Главная Обратная связь

Дисциплины:






Энциклопедия Звездных войн 22 страница



И чуть не расшиб нос о костлявую спину сенатора, ибо оба чужака внезапно встали как вкопанные.

Ландо восстановил равновесие и протиснулся между ними, пытаясь понять, что повергло в ступор эту непрошибаемую парочку.

Комната была обставлена скудно — в ней практически ничего и не было, кроме стенных тактических мониторов и двойного кольца дублирующих экранов с командирским креслом в центре. Рядом с креслом стоял человек в форме майора. А тот, кто поднимался сейчас им навстречу…

Ландо почувствовал, как сердце на всякий случай пропустило пару ударов. Нет. Нет, нет и еще раз нет. Этого не могло быть. Никак. Совсем.

Но это было.

— Добрый день, господа, — Гранд адмирал Траун поднял руку в приветственном жесте. — Примите мои извинения, за несколько нетрадиционный метод, который нам пришлось применить, чтобы пригласить вас. Проходите, прошу вас.

Казалось, каждое мгновение тянулось вечность. Застыв столбом, парализованный ужасом, Ландо до рези под веками вглядывался в это лицо. Этого не может быть, крутилось у него в голове. Гранд адмирал Траун мертв. Траун мертв. Траун точно мертв. Траун должен быть мертв…

И тем не менее он стоял перед ними. Очень даже живой.

Никто так и не пошевельнулся.

— Проходите же, — повторил Траун; на этот раз в его голосе прорезались командные нотки.

Миатамия шевельнулся и неуверенно двинулся вперед. Его секретарь машинально присоединился к нему. Ландо, все еще в шоке, прошел следом, спиной чувствуя, как втягиваются за ними шестеро замыкающих штурмовиков.

— Достаточно, — резко сказал майор, когда Миатамия остановился метрах в трех от внешнего круга экранов. — Оружие у них изъяли?

— Ни у кого из задержанных оружия при себе не было, — доложил командир штурмовиков.

Ландо покосился направо и заметил, что трое из них заняли позицию на фланге, взгляд через плечо подтвердил, что командир и двое оставшихся перекрыли отходы к двери. Простое, но эффективное построение, которое позволяет, с одной стороны, обеспечить жесткий конвой, а с другой — не попасть под перекрестный огонь друг друга. Грамотно, словом.

— Да, капитан Калриссиан, мои солдаты будут осуществлять особо строгий надзор за вами. После тех, гм, неприятностей на Билбринги мне пришлось согласиться на усиленные меры безопасности. Но, конечно же, это не означает, что я опасаюсь неприятностей с вашей стороны…

— Конечно же, — согласился Ландо, снова поворачиваясь лицом к… человеку, похожему на Трауна.

Конечно же — это розыгрыш. Траун мертв. Имперское командование это официально подтвердило.

И тем не менее…

— Вы замечательно выглядите, Гранд адмирал, — заговорил Миатамия. — Должен признаться, я был удивлен, увидев вас здесь.



Траун сдержанно улыбнулся.

— Мое появление удивило многих, сенатор Миатамия. И еще гораздо более многим предстоит удивиться. Но я не стал бы приглашать вас на борт только ради того, чтобы выпить за мое здоровье. На самом деле, я хотел вас видеть…

— Как вам удалось выжить на верфях Билбринги? — выпалил Ландо. — В имперских сводках говорилось, что вы мертвы.

— Не сметь перебивать Гранд адмирала! — пролаял майор, надвигаясь на Калриссиана.

— Спокойно, майор, — не повышая голоса, произнес Траун, остановив порыв своего подчиненного вялым, почти апатичным мановением руки. — В определенных обстоятельствах некоторое неумение держать себя в руках, как последствие шока, вполне простительно.

— Но тем не менее вы не ответили на вопрос капитана, — безразличным тоном заметил Миатамия.

