Главная Обратная связь

Дисциплины:






СЕВЕРНОРУССКИЙ ЛЕТОПИСНЫЙ СВОД 1472 года 7 страница



 

В лѣто 959. Георгиа было в Пяток велик Страстныя недѣли.[76] Того же лѣта приходили татарове отъ Сиди-Ахметовы орды[77] изгономъ, и слышавъ то князь велики и посла воеводу своего, князя Ивана Звенигородскаго, намѣстника коломенскаго,[78] на берегъ к великой рецѣ Окѣ. И видѣ множество татаръ бесчислено, и побѣже отъ берега к великому князю, и повѣда ему силу велику татарьскую, а князь велики не успѣ собрати силы и выйде из града с Москвы, а во осадѣ остави Иону митрополита, да матерь свою, великую княгиню Софью, и свою великую княгиню Марью, а самъ поиде к рубежу ко тверьскому. Мѣсяца июля въ 2 прииде к Москвѣ царевичь, Сиди-Ахметовъ сынъ, а с ним князи великие ординские, и Едегерь[79] со многими силами, и зажгоша дворы вси на посадѣ; и понесе вѣтръ огнь на город со всѣ страны, и бысть страсть велика всѣмъ людем. Святый же Иона митрополитъ повелѣ всѣмъ священикомъ пѣти молебны по всему граду, и множество народа молитися Богу и пречистой его Матери и великимъ чюдотворцемъ Петру и Алексию, и вѣтръ утиша, а татарове тое же нощи побѣгоша от града прочь, слышавьше въ градѣ шум велик, мняще князя великого пришедша со многими силами.

В год 959 (1451). Юрьев день пришелся на пятницу на Страстной неделе. В тот же год приходили татары из Сиди-Ахметовой орды изгоном, и, прослышав о том, князь великий послал воеводу своего, князя Ивана Звенигородского, наместника коломенского, на берег к широкой реке Оке. И увидел множество татар бесчисленное, и побежал от берега к великому князю, и сообщил ему о большой силе татарской, а князь великий не успел собрать войско и вышел из града Москвы, а в обороне оставил Иону митрополита да мать свою, великую княгиню Софью, и свою великую княгиню Марию, а сам пошел к рубежу тверскому. Месяца июля второго подошел к Москве царевич, Сиди-Ахметов сын, а с ним князья великие из Орды, и Едигер со многими силами, и зажгли дворы все на посаде; и разнес ветер огонь на город со всех сторон, и было страдание великое всем людям. Святитель же Иона митрополит повелел всем священникам петь молебны по всему городу и множеству народа молиться Богу и пречистой его Матери, и великим чудотворцам Петру и Алексию, и ветер утих, а татары в ту же ночь скрылись от города прочь, услышав за стенами страшный шум и решив, что князь великий вернулся с огромным войском.

 

В лѣто 960. Князь велики Василей Васильевич посылалъ сына своего, князя великого Иоана Васильевичя, Кокшенги воевати.[80] Того же лѣта и женися князь велики Иванъ Васильевич, мѣсяца июня 4, и поятъ княжну Марью,[81] дщерь князя великаго Бориса Александровча Тферьского. Того же лѣта князю великому родися сынъ у великиѣ княгини, князь Андрѣй Меньший,[82] мѣсяца августа 18.



В год 960 (1452). Князь великий Василий Васильевич посылал сына своего, князя великого Ивана Васильевича, Кокшеньгу покорять. В тот же год и женился князь великий Иван Васильевич, месяца июня четвертого, и взял княжну Марию, дочь князя великого Бориса Александровича Тверского. В тот же год у князя великого родился младший сын у великой княгини, князь Андрей, месяца августа восемнадцатого.

