Главная Обратная связь

Дисциплины:






Коль с торбой Тёмного спешим скорей 3 страница



 

М'Хаэль облизал губы.

- А что если Дракон Возрожденный все же придет за тобой?

 

Демандред рассмеялся.

- Ты думал я хотел использовать это, чтобы сразиться с ним? Что тогда это докажет? Наши силы должны быть равны, если я собираюсь показать, что лучше его. По всем подсчетам, он не может безопасно использовать Калландор и он по глупости уничтожил Ключ Доступа. Он придет, и когда это случится, я встречу его без посторонней помощи и докажу себе, что Я истинный мастер в области силы.

 

Тьма внутри... подумал Таим. Он полностью обезумел, не так ли? Странно смотреть в эти глаза, которые кажутся такими ясными, и слышать полнейшее безумие, слетающее с его губ. Когда Демандред впервые явился к М'Хаэлю, предлагая тому шанс служить Великому Повелителю, он не был таким человеком. Высокомерный, да. Все Избранные были высокомерны. Решимость Демандреда лично прикончить ал'Тора разгорелась, словно пожар, внутри него.

 

Но это... это было нечто другое. Жизнь в Шаре изменила его. Сделала его слабым, безусловно. А теперь это. Какой человек пожелал бы охотно отдать сопернику столь могущественный артефакт?

 

Только лишь дурак, подумал М'Хаэль, беря са'анриал. Убить тебя, Демандред, будет все-равно, что обогнать лошадь с тремя сломанными ногами. Какая жалость. Я надеялся одолеть тебя как достойного соперника.

 

Демандред отвернулся от него, а М'Хаэль потянулся к Единой Силе через Сакарен, припадая жадно к его дару. Сладость саидин напитала его, яростный поток соблазнительной Силы. Он был необъятным пока удерживал ее. Он мог сделать что угодно. Сровнять горы, разгромить армии, все в его власти.

 

М'Хаэль испытал невероятное желание зачерпнуть потоки, чтобы сплести их воедино и уничтожить этого человека.

 

- Берегись, - сказал Демандред. Его голос звучал слабо, жалко. Мышиный писк. - Не направляй через него в меня. Я связал Сакарнен с собой. Попробуй использовать его против меня, и он выжжет тебя из Узора.

 

Лгал ли Демандред? Может ли са'ангриал быть настроен под конкретного человека? Он не знал. Он задумался, затем с горечью опустил Сакарнен несмотря на силу, пульсирующую в нем.

 

- Я не глупец, М'Хаэль, - сухо произнес Демандред. - Я не вручу тебе в руки петлю, которую ты можешь затянуть на моей шее. Иди и сделай, что тебе сказано. В этом деле ты мой слуга, рука, что держит топор, чтобы срубить дерево. Уничтожь Амерлин; использую погибельный огонь. Так нам было велено, и поскольку это так, мы будем подчиняться. Мир должен быть распущен, прежде чем мы сможем соткать его на свой лад.

 

М'Хаэль что-то сердито проворчал в сторону Демандреда, но сделал, как было сказано, сплетая врата. Он уничтожит эту ведьму Айз Седай. А затем.. затем он решит, как поступить с Демандредом.



 

****

 

Илэйн разочарованно наблюдала затем, как были отброшены ряды её пикинеров. Бергитте позаботилась убедить её убраться непосредственно с поля боя - прорыв Троллоков мог наступить в любой момент.

 

Илэйн отступила почти к руинам, на безопасное расстояние от прямой угрозы, на данный момент. Двойное кольцо Гвардейцев окружало её, большинство из них ели прямо в седлах, получая хотя бы малую крупицу сил во время мгновений между битвами.

 

Илэйн не подняла знамя, но она отправила посыльных командирам, чтобы они знали - она все еще жива. Несмотря на то, что она пыталась возглавлять свои войска против Троллоков, её усилий было недостаточно. Её силы были слишком ослаблены.

