Главная Обратная связь

Дисциплины:






Неизвестный автор, Четвёртая Эпоха. 8 страница



 

– Ты отлично ими руководишь, – тихо сказал Ранд, быстро идущий позади Перрина, который кивал сидевшим снаружи.

 

– Им не должны быть нужны мои указания, что делать, вот и всё. – Однако, когда в лагерь прибежал посыльный, Перрин сразу же вернулся к своим обязанностям. Он назвал худого парня по имени, и заметив, что у того от страха перед Рандом кровь прилила к лицу и задрожали ноги, отвёл его в сторону, где тихо, но твёрдо расспросил мальчишку.

 

Перрин отослал парня на поиски леди Фэйли, после чего вернулся.

– Мне вновь надо поговорить с Рандом.

 

– Ты с ним и говоришь...

 

– Мне нужен настоящий Ранд, а не человек, который научился говорить как Айз Седай.

 

Ранд вздохнул.

– Это действительно я, Перрин, – возразил он. – Я стал самим собой так, как не был целую вечность.

 

– Ну, ладно, мне не нравится разговаривать с тобой, когда ты скрываешь свои чувства.

 

Проходившая мимо группа двуреченцев отсалютовала им. Ранд внезапно почувствовал укол холодного одиночества при виде этих людей, понимая, что он больше никогда не станет одним из них. Это было самое сложное с двуреченцами. Но ради Перрина он позволил себе немного расслабиться.

 

– Так в чём дело? – спросил он. – Что сказал посланник?

 

– Ты был прав, что забеспокоился, – ответил Перрин. – Ранд, Кэймлин пал. Кишит троллоками.

 

Лицо Ранда окаменело.

 

– Ты не удивился, – сказал Перрин. – Ты взволнован, но не удивлён.

 

– Нет, – признал Ранд. – Я предполагал, что они ударят на юге – слышал о тамошних троллоковых шпионах, и я почти уверен, что это дело рук Демандреда. Без армии ему всегда было неуютно. Но Кэймлин... да, умный ход. Как я говорил, они попытаются отвлечь нас. Если им удастся разделить Андор и оттянуть её силы, мой союз станет весьма шатким.

 

Перрин посмотрел в сторону лагеря Илэйн, разбитого рядом с лагерем Эгвейн.

– Но разве для тебя не будет удобней, если Илэйн уйдёт? В этом противостоянии она на другой стороне.

 

– Нет другой стороны, Перрин. Есть только одна, с разногласиями относительно того, что делать дальше. Если Илэйн не будет частью встречи, это подорвёт всё, чего я пытаюсь достигнуть. Она, вероятно, самая могущественная из правителей.

 

Разумеется, Ранд мог чувствовать её через узы. Всплеск тревоги от неё дал знать, что и она получила это сообщение. Должен ли он пойти к ней? Наверно, ему стоило послать Мин. Она уже встала и двигалась прочь от палатки, где он её оставил. И...

 

Он моргнул. Авиенда. Она была здесь, на поле Меррилор. Но ведь её тут не было пару минут назад? Перрин перевёл взгляд на него, но Ранд и не подумал стереть с лица удивление.



 

– Мы не можем позволить Илэйн уйти, – сказал Ранд.

 

– Даже ради защиты своей родины? – недоверчиво переспросил Перрин.

 

– Если троллоки уже взяли Кеймлин, Илэйн ничего значимого не сделает. Её силы сосредоточатся на эвакуации. Илэйн не обязательно быть там, но она должна присутствовать здесь. Завтра утром.

 

Как ему убедиться, что она останется? Илэйн, как и все женщины, плохо реагировала тогда, когда ей говорили, что делать, но если он намекнёт...

 

– Ранд, – сказал Перрин, – что если мы пошлём Аша'манов? Всех? Мы могли бы сразиться за Кеймлин.

 

– Нет, – ответил Ранд, хотя слова ранили его. – Перрин, если город действительно захвачен – а я отправлю людей, чтобы убедиться, – значит, он потерян. Слишком много сил уйдёт на то, чтобы отбить назад эти стены, по крайней мере сейчас. Мы не можем допустить, чтобы коалиция распалась прежде, чем у меня будет шанс сплотить всех. Нас спасёт единство. Если все побегут тушить пожары у себя дома, тогда мы проиграем. Вот ради чего была эта атака.

