Главная Обратная связь

Дисциплины:






ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ ПРОГРАММА ПОППЕРА ПРОТИВ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЙ ПРОГРАММЫ КУНА 3 страница



блюдательные” теории Флэмстида. Например, он предлагал ему более стройную теорию рефракции в земной атмосфере. Флэмстид соглашался с этим и скорректировал свои первоначальные “данные”. Можно понять постоянное унижение и постепенно нараставшую ярость этого крупного наблюдателя, чьи данные подвергались критике и улучшались человеком, который, по собственному признанию, сам не делал никаких наблюдений. Именно это чувство, как я догадываюсь, привело в конце концов к злобным личным нападкам.

130 То же самое относится к решениям третьего типа. Если мы отбрасываем стохастическую гипотезу только, когда имеем другую, заменяющую ее в указанном смысле, то точная форма “правил отбрасывания” становится менее важной.

131 [157], vol. 2, гл. 23, р. 218; [русск. перев., т. II. с. 252].

132 Агасси, следовательно, неправ, утверждая, что “данные наблюдения могут считаться ложными, а потому проблема эмпирического базиса устранима” ([4], р. 20).

133 [55], р. 226; [русск. перев., с. 423].

134 Можно было бы сказать, что положительная и отрицательная эвристики дают вместе примерное (неявное) определение “концептуального каркаса” (н, значит, языка). Поэтому, если история науки понимается как история исследовательских программ, а не теорий, в этом приобретает определенный смысл утверждение о том, что история науки есть история концептуальных каркасов или языков науки.

135 [161], гл. 11 и 70. Здесь слово “метафизический” употребляется как технический термин наивного фальсификационизма: высказывание является “метафизическим”, если оно не имеет “потенциальных фальсификаторов”. 136 См. [200]. Уоткинс предупреждает, что “логический разрыв между предложениями и предписаниями в метафизико-методологической сфере обнаруживает себя уже в том, что тот же самый ученый, который отвергает метафизическое учение как таковое, может следовать ему же, если оно выражено в форме предписывающих высказываний (pp. 356—357).

137 Об этой “картезианской исследовательской программе” см. [160] и [200]. pp. 350-351.

138 [100], кн. 4, гл. 11.

139 На самом деле твердое ядро программы, конечно, не возникает в полном боевом снаряжении, подобно Афине из головы Зевса. Оно вырабатывается постепенно в долгом подготовительном процессе проб н ошибок. Но здесь мы не будем обсуждать этот процесс.

140 Реальные примеры приведены в [98]

141 Такое “опровержение” каждый раз успешно отклонялось при помощи “скрытых лемм” то есть таких лемм, которые возникают из ограничения ceteris paribus

142 Если ученый (или математик) обладает положительной эвристикой, он отказывается быть втянутым в наблюдения Он будет “лежать на кушетке закрыв глаза и забыв о данных” (Ср [92], особенно р 300 и далее [русск перев, с 98 и далее], где приведен подробный анализ одной из таких программ) Конечно он между делом задает Природе неглупые вопросы ему нравится, когда Природа отвечает “ДА” но ничуть не огорчает, когда она возражает “НЕТ”



143 Г. Рейхенбах вслед за Кэджори дает иное объяснение за держки Ньютоном публикации его “Начал” “К своему разочарованию он нашел, что наблюдения не согласуются с его результатами вычислений Вместо того чтобы предложить теорию сколь бы ни была она прекрасна не считаясь с факта ми он предпочел положить ее в стол где его рукопись и пролежала так долго Лишь приблизительно двадцать лет спустя после новых измерений окружности земли сделанных французской экспедицией, Ньютон понял что геометрические данные которыми он пользовался проверяя свою теорию были неправильными и что новые данные согласуются с его теоретическими вычислениями И только после этого он опубликовал свой закон Эта история с Ньютоном — одна из самых ярких иллюстраций метода современной науки” ([174], рр 101—102) П Фейерабенд подверг критике описание Рей хенбаха но не дал альтернативного объяснения ([55] р 229)

144 Более подробно об исследовательской программе Ньютона см [98]