 

- Мы должны вернуться, - сказала она Бергитте. - Они должны видеть меня, Бергитте .

 

- Я не знаю, сможет ли это что-то изменить,- сказала Бергитте. - Те войска просто не могут держаться перед лицом и Троллоков и тех проклятых направляющих. Я...

 

- Что такое? - спросила Илэйн.

 

Бергитте отвернулась.

- Я клянусь, что однажды попадала в подобную ситуацию.

 

Илэйн стиснула зубы. Она считала потерю Бергитте памяти мучительной, но это была проблема только одной женщины. Тысячи ее люди умирали.

 

Неподалёку беженцы из Кэймлина все ещё обходили поле в поисках стрел и раненых. Несколько групп подошли к охране Илэйн, тихо спрашивая о битве или о королеве. Илэйн почувствовала укол гордости за этих людей и их стойкость. Город был разрушен, но его можно отстроить заново. Люди, настоящее сердце Кэймлина, не сдадутся так просто.

 

Еще одно копье света прошило поле боя, убивая людей, опустошая пикинеров. А напротив них, на дальней стороне Высот направляла женщина в этой неистовой битве. Она могла видеть огни, вспыхивающие в ночи. Следовало ли Илэйн присоединиться к ним? Её командование здесь не было достаточно хорошим, чтобы спасти солдат, но оно обеспечило руководство и лидерство.

 

- Я боюсь за нашу армию, Илэйн, - сказала Бергитте. - Боюсь, что этот день проигран.

 

- Этот день не может быть проигран, - сказала Илэйн, - потому что если это так, то мы все проиграли. Я отказываюсь принимать поражение. Мы с тобой возвращаемся. Пусть Демандред попробует уничтожить нас. Возможно, лицезрение меня оживит солдат, сделает их...

 

Группа Кэймлинских беженцев рядом внезапно атаковала её мужчин-Гвардейцев и женщин-Гвардейцев.

 

Илэйн выругалась, поворачивая Лунную Тень и обнимая Единую Силу. Та группа, что она вначале приняла за беженцев, под грязной, заляпанной копотью одеждой носила панцири. Они сражались с её Гвардейцами, убивая с помощью мечей и топоров. Вовсе не беженцы - наемники.

 

- Измена! - воскликнула Биргитте, поднимая свой лук и стреляя наемнику в горло. - К оружию!

 

- Это не измена, - сказала Илэйн. Она сплела Огонь и поразила группу из трех. - Эти не наши! Берегитесь подлецов в одеждах попрошаек!

 

Она обернулась, когда другая группа "беженцев" ворвалась в ослабленные ряды Гвардейцев. Они были повсюду! Они подобрались пока внимание было приковано на дальнее поле боя.

 

Как только группа наемников прорвалась, она сплела саидар, чтобы показать им всю глупость нападения на Айз Седай. Она выпустила мощное плетение Воздуха.

 

Как только оно достигло одного из нападающих, плетение распалось. Илэйн выругалась, поворачивая лошадь, чтобы бежать, но один из атакующих вырвался вперед и вонзил свой меч в шею Лунной Тени. Лошадь вздыбилась, визжа в агонии, и Илэйн на краткий миг уловила Гвардейцев, сражающихся всюду вокруг, а затем упала на землю, паникуя о безопасности малышей. Грубые руки схватили её за плечи и прижали её к земле.

 

Она видела, как что-то серебристое мелькнуло в ночи. Медальон с лисьей головой. Другая пара рук прижала его к её коже, как раз между грудей. Металл был обжигающе холоден.

 

- Привет, моя королева, - сказал Меллар, садясь на корточки рядом с ней. Бывший гвардеец, которого многие все еще считали отцом ее детей, искоса смотрел на нее. - Тебя очень трудно было розыскать.

 

Илэйн плюнула в него, но он этого ожидал, поднимая руку, чтобы поймать плевок. Он улыбнулся, затем встал оставляя ее удерживаемой двумя наемниками. Хотя некоторые из ее охранников все еще сражались, большинство было отброшено назад или убито.

