Главная Обратная связь

Дисциплины:






ПОТОКИ САМОСОЗНАНИЯ



Самость путешествует по базовым волнам Великого Гнезда, используя свою способность отождествляться с каждой волной и двигаться на ней до определенного рода завершения. Самость обладает способностью полностью отождествляться с уровнем сознания, достигать совершенства на этом уровне и затем разотождествляться с ним (и интегрировать его) для того, чтобы перейти к следующей более высокой и широкой сфере и отождествиться с ней (и так до тех пор, пока не будут полностью исчерпаны ее способности к росту и развитию).

Каждый раз, когда центр тяжести самости оказывается на новом уровне сознания, она, разумеется, приобретает новый и иной взгляд на жизнь. Именно потому, что каждый базовый уровень Великого Гнезда имеет разную архитектуру, самость на каждом уровне видит другой мир: сталкивается с новыми страхами, имеет новые цели, испытывает новые проблемы. У нее появляется новый комплекс потребностей, новая концепция морали, новое ощущение себя самого. Я называю эти линии развития линиями или потоками самосознания, поскольку все они самым тесным образом связаны с самостью и ее необыкновенным путешествием по великим волнам.

Таким образом, существуют общие линии развития (когнитивная, аффективная, эстетическая, кинестетическая, математическая и т. д.) и, как подмножество этих линий, существуют линии развития, которые особо и близко связаны с самостью, ее потребностями, ее самоотождествлением и ее развитием — и именно это и есть линии самосознания.

Фактически, стадии самосознания порождаются, отчасти, именно вследствие отождествления самости с конкретным уровнем сознания. Приведем упрощенный пример: когда самость отождествляется с конвенциональным умом (когда основным уровнем сознания самости является поздний конкретно-операционный), ее самоощущение (по Левинджер) представляет собой конформистскую ролевую модель, ее моральное чувство (по Кольбергу) начинает становиться конвенциональным, а ее основной потребностью (по Маслоу) является принадлежность (все это вы можете видеть в таблицах). Все эти специфические роли, моральные представления и потребности задействуются когда центр тяжести самости приходится на поздний ум правила/роли и поддерживаются, главным образом, за счет исключительного отождествления самости с этим уровнем сознания.1 Именно таким выглядит мир с точки зрения данного конкретного уровня Великого Спектра.

Многие из этих стадий — такие, как моральные представления, самоотождествление, потребности самости — перечислены в таблицах 4а-в и 5а-в. В таблицах 4а-в приведены те этапы самосознания, которые наиболее тесно связаны с самоотождествлением (эго-развитие Левинджер и психосоциальные этапы Эриксона), а в таблицах 5а-в приведены стадии моральных представлений и перспектив, или различные типы взглядов и мировоззрений, которые самость имеет на каждом из базовых уровней сознания. Именно в этом порядке мы и будем их рассматривать.



Стадии самости (Таблицы 4а-в)

К числу ранних пионеров изучения развития самости (и тех, кто оказал значительное влияние на формирование моих собственных взглядов) принадлежат Джеймс Марк Болдуин, Джон Дьюи, Г. Мид, Хайнц Вернер, Эдит Джейкобсон, Гарри Стэк Салливэн, Хайнц Хартманн, Рене Шпиц, Эрих Нейман, Эдвард Ф. Эдингер, Клэр Грейвз и Эрик Эриксон.2 Из последовавшего за ними поколения теоретиков (также повлиявших на мои взгляды) можно назвать такие имена как Джейн Левинджер, Джон Бротон, Отто Кернберг, Жак Лакан, Хайнц Кохут, Маргарет Малер, Джеймс Мастерсон, Роберт Киган и Сузанна Кук-Гройтер (мы будем обсуждать и других исследователей).

