Главная Обратная связь

Дисциплины:






Взаимодействия: полицивилизационная система



 

Таким образом, в двадцатом веке взаимоотношения между цивилизациями перешли от фазы, характеризующейся однонаправленным влиянием одной цивилизации на все остальные, к этапу интенсивных, непрерывных и разнонаправленных взаимоотношений между всеми цивилизациями. Обе характерные черты предыдущей эры межцивилизационных отношений начали исчезать.

Во– первых, как любят говорить историки, завершилась “экспансия Запада” и началось “восстание против Запада”. Неравномерно, с паузами и “отыгрываниями”, снижалось могущество Запада по сравнению с влиянием других цивилизаций. Карта мира образца 1990 года мало чем похожа на карту мира в 1920 году. Баланс военного и экономического могущества, а также политического влияния изменился (что более подробно рассматривается в следующей главе). Запад продолжал оказывать значительное влияние на другие общества, но взаимоотношения между Западом и другими цивилизациями все больше обуславливались реакцией Запада на развитие этих цивилизаций.

Уже не являясь просто объектами создаваемой Западом истории, не‑западные общества быстро становились движущими силами и создателями как своей собственной, так и западной истории.

Во– вторых, в результате этих изменений, международная система вышла за рамки Запада и стала полицивилизационной. Одновременно с этим конфликт между западными странами, которые доминировали в системе на протяжении [ c .69] столетий, угас. К концу двадцатого века Запад перешел от фазы воюющего государства как этапа развития цивилизации к фазе универсального государства. К концу нашего века эта фаза все еще не завершена, поскольку страны Запада состоят из двух полууниверсальных государств в Европе и Северной Америки. Эти две целостности и их составляющие объединены тем не менее невероятно сложной сетью формальных и неформальных институтов. Универсальные государства предыдущих цивилизаций ‑империи. Однако поскольку демократия является политической формой правления в западной цивилизации, зарождающееся универсальное государство является не империей, а скорее целостностью федераций, конфедераций, международных уставов и организаций.

Основные политические идеологии двадцатого века включают либерализм, социализм, анархизм, корпоративизм, марксизм, коммунизм, социал‑демократию, консерватизм, национализм, фашизм и христианскую демократию. Объединяет их одно: они все – порождения западной цивилизации. Ни одна другая цивилизация не породила достаточно значимую политическую идеологию. Запад, в свою очередь, никогда не порождал основной религии. Все главные мировые религии родились в не‑западных цивилизациях и, в большинстве случаев, раньше, чем западная цивилизация. По мере того как мир уходит от господства Запада, сходят на нет идеологии, олицетворяющие позднюю западную цивилизацию, и на их место приходят религиозные и другие культурные формы идентификации. Вестфальское разделение религии и международной политики, идиосинкратический продукт западной цивилизации, подходит к концу, а религия, по словам Эдварда Мортимера, “все чаще вмешивается международные дела” 32 . Внутрицивилизационное столкновение политических идей, порожденное Западом, сейчас вытесняется межцивилизационным столкновением культур и религий.



Глобальная политическая география, таким образом, изменилась: вместо одного мира в 1920 году на карте появилось [ c .70] три мира в 1960‑м и более чем полдесятка миров в девяностых. Глобальные западные империи соответственно сжались до более ограниченного “свободного мира” в шестидесятых (понятие, которое включало множество не‑западных государств, противостоящих коммунизму), затем до еще более узкого “Запада” в 1990‑х. Это изменение было отражено семантически между 1988 и 1993 годами снижением употребления идеологического термина “свободный мир” и все более частым появлением цивилизационного понятия “Запад” (см. таблицу 2.1). Это подтверждается также более частым употреблением слов “ислам” (как культурно‑политический феномен), “Большой Китай”, Россия и ее “ближнее зарубежье”, а также “Европейский союз” в качестве терминов с цивилизационным значением. Межцивилизационные отношения в этой третьей фазе намного более часты и интенсивны, чем они были во время первой фазы, и более равноправны, чем во время второй. Кроме того, в отличие от времен “холодной войны” уже не доминирует один раскол: между Западом и другими цивилизациями и [ c .71] также многими не‑западными цивилизациями существует несколько расколов.

