Главная Обратная связь

Дисциплины:






Профессор зельеделия 1 страница



 

– Вон, гляди!

– Где?

– Рядом с тем высоким парнем, рыжим.

– В очках?

– Видели его лицо?

– Видели шрам?

Шушуканье преследовало Гарри с того самого момента, как он вышел из спальни на следующее после банкета утро. Дети, выстроившиеся в линейку перед входом в свои классы, вставали на цыпочки, чтобы получше рассмотреть его, или перебегали в конец очереди, чтобы еще раз пройти мимо него. От такого внимания Гарри чувствовал себя очень неловко. Он старался сосредоточиться на том, чтобы найти дорогу в свой класс.

В «Хогварце» было сто сорок две лестницы: одни широкие и пологие; другие узкие и скрипучие; третьи вели куда-то не туда по пятницам; четвертые – с исчезающей ступенькой где-то посередине, которую надо было не забыть перепрыгнуть. Еще были двери, которые не открывались, пока их вежливо не попросишь или не пощекочешь в нужном месте, или двери, которые на самом деле были вовсе не двери, а самые обычные стены, которые просто очень хорошо притворялись. Кроме того, было очень сложно запомнить, что где находится, потому что всё непрерывно перемещалось с места на место. Люди на портретах постоянно ходили друг к другу в гости, а рыцарские доспехи, Гарри был абсолютно в этом уверен, обладали способностью самостоятельно двигаться.

Привидения тоже очень мешали жить. Невозможно не испугаться, когда кто-то выплывает прямо на тебя сквозь дверь, которую ты пытаешься открыть. Почти Безголовый Ник был крайне любезен с гриффиндорцами-новичками и всегда помогал найти дорогу, а вот полтергейст Дрюзг, если встретить его, когда опаздываешь на урок, осложнял жизнь побольше, чем две заговоренные двери плюс лестница с секретом, вместе взятые. Он мог нахлобучить тебе на голову корзинку для мусора, вытащить ковер из-под ног, забросать мелом или незаметно проскользнуть под тобой и схватить за нос с криком: «ну и шнобель!».

Хуже Дрюзга – конечно, если такое вообще возможно – был смотритель Аргус Филч. Гарри с Роном умудрились попасться ему в лапы в первое же утро. Филч схватил их при попытке пройти в дверь, которая, по неудачному совпадению, вела в запретный коридор на третьем этаже. Филч не поверил, что ребята потерялись, решил, что они нарочно хотели пробраться туда, куда нельзя, и грозил бросить их в подземелье, но тут, к счастью, мимо проходил профессор Белка, который их и выручил.

У Филча была кошка по имени миссис Норрис, костлявое создание цвета пыли с выпученными глазами-фонарями, такими же, как у самого Филча. Кошка самостоятельно патрулировала коридоры. Стоило чуточку нарушить правила, буквально на миллиметр преступить запретную черту, и она тут же, таинственным образом исчезая, бросалась звать Филча, который являлся через секунду, пыхтя и сопя. Филч лучше чем кто-либо другой (за исключением разве что двойняшек Уэсли) разбирался в школьных секретных переходах и мог не хуже призрака выскочить из-под земли. Ученики дружно ненавидели его, а розовой мечтой многих детей было дернуть за хвост миссис Норрис.



Но если бы самой большой трудностью было найти дорогу до кабинета! Как бы не так! А сами занятия? Гарри очень скоро понял, что колдовство – это не просто размахивание волшебной палочкой и бормотание непонятных слов.

Каждую среду, в полночь, дети должны были, глядя в телескоп, изучать ночное небо, зазубривать названия звезд и траектории движения планет. Три раза в неделю они отправлялись в теплицу на заднем дворе изучать гербологию под руководством профессора Спаржеллы, приземистой кряжистой ведьмы, которая учила, как обращаться с незнакомыми травами и грибами и для чего их можно использовать.

