Главная Обратная связь

Дисциплины:






Общественно опасное деяние 9 страница



Группа лиц по предварительному сговору —более опасная форма соучастия, в которой участвуют лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления (ч. 2 ст. 35 УК РФ). В судеб-ной практике отмечается рост преступлений, совершаемых в данной форме соучастия. Так, если в 1997 г. группой лиц по предварительно-му сговору было совершено 259 936 преступлений, в 1999 г. — 373 118, в 2003 г. — 198 837, за январь — октябрь 2004 г. — 163 986. а за январь — ноябрь 2005 г. — 178 394 преступлений. При этой фор-ме соучастникам известны не только общий характер, но и некоторые детали предполагаемого преступления. Однако степень согласован-ности, которая появляется в результате сговора, остается достаточно низкой (отсутствие конкретизации деталей преступления, его плани-рование в самой простейшей форме, простейшее или полностью от-сутствующее разделение ролей и т.д.). Законодатель характеризует данную форму, указывая на такой существенный момент, как «зара-нее договорившиеся о совместном совершении преступления». Таким образом, от простой группы лиц данная форма отличается наличием сговора и временем достижения такого сговора — заранее. В содер-жание предварительного сговора входит соглашение, во-первых, о со-вместности, т.е. о функциях в совершении преступления, и, во-вто-рых, о самом совершении преступления. Чаще всего сговор касается таких элементов состава преступления, как место, время, способ со-вершения преступления. Он может достигаться словами, жестами, условными знаками, а иногда даже взглядами. Сорганизованность со-участников при данной форме соучастия незначительна.

В теории и судебной практике сложилось устойчивое мнение, что предварительный сговор должен быть достигнут до момента начала совершения преступления. По одному из дел Судебная коллегия Верховного Суда РСФСР указала, что преступление может быть квалифицировано как совершенное по предварительному сговору группой лиц тогда, когда участники преступления договорились о его совер-шении до начала преступления (БВС РСФСР, 1991, № 6, с. 9). В уголовном праве началом преступления принято считать выполне-ние объективной стороны. Все договоренности, которые достигаются до начала покушения, являются предварительными. При этом проме-жуток времени между сговором и началом совершения преступления может быть различным и решающего значения не имеет. участники преступной группы могут выступать в роли организаторов, под-стрекателей или пособников убийства, и их действия надлежит квалифици-ровать по соответствующей части статьи 33 и пункту «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ»1. Вместе с тем объективная сторона различных преступлений не-редко носит сложный характер. Когда при совершении хищения одно лицо находится на страже, обеспечивая тем самым тайность изъятия имущества, другое взламывает дверь квартиры, а третье физически изымает имущество, распределение ролей связано с технологией со-вершения кражи, не имеющей юридического значения. Все эти лица являются соисполнителями, действия которых квалифицируются только по пункту «а» ч. 2 ст. 158 без ссылки на статью 33 УК РФ. Напротив, лицо, только предоставившее различные инструменты для взлома двери, является пособником, и поэтому его действия должны квалифицироваться со ссылкой на статью 33 УК РФ. Таким образом, при совершении конкретного преступления в пределах объективной стороны внутри группы лиц по предварительному сговору вполне возможно «техническое» распределение ролей, не влияющее на ква-лификацию содеянного.



В случаях, когда распределение ролей осуществляется по прин-ципу выделения организатора, пособника, подстрекателя и исполни-теля без участия трех первых лиц в непосредственном совершении преступления, такое распределение является юридически значимым и не может расцениваться как соучастие в форме группы лиц по пред-варительному сговору.

Однако, по нашему мнению, такое решение не является юридически безупречным. По смыслу закона обязательным условием квалификации содеянного по конкретной статье Особенной части УК как совершенно-го группой лиц по предварительному сговору является совершение пре-ступления в виде соисполнительства. Следовательно, если соответст-вующее требование не соблюдается, то и квалифицировать содеянное по признаку группы лиц по предварительному сговору нельзя. Такая позиция в последние годы находит поддержку и в деятель-ности правоохранительных органов.

