Главная Обратная связь

Дисциплины:






Командиры и экипажи 18 страница



 

«Коронель»

 

Этот корабль оказался последним представителем класса вспомогательных крейсеров, вошедшим в состав германского флота. Но ход истории распорядился так, что он не сумел покинуть воды, контролируемые Третьим рейхом, и остаток войны использовался уже в совсем другом качестве.

Сухогруз «Того» был построен на верфи «Вулкан» в Бремене по заказу гамбургской компании «Воэрманн Линие». 13 августа 1938 г. судно спустили на воду, и 22 сентября того же года оно вошло в строй. Всего серия состояла из двух единиц — «Того» и «Камерун».

В 1939 г., плавая под флагом компании Воэрманна «Дойче Африка Линие», «Того» совершал рейсы по маршруту Гамбург — Западная Африка. 30 августа 1939 г. он находился в Дуала (Французский Камерун). Из-за возможного начала войны отношение местных властей к немецкому кораблю стало враждебным. Судно оцепили туземными войсками, а его капитан Эжен Росселе никак не мог получить бумаги, разрешающие свободный выход в море. Не желая сдавать транспорт французам, Росселе, по рождению бельгиец, решил, не ставя никого в известность, спуститься вниз по побережью и укрыться в устье реки Конго, принадлежавшей в то время нейтральной Бельгии. Это авантюрное предприятие оказалось успешным. Ночью, без лоцмана «Того» выскользнул из порта и 1 сентября пришел в Бома, где и встретил начало войны. Из-за слухов о том, что сухогруз в море поджидает знаменитая французская подводная лодка «Сюркуф», Росселе проторчал во влажном малярийном климате дельты Конго до 25 октября, пока не получил информацию о том, что путь в Германию свободен. Известно, что шкипер распускал слухи о торпедировании транспорта с целью дезинформации противника. 23 ноября 1939 г. «Того» вернулся в Гамбург.

1 марта 1940 г. судно было мобилизовано Кригсмарине и вошло в строй в качестве плавмастерской. По имеющейся информации, в апреле «Того» участвовал в операции «Везерюбунг» как войсковой транспорт, однако 21 числа подорвался на мине и отправился в ремонт.

С июня 1940 г. командиром корабля стал корветтен-капитан (а затем и фрегаттен-капитан) Рудольф Бетцендаль.

 

Эрнст Тинеман (Ernst Thienemann).

Родился 7 ноября 1898 г. в Готе, Тюрингия. С октября 1938 г. по апрель 1942 г. служил в ОКМ в должности наблюдателя за переоборудованием вспомогательных крейсеров.

 

18 августа 1940 г., после окончания ремонта, «Того» снова вошел в состав военно-морского флота в качестве вспомогательного минного заградителя, получив номер вспомогательного судна 14 («Шифф-14»). 7 сентября он вместе с минным заградителем «Кайзер» (брейд-вымпел начальника штаба командующего силами охранения Северного моря капитана-цур-зее Курта Бёмера) и 5-й флотилией миноносцев в составе эсминца «Карл Гальстер» (брейд-вымпел фрегаттен-капитана Бергера) и миноносцев «Грайф», «Фальке», «Ильтис», «Ягуар», «Кондор» принял участие в постановке заграждения «SW-О» северо-западнее острова Тексел. Всего во время операции было выставлено 405 мин и 1000 минных защитников. В последующем корабль предполагалось использовать во время несостоявшегося вторжения на Британские острова. В этот период времени «Того» базировался на Шербур, затем — на Сен-Назер и Нант.



Затем РВМ приняло решение переоборудовать его во вспомогательный крейсер. 16 июня 1941 г. корабль вывели из подчинения командующего минными заградителями. Работы были начаты на голландской верфи «Вилтон-Фейеноорд» в Схидаме, продолжены на «Одерверке» в Штеттине, а окончены на верфи ВМС в Готенхафене. Они заняли период времени больше года — с 7 июня 1941 г. по 25 октября 1942 г. В апреле 1942 г. командиром корабля стал фрегаттен-капитан Эрнст Тинеман, являвшийся в германском флоте главным специалистом по переоборудованию вспомогательных крейсеров — до прихода на «Того» он занимал соответствующую должность в ОКМ. Таким образом, он получил шанс на практике реализовать те методы и приемы ведения войны на море, которые разрабатывал еще с 1938 г.

