Главная Обратная связь

Дисциплины:






Командиры и экипажи 15 страница



Гумприх смог вовремя вернуться назад на катере, и организовал спасение своих людей, находившихся в воде. Тем не менее, в результате взрыва и пожара из экипажа «Тора» погибло 13 человек; «Укермарк» потерял 53. Официального следствия не проводилось, но возможными причинами катастрофы могли стать искра от проводимых работ или курение кем-нибудь из рабочих в цистернах, насыщенных парами нефтепродуктов. На этом история «самого воинственного» вспомогательного крейсера Третьего рейха завершилась.

В заключение несколько слов о дальнейшей судьбе экипажа рейдера. 17 декабря из Кобэ вышел «Доггербанк», использовавшийся немецким флотом в качестве вспомогательного минного заградителя и блокадопрорывателя. На его борту находилось часть команды «Тора» в количестве 59 человек вместе с первым офицером корветтен-капитаном Фишером. Они разделили трагическую судьбу своего нового корабля, торпедированного по ошибке 3 марта 1943 г. немецкой же подводной лодкой U-43 (обер-лейтенант-цур-зее Швантке) в Атлантике.[87]Сам Гумприх остался в Японии, находясь в распоряжении военно-морского атташе в Токио вице-адмирала Пауля Веннекера. В последний день год командование отметило его успехи в должности командира рейдера, наградив Рыцарским крестом. Когда же в марте 1943 г. до Японии добрался «Михель», то Гумприх с мая месяца сменил заболевшего Гельмута фон Руктешелля на командирском мостике.

 

Боевую карьеру «Тора» можно назвать самой уникальной среди коммерческих рейдеров Германии периода Второй мировой войны. Будучи одним из самых маленьких (меньшие размеры имел только «Комет»), он оказался одним из самых результативных — по совокупности двух походов им были потоплены вспомогательный крейсер и 17 торговых судов, а также захвачены в качестве призов еще 4, общим тоннажем 152 584 брт. HSK-4 провел в общей сложности наибольшее количество времени в походах — 642 дня. В его послужном списке три успешных боя с британскими вспомогательными крейсерами, причем один закончился потоплением противника. Кроме этого очень удачное использование бортового гидросамолета «Арадо» позволили командиру рейдера Г. Гумприху во время второго похода разработать своеобразную «бесшумную» тактику, оказавшуюся довольно эффективной. И поэтому вполне возможно, что если бы 30 ноября 1942 г. взрыв танкера «Укермарк» не поставил точку в судьбе «Тора», то результаты боевой деятельности «бога-громовержца» оказались бы еще внушительнее.

 

«Михель»

 

Этот вспомогательный крейсер оказался последним кораблем Кригсмарине, действовавшим на просторах Мирового океана. Он стал своеобразным приемником «Виддера», получив с того командира, большую часть экипажа и почти всю артиллерию.



После присоединения в сентябре 1939 г. Данцига в руки немцев попали два однотипных судна для перевозки фруктов «Бялско» и «Лодзь», строившихся на местной верфи для польской судоходной компании «Гдыня-Америка Лайн». Их передали NDL и переименовали в «Бонн» и «Минден». Уже в следующем году первое судно вошло в строй, но тут же было мобилизовано Кригсмарине. Вначале «Бонн» предлагалось использовать в качестве плавучего госпиталя, присвоив ему номер вспомогательного судна 28 («Шифф-28»). Однако потом планы поменялись, и транспорт отправился на данцигский филиал «Дойче Верфт» для переоборудования во вспомогательный крейсер № 9 (HSK-9).

Уже в декабре 1940 г. в Данциг для наблюдения за работами прибыл будущий командир рейдера корветтен-капитан запаса Гельмут фон Руктешелль, всего чуть более месяца назад покинувший мостик «Виддера». Вместе с фон Руктешеллем пришли некоторые офицеры и матросы из экипажа HSK-3, пожелавшие продолжить службу под началом прежнего командира. Корветтен-капитан с присущим ему напором взялся за работу, настаивая на сотнях изменений и усовершенствований. И хотя ему удалось установить хорошие отношения с руководством верфи, конструкторов и инженеров он доводил буквально до истерик своим приказами и требованиями.

