Главная Обратная связь

Дисциплины:






Неизвестный автор, Четвёртая Эпоха. 25 страница



 

Андрол знал что такое безумие. Он знал, оно тоже было в нем. Это ошибка, Таим, думал он. Ты используешь наших собственных друзей против нас, но мы знаем их лучше, чем ты.

 

Эвин напал на Аборса. Нападение произошло взрывом Единой Силы. Секунду спустя щит Андрола исчез.

 

Андрол охватил Источник. Он не был очень силен, но у него было достаточно Силы сжечь несколько веревок. Он оказался свободный от его пут, руки окровавлены, он изучал комнату. Он был не в состоянии видеть ее прежде, не полностью.

 

Комната была больше, чем он предполагал, размер небольшого тронного зала. Широкое круглое возвышение находилось в дальнем конце, на возвышении стояли двойным кольцом мудраалы и женщины. Он дрожал, поскольку он видел Исчезающих. Свет, их пристальный взгляд слепых глаз был ужасен.

 

Опустошенные мужчины Таима стояли у дальней стены, Аша'маны, потерпели неудачу в обращении Логайна. Он сидел на возвышении, сутулый и привязанный к стулу в центре двойного кольца. Как на троне. Голова Логайна наклонилась на бок, его глаза были закрыты . Он, казалось, шептал что-то.

 

Таим подбежал, разъяренный к Эвину, который сражался с Мишраелом около дымящегося трупа Аборса. Эвин и Мишраел, обнимающие Единый Источник, боролись на полу, в руках Эвина был нож.

 

Андрол пополз к Эмарину, и почти потерпел неудачу, поскольку его ноги не выдерживали. Свет! Он был слаб, но ему удалось сжечь путы Эмарина, затем путы Певары. Она покачала головой, пытаясь прояснить ум. Эмарин кивнул в благодарность.

 

- Вы можете направлять? - прошептал Андрол. Внимание Таима было направлено на сражение Эвина.

 

Эмарин покачал головой.

- Они дали нам напиток...

 

Андрол пытался ухватиться за Единую Силу. Тени начали удлинять вокруг него.

 

Нет! подумал он. Только не сейчас!

 

Врата. Он нуждался во вратах! Андрол наполнился Единой Силой, формируя плетение для перемещения. И все же, как и прежде, он наткнулся на некий барьер — как стена, препятствующая тому, чтобы он открыл врата. Расстроенный, он попытался сделать их более близко. Возможно, расстояние имело значение. Мог ли он сделать врата в магазин Кэнлера выше над ними?

 

Он боролся с этой стеной, сражался всей силой, что он имел. Он напрягся, медленно продвигаясь ближе; он почти мог сделать это... Он чувствовал, как будто что-то происходило.

 

- Пожалуйста - прошептал он. - Пожалуйста, откройся. Мы должны выбраться отсюда... -

 

Эвин пал от плетений Таима.

 

- Что это было? - проревел Таим.

 

- Я не знаю - сказал Мишрэль. - Эвин напал на нас! Он говорил с мальчишкой-слугой, и...



 

Оба направились к Андролу. Андрол прекратил пытаться создать врата, вместо этого в отчаянии направил плетение огня на Таима.

 

Таим улыбнулся. К тому времени, когда язычок пламени Андрола достиг его, он исчез рассеченный плетением Воздуха и Воды.

 

- Ты стойкий - сказал Таим, швырнув Андрола о стену плетением Воздуха.

 

Андрол задохнулся в боли. Эмарин с головокружением встал на свои ноги, но в следующую секунду плетение Воздуха, сбило его. Ошеломленный, Андрол почувствовал, как был поднят в воздух и полетел через комнату.

 

Уродливая женщина в черном, вышла из круга Айз Седай и приблизилась к Таиму.

- Похоже М'Хаэль - сказала она. - Ты контролируешь это место меньше, чем говорил.

 

- У меня плохие средства - сказал Таим. - Мне нужно было дать больше женщин пораньше!

 

- Ты довел своих ашаманов до истощения - ответила женщина. - Ты растратил их силу. Я заберу управление...

 

Таим, стоял на возвышении, рядом с изможденным Логайном, женщинами и Исчезающими. Он, казалось, рассматривал эту женщину, возможно одну из Отрекшихся, самой опасной, чем кто-либо еще в этой комнате.

