Главная Обратная связь

Дисциплины:






Понятие глобализации



Многообразие определений глобализации. Термин «глобализация» появляется в 1980-е гг. в Гарвардской школе бизнеса и связывается с глобальной деятельностью транснациональных корпораций (ТНК). Экономическое основание рождение термина «глобализация» не случайно. Формирование глобального сообщества, действительно, начинается с динамичных изменений в экономической сфере. Активность в этой области настолько превосходит все другие, что нередко глобализация отождествляется со становлением глобальной экономики. Данный подход особенно характерен для ученых-экономистов. Так, отечественный экономист В. Оболенский, хотя и признает, что феномен глобализации выходит за чисто экономические рамки и оказывает влияние на все сферы общественной жизни, все же отмечает, что количественным показателем глобализации является опережающие динамику производства темпы роста международного обмена товарами, услугами, капиталом, а качественный показатель состоит в усилении взаимосвязи и взаимозависимости между национальными хозяйствами[12].

В то же время глобализация включает в себя множество аспектов, среди которых - международная торговля, телекоммуникации, международные финансы, деятельность транснациональных корпораций, техническое и научное сотрудничество, культурный обмен новых типов и масштабов, миграция и потоки беженцев, отношения между бедными и богатыми странами мира и т.д. В связи с этим существует и много определений глобализации. Вот некоторые из них. «Чаще всего глобализацию связывают с качественно новыми условиями интегрированности, целостности и взаимозависимости мира… Во многом нынешний этап глобализации сводится к своеобразному дополнению взаимозависимости усиливающейся транснационализации хозяйственной, информационной и других видов деятельности» (Ю.Е.Федоров). Новое качество бытия обусловливает «понимание глобализации как комплексного геоэкономического, геополитического и геогуманитарного явления, оказывающего мощный демонстрационный эффект на все стороны жизнедеятельности вовлекаемых в этот процесс стран» (А.Г.Володин, Г.К.Широков). Есть и такая трактовка: «Глобализация – развитие экономической и политической взаимозависимости стран и регионов до такого уровня, на котором становится возможной и необходимой постановка вопроса о создании единого мирового правового поля и мировых органов экономического и политического управления» (В.В.Михеев). Наконец, «глобализация – процесс сочленения различных компонентов человечества в ходе его эволюции в противоположность процессу дифференциации человечества» (М.А.Чешков).

Если попытаться обобщить признаки глобализации как одной из ведущих тенденций мирового развития, то можно обозначить шесть основных взаимозамкнутых явлений и процессов:



1) объективное повышение проницаемости межгосударственных перегородок, выражающееся в феноменах «преодоления границ» и «экономического гражданства»;

2) резкое возрастание объемов и интенсивности трансгосударственных, транснациональных перетоков капиталов, информации, услуг и человеческих ресурсов;

3) массированное распространение западных стандартов потребления, быта, само- и мировосприятия на все другие части планеты;

4) усиление роли вне-, над-, транс-, и просто не-государственных регуляторов мировой экономики и международных отношений;

5) форсирование экспорта и вживление в политическую ткань разных стран мира тех или иных вариаций модели демократического государственного устройства;

6) формирование виртуального пространства электронно-коммуникационного общения, резко увеличивающего возможности для социализации личности, то есть для непосредственного приобщения индивида в пассивном и интерактивном качествах к общемировым информационным процессам, независимо от его местонахождения[13].

В качестве общего знаменателя приведенных определений глобализации можно выделить ключевой термин, определяющий ее суть. Это - «взаимозависимость» государств и обществ. В свою очередь взаимозависимость подразумевает два явления – взаимосвязанность (переток капиталов, услуг, информации, человеческих ресурсов) и взаимоуязвимость (зависимость состояния одних стран и регионов от процессов, протекающих в других странах и регионах).