Эриксон, исходя из традиционного психоаналитического подхода, настолько углубил и расширил психоаналитические понятия, что это, фактически, помогло разрушению психоаналитического редукционизма. Его «психосоциальные стадии», идущие от рождения через юность к старости, были с симпатией восприняты не только неспециалистами, но и многими другими исследователями — он, несомненно, обнаружил нечто важное. В схеме Эриксона, которая весьма напоминает «семь возрастов человека», выделяются семь или восемь основных возрастов (или этапов) жизни человека (см. таблицу 4а). Созвучно истине, которая уже начинала вырисовываться в исследованиях Болдуина и Пиаже (и которая была ясно видна в идеях немецкого идеализма, сильно повлиявшего на них обоих), на каждом этапе развития перед человеком предстает другой мир — с другими потребностями, другими задачами, другими дилеммами, другими проблемами и патологиями. Вместо сведения всех жизненных проблем к чему-то, что пошло не так на раннем этапе жизни (или в первом возрасте) человека (биографический редукционизм), в этой схеме имеются шесть или семь других возрастов человека, ничуть не менее, а иногда и более важных. Высшие этапы в схеме Эриксона не были надличностными в полном смысле этого слова (зачастую они представляли собой горизонтальное развертывание личностного развития);3 и все же, после Эриксона больше уже нельзя было с такой легкостью сводить все значимые события жизни человека к раннему возрасту.

Клэр Грейвз был одним из первых (наряду с Болдуином, Дьюи и Маслоу), кто показал удивительную применимость схемы развития в широком спектре областей: от бизнеса до государственного управления и образования. Грейвз предложил глубокую и элегантную систему человеческого развития, которую последующие исследования лишь уточнили и подтвердили, а не опровергли. «Говоря вкратце, я полагаю, что психология зрелого человека представляет собой развертывающийся, творческий, возвратно-поступательный и спиральный процесс, этапы которого отмечены все большим подчинением старых систем поведения более низкого порядка новым системам более высокого порядка по мере того как меняются экзистенциональные проблемы человека. Каждый последующий этап, волна или уровень экзистенции — это состояние, через которое люди проходят на своем пути к другим состояниям бытия. Когда человек сосредоточен в одном состоянии экзистенции», — то есть, когда центр тяжести самости находится вблизи данного уровня сознания, — «его психология специфична для этого состояния. Его чувства, мотивации, этика и система ценностей, биохимия, степень активации нервной системы, система научения, системы убеждений, понятие душевного здоровья, представления о том, что такое душевная болезнь и как ее следует лечить, концепции и предпочтения в сфере менеджмента, образования, экономики и политической теории и практики — все они соответствуют этому состоянию».4

Грейвз обрисовал около семи основных «уровней или волн человеческой экзистенции»: от аутического, магического и анимистического, через социоцентрический/конвенциональный, к индивидуалистическому и интегрированному, как показано в таблице 4в. Как и многие другие западные исследователи, он не признавал существования высших (надличностных) уровней, однако внес весомый вклад в исследование до-личностной и личностной сфер.

Следует помнить о том, что практически все концепции этапов развития — от Маслоу и Джейн Левинджер до Роберта Кигена и Клэра Грейвза — основываются на больших объемах исследований и эмпирических свидетельств. Это не просто гипотезы или умозрительные теории; каждый пункт этих концепций опирается на значительное количество тщательно проверенных данных. Модели многих из упоминаемых мной теоретиков этапов развития (таких, как Пиаже, Левинджер, Маслоу и Грейвз) были проверены в странах Первого, Второго и Третьего мира (как мы видели в случае Пиаже). То же можно сказать и о модели Грейвза; на сегодняшний день она была проверена на более чем пяти тысячах индивидов во всем мире, и при этом не было найдено сколько-нибудь значимых отклонений от его схемы.5

Конечно, это вовсе не значит, что любая из этих схем описывает всё, или хотя бы большую часть всего. Все они являются, как я уже говорил, частичными фотоснимками великой Реки Жизни, и все они полезны при рассмотрения Реки по определенным углом зрения. Это не мешает другим снимкам быть столь же полезными и не означает, что эти снимки нельзя уточнить дальнейшими исследованиями. Это лишь означает, что любая психологическая модель, которая не включает в себя эти снимки, не может считаться действительно интегральной моделью.