 

В лѣто 61. Мѣсяца апрѣля в 9 выгорѣ Москва город от Беклемишова двора. Того же лѣта преставися великаа княгини Софья[83] въ черницах у Вознесениа, иуня 15. Того же лѣта князь Дмитрей Шемяка Юрьевич умре со отравы[84] в Великом Новѣгородѣ. Того же лѣта царь турскы Царьгород взял.[85]

В год 61 (1453). Месяца апреля девятого погорел град Москва со двора Беклемишева. В тот же год, июня пятнадцатого, скончалась великая княгиня Софья, черницей в Вознесенском монастыре. В тот же год в Великом Новгороде скончался от отравы князь Дмитрий Юрьевич Шемяка. Тем же годом царь турецкий Царьград взял.

 

В лѣто 962. Преставися Ефрѣм,[86] архиепископъ ростовьский и арославский. Того же лѣта поставленъ бысть Феодосий Бывалцевъ[87] епископомъ граду Ростову. Того же лѣта князь велики Василей Васильевич городъ Можаескъ взялъ, а князь Иванъ Андрѣевичь побѣжалъ в Литву[88] к королю служыти.

В год 962 (1454). Скончался Ефрем, архиепископ ростовский и ярославский. В тот же год поставлен был Феодосии Бывальцов епископом города Ростова. В тот же год князь великий Василий Васильевич город Можайск захватил, а князь Иван Андреевич бежал в Литву к королю служить.

 

В лѣто 963. Владыку Питирима Пермьского вогуличи[89] убили. Того же лѣта приходили татарове от Сидиахметевы орды, и прелѣз Оку, грабили и полон имали, и прочь ушли; а Иван Васильевич Ощера[90] изъстоялъ с коломенскою силою, да их упустил, не смѣл на них ударитися; тогды же убили тѣ татарове князя Семена Бабича.[91] И пришед Феодоръ Басенокъ[92] съ великого князя дворомъ, татар бил, а полон отимал.

В год 963 (1455). Питирима, епископа пермского, вогуличи убили. В тот же год приходили татары из Сиди-Ахметовой орды, и, переправясь через Оку, грабили, и брали в полон, и прочь ушли; а Иван Васильевич Ощера стоял с коломенским войском, да их упустил, не решился на них ударить; тогда же те татары убили князя Семена Бабича. Но, прийдя с дворянами великого князя, Федор Басенок татар разбил и полон возвратил.

 

В лѣто 964. Князь велики Василей Васильевич ходилъ ратью на Великий Новгород; новогородци же, собравъ силу многу, и пошли противу великого князя и пришли под Русу,[93] а туто лучилися князя великого воеводы: князь Иоанъ Васильевичь Оболеньский Стрига з братьею, да Феодоръ Васильевичь Басенок, удалый воевода, новогородцевъ смердовъ били,[94] а иных поимали <...>. А князь велики тогды во Ажелобицахъ[95] стоялъ, и приѣха к нему архиепископъ Еуфимий[96] с лучшими людми и доби и челом великому князю на всей его воли. Того же лѣта преставися князь велики Иоанъ Феодорович Рязанский.[97] Того же лѣта князь велики Василей Васильевич поималъ шурина своего, князя Васильа Ярославича,[98] мѣсяца иуля въ 10.

В год 964 (1456). Князь великий Василий Васильевич ходил войной на Великий Новгород; новгородцы же, собрав войско большое, пошли навстречу великому князю и подошли под Руссу, а тут оказались князя великого воеводы: князь Иван Васильевич Оболенский Стрига с братьями да Федор Васильевич Басенок, удалой воевода. Новгородцев-смердов разбили, а иных схватили (...). А князь великий тогда в Яжелобицах стоял, и приехал к нему архиепископ Евфимий со знатными людьми, и бил челом великому князю, покоряясь его воле. В тот же год князь великий Василий Васильевич схватил шурина своего, князя Василия Ярославича, месяца июля десятого.

