Главная Обратная связь

Дисциплины:






Открытие и его развитие



Мы уже говорили, что подлинное открытие может быть сделано лишь в ходетаких исследований, которые обычно именуются "фундаментальными". То, что заэтим следует, - это его развитие. Исследование является фундаментальнымименно потому, что все прочие виды исследований вытекают из него; онокажется нам непрактичным, а связанная с ним работа случайной, потому чтовсецело оригинальные наблюдения не могут планироваться заранее Если же неотказываться от планирования, то тогда наблюдение должно носить такойхарактер, чтобы его можно было предсказать на основе ранее известных фактов,и, стало быть, его нельзя считать целиком оригинальным. Вот почему большаячасть совершенно новых шагов в науке - это случайные находки, сделанныелюдьми с редким талантом замечать нечто абсолютно неожиданное. Такиеоткрытия впоследствии образуют основу всех планируемых исследований, всеготого, что я называю развитием. Мне могут возразить, что любая преждевременная оценка фундаментальногоисследования заранее обречена на провал, ибо нельзя предвидеть неожиданное.До некоторой степени это справедливо. Не существует надежной меры длясравнения относительной важности фундаментальных исследовательских тем, но ясчитаю, что некоторые общие принципы сформулировать можно. К ним следуетотноситься не как к жестким рамкам, а скорее как к некоей линии оценки, спомощью которой мы распознаем и используем подлинно творческую научнуюмысль. С моей точки зрения, для всех великих фундаментальных открытийхарактерно одновременное и ярко выраженное наличие трех качеств: они непросто истинны, но истинны в высшей степени и в очень специфическом смысле;они поддаются обобщению; они неожиданны в свете того, что было известно ковремени открытия. Открытие должно быть истинным. Это утверждение может показатьсянаивным. Однако в науке вещи не являются абсолютно истинными либо ложными;они могут считаться таковыми лишь в рамках определенной аксиоматическойсистемы и в некоторых пределах, которые носят статистический характер и наосновании которых можно судить о вероятности повторения того же наблюдения вбудущем, если мы попытаемся воспроизвести его. Степень этой вероятностиестественным образом влияет на важность открытия. Даже если наблюдение обладает высокой степенью истинности в том смысле,что у него мала стандартная ошибка (т. е. велика вероятностьвоспроизведения), истинность этого наблюдения должна выражаться и в егоадекватной интерпретации. В противном случае находка может привести кзаблуждениям из-за тех выводов и следствий, которые могут быть из негосделаны. Не так давно один химик попытался получить препарат, которыйвызывал бы уменьшение аппетита и потерю веса. После нескольких лет работыему удалось создать лекарство, соответствующее теоретическим представлениямо том, какую структуру должно иметь такого рода вещество. Затем он испыталпрепарат на крысах, кошках, собаках и обезьянах. Как и ожидалось, животныеели очень мало и теряли в весе. В статье, описывающей результаты этойработы, он объяснял, почему, по его мнению, лекарство с такой химическойструктурой должно действовать подобным образом. В общепринятом смыслеполученные результаты были истинными, но в том смысле, как я представляюдело, они были ложными. Известно ведь, что почти любое вредное веществоуменьшает аппетит, а созданное им вещество было вредным. Автор не отрицалэтого факта, не признавал его, он даже не рекомендовал свой препарат кприменению. И все же написанная им статья подразумевала последнее, а этозначит, что ложный результат скрывался в подтексте. Если бы ученый понимал,что созданный им препарат может повредить здоровью, он бы ни в коем случаене написал статью. Мало кто сознательно публикует неправду, но многиенаучные статьи содержат в подтексте ложные выводы. Даже если научная находка по всем стандартам истинна, она может и небыть значимой. Недавно я прочел статью об определении среднего весавнутренних органов лабораторных животных (крыс). Приведенные автором фактыбыли корректны - он прикончил сотни животных для построенияпоследовательности, обладающей высокой значимостью. Но ценность полученной врезультате информации оказалась весьма ограниченной, ибо ее нельзя былообобщить, не говоря уже о том, что эта информация не могла считатьсянеожиданной. Она не поддавалась обобщению, поскольку из нее нельзя быловывести никаких общих законов; что же касается неожиданности, то и так ссамого начала было ясно, что путем измерения можно найти средний вес. Работатакого рода не только не может быть определена как "фундаментальная", но и вприкладной области она едва ли найдет сколько-нибудь широкое применение.