Ландо показалось, что лицо Гранд адмирала на мгновение исказилось, словно от болезненного воспоминания. Возможно, только показалось…

— Мне удалось остаться в живых благодаря уникальному сочетанию нескольких факторов, — сказал Траун. — Простите, если я воздержусь от изложения подробностей?

— Но имперские рапорты? — повторил Ландо.

— В имперских рапортах говорилось то, о чем я сам разрешил им доложить, — пояснил Траун. — Это было необходимо на время моего выздоровления… Впрочем, — он вдруг оборвал сам себя, — похоже, я ошибался в вас, капитан Калриссиан, — продолжал он снова заледеневшим тоном, — и в вас, сенатор. Я предполагал, что вы, встретившись с тем, кто, по вашему представлению, восстал из мертвых, в первую очередь заинтересуетесь тем, что он хочет сказать вам, нежели тем, что с ним произошло по дороге. Я был не прав, — он обратился к десантнику, стоящему за спиной Ландо. — Командир, вы можете проводить гостей обратно на их корабль. Майор, разведка подтвердила местонахождение сенатора от ишори Дкс'оно?

— Примите наши глубочайшие извинения, адмирал, — поспешно заговорил Миатамия, когда штурмовики шагнули к ним. — Как вы сами совершенно верно подметили, мы поначалу были несколько шокированы. Но теперь мы слушаем вас со всем надлежащим вниманием.

Траун очередным мановением руки остановил штурмовиков.

— Прекрасно, — кивнул он. — То, что я хочу сообщить вам, достаточно просто для понимания. Вас уже предупредили о том, что некоторые из ботанов оказались вовлечены в попытку геноцида на Каамасе. Я пришел, чтобы предложить свою помощь в восстановлении справедливости и наказании виновных.

Миатамия склонил голову набок, словно ему приходилось напряженно прислушиваться.

— Простите?

— Нет, вы правильно расслышали, — заверил его Траун, снова позволив себе улыбнуться. — Я предлагаю свою помощь.

Миатамия вывернул голову чуть ли не на полоборота назад, посмотрел на Ландо, вернул шею в нормальное состояние и выдохнул:

— Но как?

— Путем выявления фракций, которые замешаны в преступлении, конечно же. Если президент Гаврисом действительно хочет, чтобы кризис разрешился, все, что ему надо сделать, это обратиться ко мне. Все, что мне потребуется сделать, чтобы узнать правду, — это прилететь на Ботавуи и несколько минут побеседовать с каждым из лидеров кланов.

Миатамия снова наклонил голову к плечу.

— Главы кланов на Ботавуи заявили, что они не знают, кто из подвластных им ботанов замешан в злодеянии.

— О, бросьте, сенатор, — надменное превосходство прорезалось в голосе Трауна с новой силой, — неужели вы думаете, что они могут сказать что-либо другое?

Миатамия, казалось, погрузился в раздумья.

— И вы полагаете, что сможете узнать правду, просто побеседовав с ними?

— Да, — мерцающие красные глаза на мгновение вспыхнули.

Последовало недолгое молчание.

— Разве для вас не было бы проще просто разыскать соответствующие имперские записи и передать их нам?

— Конечно, это было бы проще, — согласился Траун. — Более того, такой поиск уже ведется. Но главная имперская библиотека на Бастионе довольно велика, знаете ли. Процесс поиска может занять недели, а то и месяцы. Я не думаю, что вы располагаете таким временем, не так ли?

— Кажется, вы убеждены, что Новая Республика столкнулась с серьезным кризисом, — сказал Миатамия. — Но нам уже приходилось переживать подобные кризисы в прошлом.

— Ваша вера в свои силы достойна восхищения, — Траун откинулся в кресле, — но я бы посоветовал вам все же донести мое предложение до руководства Альянса, вместо того чтобы поспешно отклонить его в одностороннем порядке.

— Я не говорил, что отклоняю ваше предложение, адмирал, — сказал Миатамия.