 

– Полагаю, это возможно...– сказал Перрин, касаясь пальцами молота.

 

– Нападение должно было расстроить Илэйн, настроить её на активные действия, – размышлял Ранд, рассматривая десяток различных линий поведения. – Вероятно, так она скорей согласится с моим планом. Было бы неплохо.

 

Перрин нахмурился.

 

«Как быстро я научился использовать других.» Он научился смеяться. Научился принимать свою судьбу и встречать её с улыбкой. Он научился жить в мире с тем, кем он был и что сделал.

 

Это знание не удерживало от использования данных ему инструментов. Он нуждался в них всех. Разница была в том, что теперь он видел в них людей, а не просто средства для достижения цели. Так он себе говорил.

 

– Всё же я считаю, мы должны сделать что-нибудь, чтобы помочь Андору, – сказал Перрин, почёсывая бороду. – Как думаешь они туда пробрались?

 

– Через Пути, – рассеяно ответил Ранд.

 

Перрин хмыкнул.

– Ну, ты упоминал, что троллоки не способны пользоваться переходными вратами. Могли они как-то это исправить?

 

– Во имя Света, надеюсь, что нет, – сказал Ранд. – Единственными Отродьями, которые спокойно проходили через врата, были голамы, а Агинор не был так глуп, чтобы сделать больше нескольких штук. Нет, я поставлю всю удачу Мэта на то, что это Кеймлинские Пути. Я думал, она держала их под охраной!

 

– Если дело в Кэймлинских Путях, кое-что можно предпринять, – произнёс Перрин. – Нельзя позволить троллокам буйствовать в Андоре; если они покинут Кэймлин, то окажутся у нас за спиной, а это катастрофа. Но если они соберутся в одном месте, мы сумеем остановить их вторжение, напав на них там.

 

Ранд усмехнулся.

 

– Что тут весёлого?

 

– У меня по крайней мере есть оправдание, почему я знаю и понимаю такие вещи, которые должны быть недоступны паре юнцов из Двуречья.

 

Перрин фыркнул.

– Иди и прыгни в Винный ручей. Ты действительно думаешь, что это Демандред?

 

– Именно это он и попытался бы сделать. Раздели своих врагов, а затем раздави их по одному за раз. Одна из старейших стратегий в военном искусстве.

 

Демандред сам обнаружил её в старых записях. Они ничего не знали о войне, когда каверна была впервые открыта. О, они считали, что всё поняли, но это были знания учёного, закопавшегося в древние пыльные книги.

 

На фоне всех обратившихся к Тени предательство Демандреда казалось наиболее прискорбным. Человек, который мог бы стать героем. Который должен был стать героем.

 

«И в этом тоже есть моя вина, – подумал Ранд. – Если бы я чаще предлагал руку, а не насмешку, если бы чаще поздравлял с победами, а не соперничал. Если бы я был таким человеком, которым теперь стал...»

 

Уже не важно. Он должен связаться с Илэйн. Лучше всего направить помощь для эвакуации города, Аша'манов и верных Айз Седай, чтобы те сделали врата и освободили как можно больше людей – и убедились, что троллоки пока остаются в Кеймлине.

 

– Хорошо, думаю, эти твои воспоминания хоть на что-то сгодятся, – сказал Перрин.

 

– Хочешь знать, что у меня упорно крутится в голове, Перрин? - еле слышно спросил Ранд. – Что заставляет дрожать как от ледяного дыхания Тени? Порча, которая свела меня с ума и подарила воспоминания о прошлой жизни. Они пришли как шёпот Льюса Тэрина. Но безумие в том, что они дали мне необходимую для победы подсказку. Видишь? Если я одержу победу, то именно порча станет причиной поражения Тёмного.

 

Перрин тихо присвистнул.

 

«Искупление, – подумал Ранд. – Когда я пытался сделать это в прошлый раз, моё безумие погубило нас.»

 

«В этот раз оно нас спасёт.»

 

– Иди к жене, Перрин – сказал Ранд, взглянув на небо. – Это последняя ночь, хоть немного напоминающая мир, которая у тебя будет до самого конца. Я разузнаю, насколько плохи дела в Андоре. – Он снова перевёл взгляд на друга. – И не забуду своего обещания. Прежде всего должно быть единство. В прошлый раз я потерпел неудачу, потому что пренебрёг им.