В декабре 1942 г. работы завершились, и корабль вновь вошел в строй как «вспомогательный крейсер № 10» (HSK-10). Тинеман, ставший 1 сентября 1942 г. капитаном-цур-зее, выбрал в качестве наименования название чилийского порта Коронель, у которого в 1914 г. эскадра вице-адмирала графа Максимилиана фон Шпее одержала победу в сражении над англичанами. Британское же Адмиралтейство впоследствии присвоило ему обозначение «Рейдер „К“ ».

Решение гросс-адмирала Редера послать «Коронель» в море было одним из последних принятых им до отставки и замены Дёницем. Правда, уже тогда мало кто верил, что рейдер сможет успешно пройти Ла-Манш в условиях жесткого противоборства со стороны флота и авиации союзников.

Подготовка к походу началась в Рюгене на Балтике и окончилась в Кристиансанне (Норвегия), где Тинеман ожидал наивысшей точки прилива, для облегчения прохода через узкие фарватеры в минных полях и новолуния, для наибольшей скрытности.

31 января 1943 г. в 5.45, получив кодированный сигнал «Утренняя звезда 8998», рейдер начал попытку прорыва. Вначале «Коронель» направился на север, для того чтобы выйти в Атлантику через Датский пролив, как это делали предыдущие вспомогательные крейсера. Но с наступлением темноты Тинеман повернул и направился на юг. К несчастью, в Гельголандской бухте корабль угодил в очень сильный шторм, который заставил его искать защиту от сорванных с якорей и свободно дрейфующих мин. Пришлось на время отказаться от похода и укрыться от непогоды 3 февраля за островом Зильт.

7 февраля «Коронель» попытался пересечь Ла-Манш в сопровождении тральщиков. Вскоре один из них подорвался на мине и был вынужден вернуться в Роттердам. Пробираясь по мелководью, в течение следующих суток вспомогательный крейсер дважды садился на мель на песчаных отмелях в районе Дюнкерка. И если в первый раз сняться с мели своими силами удалось довольно быстро — за 45 минут, то во второй — все оказалось гораздо серьезнее. Корабль настолько плотно сел на мель, что спасательные работы продолжались около восьми часов. В связи с наступлением светового дня, для защиты от вражеских самолетов, на берегу в трехстах метрах от места аварии установили четыре батареи тяжелой зенитной артиллерии. Кроме этого, прикрытие с воздуха осуществляли истребители Люфтваффе. К счастью, опасения оказались напрасными: союзная авиация пока не проявляла никакой активности. Когда следующей ночью, наконец-то, удалось вывести корабль на чистую воду, то оказалось, что оставшегося темного времени суток недостаточно для того, чтобы пройти мимо Дувра незамеченным. В итоге, жестоко разочарованному Тинеману пришлось уйти в Дюнкерк, который был слабо защищен от налетов авиации союзников.

Вся эта суматоха привлекла внимание англичан, которые поняли, что у них под носом происходит что-то серьезное. Горький опыт прорыва через Ла-Манш линейных кораблей «Шарнхорст» и «Гнейзенау» принес свои плоды. И когда в ночь на 10 февраля рейдер покинул Дюнкерк в сопровождении двенадцати тральщиков, чтобы вновь попытаться прорваться через пролив, его уже ожидали. Достигнув Гравлина по пути к Кале, отряд попал под прицельный огонь береговых батарей Дувра. В течение сорока минут, идя на полной скорости, корабль выдержал тридцать три залпа тяжелой артиллерии, но остался невредимым.[99]Затем пришла пора ночной авиации. Атака истребителей-бомбардировщиков «Уирлуинд» прошла по классической схеме: сброс осветительных бомб, затем прицельный удар. Британские летчики добились одного точного попадания — бомба пробила палубу рядом с фок-мачтой по левому борту и взорвалась. Сразу же открылась течь, и начался пожар, из-за которого пришлось затопить артиллерийский погреб № 2. Получила повреждения силовая установка, в связи с чем, скорость упала до 6 узлов. Один человек был убит, четверо ранены.