145 См об этом [195]

146 Типичными примерами таких творческих толчков являются вклад Содди в программу Проута или Паули в программу Бора (старую квантовую теорию)

147 “Верификация” есть подкрепление добавочного содержания в развивающейся программе Но, разумеется “верификация” не верифицирует программу, она только показывает ее эвристическую силу

148 См [92] р 324—330 [русск перев , с 131—137] К сожалению в этой работе я не провел ясного методологического различения между теориями и исследовательскими программами и это ухудшило изображнеие исследовательской программы в неформальной квази эмпирической математике

149 Увы, все это скорее рациональная реконструкция чем действительная история Проут отвергал существование каких бы то ни было аномалий Например он утверждал что атомный вес хлора в точности равен 36

150 Проут отдавал себе отчет в некоторых основных методологических особенностях его программы Вот несколько строк из его работы 1815 г “Автор представляет свой труд публике с величайшей робостью. Но он верит, что значение этого труда будет оценено должны образом а также, что найдутся те, кто попытается исследовать поднятую в нем проблему, прежде чем отвергнуть выводы автора или согласиться с ними. Даже если будет доказана их ошибочность, это исследование могло бы обнаружить еще неизвестные факты лнбо лучше установить уже знакомые но если выводы автора найдут подтверждение новый и заманчивый свет пролился бы на всю химическую науку” [171]

151 Дж К Максвелл принял сторону Стаса, он полагал нeвозможным допущение двух видов водорода, “поскольку если бы некоторые молекулы были немного массивнее чем другие мы имели бы возможность разделять молекулы с различными массами ибо тогда одни молекулы были бы несколько плотнее других А так как этого сделать нельзя надо признать что все они подобны друг другу” [117]

152 [116]

153 [33]

154 Там же

155 [33], р 491

156 О “растяжке” понятий см [92], ч 60]

157 Этот сдвиг был предвосхищен в замечательной работе Крукса [34], где он заметил, что решение следует искать в новом различении “физического” и “химического” Но это предвосхищение осталось умозрительным только Резерфорду и Содди удалось превратить его в научную теорию

158 [184], р 50

159 Там же

160 Эти препятствия побуждали многих отдельных ученых отложить на неопределенный срок или даже отказаться от исследовании в рамках программы и присоединиться к другим программам, положительная эвристика которых в то время по-

зволяла достигать более легких успехов; нельзя понять вполне историю науки, не обращаясь к “психологии толпы”.

161 Историк науки скажет, что это скорее карикатура, чем действительный очерк истории; но я все же надеюсь, что он послужит своей цели. Кое-что внем надо принимать не со щепоткой, а с целой горстью соли.

162 В этом, конечно, еще один аргумент против тезиса Уиз-дома о том, что метафизические теории могут быть опровергнуты, если они противоречат хорошо подкрепленным научным теориям [209].

163 [13], р. 874; [русск. перев., с. 147—148]. 164 Н. Бор в это время считал, что теория Макксвелла—Лоренца должна со временем быть заменена (теория протона, предложенная Эйнштейном, уже показала, что это необходимо).

165 [77].

166 В нашей методологии такие защитные уловки ad hoc не обязательны; но, с другой стороны, от них нет вреда до тех пор, пока сохраняется ясное понимание, что они знаменуют собой проблемы, а не их решения.

167 [16], курсив мой.

168 [115], р. 311.

169 Зоммерфельд, например, игнорировал в большей степени.

чем Бор.

170 [21], р. 206.

171 Цит. по [180], р. 170.