 

- Ты думаешь, что это сработает, не так ли? - спросил Таим.

 

- Когда Ниблис услышит о том, какой ты неуклюжий...

 

- Ниблис? Я забочусь не о Моридине. Я уже сделал подарок самому Великому Повелителю. Остерегайся, я нахожусь в его милости. Я держу ключи в своих руках, Хессалам...

 

- Ты имеешь в виду... ты действительно сделал это? Ты украл их?

 

Таим улыбнулся. Он возвратился к Андролу, который боролся в воздухе без успеха. Он не был огражден. Он направил, другое плетение на Таима, но он с безразличием нейтрализовал его.

 

Андрола даже не стоило ограждать. Таим опустил его вниз плетением Воздуха. Андрол сильно ударился о землю. Он проворчал.

 

- Сколько времени ты обучался здесь, Андрол? - спросил Таим. - Ты позоришь меня. Это было лучшее, что ты можете сделать, когда пытался убить меня?

 

Андрол с болью поднялся на колени. Он чувствовал боль и беспокойство Певары позади его, ее ум был омрачен корнем вилочника. Перед ним был Логайн, он сидел на своем троне, заключенный, окруженный врагами. Глаза его были закрыты; он был едва в сознании.

 

- Мы закончили здесь - сказал Таим. - Мишраэль, убей этих пленников. Мы заберем всех, кто посильнее и переправим их в Шайол Гул. Великий Повелитель обещал мне больше ресурсов для моей работы там.

 

Приспешники Таима приблизились. Андрол поднял глаза от своих коленей. Тьма сгустилась вокруг, фигуры, движущиеся в тени. Темнота . . . он был в ужасе. Он должен был отпустить саидин, должен. И все же он не мог.

 

Он должен был начать плетение.

 

Таим поглядел на него, затем улыбнулся и сплел погибельный огонь.

 

Тени, все вокруг!

 

Андрол цеплялся за Силу.

 

Мертвые, они пришли за мной!

 

Он сплел инстинктивно, лучшее плетение что он знал. Врата. Они ударились о стену, ту блокирующую стену.

 

Такой усталый. Тени... Тени заберут меня.

 

Раскаленная добела полоса света вырвалась из пальцев Таима, указывающих прямо на Андрола.

 

Андрол закричал, напряженно толкнул свои руки вперед и зафиксировал свое плетение на месте. Он ударил эту стену и преодолел ее.

 

Врата шириной в монету открылись перед ним. Он поймал поток огня в них.

 

Таим нахмурился, и в комнате стало тихо, ошеломленные Аша'маны приостановили свои плетения. В этот момент дверь в комнату взорвалась внутрь.

 

Кэнлер, взревел, удерживая Единую Силу. Его сопровождало около двадцати или более двуреченцев, которые приехали, чтобы обучаться в Черной Башне.

 

Таим завопил, ухватившись за Источник.

- Мы атакованы!

 

Купол, казалось, был сосредоточен на тех постройках, которые он отметил. Это было плохо; с теми фундаментами и ямами, у Губителя было бы много мест, чтобы скрыться и заманить его в засаду.

 

Как только они достигли деревни, Перрин указал на особенно большое здание. Два этажа, построенное как гостиница, с твердой деревянной крышей.

- Я собираюсь поднять тебя туда, - прошептал Перрин, - Готовь свой лук. Кричи, если заметишь кого-нибудь, пытающегося подкрасться ко мне, хорошо?

 

Гаул кивнул. Перрин переместил их на вершину здания, и айилец занял позицию у дымохода. Его одежда смешалась, чтобы соответствовать цвету глиняных кирпичей, и он наклонился пониже, чтобы быть незаметным. Из-за этого не было бы большого радиуса поражения из лука, но отсюда, он будет смертелен.

 

Перрин приземлился на землю, медленно плывя последние несколько дюймов, чтобы воздержаться от шума. Он стал на корточки и сместился к стене здания, прямо перед ним. Он сместился снова к краю последнего здания в шеренге перед котлованом, затем посмотрел через плечо. Гаул, очень хорошо скрывшийся наверху, поднял пальцы. Он проследил Перрина.