Чтобы добить поврежденный рейдер, англичане бросили на его перехват соединение в составе пяти эскортных миноносцев типа «Хант» и шести торпедных катеров. Однако германская радиоразведка, расшифровав перехваченные сообщения, оповестила об этом Тинемана, и тот сумел укрыться в Булони. Это обстоятельство спасло покалеченный рейдер, так как исход подобной встречи предугадать несложно. Уже в порту осмотр показал, что для ремонта полученных повреждений требуется не менее четырех месяцев. Эта информация, а также то, что находиться в оккупированной Франции было очень опасно, не оставляло никакого другого выбора, кроме возвращения.

«Коронель» находился в Булони еще двое суток, при этом город подвергался постоянным налетам авиации союзников. В ходе налета 12 февраля, в котором принимали участие 56 британских самолетов, рейдер не получил никаких повреждений. Однако после налета на следующий день, в котором принимали участие самолеты Королевских ВВС и 8-й воздушной армии США, Тинеман понял, что нет смысла больше испытывать судьбу, и приказал вернуться обратно в Дюнкерк. Рейдер покинул Булонь в 3.30 14 февраля. Проходя мимо Дувра, отряд кораблей вновь попал под огонь британских батарей, перенеся без потерь двадцать три залпа, и прибыл в Дюнкерк в 8.23 14 февраля.

Стало ясно, что безопасно пройти Ла-Манш невозможно, и на следующее утро Тинеман получил приказ уже от Деница о возвращении на Балтику. Однако он остался не выполненным, так как через четыре часа Дюнкерк подвергся налету союзной авиации. Удар был нанесен восемнадцатью бомбардировщиками, которые хоть и не добились попаданий в сам HSK-10, но серьезно повредили входные ворота порта, поймав рейдер в ловушку.

К 26 февраля повреждения были устранены, но густой туман делал невозможным уход из Дюнкерка. Однако он не оказался помехой для британских бомбардировщиков «Хадсон», нанесших удар с большой высоты. Одна бомба пробила корпус насквозь, пройдя через погреб 20-мм снарядов и рулевое отделение, и взорвалась уже в воде под кормой корабля, вызвав обширное затопление. Погибло трое, а еще не менее трех человек получили ранения. По счастливой случайности, ни винт, ни руль оказались не задеты. Поэтому на следующий день рейдер смог покинуть порт и выйти в море. В пути он дважды садился днищем на песчаные банки, но в обоих случаях смог самостоятельно сняться с мели. Во время перехода «Коронель» со своим эскортом подвергся атаке восьми британских катеров, но все закончилось благополучно, и 28 февраля рейдер прибыл в Куксхафен, а 2 марта перешел в Киль. После этого немцы оставили попытки прорыва вспомогательных крейсеров через Ла-Манш, а следующий рейдер «Шифф-5» («Ганза») вообще не послали в плавание.

Покинув командирский мостик крейсера, капитан-цур-зее с марта 1943 года по март 1944 года вновь находился в распоряжении ОКМ. Затем Тинеман получил назначение на тяжелый крейсер «Адмирал Шеер», став его последним командиром; после этого командовал соединением строящихся и ремонтирующихся кораблей, а с апреля 1945 г. и до конца войны — полком зенитной артиллерии ВМС. Был интернирован и вышел в отставку 19 сентября 1947 г. С образованием Федеративной Республики Германии вернулся на флот; в 1957–1960 гг. был начальником отдела в штабе ВМС, 17 октября 1957 г. получил звание флотиллен-адмирала. Умер Эрнст Тинеман 27 июня 1964 г.