Лучшее, что можно сказать о ней,- это то, что она может пригодиться кому-то,кто нуждается в этих цифрах в качестве стандарта для сравнения припроведении оригинальных исследований, но именно такое исследование и будетфундаментальным. Научная литература переполнена подобными отчетами, авторыкоторых привычно прикрываются фарисейским утверждением о том, что они неделают никаких выводов из своих наблюдений. Но это не оправдание - факты, изкоторых нельзя сделать выводов, едва ли заслуживают того, чтобы их знать. "Скрининг" - "просеивание" - это столь же лишенный воображения,примитивный тип исследования. Клиницист может "просеять" (в более или менееслучайном порядке) массу производных кортизона с тем, чтобы посмотреть,какое из них лучше всего действует на пациентов с ревматическимизаболеваниями. И все-таки это опять развитие ранее известных фактов, а неоригинальное творческое исследование. В подобной работе мы руководствуемся дедуктивными рассуждениями,помогающими нам в конкретном случае предсказывать нечто на основепредварительно сделанного обобщения. Если большинство кортизоноподобныхсоединений эффективны против ревматизма, то и любой вновь полученный членданной группы также может считаться перспективным в этом отношении. Нодедукция сама по себе не поддается обобщению. Такая работа может иметьнемедленное практическое применение, обеспечивая нас, быть может, идеальнымантиревматическим средством, а вот в подлинно научном смысле она бесплодна,ибо, коль скоро такое вещество найдено, наблюдение на этом заканчивается,оставляя мало шансов на дальнейшие открытия. К сожалению, такие бесцветные исследования легче всего финансируются,так как и план работы, и практическая их значимость могут быть с точностьюописаны в стандартной заявке на выделение средств. Открытие должно вести к обобщениям. Другого вида наблюдения поддаютсяиндуктивному обоснованию, т. е. формулированию общих законов на основеотдельных наблюдений. Но и этого свойства недостаточно. К примеру, былоустановлено, что первые десять полученных в чистом виде гормонов - белогоцвета. На основании этого можно было бы сделать обобщение и с большой долейвероятности предсказать, что следующие пять гормонов, когда их удастсясинтезировать, тоже будут белыми. Так оно и получилось, но что из того? Коговолнует, какой цвет будут иметь гормональные препараты? Наблюдение, как мывидим, было и истинным, и с обобщением все было в порядке, однако оно лишенотретьего существенного качества фундаментального исследования, а именно -неожиданности открытия ко времени его осуществления. Большинство составныхчастей организма человека в результате очищения имеет белый цвет - что жеудивительного в том, что гормоны тоже белые? Открытие должно быть удивительным. Я вспоминаю свое изумление, когда вовремя учебы на медицинском факультете узнал, что некоторые патологическиеобразования в яичниках человека, так называемые "дермоиды" могут иметь зубыи волосы. Это медицинский курьез, но он не обладает - по крайней мере внастоящее время - свойством вести к обобщению. Единственное, что мы сейчас всостоянии сказать,- это что иногда, даже и без оплодотворения, яйцо. вчеловеческом яичнике может развиться в урода, состоящего в основном из волоси зубов Все это было известно еще с тех пор, когда в XVII в немецкий врачСкультетус дал первое полное описание того, что он назвал "morbus pilarismirabilis" - "удивительной волосяной болезнью". Мартин Лютер именовал"дермоиды" "отпрысками дьявола". На протяжении многих веков врачи, да и другие люди, сталкиваясь с этойаномалией, одинаково ей поражались Но она не открыла никаких новыхгоризонтов для исследования. Причина этого, как мне кажется, в том, чтонаблюдение было сделано слишком рано. Даже сегодня мы еще не в состоянииоценить его. Это своего рода загадочный остров, удаленный от уже нанесенныхна карту областей человеческого знания. Возможно, что позже, когда мы будембольше осведомлены об- оплодотворении, размножении без оплодотворения и офакторах, управляющих формированием человеческих органов, "отпрыск дьявола"превратится в ангела, ведущего нас к разрешению загадок Природы. Однако однотолько знание об этом природном курьезе ничего нам не дает. Скультетусувидел его, но не открыл. Открытие должно быть одновременно и истинным, и неожиданным и вести кобобщениям. Основной особенностью подлинно великих открытий является то, чтоони не только истинны (в том смысле, в каком они выглядят таковыми с нашейточки зрения), но и в высшей степени способны вести к обобщениям инеожиданны в рамках своего времени. Это справедливо, скажем, в отношенииоткрытия Г. Менделем законов генетики, открытия Рише и Пирке явленияаллергии или открытия антибиотического действия плесени Флемингом, Флори иЧейном.

*4. КОГДА ДЕЛАТЬ?*

Успех исследования в большой степени зависит от того, в какой моментистории, в какой период жизни ученого и даже в какое время дня оновыполняется. Сознательный анализ временных факторов может значительно помочьнам сделать свою работу полезной и приятной.




sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...