Главная Обратная связь

Дисциплины:






Коль с торбой Тёмного спешим скорей 2 страница



 

Следующей атакой Демандреда оказался поток воздуха, который швырнул Логайна назад к той лаве. В отчаянии Логайн сплел Воду, остужая красный поток. Он упал плечом на него, и струи пара ошпарили кожу Логайна, однако он сумел остудить лаву достаточно, чтобы она покрылась коркой поверх расплавленной жижи. Задержав дыхание, чтобы не обжечь легкие паром, он бросил себя в сторону, и в тот же миг очередная серия молний растерла в порошок землю, где он только что был.

 

Вскрыв корку, которую он сделал, молнии ударили в расплавленный камень. Капли лавы разлетелись вокруг Логайна, опаляя его кожу и прожигая язвы на его руках и лице. Он закричал и в ярости сплел молнию в своего противника.

 

Потоки Духа, Земли и Огня рассекли его плетения в воздухе. Демандред был так силен... Этот са'ангригал был невероятен.

 

Следующая вспышка молнии ослепила Логайна и отбросила его назад. Он ударился о кусок сломанного сланца, частицы скалы впились в его кожу.

 

- Ты силен, - сказал Демандред. Логайн едва расслышал его слова. Его уши...гром... - Но ты не Льюс Тэрин.

 

Логайн зарычал, создавая плетения сквозь слезы, бросая молнии в Демандреда. Он сплел дважды, и хотя Демандред срезал одну молнию в воздухе, другая попала в цель.

 

Но.. Что это было за плетение? Это было ещё одно, которого Логайн не распознал. Молния ударила Демандреда, но исчезла, ушла в землю и рассеялась. Такое простое переплетение Воздуха и Земли, но оно сделало молнии бесполезными.

 

Щит протаранил пространство между Логайном и Источником. Сквозь раненные глаза, он разглядел плетения Погибельного огня, зарождавшееся в руках Демандреда. Рыча, Логайн схватил кусок сланца, с земли рядом с ним, размером с кулак, и швырнул его в Демандреда.

 

Удивительно, но камень ударил, разрывая кожу, заставляя Демандерда отступить назад. Отрекшийся был силен, но он совершал ошибки обычных людей. Никогда не сосредотачивай все свое внимание на Единой Силе, вопреки тому, что всегда говорил Таим. В этот момент щит между Логайном и Источником исчез.

 

Логайн откатился в сторону, создавая сразу два плетения. Одно, щит который он даже и не думал использовать. Другое, в отчаяние, Врата. Выбор труса.

 

Демандред зарычал, подняв руку к лицу и атаковал Силой. Он решил уничтожить щит, который подвергал его риску. Врата открылись и Логайн перекатился позволяя им сразу захлопнуться. На другой стороне он рухнул, его тело было ошпарено, на руках содрана кожа, в ушах звенело, его глаза почти ничего не видели.

 

Он заставил себя сесть, он очутился в лагере Аша'манов ниже болот, где Габриэль и другие ждали его возвращения. Он взвыл в гневе. Озабоченность Габриэль перешла ему через связь. Реальное беспокойство. Он даже представить себе не мог. Свет.



 

- Тихо, - сказала она, стоя на коленях рядом с ним. - Ты дурак. Что ты сделал с собой?

 

- Мне не удалось, - сказал он. В отдалении, он снова почувствовал удары Силы Демандреда, который продолжал реветь Льюс Тэрину, - Исцели меня.

 

- Ты же не собираешься попробовать это снова, не так ли? - сказала она. - Я не хочу исцелить тебя только для того, чтобы ты...

 

- Я не буду пытаться снова, - ответил Логайн, с дрожью в голосе. Боль была ужасной, но она блекла по сравнению с унижением от поражения. - Я не стану этого делать, Габриэль. Прекрати сомневаться в моих словах. Он слишком силен.

 

- Некоторые из этих ожогов очень плохи, Логайн. Эти дыры в твой коже, Я не уверена что смогу полностью Залечить их. У тебя останутся шрамы.

 

- Все хорошо, - прорычал он. Они будут там, где лава плеснула ему на плечо и часть его лица.

 

"Свет", думал он. "Что мы можем противопоставить такому монстру?"

 

Габриэль возложила свои руки на него и плетения Исцеления полились в его тело.

