Главная Обратная связь

Дисциплины:






ОТ АВТОРА И ОБ АВТОРЕ 15 страница



Братья обменялись взглядами. Слишком долго. Куинн сжал плечо дочери здоровой рукой и чмокнул ее в щеку:

– Оставайся здесь. Когда соберешься домой, звони.
– Хорошо, пап. Будь осторожен.

Шеф Куинн серьезно кивнул Дину и Сэму, почти как если бы оставлял Люси под их защиту, и направился к выходу.

– Не забудьте прививки! – крикнул Дин вслед.

Куинн кивнул.

В любом случае, лечение шеф Куинн получит. Если животное не поймано и не обследовано, прививки делают как можно быстрее, потому что последствия заражения ужасны. Если, конечно, он переживет ночь. Если город переживет ночь. А перспективы пока не радовали.

ГЛАВА 31

– Ладно, – сказал Дин. – Что у вас?

Люси пересела, освобождая место для братьев. На столе лежала большая карта города. Красные крестики с подписями испещряли ее в дюжине точек. Милли держала под мышкой стопку листочков – подробности срочных вызовов за две ночи, как догадался Сэм.
– Мы просмотрели записи Милли и пометили крестиками все места, откуда поступали звонки, – объяснил Вичорек.
– А, кроме того, Ванда, ночной диспетчер, будет отзваниваться каждую свободную минутку и сообщать о звонках, поступивших сегодня, – добавила Милли.
– А чьи тут имена? – спросил Сэм.
– Тех, кто сообщал об инциденте, – сказала Люси.

Дин заметил проблему:

– У нас есть кошмары и свидетели. Но мы не знаем, кому конкретно что снилось.
– Это просто, – Бетси подошла к столу с кофейником и двумя чашками, ее вечная улыбка стала вымученной: скорее, она продолжала улыбаться по привычке, а руки дрожали. – Всем снятся кошмары. Все про это только и говорят. – Она поставила кружки на край стола рядом с картой. – Раньше я бы предложила без кофеина, но при таких обстоятельствах...
– Вы знаете, кому снятся кошмары? – быстро спросил Сэм.
– По большей части, – настойчивость Сэма ее слегка озадачила.
– Какие именно?
– Если даже я не слышала сама, то Клара или Пейдж с утренней смены или Джесс...
– Возьмите стул, – предложил Сэм.

Бетси надула губы и помотала головой:

– Я на работе.
– Си Джей не будет против, – настоял Дин.

Люси улыбнулась:

– Нет никакого Си Джея. Это инициалы от имен «Чарльз Клэйтон» и «Иеремия Фоллз»[57], основателей города.
– В общем, без разницы, – заключил Дин. – Дело важное.
– Хорошо, – согласилась Бетси. – Сделаю, что смогу.

Пока она относила кофейник к кофеварке и искала еще один стул, Сэм взял красный маркер:

– Начнем с того, что мы знаем, – он нашел в южной части города дом Ольги Кучарски и обвел его. – Ольга Кучарски видела сны про «Чарджер» и монстров из «Театра кошмаров».
– Шоу Дока и другие смотрят, – возразил Дин. – Волки появились после ее смерти.
– Но ночница питалась непосредственно от Ольги.
– Питалась? Фууу, – Люси явственно передернуло.
– Эта ночница, настоящий монстр, оживляет кошмары? – спросил Вичорек.
– Да, – ответил Сэм. – Я видел.
– Невероятно, – он мрачно покачал головой.
– Господи, – Милли побледнела от страха. – Настоящие монстры...
– Только один, – поправил Дин.



«Пока еще».

Он повернулся к Сэму:

– Некоторые воплощения задерживаются даже после смерти. Волки исчезли, а зомби нет.
– Она становится сильнее, – продолжил Сэм. – Вполне возможно, те, что появились в результате прямого контакта с ночницей, первыми будут приобретать постоянство.
– Дэниэл Барнс, – Дин ткнул в карту. – Сны про дерево-убийцу.