 

Отсюда Перрин пополз на животе, не желая смещаться в место, которое он не может увидеть своими глазами. Он достиг края первого кавернообразного отверстия в фундаменте и посмотрел вниз на грязный пол. Ветер все еще дул, и пыль вихрилась внизу, скрывая любые дорожки, которые могли быть оставлены

 

Перрин втал на корточки и начал свой путь вдоль периметра большого фундамента. Где же должен быть точный центр купола? Он не мог сказать; купол был слишком большой. Он смотрел в оба.

 

Его внимание было настолько сосредоточено на дырах фундамента, что он почти натолкнулся на стражу. Тихий смешок одного из них предупредил его, и он немедленно сместился, перепрыгнув на другую сторону фундамента и упав на колени. В его руках появился двуреченский длинный лук. Он осмотрел покинутое им место с расстояния.

 

Дурак, подумал он наконец замечая их. Двое мужчин бездельничали в сторожке рядом с фундаментом. Сторожка была сооружением такого типа, в котором рабочие, обычно, принимают пищу. Перрин выглядел немного встревоженным, но Губитель не поднялся из укрытия, чтобы атаковать его, а те двое стражников не смогли его заметить.

 

Он не мог заметить многие детали, поэтому он осторожно сместился назад к тому месту где он был. Он опустился на фундамент и создал земляной выступ на стене, чтобы стоять на нем, заглядывая через край отверстия в сторожке.

 

Да, там было двое. Мужчины в черных пальто. Ашаманы. Он думал что признаёт их после того что было у Колодцев Дюмай, когда они спасли Ранда. Они были лояльны к нему, не правда ли? Посылал ли Ранд помощь для Перрина?

 

Свет испепели этого человека, думал Перрин. Неужели он не мог быть немного искренним со всеми хотя бы в этот раз?

 

Конечно, даже Ашаманы могут быть Друзьями Темного. Размышлял Перрин, выбираясь из ямы и становясь напротив них.

 

- Сломанные инструменты, - праздно сказала Ланфир

 

Перрин подпрыгнул с проклятиями и обнаружил её стоящей на выступе рядом сним, смотрящей вверх на двух мужчин

 

- Они были Обращены, - сказала она. - Я всегда считала это бесполезным занятием. Ты теряешь нечто при трансформации - они никогда не будут служить также хорошо, как если бы они пришли по своей воле. О да, они будут лояльны, но свет уйдет. Самомотивация, искра искусности, которая делает из человека Человека.

 

- Веди себя тихо,- сказал Перрин. - Обращенные? Что ты имеешь ввиду? Это...

 

- Тринадцать Мурддраалов и тринадцать Повелителей ужаса. - ухмыльнулась Ланфир. - Такая грубость, такие отходы.

 

- Я не понимаю.

 

Ланфир вздохнула, говоря так, будто объясняет ребенку.

- Тот, кто может направлять, может быть Обращен к Тени силой при правильных обстоятельствах. М'Хаэль столкнулся здесь с трудностями, пытаясь наладить процесс настолько легко насколько он желал бы. Он нуждался в женщинах для того, чтобы легко Обращать мужчин.

 

Свет, подумал Перрин. Знает ли Ранд, что подобное может случится с людьми? Планируют ли они сделать подобное с ним?

 

- Я бы поостереглась этих двоих, - сказала Ланфир, - Они сильны.

 

- Тогда тебе следует говорить тише, - прошептал Перрин

 

- Ба. Это довольно просто заглушать звук в этом месте. Я могу орать во все горло, и они не услышат. Видишь ли, они пьют? Они принесли вино с собою. Конечно, они здесь во плоти. Я сомневаюсь, что их лидер предупредил их об опасности этого.

 

Перрин посмотрел на стражников. Оба мужчины потягивали свое вино, чокаясь друг с другом. Пока Перрин наблюдал, первый сполз в сторону, затем второй повторил то же. Они заснули выпав из своих кресел и упав на землю.

 

- Что ты сделала?

 

- Корень вилочника в вине, - сказала Ланфир

 

- Почему ты мне помогаешь? - потребовал ответа Перрин

 

- Я слишком доверяю тебе, Перрин.

 

- Ты - одна из Отрекшихся!

 

- Была, - сказала Ланфир. - Эта... привелегия была снята с меня. Темный обнаружил, что я планировала помочь Льюису Терину победить. Теперь, я - Она застыла, снова глядя в направлении неба. Что она увидела в этих облаках? Что-то что заставило её побледнеть. Мгновением позже она исчезла.