 

****

 

Гром битвы между Эгвейн и М'Хаэлем поднялся до расколотых туч в небе. М'Хаэль. Новый Отрекшийся, его имя было объявлено на поле боя его Повелителями Ужаса.

 

Эгвейн создавала плетения не думая, насылая поток за потоком в Аша'мана-предателя. Она не призывала ветер, но он все равно кружил и ревел возле нее, растрепав ее волосы и платье, подхватив ее палатин и заставив его развеваться в воздухе. Наришма и Мериса вместе с Лейлвин вжались в землю возле нее, и Наришма, чей голос был едва слышен за ревом битвы, предостерегал ее о том, какие плетения использует М'Хаэль.

 

Продолжая наступать, Эгвейн встала на вершине Высот, на одном уровне с М'Хаэлем. В глубине себя, она осознавала, что ее телу скоро нужен будет отдых.

 

Но прямо сейчас это была непозволительная роскошь. Прямо сейчас только битва имела значение.

 

Огонь устремился к ней, и она отбросила его в сторону Воздухом. Искры, подхваченные ветром, взвились возле нее дождем света, когда она сплела Землю. Она послала волну по уже почти разрушенной земле, стараясь сбить М'Хаэля с ног, но тот рассек ее плетение собственным.

 

"Он слабеет", подумала она.

 

Эгвейн шагнула вперед, охваченная светом силы. Она начала сплетать два потока, в обеих руках, и метнула в него огонь.

 

Он ответил лучом чистейшего белого света, тонкого как проволока, который прошел всего на ладонь мимо нее. Погибельный Огонь оставил блики в глазах Эгвейн, земля содрогнулась под ними, а воздух исказился. Вновь по земле побежали эти паутинки, ведущие в ничто.

 

- Дурак! - крикнула она ему. - Ты уничтожишь сам Узор!

Их бой уже угрожал закончиться этим. Этот ветер был неестественным, этот шипящий воздух. Трещины, расходящиеся от М'Хаэля, расширялись.

 

- Он снова это делает! - предупредил Наришма, стараясь перекричать бурю.

 

М'Хаэль выпустил второй луч Погибельного Огня, дробя землю, но Эгвейн была наготове. Она отступила в сторону, ее гнев силился. Ей нужно ответить на это!

 

Им все равно, что они разрушают. Они пришли сюда, чтобы уничтожить. Так повелел их господин. Разрушать. Ломать. Убивать.

 

Гавин...

 

Она закричала от ярости, создавая одну за другой огненные колонны. Наришма кричал, что делает М'Хаэль, но Эгвейн не слышала из-за шума вокруг. Однако она сама вскоре увидела, что противник создал барьер из Воздуха и Огня, чтобы отразить ее атаки.

 

Эгвейн шагала вперед, раз за разом направляя в него удары Силы. Это давало ему время восстановиться, но не атаковать. Она прервала ритмичные атаки только для того, чтобы сформировать щит, который уже держала наготове. Огненный дождь снес барьер М'Хаэля и заставил его отшатнуться, его плетение раскололось, и он поднял руку, вероятно, чтобы вновь попробовать погибельный огонь.

 

В этот момент Эгвейн вбила щит между ним и Источником. Это не полностью отсекло его, он удержал Источник силой воли. Они стоял теперь достаточно близко друг к другу, чтобы она могла увидеть его гнев и недоверие. Он сражался, но был слабее нее. Эгвейн давила, и ее щит приближался к незримым нитям, связывающим врага с Единой Силой. Она нажимала на него изо всех сил.

 

Напрягая силы, М'Хаэль выпустил небольшую струйку Погибельного Огня вверх, через прореху, где щит еще не занял место. Погибельный Огонь уничтожал все плетения, так же, как воздух и сам Узор.

 

Эгвейн отпрянула, когда М'Хаэль направил поток на нее, пучок белого пламени был слишком слабым и маленьким, чтобы дотянуться до нее. Он исчез, не успев ударить. М'Хаэль зарычал и исчез в искаженном воздухе, Переместившись каким-то способом, который Эгвейн не знала.

 

Она глубоко дышала, держась рукой за грудь. Свет! Ее только что едва не стерли из Узора.

 

Он скрылся, не создавая врат! Истинная Сила, поняла она. Это единственное объяснение. Об Истинной Силе она не знала почти ничего - это была сама суть Темного, искушение, которое заставило направляющих Эпохи Легенд пробурить Скважину.

 

"Погибельный огонь... Свет! Я чуть не погибла. Хуже, чем погибла".