 

Меллар повернулся к Бергитте, которую тащили двое мужчин. Она вырывалась из их хватки и третий человек подошел, чтобы помочь удерживать ее. Меллар вытащил меч, мгновение оценивая его лезвие, как будто осматривая свое отражение. Затем вонзил его в живот Бергитте.

 

Бергитте задохнулась, падая на колени. Меллар, взмахнул мечом наотмашь, обезглавив ее.

 

Илэйн сидела очень тихо, неспособная думать или реагировать, когда тело Бергитте шлепнулось вперед, выплескивая кровь из шеи. Связь угасла, а затем пришла... боль. Ужасная боль.

 

- Я очень долго ждал этого момента, - сказал Меллар. - Кровь и проклятый пепел, замечательное ощущение.

 

Бергитте... Ее Страж был мертв. Он был убит. Это жесткое и все же щедрое сердце, всецело преданное, уничтожено. Потеря сделала... сделала это сложным для осознания.

 

Меллар пнул тело Бергитте, когда подъехал мужчина с переброшенным сзади седла телом. Человек был одет в форму андорца, а за лежащим вниз лицом трупом волочились золотистые волосы. Кем бы ни была бедная женщина, она была одета в точно такое же платье, как и Илэйн.

 

Ох, нет...

 

- Езжай, - сказал Меллар. Мужчина отъехал и несколько других окружили его, изображая гвардейцев. Они несли знамя Илэйн и один начал кричать - "Королева мертва! Королева пала!"

 

Меллар повернулся к Илейн.

- Твои люди все еще борются. Ну, это должно сломить их ряды. Что касается тебя... похоже Великий Повелитель нашел применение для твоих детей. У меня приказ отвести их в Шайол Гул. И мне кажется, что у тебя нет необходимости быть рядом с ними. - Он посмотрел на одного из своих спутников. - Можешь выполнить эту работу?

 

Другой человек встал на колени рядом с Илейн и прижал руки к ее животу. Внезапный испуг протолкнулся сквозь ее отрешенность и шок. Ее малыши!

 

- Она довольно глубоко ушла в себя, - сказал мужчина. - Возможно я смогу сохранить детей живыми, используя плетения, если ты вырежешь их. Они еще слишком малы. Будет трудно это сделать. Шесть месяцев. Но плетения, которые мне показал Избранный... Да, думаю я смогу сохранить их живыми в течение часа. Но ты должен будешь отдать их М'Хаэлю, чтобы переправить в Шайол Гул. Перемещение через обычные Врата там больше не работает.

 

Меллар вложил меч в ножны и достал из-за пояса охотничий нож.

- Для меня этого достаточно. Мы пошлем детей, как просил Великий Повелитель. Но ты, моя королева... Ты моя.

 

Илэйн дергалась, но его хватка была жесткой. Она пыталась дотянуться до саидар снова и снова, но медальон, работал, как вилочник. Она не могла схватить саидар так же, как саидин.

 

- Нет! - закричала она, когда Меллар опустился на колени рядом с ней. - НЕТ!

 

- Хорошо, - сказал Меллар. - Я надеялся, что у тебя найдется время для крика.

 

****

 

Пустота...

 

Ранд обернулся. Он попытался повернуться. Но его очертания стали зыбкими.

 

...Пустота.

 

Он попытался заговорить, но не ощутил рта. Наконец , он начал мысленно представлять слова, складывая их в вопрос.

 

ШАЙИ'ТАН, подумал Ранд, ЧТО ЭТО?

 

НАШЕ СОГЛАШЕНИЕ, ответил Темный, НАШЕ ПРИСТАНИЩЕ.

 

НАШЕ ПРИСТАНИЩЕ - ПУСТОТА? - вопрошал Ранд.

 

ДА.