 

Перрин пытался решить, что ему делать. Конечно, он не мог ей доверять. Однако, она хорошо знала волчий сон. Она управляла своим появлением рядом с ним без единого звука. Это было жестче, чем казалось; должно было быть какое-то движение воздуха, вытесняемого ею в момент прибытия. Она могла приземляться настолько точно, что не производила шума и могла приглушить шелест своей одежды.

 

Сначала Перрин осознал, что в этот раз она также замаскировала свой запах. Он смог почуять ее только после того - она пахла нежной ночной лилией, - как она заговорила с ним.

 

Неуверенно, он вылез из ямы и приблизился к сторожке. Оба мужчины спали. Что случается с людьми, которые спят внутри сна? Обычно, это должно отослать их назад в мир пробуждения - но они были тут во плоти.

 

Он вздрогнул, думая о том, что с ними произошло. "Обращенные?" Такое слово она использовала? Свет. Это казалось несправедливым. Не то чтобы Узор был всегда справедливым, признал Перрин,быстро обыскивая сторожку.

 

Он нашел Шип Сновидений воткнутым в землю под столом. Серебристый кусок металла выглядел как длинный палаточный клин, покрытый резными узорами по всей длине. Он был похож на другой, виденный им ранее, но не в точности. Он высвободил его, потом подождал, рука на молоте, ожидая, что Губитель явится за ним.

 

- Его здесь нет, - сказала Ланфир

 

- Свет, - Перрин подпрыгнул, вздымая молот. Он обернулся. - Почему ты продолжаешь появляться в подобной манере, женщина?

 

- Он ищет меня, - сказала она, пялясь ввысь, - Предполагалось, что я не в состоянии делать это, поэтому его подозрительность растет. Если он найдет меня, он узнает наверняка, и я буду уничтожена, захвачена и выжжена из вечности.

 

- Ты ожидаешь от меня проявления сожаления, одна из Отрёкшихся? - огрызнулся Перрин

 

- Я выбрала себе хозяина, - сказала она, изучая его. - Это моя цена - до тех пор пока я не найду возможности освободиться от этого.

 

- Что?

 

- Думаю, у тебя наилучшие шансы, - сказала она. - Мне нужно чтобы ты победил, Перрин, и я должна быть на твоей стороне, когда ты сделаешь это.

 

Он фыркнул.

- Ты не изучила новых уловок, не так ли? Прими свои предложения в другом месте. Мне не интересно, - он перевернул Шип Снов в пальцах. Перрин никогда не был в состоянии выяснить, как работал тот другой.

 

- Тебе следует покрутить его сверху. - Ланфир протянула руку.

 

Перрин взглянул на нее.

 

- Ты же не думаешь, что я могу забрать его себе, даже если захочу? - спросила она, удивлённо. - Кто же это был, тот кто уложил маленьких зверушек М'Хаэля для тебя?

 

Он поколебался, потом передал его. Она быстро провела своим пальцем от кончика до середины длины, и что-то щелкнуло внутри. Она потянулась вверх и повращала навершие. Снаружи, неясная фиолетовая стена сократилась и исчезла.

 

Она вернула его назад.

- Покрути его снова, чтобы установить поле - чем дольше ты крутишь, тем больше оно вырастет - потом проведи пальцем в обратном направлении, относительно того, что я показала раньше для блокировки. Будь осторожен. Там где ты установишь его будут последствия как в реальном мире, так и в этом, и это остановит даже твоих союзников от возможности перемещения внутрь и наружу. Ты сможешь проходить через него с помощью ключа, но я не знаю его для этого Шипа.

 

- Спасибо тебе, - сказал Перрин неохотно. Один из дремлющих мужчин крянул в его ногах, затем перевернулся на бок. - Неужели... неужели действительно нет возможности противостоять Обращению? Ничего что они могли бы предпринять?

 

- Человек может сопротивляться немного времени, - сказала она.

- Недолго. Самый сильный сдастся в конце концов.Если вы мужчина, противостоящий женщинам, они быстро вас сломят.

 

- Это не должно быть возможным, - сказал Перрин, опускаясь на колени. - Никто не должен иметь возможности принудить человека обратиться к Тени. Когда все прочее отнято у нас, этот выбор должен оставаться.