— Нет, конечно, нет, — улыбнулся Траун. В его тоне звучала такая осведомленность, что Ландо почувствовал себя совсем уж неуютно. — Я не вижу смысла продолжать обсуждение, сенатор. Прошло довольно много времени с тех пор, как я в последний раз имел удовольствие сталкиваться с острым разумом диамалов, но, к сожалению, меня ждут другие дела. Я передал вам свое предложение, большего не требовалось. Командир, проводите их на корабль. Прощайте, капитан и сенатор.

— Один вопрос, если позволите, адмирал, — быстро сказал Ландо, когда штурмовики, стоявшие у него за спиной, шагнули вперед.

Только сейчас он настолько пришел в себя, чтобы вновь обрести способность здраво рассуждать. Был только один способ проверить, не является ли все это розыгрышем.

— Мне уже приходилось встречаться с вами однажды. Правда, настоящей встречей это назвать нельзя, я просто видел вас со стороны. Вы были в компании известного контрабандиста Тэлона Каррде. Не напомните ли мне, когда и где это было?

Траун потемнел лицом.

— Если это проверка, капитан, то вы выбрали не лучший предмет. Во время своего восстановления от травм я затратил бездну времени, чтобы взыскать с Каррде плату за его многочисленные предательства. Мне не нравится, когда мне напоминают об этом человеке, особенно учитывая, как недолго ему осталось жить. Если хотите, можете передать ему это.

— Я понял, — выдавил Ландо.

Что и говорить, времена безрассудной молодости, когда он мог позволить себе надеяться лишь на госпожу удачу, давно миновали. Выражение лица Трауна вполне определенно отметало возможность дальнейших вопросов.

Но Миатамия снова проявил дотошность.

— Вы не ответили на его вопрос, адмирал, — с постной миной заметил он.

Бешеный взгляд горящих алых глаз переместился на сенатора. На одно ужасное мгновение Ландо охватила уверенность, что Траун прикажет их пристрелить на месте. Все троих. Но, к его облегчению, адмирал вдруг улыбнулся.

— Ну конечно же, разум диамала, — совершенно спокойно произнес он. — Как я мог упустить. Мои извинения, сенатор, — он повернулся к Ландо. — Вы намекаете на мою встречу с Талоном Каррде на его базе, которая располагалась на планете Миркр. Я разыскивал Люка Скайуокера. Вы и еще кто-то — генерал Соло, как я могу предположить, — наблюдали за нашей высадкой из леса.

У Ландо по спине побежали мурашки.

— Вы знали о нас?

— Я знал, что там кто-то есть, — ответил Траун. — Вам ведь известно, что у отборных штурмовиков шлемы оборудованы сенсорами повышенной чувствительности. Один из них уловил блик от макробинокля.

— Вы ничего не предприняли? — спросил Миатамия.

Траун пожал плечами.

— В тот момент я предположил, что это всего-навсего люди Каррде присматривают за тем, чтобы мои штурмовики, так сказать, не переусердствовали. Поскольку при той плотности листвы, которая имела место, даже тяжелый бластер не смог бы причинить нам вреда, я приказал оставить наблюдателей в покое, — Траун едва заметно дернул уголком рта. — Последующие события, конечно же, показали, что я неверно оценил ситуацию. Я удовлетворил ваше любопытство, капитан Калриссиан?

Ландо сглотнул и заставил себя кивнуть.

— Да, адмирал.

— Хорошо, — без тени раздражения произнес Траун, — Благодарю вас, господа, за то, что уделили мне время. Еще раз примите мои извинения за непредвиденную остановку. Командир, проследите, чтобы наши гости благополучно добрались до своего корабля.

Тридцать минут спустя, сидя у пульта управления «Госпожи удачи», Ладно имел сомнительное удовольствие наблюдать, как заградительный крейсер и «звездный разрушитель» ушли в синхронный прыжок за скорость света.