Кроме людей, новый рейдер получил с «Виддера» и всю его артиллерию. Правда, сигнальную 75-мм пушку заменили на 105-мм зенитное орудие и добавили еще один спаренный 37-мм автомат. Кроме этого на борту HSK-9 находился легкий торпедный катер LS-4. И если LS-2 и LS-3, размещавшиеся на «Комете» и «Корморане», могли только ставить мины, этот уже был вооружен двумя 450-мм торпедными аппаратами. Еще одной технической новинкой стал радар.

Работы на рейдере уже близились к окончанию, когда встал вопрос о его наименовании. Когда выяснилось, что фон Руктешелль собирается назвать свой корабль «Михель», это вызвало явное недовольство в высших кругах Кригсмарине. Дело в том, что «Михель» — это прозвище обычного немецкого бюргера, туповатого и сонного, постоянного героя карикатур того времени. Вдобавок, если касаться религиозной стороны, то библейский архангел Михаил являлся защитником евреев. В итоге, гросс-адмирал Редер, находившийся с фон Руктешеллем в хороших отношениях, посоветовал тому сменить наименование. Новый выбор своенравного корветтен-капитана оказался не менее возмутительным — «Гётц фон Берлихинген».[88]В этот раз Берлин промолчал. Однако, когда 7 сентября 1941 г. Редер прибыл в Готенхафен на официальную церемонию вступления в строй HSK-9, то после осмотра корабля, оставшийся весьма довольным увиденным, в конце пожелал ставшему за шесть дней до этого фрегаттен-капитаном фон Руктешеллю: «…и удачи Вашему „Михелю “!»

Первоначально планировалось, что рейдер уйдет в поход через два месяца, однако по разным причинам этого не произошло и только в марте 1942 г. все было готово для выхода в море. За время вынужденного простоя команда крейсера отработала до автоматизма многочисленные упражнения, такие как заправка с танкера в море, торпедные стрельбы, передачу грузов на подводные лодки или захват приза. Учитывая, что одной из главных проблем во время похода являются монотонные и однообразные будни, когда зачастую по нескольку месяцев на борту корабля не происходит ничего нового, фон Руктешелль весьма своеобразно подошел к ее решению. Он отправил своих людей не только на обычные флотские учебные курсы, но также изучать живопись, скульптуру, театр, музыку и даже кукольные представления! Среди членов экипажа находились скульптор, художник и даже бывший директор музыкальной школы, которому предстояло стать дирижером корабельного оркестра.

Наконец 6 марта фрегаттен-капитан получил приказ готовиться к выходу в море. Через три дня «Михель», пользовавшийся позывными «Шперрбрехера-2», покинул Киль и Кайзер-Вильгельм-каналом пришел в Брюнсбюттель. Затем он направился в Куксхафен, а далее к острову Гельголанд. Следующим пунктом маршрута был голландский порт Флиссинген. «Михель» вышел из него ночью 12-го, однако в районе Остенде сел на мель, с которой смог сняться только во время прилива. Пришлось возвращаться обратно в Флиссинген. Вечером следующего дня фон Руктешелль вновь вышел в море. Компанию рейдеру составили миноносцы «Ильтис», «Фальке», «Ягуар», «Зееадлер» и «Кондор» и девять «раумботов». Прорыв через Ла-Манш происходил в условиях активного противодействия противника. В четыре часа утра следующих суток в районе Булони на эскорт напал британский отряд из Дувра в составе шести торпедных и трех артиллерийских катеров. Миноносцам удалось отбить атаку, повредив три катера. В 6.50 близ устья Соммы катера появились снова. И на этот раз нападение было сорвано. Третья атака состоялась уже на рассвете, что позволило немецким береговым батареям отогнать опасных «москитов», но вскоре в 29 милях к югу от Данджнесса отряд перехватили британские эсминцы «Бленкатра», «Ферни», «Калп», «Виндзор» и «Уолпол». Завязавшаяся перестрелка, в которой принял участие и «Михель», закончилась в пользу немцев, нанесших повреждения «Виндзору» и «Ферни». Рейдеру посчастливилось увернуться от выпущенных торпед, а также избежать серьезных повреждений, за исключение сбитой осколками снарядов краски на бортах и надстройке. Правда, имелись жертвы среди экипажа — погибло 8 человек. Затем «Михель» проследовал в Гавр, а на следующий день остановился в Сен-Мало, где заправился, пополнил боекомплект и оставил «фирлинг», установленный на носу на время прорыва. 17-го состоялась последняя стоянка в Ла-Паллисе, откуда 20 марта Гельмут фон Руктешелль уже во второй раз за время войны вышел в Атлантику.