 

В лѣто 66. Мѣсяца сентября 29 сгорѣ город Муромъ. Тое же осени, месяца октября 22, треть Москвы сгорѣ. Тое же зимы, февраля месяца 15, родися великому князю Ивану Васильевичу сынъ, и нарекоша имя ему Иванъ.[99] Того же лѣта преставися Еуфимий архиепископъ новгородски. Того же лѣта князь велики посылалъ на Вятку Ряпаловьских,[100] и Григорей Перфушков у вятчан посулы поимал, да имъ норовил,[101] ини Вяткы не взяли. Того же лѣта поставили церковь кирпичну святое Ведение на Симановьскомъ дворѣ в городѣ.[102]

В год 66 (1458). Месяца сентября двадцать девятого сгорел город Муром. В ту же осень месяца октября двадцать второго треть Москвы погорела. В ту же зиму, февраля месяца пятнадцатого, родился у великого князя Ивана Васильевича сын, и нарекли ему имя Иван. В тот же год скончался Евфимий, архиепископ новгородский. Тем же годом князь великий посылал на Вятку князей Ряполовских, но Григорий Перхушков у вятчан взятки брал да им благоволил, так что Вятки не взяли. В тот же год поставили церковь кирпичную святого Введения на Симоновском подворье в городе.

 

В лѣто 967. Поставили на Москвѣ Иону архиепископомъ Новугороду Великому. Того же лѣта Иона митрополитъ у Пречистыѣ поставилъ придѣлъ, церковь камену во имя Похвалы святыя Богородица. Того же лѣта князь велики, слышавъ, что Григоре Перхушковъ вятчаномъ норовил, и повелѣ его изымати, и вести в Муромъ, и посадити в желѣза, а на Вятку послалъ в свое мѣсто князя Ивана Юрьевичя,[103] а с нимъ воеводы свои и дворъ с нимъ свой весь. Он же, шед, городы поималъ Орловъ да Котельничь, а под Хилинымъ стоялъ долго,[104] бьяся на всякъ день; вятчяне же, видяще себе побѣждаемы всегда, и добиша челом князю Иоану на всей его воли, чего хотѣлъ государь князь велики.

В год 967 (1459). Поставили в Москве Иону архиепископом Новгорода Великого. В тот же год Иона митрополит в церкви Пречистой поставил придел, церковь каменную во имя Похвалы святой Богородицы. В тот же год князь великий, прознав, что Григорий Перхушков вятчанам потворствовал, повелел его схватить и вести в Муром и посадить на цепь, а на Вятку послал наместником князя Ивана Юрьевича, а с ним воевод своих и дворян с ним своих всех. Тот же, отправясь, города захватил Орлов да Котельнич, а под Хлыновом стоял долго, сражаясь каждый день. Вятчане же, видя, что их всегда побеждают, били челом князю Ивану, покорясь его воле, чего желал государь князь великий.

 

В лѣто 968. Князь велики Василей Васильевчь былъ в Новѣгородѣ Великомъ миром. Тогды же Феодоръ Васильевич Басенокъ пил у посадника и поѣха ночи на Городище, и удариша на него шилники,[105] и убиша у него слугу, именем Илейку Усатого, рязанца, а сам едва утече на Городище и с товарищи. Новогородци же, слышавше голку, и возмятошася, и приидоша всѣмъ Новым городомъ на великого князя к Городищу: чаяли, что князя великого сынъ пришелъ ратью на нихъ, и едва утолишася, мало упасе Богъ от кропопролития. Того же лѣта, мѣсяца июля 14, буря была страшна велми, лѣсъ ломило и хоромы рвало, а во 18 день солнце гибло того же мѣсяца. Того же лѣта царь Ахмутъ Большые Орды,[106] Кичи-Ахметевъ сынъ, приходилъ ратью к Переяславьлю к Рязаньскому[107] и стоалъ под городомъ три недѣли, на всяк день приступая ко граду, бьющеся, граждане же, милостью Божиею и Пречистыя его матери, одолѣваху ему и много у него татаръ побили, а отъ гражан ни единъ врежденъ бысть; и поиде прочь с великим срамом, а на Казат улана мирзу[108] велико нелюбие држа, тотъ бо бяше привелъ его, не чающе от Руси ничего съпротивления. Того же лѣта на монастырьском дворѣ на Троецкомъ Сергиева манастыря поставлена бысть церковь камена святое Богоявление, да того же лѣта перед княжимъ двором Васильевича, в Боровитьскихъ воротѣхъ, заложили церковь камену святаго Иоана Предтечи.[109]