 

У неё не было способа противодействовать Погибельному Огню.

 

Это всего лишь плетение. Только плетение. Так говорил Перрин.

 

Но теперь это уже в прошлом, а М'Хаэль бежал. Ей нужно держать Наришму поближе к себе, чтобы тот мог предупредить ее, если кто-то начнет направлять поблизости.

 

Если только М'Хаэль вновь не воспользуется Истинной Силой. Может ли другой мужчина ощутить, когда ее направляют?

 

- Мать!

 

Эгвейн обернулась, когда Мериса указала рукой туда, где большинство Айз Седай и Аша'манов еще продолжали бой с шарскими войсками. Много сестер в разноцветных платьях уже лежали мертвыми на склонах холма.

 

Смерть Гавина ранила ее изнутри, как убийца в черном. Эгвейн стиснула зубы, поддерживая в себе гнев. Черпая Единую Силу, она набросилась на шарцев.

 

****

 

Хурин с повязкой на лице защищающей нос, боролся на Половских Высотах с другими Порубежниками.

 

Даже сквозь ткань, он ощущал запах войны. Столько насилия, запахи крови, гниющей плоти и все вокруг него. Запахи покрыли землю, его меч, его собственную одежду. Его уже несколко раз выворачивало, во время боя.

 

И все же он дрался. Он бросился на троллока с медвежьей мордой, который рычал над телами, и врезался в него. Меч твари заставил содрогнуться землю, и Хурин закричал.

 

Тварь рассмеялась нечеловеческим хохотом, приняв крик Хурина за возглас страха. Троллок сделал выпад, и Хурин метнулся вперед, и, опередив троллока, вскрыл ему брюхо, пробежав мимо него. Тварь застыла, уставившись на собственные вывалившиеся внутренности.

 

 

Надо выиграть время для Лорда Ранда, подумал Хурин, отступая и ожидая следующего Троллока. Они приближались с восточной стороны вершины со стороны реки. Этот крутой склон был труден для подъема, но Свет, там их было слишком много.

 

Продолжай сражаться, продолжай сражаться.

 

Лорд Ранд пришел к нему, чтобы извиниться. К нему! Что ж, он будет гордиться Хурином. Дракону Возрожденному не нужно прощение маленького ловца воров, но Хурин чувствовал себя так, словно мир снова стал самим собой. Лорд Ранд вновь был Лордом Рандом. Лорд Ранд защитит их, если они дадут ему достаточно времени.

 

Казалось, в бою наступила передышка. Он нахмурился. Троллокам числа не было, они явно не могли быть все перебиты. Он осторожно двинулся вперед, глядя на трупы, и спустился по склону.

 

Нет, они не были разбиты. Твари все еще напирали, их полчища выглядели почти как безбрежное море. Он видел их в свете огней ниже. Троллоки прервали наступление, потому что им пришлось расчищать склон от тел своих сородичей, многие из которых были застрелены лучниками Тэма. А ниже, у русла реки, еще большая армия троллоков билась с войсками Илэйн.

 

- У нас будет несколько минут, - сказал Лан Мандрагоран солдатам, сидя в седле. Королева Аллиандре была рядом с ним, она тихо разговаривала со своими людьми.

Двое монархов на виду. Конечно, они знают, что делать. Это позволило Хурину почувствовать себя лучше.

 

- Они готовятся к последнему рывку, - продолжил Лан. - Собираются выдавить нас с холма и драться здесь, на ровной земле. Отдыхайте, пока они оттаскивают тела. Мир пребудет с вашими мечами, друзья. Следующая атака будет тяжелее.

"Следующая атака будет еще тяжелее? Свет!"

 

Позади, посреди плато, остальная армия Мэта продолжала теснить шарцев, стараясь отогнать их обратно на юго-запад. Если он сможет сделать это и погнать их вниз по склону прямо на троллоков, которые бьются с войском Илэйн, это может вызвать среди врагов переполох, и Мэт получит преимущество. Но пока шарцы не отступали ни на дюйм; на самом деле, они сами давили на армию Мэта, которая уже начала выдыхаться.

 

Хурин лежал на спине, слыша рев, доносящийся отовсюду, крики и звон оружия вдалеке, лязг металла, вдыхая аромат насилия, витающий вокруг него в океане зловония.

 

Худшее всё еще впереди.

 

Свет помоги им.