Сэм обвел адрес Барнсов. Бетси вернулась, подсела к столу и взглянула на карту:

– Роману Мессерли снились стихийные бедствия. Люси, по какому он адресу?

Люси оглядела карту и показала. Сэм обвел нужную точку.

– Но сегодня он был не дома, – сказала Люси. – Сидел у друга. Вот здесь. А вот тут, как мне Рич... офицер Джеффрис сказал, нашли его в машине.
– А что с дырами в земле и падающими камнями? – задумался Дин.

Бетси слегка приподняла руку, будто просила разрешения говорить:

– Эрих Фогел.
– Откуда вы знаете? – спросил Сэм.
– Он шахтер на пенсии. Попал в обвал в Кройден-Крик, и ему размозжило правую руку. Он мне рассказывал, что все еще видит про это сны, но в последнее время они стали... отчетливыми.
– Адрес знаете?

Милли наклонилась и постучала указательным пальцем по точке на карте к северо-востоку от дома Кучарски. Сэм отметил.

– Чувак с эболой, – продолжал Дин. – Должно быть, старикан из Центра контроля заболеваний, которого мы тут встретили.
– Да, – подтвердила Бетси. – Фил Мейерсон говорил, что никогда не сталкивался с гем... гемморагической лихорадкой, но прошлой ночью она ему снилась. Он живет... вот здесь, – она указала дом в северо-восточной части города.
– Сбежавший серийный убийца, – Сэм вспомнил Рагнара Барча, который с тесаком спрыгнул на него с крыши сарайчика. – Должно быть, та женщина, у которой соседка по комнате фэнтэзи рисует. Джайлин как-там-ее...

Люси кашлянула:

– Наверное, это Алден.
– Алден Вебб? Начальник тюрьмы?

Люси с заговорщицким видом наклонилась к столу:

– Надеюсь, у меня из-за этого не будет неприятностей. Папа мне как-то рассказывал. Алден... Алден Вебб... один раз проговорился, что хоть и верит, что тюрьма безопасна, но всегда беспокоится, что будет, если...
– Если преступники сбегут, – договорил Сэм.

Она кивнула:

– Говорит, это заставляет его постоянно быть начеку. Вечная бдительность.
– Да, тогда побеги ему в кошмарах снятся, – согласился Сэм. – Где он живет?

Люси указала адрес, и Сэм тщательно обвел его.

– Мы про зомби забыли, – вспомнил Дин.
– Бетси? – спросил Сэм. – Кому-нибудь снятся кошмары про зомби?

Она нахмурилась:

– Что?
– Ну, Линда Детц вечно жалуется, что ее сын по зомби с ума сходит, но она не позволяет ему смотреть фильмы, потому что они жестокие и кровавые.
– Адрес?

Но адреса никто не знал.

– А в телефонной книге?
– Не зарегистрирован, – покачала головой Бетси. – Она мать-одиночка. Сменила номер, когда ее паразит-бывший начал названивать ночи напролет.
– Джеффрис может поискать, – сказал Сэм. – Люси, у тебя есть его телефон?
– Да, папа к нему относится, как к собственному сыну.

Сэм попросил ее позвонить и узнать адрес.

Все, кто видел кошмары, жили вдоль периметра города. Но этого не достаточно. Нужно было выяснить не только места, где бывает ночница, но и куда она отправится в следующий раз. Хотя, разумеется, ее маршрут может быть абсолютно случайным.