В год 968 (1460). Князь великий Василий Васильевич был в Новгороде Великом с миром. Тогда же Федор Васильевич Басенок пировал у посадника и поехал ночью на Городище, и напали на него шильники, и убили у него слугу по имени Илейка Усатый, рязанца, а сам едва убежал на Городище с товарищами. Новгородцы же, услышав шум, взволновались и пришли всем городом к великому князю в Городище: решили, что князя великого сын пришел войною на них, и едва успокоились; мало не уберег Бог от кровопролития! В тот же год, месяца июля четырнадцатого, буря была столь страшна, что лес ломало и дома срывало, а на восемнадцатый день в тот же месяц солнце изчезло. В тот же год царь Ахмат из Большой Орды, сын Кичи-Ахмета, приходил войной к Переяславлю-Рязанскому и стоял под городом три недели, каждый день идя на приступ и сражаясь; горожане же, милостью Божьей и Пречистой его матери, одолевали его и много у него татар перебили, а из горожан ни один поранен не был; и ушел прочь с великим позором, а на улана Казат мирзу держал большую досаду, ибо тот и привел его, не ожидая от русских никакого сопротивления. В тот же год на монастырском дворе Троице-Сергиева монастыря поставлена была церковь каменная святого Богоявления, да в тот же год перед княжьим двором Васильевича, у Боровицких ворот, заложили церковь каменную святого Иоанна Предтечи.

 

В лѣто 69. Преставися князь велик Борисъ Александрович Тферскый, февраля 18. А тое же весны преставися Иона митрополит киевский и всея Руси, марта 31. И поставиша на митрополию Феодосиа[110] архиепископа ростовьского, маа 3.

В год 69 (1461). Скончался князь великий Борис Александрович Тверской февраля в восемнадцатый день. И той же весною скончался Иона, митрополит киевский и всея Руси, марта в тридцать первый день. И поставили на митрополию Феодосия, архиепископа ростовского, мая в третий день.

 

В лѣто 970. Мѣсяца генуариа 24, в день недѣлный, у Михаилова Чюда в монастыри,[111] у гроба святаго Алексия митрополита чюдотворца простило черньца Наума, ему же бѣаше нога отъ рождениа прикорчена, и хожаше на деревяници, и бысть здравъ. Тоѣ же зимы, мѣсяца февраля 1, поставили на Москвѣ владыку на Рязань Давида, казначиа Ионина. Тоѣ же весны, в Великое говѣйно, на Федоровой недѣли, прииде вѣсть князю великому, что княжы Васильевы Ярославича дѣти болярьскиѣ и иныѣ дворяне хитростью коею хотѣша огосударя князя выняти с Углеча ис поиманиа, и обличися мысль их, и повелѣ князь велики имать ихъ, Володку Давидова,[112] Парфена Бреина, Луку Посивьева и иных многихъ, казнити, бити и мучити, и конми волочити по всему граду и во всѣмъ торгом, а послѣди повелѣ имь главы отсѣщи. Множество же народа, видяще сиа, от боляръ и от купець великихъ, и от священиков, и от простых людей во мнозѣ быша ужасѣ и удивлении, и жалостно зрѣние, яко всѣхъ убо очеса бяху слез исполнени, яко николиже таковая ни слышаша, ниже видѣша в руских князехъ бываемо, понеже бо и недостойно бяше православному великому осподарю, по всей подсолнечной сущю, и такими казными казнити, и кровь проливати во святый Великий пост.[113] Тое же весны, не по мнозѣ времени, в той же во святый пост князь велики повелѣ у себя на хрептѣ труд жещи сухотныя ради болести, великая же княгини его и боляре его вси возбраняху ему, он же не послушавъ ихъ, и с тѣхъ мѣстъ разболѣся. Того же лѣта, мѣсяца марта 27, преставися благовѣрный и христолюбивый великий князь Василей Васильевичь, а княжение великое дасть столъ свой сыну своему, князю великому Иоану Васильевичю. А князю Юрью дасть город Дмитровъ, да Можаескъ, да Серпоховъ, да Хотунь,[114] да бабины села и волости, великиѣ княгини Софии. А князю Андрѣю Болшему город Углечь Поле, да Бѣжецский Верхъ, да Звенигород, да мати его, великая княгини Мариа, после великого князя жывота придала ему Романовъ город на Волзѣ,[115] а прежде того былъ ярославьское княжение. А князю Борису дал город Волок Ламьски, да Ржеву, да Рузу, да послѣ князь велики Иван придалъ ему Вышегород Поротовьский да Марьины села Голтяевы,[116] бабы его, ему же далъ. А сыну своему князю Андрѣю Меншему далъ городъ Вологду, да Заозерье на Кубенѣ, да князь велики Иоан послѣ придалъ ему городокъ Торусу,[117] да Городець на Поротвѣ. Того же лѣта князь велики Иоанъ Васильевичь сѣде на столѣ отца своего на великомъ княжении в Володимири и на великомъ княжении в Новѣгородѣ Великом и Нижнемъ, и на всей Руской земли <...>