 

Он понял, Темный предлагал сделку. Ранд мог принять ее... Он мог принять ничто. Вдвоем они сражались за судьбу мира. Ранд настаивал на мире, славе, любви. Темному было нужно противоположное. Боль. Страдание.

 

Таким образом это было балансное соглашение для двоих. Темный соглашался не переделывать колесо, для удовлетворения своих мрачных желаний. Не будет порабощения человечества, не будет мира без любви. Мира не будет вообще.

 

ЭТО ТО ЧТО ТЫ ПООБЕЩАЛ ЭЛАНУ, сказал Ранд. ТЫ ПООБЕЩАЛ ЕМУ КОНЕЦ СУЩЕСТВОВАНИЯ.

 

Я ПРЕДЛАГАЮ ЭТО И ТЕБЕ ТОЖЕ, ответил Темный. И ВСЕМ ЛЮДЯМ. ТЫ ХОЧЕШЬ МИРА. Я ДАМ ЕГО ТЕБЕ. МИР ПУСТОТЫ КОТОРУЮ ТЫ ТАК ЧАСТО ИЩЕШЬ. Я ДАМ ТЕБЕ НИЧТО И ВСЕ.

 

Ранд не отказался от соглашения немедленно. Он взял его и представил в своем разуме. Не будет больше боли. Не будет больше стараний. Не будет больше бремени.

 

Конец. Разве это не то, чего он желал? Способ наконец-то завершить циклы?

 

НЕТ, сказал Ранд. КОНЕЦ СУЩЕСТВОВАНИЯ ЭТО НЕ МИР. Я УЖЕ СДЕЛАЛ ЭТОТ ВЫБОР РАНЬШЕ. МЫ ПРОДОЛЖИМ

 

Давление темного начало окружать его снова, угрожая расколоть его на части.

 

БОЛЬШЕ Я ПРЕДЛАГАТЬ НЕ СТАНУ, сказал Темный.

 

- Я и не ожидаю, - сказал Ранд, как только ему вернулось его тело, и нити возможностей поблекли.

 

И началась настоящая боль.

 

****

 

Мин ожидала, пока соберутся войска Шончан. Офицеры шагали вдоль рядом с фонарями, готовя людей. Они не вернулись в Эбу Дар, а место этого прошли через врата на большое поле, которое она не узнавала. Здесь росли деревья со странной корой и обширными кронами. Она не взялась бы даже сказать, правда ли это были деревья, или просто огромные папоротники. Понять было еще сложнее из-за того, что они увядали; деревья вырастили листья, но теперь те бессильно обвисли, словно растения провели много недель без воды. Мин пыталась представить себе, на что они похожи, когда здоровы.

 

В воздухе витали ароматы незнакомых растений и пахло морской свежестью. Шончанские войска ждали в ровном строю, готовые к маршу, впереди каждого подразделения - люди с факелами, хотя сейчас светили не больше, чем один из десяти. Передвижение такое армии был делом не быстрым, несмотря на врата, но у Фортуоны были сотни дамани. Отступление прошло быстро и эффективно, и Мин догадывалась, что вернуться на поле боя войска могут еще быстрее.

 

Если только Фортуона решит вернуться. Императрица сидела в паланкине, водруженном на колонну в ночи, освещенную голубыми фонарями. Это был не трон, а просто белый стола около шести футов высоты, на вершине небольшого холма. Мин сидела рядом со столбом, и могла слышать доклады по мере их поступления.

 

- Битва складывается не в пользу Принца Воронов, - сказал генерал Галган. Он обращался к своим офицерам перед Фортуоной, говоря с ними напрямую, так, чтобы они могли отвечать ему, не обращаясь формально к Императрице. - Его призыв достиг нас только теперь. Он слишком промедлил с вызовом подмоги.

 

- Я не хотел бы так говорить, - сказал Юлан. - Но, хотя мудрость Императрицы безгранична, я не уверен в Принце. Он может быть избран Императрицей в качестве супруга, и, очевидно, это был мудрый выбор. Однако, в битве он доказал свое безрассудство. Вероятно, происходящие события оказались для него чрезмерной нагрузкой.