Самым скучным уроком была история магии, единственный предмет, который преподавал призрак. Профессор Биннз был очень-очень стар и однажды заснул перед камином в учительской – а на следующее утро пришел на урок уже без тела. Биннз бубнил и бубнил, а дети машинально записывали имена и даты, путая Эмерика Злющего с Умериком Пьющим.

Профессор Флитвик, преподаватель заклинаний, был такой крошечный, что ему приходилось стоять на стопке книг, для того, чтобы ученикам было видно его из-за кафедры. На первом занятии во время переклички он, прочитав фамилию Гарри, издал восторженный крик и свалился под стол.

Профессор МакГонаголл, как и все остальные учителя в школе, обладала своей, ярко выраженной индивидуальностью. Гарри был прав, когда подумал, что она не тот человек, которому можно безнаказанно перечить. Строгая и умная, она задала тон отношений на первом же занятии, едва только детям позволено было сесть.

– Превращения – самый сложный и опасный вид колдовства, который вы будете изучать в «Хогварце», - сказала она. – Те, кто будет валять дурака у меня на занятиях, покинут класс навсегда. Это первое и последнее предупреждение.

Потом она превратила стол в свинью и обратно. Дети были в восхищении и не могли дождаться, когда и им будет позволено проделать нечто подобное, но вскоре осознали, что до превращения мебели в животных им еще очень и очень далеко. После того, как они долго писали в тетрадку сложные формулы, каждому была выдана спичка, которую следовало превратить в иголку. К концу урока одна только Гермиона Грэнжер смогла хоть сколько-нибудь поменять вид спички; профессор МакГонаголл показала всему классу, что спичка стала вся серебряная и острая на конце, и даже одарила Гермиону улыбкой, хотя вообще улыбалась крайне редко.

Все с нетерпением ожидали первого урока по защите от сил зла, но оказалось, что занятия у профессора Белки – просто какая-то пародия. В классе сильно пахло чесноком; как говорили, чеснок использовался профессором Белкой для отпугивания вампира, который когда-то напал на него в Румынии и который, по опасению профессора, однажды непременно должен был вернуться. Тюрбан, объяснил он ученикам, был подарен ему одним африканским принцем в знак благодарности за избавление от хулиганствующего зомби, но дети не очень поверили этой истории. Во-первых, когда любопытный Симус Финниган попросил рассказать подробнее про борьбу с зомби, профессор Белка покраснел и заговорил о погоде; во-вторых, от тюрбана исходил сильный и странный запах – двойняшки Уэсли утверждали, что тюрбан тоже набит чесноком, чтобы защищать профессора Белку везде, куда бы тот ни пошел.

Гарри вздохнул с облегчением, когда понял, что не так уж отстает от всех остальных. Многие дети были из семей муглов и, так же, как он сам, до поры до времени не подозревали, что являются колдунами и ведьмами. А учить приходилось так много, что даже ребята вроде Рона имели не слишком много форы.

В пятницу у Гарри с Роном был особый день: они наконец-то смогли добраться к завтраку в Большой Зал, ни разу не потерявшись по дороге.

– Что у нас сегодня? – спросил Гарри у Рона, посыпая овсянку сахаром.

– Первые две пары – зелья, вместе со слизеринцами. – ответил Рон. – Злей ведь завуч в «Слизерине». Говорят, он во всем отдает им предпочтение – увидим, правда ли это.

– Хорошо бы тогда МакГонаголл отдавала предпочтение нам, - сказал Гарри. Профессор МакГонаголл была завучем колледжа « Гриффиндор», но это отнюдь не помешало ей на вчерашнем занятии по уши загрузить «своих» домашней работой.

В это время прибыла почта. Сейчас Гарри уже привык, но в первое утро прямо оторопел, когда в Большой Зал во время завтрака влетела добрая сотня сов и закружила над столами в поисках хозяев, а потом стала сбрасывать письма и посылки им на колени.