Общие характеристики глобализации. Простой обзор проявлений глобализации позволяет подразделить их на материальные (объективные) и виртуальные (манипуляционные). К первым относится все, что каcается реального движения финансовых потоков, трансферта технологий, товаров и услуг, массовых миграций, строительства глобальных информационных сетей и т.п. Ко вторым – содержательное наполнение этих сетей, формирование и продвижение предназначенных международному общественному мнению политико-психологических установок. К последним относятся западные ценности и образцы жизнедеятельности, что изначально предполагает наличие потенциала конфликтности в феномене глобализации. Таким образом, глобализация – «это не только то, что существует на самом деле, но и то, что людям предлагают думать и что они на самом деле думают по поводу происходящего и его перспектив»[14]. Очевидно, что последнее уточнение представляется чрезвычайно важным, учитывая, что процессы глобализации воспринимаются в мире неоднозначно. Если материальные проявления глобализации не вызывают сомнения, так как они ежечасно подтверждаются жизненной практикой, то апелляция к западной составляющей глобализации, созвучной с тезисом вестернизации (распростра

нения западных ценностей и образа жизни), не кажутся ни безупречными, ни единственно возможными вариантами понимания действительности.

Сопоставление теоретически обозначенных черт глобализации с реальной действительностью позволяет сделать вывод о том, что глобализация – это новое качественное состояние мира и в меньшей степени его количественная характеристика. Другими словами, те процессы, о которых говорится в определениях глобализации, в значительно большей степени касаются развитых регионов мира, в то время как они почти обошли стороной «глубокую Периферию». Глобализация – очень неравномерный процесс. Так, две соседние африканские страны зачастую имеют телефонную связь через Лондон или Париж. Иностранные инвестиции обходят эти государства стороной, а к населению не только не применимо понятие «глобальная социализация», но подчас оно совершенно не осведомлено о жизни в соседней стране, ограничивая рамки своего кругозора информацией о жизни соседних племен.

В условиях глобализации нация-государство перестает выступать в качестве единственного субъекта, монопольно интегрирующего интересы крупных общностей и представляющего их на международной сцене. ТНК с их полиэтническим персоналом, международные профессиональные сообщества, неправительственные организации, неформальные группы по интересам, возникающие на базе Интернета, играют возрастающую роль в мировой политике и экономике. В различных сферах деятельности стараниями наиболее энергичных и хорошо подготовленных людей появляются многочисленные формальные и неформальные объединения «граждан мира», которые полностью или частично ускользают из-под контроля «своего» государства.

Однако списывать со счетов нации-государства как основных субъектов мировой политики преждевременно. Утратив былую монополию в сфере международных отношений, они остаются ключевыми игроками на этом поле.

Что касается внутренней политики государств, то тут надо отметить, что меняются методы, с помощью которых они выполняют свои экономические и социальные функции. В условиях растущей взаимозависимости национальных экономик, информационной революции и либерализации трансграничных потоков товаров, услуг, капиталов и людей нарастающая экзогенная уязвимость требует повышенной защиты общенациональных интересов. Это противоречие находит свое решение в том, что наблюдавшееся в последние десятилетия «количество» государственного вмешательства в экономику сменилось повышением его «качества». В частности, правительства развитых, и (в меньшей степени) развивающихся стран переходят ко все более сложным методам макроэкономического регулирования, связанного, прежде всего, с внешнеэкономическими аспектами – валютным курсом, платежным балансом, таможенной политикой и т.д. Правительства развитых стран активно защищают деятельность своего капитала за рубежом.

Ахиллесова пята глобализации – система мироуправления, политические структуры. Не впадая в утопии вроде мирового правительства, можно смело сказать: даже первые шаги по пути глобализации требуют качественно более высокого уровня управляемости общественными процессами. Нельзя строить будущее с политическим инструментарием прошлого. Те средства контроля, координации, управления, которые веками создавались на национальном уровне, явно утрачивают эффективность в глобализирующемся мире. Для того чтобы совладать со стихией общественных процессов, их надо дополнить какими-то наднациональными системами управления. Пока же можно констатировать, что мир в условиях глобализации стал более хаотичным, чем в прошлом, в период стабильного существования Вестфальской государственно-центричной системы.

По своей природе процесс глобализации не может быть бесконфликтным. Один из источников противоречий, порождаемых глобализацией – большие перепады потенциалов отдельных участников. Неравенство стартовых возможностей, предопределяющее распределение ролей, закладывает семена будущих конфликтов между выигравшими и проигравшими от глобализации. Поляризующий эффект современной глобализации во многом обусловлен неолиберальной политикой западного мира. Сделав ставку на беспрепятственное перемещение капитала, неолиберализм закрепляет неравенство между регионами мира.