 

- О, у них есть выбор, - сказала Ланфир, лениво пиная одного из мужчин у своих ног. - Они могли бы выбрать усмирение. Это удалило бы эту их слабость и они никогда не были бы Обращены.

 

- Это не слишком большой выбор.

 

- Это плетения Узора, Перрин Айбара. Не все варианты одинаково хороши.Иногда тебе необходимо сделать лучший выбор из множества худших и оседлать шторм.

 

Он резко посмотрел на нее.

- И ты подразумеваешь, что сделала из-за этого? Ты присоединилась к Тени потому, что это было "лучшим" выбором? Я никогда не куплюсь на такое. Ты присоединилась ради власти. Это известно каждому.

 

- Думай, что хочешь, волчонок, - сказала она с потяжелевшим взглядом. - Я пострадала от своего решения. Я испытала боль, агонию, мучительную скорбь, из-за того, что сделала в своей жизни. Мои страдания выходят за пределы твоего представления.

- И единственная из Отрекшихся, - сказал Перрин, - которая выбрала свое место и приняла его с наибольшей готовностью.

 

Она принюхалась.

- Ты думаешь, можно верить историям трёхтысячелетней давности?

- Лучше доверять им, чем словам кого-либо вроде тебя.

 

- Как пожелаешь, - сказала она снова глядя вниз на спящих мужчин. - Если это поможет тебе понять, волчонок, ты должен знать, что множество думающих мужчин, подобных этим были убиты во время Обращения. И потом что-то иное вселилось в их тела. по крайней мере некоторые так думают.- Она исчезла.

 

Перрин вздохнул, потом спрятал Шип Сновидений и переместился назад на крышу. Как только он появился, Гаул обернулся к нему, вытягивая стрелу.

- Ты ли это, Перрин Айбара?

 

- Это я.

 

- Интересно, должен ли я попросить доказательства, - сказал Гаул, стрела по-прежнему не убрана, - Мне кажется, что в этом месте, можно легко менять свою внешность.

Перрин улыбнулся.

- Внешний вид еще не все. Я знаю, что у тебя есть две гай'шан, одну ты хочешь, другую нет. Ни одна не хочет выступать в качестве надлежащей гай'шан. Если мы переживём Последнюю Битву, одна возможно выйдет за тебя замуж.

 

- Каждый мог бы, - согласился Гаул, опустив лук, - Это похоже на то, что я должен буду взять обоих или ни одну. Возможно, это - наказание за то, что заставил их убрать свои копья, хотя это не мой выбор, который заставил их сделать так, а их собственный, - он покачал головой, - Купола не стало.

 

Перрин поднял Шип Сновидений.

- Вот он.

 

- Какое наше следующее задание?

 

- Ждать, - сказал Перрин, опускаясь на крышу, - И наблюдать привлечет ли снятие купола внимание Губителя.

 

- Что если нет?

 

- Тогда мы переместимся в следующее его любимое место, чтобы найти его, - сказал Перрин, потирая подбородок. - Это место там, где есть волки, которых можно убить.

 

- Мы слышали тебя! - прокричал Кэнлер Андролу среди перестрелки. - Сожгите меня, если это не правда! Мы были в моем магазине наверху, и мы слышали, что ты говорил, прося помощи! Мы решили, что нужно напасть. Сейчас или никогда.

 

Плетения взрывались в комнате. Земля изверглась, и огненные шары приспешников Таима с возвышения летели в сторону двуреченцев. Исчезающие в неподвижных плащах, крались через комнату, доставая мечи из ножен.

 

Андрол сражался далеко от Кэнлера, склонив голову, направляясь к Певаре, Джоннету и Эмарину у стены комнаты. Кэнлер услышал его? Врата, которые он сделал, как раз перед тем как Таим, поднял его в воздух. Они, должно быть, открылись, настолько мало, что он не был в состоянии увидеть их.

 

Он мог создать врата снова. Но только очень маленькие. Что хорошего было в этом? Достаточно, чтобы остановить пламя Таима, думал он, пробираясь к Певаре и остальным. Ни один из этих троих не был в состоянии сражаться. Он сплел врата, пробивая щит, продвигаясь к ...