— Как вы сказали, сенатор, — пробормотал он, — иногда все же случается непредвиденное. Я очень рад, что те, кто успел подготовиться, всегда могут найти выход.

Миатамия промолчал. Может быть, на этот раз ему нечего было сказать. В порядке исключения.

Поморщившись, Ландо активировал контрольную панель и вернул яхту на ее курс — к Корусканту. Президенту Гаврисому это не понравится. Ничуточки.

Как и всем остальным.

* * *

Никаких выходов на связь на данный момент времени в плане не значилось. И тем не менее над пластиной голографического проектора мерцало изображение майора Тиерса — в четверть натуральной величины.

— Передача закодирована, — сказал Дисра, бросив взгляд на дисплей. Оценив уровень защиты, он почувствовал, как ледяной бур пережевывает его внутренности. Что-то случилось. Что-то очень нехорошее… — Что произошло?

— Ничего ужасного, если вы это имеете в виду, — ответил Тиерс. — Все материалы операции шифруются.

— Отрадно слышать, — проворчал Дисра. — Тогда что заставило вас сегодня пойти на риск открытой связи?

— Я знаю, что вы испытываете определенное беспокойство, — мягко сказал гвардеец. — Мне просто хотелось внести немного ясности, чтобы облегчить вам жизнь.

Дисра позволил себе саркастически улыбнуться. Голограмма такого размера все равно не позволяет передать тонкости мимики.

— Большое спасибо, майор. Я высоко ценю вашу заботу. Так что, наша марионетка сыграла свою роль приемлемо?

— Даже более того. Я бы сказал, он был великолепен, — сказал Тиерс. — Они были у него как на ладони — с момента появления и до самого ухода.

— И что же, никаких неожиданностей?

— Практически никаких. Ландо пытался подловить его, расспрашивал о том эпизоде, когда Траун встречался с Каррде на Миркре. К нашему счастью, он хорошо изучил мой отчет о том времени, когда я сопровождал Трауна. Он знал ответ.

— К его счастью, вы хотели сказать, — произнес Дисра с легким оттенком угрозы в голосе. — Когда вы возвращаетесь?

— Это еще одна причина, по которой я связался с вами. Думаю, сейчас, раз уж мы здесь, нам стоит пока остаться в оккупированной Альянсом области.

Дисра нахмурился, буравчик в его печенке снова активизировался.

— Зачем еще?

— Мне бы хотелось немного осмотреться тут, — ответил майор. — Активизировать кое-какие незадействованные пока контакты. До некоторых из них мы не могли докричаться раньше из-за дальности расстояния. Но главным образом — я хочу увидеть реакцию Корусканта на возвращение Трауна.

— Возможно, он пошлет полсотни звездных крейсеров, чтобы уничтожить вас, — фыркнул Дисра. — Это безумие, Тиерс. И, кроме того, этого не было запланировано.

— В ходе военных действий планы часто приходится менять на ходу, ваше превосходительство, — хладнокровно парировал бывший гвардеец.

— У меня были совсем другие виды на Флима, — взъярился Дисра. — И вам это прекрасно известно!

— А вам, в свою очередь, известно, что я, как только присоединился к вам, сразу сказал, что мы можем поступить лучше, чем так, как вы имели в виду! — парировал Тиерс.

Губернатору оставалось только скрипеть зубами в бессильной ярости.

— Вы обрекаете на гибель весь план. И себя, как часть сделки, тоже.

— Напротив, — даже уменьшенная голограмма не могла скрыть самодовольной ухмылки майора. — Я собираюсь вернуть Империю на дорогу доблести.

— Тиерс…

— Мне нужно идти, ваше превосходительство, — перебил майор. — Нам не стоит оставаться на связи слишком долго, как бы тщательно ни были закодированы передачи. Не беспокойтесь, в мои планы не входит бросок на «Неспокойном» к Корусканту или еще какая-нибудь глупость. Я просто хочу еще немного побыть здесь. Назовите это интуицией.