В год 970 (1462). Месяца января двадцать четвертого, в день воскресный, в Чудовом монастыре у гроба святого Алексия-митрополита и чудотворца исцелило чернеца Наума, у которого была нога от рождения искривлена, почему и ходил на костыле, и стал здоровым. В ту же зиму, первого февраля, поставили в Москве епископа на Рязань Давида, казначея Ионы. В ту же весну, в Великий пост на Федоровой неделе, пришла весть князю великому, что князя Василия Ярославича дети боярские и иные дворяне хитростью некоей хотели своего государя князя высвободить в Угличе из заключения, и обнаружился замысел их, и повелел князь великий схватить их: Володьку Давыдова, Парфена Бреина, Луку Посивьева и иных многих, — казнить, пороть и пытать, и конями волочить по всему городу и по всем площадям, а после всего повелел им головы отрубить. Множество же людей, видя все это, из бояр, и из купцов знатных, и из священников, и из простых людей, в великом были ужасе и изумлении, и жалостно видеть, как очи всех были слезами залиты, ибо никогда до того о таком и не слыхивали, не то чтоб видели, чтобы так у русских князей бывало; ведь к тому же и недостойно православному великому государю, единственному во всей вселенной, подобными казнями казнить и кровь проливать в святой Великий пост. Той же весною, немного спустя, в тот же Святой пост князь великий повелел у себя на спине трут попалить из-за сухотной болезни; великая же княгиня его и бояре его все воспрещали ему, он же их не послушал и с тех пор разболелся. В тот же год, месяца марта двадцать седьмого, скончался благоверный и христолюбивый князь Василий Васильевич, а княжение великое, престол свой, завещал сыну своему, князю великому Ивану Васильевичу. А князю Юрию дал город Дмитров, да Можайск, да Серпухов, да Хотунь, да бабки села и волости, великой княгини Софьи. А князю Андрею Старшему город Угличе Поле, да Бежецкий Верх, да Звенигород, да и мать его, великая княгиня Мария, после великого князя кончины добавила ему Романов-городок на Волге, а до того это принадлежало Ярославскому княжеству. А князю Борису дал город Волок на Ламе, да Ржев, да Рузу, да и после князь великий Иван добавил ему Вышгород на Протве да и села Марьи Голтяевой, бабки его, ему же отдал. А сыну своему князю Андрею Младшему дал город Вологду да Заозерье на Кубенском озере, да князь великий Иван после добавил ему городок Тарусу да Городец на Протве. В тот же год князь великий Иван Васильевич сел на престол отца своего на великом княжении во Владимире и на великом княжении в Новгороде Великом и Нижнем, и по всей Русской земле (...).

