Главная Обратная связь

Дисциплины:






Групповое поведение



Многие животные объединяются в более крупные, чем семьи, группы. Иногда они состоят из нескольких семей, как в случае гу­синых и лебединых стай, или же образованы особями, уже не связанными семейными узами. Выгоды для индивидов от группо­вого существования различны. Среди них наиболее очевидна за­щита от хищников. Высшие животные предупреждают друг друга об опасности, в результате чего группа в целом бдительна не ме­нее самой наблюдательной из составляющих ее особей. Более того, многие животные объединяются для совместного нападе­ния. Эти функции наблюдаются в основном среди теплокровных, [56] но и на более низких уровнях эволюции можно обнаружить мно­жество других выгод групповых действий. Алли и его сотрудники экспериментально продемонстрировали много случаев таких со­циальных преимуществ. Например, серебряный карась в группе ест больше, чем в изоляции, и быстрее растет, причем не только из-за увеличения количества съедаемой пищи, но и под действием каких-то других факторов. Рост ускоряется и тогда, когда каждая изолированная рыба потребляет столько же корма, сколько и жи­вущая в группе. Морской плоский червь Procerodes в группе лучше переносит колебания солености, чем в изоляции. Успехи тарака­нов в тестах на ориентирование лучше, если их содержать по две-три особи вместе, а не поодиночке. Преимущества скопле­ний для дафнии, как показал Уэлти, заключается в снижении их уязвимости для хищников; когда карась сталкивается с очень плотной массой этих рачков, у него как бы «разбегаются глаза», и он некоторое время выбирает, с какой жертвы начать. В резуль­тате общее количество добычи оказывается меньше, чем было бы при питании группой умеренной численности. Скопление гу­сениц бабочки Vanessa io защищает их от певчих птиц типа гори­хвосток; регулярно наблюдалось, что они не нападают на группу гусениц, зато склевывают любую из тех, кто от нее отбива­ется.

Таким образом, очевидно, что групповое существование дает особям, а следовательно, и видам преимущества. Здесь опять же уместно спросить: как поведение способствует достижению этого благоприятного результата?

Прежде всего особи должны собраться и остаться вместе. Это может быть обеспечено сигналами, воздействующими на различ­ные сенсорные органы. У птиц такие сигналы обычно зрительные, слуховые или и те и другие одновременно. Показано, что зеркаль­ца на крыльях уток и гусей, выделяющиеся яркой окраской и не­одинаковые у равных видов, служат именно для этой цели. Хайнрот обнаружил в Берлинском зоопарке, где вместе содержатся утиные (Anatidae) из разных частей света, что утки и гуси, которые часто реагируют на летящую птицу, взлетая и присоединяясь к ней, наиболее охотно делают это, когда ее зеркальце напоми­нает их собственное независимо от таксономической близости. Яркий и своеобразный узор на хвосте многих птиц, особенно ку­ликов, безусловно, служит для той же цели. Призывные звуки, издаваемые певчими пернатыми, например синицами и вьюрка­ми, способствуют сохранению группы; каждая особь привлекае­тся песней, свойственной только собственному виду, что легко за­метить, наблюдая за поведением отбившейся от стаи птицы.



Многие рыбы реагируют друг на друга прежде всего зритель­но, но в некоторых случаях важна и хеморецепция. Например, го­льяны различают «запах» своего вида. Они даже могут научиться [57] распознавать по нему отдельных особей, но имеет ли это значение в природных условиях, неизвестно.

Социальное поведение высших животных выходит за рамки простой агрегации. У некоторых видов известно более сложное сотрудничество. Как уже говорилось в гл. 1, колюшки реагируют на вид своего питающегося сородича стремлением найти пищу и для себя. Этот эффект известен под названием «симпатической индукции», или «социального облегчения»; он наблюдался у мно­гих видов и связан не только с питанием, но и с другими инстинк­тами. Когда одна птица в стае проявляет признаки тревоги, про­чие также настораживаются. Сон — еще один «заразный» тип по­ведения. Таким способом синхронизируются даже прогулки и по­лет; когда несколько членов стаи демонстрируют стремление отойти прочь, прочие могут к ним присоединиться. Внезапный взлет немедленно поднимает в воздух всю стаю. Преимущества всех этих типов социального облегчения очевидны: оно синхро­низирует деятельность особей, препятствуя их рассеиванию в хо­де выполнения различных функций.

Большинство таких взаимоотношений основано на высокора­звитой тенденции каждого индивида реагировать на движения других. Социальные животные чувствительны к мельчайшим зна­кам, к самому незначительному «шевелению». Слабо выражен­ные движения типа нерешительных попыток шагнуть или под­прыгнуть называются движениями намерения, или интенционными. Многие социальные сигналы, иногда высокоспециализиро­ванные, явно относятся к их производным. Взлетая, галка вни­мательно смотрит на других членов группы. Если они остаются на месте, она либо возвращается назад и откладывает свое наме­рение до лучших времен, либо побуждает остальных присоеди­ниться. Для этого она подлетает к сидящим на земле особям и низко планирует над ними, быстро тряся на лету хвостом.

Другой тип социального сотрудничества — совместное напа­дение. Оно опять же лучше всего известно для птиц. Многие из них, например галки, крачки и различные певчие виды, «оса­ждают» хищника. Они, например, могут собираться вокруг сидя­щего в кустах ястреба-перепелятника, или домового сыча, или же над крадущейся кошкой. Такое поведение часто можно наблю­дать у домовых воробьев. В других случаях они летят плотной стаей над ястребом, стараясь держаться повыше, и время от вре­мени на него пикируют (рис. 30).