— По моему опыту, полагаться на интуицию — самый быстрый способ лишиться шансов на успех, — проворчал Дисра.

Но Тиерс держал его за глотку, и они оба это хорошо понимали. Последнее, что стал бы делать Дисра, — это посылать на перехват флот сектора Браксант.

— Как долго вы намерены там оставаться?

Тиерс пожал плечами.

— Пару недель. Возможно, дольше. В зависимости от…

— От чего же?

— От того, получу ли реакцию, которой жду. Безусловно, я поставлю вас в известность, как только это произойдет, если произойдет вообще.

— Хорошо, — без энтузиазма одобрил Дисра. — Безусловно, как только флот Новой Республики появится в системе Бастиона, если появится вообще, я в свою очередь сразу же поставлю в известность вас.

Тиерс улыбнулся.

— Благодарю вас, ваше превосходительство. Я не сомневался, что вы все поймете правильно.

Изображение мигнуло и исчезло. Дисра откинулся в кресле и принялся сверлить глазами ни в чем не повинную пластину голографического проектора. Это становилось непредсказуемым. Собственно, все вообще летело кувырком. Что ж, он достаточно долго позволял Тиерсу вставлять ему палки в колеса. Пора немного поприжать нашего бравого гвардейца. И напомнить ему, кто здесь главный, а кому драить гальюны.

На данный момент Дисра не очень хорошо представлял себе, как бы это организовать. Надо было все хорошенько обдумать.

 

 

Сенатор от Диамалы закончил свой доклад и вернулся на свое свидетельское место, рядом с Ландо. Лейе вдруг почудилось, что Великая конвокационная палата наполнилась пронизывающим холодом.

Случилось невозможное. Гранд адмирал Траун вернулся из небытия.

— Я не вижу здесь проблемы, — с вызовом произнесла сенатор от Ликашана. Ее пронзительный голос, усиленный аппаратурой, резал ухо. — Нас много, имперцев мало. Дайте нам объединиться, и мы сообща выступим против них. И на этот раз, не останавливайте нас до тех пор, пока мы окончательно их не уничтожим.

— Если ты думаешь, что это еще поможет, ты — дура, — бесцеремонно заявил сенатор от Сронка. — Я видел, как этот Траун играючи оборонял мой мир десять стандартных лет назад. У него тогда не было ничего, кроме семи дредноутов флота «Катана». Он не стал бы оповещать нас о своем возвращении, если бы не подготовился к решающему натиску, который уже не покажется нам игрушечным.

— У них осталось не больше тысячи миров, — презрительно сказал сенатор, расу которого Лейя не смогла вспомнить, — не больше сотни «звездных разрушителей» и меньше тысячи более мелких кораблей. Вы что, полагаете, что эта жалкая горстка может всерьез противостоять грому нашего оружия?..

— Прошу вас, — перебил его президент Гаврисом. — На Совете мы уже слышали ваши опасения и ваши тревоги. Но сейчас я хотел бы, чтобы вы тщательно взвесили все последствия, которые может иметь эта новость. Время скороспелых решений и необдуманных действий давно миновало.

— Упреждающий удар — это не то же самое, что преждевременное действие, — возразил чей-то капризный голосок. — Я согласен с сенатором от Ликашана. Мы должны выступить немедленно и уничтожить жалкие остатки Империи.

— Да, — пропищала ликаша. — Однажды мы уже почти разгромили адмирала Трауна. Нельзя дать ему время, чтобы подготовить настоящее нападение.

— У него уже было достаточно времени, — рявкнул сронк. — Вы что, не слышали, что я сказал?! Он бы не объявился, если бы не был готов!

— Но ситуация уже не та, что десять лет назад, — напомнила Лейя, стараясь унять дрожь в голосе, чтобы ужас, который витал в зале не питался бы еще и ее собственным страхом. — Тогда на Трауна еще работала почти четверть старой Империи. Как уже говорилось только что, в настоящий момент практически все ресурсы, которыми он мог воспользоваться, больше не существуют.