Исследования Грейвза были продолжены, уточнены и значительно расширены Доном Беком. Книга «Спиральная динамика», написанная им в соавторстве со своим коллегой Кристофером Коуэном (они основали Национальный Центр Ценностей), является великолепным применением принципов развития вообще (тех, что предложены Грейвзом, в частности) к широкому спектру социокультурных проблем. Бек и Коуэн, отнюдь не будучи «кабинетными учеными», участвовали в дискуссиях, которые положили конец системе апартеида в Южной Африке (а затем, используя те же принципы развития, разработали «стратегию сердец и умов» для сборной команды Южной Африки по регби, которая в 1995 году выиграла Кубок Мира). Принципы Спиральной динамики оказались весьма плодотворными для реорганизации бизнеса, возрождения маленьких городков, совершенствования систем образования и снижения напряженности в городских гетто. Бек и Коуэн достигли такого необычайного успеха, потому что смогли привнести в мир, потерявшийся в плюралистическом релятивизме, ясность — и реальность — динамической теории развития.

Ситуация в Южной Африке служит великолепным примером того, почему концепция уровней развития (каждому из которых соответствуют свои собственные мировоззрение, системы ценностей и потребности) может на самом деле значительно уменьшить и даже снять социальную напряженность, а не усугубить её (как часто заявляют критики). С точки зрения Спиральной динамики процесс развития проходит через восемь «матриц ценностей» или глубинных структур: инстинктивную (уроборическую), анимистически-каббалистскую (тифоническую-магическую), богов силы (магически-мифическую), абсолютистско-религиозную (мифическую), индивидуалистическую-достигающую (рационально-эгоическую), релятивисткую (раннюю зрительно-логическую), систематически-интегративную (среднюю зрительно-логическую) и глобально-холистическую (позднюю зрительно-логическую), как показано в таблице 4б. Это не жестко зафиксированные уровни, а текучие волны, которые в значительной степени перекрываются и переплетаются друг с другом, в результате образуя сеть или динамическую спираль развертывания сознания.

Типичный благонамеренный либеральный подход к разрешению социальной напряженности состоит в том, чтобы считать все ценности равными, а затем постараться добиться выравнивания или перераспределения ресурсов (денег, прав, имущества, земли), оставляя ценности нетронутыми. Типичный консервативный подход сводится к навязыванию своих конкретных ценностей всем остальным людям. Подход с позиции развития исходит из понимания того, что существуют многие различные ценности и мировоззрения; что некоторые из них более сложны, чем другие; что многие проблемы одного этапа развития можно разрешить лишь путем эволюции на более высокий уровень и что окончательно достичь социальной справедливости можно лишь признавая эту эволюцию и способствуя ей. Более того, если мы признаем, что все эти «матрицы ценностей» потенциально доступны каждому индивиду, становится понятно, что причины социальной напряженности связаны не с цветом кожи, экономическим положением или политическим влиянием, а с типом мировоззрения, исходя из которого действует человек, группа людей, клан, племя, деловой мир, правительство или страна. Как говорит Бек: «Суть не в типах людей, а типах (мировоззрения. — Ред.) у людей». Это устраняет из рассмотрения цвет кожи и позволяет сосредоточиться на подлинно основополагающих факторах (связанных с развитием ценностях и мировоззрениях), порождающих социальную напряженность, и именно это смогло помочь разрушению апартеида в Южной Африке.6

(Мы еще вернемся к Беку в конце этой главы и рассмотрим несколько захватывающих примеров, так что если сами эти разделы о развитии самости кажутся сухими и абстрактными, можно надеяться, что их оживят многочисленные примеры и приложения).

Впечатляющая работа Джейн Левинджер была сосредоточена на развитии эго (см. таблицу 4а); она способствовала формированию точных представлений в этой области и вызвала взрыв дальнейших исследований развития. Левинджер обнаружила, что развитие эго (непосредственной самости) проходит примерно через десять четко различимых этапов, названия которых хорошо передают их содержание: аутический, симбиотический, импульсивный, самозащитный, конформистский, сознательно-конформистский, совестливый, индивидуалистический, автономный и интегрированный. На настоящий момент ее исследования были воспроизведены в нескольких различных культурах и продолжают получать самую широкую поддержку. Сюзанна Кук-Гройтер уточнила и расширила исследования Левинджер, и сформулировала собственную оригинальную и важную модель развития самости (см. таблицу 4в).7