Группой лиц по предварительному сговору могут совершаться различные преступления. В некоторых случаях это обстоятельство прямо выделяется законодателем в качестве квалифицирующего (на-пример, п. «ж» ч. 2 ст. 105; п. «а» ч. 3 ст. 111; п. «г» ч. 2 ст. 112; п. «а» ч. 2 ст. 158 — 166 УК РФ) и влечет более суровое наказание. В других случаях это обстоятельство не рассматривается как квали-фицирующий признак. Поэтому в соответствии с пунктом «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ, как и группа лиц, данная форма соучастия предусмат-ривается в качестве обстоятельства, отягчающего наказание.

Организованная группа как форма соучастия характеризуется гораздо более высоким уровнем совместности действий в совершении преступления, что придает ей большую опасность по сравнению с группой лиц по предварительному сговору. В 1995 г. было зарегист-рировано 23 820, в 1996 г.— — 26 433, в 1997 г. — 28 497, в 1998 г. — 28 688, а в 1999 г. — 32 858, в 2003 г. — 25 671, а за январь — ок-тябрь 2004 г. — 24 115 случаев совершения преступления в составе организованной группы или преступного сообщества.

Преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

Из данного определения следует, что характерными признаками организованной группы являются устойчивость и предварительная объединенность членов группы на совершение одного или нескольких преступлений.

Устойчивость характеризуется наличием достаточно прочных по-стоянных связей между членами группы и специфическими индиви-дуальными формами и методами деятельности. В судебной практике в качестве показателей устойчивости (неподверженность колебаниям, постоянство, стойкость, твердость) выделяются:

— высокая степень организованности (тщательная разработка планов совершения, как правило, не одного, а ряда преступлений, иерархическая структура и распределение ролей между соучастника-ми, внутренняя, нередко жесткая, дисциплина, активная деятель-ность организаторов, продуманная система обеспечения орудиями и средствами совершения преступления, нередко наличие системы про-тиводействия различным мерам социального контроля со стороны об-щества, в том числе и обеспечения безопасности соучастников);

— стабильность костяка группы и ее организационной структу-ры, которая позволяет соучастникам рассчитывать на взаимную по-мощь и поддержку друг друга при совершении преступления, облег-чает взаимоотношения членов группы и выработку методов совмест-ной деятельности;

— наличие своеобразных, индивидуальных по характеру форм и методов деятельности, находящих свое отражение в особой методике определения объектов, способах ведения разведки, специфике спосо-бов совершения преступления и поведения членов группы, обеспече-нии прикрытия, отходов с места совершения преступлений и т.д.;

— постоянство форм и методов преступной деятельности, которые нередко являются гарантом надежности успешного совершения преступления, поскольку они сводят до минимума вероятность ошибок участников в случаях непредвиденных ситуаций. О постоянстве могут свидетельствовать также устойчивое распределение обязанностей сре-ди членов группы, использование специальных форм одежды и специ-альных опознавательных знаков (жетонов, жезлов, повязок) и т.д.

Предварительная объединенность членов организованной группы означает, что ее участники не просто договорились о совместном со-вершении преступления, что характерно для группы лиц по предва-рительному сговору, но достигли субъективной и объективной общ-ности в целях совместного совершения одного, чаще нескольких пре-ступлений, причем нередко разнородных. Вместе с тем не исключена возможность создания организованной группы для совершения и од-ного преступления, которое требует достаточно серьезной и тщатель-ной подготовки (нападение на банк, захват заложника и т.д.). Участники организованной группы могут выполнять роль испол-нителей преступления, но могут и не принимать непосредственного участия в выполнении объективной стороны преступления, что чаще всего и происходит. Члены группы для того и организуются, чтобы объединение происходило путем четкого распределения функций по совершению преступлений. Все соучастники с момента вступления в организованную группу становятся ее членами и независимо от места и времени совершения преступления и характера фактически выпол-няемых ролей признаются соисполнителями.