 

- Я уверен, у него есть план. - серьезно сказал Беслан. - Вы должны доверять Мэту. Он знает, что делает.

 

- Доселе он производил на меня сильное впечатление, - сказал Галган. - Похоже, знамения благоприятствуют ему.

 

- Но он проигрывает, капитан-генерал, - возразил Юлан. - Серьезно проигрывает. Знамения для человека меняются быстро, так же, как изменяет удача целой нации.

 

Мин сузила глаза, глядя на низкорослого Капитана Воздуха. Два пальца на его руках теперь были покрыты лаком. Он возглавлял атаку на Тар Валон, и этот успех сильно поднял его в глазах Фортуоны. Символы и знамения кружили над его головой, так же, как и над Галганом, и Бесланом.

 

"Свет! - подумала Мин. - Я тоже начинаю размышлять о "знамениях", как Фортуона? Мне надо убираться от них! Они чокнутые".

 

- У меня такое чувство, что Принц смотрит на битву, как на игру, - снова сказал Юлан. - Хотя его начальные ходы были удачны, похоже, он себя переоценил. Сколько людей, стоя у стола для игры в камни, выглядели гениями, пока им везло. Но потом каприз удачи показал, что их таланты - лишь видимость? Поначалу Принц выигрывали, но теперь мы видим, как опасна оказалась его игра.

 

Юлан повернул голову к Императрице. Его речь становилась все более дерзкой, поскольку она не давала ему оснований замолчать. В такой ситуации, со стороны Императрицы это был знак, что он может продолжать.

 

- Я слышал... много слухов о нем - задумчиво произнес Галган.

 

- Мэт - игрок, да, - сказал Беслан. - Но он в этом невероятно хорош. Он выигрывает, генерал. Прошу вас, вы должны вернуться и помочь ему.

 

Юлан с уверенным видом покачал головой.

- Императрица, да живет она вечно, поступила верно, уведя нашу армию с поля боя. Если Принц не мог защитить собственный командный пост, он не контролирует ход боя.

 

Все более и более дерзок. Галган поскреб подбородок, затем посмотрел на другого своего офицера. Мин знала о Тайли немного. Пока что та молчала. Широкоплечая, с седеющими волосами, темнокожая женщина выглядела очень сильной. Она была генералом из тех, что много раз лично вели в бой своих солдат. Ее шрамы подтверждали это.

 

- Местные дрались лучше, чем я могла предположить, - сказала Тайли. - Я сражалась рядом кое с кем из солдат Коутона. Я думаю, они вас еще удивят, генерал. Я также убеждена, что мы должны вернуться и помочь.

 

- Но будет ли это в интересах Империи? - спросил Юлан. - Силы Коутона ослабят Тень, пока Тень идет от Меррилора к Эбу Дар. Мы можем бить троллоков с воздуха по пути. Наша цель - долгосрочный успех. Мы могли бы направить дамани, чтобы найти Принца и доставить его в безопасное место. Он сражался достойно, однако в этой битве его явно превзошли. Конечно, его армии нам уже не спасти. Они обречены.

 

Нахмурившись, Мин подалась вперед. Одно из видений возле Юлана... оно было очень странным. Цепь. Почему вокруг его головы обвилась цепь?

 

Он захвачен, внезапно поняла она. Свет. Кто-то превратил его в свой инструмент.

 

Мэт остерегался шпионов. Мин пробрал озноб.

 

- Императрица, да живет она вечно, приняла решение, - сказал Галган. - Мы вернемся. Если только, в своей мудрости, она не изменила мнение? - он повернулся и вопросительно посмотрел на Фортуону.

 

Наш шпион может направлять, подумала Мин, изучая Юлана. Этот человек под властью Принуждения.

 

Направляющий. Черная Айя? Дамани - Друг Темного? Мужчина - Повелитель Ужаса? И, по всей вероятности, шпион может скрывать свои способности.