 

В лѣто 971. Во градѣ Ярославли, при князи Александрѣ Феодоровиче Ярославьскомъ,[118] у Святаго Спаса в монастыри[119] во общинѣ явися чюдотворець, князь велики Феодоръ Ростиславичь Смоленский, и з дѣтми, со княземъ Костянтиномъ и з Давидомъ,[120] почало от ихъ гроба прощати множество людей[121] безчислено. Сии бо чюдотворци явишася не на добро всѣм княземъ ярославскимъ:[122] простилися со всѣми своими отчинами на вѣкъ, подавали ихъ великому князю Ивану Васильевичю, а князь велики противъ ихъ отчины подавалъ имъ волости и села; а изъ старины печаловался о них князю великому старому Алекси Полуектович,[123] дьяк великого князя, чтобы отчина та не за ними была. А послѣ того в том же градѣ Ярославли явися новый чюдотворець, Иоанъ Огафоновичь, сущей созиратай[124] Ярославьской земли: у кого село добро, инъ отнялъ, а у кого деревня добра, инъ отнялъ да отписалъ на великого князя ю, а кто будеть сам добръ, боаринъ или сынъ боярьской, инъ его самого записал; а иныхъ его чюдесъ множество не мощно исписати ни счести, понеже бо во плоти суще цьяшосъ.[125]

В год 971 (1463). В городе Ярославле, при князе Александре Федоровиче Ярославском, у святого Спаса в монастыре у братии явился чудотворец, князь великий Федор Ростиславич Смоленский, погребенный с детьми — с князем Константином и с Давыдом, и совершилось у их гроба прощение множества людей — исцелялись без числа. Всем же князьям ярославским эти чудотворцы явились не на пользу: простились те со всеми своими владеньями навеки, отдавали их великому князю Ивану Васильевичу, а князь великий взамен их владений дал им другие волости и села; и изначала хлопотал о владеньях тех перед князем великим прежним Алексей Полуектович, дьяк великого князя, чтобы владенья те никак не вернулись им обратно. А после того объявился в том же граде Ярославле новый чудотворец, Иван Агафонович, сущий соглядатай Ярославской земли: у кого село доброе — то и отнял, а у кого деревня хорошая — тоже отнял да отписал на великого князя ее, а кто будет и сам хорош, боярин иль сын боярский, тут и его самого записал; а прочих его чудес великое множество невозможно ни написать, ни исчесть, потому что во плоти он есть цьяшос.

 

В лѣто 972. Мѣсяца генуаря 28 князь велики <...> рязаньский женися на Москвѣ,[126] у великого князя Ивана Васильевичя, поятъ у него сестру, княжну Анну. Тоа же зимы, мѣсяца марта, поставили на Москвѣ Иосифа Грека архиепископом в Кесарию Филиппову[127] <...>.

В год 972 (1464). Месяца января двадцать восьмого князь великий (...) рязанский женился в Москве, у великого князя Ивана Васильевича взяв сестру его, княжну Анну. Той же зимою в месяце марте поставили в Москве Иосифа Грека архиепископом в Кесарию Филиппову (...).

 

В лѣто 973. Феодосий митрополит остави митрополию[128] сентебря 13. Тоѣ же осени, мѣсяца ноабря 11 поставли на Москвѣ в митрополиты владыку суздальскаго Филипа.[129]

В год 973 (1465). Феодосии митрополит оставил митрополию сентября тринадцатого. Той же осенью, месяца ноября одиннадцатого, поставили в Москве митрополитом архиепископа суздальского Филиппа.

 

В лѣто 975. Месяца апрѣля 22 преставися великаа княгини Марьа тферянка,[130] въ 3 час нощи. Того же лѣта Трифонъ остави архиепископью ростовьскую.[131] Того же лѣта церковь каменую святое Вознесение обновлено внутри града <...>.

В год 975 (1467). Месяца апреля двадцать второго скончалась великая княгиня Марья-тверитянка в три часа ночи. В тот же год Трифон оставил архиепископство ростовское. В тот же год церковь каменная в честь святого Вознесения обновлена внутри Кремля (...).