Согласно части 2 ст. 34 УК РФ они несут ответственность по ста-тье Особенной части, предусматривающей ответственность за совер-шенное преступление, без ссылки на статью 33 УК РФ. В этом случае законодатель обоснованно переносит центр тяжести ответственности с роли каждого соучастника на организованный характер совершения преступления.

В Особенной части Уголовного кодекса совершение преступления организованной группой признается особо квалифицирующим об-стоятельством значительного ряда преступлений (против собственно-сти, в сфере экономической деятельности, против общественной безо-пасности). В тех случаях, когда организованная группа не предусмат-ривается в Особенной части как квалифицирующий признак, их организаторы в случаях пресечения их деятельности на стадии созда-ния организованной группы несут ответственность за приготовление к тем преступлениям, для совершения которых она создана (ч. 6 ст. 35 УК РФ). Совершение преступления организованной группой в соответствии с пунктом «в» ст. 63 УК РФ является обстоятельством, отягчающим наказание.

Преступное сообщество (преступная организация) пред-ставляет собой наиболее опасную форму соучастия и уголовно-право-вую форму выражения организованной преступности, которая впер-вые закреплена в Уголовном кодексе России. Организованная пре-ступность сложна, многомерна и разнопланова, что не позволяет, к сожалению, пока выработать в мировой практике борьбы с нею уни-версального понятия1. Вместе с тем необходимо иметь в виду, что по-нятие организованной преступности — понятие криминологическое и в силу своей недостаточной определенности и многосложности не мо-жет напрямую закрепляться в уголовном законе. Поэтому Уголовный кодекс предусматривает соответствующие этому понятию уголов-но-правовые формы проявления организованной преступности — ор-ганизованную группу и преступное сообщество (преступную органи-зацию).

Преступление признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено структурированной организованной группой или объединением организованных групп, действующих под единым руководством, члены которых объединены в целях совместного совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды.

Выделяя четыре групповые формы объединения, законодатель должен был при их определении отразить и соответствующие отгра-ничительные признаки. Однако сопоставление признаков организо-ванной группы и преступного сообщества (преступной организации) показывает, что эту задачу законодатель не выполнил, и поэтому со-ответствующие формы не имеют четко выраженных границ, что соз-дает серьезные трудности в правоприменительной деятельности.

По смыслу закона характерными признаками преступного сообщества (преступной организации) являются организованность, сплоченность и специальная цель деятельности — совершение тяжких или особо тяжких преступлений.

Понятие сплоченности тесно связано с понятием устойчивости, которое характеризует организованную группу, однако его использо-вание законодателем в качестве самостоятельного признака сообщест-ва следует расценивать как намерение придать его содержанию иной характер, отличный от содержания устойчивости. Признак сплочен-ности (дружный, единодушный, организованный) отражает более высокую степень согласованности преступной деятельности по срав-нению с организованной группой и проявляется в спаянности, соци-ально-психологической общности сообщества. В социальной психо-логии в качестве детерминантов сплочения выделяют:

— кооперативное поведение, понимаемое одновременно и как объективная взаимозависимость участников совместной деятельности и как особая форма мотивации;

— цели группы, характер и сложность которых определяют и со-ответствующий уровень специализации индивидуальных усилий и тесноту кооперации;

— сходство ценностных ориентаций и взглядов как основу тяготе-ния лица к группе.