 

****

 

Берелейн вытерла тряпкой кровь с рук, широко шагая по дворцовому залу празднеств. Столы были порублены на дрова, чтобы поддерживать огонь в огромных каминах на другом конце длинного помещения; на месте мебели рядами лежали раненые.

 

Кухонные двери с грохотом открылись, пропуская группу Лудильщиков. Кто-то нёс носилки, кто-то помогал раненым проковылять в зал.

"Свет! - подумала Берелейн, - Еще? Дворец уже и так трещал по швам от такого количества раненых."

 

- Нет, нет! - сказала она, шествуя им навстречу. - Только не сюда. К черному входу. Теперь мы будем носить их туда. Росил! У нас еще раненые.

 

Лудильщики повернули в сторону коридора, успокаивая раненых. Приносили только тех, кого можно было спасти. Она была вынуждена объяснить старшим женщинам Туата'ан, какие типы ран требуют слишком много сил для Исцеления. Лучше спасти жизнь десяти тяжело раненых, чем потратить столько же сил, пытаясь исцелить одного человека, который едва цеплялся за жизнь

 

Эта разъяснительная беседа была самым жестоким поступком, который она когда-либо совершала.

 

Лудильщики продолжали идти, выстроившись в ряд. Берелейн смотрела, не мелькнут ли белые одежды среди раненых. Белоплащники там были, но не было того, которого искала она.

 

"Так много..." - снова подумала она.

Лудильщикам никто не помогал нести раненых. Все здоровые мужчины и большинство женщин во дворце отправились на поле боя воевать или помогать Кэймлинским беженцам собирать стрелы.

 

Росил засуетилась, игнорируя пятна крови на своем платье. Она тут же принялась заботиться о раненых, ища тех, кому требовалась неотложная помощь. К несчастью, в тот же момент открылись двери, ведущие на кухню, и группа окровавленных андорцев и айильцев, хромая, зашла внутрь, посланная Родней с другого участка поля битвы.

 

Начался переполох. Берелейн гонялась за всеми, кто у нее был - за конюхами, стариками, детьми лет пяти, чтобы они помогали прибывшим. Из айил прибывали только самые тяжелораненные; они имели привычку оставаться на поле боя до тех пор, пока не смогут держать оружие. А это значило, что многим, кто пришел, уже нельзя помочь. Ей нужно расположить их там, где она не будет иметь возможность наблюдать, как они захлебываются кровью, умирая.

 

- Это глупо! - сказала она, вставая. Ее руки снова были мокрыми от крови, и у нее не осталось чистой тряпки. Свет! - Мы должны оказать больше помощи. Ты. - Она указала на Айил, который был ослеплен. Он сидел спиной к стене, с повязкой на глазах. - Ты, слепой Айил.

 

- Меня зовут Ронья.

 

- Ну, Ронья. Здесь у меня есть несколько гай’шан, которые мне помогают. По моим подсчетам, их должно быть много больше. Где они?

 

Они ждут, пока сражение закончится, чтобы они могли служить победителям

 

- Нужно привести их, - сказала она. - Нам необходим каждый человек, которого мы можем получить, для помощи в борьбе.

 

- Они могут придти к тебе сюда, Берелейн Пейндраг, и помочь с уходом за больными, - сказал мужчина. - Но они не будут сражаться. Им не место в битве.

 

- Будет им причина, - решительно сказала она. - Это же Последняя Битва!

 

- Ты можешь быть здесь вождем клана, - ответил айилец, улыбаясь, - Но ты не Кар'а'карн. Даже он не может приказать гай'шайн не подчиняться джи'и'тох.

 

- А кто может?

 

Похоже, мужчину это удивило.

- Никто. Это невозможно.

 

- А Хранительницы Мудрости?

 

- Они не будут, - сказал он. - Никогда.

 

- Посмотрим, - сказала Берелейн.

 

Улыбка мужчина сделалась глубже.

- Я думаю, ни одному мужчине или женщине не захочется испытать на себе твой гнев, Берелейн Пейндраг. Но если бы мне вернули мои глаза, я бы снова вырвал их прежде, чем увидел, как гай'шайн сражаются.

 

- Тогда им не нужно сражаться, - сказала Берелейн. - Возможно, они помогли бы переносить раненых. Росил, ты забрала эту группу?

 

Усталая женщина кивнула. Во дворце не было Айз Седай, которая не выглядела бы так, словно скорее свалится, чем сделает еще один шаг. Берелейн сама удерживалась на ногах благодаря кое-каким травам, что Росил вряд ли одобрила бы.