Другой источник конфликтогенности – коренное различие в образе жизни, в отношении к различным сторонам бытия, в ценностных установках. Сегодняшняя глобализация – в основном детище Запада, прежде всего США. Поскольку западная цивилизация представляет собой небольшую часть населения Земли, многое в развитии глобализационных процессов вызывает справедливые протесты и нарекания остального мира.

 

Этапы глобализации

С какого времени можно говорить о выходе некоторых общественных связей и функций за пределы национальных государств как о феномене глобальном, а не просто международном? Является ли нынешняя глобализация прямым продолжением интернационализации капитала, начало которой отнесено французским историком Ф.Броделем к XVI-XVII столетиям и которую он назвал процессом создания «мировой экономики» вокруг некоторых центров становления европейского капитализма (Генуя, Голландия, Англия). Так считает, например, французский профессор-географ О.Дольфюс[15]. Схожей точки зрения придерживаются и некоторые другие ученые – Б.Бади[16], В.И.Кузнецов. Последний пишет: «Глобализация – не линейный процесс. Она развивается волнообразно и прошла уже не один этап: от периода Великих географических открытий и создания испанской и португальской колониальных империй, от капиталистической колонизации мира в XIX столетии до постсоциалистического преодоления последствий холодной войны»[17]. В данном рассуждении привлекает то, что его автор не рассматривает глобализацию как что-то принципиально новое в истории, рожденное событиями последних десятилетий, а также то, что процесс глобализации видится им как цикличный. Вот только возведение начала этого процесса к средним векам – довольно спорная позиция.

Pax Britannica – первый глобальный интеграционный цикл (середина XIX в. – 1914 г.). Более убедительной выглядит точка зрения, что «всемирная эпоха» в развитии цивилизации начала зарождаться с середины XIX в., придя на смену «атлантической эпохе»[18]. Мировой рынок, действительно, начал складываться в эпоху Великих географических открытий, но только к началу 900-х гг. охватил весь мир. Практически весь мир оказался открытым для экономических связей. Европейский мир-экономика принял планетарный масштаб, он стал глобальным. В конце XIX в. сложилась система глобального капитализма[19].

Экономические единство мира выросло из промышленной революции, в результате которой была создана первая в истории британская фабрично-заводская индустрия. Превращение Англии в «мастерскую мира» коренным образом изменило ее внешнеторговую политику. Анахронизмом стали пошлины на сырье и продукты питания – страна испытывала нехватку сырьевых ресурсов и продовольствия. С отменой хлебных законов в 1846 г. Великобритания, крупнейшая экономическая держава мира, отказалась от политики протекционизма. Началась эпоха «свободной торговли».

Снятие ограничений дало мощный толчок развитию всей международной торговли. Переход к «свободной торговле» даже называют первым в истории примером «шоковой терапии»: лишь за одно десятилетие сумма мирового товарооборота почти удвоилась, т.е. имело место скачкообразное ускорение роста мирового рынка. С середины XIX в. до начала Первой мировой войны в сфере международных экономических отношений преобладал либеральный мировой порядок. Мировая торговля росла в среднем на 3,4% в год, в то время как мировое производство – лишь на 2,1%. Если в 1850 г. доля экспорта из развитых стран (США, стран Западной Европы, Канады, Австралии) составляла чуть более 5% от их ВВП, то в 1913 г. – уже около 13%. Лозунги «интернационала» и «соединения» пролетариев всех стран, выдвинутые К.Марксом и Ф.Энгельсом в «Манифесте коммунистической партии» в 1848 г., отражали сущность новой эпохи.

С середины 1870-х гг. наряду с товарным экспортом, важное значение приобрел вывоз капитала. Переливы капитала из страны в страну стали одним из главных факторов мирового экономического развития. Так, до 10% населения Франции владело русскими облигациями. В России около трети акционерного капитала принадлежало иностранцам, в частности немцам. «Великая эпоха» международных заимствований закончилась в 1914г.

Показательно, что глобализационные фактор проявляли себя и в других сферах, кроме экономики. Исследования, проведенные К.Дойчем, показали, что доля международной корреспонденции относительно внутригосударственных почтовых отправлений в начале 1950-х гг. была значительно ниже, чем в 1913 г., и несколько ниже, чем в 1880 г., то есть во времена Карла Маркса[20].