Объединение членов сообщества происходит вследствие наличия единой системы социальных ценностей и одинаковых социальных ориентаций соучастников. Чем дольше существует такое сообщество, тем в большей степени поведение членов сообщества определяется внутригрупповыми нормами, которые представляют собой опреде-ленные шаблоны поведения и ориентированы на достижение целей конкретного сообщества за счет объединения физических и мораль-ных сил всех соучастников. Подчинение этим нормам может быть как добровольным, так и принудительным, в том числе и на основе пря-мого физического или психического насилия. Значительное влияние на консолидацию сообщества, формирование в нем соответствующего микроклимата оказывают его лидеры. Это могут быть как организа-торы, способные задавать сообществу программу противоправного поведения, так и организаторы, предрасположенные лишь к органи-зации конкретной деятельности, конкретного преступления. Чем сильнее зависимость соучастников от внутригрупповых норм, выше авторитет организаторов или руководителей, тем выше социаль-но-психологическая общность членов сообщества и, следовательно, тем более оно сплоченно и с большей эффективностью может дейст-вовать.

В специальной литературе в содержание сплоченности наряду с указанными обстоятельствами включают и некоторые другие: «круго-вую поруку», конспирацию, общую кассу («общак»), наличие специ-альных технических средств и т.д.1. Несомненно, эти обстоятельства в той или иной степени находят свое отражение в сообществе, ибо оно согласно закону представляет собой либо одну сплоченную организо-ванную группу (организация), либо объединение таких групп (сооб-щество — союз обществ). Следовательно, оно должно обладать опре-деленной системой иерархической связи. Во главе иерархической структуры сообщества находятся руководители или совет руководи-телей, в состав совета также входят руководители структурных под-разделений, аналитики (советники), держатели «общака», нередко сюда же входят коррумпированные лица государственного аппарата. Нижнюю часть этой структуры составляют боевики, рядовые испол-нители, наводчики, пособники и т.д.

Преступное сообщество может быть структурировано, т.е. под-разделяться на более мелкие структурные подразделения, но может быть и единым, и в этом случае оно представляет собой сплоченную организованную группу (организацию).

Структурное подразделение преступного сообщества (преступной организации) — это входящая в сообщество группа из двух или более лиц (бригада, звено, группировка и т.д.), которая может выполнять различные функции в рамках и целях преступного сообщества. Одни из них занимаются не-посредственным совершением преступлений, другие выполняют «обес-печивающие» функции (связь, разведка, материальное обеспечение и т.п.). Сообщество может быть с обязательным жестким подчинением руководству сообщества, но может включать в себя и автономные структурные подразделения, которые в целом выполняют общую ли-нию поведения сообщества, подконтрольны его руководству, однако сохраняют относительную свободу и самостоятельность действий. Как правило, оно распространяет свое влияние на определенный тер-риториальный район или на определенную сферу деятельности, т.е. имеет специализацию (торговля оружием или наркотиками, контра-банда, финансовые операции и т.д.). Однако чаще всего сообщество имеет межрегиональные и даже международные связи.

Следующим признаком преступного сообщества (преступной организации) является наличие специальной цели — совершение тяжких и особо тяжких преступлений. Данный признак не является безу-пречным, хотя бы уже в силу того, что определять качество преступ-ного образования через тяжесть совершенного его участниками преступления некорректно, поскольку по данному признаку форми-рование не может быть квалифицировано как преступное сообщество. Группа лиц по предварительному сговору и организованная группа также могут создаваться для совершения тяжких и особо тяжких пре-ступлений. Никаких запретов по этому поводу закон не содержит. Следовательно, создается возможность либо неоправданного суже-ния понятия организованной группы, либо, наоборот, необоснован-ной оценки случаев совершения организованной группой тяжких или особо тяжких преступлений как выполненных преступным сообщест-вом.