 

Что ж, здесь она может сделать больше. Также она может проверить раненых в складских помещениях. Они...

 

- Миледи Первенствующая? - окликнули ее. Это была Кайтан, одна из дворцовых служанок, которую оставили помогать раненым. Невысокая женщина взяла ее за руку. - Вам нужно кое на что посмотреть.

 

Берелейн вздохнула, но кивнула. Что еще за катастрофа ждет ее? Новый пузырь зла, заточивший группу раненых за стенами, которых тут раньше не было? Или закончились бинты? Она сомневалась, что в городе еще остался кусок ткани, занавеска или белье, которое не пошло на повязки.

 

Девушка провела ее в личные комнаты Берелейн, где тоже разместили нескольких пострадавших. Она остановилась в одной из комнат, и с удивлением увидела знакомое лицо. Анноура сидела сбоку кровати, на ней было серое с красным платье, ее обычные косички были довольно небрежно стянуты сзади. Берелейн едва узнала ее.

 

Когда Берелейн вошла, Анноура встала и поклонилась, хотя выглядела скорее так, будто готова была свалиться от истощения.

 

На кровати лежал Галад Дамодред.

 

Берелейн ахнула, бросившись к нему. Это был он, на его лице зияла страшная рана. Он еще дышал, но был без сознания. Берелейн потянулась, чтобы взять его руку в свои, но нашла лишь обрубок. Кто-то из хирургов уже перетянул его, чтобы не дать Галаду истечь кровью.

 

- Как? - спросила Берелейн, сжав другую его руку и закрыв глаза. Его ладонь была теплой. Когда она слышала, как Демандред кричит о том, что победил человека в белом...

 

- Я чувствовала, что должна тебе это, - сказала Анноура. - Я нашла его на поле боя после того, как Демандред объявил о том, что сделал. Я вытащила его, пока Демандред дрался с одним из мужчин из Черной Башни, - она села на стул рядом с кроватью и склонилась вперед, поникнув. - Я не могла его исцелить, Берелейн. Все, что я могла - создать врата, чтобы доставить его сюда. Прости.

 

- Все в порядке, - сказала Берелейн. - Кайтан, приведи другую сестру. Анноура, тебе нужно отдохнуть. Спасибо тебе.

 

Анноура кивнула. Она закрыла глаза, Берелейн потрясли слезы стоявшие в ее глазах.

 

- В чём дело? - спросила Берелейн. - Анноура, что пошло не так?

 

- Это не должно тебя беспокоить, Берелейн, - сказала она, вставая.- Всех обучают этому, ты знаешь. Не направляй, если ты слишком устала. Это может быть трудно. Тем не менее, я должна была открыть врата во дворец, перенести его в безопасное место, для исцеления.

 

Анноура рухнула со стула. Берелейн опустилась рядом с ней и приподняла ей голову. Только теперь она поняла, что не косички так изменили внешность Анноуры. Лицо тоже было неправильным. Изменившимся. Молодость вместо безвозрастности.

 

- О Свет, Анноура, - поразилась Берелейн - Ты выжгла себя?

 

Женщина потеряла сознание. Сердце Берелейн тревожно забилось. Не так давно у них были разногласия, но Анноура оставалась ее советницей и другом в течение многих лет перед этим. Бедная женщина. Айз Седай говорили, что это хуже, чем смерть.

 

Берелейн положила женщину на диван, а затем накрыла ее одеялом. Берелейн чувствовала себя такой бессильной. Может быть... Может быть, её можно как-то Исцелить.

 

Она вновь подошла к Галаду, чтобы еще немного подержать его за руку, поправив табурет и садясь на него. Просто немного отдыха. Она закрыла глаза. Он жил. Он дорого за это заплатил, но он жил.

 

Она была шокирована, когда он заговорил.

- Как?

 

Она открыла глаза и обнаружила его смотрящим на неё.

 

- Как я здесь очутился? - тихо спросил он.

 

- Анноура, - сказала она. - Она отыскала тебя на поле боя.

 

- Мои раны?

 

- Другие Целитеньницы придут к тебе, когда освободятся. - сказала она. - Твоя рука... - она попыталась успокоиться. - Ты потерял руку, но мы можем избавиться от раны у тебя на лице.