 

Окончив ремонт, с 20 марта 1943 г. «Коронель» непродолжительное время использовался в качестве прорывателя минных заграждений. Затем с 23 июня по 15 октября 1943 г. на верфи ВМС в Киле его переоборудовали в корабль наведения ночной истребительной авиации. С него сняли крейсерское вооружение и установили новое: три 105-мм универсальных орудия С/32, три десятка зенитных автоматов калибром 37- и 20-мм и четыре установки неуправляемых зенитных ракет. Радиолокационное оборудование было представлено одной станцией FuMO-203 «Фрейя» и одной FuMO-65 «Вюрцбург». Он снова вошел в строй 18 октября 1943 г. под прежним названием «Того». Командиром корабля назначили корветтен-капитана Рудольфа Люка, который оставался им до конца войны. Первоначально корабль служил в системе ПВО пролива Каттегат, но затем его перевели в более безопасные воды. В марте 1944 г. «Того» базировался на Таллин, а в конце войны участвовал в эвакуации окруженных германских войск из Польши и Восточной Пруссии, попав при этом несколько раз под атаки авиации противника.

Война закончилась для несостоявшегося рейдера в мае 1945 г. в Киле, где его захватили англичане. С 13 августа 1945 г. «Того» временно вошел в состав немецкого флота, действовавшего под контролем англичан, и занимался возвращением бывших немецких солдат из Норвегии. Затем, после небольшого переоборудования в Гамбурге, судно начало ходить в Гдыню с аналогичной миссией, перевозя бывших пленных поляков на родину. С 15 января 1946 г. его хозяевами стали американцы. Закончилась эта чехарда 15 марта передачей «Того» по репарациям Норвегии. Норвежцы переименовали его в «Свалбард», ввели в состав военно-морского флота в качестве вспомогательного корабля и использовали по тому же назначению — для перевозки в фатерлянд немецких солдат, попавших в плен в Норвегии.

В 1954 г. судно в очередной раз сменило хозяина: его продали норвежскому пароходству «Скипе Тилхорн» из Кёпсвика, сменив при этом название на «Тилторн», а затем в 1955 г. на «Стелла Марина». Через два года судьба замкнула полный круг — новым старым владельцем стала компания «Воэрманн Дойче Африка Линие», по чьему заказу 18 лет назад его и построили. Неудивительно, что судну вернули первоначальное название «Того». После ремонта и модернизации помолодевший транспорт вернулся на африканские линии. Под флагом компании «Того» проплавал двенадцать лет. Но всему когда-то приходит конец, и в марте 1968 г. очередным владельцем судна стала панамская компания «Табога Энтерпрайзес Инкорпорейтед», а название сменилось на «Лакасьелла». В семидесятых годах судно совершало в основном трамповые рейсы. В 1976 г. очередная (и последняя) смена владельца — теперь им стала панамская компания «Карибеан Пил Эстейт», переименовавшая его в «Топеку». Точку в непростой и богатой событиями карьере последнего немецкого вспомогательного крейсера поставил шторм — 21 ноября 1984 г. судно было выброшено на мексиканское побережье и разрушено в точке с координатами 18°10′ с.ш. и 94°19′ з.д. При этом погибло два члена экипажа — старый рейдер не захотел уходить один.

Напоследок хочется отметить одну деталь. Вряд ли РВМ планировало использовать «Коронель» только как вспомогательный крейсер. К февралю 1943 г. уже прошло то время, когда германские рейдеры практически безнаказанно действовали на просторах мирового океана. Битва за Атлантику подходила к концу, и выигрыш в ней был явно не за Германией. Известно, что при выходе в плавание трюмы корабля были забиты стратегически дефицитными грузами для Японии. Скорее всего, его миссия была двойственной: прорыв в Страну Восходящего Солнца, а затем крейсерские операции в южных морях. Но история распорядилась иначе…

 

Шифф-5» и другие

 

В заключение немного слов о «Шифф-5» и других несостоявшихся вспомогательных крейсерах Кригсмарине.