 

Что-то изменилось

 

Стена пропала

 

Андрол присел, ошеломленный на мгновение. Взрывы и вспышки в комнате врезались в его уши. Кэнлер и другие сражались хорошо, но двуреченцы столкнулись с полностью обученными Айз Седай и возможно одной из Отрекшихся. Они падали один за другим.

 

Стена пропала

 

Андрол медленно встал, затем пошел назад к центру комнаты. Таим и его люди боролись на возвышении; плетения Кэнлера и его парней слабели.

 

Андрол посмотрел на Таима и почувствовал сильную, сокрушительную волну гнева. Черная Башня принадлежала Ашаманам, но не этому человеку.

 

Настало время Ашаманов, чтобы исправить ситуацию.

 

Андрол взревел, поднимая свои руки и сплел врата. Сила устремилась через него. Как всегда, его врата, раскрылись быстрее, чем чьи-либо другие, быстрее, чем человек с его силой, был в состоянии сделать.

 

Он создал их размером с большой фургон. Он раскрыл их перед лицами направляющих Таима, разворачивая их в тот момент, когда они выпустили свой следующий шквал смертельных плетений.

 

Врата преодолели дистанцию в несколько шагов и открылись позади них.

 

Плетения созданные женщинами и мужчинами Таима поразили открывшиеся врата, которые висели перед Андролом словно туман в воздухе, а затем плетения взорвались позади них.

 

Плетения убили их собственных владельцев, сжигая Айз Седай, убивая Ашаманов и нескольких оставшихся Мудраалов. Напрягая усилия, Андрол взревел громче и открыл маленькие врата на путах Логайна, схлопывая их. Он открыл другие врата непосредственно на полу под стулом Логайна, направив его из комнаты к месту в дали от Черной Башни — к месту, ниспошли Свет, безопасному.

 

Женщина по имени Хессалам сбежала. Она бежала через собственные врата, Таим, последовал за ней с некоторыми из оставшихся. Остальные не были так мудры — на мгновение позже, Андрол открыл врата, столь же широкие как пол, погружая оставшихся женщин и Ашаманов в них, чтобы они упали с высоты в сотни футов.

 

Глава 15

Твоя шея в петле.

 

Таразинский дворец в Эбу Дар был далеко не самым сложным местом, куда когда-либо проникал Мэт. Он говорил это себе снова и снова, свисая с балкона третьего этажа прямо над садами.

 

Он уцепился за мраморный выступ одной рукой, в то время как другой удерживал на голове свою шляпу. Свой узелок он положил внизу в садах. По его лицу стекал пот, несмотря на то, что ночной воздух был холодным.

 

Выше раздавалось бряцание доспехов двух шагающих по балкону Стражей Последнего Часа. Кровь и проклятый пепел! Неужели эти парни никогда не снимают свои доспехи? Их шлемы напоминали головы насекомых. Он мог разобраться с ними в два счета. Балкон был обтянут железной ширмой, чтобы защитить обитателей от ненужных взглядов снизу, но Мэт был достаточно близок, чтобы видеть входящих внутрь стражей.

 

Свет, они так долго там стояли, что у Мэта уже начала затекать рука. Двое человек невнятно переговаривались. Возможно, они решили присесть и выпить чашечку чая. Или достать книгу и немного почитать в ночи. Туон определенно должна уволить этих двоих. С какой это стати они так свободно разговаривают на балконе? Здесь ведь могут оказаться убийцы!

 

Наконец, благодарение Свету, те двое ушли. Мэт попытался сосчитать до десяти, прежде чем раскачаться, но смог только до семи. Он толкнул одну из незапертых ширм и вскарабкался через балконные перила.

 

Мэт тихо вздохнул, руки уже болели. Дворец, несмотря на тех двух охранников, был далеко не таким неприступным, как Твердыня. Ну у него, разумеется, было еще одно преимущество: он жил в этом дворце, спокойно приходил и уходил отсюда. По большей части свободно. Он почесал шею под шарфом - он снова стал носить его. На мгновение ему показалось, что лента превратилась в цепь.

 

Отец Мэта часто говаривал: не зная броду, не суйся в воду. Все знали, что не было человека честнее, чем Абелл Коутон, но некоторым людям — как тем, что у Таренского Перевоза — нельзя было доверять ни на грош. Абелл говорил, что во время торговли лошадьми, ты всегда должен просчитать пути отступления.