– Что я упускаю? – ни к кому в отдельности не обращаясь, проговорил Сэм. – Тварь питается негативной энергией...
– Негативная энергия? Как при скачках напряжения? – встрепенулась Бетси.
– Каких еще скачках? – поинтересовался Дин.
– Люди, которые мне рассказывали про свои кошмары, упоминали скачки напряжения. Когда они просыпались, электричество вырубало на несколько секунд. Они думали, что мигающий свет их и будит.
– Когда она питалась от Ольги, – усмотрел Сэм связь, – свет в доме и фонари на улице на некоторое время отключились. – Он вернулся к карте, сопоставляя неотложные звонки (каждый оживший кошмар) с людьми. – Вот оно. Негативная энергия.
– Что у тебя, Сэм?
– Очередность кошмаров, – Сэм прочертил пальцем полукруг от дома Ольги Кучарски на северо-восток, потом к северу. – Противосолонь.
– Противо... как?
– Противосолонь, – повторил Сэм. – Движение против часовой стрелки. В колдовских практиках есть поверье, что движение противосолонь создает негативную магию или...
– Негативную энергию.
– Ее появляется все больше. Ночница кормится по периметру города, а воплощения возникают по большей части внутри круга негативной энергии.
– Так, мы знаем, что она движется против часовой стрелки, – подытожил Дин. – И когда питается, ненадолго отключает свет. – Он повернулся к Люси, которая закончила телефонный разговор. – Ну что?
– У Рича дел по горло. Я слышала стрельбу на заднем плане. Говорит, что посмотрит и позвонит, как только сможет.
– Хорошо, – сказал Дин. – Какая самая высокая точка в городе?
– Ясное дело. Часовая башня на здании муниципалитета. Папа брал меня наверх в детстве. А это важно?
– Нам понадобятся наблюдатели.

У Люси зазвонил телефон.

– Опять Рич, – она прослушала короткое сообщение. – Уже едет. Будет здесь через пару минут.

Краем глаза Сэм заметил необычное движение. Он посмотрел в окно и понял, что именно привлекло его внимание: знакомая покачивающаяся фигура.

– Дин, у нас тут более актуальная проблема.

Брат проследил его взгляд:

– Они здесь.

Зомби-нацисты. Ну, по крайней мере, к закусочной приближался один – молодой офицер с выпадающими кишками, одетый в белый мундир, который чуть ли не светился под огнем фонарей, в то время как зомби ковылял через стоянку.

Устремленные на окно пальцы и взволнованные разговоры показали, что посетители тоже заметили зомби. Женщина через три кабинки завизжала, люди на другой стороне зала побросали свои места, чтобы лучше разглядеть причину суматохи, а некоторые похватали куртки и шапки и направились к выходу.

«Если они все ринутся на улицу, их запугают и убьют, – подумал Сэм. – А потом они сами станут зомби, и будет только больше жертв и неразберихи».

Надеясь предотвратить массовую истерику, он вскочил и поднял удостоверение:

– Все слушайте меня! Террористическая ячейка применяет распыляющийся в воздухе галлюциноген, чтобы сыграть на ваших страхах и заставить вас видеть и ощущать жуткие вещи. Они хотят, чтобы вы в панике плутали в темноте. Но вы можете сопротивляться. Безопаснее всего внутри. Оставайтесь здесь и заприте двери, – если люди останутся спокойными и возьмут свои страхи под контроль, ночнице достанется меньше негативной энергии. – Нас с напарником, агентом ДеЯнгом, учили, как с этим справляться. Просто... оставайтесь на местах. Все. Ради собственной безопасности.

Люди, обрадованные, что кто-то собирается справиться с невообразимым, закивали. Те, кто уже стояли около двери, вернулись в кабинки и за столы. Милли наклонилась через стол и шепотом спросила у Дина:

– Может, рассказать им про... монстра?
– Они близки к панике, – тихо отозвался Дин. – Не будем их провоцировать. Пусть верят, что с этим можно справиться. Что это опасно, но преодолимо. А так и есть. Этим мы и занимаемся.

Братья обменялись взглядами и, наказав Бетси запереть дверь, вышли на улицу.