— Так давайте же наконец избавимся от него! — выкрикнул кто-то. — Давайте уничтожим его раз и навсегда. Прямо сейчас!

— Мы не можем уничтожить его, — сказал Гаврисом. — Даже если мы очень захотим. И я вовсе не уверен, что это было бы самым правильным ответом на его предложение.

— Почему не можем? — настаивала ликаша. — Военный флот Новой Республики намного больше, чем у остатков Империи.

Мэрдосианский сенатор прорычал что-то на своем языке.

— Вы что, всерьез допускаете, что мы можем позволить ему допрашивать представителей властей Новой Республики? — раздался перевод в наушнике Лейи. — Это безумие.

— Но ему не нужны все мы, — напомнил сенатор от Киантара. — Он хочет поговорить только с ботанами.

Ответом ему был новый рык.

— Вы действительно верите, что все дело ограничится ботанами? — прозвучало в наушнике. — Если так, вы сами недалеки от сумасшествия.

Президент Гаврисом нажал кнопку на своей панели управления, отключая звуковую аппаратуру. Подождал, пока перепалка стихнет, и снова включил.

— Прошу вас, — примирительно сказал он. — Давайте не будем отвлекаться. Безусловно, мы не собираемся позволить представителю имперских властей допрашивать лидеров какого-либо из миров Новой Республики. Но предложение выступить против Империи, объединив усилия, в данный момент было бы столь же неприемлемым. Несмотря на то что формально мы действительно находимся в состоянии войны, последние столкновения были немногочисленны и в большинстве своем случайны. Кроме того, хотя наши вооруженные силы и превосходят по численности армию Империи, сейчас они рассеяны по всей Галактике, — он с мягким упреком тряхнул гривой. — Поскольку, как вы все знаете, мы пытаемся предотвратить угрозу сотен внутренних конфликтов.

— Оччень подхходящщий момент, — с присвистом произнес сенатор от гарушей. — По крайней мере для Империи.

— Возможно, именно они и спровоцировали все эти беспорядки, — предположил кто-то с нескрываемым отвращением в голосе. — Это было бы вполне в стиле Трауна — раздуть пламя дурацкой ненависти и примитивных бредней о геноциде…

— Не смейте называть борьбу нашей жизни дурью! — вскинулась сенатор от Форшфула. — Что же касается геноцида, то я нахожу очень символичным, что прослеи, наши угнетатели, готовы простить ботанам их действия относительно каамаси. Долг всех разумных существ — признать, что подобное отношение представляет угрозу не только для моего народа, но для всего сектора Иминис.

Гаврисом снова отключил звук. Теперь тирады форшфулианки слышали только ее соседи по залу.

— Я благодарю сенатора сектора Иминис за ее ценное замечание, — произнес президент. — Но напоминаю, что сейчас не время для подобных выступлений.

— Президент Гаврисом, я хотел бы высказаться, — раздался известный Лейе голос.

Голос звенел от хорошо знакомой злости и разнесся по залу, заполнив собой все пространство, несмотря на отключенную акустику.

Лейя посмотрела туда, откуда донесся этот неслабый голос. Сенатор от ишори Гхос Дкс'оно возвышался над столом, вдохновенно трепеща всем телом.

У представителей его расы глубокие размышления всегда сопровождались подобным трепетом.

— Говорите, сенатор, — Гаврисом снова включил звук. — Но предупреждаю вас: точно так же, как я не допустил на этом собрании обвинительных речей против прослеев, я не допущу тирад, обличающих диамалов.

— Я не собираюсь обличать, — пролаял Дкс'оно. — Я хочу только напомнить собранию, что все, что у нас есть, — это голословное утверждение сенатора от Диамалы, что он действительно видел этого Трауна. Я также хочу напомнить сенаторам, что он закончил свои свидетельские показания намеком, что, если мы не хотим столкнуться с предполагаемой более страшной угрозой, мы должны отказаться от вмешательства в дела ботанов, оставив виновных безнаказанными.