Согласно принятой в Уголовном кодексе классификации (ч. 4 и 5 ст. 15) тяжкими преступлениями признаются деяния, за совершение которых максимальное наказание не превышает 10 лет лишения сво-боды, а особо тяжкими — на срок свыше 10 лет лишения свободы или более строгое наказание. Сказанное, однако, не означает, что в про-цессе своей деятельности преступное сообщество не может совершать и иные преступления, не отнесенные к тяжким и особо тяжким. Вме-сте с тем следует отметить, что в данном случае тоже нет исчерпываю-щей определенности и четкости. С точки зрения традиционной орга-низованной преступности основными доходными промыслами для нес являются незаконный оборот наркотиков и оружия, преступле-ния в сфере экономической деятельности, контроль за игорным и раз-влекательным бизнесом, а также проституцией и порнографией. Ме-жду тем из числа преступлений, входящих в орбиту интересов орга-низованной преступности, к тяжким и особо тяжким относятся лишь преступления, связанные с незаконным оборотом оружия и наркоти-ков, остальные преступления, как правило, относятся к числу престу-плений средней тяжести. В этом смысле криминологически оправда-на и, более того, находит применение в международной практике дру-гая цель, воспроизведенная в Модельном Уголовном кодексе для стран — участниц Содружества Независимых Государств: извлече-ние незаконных доходов.

Количественные характеристики преступного сообщества (пре-ступной организации) в законе не определяются. Поэтому следует ис-ходить из общих требований соучастия, предусмотренных статьей 32 УК РФ, хотя в специальной литературе высказывались предложения об увеличении минимальной численности преступной организации. Например, Уголовный кодекс Италии в статьях 416и416(1), кото-рые предусматривают ответственность за создание объединения ма-фиозного типа, прямо устанавливает минимальное количество субъ-ектов — три лица. В Уголовном кодексе Китайской Народной Рес-публики преступным сообществом признаются три или более лица, создавших устойчивую преступную группу для совместного осущест-вления преступлений (ч. 2 ст. 26).

Законодатель настолько высоко оценивает общественную опас-ность преступного сообщества (преступной организации), что не только выделяет ее в Общей части среди форм соучастия и признает ее существование как отягчающее наказание обстоятельство, но и предусматривает в Особенной части специальные составы, в которых сообщество указывается в качестве конститутивных признаков. Дан-ные преступления признаются оконченными с момента создания неза-конного вооруженного формирования — ст. 208 УК РФ, банды —ст. 209 УК РФ, преступного сообщества (преступной организа-ции) — ст. 210 УК РФ и экстремистского сообщества — ст. 2821 вне зависимости от того, успело ли формирование, банда или сообщество совершить какое-либо преступление или нет. Деятельность, направ-ленная на создание указанных объединений, но по не зависящим от виновного причинам не завершившаяся созданием таких формирова-ний, образует покушение на создание формирования, банды или пре-ступного сообщества (преступной организации).

 

36. Основание ответственности соучастников. Пределы вменения соучастникам объективных и субъективных признаков. Назначение наказания за преступление, совершенное в соучастии.

Соучастие не создает каких-либо особых оснований уголовной от-ветственности. На соучастников распространяются общие принципы ответственности по уголовному праву, согласно которым основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержаще-го все признаки состава преступления, предусмотренного Уголовным кодексом России (ст. 8). В статьях Особенной части Кодекса составы преступлений, как правило, описываются исходя из совершения их одним лицом. Вместе с тем по прямому указанию части 2 ст. 34 УК РФ диспозиция статей Особенной части, определяющих конкрет-ное преступление, одновременно описывает исчерпывающим образом и действия исполнителя (соисполнителя).

Ответственность соучастников должна быть самостоятельной и строго индивидуальной. Любое из совместно действующих лиц долж-но отвечать только за свои деяния и лишь в пределах личной винов-ности.