До сих пор Хедвига ничего не приносила Гарри. Она иногда подлетала пощипать его за уши или поклевать крошек, прежде чем отправиться отдыхать в совяльню вместе с остальными птицами. Этим утром, однако, она приземлилась между вазочкой с джемом и сахарницей и бросила записку Гарри на тарелку. Гарри немедленно вскрыл послание. Очень неаккуратным почерком в там было написано:

 

Дорогой Гарри,

В пятницу во второй половине дня ты свободен, не хочешь ли попить со мной чайку, часа в три? Хочу услышать от тебя про первую неделю в школе. Пошли ответ с Хедвигой.

Огрид

 

Гарри одолжил у Рона перо, нацарапал «Конечно, хочу, увидимся» на обратной стороне листка и отослал Хедвигу.

Чаепитие с Огридом пришлось очень кстати, теперь Гарри ждало впереди что-то хорошее, иначе урок зельеделия оказался бы для него еще более тяжким испытанием. До сих пор за все время учебы с Гарри не случалось ничего более неприятного.

На банкете в честь начала учебного года Гарри показалось, что профессору Злею он не понравился. К концу первого урока зельеделия он понял, что был не прав. Он не просто не понравился профессору – тот прямо-таки возненавидел его.

Занятия по зельеделию проводились в одном из подземелий замка. Там было гораздо холоднее, чем наверху, и мурашки бегали бы по телу в любом случае, даже если бы по полкам не были расставлены многочисленные банки с заспиртованными животными.

Злей, как и Флитвик, начал урок с переклички и, подобно Флитвику, сделал паузу на фамилии Гарри.

– Ах, да, - сказал он тихо, - Гарри Поттер. Наша новая… знаменитость.

Драко Малфой и его дружки Краббе и Гойл похихикали в ладошки. Злей закончил перекличку и оглядел класс. В глазах, таких же черных, как и у Огрида, не было и следа доброты, свойственной привратнику. Это были пустые и холодные глаза, наводившие на мысль о темных туннелях.

– Вы пришли сюда, чтобы изучать точную науку и тонкое искусство приготовления волшебных снадобий, - начал он. Он говорил почти шепотом, но ученики ловили каждое его слово – как и профессор МакГонаголл, Злей владел искусством без малейших усилий удерживать внимание класса. – Поскольку здесь нет ничего от глупого размахивания палочками, то многие из вас с трудом поверят, что это можно назвать магией. Я и не жду, что вы сумеете по достоинству оценить волшебную красоту тихо кипящего котла и мерцающих над ним испарений, деликатную силу жидкостей, прокрадывающихся по человеческим венам, околдовывающих ум, порабощающих чувства… Я могу научить вас разливать по бутылям славу, настаивать храбрость, готовить живую воду… если только вы не такие же непроходимые тупицы, как те, кого мне обычно приходится учить.

За этой непродолжительной речью последовало долгое молчание. Гарри с Роном обменялись удивленными взглядами. Гермиона Грэнжер ерзала на краешке стула, готовая в любую секунду начать доказывать, что она не тупица.

– Поттер! – вдруг вызвал Злей. – Что получится, если насыпать толченный корень златоцветника в настойку полыни?

Толченный корень чего в настойку чего? Гарри оглянулся на Рона. У того на лице застыло ничуть не менее ошарашенное выражение, чем у самого Гарри, зато рука Гермионы так и выстрелила в воздух.

– Я не знаю, сэр, - ответил Гарри.

Губы Злея искривились в усмешке.

– Тц-тц… да, одной славы явно недостаточно.

На поднятую руку Гермионы он не обратил никакого внимания.

– Попробуем еще. Поттер, где бы вы стали искать, если бы я попросил вас принести мне безоаровый камень?

Гермиона вытянула руку насколько было возможно без того, чтобы встать со стула. А Гарри не имел ни малейшего представления о безоаровом камне. Он старался не смотреть в сторону Малфоя, Краббе и Гойла, сотрясавшихся от хохота.