Работы Роберта Кигана в области психологии развития (см. таблицу 4в), судя по всему, заслужили всеобщее признание (к которому присоединяюсь и я). Его обсуждение широкого спектра проблем развития отличается проницательностью, точностью, чуткостью и неподдельной заинтересованностью. На мой взгляд, подход Кигана особенно важен, поскольку он так четко объясняет природу включения (отождествления) и дистанцирования (превос-хождения), которыми отмечена каждая основная волна развития самости. Его книги «Эволюционирующая самость» и «Расти над собой»* показывают, почему так важен подход с позиции развития (и почему идеи Кигана так всем нравятся).

Хуан Паскуаль-Леоне привносит в исследования психологии развития так необходимую им европейскую (герменевтическую, феноменологическую, диалектическую) ориентацию, соединяя работы Пиаже, Ясперса, Гуссерля, Шелера, Мерло-Понти и Хайдеггера (повлиявшего и на формирование моих взглядов) — а также свои чрезвычайно оригинальные формулировки — в убедительную систему динамической диалектики (см. таблицы 3б и4б).8

Я полагаю, что исследования Джона Бротона также имеют огромное значение, особенно в части описания стадий развития самости и ее эпистемологии (см. таблицу 4а). Вслед за Джеймсом Марком Болдуином, Бротон не только проделал ряд важных исследований, но и предложил несколько очень нужных теоретических обобщений, уравновешивающих узость традиции Пиаже.9

В числе исследователей, которые прослеживают процесс развития до надличностных сфер, можно назвать Рудольфа Штайнера (см. таблицу 4б), Майкла Уошберна (Washburn) (см. таблцу 4а) и Дженни Уэйд (Wade) (см. таблцу 4а); уровни Стэна Грофа показаны в таблице 2а.10 Штайнер (1861—1925) был выдающимся первопроходцем (во время «периода зарождения психологии», связанного с именами Фехнера, Юнга, Джеймса и многих других) и одним из самых разносторонних визионеров в психологии и философии своего времени. Он основал антропософию и был автором более двух сотен книг по практически всем возможным вопросам.11 Майкл Уошберн представил очень чистую версию романтического взгляда на высшее развитие как повторное обретение ранее утраченных потенциальных возможностей; а Дженни Уэйд, которая является одним из наиболее компетентных представителей психологии развития нашего времени, дала превосходный обзор развертывания восьми основных волн сознания, охватывающих весь его спектр.

И снова, хотя между этими теоретиками стадий развития существует много различий, нельзя не заметить и многие глубокие аналогии. Сами названия, которые эти исследователи давали стадиям развития, говорят сами за себя. Вот какую картину можно нарисовать, используя только терминологию теоретиков, перечисленных в таблицах 4а-в: Сознание начинает свое развитие, будучи, по большей части, замкнутым на себя (аутичным) и не отделяющим себя от материального мира. Затем оно дифференцирует свою телесную самость от материального окружения и проявляется как инстинктивная, импульсивная самость, все еще магически и анимистически связанная с окружающей средой и все еще борющаяся за эгоцентрическое владычество над ней. Когда начинает возникать концептуальный ум, он дифференцируется от тела и, таким образом, самость добавляет к своим чувственным способностям все больше ментальных способностей и, значит, начинает переходить от нарциссической позиции первого лица, сосредоточенной на безопасности/уверенности/власти на более широкие межличностные, групповые и социальные орбиты.

По мере того как появляются нормативное мышление и способность ставить себя на место других людей, эгоцентрическое уступает месту социоцентрическому, с его поначалу конформистскими и конвенциональными ролями, мифически-абсолютистскими убеждениями и зачастую авторитарным образом действий. Дальнейший рост сознания освобождает самость от ее включенности в социоцентрические и этноцентрические модусы и открывает ее к формальному, универсальному, мироцентрическому постконвенциональному осознаванию, что соответствует чрезвычайному расширению сознания, модусы которого начинают становиться подлинно глобальными.