Основание ответственности иных соучастников определяется с учетом следующих обстоятельств. Во-первых, признаки состава преступления указываются не только в Особенной части, но и в Об-щей (характеристика субъекта, вины, признаки неоконченной пре-ступной деятельности и т.д.). Во-вторых, совместная преступная деятельность нескольких лиц регламентируется тесно взаимосвязан-ными и образующими единую систему нормами Общей и Особенной частей. В Общую часть применительно к соучастию выносится ха-рактеристика «сложного субъекта» преступления и определяются правила его ответственности. Причем положения Общей части носят универсальный характер и имеют значение для правоприменителя во всех случаях, когда он сталкивается с конкретной общественно опасной совместной деятельностью, предусмотренной статьей Осо-бенной части Уголовного кодекса. В Особенной части описываются конкретные составы преступлений. Поэтому, когда преступление совершается одним лицом, для обоснования его ответственности достаточно общих правил. Когда же преступление совершается не-сколькими лицами, то в действие вступают специальные нормы Об-щей части, и для наличия состава преступления каждого из участни-ков нужно устанавливать не только признаки Особенной части, но также и признаки, которые согласно положениям статей 32 — 36 УК РФ характеризуют деятельность нескольких лиц, совместно со-вершающих определенное преступление. Каждый из соучастников, какие бы действия в совместно совершенном преступлении он ни вы-полнял, подлежит уголовной ответственности на том основании, что он сам, действуя виновно, посягает на охраняемые уголовным зако-ном общественные отношения, а его личный вклад носит характер общественно опасной деятельности.

Согласно части 1 ст. 34 УК РФ ответственность соучастников оп-ределяется характером и степенью участия каждого из них в совер-шенном преступлении. Следовательно, ответственность лица зависит, прежде всего, от того, какую функцию оно выполняло в совершенном преступлении. Если лицо полностью или частично, единолично или с кем-либо непосредственно выполняет объективную сторону преступ-ления, то оно признается исполнителем (соисполнителем), и его дей-ствия квалифицируются только по статье Особенной части Уголовно-го кодекса (ч. 2 ст. 34 УК РФ). Когда же соучастник не принимает непосредственного участия в выполнении объективной стороны, но содействует исполнителю различным образом в качестве организато-ра, подстрекателя или пособника, его действия квалифицируются по статье, вменяемой исполнителю совместно совершенного преступле-ния, со ссылкой на статью 33 УК РФ. Такая ссылка необходима по той причине, что иные соучастники сами непосредственно конкретно-го состава преступления не выполняют, а описание объективной сто-роны конкретных преступлений рассчитаны на индивидуальные дей-ствия субъекта. Состав преступления организатора, подстрекателя и пособника, как отмечалось выше, слагается из признаков, указанных в статье 33 УК РФ и статье Особенной части, охватывающей деяние исполнителя. Если лицо одновременно выполняет функции исполни-теля и подстрекателя (пособника, организатора), квалификация осу-ществляется по правилам части 2 ст. 34 (ч. 3 ст. 34) УК РФ.

Применяя вышеуказанные правила, вместе с тем следует иметь в виду два обстоятельства. Первое: законодатель подчеркивает, что на-казуемость соучастника зависит как от выполняемых функций, так и от степени участия лица в совершенном преступлении, а также значе-ния этого участия для достижения цели преступления, т.е. необходи-мо учитывать фактический вклад лица в совместную деятельность (ч. 1 ст. 67 УК РФ). Поэтому, несмотря на то что по общему правилу пособник и подстрекатель наказываются более мягко, чем исполни-тель, в конкретном случае реальное наказание подстрекателя может быть и более суровым, нежели исполнителя. Второе: все соучастники отвечают за одно и то же преступление, которое, как правило, описывается в одной статье Особенной части Кодекса или в одной части статьи. Вместе с тем возможны случаи, когда преступления будут предусмотрены в разных статьях и, более того, в разных главах и разделах российского Уголовного кодекса. Такое положение может создаться, когда речь идет об общей и специальной норме, квалифи-цированной какими-либо обстоятельствами, которые могут быть вме-нены лишь одному соучастнику. Например, посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа (ст. 317 УК РФ) возможно только в случае знания того обстоятельства, что потерпевший являет-ся сотрудником правоохранительного органа. Если кто-либо из со-участников, действуя совместно с другими лицами, не осознает ука-занного обстоятельства, то его действия в отличие от иных соучастни-ков должны квалифицироваться не по статье 317, а по статье 105 УК («Убийство»).

