Главная Обратная связь

Дисциплины:






Где-то за Чаша-Градом



 

После долгой и нудной дороги Лабариас остановил своего коня-вампира и спрыгнул наземь. Рядом с ним оказался Сиккорей. Элеар же не стал спускаться с жеребца, его рана ныла и отдавала болью. Остановились путники уже около огромных и великих снежных гор, за которыми уже не было ни одного существа, кроме Симэ. Они приблизились к Отдалённым землям настолько близко, насколько только это возможно. Трёхглазые волшебники не стали отдыхать после долгой дороги, их третьи глаза уставились на горы, загораживавшие путь к Симэ.

Уверенный в себе Лабариас начал медленно подходить к горе, чей вид не вызывал доверия. Трёхглазый Хиромант подошёл к величественной горе. Он не надеялся, что между горами есть тайный проход, проделанный гномами – его действтительно не было. Прислонив руки к камню, Лабариас почувствовал, какой холод исходил от гор. Вдруг пошёл снег. Огромные снежинки падали на уже усеянную снегом поляну, вмиг засыпая её ещё больше.

Элеар почувствовал, как снег охлаждает его рану, которая стала резать ещё больше. Бедный советник скорчился от боли, что не утаилось от Сиккорея. Обеспокоенный маг-рыцарь сразу же позвал Лабариаса. Осмотрев ещё раз рану, Хиромант заключил, что у Элеара небольшие осложнения. Испуганный Сиккорей не сразу понял смысл этой фразы, а затем спросил, что делать. Лабариас ответил, что необходимо смазать рану соком агавука, который находится в банке, в мешке.

Пока Сиккорей смазывал рану, его брат снова начал колдовать около гор. Лабариас выбрал гору, которая, по мнению Элеара, была в середине. Как только третий глаз Хироманта начинал вертеться в орбите, снег начинал идти все сильнее и сильнее. Природа явно не хотела их пропускать.

Сиккорей вспомнил, как шестнадцать лет назад лежал здесь, истекая кровью, как его подобрал трёхглазый мужчина, впоследсвии сделав его таким же, назвав братом. Главный рыцарь боялся, что магия Лабариаса, которой он излечил его и сейчас лечит Элеара, причинит вред и бывшему советнику. Несмотря на свою черствость, Сиккорей жалел Элеара, видя в нем себя в лучшие годы.

Лабариас, разозлившись на снег, резко крутанул третий глаз в орбите. Послышался ужасно громкий треск. Сиккорей увидел, как на его брата стремительно несётся снежная лавина.

- Лабариас! – истошно завопил Главный рыцарь, показывая на лавину.

Увидев её, трёхглазый Хиромант отнял руки от горы. Из-за магии, в камне остались вмятины от ладоней трёхглазого. Сейчас уже Лабариасу помогал Сиккорей, вместе они остановили лавину, а затем Сиккорей вызвал огненный дождь, уничтоживший её.

- Идём, Сиккорей! – не тратя время на разговоры, позвал Лабариас. – Мне нужна твоя помощь!



Элеар увидел, что Лабариас поставил Сиккорея на своё место. Главный рыцарь поставил руки на гору, а Лабариас вознёс руки вверх. Они долго плели заклятие, собирая все свои силы.

Наконец, из ладоней Сиккорея вырвался глухой звук. Гора задрожала. Лабариас, позволив себе улыбнуться, ещё выше поднял руки вверх. Глухой звук послышался ещё раз. Гора снова задрожала.

Вдруг из ладоней Лабариас поднялся вверх огненный вихрь. Изумившись, Элеар прикрыл голову руками. Глухой звук слышался всё чаще и чаще, вихрь начинал кружиться быстрее и, наконец, вырвался из рук Хироманта. Он помчался в сторону гор, заглушая последний глухой звук. Сиккорей отвёл руки от горы, а вихрь, врезавшись в гору, издал ужасный звон. Закрыв уши ладонями, Элеар удивлённо смотрел на вихрь. Гора начинала расщепляться. Один за другим от неё отваливались огромные куски, образуя каменную лавину, которую сдерживал Лабариас.

Вдруг звон прекратился. Вихрь начинал исчезать, а гора, с треском, окончательно развалилась. Огромные каменные осколки полетели на Лабариаса, который изо всех сил старался их сдержать. На помощь подоспел Сиккорей. Вдвоём они откинули каменную лавину.

Устав от работы, оба трёхглазых повалились на землю. Сейчас у Элеара был прекрасный шанс сбежать, но, почему-то, он этого не сделал. Вместо этого он кое-как спрыгнул с лошади и, как мог, пошёл к образовавшемуся проходу.