172 Два высказывания образуют противоречие, если их конъюнкция не имеет модели, т. е. не существует интерпретации их дескриптивных терминов, при которой эта конъюнкция истинна. В обычных рассуждениях термины используются более расширимо, чем в формальном дискурсе; некоторые дескриптивные термины получают фиксированную интерпретацию. В этом неформальном смысле два высказывания могут быть (слабо) противоречивыми при стандартной интерпретации некоторых смыслообразующих терминов, хотя формально, при нефиксированной интерпретации, они могут быть совместимыми. Например, первые теории спина электрона были несовместимы со специальной теорией относительности, если понятие “спин” получало стандартную (“сильную”) интерпретацию и поэтому рассматривалось как нерасширимый термин; но противоречие исчезало, если “спин” трактовался как неинтерпре-

тированный дескриптивный термин. Не следует спешить со стандартными интерпретациями терминов, ибо выхолащивание значений может привести к бесплодию положительной эвристики программы (однако иногда именно стандартизация значений может оказаться прогрессивной). О демаркации между расширимыми и нерасширимыми (дескриптивными и логическими) терминами в неформальном рассуждении см. [92], особенно р. 335; [русск. перев., с. 144]).

173 [16], заключительный параграф.

174 Наивные фальсификационисты готовы увидеть в подобном либерализме чуть ли не преступление против разума. Их главный аргумент звучит примерно так: “Бели мы станем допускать противоречия, мы должны будем расстаться со всяким видом научной деятельности; это будет равносильно полному распаду науки. Сказанное легко подкрепить, доказав, что если допущены два противоречивых высказывания, то по необходимости допустимы какие угодно высказывания. В самом деле, логически мы вправе выводить из пары противоречивых высказываний вообще любое высказывание. . . Теория, включающая противоречие, поэтому совершенно бесполезна s качестве теории” ([156], русск. перев., с. 35, 38). Справедливости ради надо отметить, что здесь Поппер выступает против гегелевской диалектики, в которой противоречие объявляется достоинством, и он совершенно прав, указывая на опасность этого. Но Поппер никогда не анализировал примеры эмпирически (или не-эмпирически) прогрессивного развития знания, покоящегося на противоречивых основаниях; в 24-й главе его “Логики” прямо говорится о непротиворечивости как о требовании к научной теории, не допускающем никаких исключений.

175 См.: [87].

176 [19] [русск. перев.. с. 113].

177 М. Борн в своем живом описании принципа соответствия также указывает на двойственность его оценки: “Искусство угадывания правильных формул, которые отклоняются от классических, но переходят в них в смысле принципа соответствия, было значительно усовершенствовано” ([25], русск. перев., с. 304).

178 Увлекательную историю этого длинного ряда обескураживающих заблуждений см. в [209], р. 103—104. Сам Планк дает драматическое описание этих лет: “Мои тщетные попытки как-то ввести квант действия в классическую теорию продол-

жались в течение ряда лет и стоили мне немалых трудов. Некоторые из моих коллег усматривали в этом своего рода трагедию” ([148]; русск. пер. с. 661).

179 См. [98]. Конечно, редукционистская программа может считаться научной, если только она объясняет больше того, что остается за рамками объяснения; в противном случае редукция научной не является (ср. [168]). Если редукция не обеспечивает прироста нового эмпирического содержания (т. е. новых фактов), она выступает как регрессивный сдвиг проблем, как чисто лингвистическое упражнение. Ярким примером такой чисто лингвистической редукции являются усилия картезианцев укрепить свою метафизику так, чтобы ньютоновская гравитация могла быть истолкована на ее основании.

180 [47]; [русск. перев., с. 238]. В ряду критиков копенгагенского “анархизме” следует назвать, кроме Эйнштейна, — Поппера, Ланде, Шредингера, Маргенау, Блохинцева, Бома, Фенье и Яноши. Аргументы в защиту копенгагенской интерпретации см. в [72] [русск. перев., с. 91—106]; меткая критика недавно представлена Поппером в [163а], [168]. Фейерабенд в [56] использовал некоторые противоречия и колебания Бора, чтобы апологетически фальсифицировать боровскую философию. Он представил в кривом зеркале критику Бора со стороны Поппера, Ланде, Маргенау, затушевал оппозицию Эйнштейна, а главное, кажется, совсем забыл, что в некоторых своих ранних статьях он по этому вопросу занимал даже более попперианскую позицию, чем сам Поппер.