5 апреля рейдер пересек линию экватора, а через одиннадцать дней в точке с координатами 25° ю.ш. и 22° з.д. уже пополнял запасы топлива с танкера «Шарлотта Шлиманн».[89]РВМ установило «Михелю» район действия, ограниченный с севера экватором, а с юга операционной зоной «Тора». Из-за этого, двигаясь на юг, рейдеру пришлось уклониться от контакта с пятью замеченными судами.

Только 19 апреля пришел черед первой жертвы, оказавшейся английским танкером «Пателла» (7468 брт, 1927 г.), принадлежавшим компании «Англо-Саксон Петролеум». Он шел с Тринидада в Кейптаун в полном наливе с 9911 тоннами нефти. Рейдер, маскировавшийся под норвежский сухогруз, подошел на близкое расстояние и сделал предупредительный выстрел. В ответ на это «британец» увеличил скорость и начал передавать по радио сигнал о нападении, но несколько 150-мм снарядов, угодивших в мостик и радиорубку, быстро сломили сопротивление. Три моряка погибло, остальные шестьдесят стали первыми пленниками на борту «Михеля». Затем «Пателла» потопили подрывными зарядами.

 

Следующий успех записал на свой счет уже легкий торпедный катер LS-4, получивший от фон Руктешелля наименование «Эзау». Вечером 22 апреля наблюдатели «Михеля» заметили танкер в наливе, двигавшийся в сторону Кейптауна. Дождавшись темноты, катер, которым командовал ветеран похода на «Виддере» обер-лейтенант Мальте фон Шак (по совместительству торпедный офицер рейдера), спустили на воду. LS-4 на большой скорости по широкой дуге обогнал неторопливо двигающееся судно и затаился у него впереди по курсу. Когда американский «Коннектикут» (8684 брт, 1938 г.), принадлежавший известной компании «Тексако», подошел на дистанцию залпа, фон Шак выпустил одну торпеду, поразившую цель в 2.10. С танкера начали подавать сигнал о нападении подводной лодки и спустили три спасательные шлюпки. Тогда катер выстрелил второй торпедой. К несчастью, когда она попала в корпус судна, две лодки только огибали корму, пытаясь уйти к наветренной стороне. От взрыва «Коннектикут», везший высокооктановый бензин, превратился в огненный шар и люди погибли. Всего из 54 моряков немцы смогли спасти только 19, один из которых умер уже на борту рейдера.

А вот очередное нападение окончилась полным конфузом. Ранним утром 1 мая примерно в 720 милях к юго-западу от острова Святой Елены (25°19′ ю.ш./13°21′ з.д.) «Михель» повстречался с «Менелаусом» (10 306 брт, 1923 г.) английской компании «Альфред Холт энд Ко». Немцы, изображая вспомогательный корабль британского флота, попытались обмануть противника и в 5.25 потребовали прожектором остановиться. Однако грамматические ошибки в сообщении заставили капитана торговца Дж. Блайта насторожиться и не подчиниться приказу. Сухогруз, развив полный ход и непрерывно подавая сигнал «QQQ », начал уходить от рейдера. «Михель», находившийся примерно в шести милях от торговца, выпустил около двадцати 150-мм снарядов, но все они легли далеко от цели. Тогда фон Руктешелль, не стал догонять беглеца, а, отвернув, спустил на воду «Эзау». Катер с поднятым фальшивым британским флагом в 6.30 догнал «купца» и попытался остановить его якобы для досмотра. Но здесь фон Шака ждало фиаско. Вид переодетой в шерстяную одежду, несмотря на теплое утро, команды катера со спасательными жилетами, использовавшимися в торговом флоте, только укрепил англичан в их подозрениях. Обе торпеды пущенные катером прошли мимо, а когда обер-лейтенант приказал обстрелять транспорт из 20-мм пушки, то ее заклинило. В итоге, «Менелаус» стал единственным судном союзников во время Второй мировой войны, которое смогло уцелеть после нападения немецкого вспомогательного крейсера. После этой неудачной атаки «Михель» ушел на юг в прежнюю зону деятельности «Тора», который в свою очередь переместился в Индийский океан. Эти перестановки оказалось своевременным, так как после получения сигналов с «Менелауса» район атаки обследовали тяжелый крейсер «Шропшир» и вспомогательные крейсера «Кантон» и «Чешир». Факты исчезновения «Пателла» и «Коннектикута», а также нападения на «Менелаус», заставили британских штабистов сделать вывод, что в Южной Атлантике появился новый вспомогательный крейсер противника, которому они присвоили обозначение «Рейдер „H“ ».