На гребне переселенческой волны, высоко поднявшейся в середине XIX в., мир вступил в новое столетие. В 1880-е гг. в США переехали 7% жителей Скандинавии, более 6% населения Италии переселилось сюда только в канун Первой мировой войны. Перед войной рабочие, родившиеся в США, не составляли и половины всего рабочего класса страны. Паспорта и разрешения на трудоустройство иностранцев не требовались.

Ощущение единства, целостности мира, присущее античности и эпохе Возрождения, вернулось к человеку 900-х гг. С 1896 г. проводятся Всемирные олимпийские игры. С 1901 г. присуждаются международные Нобелевские премии. В 1887 г. был создан язык международного общения – эсперанто. Своего расцвета система глобального капитализма достигла к 1910 г. Примерно 89% населения Земли проживало в странах с конвертируемой валютой. Мир был открыт для коммерсантов и путушественников. «Житель Лондона мог заказать по телефону…разнообразные товары со всего мира…, мог рискнуть своим состоянием, вложив день в природные ресурсы и предприятия в любом конце света… Ему был обеспечен недорогой, комфортабельный и беспрепятственный проезд в любую страну и природную зону…Но, самое главное, он считал такое положение вещей естественным, неизменным и постоянным. Интернационализация общественной и экономической жизни была абсолютной», - писал позднее Кейнс[21]. Август 1914 г. поставил точку в истории «Pax Britannica».

Глобальная дезинтеграция (1914 г. – 1945 г.). Всякая серьезная и продолжительная война, писал в конце XIX в. В.С.Соловьев, неизбежно сопровождается величайшими экономическими потрясениями, которые, при теперешней связи частей всего Земного шара, будут потрясениями всемирными. Развал системы свободной торговли начался в годы Первой мировой войны с введением ограничений, свойственных экономике военного времени, и усилением автаркических процессов. С точки зрения экономической истории XIX в. закончился в 1914 г.

Система международного разделения труда, начиная с 1914 г., подвергается сильнейшим потрясениям. Первая мировая война частью разорвала, частью дезорганизовала международные экономические связи. Их восстановление после войны протекало с величайшими трудностями. Великая Депрессия 1929-1933 гг. знаменовала начало новой дезорганизации мирового хозяйства. В торговой политике большинства государств резко усиливаются тенденции протекционизма, экономического национализма. Распространяется тенденция – возможно больше обходиться продуктами собственного производства, возможно меньше зависеть от импорта. В 1938 г. зависимость экономики развитых стран от внешней торговли была более чем в 1,5 раза ниже по сравнению с 1880 г. и лишь на 20% выше уровня 1850 г. В европейских странах была введена система выдачи разрешений для трудоустройства иностранцев, которая в целом имела запретительный характер. Для зарубежных поездок стали необходимы паспорта, распространенные прежде лишь в России и Оттоманской империи. Вторая мировая война расстроила мировые экономически связи еще в большей степени, чем Первая.

«Великий раскол» в мировом хозяйстве имел и глубинные причины, связанные со сменой технологических укладов. В старопромышленных странах (Великобритания, США, Германия, Дания, Нидерланды, Швейцария) закончилась эпоха железнодорожного строительства. В прошлое ушла целая эпоха, когда железные дороги были «наиболее наглядными показателями развития…буржуазно-демократической цивилизации» (В.И.Ленин). Новый циклический подъем мировой экономики Н.Д.Кондратьев связывал с автомобильной промышленностью, который, несмотря на то, что Фордовский конвейер заработал в 1913 г., начался значительно позже – после Второй мировой войны. Все это свидетельствовало о том, что в межвоенный период мировая экономика вступила в «переходный возраст», когда старые движущие силы развития и глобальной интеграции, порожденные первой промышленной революцией, себя исчерпали, а новые (в том числе автомобилизация, переход с угля на нефть и т.д.) еще не заработали в полную силу.

Британия перестала быть «менеджером» глобальной экономической системы, а Соединенные Штаты еще не были готовы взять на себя глобальное лидерство. Когда система начала распадаться в начале 1920-х гг., никто не чувствовал себя ответственным за происходящее и ничего не было сделано, чтобы предотвратить бедствия конца 1920-х – 1930-х гг.