 

Но тогда как Мин вообще может его вычислить?

 

Видения. Айз Седай и другие направляющие всегда привлекали к себе видения. Всегда. Может ли она найти улики в знамениях? Она инстинктивно понимала, что видение вокруг Юлана означало, что тот был захвачен кем-то другим. Он не был настоящим шпионом, всего лишь марионеткой.

 

Она рассматривала других командиров и дворян. Конечно, над головами многих были знамения, и это было обычным делом. Как она определит нечто необыкновенное? Мин исследовала наблюдавшую толпу, и у нее перехватило дыхание, когда она заметила, что над одной из со'джин, молодой женщины с веснушками, множество образов.

 

Мин не узнала эту женщину. Она прислуживала здесь все время? Мин была уверена, что заметила бы видения быстрее, если бы женщина приблизилась к ней - у обычных людей, которые не могли направлять, не были таверенами или Стражами, обычно не было столько образов, привлекающих к ним внимание. Намеренно или случайно, однако, она не думала смотреть специально на слуг.

 

Но теперь маскировка стала для нее очевидной. Мин отвела взгляд, чтобы не вызвать у служанки подозрений, и обдумала следующий ход. Ее инстинкты подсказывали, что она должна просто напасть, выхватить нож и метнуть. Если шпионка была из числа Повелителей Ужаса - или, Свет, одной из Отрекшихся - ударить первой было единственной возможностью одолеть ее.

 

Однако, оставалась возможность, что женщина невиновна. Мин подумала, затем встала не стул. Некоторые Высокородные забормотали о нарушении приличий, но Мин их проигнорировала. Балансируя, Мин поднялась на подлокотник собственного кресла, чтобы поравняться с Туон. Мин склонилась к ней.

 

- Мэт просит нас вернуться, - тихо сказала она. - Сколько еще вы будете обсуждать, сделать ли, как он просил?

 

Туон смотрела на нее.

- Пока не буду уверена, что это во благо моей Империи.

 

- Он же твой муж.

 

- Жизнь одного человека не стоит жизни тысяч, - сказала Туон, но в ее голосе звучала явная тревога. - Если битва действительно идет так плохо, как говорят разведчики Юлана...

 

- Ты нарекла меня Говорящей Правду, - сказала Мин. - Что именно это означает?

 

- Что твой долг - осуждать меня публично, если я делаю что-то не так. Однако, ты еще не обучена должным образом для этого. Тебе лучше сдерживать себя, пока я не дам тебе достойного...

 

Мин развернулась к генералам и собравшейся толпе, ее сердце отчаянно колотилось.

- Как Говорящая Правду Импертрицы Фортуона, я буду говорить правду. Она оставила армии человечества и желает придержать свои силы при себе в час величайшей нужды. Ее гордыня приведет к всеобщей погибели.

 

Высокородные остолбенели.

 

- Все это не так просто, девушка, - сказал генерал Галган. Судя по тому, как посмотрели на него прочие, перечить Говорящей Правду было не принято. Тем не менее, он продолжил. - Ситуация сложная.

 

- Я отнеслась бы к этому с пониманием, - сказала Мин, - если бы не знала, что среди нас - шпион Тени.

 

Веснушчатая соджин бросила на нее резкий взгляд.

 

"Я тебя поймала!" - подумала Мин и указала на генерала Юлана.

- Абалдар Юлан, я обвиняю тебя! Я вижу знамения, которые доказывают, что ты действуешь вопреки интересам Империи!

 

Настоящая шпионка расслабилась, и Мин даже заметила намек на усмешку на ее губах. Очень хорошо. Когда Юлан начал громко опровергать обвинения, Мин выхватила нож из рукава и метнула в женщину.

 

Нож устремился в полет, но в последний момент перед тем, как вонзиться в шпионку, остановился и повис в воздухе.