 

Как заметил Хедли Булл, “если два или более государства поддерживают контакты между собой и оказывают значительное влияние на решения друг друга, то чтобы заставить их действовать – по крайней мере, в какой‑то степени – как части единого целого, существует международная система. Международное сообщество тем не менее существует только тогда, когда страны, входящие в международную систему, имеют “общие интересы и общие ценности”, считают себя связанными единым сводом правил”, “принимают совместное участие в работе общих институтов” и имеют “общую культуру или цивилизацию” 33 . Как и ее шумерская, греческая, эллинистическая, китайская, индийская и исламская предшественницы, европейская международная система с семнадцатого по девятнадцатый век также была международным сообществом. В девятнадцатом и двадцатом столетии европейская международная система расширилась до такой степени, что включила в себя практически все общества в других цивилизациях. Некоторые европейские институты и порядки также были экспортированы в эти страны. И все же этим обществам пока недостает общей культуры, лежащей в основе европейской международной системы. Таким образом, выражаясь терминами британской теории международных отношений, мир является хорошо развитой международной системой, но в лучшем случае лишь весьма примитивным международным сообществом.

Каждая цивилизация видит себя центром мира и пишет свою историю как центральный сюжет истории человечества. Это, пожалуй, даже более справедливо по отношению к Западу, чем к другим культурам. Такие моноцивилизационные точки зрения, однако, утратили значимость и пригодность в полицивилизационном мире. Исследователям цивилизаций уже давно знаком этот трюизм. В 1918 году Шпенглер развеял превалирующий на Западе близорукий [ c .72] взгляд на историю с ее четким делением на античный, средневековый и современный периоды. Он говорил о необходимости заменить “птолемеев подход к истории коперниковым” и установить вместо “пустого вымысла об одной линейной истории – драму нескольких могущественных держав” 34 . Несколькими десятилетиями спустя Тойнби подверг критике “ограниченность и наглость” Запада, выражавшиеся в “эгоцентрических иллюзиях” о том, что мир вращается вокруг него, что существует “неизменный Восток” и что “прогресс” неизбежен. Как и Шпенглер, он на дух не выносил допущения о единстве истории, допущения, что существует “только одна река цивилизации – наша собственная и что все остальные являются либо ее притоками, либо затеряны в песках пустыни” 35 . Бродель спустя пятьдесят лет после Тойнби также признал необходимость стремления к более широким перспективам и пониманию “великих культурных конфликтов в мире и множественности его цивилизаций” 36 . Иллюзии и предрассудки, о которых предупреждали нас эти ученые, все еще живы и в конце двадцатого века расцвели и превратились в широко распространенную и ограниченную по сути концепцию о том, что европейская цивилизация Запада есть универсальная цивилизация мира. [ c .73]

 

Примечания

 

Продолжительность (фр.)

 

Использование терминов “Восток” и “Запад” для обозначения географических районов является сбивающим с толку и этноцентрическим. “Север” и “юг” имеют повсеместно принятые исходные точки – на полюсах. У понятий “Восток” и “Запад” такие базисные точки отсутствуют. Вопрос заключается в следующем: восток и запад чего ? Все зависит от того, где вы стоите. По‑видимому, “Запад” и “Восток” изначально относились к западной и восточной частям Евразии. С точки зрения американца, однако, Дальний Восток следует называть Дальним Западом. Большую часть китайской истории Запад означал Индию, в то время как “в Японии «Запад» обычно обозначает Китай”. William E. Naff, “Reflections on the Question of 'East and West' from the Point of View of Japan ”, Comparative Civilizations Review , 1986.

 

*** Но что можно сказать насчет еврейской цивилизации? Большинство исследователей цивилизаций едва упоминают о ней. Если судить по количеству людей, то иудаизм – это явно не основная цивилизация. Тойнби описывает ее как остановившуюся цивилизацию, которая эволюционировала из раннесирийской. Исторически она связана и с христианством, и исламом. На протяжении нескольких веков евреи сохраняли свою культурную идентификацию, живя в западной, православной и исламской цивилизациях. С созданием Израиля евреи получили все объективные атрибуты цивилизации: религию, язык, обычаи, общественные институты, политический и территориальный “дом”. Но как насчет субъективной идентификации? Евреи, живущие в иных культурах, по‑разному соотнесли себя со средой, начиная от абсолютной идентификации себя с иудаизмом и Израилем, до номинального иудаизма и полной идентификации с той цивилизацией, внутри которой они находятся. Последнее, однако, имело место главным образом среди евреев, живущих на Западе. См.: Mordecai M. Kaplan. Judaism as a Civilization . 1981.

 

 





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...