 

Перрин кивнул, затем положил руку Ранду на плечо.

– Да пребудет с тобой Свет.

 

– И с тобой, мой друг.

 

Глава 2

Выбор Айя.

 

Певара изо всех сил пыталась не выдать своего ужаса. Знай эти Аша'маны её получше, они бы догадались, что сидеть спокойно и молчать - не в ее характере. И лишь в таких вот ситуациях она обращалась к простейшему упражнению Айз Седай по восстановлению душевного равновесия.

 

Она заставила себя подняться. Канлер и Эмарин отошли проверить двуреченских парней и убедиться, что те передвигаются по территории парами. Певара и Андрол снова остались одни. Он спокойно чинил свои кожаные ремни, пока снаружи продолжал идти дождь. Андрол использовал сразу две иглы, чтобы делать стежки, продевая их в отверстия с обеих сторон. Мужчина обладал сосредоточенностью искуснейшего мастера.

 

Певара подошла, заставив его резко поднять взгляд, когда она оказалась рядом. Певара подавила улыбку. По ней нельзя было этого сказать, но при необходимости она могла двигаться бесшумно. Певара посмотрела в окно. Дождь усилился, сплошным потоком хлестая по стеклу.

– После стольких недель, когда казалось, что буря может разразиться в любой момент, она наконец пришла.

 

– Те тучи в конце концов разойдутся, – сказал Андрол.

 

– Дождь кажется неестественным, – заметила она, сцепив руки за спиной. Певара чувствовала холод через стекло. – Он не меняется – не ослабевает и нарастает, – всё такой же постоянный поток. Множество молний, но очень мало грома.

 

– Думаешь, это ‘то самое’? – спросил Андрол. Ему не надо было уточнять, что 'то самое’ значит. Ранее на этой неделе обычные люди в Башне – не Аша'маны, – начали вспыхивать пламенем. Просто...оказывались объяты огнём...необъяснимым образом. Они потеряли около сорока человек. Многие до сих пор продолжали обвинять ненормальных Аша'манов, хотя мужчины клялись, что никто поблизости не направлял.

 

Она покачала головой, наблюдая за группой устало тащившихся по грязной улице людей. Певара была одной из тех, кто первыми назвал смерти работой сошедших с ума Аша'манов. Теперь она признала, что эти случаи и прочие странности – нечто намного худшее. Мир распадался. Она должна была быть сильной.

 

Певара сама разработала план, чтобы убедить женщин связать этих мужчин, хоть и предложила его Тарна. Нельзя позволить им узнать, сколько тревоги вызывало то, что она оказалась здесь в ловушке, напуганная врагами, способными обратить человека к Тени. А её единственными союзниками остались мужчины, которых всего несколько месяцев назад она бы усердно преследовала и усмиряла без малейшего сожаления.

Она присела на стул, на котором ранее сидел Эмарин.

– Я хотела бы обсудить…план, который ты разрабатываешь.

– Не уверен, что я до сих пор придумал хоть что-нибудь, Айз Седай.

– Я могла бы внести несколько предложений.

– Не отказался бы их услышать, – сказал Андрол, сузив глаза

– Что не так? – спросила Певара.

– Те люди снаружи. Я не узнаю их. И…

Она оглянулась и посмотрела в окно. Единственный свет исходил от зданий, сиявших дождливой ночью редкими красно-оранжевыми огнями. Прохожие всё ещё медленно двигались по улице, пропадая в темноте и появляясь в свете окон.

– Их одежда не намокла, – прошептал Андрол.

Певару пробрал озноб, когда она поняла, что тот прав. Человек, шедший впереди, носил широкополую, низко надвинутую шляпу, но она не мешала дождю и потокам воды. Ливень не тронул его деревенскую одежду, и ветер не колыхал платье женщины рядом с ним. Теперь Певара увидела, что один из молодых людей держал руку за спиной так, словно тянул за поводья навьюченный скот, но там не было никаких животных.

Певара и Андрол молча наблюдали, пока фигуры не ушли в ночь настолько далеко, что их нельзя было разглядеть. Видения мёртвых становились всё более и более частыми.

– Ты…говорила, что есть предложения? – голос у Андрола дрогнул.