Соучастники отвечают за самостоятельные действия. Вместе с тем, поскольку с совершаемым преступлением они связаны через действия (бездействие) исполнителя, вопрос об окончании преступления реша-ется в зависимости от стадии осуществления действий исполнителя. Когда исполнителю преступления не удается довести до конца совме-стно задуманное по причинам, не зависящим от него (вынужденно), остальные соучастники в зависимости от стадии совершения преступ-ления исполнителем несут ответственность за приготовление к пре-ступлению или покушение на преступление (ч. 5 ст. 34 УК РФ).

Выделение в качестве форм соучастия организованной группы и преступного сообщества (преступной организации) как институтов Общей и Особенной частей Уголовного кодекса обусловило необхо-димость законодательного определения пределов ответственности ор-ганизаторов и участников этих объединений. В соответствии с ча-стью 5 ст. 35 УК РФ лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководив-шее ими, подлежит уголовной ответственности за их организацию и руководство ими, а также за все совершенные организованной груп-пой или преступным сообществом (преступной организацией) пре-ступления, если они охватывались его умыслом. Другие участники организованной группы или преступного сообщества (преступной организации) несут уголовную ответственность за участие в них, а также за преступления, в подготовке или совершении которых они участвовали. Таким образом, виновным лицам должны вменяться конкретно совершенные ими действия, которые охватываются при-знаками организации группы или преступного сообщества (преступ-ной организации), а также те преступления, которые совершаются во исполнение планов группы или сообщества и отражают характер их деятельности. Однако в последнем случае необходимо, чтобы совер-шаемые преступления охватывались умыслом организаторов и руко-водителей организованной группы, сообщества или его структурных подразделений, а участники принимали непосредственное участие в их подготовке вне зависимости от их последующего участия в совер-шении конкретных преступлений. Если характер подготавливаемых и совершаемых преступлений существенно изменяется и получает иную уголовно-правовую характеристику, содеянное не может вме-няться виновным, поскольку оно не охватывалось умыслом соучаст-ников и, следовательно, отсутствует субъективное основание уголов-ной ответственности за соучастие.

В Особенной части Кодекса законодатель предусмотрел четыре случая, когда ответственность для организаторов и участников воору-женного формирования (ст. 208), банды (ст. 209), преступного сооб-щества (преступной организации) (ст. 210) и экстремистского сооб-щества (ст. 2821) наступает как за оконченное преступление незави-симо от того, совершили ли эти объединения в последующем какие-либо преступления или нет.

Организатор преступной группы в случаях, когда она предусмот-рена в качестве конститутивного или квалифицирующего признака конкретного преступления, отвечает как соисполнитель без ссылки на статью 33 УК РФ за все преступления, совершенные группой. Если лицо организует конкретное преступление, его действия квалифици-руются по статье 33 и по той статье Особенной части, которая преду-сматривает организованное им преступление.

Преступления, совершаемые в соучастии, точно так же как и сами соучастники, могут характеризоваться различными объективными и субъективными признаками. В связи с этим возникает вопрос о пре-делах вменения соучастникам различных элементов, характеризую-щих деяние, совершенное исполнителем. По общему правилу объек-тивные признаки, характеризующие деяние (способ, время соверше-ния преступления и т.д.) и имеющиеся на стороне одного, вменяются в ответственность другим соучастникам, если они охватывались их умыслом. Субъективные признаки, характеризующие свойства само-го деяния (особые мотивы и цели), также вменяются другим соучаст-никам при условии, что они осознавались ими. Однако если субъек-тивный признак целиком связан с личностью исполнителя, то он вме-няется только его носителю вне зависимости от того, знают ли о нем другие соучастники.





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...