Эта постконвенциональная позиция углубляется в ходе постформального развития, которое, по единодушному мнению большинства исследователей, проходит через релятивистический индивидуализм (в котором вера в плюрализм тяготеет к изолированному гипериндивидуализму) к глобальному холизму (который переходит от плюрализма к универсальной интеграции), так что личное «Я» становится в большей степени подлинно интегрированной, автономной самостью. Я называю это кентавром. «Кентавр» — это термин, которым Эриксон обозначал состояние зрелой интеграции ума-и-тела, где «человеческий ум» и «животное тело» составляют гармоническое единство. Мы можем сказать, что это самая высшая из личностных областей, за пределами которой находятся более надличностные стадии развития.

Если сознание продолжает двигаться по эволюционной спирали развития за пределы кентавра, оно может устойчиво входить в надличностные, пост-постконвенциональные сферы (психическую, тонкую, каузальную и недвойственную). К числу немногих современных западных ученых, которые изучали эти высшие уровни, принадлежат Иоганн Фихте, Фридрих Шеллинг, Георг Гегель, Артур Шопенгауэр, Анри Бергсон, Фридрих Ницше, Карл Юнг, Мартин Хайдеггер, Карл Ясперс, Эдмунд Гуссерль, Густав Фехнер, Генри Джеймс мл., Ральф Уолдо Эмерсон, Рудольф Штайнер, Владимир Соловьев, Йосайя Ройс, Анни Безант, Фредерик Майерс, Николай Бердяев, Олдос Хаксли, Эрих Фромм, Роберто Асаджиоли, Джеймс Марк Болдуин, Уильям Джеймс и Абрахам Маслоу.12

Моральные нормы и точки зрения
(Таблицы 5а-в)

Каждый раз когда центр тяжести самости отождествляется с новой и более высокой базовой волной в развертывании Великого Гнезда, она обретает не только новое ощущение самотождественности, но и новое и более высокое мировоззрение, с более широким и более всесторонним набором моральных представлений и точек зрения, многие из которых перечислены в таблицах 5а-в.

Ведущую роль в этой области сыграл Лоренс Кольберг (см. таблицу 5а), чьи работы, основывающиеся на исследованиях Болдуина, Дьюи и Пиаже, показали, что моральное развитие проходит через шесть или семь стадий (от доконвенционального к конвенциональному, постконвенциональному и пост-постконвенциональному). Индивид начинает свое развитие, будучи аморальным и эгоцентричным (правильно «то, чего я хочу»), переходит к социоцентризму (правильно «то, чего хочет группа, племя, страна») и затем переходит к постконвенциональной стадии (то, что справедливо для всех людей, независимо от расы, цвета кожи и вероисповедания). Высший (седьмой) этап морального развития в концепции Кольберга — «универсально-духовный» (пост-постконвенциональный).

Дейдра Кремер (см. таблицу 5а), дала убедительный обзор развития мировоззрений (от до-формального к формальному, плюралистическому и интегральному). Китченер и Кинг сделали важную и влиятельную работу по развитию рефлективного суждению (от репрезентации к релятивизму и к синтезу; см. таблицу 5а). Работа Уильяма Перри, посвященная социальным точкам зрения, которые развиваются от жестко дуалистических к релятивистски-плюралистичным и далее к идейно-синтетическим (таблица 5а), была с одобрением встречена другими исследователями и особенно высоко оценена студентами колледжей, поскольку она с чрезвычайным вниманием и тактом описывает их тревожное развитие. Исследования ролевого отождествления, проведенные Робертом Селманом, прояснили важнейшие аспекты развития самости и ее межличностных способностей (таблица 5в). Кэрол Джиллиген (см. таблицу 5в) описала иерархию морального развития у женщин (от «эгоизма» к «заботе» и «универсальной заботе»; это еще один вариант развития от эгоцентризма к социоцентризму и мироцентризму). Работа Джиллиген оказала огромное влияние на массовую культуру именно потому, что была ей неправильно понята (как подразумевающая, что только мужчины проходят через иерархические стадии развития; идея о том, что женское развитие не является иерархическим, стало одним из самых влиятельных культурных мифов последних двух десятилетий). Уровни действия-исследования, описанные Торбертом, оказались особенно полезными в бизнесе (см. таблицу 5а). Работа Бланшара-Филдса предлагает значимый обзор эволюции точек зрения от эгоцентрических к множественным и интегративным (см. таблицу 5а). Моральные позиции, описанные Джоном Ролзом, образуют восходящую иерархию (см. таблицу 5в), так же, как стадии Блага по Черил Армон (см. таблицу 5б) и структуры моральных характеров в важной работе Хоуи (см. таблицу 5в).13