– Я…да. – Певара оторвала взгляд от окна. – Таим до сих пор был сосредоточен на Айз Седай. Все мои сёстры уже обращены. Я последняя.

– Ты предлагаешь себя в качестве приманки!

– Они придут за мной, – сказала она. – Это вопрос времени.

Андрол дотронулся до кожаного ремня, выглядя удовлетворённым.

– Мы должны вытащить тебя отсюда!

– Вот как? – спросила она, подняв бровь. – Меня повысили до уровня девицы, нуждающейся в спасении? Очень храбро с твоей стороны.

 

Он покраснел.

– Сарказм? От Айз Седай? Вот уж не подумал бы, что услышу его.

 

Певара рассмеялась.

– Ох, Андрол. Ты действительно ничего о нас не знаешь, да?

 

– Честно? Нет. Я избегал подобных тебе большую часть своей жизни.

 

– Ну, учитывая твои...врожденные способности, возможно, это было мудро.

 

– Раньше я не мог направлять.

 

– Но подозревал. Ты пришёл сюда, чтобы научиться.

 

– Мне было интересно – ответил он. – Нечто, чего прежде я не пробовал.

 

«Интересно, – подумала Певара, – это ли движет тобой, кожевник? Из-за этого ветер гонит тебя с места на место?»

– Подозреваю, – произнесла она, – что ты раньше никогда не пробовал прыгать с утёса. Тот факт, что ты чего-то ещё не делал, обычно не должен становиться причиной это попробовать.

 

– Вообще-то я прыгал с утёса. С нескольких.

 

Она вопросительно подняла бровь.

 

– Морской народ так делает, – пояснил он, – прыгает в океан. Чем ты храбрее, тем более высокую скалу выбираешь. И ты опять сменила тему разговора, Певара Седай. В этом тебе нет равных.

 

– Спасибо.

 

- Я же предложил, – сказал Андрол, подняв палец, – помочь тебе выбраться отсюда потому, что это не твоя битва. Потому, что ты не должна здесь погибнуть.

 

- А может потому, что хочешь побыстрей отделаться от Айз Седай и их вмешательства в ваши дела?

 

- Я же пришел за помощью к тебе, - возмутился Андрол. - И вовсе не собираюсь от тебя отделываться. Я охотней тебя использую. Но если ты погибнешь здесь, то погибнешь в чужой битве. А это несправедливо.

 

– Позволь объяснить тебе кое-что, Аша'ман, – сказала Певара, откинувшись на спинку стула. – Это ‘моя’ битва. Захват Чёрной Башни Тенью приведёт к множеству ужасных последствий для Последней битвы. Я приняла на себя ответственность за тебя и твоих людей. Так просто я не отступлю.

 

– Ты…взяла на себя ‘ответственность’ за нас? В смысле?

 

«Ох. Возможно, я не должна была этим делиться.» Тем не менее, если они собираются стать союзниками, ему, наверно, надо узнать.

– Чёрной Башне необходим руководитель, – объяснила она.

 

– Значит вот в этом цель связывания нас узами? – спросил Андрол. – Так нас можно...загнать в загон...как жеребцов, чтобы там объезжать?

 

– Не глупи. Разумеется, ты должен признать ценность опыта Белой Башни.

 

– Сомневаюсь, что я так сделаю, – ответил Андрол. – С опытом приходит стремление придерживаться вашего образа действий и избегать новых впечатлений. Вы, Айз Седай, все считаете, что есть только один способ, которым можно делать те или иные вещи. Что ж, Чёрная Башня не будет вашей заботой. Мы можем позаботиться о себе.

 

– И вы тут до сих пор прекрасно справлялись, да?

 

– Это было несправедливо, – тихо сказал он.

 

- Скорее всего, - согласилась Певара. - Прости.

 

– Меня не удивляют твои мотивы, – сказал Андрол. – То, чем вы тут занимались, было очевидно даже для слабейших Солдат. У меня возник вопрос – почему из всех женщин Белая Башня послала именно Красных, чтобы связать нас?

 

– Кто бы подошёл лучше? Вся наша жизнь была посвящена тому, чтобы иметь дело с мужчинами, способными направлять.

 

– Ваша Айя обречена!

 

– Вот как?

 

– Вы существуете, чтобы выслеживать мужчин-направляющих, – сказал он. – Чтобы усмирить их и убедиться, что они...больше не являются проблемой. Ну так Источник был очищен!