 

8 мая состоялась очередное рандеву с «Шарлоттой Шлиманн», причем ее смогли обнаружить только с помощью гидросамолета. «Михель» полностью заправился и передал на танкер всех пленных. Тем временем, помня о неудаче с «Менелаусом», фон Руктешелль и первый офицер Эрхардт разработали новую тактику нападений на противника. Как только судно обнаруживалось, рейдер уходил за горизонт и обгонял потенциальную жертву. Атака начиналась ночью, с носового курса, предпочтительно под углом приблизительно пять градусов от направления движения. Когда расстояние сокращалось приблизительно до трех километров, запускался осветительный снаряд, после чего открывался огонь по мостику, радиорубке и машинному отделению. «Эзау», спущенный на воду ранее, должен был находиться рядом с целью, действуя по обстоятельствам.

Шанс проверить эту задумку представился 20 мая. Днем приблизительно в 400 милях к северу от островов Тристан-да-Кунья наблюдатели заметили судно в балласте, идущее в западном направлении. «Михель» проследовал за ним и с наступлением ночи отрыл огонь, поразив 18 снарядами норвежский сухогруз «Каттегат» (4245 брт, 1936 г.), принадлежавший Олафу Дитлев-Симонсену из Осло. Транспорт следовал из Кейптауна в Монтевидео с командой в количестве 32 человек во главе с капитаном Карлом Гьюрёдом. Норвежцы не успели оказать никакого сопротивления и стали пленниками. К счастью никто из них не пострадал. Затем «Каттегат» потопили подрывными зарядами.

Через две недели представился повод исправиться фон Шаку. 2 июня немецкие радисты перехватили сигнал бедствия с потерявшего ход американского сухогруза «Джордж Клаймер» (типа «Либерти», 7176 брт, 1942 г.), принадлежавшего «Америкэн Мейл Лайн». Он находился южнее острова Святой Елены, на расстоянии 900 миль к северу от рейдера. Транспорт направлялся из Портленда в Кейптаун и имел на борту 24 разобранных самолета, а также сборный груз. «Михель» пошел полным ходом и добрался в тот район через три дня. Затем на воду спустили «Эзау». В восемь часов вечера следующих суток первая торпеда, выпущенная катером, поразила корпус «либерти». Вторая достигла цели через секунду. На «американце» началась паника, и судовая команда, за исключением артиллеристов, покинула его. Тем не менее, «Джордж Клаймер» остался на плаву, вследствие чего экипаж вернулся обратно. В 16.00 7 июня к месту атаки подошел старый знакомый «Тора» вспомогательный крейсер «Алькантара», который снял людей. Британцы буксировать поврежденное судно не стали и потопили подрывными зарядами. При этом союзники были уверены, что «либерти» стал жертвой подводной лодки. Это не могло не порадовать фон Руктешелля находившегося поблизости и следившего за развитием ситуации с помощью перехвата радиосообщений. Обер-лейтенант получил благодарность от командира за успешную атаку.

