Главная Обратная связь

Дисциплины:






Теории общественного договора в XVII веке



Развитие политической философии в XVII–XVIII вв. было тесно связано с двумя главными идеями, которые мы обнаруживаем почти у всех значительных мыслителей того времени, – идеями естественного состояния и общественного договора.

Весьма примечательно, что успех и распространение этих идей были связаны не столько с их новаторским характером, сколько с несоответствием между реальной политической ситуацией той эпохи и вызванным к жизни Возрождением стремлением к духовному освобождению. В духовной области утверждалось право на свободное самоопределение индивида; что же касается исторической ситуации, то ее можно было бы охарактеризовать как разложение феодальной системы и вступление общества в эпоху ранних буржуазных революций, что сопровождалось последовавшими за Реформацией гражданскими междоусобицами и состоянием анархии. Человек оказывается вырванным из традиционных – общинных, цеховых, конфессиональных – связей, он противостоит другому такому же человеку, с которым борется, воюет, соперничает. «Я был свидетелем такого безобразия на войне между христианами, которое позорно даже для варваров, а именно: сплошь и рядом берутся за оружие по ничтожным поводам, а то и вовсе без всякого повода, а раз начав войну, не соблюдают даже божеских, не говоря уже о человеческих, законов, как если бы в силу общего закона разнузданное неистовство вступило на путь всевозможных злодеяний», – писал Гуго Гроций (О праве войны и мира. Пролегомены, § XXVIII). И вот – из страха перед бесчисленными бедствиями, которые приносит всеобщая война, из инстинкта самосохранения – люди всячески стремятся упорядочить свою жизнь, дабы не превратить ее в постоянное бегство от смерти, они ищут защиты под сенью пусть абсолютной, сильной, но стабильной и единой власти. Самые разные по своим теоретическим установкам мыслители – Боден, Филмер, Гроций, Гоббс, Локк и Боссюэ – едины в своем стремлении установить гражданский мир и всеми силами ищут новые принципы легитимного порядка, который, во-первых, был бы связан с национальным, суверенным характером государства и, во-вторых, обеспечивал бы порядок и безопасность граждан.

Такой легитимностью обладает власть, основанная на свободном волеизъявлении народа, порождающем одновременно гражданское общество и политическую власть при помощи договора между индивидами, рожденными свободными в предсоциальном состоянии, называемом естественным состоянием. В естественном состоянии все люди свободны и равны, и они могут выйти из него только при сознательном и добровольном согласии. Идея естественного состояния – это гипотеза о досоциальном общежитии, лишенном всякого собственно человеческого содержания, гипотеза, достаточно легко объясняющая как первобытное существование людей, так и их гражданское состояние. Ее цель – определить ту среду, в которой могут быть утверждены естественные права человека. Общество может быть создано только сознательным объединением индивидуальных воль, и его целью может быть только индивидуальное счастье, причем в той мере, в какой оно совместимо с всеобщим счастьем.



Как мы уже говорили, идея естественного состояния и общественного договора на самом деле имеет древнюю историю. Но очень важно отметить, что в истории политических идей эти понятия возникают или вновь появляются в периоды становления абсолютной государственной власти в качестве компромиссной теории, в которой люди пытаются освободиться от чувства неудовлетворенности, вызванного отсутствием власти и свобод. Уже Платон рисует рождение государства из первобытного состояния людей, когда «каждый из нас оказывается сам для себя недостаточен и имеет нужду во многих», когда государство вызывается к жизни потребностью многих людей, взаимно помогающих друг другу и восполняющих недостатки друг друга, когда, «имея нужду во многом, мы побуждаем к совместному проживанию и сообщников и помощников». Для того чтобы выжить, согласившиеся на совместное проживание выбирают себе «защитников», дабы добровольно повиноваться (Государство, 369 b). Эпикур в эпоху побед Александра Македонского, защищая самостоятельность греческих городов, выступает с опровержением точки зрения, согласно которой человеческое сообщество носит естественный характер, и утверждает, что в основе его лежит соглашение, которое кладет конец естественной изоляции всякого индивида и обеспечивает индивидуальную безопасность человека перед лицом нестабильности и опасностей. В Средние века элементы договорной теории мы обнаруживаем у Марсилия Падуанского. С помощью этой теории Марсилий, как мы помним, пытался обосновать независимость светской власти по отношению к власти религиозной. Еще более определенно в пользу теории общественного договора высказывался Макиавелли, чьи симпатии со всей очевидностью склонялись к сильному, авторитарному правлению: «Вначале, когда обитателей на земле было немного, люди какое-то время жили разобщенно, наподобие диких зверей. Затем, когда род человеческий размножился, люди начали объединяться и, чтобы лучше оберечь себя, стали выбирать из своей среды самых сильных и храбрых, делать их своими вожаками и подчиняться им» (Рассуждение о первой декаде Тита Ливия, I, 2).

