондский пролив 25 сентября, ненадолго зайдя в Батавию, затем направился в Баликпапан на Борнео. Оттуда он через Яванское море перешел в Южно-Китайское море, и 9 октября добрался до Японии, бросив на следующий день якорь в Иокогаме. Всего второй поход продлился 314 дней. В Японии «Тору» предстояло готовиться к своему третьему походу, но судьба распорядилась иначе.

30 ноября 1942 г. (прошел ровно год как крейсер покинул Киль) большинство работ были уже завершены. «Тор» в это время стоял пришвартованным к немецкому танкеру «Укермарк»,[86]на котором китайские и японские рабочие чистили нефтяные цистерны. Накануне в Иокогаме состоялся первый международный товарищеский матч по футболу Япония — Германия, в котором принимали участие и моряки с рейдера. Сыны Восходящего солнца одержали победу со счетом 8:7. По окончании поединка Гумприх пригласил желающих посетить свой корабль на следующий день. Поэтому уже с утра на «Торе» находились немецкие и японские журналисты. Сразу после обеда Гумприх на моторном катере направился с визитом на захваченный им ранее британский лайнер «Нанкин».

Внезапно в 13.20 на танкере раздался сильный взрыв, за которым последовало еще два более разрушительных, при этом последний снес мостик «Укермарка» и повредил надстройку «Тора». Часть мостика танкера при падении легла одним концом на рейдер, а другим на причальную стенку, что позволило части моряков по ней покинуть загоревшийся корабль. Вспыхнувшая нефть стала разливаться по поверхности гавани, и HSK-4, получивший тяжелые повреждения, как от взрывов, так и от разлетевшихся во все стороны обломков танкера, в итоге выгорел дотла. Почти мистическое совпадение — в древнескандинавской мифологии злейшими врагами Тора являлись бог огня, лжи, обмана Локи и предводитель огненных великанов Сурт. Жертвами пожара так же стали «Нанкин» — «Лёйтен», японский транспорт «Ункаи-Мару № 3» и еще несколько находившихся поблизости мелких судов.





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...