Второй глобальный интеграционный цикл (с 1946 г.). Второй глобальный интеграционный цикл вырос из второй промышленной (технологической) революции, которая породила такие отрасли, как автомобилестроение, нефтедобыча и нефтепереработка, которые во второй половине ХХ в. стали главной движущей силой международного разделения труда. В конце ХХ в. сырая нефть, автомобили и нефтепродукты – три важнейшие товарные группы в мировой торговле, на которые приходилось около 25% мирового экспорта. Важнейшей основой современной глобализации стали также новейшие информационно-коммуникационные технологии, получившие широкое распространение начиная с 1990-х гг.

После Второй мировой войны многое в мировой экономике пришлось начинать с чистого листа. В конце XIX в. международные потоки товаров, капитала и рабочей силы были во многих отношениях более интенсивными, чем в 1950-е гг. В начале 1960-х гг. перспективы глобализации оценивались весьма пессиместично. По всей вероятности, мир уже не вернется к тому «нормальному» положению, которое существовало до 1914 г., писали в 1961 г. К.Дойч и А.Экстайн[22].

Международное разделение труда и удельный вес внешней торговли в мировой экономике были восстановлены только в первой половине 1970-х гг. Промышленно развитые страны вернулись на уровень 1913 г. по доле товарного экспорта в ВВП. ТНК снова «вошли в моду» - их влияние на мировую экономику стало по-настоящему значимым. Показательно, что только в четвертом издании известной книги Ч.Киндльбергера «Международная экономика», вышедшем в 1968 г., автор впервые уделил внимание прямым иностранным инвестициям. В 1974 г. при ООН были созданы Комиссия по транснациональным корпорациям и Центр по ТНК, что стало свидетельством признания мировым сообществом растущей роли ТНК в мировой экономике. Впрочем, совокупный объем прямых иностранных инвестиций в процентах к валовому мировому продукты был восстановлен на уровне 1913 г. только в начале 1990-х гг.

«Менеджером» второй глобализационной волны стали Соединенные Штаты. Это не удивительно, если учитывать, что на их долю в середине ХХ в. приходилось 80% мирового товарооборота. Они инициировали массированную экономическую поддержку разоренной Второй мировой войной Западной Европе в рамках плана Маршалла, что позволило быстро активизировать экономические отношения между ними. По инициативе и при всяческой поддержке США были созданы глобальные экономические организации – ВТО, МВФ, Всемирный Банк, ставшие отличительной особенностью нынешнего этапа глобализации. Их создание явилось признанием того факта, что мировая торговля и мировые финансовые отношения достигли такого уровня развития, что нуждаются в глобальном регулировании.

Впрочем, роль США в качестве главного «глобализатора» не столь однозначна. Как это ни парадоксально, Соединенные Штаты в определенном смысле являются и тормозом глобализации. В конце ХХ в. четвертая часть мирового хозяйства «помещается» в США – наиболее экономически самодостаточной, «автаркичной» из развитых стран. По образному выражению П.Кругмана, «корпорация «USA» даже после глобализации продает почти 9/10 своей продукции собственным рабочим и акционерам».

Есть и другие ограничения, накладывающиеся на процесс глобализации. На предприятиях, контролируемых иностранным капиталом, в Японии производится менее 1% промышленной продукции страны. Наряду с США Япония имеет самые низкие среди высокоразвитых стран душевые показатели товарного экспорта и внешнеторгового оборота. Процессы регионализации мировой экономики также работают против глобализации. Экспорт товаров из ЕС (за вычетом внутрирегиональных поставок) равняется всего 9% его ВВП. Другими словами, «Соединенные Штаты Европы» в известном смысле являют собой пример такого же «автаркичного» образования, как США и Япония.

Таким образом, современная открытость мировой экономики не является уникальной и беспрецедентной. Лев Гумилев писал об «аберрации близости», нарушающей масштабность явлений, при которой недавние события представляются значительнее давнишних. Следует признать, что сегодня мир переживает «второе рождение» глобального капитализма и экономического (и не только) единства.

Однако, вполне вероятно, учитывая прошедшие циклы глобализации, что современная беспрецедентная открытость обществ и экономик обратима. «Перед всяким кризисом непременно бывает бум» (Дж. Сорос). Как было показано, периоды интеграции сменяются периодами дезинтеграции. Эти смены происходят в длительные временные сроки и, как правило, связаны с «генеральными» изменениями в характере развития экономики, вызванными, например, научно-технической революцией и связанными с ними коренными изменениями в характере производства или энергетического обеспечения нашего мира.

 





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...