Бывает, что такое поведение запускается у всех особей одно­временно, поскольку каждая из них сразу же видит хищника. Если же он замечен только одним членом стаи, тот поднимает тревогу и предупреждает об опасности прочих. Крик тревоги — яркий пример действия, служащего интересам всей группы, но угрожаю­щей отдельному индивиду. [58]

Рис. 30. Трясогузки отгоняют ястреба-перепелятника.

У совместных нападений различные функции. Если хищник не слишком голоден, можно часто видеть, как он спешит восвояси, едва начинается такая атака. Если же ястреб голоден по-настоящему, т. е. когда он интенсивно охотится, осаждающая стая птиц его особенно не беспокоит. Тем не менее его внимание, направленное на поиск другой добычи, частично рассеивается. Даже сбивание в стаю без всякого осаждения врага, как у сквор­цов или куликов, преследуемых соколом-сапсаном, представляет ценность с точки зрения выживания; пикирующий на добычу сап­сан старается выбрать особь, отбившуюся от прочих, поскольку из-за своей огромной скорости, пролетая сквозь густое скопление птиц, он вполне может пострадать сам.

Сигнал тревоги не обязательно должен быть зрительным или звуковым. Известно, что у многих социальных рыб его природа химическая. Когда щука или окунь выхватывают из косяка одно­го гольяна, другие рассеиваются и к этому месту уже не возвра­щаются. Долгое время они остаются начеку и бросаются в укры­тие при малейших признаках появления хищника. Это обусловле­но их ольфакторной реакцией на вещество, высвободившееся из кожи убитого сородича. Ее можно наблюдать и у гольяна в аква­риуме, подмешав ему в корм экстракт из такой свеженарезанной кожи. Вещество это видоспецифично, как и реакция на него, при­чем рыбы реагируют только на «вещество страха» собственного вида. [60]

Глава 4. Драка.

Когда животное загнано хищником в угол, оно часто вступает с ним в драку. Однако этот тип борьбы — защита от хищника — нас интересовать не будет, поскольку обычно в ней участвуют особи разных видов. Она и не так распространена, как внутриви­довые схватки. Большинство их происходит в сезон размножения, поэтому они называются брачными сражениями. Однако стычка­ми сопровождается и установление иерархических отношений в группе, не связанное с определенным сезоном.

Брачные сражения.

Разные виды дерутся по-разному. Прежде всего неодинаково используемое оружие. Собаки, чайки и различные рыбы друг дру­га кусают. Исключительно для этой цели у самца лосося в сезон размножения развиваются впечатляющие челюсти. Лошади и многие другие копытные стараются лягнуть друг друга передни­ми конечностями. Олени меряются силой, сцепившись рогами. Во многих парках всю весну можно наблюдать, как дерутся лысухи. Они полуопрокидываются на спину и бьют друг друга своими длиннопалыми ногами. Драки многих рыб заключаются в на­правлении на противника сильного потока воды мощными боко­выми ударами хвоста. Хотя они фактически друг до друга не до­трагиваются, движение воды существенно воздействует на их вы­сокочувствительные органы боковой линии (рис. 32). У самцов [60] горчака весной на голове развиваются роговые выросты, и они стараются боднуть друг друга.

Рис. 31. Драка оленей.

Рис. 32. Драка хвостами у рыб.

Рис. 33. Угрожающая демон­страция у зарянки.

Вторая важная деталь: хотя на протяжении всей весны проис­ходит огромное число драк, относительно редко удается заметить двух животных, вступивших в настоящий «смертельный бой» и калечащих друг друга. Большинство сражений представляют собой своего рода «блеф», простую угрозу. Причем ее действие во многом такое же, что и у настоящей схватки: попытки сближения соперников взаимно пресекаются. Некоторые примеры угрожаю­щих демонстраций приведены в гл. 1; их разнообразие практиче­ски бесконечно. Большие синицы, стоя друг напротив друга, вытя­гивают вверх шеи и медленно раскачиваются из стороны в сторо­ну, демонстрируя таким образом бело-черный узор на голове. Зарянка демонстрирует сопернику красную грудь, медленно повора­чиваясь перед ним вправо и влево (рис. 33). Некоторые цихловые в качестве угрозы демонстрируют оттопыренные жаберные крышки. [61] У Cychlasoma meeki и Hemichromis bimaculatus они украшены хорошо заметными черными пятнами, окаймленными золотым кольцом, и угрожающая демонстрация выглядит у них очень кра­сиво (рис. 34).

Рис. 34. Фронтальная угрожающая демонстрация у Cychlasoma meeki (слева) и Hemichromis bimaculatus.

Не у всякой угрозы зрительная природа. Многие млекопитаю­щие оставляют «пахучие сигналы» в тех местах, где они встре­чают или ожидают встретить соперника. Собаки с этой целью мо­чатся, гиены, куницы, серны, антилопы и многие другие виды используют специальные железы, секретами которых метят поч­ву, кустарники, пни, камни и т.д. (рис. 35). Бурый медведь чеше­тся спиной о дерево, одновременно мочась.

Рис. 35. Самец Antelope cervicapra метит дерево секретом пахучей железы, расположенной перед глазом.

Звуки также могут выполнять угрожающую функцию. Все кри­ки, упоминавшиеся в гл. 2 в качестве социально значимых «песен», не только привлекают самок, но и служат для отпугивания сам­цов-соперников.





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...