ГЛАВА 32

Линда Детц не удивилась, когда погас свет. Она слышала предупреждения о сильных грозах и вызванных молниями отключениях электроэнергии. Причин для того, чтобы думать, что ее дом избежит неполадок, не было, и потом, она еще днем на всякий случай приготовила аккумуляторы и свечки. Когда огни померкли, а потом и вовсе погасли, она вытащила фонарик и расставила по первому этажу свечи. Странно только, что Тревор не спустился и не пожаловался, что электричество отключили. То ли все еще дуется, то ли слушает ай-под или, может быть, уснул и ничего не заметил. Тем меньше проблем. Она налила себе бокал «Пиччини Кьянти»[58] и уселась в любимое кресло в гостиной, чтобы отдохнуть, пока не включат свет. К тому времени, как она прикончила бокал и задумалась о втором, сверху раздался стук. Линда окликнула сына, но ответа не последовало. Она забеспокоилась, в считанные секунды всплыли глубоко укоренившиеся страхи: будучи матерью-одиночкой, она представляла собой отличную цель для ограбления со взломом или чего похуже. Тихо отставив бокал на журнальный столик, она поторопилась на кухню и схватила телефонную трубку, а когда услышала в ней тишину, стало еще страшнее. Подняв стоящую около входной двери сумочку, она вытащила мобильный. Какой-то момент тот показывал, что нет сигнала, потом дисплей погас. Сердце колотилось, Линда пыталась справиться с нарастающей внутри паникой. Тревор сидел наверху, но на голос не отвлекался: наверное, боялся грабителя. Она быстро вернулась на кухню, огляделась в поисках оружия и схватила то, что первым попалось на глаза: чугунную сковороду на длинной ручке. Как можно тише она поднялась по лестнице, рассчитывая, что эффект неожиданности и хорошее знание обстановки помогут одолеть грабителя, который наверняка сильнее и, скорее всего, лучше вооружен.

Распахнув дверь в спальню сына, Линда чуть не ахнула при виде открывшегося под лунным светом зрелища: кто-то в черном стоял за спинкой стула, на котором сидел Тревор; мальчик бился, будто незнакомец прижимал его к стулу… делал ему больно… но он не мог позвать на помощь. В ярости она вломилась в комнату, размахивая сковородой.

– Отвали от моего сына!

Сковорода стукнулась обо что-то… более мягкое, чем Линда ожидала. От удара грабитель совсем не по-человечески завизжал, развернулся, при виде пылающих красных глаз у нее ослабели колени, а потом чужак… исчез.

Ошеломленная увиденным, не в силах понять, каким образом грабитель растворился в воздухе, Линда бросилась к сыну. Ее гнев превратился в беспокойство. Тревор медленно пришел в себя.

– Что случилось? – пробормотал он.

– Все хорошо, – Линда крепко обняла сына. – Теперь с тобой все хорошо.

Через пару секунд, когда снова вспыхнул свет, она увидела две седые пряди в его волосах, ото лба до самой шеи.

***

Тройка зомби ковыляла к закусочной «У Си Джея». Братья быстро уложили их, стреляя в голову с близкого расстояния.

– Здесь больше не безопасно, – признал Дин.
– И не было никогда.
– Черт, они разбредаются.
– Вы узнали что-нибудь о Линде Детц? – спросил Дин.

Джеффрис кивнул:

– Электричество и телефон не работали, так что я просто зашел. Говорит, что выгнала грабителя из комнаты сына.

Дин обменялся взглядами с братом:

– Разглядела его?
– Было темно, – объяснил Джеффрис. – Он был в черном. Глаза красные. Защитные очки, что ли? Она хватила его сковородкой, и он каким-то образом исчез. Она была малость в истерике, так что…
– «Исчез» – верное слово, – проговорил Сэм. – Если ночницу спугнули, наверное, зомби перестанут появляться?
– Ну не знаю, – Дин ткнул носком ботинка нациста в белом. – Все еще твердый. Может, они не исчезнут, пока всю партию не вынесешь?

За их спинами двери в кафе открылись, и по ступеням спустились Люси, Милли и Йозеф Вичорек.

– Я там всем сказала, что нам нужно вам кое-что передать, – объяснила Люси. – Что теперь?
– Зависит от обстоятельств, – Дин повернулся к Джеффрису. – Можно нам обеспечить бинокли, пару приемопередатчиков и доступ на часовую башню?
– По всем трем пунктам – да.
– Отлично. План такой…

Так как Люси рассказала, что единственный способ добраться до верха – это карабкаться по уйме узких крутых ступеней, Милли решила остаться в закусочной. В итоге, в роли наблюдателей пришлось выступить Люси и Вичореку. Оставив на страже одного патрульного, они поехали к зданию муниципалитета. Там Джеффрис вручил Люси и Вичореку рацию, бинокли и ключ от входа в часовую башню. Потом он дал рации Винчестерам и отбыл на помощь временному напарнику, чтобы охранять закусочную, пока братья будут выслеживать ночницу.