В апреле 1940 г. при проведении операции «Везерюбунг» немецкие войска захватили на датских верфях несколько недостроенных торговых судов. Среди них оказался сухогруз «Гленгарри», строившийся в Копенгагене на верфи «Бурмейстер ог Вайн» для британской «Глен Лайн», входившей в состав «Альфред Холт энд Ко». Его передали HAPAG, но уже в сентябре 1940 г. транспорт, получивший новое название «Меерсбург», был мобилизован Кригсмарине, став «вспомогательным судном № 5» («Шифф-5»). 5 ноября 1940 г. его спустили на воду.

Первоначально «Меерсбург» использовался на Балтике в учебных целях в качестве корабля-цели для 27-й флотилии подводных лодок. В 1942 г. было принято решение перестроить его во вспомогательный крейсер. Судно вначале направили на голландскую верфь «Вилтон-Фейеноорд», а затем перевели на гамбургскую «Блом унд Фосс».

Работы велись с учетом накопленного за почти три года опыта переоборудования и использования кораблей этого класса. «Шифф-5» получил наиболее сильное вооружение из восьми 150-мм орудий и большого количества малокалиберных автоматических пушек, а также множество технических новинок: автоматизированный пост центральной наводки артиллерии, два радара (обнаружения целей и орудийной наводки), гидролокатор и катапульту для гидросамолета. Значительную часть экипажа, около 80 %, составили моряки со злосчастного «Штира». Первоначально подготовкой корабля к плаванию и комплектацией экипажа занимался бывший командир «Штира» капитан-цур-зее Герлах, которого с апреля 1943 г. сменил капитан-цур-зее Ганс Хенигст. Перестройка постоянно затягивалась из-за нехватки материалов на верфи и отсутствия квалифицированных рабочих, занятых куда более важными работами. 25 июля 1943 г., когда авиация союзников нанесла бомбовый удар по Гамбургу, судно получило повреждения. Это оказалось последней каплей, и РВМ приняло решение прекратить работы по перестройке.

В конце 1943 г. новым командиром «Шифф-5» стал капитан-цур-зее Фриц Швёрер, который оставался в должности до конца войны. 29 февраля 1944 г. несостоявшийся рейдер наконец-то вошел в состав 2-й учебной дивизии подводных лодок как учебное судно и корабль-цель под новым названием «Ганза». До конца войны он действовал на Балтике, принимая участие в эвакуации из Таллина в августе 1944 г. и Хелы в самом конце войны, 4 мая 1945 г. получил повреждения от подрыва на мине в Балтийском море. По окончании военных действий, судно попало под контроль британского Адмиралтейства, и было переименовано в «Эмпайр Хамбер». В свою очередь, судоходная компания Альфреда Холта, потерявшая за годы войны 52 судна, попробовала вернуть себе бывший «Гленгарри». Однако представителям компании не удалось договориться с бюрократами Адмиралтейства о его передаче, и тогда один из ее капитанов, Фрэнк С. Браун, просто-напросто… угнал транспорт, стоявший на отстое в шотландском Джарлохе. Ему вернули прежнее наименование «Гленгарри», под которым он плавал до 1970 г. Затем на краткий промежуток времени, менее года, его переименовали в «Дарданус», но с наступлением 1971 г. старое имя вернули, а уже в феврале транспорт был продан на слом.