 

– Как вы утверждаете.

 

– Он был очищен, Певара. Всё приходит и уходит, и Колесо вращается. Когда-то Источник был чист, поэтому когда-нибудь он опять должен стать чистым. Что и произошло.

 

– А то, как ты смотришь на тени, Андрол? Это признак чистоты? То, как Налаам бормочет на неизвестных языках? Думаешь, мы не замечаем такие вещи?

 

– У вашей Айя есть два варианта, – продолжал Андрол. – Вы можете по-прежнему охотиться на нас – игнорируя доказательство чистоты Источника, которое мы предлагаем, – или вы можете отказаться от того, чтобы быть Красными.

 

– Вздор. Из всех Айя Красная должна быть вашим величайшим союзником.

 

– Вы существуете, чтобы уничтожить нас!

 

– Мы существуем, чтобы удостовериться, что способные направлять мужчины не навредят случайно себе или окружающим людям. Разве ты не согласен с тем, что это также цель и Чёрной Башни?

 

– Полагаю, это может быть её частью. Единственная цель, о которой мне говорили, заключалась в том, что мы должны быть оружием для Дракона Возрождённого. Но не дать поранить себя хорошим людям, которые не подготовлены должным образом, тоже важно.

 

– Тогда мы можем объединиться вокруг этой идеи, не так ли?

 

– Мне бы хотелось поверить в это, Певара. Но я видел, как ты и твои сёстры смотрят на нас. Вы видите нас...как какие-то пятна, которые нужно отчистить, или как яд, разлитый по бутылкам.

 

Певара покачала головой.

– Если ваши слова – правда, и Источник чист, тогда изменения будут происходить, Андрол. Красная Айя и Аша'маны со временем сблизятся ради общей цели. Я готова работать с вами здесь и сейчас.

 

– Сдерживать нас.

 

- Вести вас. Пожалуйста, поверь мне.

 

Он изучал её в свете множества ламп, находившихся в комнате. Андрол 'на самом деле' обладал искреннем лицом. Она понимала, почему остальные последовали за ним, хоть и слабейшим среди них. В нём была странная смесь страсти и смирения. Если бы только он не был одним из...ну, тем, кем он являлся.

 

– Хотел бы я поверить тебе, – отвёл взгляд Андрол. – Должен признать, ты отличаешься от остальных. Совсем не похожа на Красную.

 

– Думаю, ты ещё узнаешь, что мы не похожи друг на друга сильней, чем тебе кажется, – сказала Певара. – Есть множество причин, по которым женщина выбирает Красную Айа.

 

– Помимо ненависти к мужчинам.

 

– Если бы мы ненавидели их, пришли бы сюда, рассчитывая связать вас узами? – По правде говоря, это была уловка. Хотя сама Певара не испытывала ненависти к мужчинам, многие Красные ненавидели их. Как минимум, относились с подозрением. Она надеялась это изменить.

 

– У Айз Седай иногда странные мотивы, – сказал Андрол. – Все об этом знают. В любом случае, в твоих глазах я вижу различие между тобой и многими другими сёстрами. – Он покачал головой. – Я поверю в то, что вы здесь ради помощи нам, не больше чем в то, что Айз Седай, которые охотились на мужчин-направляющих, действительно думали, что так им помогают. Не более, чем я верю в палача, который думает, что оказывает услугу преступнику, убивая его. Просто из-за того, что есть вещь, которую необходимо сделать, люди, которые ею занимаются, не станут друзьями, Певара Седай. Прошу прощения.

Он вернулся к своей коже, работая в свете стоявшей рядом лампы.

 

Певара поняла, что ней нарастает раздражение. Она почти заполучила его. Ей 'нравились' мужчины! Она частенько думала, что полезно было бы иметь Стражей. Неужели дурак не мог узнать протянутую через пропасть руку, увидев её? «Успокойся, Певара, – подумала она. – Ты ничего не добьёшься, если позволить гневу управлять тобой.» Этот мужчина ей был нужен на её стороне.

– Это будет седло, так? – спросила она.

 

– Да.

 

– У тебя поразительные стежки.

 

– Мой собственный метод, – сказал он. – Помогает предотвратить расползание прорех. Думаю, они ещё и красиво выглядят.