 

- Нет, - прошептал он. - Это просто... небольшой порез. Пусть сохранят силы для Исцеления тех, кто умрет без помощи. - он казался таким усталым. Едва проснувшимся.

 

Она прикусила губу, но кивнула.

- Конечно. Битва идет плохо, верно?

 

- Да.

 

- Поэтому сейчас... мы просто надеемся?

 

Он вынул свою руку из её и засунул её под рубашку. Когда Айз Седай прибудут, они разденут его и позаботятся о его ранах. Только отрубленная рука была теперь так далеко, это было самым ужасным.

 

Галад вздохнул, и задрожал, рука соскользнула с рубашки. Хотел ли он убрать её?

 

- Надежда... - прошептал он, потом потерял сознание.

 

****

 

Слезы стекали по щекам Ранда.

 

Он съёжился в темноте. Узор вращался перед ним, сплетенный из нитей, которые были жизнями людей. Так много этих нитей обрывались.

 

Так много.

 

Он должен был быть в состоянии защитить их. Почему он не смог? Против его воли, имена стали повторяться в его сознании. Имена тех, кто умер ради него, начинавшиеся только с женщин, теперь дополнялись каждым человеком, которого он должен был в состоянии спасти, но не смог.

 

В то время как человечество билось на Меррилоре и у Шайол Гула, Ранд был вынужден наблюдать смерти. Он не мог отвернуться.

 

Затем Тёмный решил атаковать его с помощью силы. Вновь хлынуло принуждение, стремясь сокрушить Ранда, превратить в ничто. Он не мог двинуться. Каждая частица его сущности, его решимости и его силы сосредоточилась на том, чтобы не дать Тёмному разорвать его.

 

Он только и мог, что смотреть, как они умирали.

 

Ранд видел как погибли, сражаясь, Даврам Башир и его жена. Ранд кричал когда умирали его друзья. Он оплакивал Даврама Башира.

 

Добрый, верный Хурин пал от Троллока на Высотах, где держался Мэт. Ранд оплакивал и Хурина. Человека, настолько верившего в него, что последовал бы за ним куда угодно.

 

Джори Конгар лежал под телом Троллока, прося о помощи, пока не истек кровью. Ранд оплакал Джори, когда его нить полностью исчезла.

 

Энайла, решившая оставить Фар Дарайз Май и положившая свадебный венок к ногам сисвай'аман Лейрана, пронзенна в живот четырьмя Троллоками. Ранд оплакал ее.

 

Карлдин Манфор, который следовал за ним так долго и был у Колодцев Дюмай, умер, когда его способность направлять иссякла и он в изнеможении упал на землю. Шарцы пронзили его своими черными ножами. Его Айз Седай, Белдейн, оступилась и пала мгновением позже. Ранд оплакал их обоих.

 

Он оплакивал Гарета Брина и Суан. Он оплакивал Гавина.

 

Так много. Слишком много.

 

ТЫ ПРОИГРЫВАЕШЬ.

 

Ранд склонялся все ниже. Что он мог сделать? Его мечта остановить Темного навеки... он создал кошмар, сделав это. Его собственные устремления предали его.

 

СДАВАЙСЯ, ВРАГ. ПОЧЕМУ ТЫ ПРОДОЛЖАЕШЬ СРАЖАТЬСЯ? ПРЕКРАТИ И ОТДОХНИ.

 

Это было искушением. Ох, как это было притягательно. Свет. Что бы подумала Найнив. Он видел ее, борющуюся за жизнь Аланны. Как было бы стыдно, если бы она и Морейн узнали, что Ранд сдался.

 

Боль накрыла его и он снова закричал

 

- Пожалуйста, пусть это закончится!

 

ЭТО ВОЗМОЖНО.

 

Ранд свернулся калачиком, извиваясь и дрожа. Но все равно, их крики терзали его. Смерть и смерть. Он едва держался.

- Нет, - прошептал он.

 

ХОРОШО, сказал Темный. Я МОГУ ПОКАЗАТЬ ТЕБЕ ЕЩЕ КОЕ-ЧТО, ЕЩЕ ОДНУ КАРТИНУ ТОГО, ЧТО МОЖЕТ СЛУЧИТЬСЯ.

 

Тёмный закрутил потоки вероятностей еще один раз, последний раз.

 

Все стало тьмой.

 

****

 

Таим обрушил Единую Силу на Мишраэля, ударив его плетением воздуха.

- Назад дурак! В бой! Мы не можем потерять эту позицию!