Дин взглянул на карту, проверяя адрес начальника тюрьмы. Из рации, которую держал Сэм, послышался треск, потом голос Люси:

– Мы на месте. Обзор 360 градусов. Шесть… семь пожаров. Кое-где нет света, но не… Ух ты! На северо-востоке, там… двигается.
– Что двигается? – спросил Сэм.
– Вы сказали, что она становится сильнее. Она… как черное покрывало над домами. Под ней на секунду огни гаснут. Плывет против часовой стрелки, как вы и сказали. Поворачивает к северо-западу.
– Если она двигается, – проговорил Дин, – значит, не питается. Пока.
– Хорошо, надо быть начеку.

Дин вел «Импалу» на север, таращился на дорогу и чувствовал, что отключается, как будто едет много часов напролет, завороженный бесконечными километрами дороги. Должно быть, недостаток сна мешал сосредоточиться. Он попытался стряхнуть дрему и тут увидел в зеркале заднего вида ее – Лизу: она выбежала на дорогу вместе с Беном, а вслед за ними, готовый напасть, выскочил бешеный волк. Дин ударил по тормозам и начал разворачивать машину.

– Лиза! – крикнул он. – Там, вместе с Беном. Они в беде, Сэм!

Сэм посмотрел через плечо:

– Они не настоящие, Дин. Не могут быть настоящими. Настоящие Лиза и Бен дома. В безопасности. Это все ночница – она обернула твои страхи против тебя.
– Как? Я же не сплю.
– Когда ты вымотан, сознание затуманено. Ты видишь сны наяву. Сейчас она сильнее. Может, ей только и надо, что пробиться в твое подсознание.
– Надо им помочь, Сэм. Если я не…

Брат схватил его за руку:

– Я тоже кое-что видел, Дин. Вчера. Кое-что ненастоящее. Это все игры с сознанием. Твои страхи подпитывают ее. Если сейчас поддашься, она победит.
– Проклятье! – Дин снова надавил на тормоз и глубоко вздохнул.

Он не смог защитить Софи. И всегда беспокоился, что, будучи охотником, навлечет опасность на Лизу и Бена. Кошмары в подтверждение. А теперь ночница использовала его неспособность справиться с собственными страхами, чтобы играть с его разумом.

– Ты прав. Это не на самом деле. Лизы и Бена тут не может быть… Поверить не могу, что я повелся…

Покачивая головой, Дин снова взял нужный курс и высадил вооруженного чугунной пикой и отмычками брата около дома начальника тюрьмы. А сам отправился к дому Фила Мейерсона, бывшего сотрудника Центра контроля заболеваний. Припарковался за полквартала. Ему не нужно было доклада Люси, чтобы понять, что ночница достигла цели и начала питаться: в доме и в половине квартала не горел свет.

– Вырубаю звук, – предупредил Дин и до минимума снизил громкость.

Рано или поздно рация отключится, но неизвестно, когда именно. Один звук не вовремя, и элемент неожиданности потерян.

Он помчался к дому и, обогнув его по мощенному кирпичом патио, подбежал к задней двери. Опустившись на колени, Дин минуту работал отмычкой, ориентируясь на звук, и открыл замок. Оказавшись в доме, он выждал еще пару минут, чтобы ночница точно приступила к еде и приняла материальную форму, но не слишком долго: с подсознания Мейерсона станется устроить в Клэйтон-Фоллз вспышку бубонной чумы. С импровизированным копьем наготове Дин пробирался по дому.