 

– Хорошая льняная нить, полагаю. Вощёная? Ты используешь одинарный резец для этих отверстий под шнуровку или двойной? Я плохо рассмотрела.

 

Он настороженно взглянул на неё.

– Ты знаешь кожевенное дело?

 

– От моего дяди, – ответила Певара. – Он научил меня некоторым вещам и позволил работать в лавке, когда я была маленькой.

– Возможно, я встречал его.

 

Она замерла. Из всех комментариев Андрола, с помощью которых Певара так ловко управляла разговором, именно с этим она допустила ошибку, коснувшись темы, которую ей не хотелось обсуждать.

 

– Ну так где он живёт? – спросил Андрол.

 

– На окраине Кандора.

 

– Так ты кандорка? – удивился он.

– Конечно. Разве по мне не видно?

 

– Просто мне казалось, что я могу на слух определить любой акцент, – сказал он, туго затягивая пару стежков. – Я бывал там. Может быть, мы с твоим дядей знакомы.

 

– Он мёртв, – ответила Певара. – Убит Друзьями Тёмного.

 

Андрол замолчал.

– Мне жаль.

 

– Это случилось более ста лет назад. Я скучаю по своей семье, но сейчас они были бы уже мертвы, даже если б Друзья Тёмного их не тронули. Все, кого я знала дома, умерли.

 

– В самом деле, прими мои глубочайшие сожаления.

 

– Это давно в прошлом, – произнесла Певара. – Я вспоминаю их с нежностью, не омрачённой болью. А что с твоей семьёй? Братья, сёстры? Племянницы и племянники?

 

– Всех понемногу, – ответил Андрол.

 

– Ты с ними видишься?

 

– Ты пытаешься увлечь меня дружеской беседой, чтобы доказать, что не чувствуешь рядом со мной неудобства. Но я видел, как вы, Айз Седай, смотрите на людей вроде меня.

 

– Я…

 

– Скажи, что не находишь нас омерзительными.

 

– Не думаю, что ваши способности должны быть…

 

– Мне нужен прямой ответ, Певара.

 

– Ну хорошо, прекрасно. Способные направлять мужчины меня очень беспокоят. Из-за вас у меня зуд по всему телу, и он становится тем сильней, чем дольше я нахожусь тут, в вашем окружении. – Андрол закивал, удовлетворенный тем, что вытащил из неё признание. – Однако, – продолжила Певара, – так я себя чувствую потому, что это укоренилось во мне за десятки лет. То, что вы делаете – ужасно ненормально. Но сами по себе вы не вызываете у меня отвращения. Вы просто люди, которые стараются изо всех сил, и, по-моему, это едва ли заслуживает омерзения. В любом случае, я готова преодолеть свои внутренние запреты ради общего блага.

 

– Полагаю, это лучшее, на что я мог рассчитывать. – Он оглянулся на залитые дождём окна. – Порчу очистили. Это больше не "ненормально". Я...хотел бы я просто всё тебе показать, женщина! – Андрол резко повернулся к ней. – Как насчёт одного из тех кругов, о которых ты упоминала?

 

– Ну, – ответила Певара, – разумеется, я никогда не создавала его с мужчиной-направляющим. Кое-что я прочитала, прежде чем прибыть сюда, но большая часть того, что есть у нас в распоряжении, основана на слухах. Будь ты женщиной, я бы сказала, что тебе надо подойти к самой грани объятия Источника, а затем открыться мне и позволить соединиться с тобой.

 

– Ясно, – сказал он. – Тем не менее, ты не держишься за Источник.

 

Совершенно несправедливо, что мужчина мог сказать, когда женщина удерживала Силу и когда её отпускала. Певара обняла Источник, наполняя себя сладким нектаром саидар. Она потянулась к Андролу, чтобы соединиться с ним, так, как сделала бы это с женщиной. Она не нашла ничего, за что можно было схватиться. Это совсем не напоминало обучение Принятых формированию круга. Там в большинстве случаев она могла почувствовать хоть что-то, но девушка сама должна была тянуться, а не отступать.

 

– Работает? – спросил Андрол.

 

– Нет, – сказала Певара. – Я надеялась, что из всего прочитанного о создании пары мужчина-женщина, именно эта вещь окажется неправдой.

 

– Какая именно?

 

– По какой-то причине в малом смешанном круге вести должен мужчина.