181 [169], р. 31, курсив мой. Выражение “полностью” здесь надо понимать буквально. Вот еще пример: “Предположение, что какой-либо элемент оснований квантовой теории может быть ложным — абсурдно. . . Неприемлема и аргументация, согласно которой научные результаты всегда преходящи. Это скорее относится к философским концепциям современной физики, поскольку еще многим не ясно, как глубоко открытия квантовой физики воздействуют на всю эпистемологию. . . Условия наблюдения в квантовой физике убедительно говорят о том, что обычный язык является необходимым источником определенности физического описания” (“Nature”, 1969, vol. 222, р. 1034—1035).

182 Это рациональная реконструкция. На самом деле Бор признал эту возможность только в [17].

183 Помимо этой аналогии, в положительной эвристике Бора имелась и другая фундаментальная идея: “принцип соответствия”. Это было намечено им еще в 1913 г.; см. вторую часть 5-го постулата; но развита она была позже, когда ста-

ла использоваться как ведущий принцип при решении некоторых проблем, возникших в последующих, более тонких моделях (таких как интенсивность и состояния поляризации). Характерной особенностью этой второй части положительной эвристики было то, что Бор не придавал ей метафизического смысла: по его мнению, это было временное правило, которым следовало пользоваться до тех пор. пока классическая теория электромагнетизма (и, возможно, механика) не будут заменены.

184 [35]. Подобную эйфорию испытывал Маклорен в 1748 г. по отношению к программе Ньютона: ньютоновская философия, писал он, “основанная на эксперименте и доказательстве, не может пасть, покуда разум или природа вещей останутся неизменными. . . [Ньютон] оставил потомству сделать не так уж много: наблюдать небесные тела и вычислять их путь по его формулам” ([II4]. р. 8).

185 “Наивная догадка” здесь — это специальный термин, смысл которого разъясняется в моей работе [92]. Ситуационное исследование и подробную критику мифа об “индуктивном базисе” науки (естествознания или математики) см. там же, гл. 7, в особенности р. 298—307 [русск. перев., с. 97— 106]. Там я показал, что “наивная догадка” Декарта и Эйлера о том, что для всех многогранников справедлива формула V—E+F=2, была неверна и избыточна в свете дальнейшего развития математики; в качестве других примеров можно вспомнить, что попытки Бойля и его последователей установить соотношение pV==RT оказались иррелевантными для дальнейших теоретических разработок (за исключением некоторых экспериментальных установок), так же как три закона Кеплера могли быть излишними для ньютоновской теории тяготения.

186 См. [80], р. 77; [русск. перев., с. 86].

187 [59]. Между прочим, “наблюдательная” теоррия Фаулера была основана на теоретических исследованиях Ридберга, которые “при отсутствии строгого экспериментального доказательства он рассматривал как оправдание его экспериментальных результатов” (р. 65). Но его коллега, физик-теоретик, проф. Никольсон спустя всего три месяца ссылался на результаты Фаулера как на “лабораторное подтверждение теоретических выводов Ридберга” [140]. Мне кажется, этот небольшой эпизод хорошо иллюстрирует мою поговорку: большинство ученых имеют такое же представление о том, что такое наука, как рыбы — о гидродинамике.

В докладе на 93-м ежегодном общем собрании Коро-

левского астрономического Общества “экспериментально-лабораторные наблюдения” новых “водородных линий, которым отдано так много усилий физиков” характеризовалось как “достижение огромной значимости” и “триумф хорошо ориентированной экспериментальной работы”.

188 [14].

189 [51]

190 “Укрощение монстра” — превращение контрпримера в пример на основании некоторой новой теории. См. [92], р. 127; [русск. перев., с. 33]. Но “монстр” Бора был эмпирически прогрессивным: он предсказывал новый факт—появление линии 4686 в трубке без водорода.

191 [60].

192 [15]; [русск перев , с 149—151] И этот “монстр” также был “прогрессивным”. Бор предсказал, что наблюдения Фаулера должны быть слегка неточны, а “постоянная” Ридберга должна иметь более тонкую структуру.