Другими словами, все эти теории разделяют общий взгляд на моральные позиции и точки зрения, считая, что они развиваются от доконвенциональных к конвенциональным и постконвенциональным (и пост-постконвенциональным) — это еще один довод в пользу существования Великого Гнезда и его зачастую универсальных потоков.14 Тем не менее, следует подчеркнуть, что эти различные потоки развития самосознания все равно остаются относительно независимыми. Например, результаты исследований продолжают наводить на мысль, что когнитивное развитие является необходимым, но не достаточным для межличностного развития, которое необходимо, но не достаточно для развития представлений о Благе.15 Это еще раз подчеркивает тот факт, что хотя большинство индивидуальных линий развития претерпевают последовательное холархическое развертывание, для общего развития это не характерно.

Возражения

Одно из критических замечаний, постоянно выдвигаемых сторонниками плюралистистического релятивизма, сводится к тому, что любым концепциям этапов развития — например, предложенным Кольбергом или Левинджер — присущи евроцентризм и тенденция к маргинализации и дискриминации по половому признаку. Это важные обвинения, однако в течение последних полутора десятилетий эти критические замечания были тщательно расследованы и, по большей части, оказались необоснованными. Так, например, утверждалось, что концепция этапов морального развития Кольберга предвзято относится к женщинам. «В данный момент мало что подтверждает точку зрения, будто теория Кольберга предвзято подходит к женщинам», говорится в весьма уважаемом учебнике «Личное и социальное развитие». «Равно как и нет убедительных доказательств того, что женщины проходят иной путь морального развития, нежели мужчины, и в большей степени акцентируют мораль заботы. В действительности, существуют доказательства обратного: рассуждая о моральных дилеммах реальной жизни, с которыми они сталкиваются, и мужчины и женщины касаются вопросов сострадания и межличностной ответственности не реже или даже чаще, чем вопросов закона, справедливости и индивидуальных прав» (курсив оригинала). Короче, «Исследования так и не смогли доказать, что теория Кольберга предвзято подходит к женщинам».16

Ну а как насчет того упрека, что исследования Кольберга касаются, главным образом, Европы и страдают западным предубеждением, которое маргинализирует другие культуры? «Аналогичные результаты дали исследования, проведенные в Мексике, на Багамских островах, на Тайване, в Индонезии, Турции, Гондурасе, Индии, Нигерии и Кении... Поэтому представляется, что описанные Кольбергом уровни и этапы морального развития представляют собой «универсальные» структуры... [и] эти моральные этапы действительно образуют инвариантную последовательность».17 Еще один исследователь так резюмирует имеющиеся свидетельства: «Всесторонний обзор межкультурных исследований приводит к мысли, что теория и метод Кольберга культурно-беспристрастны и действительно отражают моральные проблемы, нормы и ценности, актуальные для других культур. Более того, эти данные подтверждают критерии развития, подразумеваемые его стадийной моделью, [оказывая] впечатляющую поддержку его теории развития и ее нерелятивистской позиции...».18

Я бы сказал, что теории этапов, подобные той, что выдвинул Кольберг, продемонстрировали свою нерелятивистскую позицию именно потому, что эти этапы проходят по волнам нерелятивистской Великой Холархии — от доконвенциональной к конвенциональной волне, постконвенциональной и пост-постконвенциональной волнам. Эти волны текут в морфогенетическом поле и пространстве развития, простирающемся от неживой материи до сверхсознательного духа, в то же время на каждом этапе оставаясь полностью обоснованными в том Духе, который представляет собой сущность и таковость всего бытия.





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...