Перед ним предстала пустынная, выжженая магией земля. Но эта магия ничем не напоминала магию трёхглазых. Тяжёлая, она словно давила на виски, принуждая упасть на колени.

Впереди на много миль расстилалась пустыня. Логова Симэ не было видно.

 

Эребосх.

Кабинет Жевашчара.

 

- Отец! – Крувшчар вошёл в кабинет Жевашчара, но отца там не увидел. – Отец?

Крувшчар подошёл к столу отца и увидел, что на полу лежит фамильный револьвер. Удивившись, он положил его на место. Посмотрев на столе бумаги, Крувшчар собирался идти, как вдруг его кто-то окликнул.

- Господин Крувшчар! – гоблин увидел перед собой уборщика.

- Да, Шашашчар? – поприветствовал Крувшчар. – Вы не видели отца?

- Вам стоит на это взглянуть, - грустно пролепетал уборщик.

- Что случилось, Шашашчар? – удивился Крувшчар, выходя из дверей замка.

- Я хотел закопать труп собаки, а тут наткнулся на свежий бугорок, я решил выкопать ямку и вдруг, нашёл вот это...

Уборщик показал Крувшчару на яму. В ней Крувшчар увидел своего отца.

- Что? Нет, нет! – закричал гоблин, доставая отца из ямы.

- Господин, он мёртв. Видите – его ранили в плечо. Видимо, его кто-то убил.

- Кто? Кто мог убить отца?!

- Не знаю, господин. Я думаю, вам лучше знать.

- Я понятия не имею! Шашашчар, помогите ему!

- Он мёртв. Ему не помочь, к сожалению.

- Нет!!! – закричал от боли Крувшчар, утыкаясь в бездыханное тело отца.

 

***

 

Гезар мчал коня в Чаша-Град. Его никто не заметил. И уже не заметит...

 

Отдалённые земли.

 

Пришедшие в себя после случая перед горами Сиккорей и Лабариас, также как и Элеар, гнали своих коней по неизведанным землям. У бывшего советника было чувство, что он, как первооткрыватель, несётся на встречу с неизвестным. Его рана перестала резать и стрелять болью, она полностью зажила. А всё благодаря Лабариасу.

Трёхглазый Хиромант ехал первый. У него был довольно бодрый вид, несмотря на то, что он всего день назад боролся с горами.

Сиккорей ехал вторым. Его третий глаз был окружен гнилью и слизью, а другие два глаза налились кровью. Видно было, что сил у него осталось немного. Элеар даже подумал, что скоро Сиккорей может окончательно обессилеть.

Целый день они искали логово Симэ, но пока выженная земля не выдавала присутствия девочки-мутанта. Вообще, сложно было представить, как можно в пустыне найти какой-то домик или ещё что-нибудь, ведь кто будет жить в месте, куда не залетают даже птицы?! Видимо, Симэ не нужна еда...

Вдруг Лабариас резко остановил Гайто. Его третий глаз заметался в глазнице, а ноздри расширились.

- Мы близко! – тихо произнёс он, слезая с коня.

- Ты уверен, Лабариас? – Сиккорей медленно слез с коня и вскрикнул от боли.

- Уверен, Сиккорей. Я даже вижу тот самый камень, - Лабариас, шурша плащем, подошёл к здоровому чёрному камню.

На камне путники увидели странные руны, как будто вырезанные тупым предметом. Трёхглазый Хиромант провёл рукой по рунам и, вдруг, они засветились красным светом. Чёрный камень задрожал и начал отъезжать в сторону, образуя лестницу...

Лестница вела вниз, где стоял непроглядный мрак, где никогда не было света. У Элеара скрутило живот. Его рана снова начала отдавать болью. Увидев это, Лабариас улыбнулся.

- Ультрус был прав. Девочка действительно наделена даром Дьявола. Поэтому у тебя сейчас снова «проснулась» рана.

- Мне больно, Лабариас! – скорчившись от боли прошептал Элеар.

- Здесь я уже не помощник, - развёл руками Лабариас. – Но, ты же знаешь, что мы не на прогулку тебя сюда взяли. Ты первый идёшь к Симэ, тебя, скажем так, не жалко!

- Подлец! – прокряхтел Элеар.

- Согласен, но меня не исправить. Мой род – моя казнь. Впрочем, не важно. Прошу, Элеар! – Лабариас показал на лестницу.

Злобно посмотрев на трёхглахого, Элеар, положив руку на живот, как мог пошёл к лестнице. Лестница была крутая, бывший советник еле-еле спустился во мрак. Теперь он не видел трёхглазых спутников, он даже не видел себя. Элеар, выставив вперед руку, медленно пошёл вперёд.

Элеар шёл долго. Во тьме шуршали непонятные существа, пищали крысы и мыши. Бывший советник шёл всё дальше и дальше.