 

О других судах, готовившихся стать коммерческими рейдерами, имеется гораздо меньше информации. Карл Август Мюггенталер указывает, что в 1938–1939 гг. в планах на случай начала боевых действий фигурировало 26 судов, предполагавшихся к перестройке во вспомогательные крейсера. Он же приводит сведения, что одновременно с мобилизацией «Курмарка», «Ноймарка» и «Гольденфельса» был отдан приказ начать работы на двух недостроенных судах водоизмещением 3000 т, однако потом от этого отказались, посчитав, что они слишком малы и окажутся легковооруженными. Первоначально входивший в список «Иллер» затем заменили однотипным «Эмсом». Известный немецкий историк флота Тео Доргайст сообщает, что мобилизационный план составлялся в РВМ сроком только на месяц, и в него постоянно вносились коррективы, поэтому точного перечня никогда не существовало. Эрих Тренер в своем справочнике приводит наименования всего шести судов: «Найденфельс», «Мольткефельс» (однотипные с «Атлантисом»), «Амерскерк» («Шифф-49»), «Минден» (бывший «Лодзь», однотипный с «Михелем»), «Кобург» и «Марбург» (два последних — новой постройки). Из этого можно сделать вывод, что, по крайней мере, вся серия сухогрузов типа «Эренфельс» компании «Ганза», к которой принадлежали «Атлантис» и «Пингвин», планировалась к переоборудованию во вспомогательные крейсера.

18 мая 1942 г. Командный отдел ОКМ представил в РВМ информацию о дальнейших планах в отношении переоборудования торговых судов во вспомогательные крейсера, с учетом неудовлетворительного положения верфей и из-за отсутствия у флота необходимого количества материалов (особенно цветных металлов, в частности меди). На ее основе были приняты решения:

1) отказаться от планов перестройки в HSK трех однотипных судов, строящихся для NDL на верфи «Кокрилл» в Антверпене (строительные номера 2312, 2313 и 2314);

2) срочно начать в особом режиме перестройку «Шифф-49» («Амерскерк») в HSK-12 на верфи «Вилтон-Фейеноорд» в Схидаме;

3) отказаться от перестройки в HSK по проекту «Шифф-49» («Амерскерк») однотипных с ним «Аннекерк» и «Арендскерк»;

4) в случае необходимости начать перестройку в HSK по подобию «Шифф-49» транспортов «Мольткефельс» и «Найденфельс», однотипных с «Атлантисом» и «Пингвином», и планировавшихся к перестройке еще в 1940 г. На работы предполагается не более шести месяцев;

5) находящиеся в Голландии материалы для предполагавшейся постройки теплоходов «Аннекерк» и «Арендскерк», могут использоваться, в случае необходимости, для работ на «Шифф-49», «Мольткефельсе» и «Найденфельсе».

 

Однако все эти планы остались только на бумаге. Судьба упомянутых здесь судов сложилась по-разному:

«Амерскерк » («Шифф-49») — 21 ноября 1942 г. прибыл для перестройки в HSK-12 на верфи «Вилтон-Фейеноорд» в Схидаме. Работы не завершены, переоборудован в судно-цель. 15 июня 1944 г. во время перехода из Схидама в Гамбург потоплен британскими торпедоносцами «Бофайтер» у голландского острова Скирмонниког (53°35′ с.ш./6°10′ в.д.).

«Иллер » — 9 октября 1944 г. потоплен авиацией у острова Эзель.

«Кобург » — спущен на воду в 1944 г., вошел в строй в 1946 г. Служил под различными флагами, разобран в 1979 г.

«Марбург » — достроен в 1946 г. Служил под различными флагами, разобран в 1978 г.

«Минден » — использовался Кригсмарине как судно-цель. После окончания войны был захвачен англичанами и переименован в «Эмпайр Нидд». В 1947 г. передан Польше как «Генерал Вальтер», пошел на слом в 1970 г. в Гонконге.

«Мольткефельс » — 11 апреля 1945 г. в Хеле атакован советской авиацией, загорелся и выбросился на берег. После войны не восстанавливался и был разобран на металл.

«Найденфельс » — после окончания войны был захвачен англичанами и переименован в «Эмпайр Ди». В 1946 г. передан СССР как «Адмирал Ушаков». В октябре 1975 г. разобран в Сплите.