 

11 июня, уже на закате, наблюдатели заметили на горизонте какой-то транспорт, двигавшийся встречным курсом. Рейдер полным ходом направился к нему и, подойдя поближе, открыл огонь на поражение. «Лайлпарк» (5186 брт, 1929 г.) британской компании «Дж. & Дж. Денхолм», сразу же получил два прямых попадания в рубку и одно в середину корпуса. После второго залпа на нем вспыхнул пожар, и экипаж начал покидать обреченное судно, шедшее из Нью-Йорка в Кейптаун с 8000 т авиазапчастей, горючего и военных припасов. Из 25 человек экипажа немцы подобрали 22. Плена избежали капитан Ч. С. Лоу, первый и третий офицеры, покинувшие судно позже остальных.[90]«Лайлпарк» затонул рано утром следующего дня, после чего «Михель» ушел на юг для встречи с «Шарлоттой Шлиманн» и вспомогательным минзагом-блокадопрорывателем «Доггербанк». Рандеву состоялось 21 июня в точке с координатами 29° ю.ш. и 19° з.д. Рейдер в очередной раз заправился с танкера, затем получил с «Доггербанка» припасы и передал на его борт пленных. Корабли находились вместе неделю, после чего расстались. Фон Руктешелль направился к юго-западному побережью Африки. Однако там удача не сопутствовала фрегаттен-капитану, и он решил сменить район действий на Гвинейский залив, что сразу не заметило сказаться на результатах.

Следующей жертвой «Михеля» стал старый лайнер «Глостер Кастл» (8006 брт, 1911 г.), принадлежавший компании «Юнион Кастл». Он направлялся из Биркинхеда в Кейптаун с военным снаряжением, включавшим самолеты, автомобили и горючее и т. д. На его борту находилось 154 человека, из них 12 пассажиров, все женщины и дети, что являлось нарушением правил перевозки воинских грузов. Наблюдатели рейдера обнаружили его вечером 15 июля и в 19.00, когда наступила полная темнота, «Михель» с расстояния в одну милю открыл огонь без предупреждения. Уже первым залпом немецкие канониры поразили цель в правый борт чуть ниже мостика. Практически сразу была уничтожена радиорубка, где погибли радисты, так и не успевшие дать сигнал бедствия, а канистры с бензином, размещенные на палубе, охватило пламя. Через десять минут обстрел прекратился, но лайнер продержался на воде еще только четыре минуты и очень быстро затонул. Моторный катер рейдера спас всего пятьдесят семь членов команды и четырех пассажиров (двух женщин и двух детей). В Великобритании о судьбе «Глостер Кастла» ничего не было известно до конца войны.

Менее чем через 24 часа, утром 16 июля, когда «Михель» находился в 800 милях от западного побережья Африки, наблюдатели заметили два танкера, двигавшихся параллельными курсами. Фон Руктешелль решил дождаться ночи, чтобы напасть на обоих. Ближайшего взял на себе рейдер, а дальний достался LS-4, который спустили на воду в девять часов вечера. Как обычно, катер подобрался к судну незамеченным и в точке с координатами 5°15′ ю.ш. и 3°51′ з.д. выпустил торпеды. Несмотря на то, что они обе попали в левый борт (приблизительно в 20 метрах от кормовой оконечности) норвежского танкера «Арамис» (7984 брт, 1931 г.) компании Бернарда Хансена из Флеккефьорда, причинить сильных повреждений не сумели. Судно, шедшее в балласте из Саймонстауна на Тринидад, чуть замедлило ход и продолжило движение. По воспоминаниям оставшихся в живых норвежских моряков, перед уходом «Эзау» обстрелял «Арамис» из пушки.

Тем временем «Михель», подойдя незамеченным, в упор расстрелял американский танкер «Уильям Ф. Хамфри» (7983 брт, 1921 г.), принадлежавший нефтяной компании «Тайд Уотер», затратив на это, в общей сложности, шестьдесят 150-мм и несколько сотен 37-мм и 20-мм снарядов. Кроме этого, с первым залпом были выпущены две торпеды, одна из которых попала в корму судна, другая — в район танка № 5. В ответ американцы смогли произвести из 127-мм орудия, по разным источникам, от одного до трех безрезультатных выстрелов. Всего через шесть минут после начала боя третья торпеда отправила старый танкер на дно. Восемь моряков погибло во время обстрела, двадцать девять спасли немцы, один из них умер через несколько дней в лазарете «Михеля». Еще 11 человек во главе с капитаном и старпомом сумели скрыться. Они починили две поврежденные спасательные шлюпки и отправились в сторону африканского берега. Отважные моряки в течение пяти с половиной дней прошли 450 миль под парусом, пока норвежский сухогруз «Тритон» не подобрал их и не доставил во Фритаун.