 

В лѣто 76. Князь великий Иван Васильевич посылал под Казань царевича Каисыма,[132] да с ним князя Ивана Юрьевича, да князя Ивана Васильевича Стригу,[133] и дворъ князя великого. И сташя у Волги втаи. И татарове была на них были вышли из судовъ, а наши хотели их заскочити от брега, и нѣкто юноша, именем Айдаръ, постелник великого князя, наполнився духа ратна, и не отпустя их нимало от судна, и кликну на них, они же устрашившеся, и вмѣташашась в суды, и побѣгоша на Волгу; в той день сдѣяся спасение велико татаром здоровиемъ Айдаровым Григорьева сына Карповича. Тое же осени Филипп митрополит Възнесение свящалъ въ городѣ каменое. Тогды же и рать была на черемису. Тое же осени поставили архимандрита Спасовьского Васияна Рыла[134] въ архиепископью на Ростовъ, декабря 13.

В год 76 (1468). Князь великий Иван Васильевич посылал под Казань царевича Касыма, да с ним князя Ивана Юрьевича, да князя Ивана Васильевича Стригу и дворян своих. И стали у Волги скрытно. И лишь вышли было татары на них из судов, — а наши хотели их отрезать от берега, — как юноша некий, по имени Айдар, постельник великого князя, исполнясь ратного духа и не дав им времени отойти от судов их, заорал, и они устрашились, и бросились в суда, и побежали на Волгу; так в тот день и случилось: спаслись татары по милости Айдара, сына Григория Карповича. В ту же осень Филипп-митрополит церковь Вознесения освящал в городе каменную. Тогда же и поход был на черемис. Той же осенью поставили архимандрита спасского Вассиана Рыло на архиепископство в Ростов, декабря тринадцатого.

 

В лѣто 977. Мѣсяца майа 27, в недѣлю Слѣпаго, князь Андрѣй Васильевичь Болшей женилъся, понял княжну Елену, мизоцьского князя дщерь.[135] Тоѣ же весны князь велики Иван Васильевичь послалъ на Казань рать судовую, а берегомъ послал брата своего,[136] князя Юрья Васильевичя, да князя Андрѣа Болшего, да с ними всѣ князи и воеводы свои, и двор свой весь.

В год 977 (1469). Месяца мая двадцать седьмого, в неделю о Слепом, князь Андрей Васильевич Старший женился, взял в жены княжну Елену, мезецкого князя дочь. Той же весною князь великий Иван Васильевич послал на Казань войско судами, а берегом направил брата своего, князя Юрия Васильевича, да князя Андрея Старшего, а с ними всех князей, и воевод своих, и дворян своих всех.

 

И судовая рать наперед пришла, маа 21, в недѣлю 50-ю, на ранней зори, и взяти имъ было Казань, пришли безвѣстно. И пожаловал ихъ наш воевода, именем Иван Дмитреевич, нарицаемый Руно,[137] отбилъ их от ворот прочь, а татаром спящим.

И корабельное войско раньше пришло, мая двадцать первого, в воскресенье, на Пятидесятницу, на ранней заре; и взять бы им город, так внезапно пришли они, когда татары еще спали. Но почтил их наш воевода, по имени Иван Дмитриевич, по прозвищу Руно: отогнал от ворот прочь.

 

И послѣ того, мѣсяца июня 4, Хрипунъ княжь Семеновъ сынъ Ряполовьского[138] бил татаръ на берегу за Волгою и уби лиходѣа татарина Колупая, всѣхъ пуще татаръ, и ординьских и казаньскихъ. Того же лѣта князя великого дѣти боарьскиѣ со устюжаны шли в судѣхъ Волгою мимо Казань, а чаяли, что рать великого князя подъ Казанью, и татарове переняли ихъ в судѣх, да с ними былъ бой велми крѣпок, и дѣтей боярьскихъ и устюжан побили, а иных поимали, а князя великого рать в ту пору была в Новѣгородѣ в Нижнем, понеже бо татаровѣ всю рать судовую исподъ Казани отбили. А убили тогды на Волзѣ князя Данила Васильевичя Ярославьского да Никиту Костянтинова сына Бровцина, да устюжанъ много, а Тимофѣя Плещѣева Юрлища полонили[139] и иныхъ много <...>.