 

 

«Конец игры»

 

Итак, 17 октября 1943 г. — с гибелью «Михеля» — рейдерские операции Кригсмарине, продолжавшиеся три с половиной года, закончились. Руководство войной на море, ведшее игру на огромной шахматной доске мирового океана с помощью рейдеров, судов снабжения и блокадопрорывателей, проиграло партию британскому Адмиралтейству. Тем не менее, до самого конца войны РВМ не прекращало изучать результаты деятельности коммерческих рейдеров. Штабисты анализировали Журналы боевых действий и другие документы, готовя на их основе секретные приказы, циркуляры и сводки, касающиеся описания и анализа действий крейсеров. Эта работа так и осталась не оконченной.

 

«Времена использования немецких надводных кораблей для войны в океанах прошли безвозвратно, — писал бывший командующий флотом адмирал Вильгельм Маршалль. — При невиданном усилении активности авиации западных союзников и регулярно ведущейся ими воздушной разведке просторов Атлантики с использованием авианосцев и новых средств радиолокации всякое появление немецких кораблей могло привести только к быстрому их уничтожению без всякой надежды на успех».

 

Ему вторил другой немецкий адмирал — Фридрих Руге:

 

«Пришел конец одному из методов ведения войны на море, который вряд ли мог быть успешным в эпоху самолета и радара. В итоге, включая и потери, понесенные от поставленных мин, действия вспомогательных крейсеров обошлись противнику в 950 тыс. брт потопленного тоннажа, а это почти равно годичной продукции британских верфей».

 

Хотя реальные цифры, подтвержденные противной стороной, несколько меньше, можно сказать, что в борьбе против торгового судоходства противника вспомогательные крейсера добились наибольшего успеха среди надводных кораблей германского флота. Ими было уничтожено или захвачено в качестве призов 136 судов противника общим тоннажем свыше 840 тысяч брт, что составляет 51 % от суммарного тоннажа, потопленного надводными силами, а также 1 легкий крейсер. Таким образом, среди надводных кораблей они занимают ведущее место, хотя и безнадежно уступают подводным лодкам.

Начиная с дизельных «карманных линкоров» типа «Дойчланд», все последующие тяжелые корабли ВМФ Германии — линкоры типов «Шарнхорст» и «Бисмарк», а также тяжелые крейсера типа «Адмирал Хиппер», — строились, в том числе, и для сокрушения морской торговли противников. Поэтому сравним успехи вспомогательных крейсеров с результатами их «аристократических» коллег. Итак, действия «карманных» линкоров обошлись союзникам в 29 торговых судов общим тоннажем 171 тыс. брт, тяжелых крейсеров — в 12 судов и 63 тыс. брт, линкоров типа «Шарнхорст» — в 24 судна и 138 тыс. брт, линкоров типа «Бисмарк» — 0. Таким образом, на счету надводных рейдеров специальной постройки 65 судов в 372 тыс. брт против 136 в 840 тыс. брт, причитающихся вспомогательным крейсерам.

Казалось бы, выводы лежат на поверхности. Самые большие и современные германские линкоры «Бисмарк» и «Тирпитц» за немногие свои выходы в море не потопили ни одного транспорта. Успехи других тяжелых кораблей, с учетом их стоимости и боевых качеств, также не могут считаться выдающимися. А вот вспомогательные крейсера — собственно, не боевые корабли вовсе: тихоходные, слабо вооруженные торговые суда, затраты на переоборудование которых ну никак не соразмерны со стоимостью постройки крейсера или линкора, — вели активную боевую деятельность, находясь в плаваниях по множеству месяцев, и уничтожили куда больше тоннажа, не говоря уже о том, что ими было захвачено 29 призов.

Но все не так просто. Крупные корабли Кригсмарине, хоть и не добились огромных результатов по потопленному тоннажу, создавали гораздо большее напряжение на торговых путях, так как из-за них задерживались конвои, которые приходилось прикрывать линкорами (что, в частности, привело к торпедированию линкора «Малайя»), да и чисто психологический эффект от их действий на коммуникациях был выше. Достаточно вспомнить «Тирпиц», который, по словам английского историка Дэвида Вудворта, являлся «головной болью Адмиралтейства, беспокойство которого начинало граничить с паникой». Не менее красочно об этом корабле, так и ненанесшем никакого реального урона противнику, выразился и британский премьер-министр Уинстон Черчилль:

 

«Он создает всеобщий страх и угрозу во всех точках сразу».