 

За те два месяца, которые он жил во дворце, Мэт изучил каждый выход — каждую трещину и проход, каждое свободное окно. Какие двери балкона было легко открыть, а какие обычно запирались с упором. Если ты можешь выбраться отсюда, то сможешь и забраться внутрь. Он ждал момент на балконе, не входя в комнату, к которой он был присоединен. Он был на третьем этаже, где останавливаются гости. Он, возможно, был в состоянии проникнуть таким образом, но внутри здание всегда лучше охранялись, чем это делалось снаружи. Лучше всего забраться снаружи.

 

Проникновение таким образом не привлекало внимания. К счастью, на эту сторону дворца было легко взобраться. Каменная кладка и древесина была усыпана неровностями, за которые легко можно было ухватиться. Он помнил, что однажды даже ругал Тайлин за это.

 

К тому моменту, как Мэт выполз за ширму, подтянулся вверх и начал карабкаться к четвертому уровню, пот градом сползал по его лбу, словно муравьи, которые сбегали по склону холма. Ашандарей иногда бил его сзади по ногам. Он мог чувствовать запах моря в легком бризе. Пока кто-нибудь находился на верху, для него всё пахло лучше. Наверное, это потому, что головы, всё же, пахнут лучше, чем ноги.

 

Это глупая мысль, сказал Мэт сам себе. Что угодно, лишь бы не думать о высоте. Он подтянул себя на один из уступов каменной кладки, который был уже, чем футом ниже и покачнулся. Мэт глубоко вздохнул и только потом продолжил восхождение.

 

Здесь. Выше он мог видеть балкон Тайлин. У её покоев, конечно, было несколько балконов, но он двигался к тому, что был в спальне, а не в гостиной. Тот выходил на площадь Мол Хара, и восхождение к нему было так же заметно, как муха в белоснежном пудинге.

 

Он снова посмотрел на покрытый арабеской железный балкон. Он всегда надеялся что сможет подняться к нему. Он, разумеется, полагал так, когда выбирался из него.

 

Чтож, он не будет дураком и не будет делать ничего подобного впредь, это уж точно. Только этот раз и то неохотно. Матрим Коутон знал как присмотреть за своей собственной шеей. Он бы не прожил так долго рискуя по напрасну, с удачей или без. Если Туон хочет жить в городе где глава ее армий организует на нее покушения, это ее выбор.

 

Он кивнул сам себе. Он вскарабкаеться наверх, очень рационально объяснит ей, что она должна покинуть город и то, что этот Генерал Галган предал ее. Потом он может погулять и поиграть в кости. Для этого он и вернулся в этот город. Если Ранд будет на севере, там где все Тролоки, тогда Мэт хочет быть от него так далеко, как только возможно. Мэт переживал за Ранда, но любой вменяемый человек поймет, что выбор Мэта единственно правильный. Водоворот красок начал сформировываться, но Мэт подавил его.

 

Разумным. Он будет очень разумным.

 

Потея, проклиная, с ноющими руками, Мэт залез на балкон четвертого этажа. Одна из защелок на ставнях болталась здесь, точно также как тогда когда он жил в этом дворце. Быстро поработать крючком из проволоки все что было нужно ему что бы попасть внутрь. Он проник на закрытый балкон достал ашандарей, затем лег на спину дыша так словно он пробежал всю дорогу от Андора до Тира.

 

После нескольких минут этого, он заставил себя подняться на ноги, затем посмотрел через выскрытые ставни четыре этажа вниз. Мэт очень гордился этим подъемом.

 

Он поднял ашандарей и отправился к дверям балкона. Туон несомненно перебралась сюда, в комнаты Тайлин. Они были лучшими во дворце. Мэт приоткрыл дверь. Он просто посмотрит внутрь и...

 

Что-то выстрелило из теней перед ним и врезалось в дверь прямо над его головой.

 

Мэт упал, перекувырнулся, доставая нож одной рукой и сжимая ашандарей другой. Дверь раскрылась от силы, с которой арбалетный болт вонзился в ее поверхность.

 

Селусия выглянула в следующий момент. Правая часть ее головы была начисто выбрита, другая сторона закрыта тканью. Ее кожа была цвета сливок, но любой мужчина который посчитает ее мягкой вскоре узнает обратное. Селусия может научить наждачную бумагу одному или двум способам быть жестче.





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...