«Михель», после встречи с «Эзау», бросился в погоню за поврежденным «Арамисом», который так не смог сообщить о нападении на него, так как от взрывов рация пришла в негодность. Утром следующего дня немцы заметили танкер, идущий зигзагом, однако осторожный фон Руктешелль отложил нападение до наступления сумерек. Затем снаряды и две торпеды нанесли судну тяжелые повреждения, но так как оно тонуло очень медленно, его пустили на дно подрывными зарядами. Из 43 членов экипажа в плен попали 23 во главе с капитаном Эрлингом Кристенсеном. Еще 18 сумели скрыться на спасательной шлюпке и через две недели добрались до побережья Африки. На борту «Арамиса» немцы обнаружили пакеты с диаграммами, инструкциями, описаниями коммерческих маршрутов, торговыми кодами и различными секретными материалами, в том числе предупреждение о рейдерах противника, действующих совместно с торпедными катерами. После этого фрегаттен-капитан решил уйти из Гвинейского залива и, пройдя между островами Вознесения и Св. Елены, направился в точку с координатами 21° ю.ш. и 25° з.д., где должно было состояться рандеву с рейдером «Штир» под командой капитана-цур-зее Хорста Герлаха.

Встреча состоялась 29 июля. Командир «Михеля» предложил своему коллеге действовать совместно, логично предположив, что на пару они добьются большего успеха. Герлах согласился, и оба крейсера направились на север. Вначале они шли в видимости друг друга. Однако совместное плавание не принесло результатов, и, договорившись об очередной встрече через неделю, фон Руктешелль и Герлах расстались. Когда «Михель» 9 августа пришел в назначенное место, то обнаружил там «Штир» и тонущий британской пароход «Дэлхаузи». После этого фрегаттен-капитан решил сменить район действий и ушел на восток.

Незадолго до девяти часов вечера 14 августа наблюдатели заметили очередное судно. «Михель» смог подойти к нему настолько близко, что с британского сухогруза «Арабистан» (5874 брт, 1929 г.) компании «Стрик Лайн» подали сигнал, предупреждающий о возможном столкновении. Этот транспорт направлялся в балласте из Кейптауна на Тринидад. Встреча с «Михелем» оказалось для него роковой. Снаряды буквально разорвали судно на части, и оно в течение нескольких минут ушел на дно. «Эзау», спущенный заранее на воду, не нашел ни одного спасшегося. По приказу командира рейдер оставался в этом месте до восхода солнца. В итоге был обнаружен оставшийся в живых старший механик, который рассказал что на «Арабистане» находилось 60 моряков и артиллеристов из Добровольческого резерва.

Через два дня на горизонте показалось крупное пассажирское судно, однако фон Руктешелль посчитал его вспомогательным крейсером противника и не рискнул предпринимать какие-либо действия. В действительности это был голландский лайнер «Марникс ван Зинт Альдегонде», который использовался британцами как войсковой транспорт, и вряд ли у «Михеля» хватило бы скорости догнать его. 23 августа к востоку от островов Тристан-да-Кунья состоялось четвертое и последнее рандеву с «Шарлоттой Шлиманн», после чего крейсер направился на восток. Командование отметило успехи рейдера, и 3 сентября фон Руктешеллю было присвоено звание капитана-цур-зее запаса.

Следующее нападение состоялось через неделю. Очередной жертвой «Михеля» 10 сентября стало новенькое американское судно «Америкэн Лидер» (типа C–I, 6778 брт, 1941 г.) компании «Юнайтед Стейтс Лайн». Оно вышло из Кейптауна и двигалось в сторону Магелланова пролива с 2000 т каучука, 850 т кокосового жира в больших резервуарах на палубе, 440 т копры, 100 т специй, 200 т жира, 20 т опиума, кожами и сборным грузом на борту. Под началом капитана Хокона Педерсена находилось 58 моряков и артиллеристов. Следуя излюбленной тактике, фон Руктешелль атаковал в 19.30, когда стало совсем темно. Американцы смогли заметить рейдер только тогда, когда он находился уже на расстояния полукилометра. «Михель» открыл огонь по транспорту из всех стволов, затем выпустил две торпеды, попавшие в цель. В итоге, через 25 минут после начала обстрела «Америкэн Лидер» скрылся под волнами. Крейсер находился в месте атаки еще шесть часов, подняв на борт 47 человек с потопленного судна. Затем, получив от РВМ распоряжение встретиться с судном снабжения, рейдер направился на северо-запад.