Наконец, он увидел просвет. Элеар услышал, что впереди хихикает та самая девочка. Пока он её не видел. Но как только он вошёл в светлую пещеру, он увидел ужасную, полусгнившую малышку, держащую в руках деревянную куклу. У неё не было ни глаз, ни носа, ни ушей, ни даже губ. Девочка-мутант сидела на холодном полу и смотрела на пришедшего пустыми зрачками.

Элеар не знал, что делать. Девочка не проявляла ни малейшей заинтересованности.

- Э-э-э, - попытался начать разговор Элеар, но девочка-мутант его перебила.

- Я знаю, зачем ты пришёл, Элеар! – её голос был похож на голос горного эрнга, он был такой же писклявый и зловещий. – Но я могу сказать только одно – те, кто здесь зимовал – знают ответ – им из этих стен выхода нет!

Кукла выпала из рук девчонки. Элеар почувствовал, что в пещере нет кислорода. Бывший советник начал задыхаться.

- Не понимаю, зачем вам кислород! – зловеще продолжала Симэ. – Может быть я не чувствую его, потому что у меня нет носа?

- Дай мне кислород! – упал на пол Элеар.

- Дать кислород? – улыбнулась девочка. – А какой в этом смысл? Из моей пещеры не выходит никто. Так зачем тебе кислород?

- Мне... надо... предупредить... об Апокалипсисе! – задыхался Элеар.

- Все и так знают, что он неминуем! Никто не выживет, ОН никого не пощадит! Даже Боги от вас отвернутся!

Вдруг Элеар почувствовал, что снова может дышать. Он жадно глотал воздух, а Симэ загадочно на него смотрела. Казалось, ей не нужны глаза, чтобы видеть, ей не нужны уши, чтобы слышать, а нос, чтобы дышать.

- Итак, Элеар, я знаю, что ты ещё хотел меня кое о чём попросить! – Симэ снова взяла куклу и начала гладить её по головке. – Ты хочешь сбежать от Хоркрусов.

- Ты поможешь мне?

- Нет. А ещё я хочу тебе сказать, что нас подслушивают!

Внезапно в пещеру вбежал Сиккорей. Его третий глаз ужасно гноился, а в его ладонях творилась магия.

- Хочешь сбежать, подонок?! Не выйдет! – закричал он, но прежде, чем он выпустил магию из рук, Симэ оторвала руку кукле, и Сиккорей заорал от боли. Элеар видел, как под ногами трёхглазого разрастается пламя. Хоркрус орал, а огонь уже пожирал его ноги. Девочка зловеще смеялась. Огонь уже перешёл на туловище, а обезумевший Сиккорей высунул язык. Вскоре пламя дошло до шеи, и Хоркрус издал последний вопль.

Пламя не оставило даже обугленных костей. Симэ ещё немного похихикала, а затем повернулась к Элеару.

- Я чувствую в тебе силу духа, Элеар. Так и быть, я отпущу тебя! Но с одним условием! Do not trust anyone, because it is – the beginning of the END!!!(Не верь никому, ибо это – начало КОНЦА!)

- Что ты сказала? – не понял Элеар.

- Я не могу сказать это на твоём языке, ибо это невозможно. Запомни эту фразу, она хоть немного поможет вам побиться в агонии. Прощай, Элеар! Я задержу второго – а ты беги!

Вдруг стена начала рушиться, Элеар увидел проход и свою лошадь. Он слышал, как по ступенькам сбегал Лабариас, но, Симэ, как и обещала, задержала Хоркруса. Элеар сбежал, не подозревая о судьбе оставшихся.

 

Эребосх.

Кладбище королей.

Могила Жевашчара.

 

Крувшчар не мог сдержать слез. Все друзья, подданые и родственники давно разошлись, а сын покойного короля продолжал смотреть на сделанную в полный рост статую Жевашчара. На ней он был в лучших своих годах. Крувшчару было очень жаль своего отца, который прожил далеко неполную жизнь. Сын короля пытался узнать, кто убил его отца, но это было безуспешно. Убийца скрылся, только алый рассвет говорил о том, что ночью пролилась кровь. А ещё на кладбище не пели птицы. Даже они забыли о своих делах и слетелись попрощаться с любившем их гоблином.

Крувшчар в очередной раз вытер слезы с лица. Вид у него был усталый. Советник Хирибчар предлагал ему стать королем, продолжая род, но Крувшчар не мог на это пойти. Здесь, в родном Эребосхе, ему будет всё напоминать о смерти отца. Сын покойного Жевашчара уже решил для себя, что намерен делать. Крувшчар хотел снова найти жезл и вернуться к пирамиде. Ему оставалось лишь набрать отряд.

 





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...