***

Только что Джеффрис болтал с Баумбахом – временным напарником из Патруля, которого все еще пугало увиденное в городе – а в следующий момент увидел, как они появились у входа на стоянку, над тонким пологом белесой дымки. Хотя ДеЯнг и Шоу предупреждали, какого рода ожившие кошмары могут возникнуть, все же Джеффрис не стал бы с такой готовностью открывать огонь по явно больным людям, если б сам не видел их зловещее возникновение из ниоткуда. Баумбах в ужасе смотрел, как Джеффрис пристрелил двух больных геморрагической лихорадкой, которые тянулись к кафе.

– Какого черта? – прошептал он.
– Они не настоящие, Баумбах, – отозвался Джеффрис. – А вот их болезнь заразна по-настоящему.

Еще семь человек появились в разных местах вокруг закусочной. Они ковыляли к дверям и умоляли о помощи, а кровь бежала у них из глаз, ушей, носа и рта, и они, давясь ею, стонали:

– Помогите! Помогите нам! Пожалуйста!

Когда они приблизились на расстояние выстрела, позади из ниоткуда появились еще пятеро. Скоро они задавят чистым количеством! Джеффрис прицелился, но боковым зрением заметил, что Баумбах застыл от шока.

– Баумбах! Стреляйте! – приказал он.

Патрульный тупо кивнул:

– Х... хорошо.

Они открыли огонь вместе: Баумбах очищал левую от входа сторону, Джеффрис – правую. Джеффрис заинтересовался было, что думают посетители в закусочной, наблюдая, как копы отстреливают нуждающихся в помощи гражданских, но отмел эту мысль в сторону. А момент спустя надвигающиеся зараженные (он обозначил их так, чтобы отличать от настоящих людей) исчезли. Даже подстреленные. Джеффрис включил рацию:

– ДеЯнг? Шоу? Все?

Спустя несколько секунд ДеЯнг горько и разочарованно отозвался:

– Нет. Мейерсон мертв.

На связь вышел Вичорек:

– Тварь движется.

***

К тому времени, как Дин добрался до Мейерсона, сидящего на диване около настольной лампы с кроссвордом на коленях, тот уже был мертв, а ночница исчезла. Осмотрев тело, Дин увидел, что Мейерсон не превратился в иссушенную оболочку. Да, он был морщинистым и старым, но не кожа да кости. «Должно быть, он не выдержал нагрузки», – предположил Дин. А может, сердечный приступ или инсульт. Он включил рацию, чтобы сообщить брату о находке и предупредить, чтобы готовился.

Лестница скрипнула. Дин поднял глаза и увидел, что на него таращится пожилая женщина в длинной ночной рубашке.

– Кто вы? Как вы попали в… Что вы сделали с моим мужем? – спросила она.
– ФБР, – быстро сказал Дин и полез за удостоверением, одновременно пряча пику за ногу, чтобы миссис Мейерсон сама не заработала сердечный приступ. – Боюсь, ваш муж скончался.
– Нет… нет… – ее глаза наполнились слезами, она обошла Дина и склонилась, хватая мужа за плечи. – Фил! Фил, Господи, Филип! Пожалуйста, не… – она бросила обвиняющий взгляд на Дина. – Что случилось? Что вы тут делаете?
– Мы с напарником расследуем странные происшествия в городе. Я… я думал, ваш муж может помочь. Хотел спросить кое-что. Но… наверное, сердечный приступ.

Скорее всего, женщина не услышала и половины из того, что мямлил Дин. Она села около мертвого мужа и с беззвучным плачем уронила голову ему на грудь.

«Удачи, Сэм, – мысленно пожелал Дин. – Прибей уже тварь наконец».

Когда темнота опустилась на дом начальника тюрьмы и ближайшие фонари потухли, Сэм проскользнул к задней двери и с помощью отмычки открыл замок, дав ночнице достаточно времени, чтобы пристроиться и начать кормиться. Вебб был моложе Мейерсона, так что времени выходило больше. Если Сэм слишком поспешит, им придется начать все сначала, не зная, куда она направится на этот раз, и потеряв два чертовых часа.

Вот так-то. Все или ничего. Еще одной ночи Клэйтон-Фоллз не переживет.