 

Ни один вспомогательный крейсер своими действиями не смог добиться аналогичного результата. Хотя впрочем, никто и не ставил перед ними таких целей. Основными районами деятельности коммерческих рейдеров все-таки являлись удаленные участки мирового океана, где не могли долго и успешно оперировать остальные боевые единицы Кригсмарине.

Действия немецких рейдеров в 1940 г., когда шесть кораблей «первой волны» потопили и захватили 58 торговых судов вместимостью 400,8 тыс. брт, показали, что усилия англичан оказать им противодействия на тот момент окончились провалом. В первой половине 1941 года потери продолжали оставаться высокими, но уже к его концу торговые коммуникации союзников оказались почти свободны от вспомогательных крейсеров противника, два из которых были потоплены.

В связи с этим можно немного поспорить с утверждениями немецких адмиралов, приведенными выше. И радар, и самолет, в сущности, сыграли не такую уж большую роль в антикрейсерских операциях союзников. С воздуха были обнаружены только «Пингвин» и «Атлантис», причем о нахождении второго в заданном районе, англичане знали уже заранее из расшифрованных сообщений. А уж радар точно не оказал никакой помощи. Успех союзников, в первую очередь, связан с внедрением эффективной системы контроля за торговым судоходством во всех частях света, в том числе, с введением системы конвоев, атаковать которые было для вспомогательных крейсеров смерти подобно. Немецкие рейдеры изначально были вынуждены действовать вдали от наиболее оживленных судоходных трасс из-за того, что последние лучше прикрывались. А с началом войны интенсивность движения в районах их деятельности еще более упала. Кроме этого, британскому Адмиралтейству удалось усилить патрулирование опасных участков океана кораблями и авиацией. Реальными жертвами противорейдерских действий союзников стали только «Атлантис», «Пингвин» и «Корморан». «Штир» и «Михель» во многом сгубили ошибки в действиях их экипажей, к тому же, на судьбу второго роковое влияние оказало отсутствие координации действий с японским военно-морским командованием. Остальные рейдеры погибли, уже не будучи в походе.

 

* * *

 

В завершение приведем немного любопытной статистики:

наибольшее количество дней проведенных в море: 642 («Тор» за два похода), 622 («Атлантис» за один поход);

наибольший тоннаж потопленных и захваченных судов: 154 739 брт («Пингвин» вместе с «Пассатом»), 152 584 брт («Тор» за два похода), 144 506 брт («Атлантис» за один поход);

наибольшее количество потопленных судов: 18 («Тор» за два похода), 16 («Атлантис» за один поход);

наибольшее количество призов: «Пингвин» — 16;

лучший результат на день нахождения в море: 25 700 брт («Пингвин», призы), 17 801 брт («Тор», потоплено);

самое крупное потопленное судно: норвежская китобойная база «Космос», 17 801 брт («Тор»);

наиболее пострадавший судовладелец: «Бритиш Танкер Компани» (4 судна, 24 342 брт), «Лэмпорт энд Хольт» (3 судна, 25 649 брт).

 

Вступление в войну США, окончательно поставило крест на планах ведения Германией океанской крейсерской войны. И если в первой половине 1942 г. немцам таки удалось отправить в поход еще три рейдера, то остальные попытки, в связи с плотной морской и воздушной блокадой территории Германии и оккупированных ею стран, окончились полной неудачей. Единственным эффективным оружием Третьего рейха на море осталась подводная лодка. Тем не менее, действия немецких вспомогательных крейсеров принадлежат к одним из самых ярких и интересных страниц истории морских сражений Второй мировой войны.





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...