 

Повелитель Ужаса нырнул назад, забирая с собой двух товарищей и убираяясь обратно, чтобы сделать, как приказано. Таим успокоился, а затем волной силы разнес в дребезги камень неподалеку. Та треклятая Айз Седай! Как могла она одолеть его?

 

- М'Хаэль, - раздался спокойный голос.

 

Таим....М'Хаэль. Он должен был думать о себе как об М'Хаэле. Он пересек склон холма на голос, который позвал его. Он создал врата для перемещения для безопасности через Высоты, запаниковав, и теперь он был на краю с юго-восточного склона Высот. Демандред использовал это место для наблюдения за сражением внизу и нанесения разрушений в ряды андорцев, кайриэнцев и айильцев.

 

Троллоки Демандреда контролировали полностью весь коридор между Высотами и болотами и сносили прочь защитников высушенной реки. Это было только дело времени. Между тем армия Шарцев сражалась на северо-востоке от этого места Высот. Это беспокоило его, этот Коутон прибыл сюда очень быстро, чтобы предотвратить продвижение Шарцев. Не имеет значения. Это был шаг отчаяния. Он не в состоянии противостоять армии Шарцев. Но самое важное сейчас уничтожить этих Айз Седай на другой стороне Высот. Это ключ к победе в этой битве.

 

М'Хаэль прошел между подозрительными Шарцами с их странной одеждой и татуировками. Посреди них сидел, скрестив ноги, Демандред. Глаза закрыты, он медленно вдыхал и выдыхал. Тот саангриал, что он использовал... он забирал какую-то часть его, что-то большее, чем обычные усилия, необходимые, чтобы обуздать источник и направлять.

 

Предоставит ли это М'Хаэлю благоприятную возможность? Как это раздражает опускать себя ниже другого. Да, он многому научился у этого человека, но сейчас Демандред был явно не годен к лидерству. Он баловал этих Шарцев, он потратил впустую энергию на его кровную месть к ал'Тору. Слабость другого было для М'Хаэля потенциальной возможностью.

 

- Я слышал ты проигрываешь, М'Хаэль, - сказал Демандред.

 

Стоявшие перед ними вдоль высохшего русла реки андорцы начали отступать. Троллоки все время искали слабые места в их рядах и прорывались через подразделения копейщиков во множестве мест выше и ниже по течению реки. Тяжелая кавалерия Легиона и легкая конница Кайриена постоянно перебрасывались с места на место для залатывания прорех в рядах андорцев, пытаясь отчаянно отбросить прорвавшихся троллоков. Айильцы до сих пор отбивали их атаки возле болот, а Легион арбалетчиков вместе с андорскими копейщиками пока ещё не давали троллокам охватить их правый фланг. Но давление натиска троллоков было безостановочным, так что ряды войск Илэйн начали постепенно прогибаться и отходить дальше в глубину земель Шайнара.

 

- М'Хаэль? - обратился Демандред, открывая глаза. Древние глаза. М'Хаэль отверг чувство испуга, глядя в них. Он не напуган! - Расскажи мне как ты потерпел неудачу.

 

- Эта ведьма Айз Седай, - сплюнул М'Хаэль. - У нее са'ангриал огромной силы. Я почти схватил ее, но Истинная Сила подвела меня.

 

- По той причине, что тебе дан лишь её ручеёк, - сказал Демандред, снова закрывая глаза. - Она непредсказуема для не привыкших к ней.

 

М'Хаэль ничего не сказал. Он будет практиковаться с Истинным Источником, он узнает его секреты. Другие Отрекшиеся стары и медлительны. Скоро будет править новая кровь.

 

Демандред стоял со спокойным чувством неизбежности. Он производил впечатление меняющего свою позицию массивного валуна.

- Ты вернёшься и убьёшь её, М'Хаэль. Я убил её Стража. После этого она должна стать лёгкой добычей.

 

- Са'ангриал..

 

Демандред протянул свой скипетр с закреплённым на его конце золотым кубком. Было ли это проверкой? Такая мощь... М'Хаэль почувствовал силу, которая исходила от Демандреда, когда он использовал его.

 

- Ты сказал, у неё есть са'ангриал, - промолвил Демандред. - У тебя он также будет. Я предоставляю тебе Сакарнен, чтобы не было оправданий в случае неудачи. Побеждай или умри, М'Хаэль. Докажи, что достоен быть среди Избранных.





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...