ГЛАВА 33

В западной части города, на территории федеральной тюрьмы, стены крыла для особо опасных преступников начали дрожать. В бетоне появились трещины, быстро разбегаясь по всем направлениям. Большие куски стен откалывались, словно льдины от айсберга. В то же время забарахлило электричество, выводя из строя детекторы движения и систему видеонаблюдения. В одиночных камерах самые опасные заключенные начали обращать внимание, что что-то не так: свет мигал, двери скрипели, бежали трещины по стенам помещений, которые были, по сути, камерами сенсорной депривации, если не считать узких оконных проемов, позволяющих разглядеть кусочек неба и больше ничего. Обитатели этого крыла проводили двадцать три часа в сутки в своих камерах, известных как «специальные жилищные единицы» или СЖЕ. Один час выделялся на разминку, тоже в одиночестве, в чем-то вроде пустого бассейна. Когда стены начали трескаться, некоторые заключенные решили, что тяжелые бетонные плиты раздавят их, и они станут жертвами стихийного бедствия, о которых никто не будет горевать.

Но все они рассматривали возможность побега.

Рагнар Барч соскочил с койки и с восторгом смотрел, как две длинные трещины бегут с разных концов стены к двери, образуя перевернутую V. Шагнув вперед, он прижал ладони к каменному блоку, и, к его восхищению, кусок скрипнул и выпал, открывая брешь в когда-то непроницаемой стене. Внимание Барча привлек блик отраженного звездного света на койке. Когда он увидел знакомый прямоугольник, который лежал там и манил к себе, то улыбнулся в первый раз с тех пор, как попал в эту тюрьму. Он сжал рукоять нового сияющего тесака и выбрался в проломанную стену, горя желанием бросить вызов дарованной ему судьбе.

Джаспер Дирборн, заместитель начальника тюрьмы, ответственный за безопасность, причесал пятерней редеющие седые волосы, убеждаясь, что его кто-то проклял. Босс, Алден Вебб, оставил его ответственным, а сам ушел рано, пожаловавшись, что чувствует себя выжатым. Решил, что подхватил какую–то неприятную болячку или что-то вроде того. Разумеется, Дирборн мог поруководить делами денек-другой: обычно время проходило без происшествий, большей головной болью была возня с канцелярщиной. Однако однообразие ведет к самоуспокоению, а этого Дирборн никогда не терпел ни в себе, ни в других. Вчерашнее, оказавшееся ложным, сообщение о побеге заключенного хотя бы немного встряхнуло персонал.

Уровень опасности в мыслях Дирборна подскочил на деление, когда он прослышал о торнадо, бушующем в нескольких километрах от тюрьмы. Но ничто не могло сравниться с докладом Рэя Стродера, начальника по обеспечению мер безопасности, который тот принес несколько часов назад. Каким-то образом Курт Махалек, один из самых печально известных обитателей крыла, умудрился тщательно и полностью выпустить себе кишки прямо под камерой наблюдения. Капрал Урбино, следящий за камерами охранник, заметил помехи на экране, но к тому времени, как решил о них доложить, картинка вернулась: Махалек лежал среди разбросанных по всей камере кровавых ошметков.

Дирборн решил, что человек не может самостоятельно сотворить акт такой зверской жестокости над собой. Логическое заключение отсюда: Махалеку помогли. Заключенные не имели доступа в камеру – только люди Дирборна. Он вознамерился найти того, кто решил творить собственное правосудие – жестокую казнь. И если в рядах Дирборна зрел заговор, хотелось раскрыть его, прежде чем рассказывать Веббу о провале. Он взял ситуацию под контроль: Урбино был отстранен от обязанностей и ожидал допроса. Дирборн планировал опросить всех, кто имел доступ в крыло для особо опасных, и всех, кто не мог отчитаться, где в то время был. Даже если это займет всю ночь.