Вечером того же дня наблюдатели заметили в сумерках теплоход «Эмпайр Доун» (7241 брт, 1941 г.), принадлежавший британскому Министерству транспорта и находившийся под управлением «Уолтер Рансаймэн энд Ко» из Глазго. Сухогруз шел в балласте из Дурбана на Тринидад за грузом бокситов для Нью-Йорка. В 20.00 капитана У. А. Скотта вызвали в рубку, где находившийся на вахте старший помощник доложил, что в опасной близости обнаружено неизвестное судно, идущее встречным курсом. Англичане даже не успели что-либо предпринять, как немецкий корабль открыл огонь на поражение. «Михель» продолжал обстреливать «Эмпайр Доун», пока тот не затонул. При этом погибло 22 моряка из команды численностью 44 человека. Этот факт стал пятым — последним — пунктом обвинения в отношении фон Руктешелля. Впоследствии британский шкипер показал на суде, что он с помощью прожектора передавал на рейдер сигналы о прекращении огня. Защита, в свою очередь, доказывала, что слабый свет небольшого прожектора просто невозможно было заметить в окружающем хаосе, вспышках орудийных выстрелов и языках пламени горящего судна.

После потопления «Эмпайр Доун» количество пленных на борту «Михеля» достигло почти пятиста человек, в результате чего возникли сложности с их размещением и снабжением едой и пресной водой. Эти проблемы удалось частично решить 21–22 сентября во время встречи с блокадопрорывателем «Танненфельс», шедшим из Японии во Францию. Фон Руктешелль передал часть пленных на его борт. 24-го состоялось короткое и, как выяснилось впоследствии, последнее рандеву со «Штиром». Распрощавшись с «коллегой», уже на следующий день команда HSK-9 приветствовала танкер «Укермарк». Рейдер дозаправился топливом и получил дополнительные торпеды. Танкер оставался с «Михелем» в течение двух недель. 27-го, когда немецкие корабли дрейфовали в точке с координатами 26°34′ ю.ш. и 27°37′ з.д., радисты перехватили несколько сигналов о помощи с неизвестного союзнического судна, подвергшегося нападению. Не прошло и часа, как на специально оговоренной волне на связь вышел «Штир», с просьбой немедленно прибыть в точку, располагавшуюся в 110 милях от места нахождения «Михеля». Соотнеся два этих радиосообщения, капитан-цур-зее предположил, что это именно «Штир» атаковал неприятельский транспорт. Однако, несмотря на сообщение Герлаха, фон Руктешелль тут же увел свои корабли далеко на юг, посчитав, что идти на помощь «Штиру» слишком опасно. Последующие же попытки связаться по радио с коллегой не принесли успеха.

«Михель» и «Укермарк» находились в районе расположенном к западу от островов Тристан-да-Кунья до 7 октября, пока рейдер не получил радиограмму от РВМ с новыми приказами. В тот же день танкер, приняв семьдесят пленных с рейдера, ушел на Яву. Кроме этого, командование просило фон Руктешелля не начинать действий, пока от «Штира» не будут получены какие-нибудь вести. В Берлине еще надеялись, что затянувшееся молчание Герлаха связано с поломкой радиостанции. На самом же деле, «Штир» уже давно находился на морском дне, не пережив поединок с американским сухогрузом «Стивен Хопкинс», а его команда на борту «Танненфельса» направлялась в Европу. Капитан-цур-зее согласился подождать еще три дня. Вообще, к этому времени командир «Михеля» стал очень скептически относиться к самой идее использовать на коммуникациях врага надводные рейдеры и полагал, что его 400 человек принесут рейху гораздо больше пользы в качестве экипажей восьми подводных лодок. Яркий пример тому — его реакция на приказ идти в антарктические воды для захвата китобойных флотилий союзников. Своенравный капитан-цур-зее тут же надерзил командованию: «Антарктика без меня». РВМ ответило ему в том же духе: на следующий день командир «Михеля» получил радиограмму от начальника штаба адмирала Фрике, дававшую ему карт-бланш в действиях и начинавшуюся словами «Согласен, но тогда, Руктешелль, и Вы без РВМ…». Основной причиной, по которой Берлин хотел убрать рейдер из Южной Атлантики, была озабоченность тем, что как бы его активная деятельность не вызвала соответствующей реакции союзников, способной поставить под угрозу снабжение группы немецких подводных лодок, шедших в этот момент на юг для действия в районе мыса Доброй Надежды.