 

Рядом охнули сул'дам и дамани. Шпионка бросила ненавидящий взгляд на Мин, затем открыла врата и бросилась в них. Плетения Силы метнулись следом, но она исчезла прежде, чем большинство вообще поняли, что произошло.

 

- Простите, генерал Юлан, - сообщила Мин, - Но вы под Принуждением. Фортуона, это очевидно, что Тень пытается сделать все, чтобы удержать нас от битвы. Имея это в виду, будешь ли ты и дальше поддерживать этот сомнительный курс?

 

Мин встретилась глазами с Туон.

 

- Ты хорошо играешь в эти игры, - холодно прошептала Туон. - Подумать только, я боялась, что подвергну тебя опасности, приняв в свою свиту. Похоже, что мне следует бояться за себя саму, - она тихо вздохнула. - Полагаю, ты дала мне возможность... вероятно, право... сделать то, чего хочет мое сердце, неважно, разумно это или нет, - она встала, - Генерал Галган, собирайте войска. Мы вернемся на Поле Меррилор.

 

****

 

Эгвейн направила потоки Земли и уничтожила валуны, за которыми скрывались шарцы. Другие Айз Седай немедленно ударили, направляя плетения сквозь потрескивающий воздух. Шарцы умирали в огне, молниях и взрывах.

 

Эта сторона Высот была так завалена обломками и испещрена шрамами, что могло показаться, будто это развалины большого города, оставшиеся после страшного землетрясения. Была все еще ночь, и они сражались... Свет, сколько прошло после смерти Гавина? Много часов...

 

Эгвейн удвоила усилия, не давая мыслям о нем сломить ее. Уже много часов ее Айз Седай сражались с шарцами повсюду на западной стороне Высот. Эгвейн медленно вытесняла их на восток.

 

Время от времени казалось, что они побеждают, но потом все больше и больше Айз Седай пало от истощения или Единой Силы.

 

Еще одна группа направляющих приблизилась к ним в тумане, удерживая Единую Силу. Эгвейн скорее чувствовала их, чем видела.

 

- Отражайте их плетения! - крикнула Эгвейн, стоя впереди. - Я атакую, вы защищайте!

 

Другие женщины подхватили призыв, выкрикивая его по всей боевой линии. Они больше не бились отдельными группами, женщины из всех Айя собрались возле Эгвейн, на их безвозрастных лицах была концентрация. Впереди них стояли Стражи; они могли защитить Айз Седай, только прикрывая их собственными телами.

 

Эгвейн почувствовала, как сзади приблизилась Лейлвин. Ее новый Страж серьезно восприняла свои обязанности. Шончанка, сражающаяся в Последней Битве как ее Страж. Почему бы нет. Сам мир рушился, трещины вокруг Эгвейн доказывали это. Они не исчезали, как прежние - тьма оставалась. Погибельный Огонь использовали здесь слишком много.

 

Эгвейн запустила движущуюся стену огня. Огонь охватывал тела, оставляя позади дымящиеся груды костей. Ее атака опалила землю дочерна, и шарцы соединились, чтобы отразить плетение. Она убила нескольких, прежде чем они остановили ее атаку.

 

Другие Айз Седай отклоняли или уничтожали ответные плетения, и Эгвейн собралась с силами, чтобы попробовать еще раз. Она так устала - шептала частица ее. Эгвейн, ты так устала. Это становится опасным.

 

Лейлвин шагнула выше, споткнулась о разбитый булыжник, но присоединилась к ней впереди.

- Я принесла весть, Мать, - сказала она с шончанским акцентом. - Аша'маны вернули печати. Теперь они у их лидера.

 

Эгвейн испустила вздох облегчения. Она сплела Огонь и на этот раз послала его вперед в виде столбов, пламя озарило изувеченную землю вокруг. Эти трещины, которые вызвал М'Хаэль, сильно ее тревожили. Она начала новое плетение, но остановилась. Что-то было не так.