— Вряд ли возвращение Гранд адмирала Трауна можно назвать «предполагаемой» угрозой, сенатор Дкс'оно, — с типично диамальским хладнокровием возразил Миатамия. — Только то, что в прошлый раз его удалось остановить как раз в тот момент, когда он еще не достиг рубежей миров ишори, еще не значит, что он и на этот раз позволит вам остаться на свободе.

— Не пытайтесь обвинить меня в том, что я думаю только о безопасности ишори, — выпалил Дкс'оно. — Ишори переживают за безопасность всех народов Новой Республики. Но в то же время мы требуем справедливости для всех народов.

— Народ Диамалы приветствует справедливость во всех ее формах, — сказал Миатамия. — Просто мы не считаем, что слепая жажда мести имеет хоть какое-то отношение к справедливости.

— Только глупец мог подумать, что наши требования продиктованы жаждой мести, — огрызнулся Дкс'оно. — Но речь не о том, — поспешно добавил он, заметив, как кончик крыла Гаврисома дернулся к выключателю. — Речь идет о том, что вы сделали заявление, которое способствует росту авторитета вашей политической позиции и доверия к ней, но оно не имеет подтверждений из независимых источников.

— Вы полагаете, что присутствующий здесь генерал в отставке Ландо Калриссиан не является независимым источником? — спросил Миатамия.

— По вашим собственным словам, он обратился к вам с просьбой об оказании военной помощи, — пролаял Дкс'оно. — Вы действительно хотели, чтобы после этого мы считали его беспристрастным?

— От имени капитана Калриссиана я возмущена вашими намеками, сенатор, — Лейя обнаружила, что она, оказывается, вскочила со своего места. — Он всегда был стойким приверженцем и верным союзником как Новой Республики, так и Альянса. Если Ландо говорит, что видел Трауна, значит, так оно и было.

— Он действительно был другом и союзником, — согласился Дкс'оно. — Но он также был и контрабандистом, и азартным игроком, опытным мошенником и лгуном, который был готов на все, лишь бы заполучить то, что хотел. В данный момент он является прежде всего деловым человеком, который вложил капитал в бурение океанических скважин. Удастся ли ему получить прибыль, зависит от помощи, которой он добивался от Диамалы. Так скажите же нам, советник Органа Соло, какими из этих двух предпосылок он руководствуется?

Лейя посмотрела на Ландо, который молча сидел с мрачным видом позади Гаврисома.

— Я знаю Ландо шестнадцать лет, — спокойно сказала она. — Я могу лично поручиться за его честность.

— Прекрасно, — фыркнул Дкс'оно. — Вы можете ручаться за него, сколько вам будет угодно. Давайте предположим, просто ради интереса, что он действительно видел кого-то на том «звездном разрушителе». Но где гарантия, что это был именно Траун, а не кто-то еще?

Лейя нахмурилась, пытаясь прочитать его мысли. Но все, что ей удалось разобрать, — это злоба на поверхности, которая успешно маскировала все остальные мотивы.

— Вы полагаете, что Империя фальсифицировала встречу?

— Это вполне могла быть фальсификация, — произнес ишори, сверля Миатамию взглядом, — но не обязательно ее организовала Империя. Всем известно, что на территориях Новой Республики присутствует множество «звездных разрушителей». Некоторые из них, если верить слухам, даже находятся в частных руках. И, как я уже обращал ваше внимание, это предполагаемое послание, которое нам передал этот предполагаемый Траун, удивительным образом оказалось на руку Диамале, укрепляя их позицию по вопросу ботанов. Совпадение? Или тщательно подготовленная подделка?

— Способность манипулировать своими противниками — один из талантов Трауна, — вступил в разговор Фей'лиа.