Однако подлинным источником теории естественного состояния и общественного договора, характерной для Нового времени, стали взгляды монархомахов. Монархомахи, или тираноборцы, – обширное, хотя и крайне неоднородное течение в политической мысли на рубеже XVI–XVII вв., представленное именами Дж. Бьюкенена в Шотландии, Ф. Дюплесси-Морне и Ж. Буше во Франции, Ф. Суареса и X. Марианы в Испании. Вышедшая в 1579 г. книга Дюплесси-Морне, скрывавшегося за псевдонимом Юния Брута, Vindiciae contra tyrannos (Иск к тиранам) открывалась главой «О законодательной власти Государя над Народом и Народа над Государем», представлявшей собой первое систематическое изложение юридической теории общественного договора.

Автор задает четыре главных, с его точки зрения, политических вопроса. 1) Обязаны ли подданные подчиняться своему государю, если тот приказывает им нарушить божественные предустановления? 2) Имеют ли они в этом случае право на сопротивление? 3) Могут ли они оказывать сопротивление Государю, нарушающему гражданские законы? 4) Имеют ли право государи соседних стран вмешиваться в подобную политическую ситуацию? В дальнейших рассуждениях автор, используя в качестве высшего авторитета Святое писание, предпринимает попытку обосновать свободу совести и гипотезу о договорном происхождении общества, а также право народа на законное сопротивление власти вплоть до убийства тирана. «В основании освящения королей мы видим два вида союза: первый – между Богом, королем и народом – провозглашает, что народ есть народ Бога; второй – между королем и народом – означает, что народ будет верно служить и подчиняться своему королю, если тот будет править справедливо». Итак, с одной стороны, правитель и народ в равной степени ответственны перед Богом, и всякое нарушение божественного закона, исходит оно от государя или от народа, означает расторжение договора, обеспечивающего подданным вечную жизнь в царстве небесном. Но Дюплесси-Морне больше волнуют взаимоотношения между государем и его подданными. И здесь он полагает, что договор о подчинении народа правителю существует лишь постольку, поскольку имеется договор о передаче власти народом правителю. Таким образом, подчинение народа государю далеко не безгранично: предел ему ставит уважение гражданских законов и законов божественных. И хотя сфера политического у Дюплесси-Морне формально остается еще под защитой божественного закона, тем не менее политическое право спускается у него с небес на землю, и средством такого изменения выступает двусторонний договор между государем и народом.

Весьма своеобразны взгляды на общественный договор и у представителей школы естественного права. Так, Пуфендорф полагал, что принцип естественного права дает людям возможность выйти из естественного состояния и установить гражданское общество, чтобы обрести защиту от зла, которого можно было бы ожидать от другого в естественном состоянии, поскольку человек обладает там полной свободой. Однако договор, заключаемый людьми между собой, по Пуфендорфу, включает в себя два этапа:

– «первое соглашение», закладывающее основы гражданского общества. На этой стадии люди договариваются между собой об образовании единого и цельного сообщества, но этот первый союз, называемый Пуфендорфом «пактом об объединении», представляет собой лишь «набросок государства»;

– необходимо «второе соглашение», именуемое «пактом о подчинении». Этот второй договор определяет, кому передается власть, и устанавливает определенную форму правления. Таким образом, в отличие от первого, второй договор представляет собой собственно политическое соглашение, означающее полное подчинение всех воль воле правителя и образование государства.

Политическая концепция Пуфендорфа содержит в себе две противоречивые тенденции:

– с одной стороны, либеральную тенденцию, так как вводимое различие между двумя соглашениями, которое позднее будет воспринято Локком, означает, что соглашение между гражданами (гражданское общество) не вытекает единственно из подчинения граждан главе государства (как это будет у Гоббса), что разрушение правящей инстанции не означает одновременного разрушения общества, т.е. что гражданское общество предшествует политическому правлению и переживает его во времени;

– с другой стороны, абсолютистские тенденции, поскольку подлинным основанием договора у Пуфендорфа выступает божественная воля. Ведь человеческая воля всегда способна разрушить созданное ею самой, поэтому, чтобы договор имел по-настоящему «священный характер» и силу обязательства, он должен быть основан на воле божественной. Такой договор не может быть разрушен человеческой волей, даже если одна из договаривающихся сторон – в первую очередь государь – не будет соблюдать условий договора, т.е. не будет править в целях всеобщего блага. Поэтому граждане, вступившие в такой союз, не имеют права сопротивляться установлениям своего правителя. Следовательно, права индивида в политической концепции Пуфендорфа полностью переходят правителю. А это есть не что иное, как абсолютизм.

Таким образом, мы видим, что идея общественного договора всегда входила в арсенал политических идей, но существовала как бы на периферии политического сознания. В полной мере она была актуализирована и стала доминирующей благодаря таким мыслителям, как Гоббс, Спиноза, Локк.

 





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...