193 [61]; но Фаулер особо отметил, что программа Бора еще не объяснила спектр линий не ионизованного, обычного гелия Вскоре он все же отбросил свои скепсис и присоединился к исследовательской программе Бора [62]

194 См. [77]: “Когда я рассказал ему о спектре Фаулера, огромные глаза Эйнштейна стали еще больше, и он сказал мне “Тогда это одно из величайших открытий.”

195-196 [123], особенно р 287—289 Майкельсон даже не упоминает о результатах Бальмера.

197 [131].

198 [185], р 68.

199 [78]. Это подробно обсуждалось Фейерабендом ([56], р. 83— 87). Но разбор Фейерабенда слишком тенденциозен. Его главная цель — обыграть методологический анархизм Бора и доказать, что Бор выступал против копенгагенской интерпретации новой (после 1925) квантовой программы. Поэтому, с одной стороны, Фейерабенд преувеличивает разочарование Бора противоречием со старой (до 1925 г.) квантовой программой, а с другой стороны, придает чересчур большое значение тому, что Зоммерфельд был менее озабочен проблемой противоречия в основаниях старой программы, чем сам Бор.

200 [24], р. 180;курсив мой — И. Л.

201 В этих трех примерах мы оставляем в стороне сложности, связанные, например, с успешной апелляцией против приговора экспериментаторов.

202 Это говорит о том, что одинаковые теории и в точности те же данные, если их подвергнуть рациональной реконструкции в различных временных порядках, могут образовывать либо прогрессивный, либо регрессивный сдвиги проблем См. также [93], р. 387

203См. [113]. р. 21.

204 Кстати, маниакальное увлечение сбором данных — и слишком большой точностью — не позволяет сформулировать даже наивные “эмпирические” гипотезы, вроде гипотезы Бальмера Знай Бальмер о тонкой структуре спектра по Майкельсону, пришел ли бы он к своей формуле? Знай Тихо Браге более точные данные астрономических наблюдений, был ли бы сформулирован эллиптический закон Кеплера? То же самое относится к первой наивной версии универсального закона газов и т. д Догадка Декарта—Эйлера о многогранниках. скорее всего, никогда не могла бы возникнуть, если бы не нехватка данных, см. [92], р. 298 [русск. перев, с 117—118]

205 “В период между публикацией великой трилогии Бора 1913 г. и выходом на сцену волновой механики, появилось множество работ, развивающих идеи Бора до уровня грандиозной теории атомных явлений. Это были коллективные усилия, а имена физиков, внесших свой вклад в эту работу, составляют блестящую плеяду Бор, Борн, Кляйн, Росселенд, Крамере, Паули, Зоммерфельд, Планк, Эйнштейн, Эпштейн, Дебай, Шварцшильд, Уилсон. . ” ([191], р. 43).

205 См. [196], (а также [197], р 264—265 Прим перев )

206 [80], р. 146—148, 151 (русск. перев., с. 154—155)

207 Живое описание этой регрессивной фазы программы Бора см.: [115], р. 311—313. Когда программа находится в прогрессивной фазе, ее главные стимулы идут от положительной эвристики; аномалии, как правило, игнорируются. В регрессивной фазе эвристическая сила программы иссякает. При отсутствии соперничающей программы эта ситуация преломляется в психологии ученых необычайной сверхчувствительностью к аномалиям и ощущением “кризиса” в смысле Куна.

208 Вот почему Ньютона должно было раздражать большинство “скептически пролиферирующих теорий”, создаваемых картезианцами

209 Но все же в упорстве некоторых ученых, остающихся верными исследовательской программе, пока она не достигнет “точки насыщения” есть определенный резон, это заставляет

новую программу объяснять все успешные результаты старой. Против этого нельзя возразить, что соперничающая программа может уже с самого начала объяснить все успехи прежней программы; рост научной программы нельзя предсказать заранее — он может вызвать важные и непредвиденные вспомогательные теории, благодаря упорству соперничающей программы. Кроме того, если некий вариант An исследовательской программы Р1 математически эквивалентен варианту Am соперничающей программы Р2, то следует разрабатывать оба варианта, их эвристическая сила может оказаться различной.