Получив разрешение сменить район действий, рейдер, находившийся в районе «ревущих сороковых», направился на восток и в начале ноября уже рассекал форштевнем воды Индийского океана. 14 ноября, в заранее оговоренной точке, расположенной к юго-востоку от французского острова Реюньон, появился танкер «Браке».[91]Он вышел из Франции 26 сентября и доставил для «Михеля» 6 тонн картофеля, 3 тонны свежего мяса, пиво и топливо. Танкер ушел 17 ноября, а уже на следующий день в точке с координатами 29°58′ ю.ш. и 65°05′ в.д. состоялось рандеву с блокадопрорывателем «Ракотис», шедшим из Японии в Европу. В трюмах этого судна находился груз в виде каучука, цинковой руды, опиума и т. п. общей стоимостью 8 миллионов рейсхмарок. Фон Руктешелль отметил превосходное состояние блокадопрорывателя, однако затем пришел в ярость, узнав, что на его борту находится норвежцы из команды танкера «Каттегат», потопленного HSK-9 в еще мае. Он считал, что это грубой ошибкой, так как норвежские моряки видели «Михель», «Штир», «Доггербанк», контактировали с экипажами других потопленных судов, и в случае освобождения могли много чего рассказать. Капитан-цур-зее даже направил по этому поводу протест в РВМ. Гибель «Ракотиса» и последовавшие затем события подтвердили опасения фон Руктешелля, и командование было вынуждено признать его правоту.[92]19-го немецкие корабли расстались, при этом на борту блокадопрорывателя в Европу отправились копии КТВ рейдера.

Тем временем безрезультатное плавание «Михеля» продолжалось уже два с половиной месяца. Фон Руктешелль даже отметил в КТВ, что от РВМ помощи мало, а японцы вообще не предоставляют никакой информации.[93]Наконец 29 ноября в 16.30 было замечено неизвестное судно, шедшее на юго-запад со скоростью 10 узлов. Капитан-цур-зее приказал обогнать его, держась за линией горизонта, и готовить к спуску «Эзау». В 18.30 торпедный катер спустили на воду с приказом следить за целью и атаковать ее торпедами в случае, если рейдер не сможет занять позицию, благоприятную для стрельбы. Хотя катеру вмешиваться не пришлось, но из-за того, что связь с ним была временно потеряна, фон Руктешеллю пришлось понервничать некоторое время. Обогнав жертву, «Михель» приготовился к обстрелу. Только в 21.26, когда рейдер подошел на близкое расстояние, его обнаружили с американского сухогруза «Соуокла» (5882 брт, 1920 г.), принадлежавшего «Америкэн Экспорт Лайн». Это судно шло с грузом джутового полотна из Коломбо в Кейптаун и на его борту находилось 41 человек команды во главе с капитаном Карл Уинк, 13 артиллеристов и 5 пассажиров. В 21.36, когда дистанция сократилась до 25 гектометров, немцы открыли огонь и выпустили две торпеды. Уже первый залп разрушил мостик и сбил 4,5-дюймое орудие, находившееся на корме. Следующий пришелся в машинное отделение, шлюпочную палубу и уничтожил радиорубку. Тут же одна из торпед (вторая промахнулась) попала в корму позади дымовой трубы. Через девять минут капитан-цур-зее приказал прекратить огонь. Однако, вскоре у одной из пушек были замечены люди и стрельба по гибнущему судну возобновилась. Атака была проведена настолько четко, что ошеломленные американцы сумели подать только один сигнал о помощи, не услышанный нигде, кроме «Михеля», и выпустить всего одну обойму из 20-мм автомата. Вскоре «Соуокла» затонул. Рейдер находился в месте атаки еще три часа, и спас 35 человек. Вернувшись туда же утром, немцы подобрали еще четверых артиллеристов.





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...