В глубокой задумчивости Дирборн сверлил взглядом свой стол, а потом столешница вдруг начала вибрировать под ладонями. Схватив телефон, он набрал Рэя Стродера:

– Стродер, какого черта?..
– Крыло особо опасных, – ответил тот. – Рушится.
– Что?
– Стены буквально рассыпаются.
– Как? Землетрясение?
– Задето только одно крыло. Вся электроника вышла из строя. Мы остались без обзора, но есть сведения, что некоторые заключенные за пределами здания. Я выслал охранников с собаками… подождите секунду…

Должно быть, Стродер закрыл микрофон ладонью. Дирборн услышал поспешный и до безумия неразборчивый разговор, потом Стродер вернулся на линию:

– Босс, заключенные вооружены!
– Как такое возможно, черт побери?
– Не знаю, босс, – отозвался Стродер голосом напряженным, как струна. – У нас жертвы. Барч вырвался, с проклятым тесаком. Убил двоих охранников.

Дирборн чуть трубку не выронил, руки похолодели.

– Хуже того, напряжение с ограды ушло. Охранники с наблюдательной вышки докладывают о прорехах. Босс, это какой-то организованный массовый побег.

– Это кошмар, Стродер, – сказал Дирборн. – Пусть охрана с вышки их всех перестреляет. Стрелять на поражение. Никто не должен уйти!

«Только не в мою смену, – подумал он. – Я не позволю этому случиться».

Надо было предупредить шефа полиции, но сначала – выбора нет – сообщить боссу, что все пошло псу под хвост с того момента, как старик подхватил насморк. Тяжело вздохнув, Дирборн снова взял телефон и набрал номер Вебба. Но не смог дозвониться.

***

Рагнар Барч мчался по тюремному двору, испытывая чистейший восторг. Не обращая внимания на завывание сирен и ослепляющие прожекторы с наблюдательной вышки, он со смертельной точностью опускал окровавленный тесак на всякого, кто попадался под руку – неважно, был ли это охранник или такой же заключенный. Он даже отсек голову одной из немецких овчарок, которых на него выпустили, не получив ни укуса, ни единой царапины. Пистолетные пули свистели над ухом, с вышки стреляли из винтовок. Двое заключенных, бежавшие по обе стороны от него, свалились с разницей в секунды, а он продолжал бежать целый и невредимый. Заметив прореху во внутренней ограде, он поблагодарил судьбу. Свобода. Проскочив в дыру, ему даже направление менять не потребовалось, чтобы скользнуть в прореху во второй ограде. С тесака капала свежая кровь, ночь сердечно приветствовала его, и манили огни города.

***

Алден Вебб, начальник федеральной тюрьмы, бился во сне, не в силах проснуться от самого страшного кошмара. Скрючившись на его груди и обхватив длинными пальцами его мокрый от пота лоб, ночница шипела и вздыхала от удовольствия, высасывая жизненную энергию из тела, отыскивая в сознании образы, наполненные тьмой и страхом, и выпуская их на беспомощный город. Она стала слишком сильной, чтобы человек мог освободиться самостоятельно, и безудержно терзала его подсознание. Она будет подавлять его слабое сопротивление, пока его тело и разум не подчинятся ее воле. И только когда от него останется безжизненная оболочка, она пойдет дальше. Никаких полумер. Полностью сосредоточившись, ночница выпивала его…

У Сэма была одна попытка, чтобы избавить мир от ночницы. Когда он пробрался в спальню Алдена Вебба, мужчина корчился на кровати, а хищный монстр сидел у него на груди и держал за голову. За шорохом простыней и шипением ночницы шагов Сэма было не слышно, и он сумел приблизиться на расстояние удара. Без капли сомнения, он обеими руками занес пику, целя в центр спины, и…

...и в тот же момент сердце Вебба не выдержало, и он затих.

Возможно, ночница уловила короткий выдох, когда Сэм нанес удар. Что бы его ни выдало, ночница резко обернулась, и пика пронзила ее левую руку, а не спину. Рука немедленно съежилась и исчезла. Ночница взвизгнула и бросилась на Сэма с поразительной скоростью, опрокинув его на спину, причем импровизированное копье откатилось в сторону. Поднявшись на корточки, Сэм схватил пику и… замер, потому что ночница прыгнула ему на грудь, выбросила вперед уцелевшую руку, и ее пальцы сквозь череп проникли прямо в сознание.





sdamzavas.net - 2019 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...