210 “Эвристическая сила” — здесь это специальный термин, обозначающий способность исследовательской программы теоретически предсказывать новые факты в своем росте. Можно было бы, конечно, назвать это и “объяснительной силой”.

211-214 Одно из рассуждений Поппера особенно важно: “Существует широко распространенное убеждение в том, что высказывание “Я вижу, что стоящий здесь стол бел” с точки зрения эпистемологии обладает некоторыми важными преимуществами по сравнению с высказыванием “Стоящий здесь стол бел”. Однако, с точки зрения оценки применимых к нему возможных объективных проверок, первое высказывание, в котором речь идет обо мне, представляется не более надежным, чем второе, говорящее о стоящем здесь столе” ([161], гл. 27 [русск. перев., с. 131—132]). Нейрат делает исключительно глупый комментарий к этим положениям: “Для нас такие протокольные предложения обладают преимуществом большей стабильности. Можно согласиться с предложением “Люди в XVI веке видели огненные мечи в небесах”, но не с предложением “Существуют огненные мечи в небесах” ([139], р. 362).

215 Помимо прочего, это замечание определяет “степень подкрепления” для “неопровержимых” твердых ядер исследовательских программ. Теория Ньютона (сама по себе) не имела эмпирического содержания, но в указанном смысле была подкрепленной в высокой степени.

216 В рамках методологии исследовательских программ, помимо прочего, становится совершенно прозрачным прагматический смысл “отрицания” программы: он означает принятие решения о приостановке работы в ее рамках.

217 Кое-кто мог бы осторожно назвать этот оберегаемый период развития “прото-научным” (или “теоретическим”) и лишь тогда, когда программа начинает предсказывать “подлинно новые” факты, признать ее истинно научный (или “эмпириче-

ский”) характер; но такое признание было бы сделано задним числом.

218 Помимо прочего, можно было бы с уверенностью сказать, что конфликт между погрешимостью и критикой составляет главную проблему — и движущую силу — исследовательской программы Поппера в теории познания.

219 Особо интересный случай такой конкуренции — это конкурентный симбиоз, когда новая программа привита к старой и несовместима с ней.

220 Никакой естественной “точки насыщения” нет; в своей работе “Доказательства и опровержения” (см. I92], р. 327—й28 [русск. перев., с. 134]) я был большим гегельянцем, чем теперь, полагая, будто она все же существует; теперь я говорю об этом с иронией. Человеческое воображение не имеет предвидимых или предзаданных границ, которые мешали бы изобретению новых, увеличивающих эмпирическое содержание теорий или сдерживали бы “хитрость разума” (List der Vernunft), благодаря которой даже ложная теория может иметь эмпирический успех, не говоря уже о теориях, обладающих меньшим, по сравнению с предшественницей, правдоподобием, в смысле Поппера. (Скорее всего, все научные теории, когда-либо изобретенные людьми, рано или поздно обнаружат свою ложность, но это не мешает им иметь эмпирический успех и даже возрастающее правдопободие.)

221-222 По этой причине аномалия а исследовательской программе — это явление, которое требует объяснения на основе этой программы. Следуя Куну, можно было бы назвать их “головоломками” : “головоломка” в программе — это проблема, которую рассматривают как вызов данной программе. “Головоломка” может быть разрешена тремя способами: разрешая ее внутри исходной программы (превращая аномалию в пример); нейтрализуя ее, т. е. решая в рамках иной, независимой программы (аномалия исчезает); и, наконец, решая ее в соперничающей программе (аномалия превращается в контрпример).

223 См. [161], гл. 30 [русск. перев., с. 144].

224 См.: [63], [189], [188]. Яркое и точное изложение сути дела в [109].

225 Это косвенно следует из заключительных фраз его [122].

226 [122],р. 128; курсив мой — И. Л.

227 [1261, р. 335.

228 См. [103]. О противоречивости теории Стокса см. также [108].

229 [126], р. 341. ОднакоПирс Уильямс отметил, что Майкельсон этого никогда не делал ([I42], р. 34).

230 Там же, р. 341; (курсив мой. — И. Л.).