— Этим талантом славится не только он, — перебил Дкс'оно. — Ботаны, например, тоже большие мастера этого искусства. Так же, как и диамалы.

— Человек в форме Гранд адмирала Трауна знал о моем визите на Миркр десять лет назад, — сказал Ландо. — Там и тогда не было никого, кроме Трауна и сопровождающих его штурмовиков.

— Это неправда, — возразил Дкс'оно. — По вашему собственному утверждению бывший генерал Соло тоже при этом присутствовал.

Лейя ощутила вспышку темного бешенства.

— Вы что, полагаете…

— И кроме того, — перебил ее Дкс'оно, наградив мрачным взглядом, — контрабандист Тэлон Каррде тоже был там.

Лейя взглянула на Ландо, ища поддержки.

— Каррде никогда бы не стал участвовать в чем-то подобном, — упрямо сказала она.

— Да неужели? — усмехнулся Дкс'оно. — В отличие от капитала Калриссиана, Каррде никогда не заявлял о приверженности идеалам Новой Республики. Это контрабандист и торговец информацией, единственной приверженностью которого является доход и выгода, — ишори вытянулся и направил указующий перст на Лейю в обвинительном жесте, — и к тому же главные связи этого человека на Корусканте — это капитан Калриссиан и вы сами, советник Лейя Органа Соло. Так скажите же нам, наконец, какова ваша личная позиция по вопросу ботанов?

Этого вопроса Лейя совсем не ожидала.

— Что вы имеете в виду? — спросила она, пытаясь потянуть время.

— Вы прекрасно поняли, что я имею в виду, — огрызнулся Дкс'оно. — Расскажите нам, каковы ваши убеждения. Верите ли вы, что нужно требовать справедливого суда и полной компенсации? Или вы, как сенатор от Диамалы, предлагаете оставить ужасающие преступления ботанов безнаказанными? Даже если для этого потребуется создать ситуацию, которая подтолкнет это собрание к такому решению?

— Нам известна ее позиция, — выкрикнул другой гневный голос. — Разве не ее супруг Хэн Соло стрелял в мирных демонстрантов у Центрального дома объединенных кланов на Ботавуи?

— Это не доказано, сенатор Шибатси, — осадил его Гаврисом, придя Лейе на помощь. — И ваши обвинения, сенатор Дкс'оно, тоже не имеют отношения к делу. Я уже говорил, что здесь не время и не место для обсуждения каамасского вопроса. Сядьте оба, прошу вас.

Опускаясь в кресло, Лейя понимала, что эту партию она позорно проиграла. Одним мастерским ударом Дкс'оно не только подверг сомнению рассказ Миатамии, но и попытался всерьез подорвать доверие к ней самой. Теперь, что бы она ни предприняла в поддержку Ландо или сенатора от Диамалы, ее слова будут только подпитывать подозрения, которые сейчас посеял ишори.

Ссоры, взаимные подозрения, распри. Да, это вполне в стиле Трауна.

— Кажется, пора перейти к докладу адмиралтейства относительно общей военной ситуации в Новой Республике, — продолжал тем временем Гаврисом. — Адмирал Драйсон!

Адмирал поднялся на возвышение позади Гаврисома. Глядя на него, Лейя уловила краем глаза маленький огонек — в подлокотнике ее кресла мигал индикатор вызова.

Она нахмурилась и исподтишка оглядела собравшихся. Этот канал вызова знали только члены ее семьи и ближайшие помощники. И всем им было строго-настрого велено использовать его только в чрезвычайных обстоятельствах. Но в этом случае они должны были запускать по три импульса в серии, а сейчас лампочка просто равномерно мигала.

Подавив вспышку досады, Лейя включила поле своего кресла. Голос Драйсона стал доноситься на порядок тише. Она откинула маленький экран, встроенный в подлокотник, и нажала кнопку ответа. Ну, если это Анакин интересуется, можно ли ему распечатать новую пачку печенья, останется без полетов на неделю, пообещала она себе.





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...