 

Он взглянул на Певару, и та неохотно приготовилась соединиться, когда Андрол попросит. Вместо этого он ‘схватил’ её! Певару втянуло прямо в бурную связь – будто рывком за волосы. У него не было опыта, и приложенная им сила едва не заставила её застучать зубами. Что поразительно, он установил связь с первой попытки. Певара закрыла глаза, не позволяя себе сопротивляться – это бы разрушило круг, – но не смогла избежать момента полной паники. Она была связана с «мужчиной-направляющим», с одним из самых страшных существ, когда-либо известных в мире. Теперь же один из них полностью её контролировал.

 

Её сила текла сквозь неё, вливаясь в Андрола. Он задохнулся.

– Так много! – произнёс он. – Свет, ты сильна!

 

Она позволила себе улыбнуться. Связь принесла с собой вспышку осознания. Она могла чувствовать эмоции Андрола; он был напуган так же, как и Певара. Ещё он был...’твёрдым’. Ей казалось, что связь с ним будет ужасной из-за его безумия, но она не ощущала ничего подобного. И...что это было? Этот жидкий огонь, с которым он боролся как со змеёй, пытавшейся его сожрать.

 

Она отпрянула. Саидин. Была ли та запятнана? Певара сомневалась, что могла бы ответить. Саидин была настолько отличной...такой чуждой. В обрывках отчётов из самых первых дней говорилось, что порча напоминает масляное пятно на поверхности реки. Ну, она могла видеть реку – больше похоже на поток, на самом деле. Видимо, Андрол был с ней честен – он не отличался особой силой. Она не чувствовала никакой порчи...но опять-таки, Певара не знала, на что обращать внимание.

 

– Интересно…– сказал Андрол. – Интересно, могу ли создать переходные врата с этой силой.

 

– Перемещение в Чёрной Башне больше не работает.

 

– Знаю, – ответил он, – но меня не оставляет ощущение, что врата прямо у меня на кончиках пальцев.

 

Певара взглянула на него, открыв глаза. В кругу она могла чувствовать его честность, но для создания врат требовалось много Единой Силы. По крайней мере женщинам. Андрол был на много порядков слабее, чем того требовало плетение. Нужен ли мужчинам для него другой уровень в силе?

 

Он вытянул руку, каким-то образом используя её силу так, что она просачивалась сквозь его собственную. Певара не видела плетений, которые он создал, но чувствовала, как Андрол тянет Единую Силу через неё. Отделял ли он саидар, чтобы использовать его для укрепления своих плетений?

 

– Андрол, – попросила она, – отпусти меня.

 

– Это...потрясающе, – прошептал Андрол, вгляд у него был расфокусирован, когда он встал. – Вот на что это похоже – быть одним из тех, у кого высокий уровень в Силе?

 

Он зачерпнул у Певары ещё больше силы и направил её. Предметы в комнате стали подниматься в воздух.

 

– Андрол! – Паника. Панику она почувствовала после того, как узнала, что её родители мертвы. Это ощущение ужаса не возвращалось к ней более ста лет – со времён испытания на шаль. Он контролировал её способность направлять. Полностью. Она начала задыхаться, пытаясь дотянуться до него. Певара могла использовать саидар не раньше, чем Андрол передал бы его обратно, зато он мог обратить силу против неё! Картина того, как он, используя её собственную силу, подвешивает Певару в воздухе, мелькнула у неё в голове. Она не могла разорвать связь. Только он мог.

 

Внезапно он заметил, что происходит, его глаза расширились. Круг моментально исчез, и к Певаре вновь вернулась её сила. Без раздумий она бросилась вперёд. Это больше не повторится. Она будет контролировать! Плетение вырвалось из неё прежде, чем Певара поняла, что делает.

 

Андрол упал на колени, руки заметались по столу, смахивая инструменты и обрывки кожи на пол, когда его голова откинулась назад. Он выдохнул.

– Что ты сделала?

 

– Таим сказал, что мы можем выбрать любого из вас, – пробормотала Певара, когда поняла, 'что' натворила. Она связала его! В некотором смысле, как противовес тому, что он сделал с ней. Певара попыталась успокоить колотившееся сердце. Осознание его расцвело на краю её разума, наподобие того, что они почувствовали в кругу, но какое-то более личное, близкое.





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...