231 См. [126]. Это замечание показывает, что Майкельсон понял: его эксперимент 1887 г. был вполне совместим с предположением об “эфирном ветре”, который мог бы “дуть” высоко над Землей. М. Бори спустя 33 года утверждал, что после эксперимента 1887 г. “мы должны заключить, что эфирный ветер не существует” (курсив мой. — И. Л.; [23] [русск. перев., с. 213]) (первое немецкое издание книги М. Борна “Эйнштейновская теория относительности” вышло в 1920 г. — Прим. перев.).

232 Кельвин в 1900 г. на Международном Физическом конгрессе сказал, что “единственным облачком на ясном небе теории эфира был нулевой результат эксперимента Майкельсона—Морли” и советовал Морли и Миллеру, присутствовавшим на этом конгрессе, еще раз повторить эксперимент (см. [129]).

233 [104].

234 Там же (курсив мой. — И. Л.).

235 [109].

236 [108].

237 В то же время Фицджеральд, независимо от Лоренца, предложил проверяемый вариант этого “креативного сдвига”, который был быстро опровергнут Траутоном, Рэлеем и Брэйсом; вариант оказался прогрессивным теоретически, но не

эмпирически (см. [208], р. 53; [208], р. 28—30).

Принято считать, что теория Фицджеральда была ad hoc. То, что понимали под этим современники, следовало бы назвать ad hoc” в том смысле, что у этой теории не было “независимых положительных доказательств” (см. [99], р. 624). Позднее под влиянием Поппера термин ad hoc главным образом трактовался как ad hoc1 (см. [161], гл. 20 [русск. перев., с. 111]). Это еще раз говорит о том, как важно различать ad hoc1 и ad hoc2.

После того, как Грюнбаум [67] заметил ошибку Поппера. последний согласился с ним, но добавил, что теория Фицджеральда была все же ad hoc в большей степени, чем теория Эйнштейна, и что это является “еще одной прекрасной иллюстрацией того, как теории разнятся по “степеням подгонки” (degrees of adhocness), а также одного из главных тезисов [его] книги, что “степени подгонки” находятся в обратной зависимости со степенями проверяемости и значимости” [162]. Однако это различие между теориями не сводится

к степени одноразовой подгонки, которая могла бы измеряться проверяемостью.

238 [124], р. 478.

239 Лоренц тут же откликнулся замечанием: “В отличие от Майкельсона, который считает столь далеко распространяющееся влияние Земли невероятным, я, напротив, ожидаю именно такого результата” ([110]), курсив мой. — И. Л.

240 [130].

241 Историко-эвристический фон становления теории Эйнштейна продолжает вызывать серьезные разногласия, поэтому не исключено, что это утверждение может оказаться ложным.

242 [10], р. 530; [русск. перев., с. 407]. Вспомним, что для Кельвина в 1905 г. это выглядело только как “облачко на ясном небе”.

243 В превосходином учебнике физики Хвольсона (1902 г.) [см.: Хвольсон О. Д. Физика наших дней. М.—Л., 1929. — Прим. перев.] можно прочитать, что вероятность гипотезы эфира почти граничит с достоверностью (см. [45], р. 817 [русск. перев., с. 181]).

244 Поляни не без юмора рассказывает, как в 1925 г. в докладе Американскому Физическому обществу Миллер заявил, что, вопреки отчетам Майкельсона и Морли, наличие эфирного ветра доказано им окончательно и бесповоротно; тем не менее, это не произвело особого впечатления на слушателей, среди которых преобладали приверженцы теории Эйнштейна. Поляни приходит к выводу, что никакой “объективистский каркас” не обеспечивает ни принятия, ни отвержения теорий учеными ([151], р. 12—14 [см. русск. перев., с. 37—39]). Но моя реконструкция позволяет считать верность сторонников Эйнштейна его исследовательской программе даже перед лицом убедительных данных, противоречащих ей, вполне рациональной, и это, разумеется, подрывает “пост-критическую”, а лучше сказать, мистическую трактовку данного вопроса Поляни.





sdamzavas.net - 2018 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...