 

Он развернулась - луч толщиной с мужскую руку разорвал ряды Айз Седай, испепелив полдюжины из них. Словно из ниоткуда появились взрывы и с разницей в один удар сердца пали ещё другие женщины.

 

Погибельный огонь сжег тех, кто остановил убийственные вражеские плетения.. но те женщины были удалены из Узора до того, как сделали это, и не могли больше противостоять атакам Шарцев. Погибельный огонь выжег целый поток в глубину его.

 

Последствия этого события были катастрофическими. Шарские направляющие, которые были мертвы, теперь снова стали живыми, и они ринулись вперед — мужчины как гончие бегущие по пересеченной местности и женщины, идущие в связанных группах по четыре или пять. Эгвейн искала источник погибельного огня. Она никогда не видела таких огромных потоков огня, настолько мощных, что могли сжигать нити на несколько часов назад.

 

Она обнаружила M'Хаэля, стоявшего на вершине Высот, воздух вокруг него был искажен, напоминая пузырь. Черные усики, как мох или лишайник, расходились из трещин в камнях вокруг него. Расползающаяся болезнь. Тьма, ничто. Это уничтожит их всех.

 

Другой луч Погибельного Огня прожег отверстие в земле и коснулся женщин, делая их формы светящимися, затем они исчезли. От Силы, которая вырвалась из М'Хаэля разорвался воздух, похожий на пузырь. Буря возвратилась снова, став сильнее.

 

— Я думаю, что научу тебя бегать, — прорычала Эгвейн, поднимаясь на ноги и собирая силу. У ее ног земля растрескалась и открылась в ничто.

 

Свет! Она ощущала пустоту в этой дыре. Она начала плести, но еще один удар Погибельного огня пронесся по полю, убивая женщин, которых она любила. Дрожь под ногами бросила Эгвейн на землю. Крики усилились, в то время как атака Шаранцев убивала последователей Эгвейн. Айз Седай бросились врассыпную, ища спасения.

 

Трещины на земле распространялись здесь так, как будто вершина Высот попала под удар молота.

 

Погибельный огонь. Ей нужно сплести свой. Это был единственный способ борьбы с ним! Она встала на колени и принялась плести запрещенное плетение, хотя ее сердце екнуло, когда она делала это.

 

НЕТ. Использование погибельного огня только бы подтолкнуло мир к гибели.

 

Что тогда?

 

"Это всего лишь плетение, Эгвейн". Слова Перрина, когда он увидел ее в Мире Снов и остановил Погибельный Огонь, ударивший в неё. Нет, это - не просто ещё одно плетение. Не существует ничего, похожего на него.

 

Она была так измотана. Теперь, на мгновение остановившись, она почувствовала как ее парализует усталость. В глубине себя она чувствовала утрату, мучительную утрату от смерти Гавина.

 

— Мать! — кричала Лейлвин, потянув ее за плечо. Женщина оставалась с ней. — Мать, мы должны идти! Айз Седай разбиты! Шарцы захватят нас.

 

Впереди М'Хаэль увидел ее. Он улыбнулся, шагнув вперед, со скипетром в одной руке, другую направив в ее сторону, ладонью вверх. Что произойдет, если он сожжет ее погибельным огнем? Последние пара часов исчезнут. Ее рейд с Айз Седай, десятки десятков Шарцев, которых она убила...

 

Просто плетение...

 

Нет других, на него похожих.

 

"Это не должно так работать", - подумала она. "Две стороны монеты. Две половины Силы. Жар и холод, свет и тьма, мужчина и женщина."

 

На каждое плетение существует и его противоположность.

 

M’Хаэль выпустил Погибельный Огонь, и Эгвейн сделала... что-то. Плетение, которое она пробовала прежде на трещинах, но намного большей силы и охвата: величественное, изумительное плетение, состоящее из всех Пяти Стихий. Оно струилось из неё. Она вопила, выпуская его, как будто из самой её души. Толстый белоснежный луч ударил в центр плетения М'Хаэля.





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...