И после того, месяца июня четвертого, Хрипун, князя Семена сын, из Ряполовских, разбил татар на берегу за Волгой и убил лиходея татарина Колупая, злейшего из всех татар — и ордынских, и казанских. В тот же год князя великого дети боярские с устюжанами шли на кораблях Волгой мимо Казани и надеялись, что войско великого князя еще под Казанью, а татары перехватили их на судах, и был у них бой весьма жестокий; и детей боярских, и устюжан перебили, а прочих схватили, а князя великого войско в ту пору было в Новгороде в Нижнем, потому что татары все войско, бывшее на судах, от Казани отбили. А убили тогда на Волге князя Данила Васильевича Ярославского да Никиту Константинова, сына Бровцына, да устюжан много, а Тимофея Плещеева Юрлища в плен взяли и других много (...).

 

В лѣто 978. Мѣсяца сентебря 1 князь Юрьи Васильевичь прийде под Казань со всѣми силами: и судовые рати поидоша пѣши под городом; татарове же выѣхавше из града и побившеся мало, и побѣгоша во град, а русь погониша ихъ и сташа подъ городомъ, и окружывше ихъ, якоже силный лѣсъ, и воду отъаша у нихъ. Царь же Обреимъ, видя себе в велице бедѣ, и нача посылати послы ко князю Юрью Васильевичю, прося мира, князь же Юрьи помирися с нимъ на всей своей воли[140] и какъ надобѣ брату его, великому князю. Того же лѣта, мѣсяца августа 30, погорѣ град Москва нутрь весь.

В год 978 (1470). Месяца сентября первого князь Юрий Васильевич подошел к Казани со всеми войсками; и корабельная рать пошла пешком под город; татары же выехали из города и, посражавшись немного, побежали в город, а русские погнались за ними, и стали под городом, и, окружив их, как могучий лес, воду переняли у них. Царь же Ибрагим, видя себя в большой беде, начал слать послов к князю Юрию Васильевичу, прося мира; князь же Юрий заключил с ним мир по своему желанию и так, как нужно было брату его, великому князю. В тот же год, месяца августа тридцатого, погорел город Москва внутри весь.

 

В лѣто 979. Ноабря 8 преставися архиепископъ Иона Новуграду. Тоѣ же осени поставленъ Прохоръ игуменъ на епископью на Сарайскую.[141] Тое же весны, мѣсяца майя 9 князь Борисъ Васильевичь женилъся на Москвѣ, а понялъ княжну Ульяну, дщерь князя Михаила Дмитреевичя Холмьского. Того же лѣта, мѣсяца иуня 20, князь велики Иванъ Васильевичь, з братьею и со всѣми силами, поиде к Новугороду к Великому со вси страны, воюючи и плѣняющи за ихъ измѣну и неисправление. Новогородци же, собравше силу велику, и поидоша к рецѣ Шелонѣ на бой противъ великаго князя. А в то время случися туто быти князя великого воеводамъ: князю Данилу Дмитреевичю Холмьскому, да Феодору Давидовичю, и княжю Юрьеву воеводѣ Василью Феодоровичю Вельяминову, и воеводы, видѣвьше новогородцкую рать, и поидоша на нихъ за рѣку Шелону и, перебредше, начяша битися. Новогородци же, мало бившеся, и побѣгоша. Москвичи же погониша их, бьюще и сѣкуще, и плѣняюще, бѣ бо пришло ихъ мьножество зѣло, якоже и лѣсъ, а москвичь мало велми, понеже бо не ѣдинимъ мѣстомъ князя великого рать пошла, но многими дорогами. И ту поимавше посадниковъ лучшихъ и людей добрых новогородцевъ, окупъ с нихъ имаху, а посадниковъ приведоша к великому князю, он же, разьярився за их измѣну, и повелѣ казнити их: кнутьемь бити и главы их отсещи. Сий же бой былъ мѣсяца иуля <...>.





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...