– Не знаю, сэр.

– Полагаю, до школы вы не заглядывали в книги, верно, Поттер?

Гарри заставил себя не отводить взгляд от этих холодных глаз. Он заглядывал в книги до школы, но неужели Злей считает, что он обязан помнить все, что написано в «Тысяче волшебных трав и грибов»?

Злей по-прежнему не обращал внимания на подпрыгивающую руку Гермионы.

– В чем разница, Поттер, между синим башмачком и синим борцем?

Гермиона встала, вытягивая руку так, будто пыталась достать до потолка.

– Я не знаю, - стараясь сохранять спокойствие, ответил Гарри, - по-моему, Гермиона знает, почему бы вам не спросить ее?

Раздались смешки; Гарри встретился глазами с Симусом, и тот подмигнул. Злей, однако, был недоволен.

– Сядьте, - рявкнул он Гермионе. – К вашему сведению, Поттер, златоцветник с полынью образуют снотворное зелье такой силы, что оно получило название «глоток живой смерти». Безоаровый камень извлекается из желудка козла и может спасти от большинства ядов. Что же касается синего башмачка и синего борца, то это одно и то же растение, известное также под названием аконит. Ну, в чем дело? Почему никто не записывает?

Раздался лихорадочный шелест пергамента и скрип перьев. В этом шуме Злей произнес тихим голосом:

– С колледжа «Гриффиндор» по вашей милости снимается один балл, Поттер.

По мере того, как урок продолжался, положение «Гриффиндора» не улучшилось. Злей разбил класс на пары и велел всем смешивать несложное зелье для лечения ожогов. Он стремительно расхаживал по классу в своем длинном черном платье, наблюдая, как дети взвешивают сушеную крапиву и толченые змеиные зубы, и критиковал всех и каждого за исключением Малфоя, который, кажется, понравился ему с первого взгляда. Злей как раз призывал всех посмотреть, как идеально Малфой выварил рогатую улитку, когда вдруг откуда-то повалили клубы зеленого едкого дыма, и по всему подземелью разнеслось громкое шипение. Невилль непонятным образом умудрился расплавить котел Симуса, и теперь зелье, которое они вдвоем готовили, неостановимо лилось на каменный пол, прожигая дырки в ботинках стоявших рядом ребят. В считанные секунды все повскакали на стулья. Невилль, которого обдало зельем, стонал от боли, а по его рукам и ногам быстро распространялись страшные красные ожоги.

– Чертов идиот! – заорал Злей, убирая разлитую жидкость мановением волшебной палочки. – Видимо, вы положили иглы дикобраза до того, как снять котел с огня?

Невилль всхлипывал – ожоги уже добрались до его носа.

– Отведите его в медпункт, - резко приказал Злей Симусу. И тут же обрушил гнев на Гарри и Рона, работавших рядом с Невиллем.

– Вы, Поттер – почему вы не остановили его? Думали, как хорошо будете выглядеть сами на его фоне? «Гриффиндор» вряд ли скажет вам спасибо – вы потеряли еще один балл.

Это было так несправедливо! Гарри открыл рот, намереваясь отстаивать свои права, но Рон пнул его под прикрытием котла.

– Не спорь с ним, - прошептал он, - говорят, Злей бывает просто ужасен.

Когда через час они карабкались из подземелья вверх по ступенькам, Гарри был страшно подавлен и все время лихорадочно обдумывал случившееся. Из-за него в первую же неделю «Гриффиндор» потерял два балла – за что Злей так сильно его ненавидит?

– Не расстраивайся, - утешал его Рон. – Фреда и Джорджа Злей тоже всегда наказывает и вычитает баллы. А можно, я пойду с тобой к Огриду?

Без пяти три они вышли из замка и отправились через двор на опушку Запретного леса, где стоял домик Огрида. Над входной дверью висели арбалет и две галоши.

Гарри постучал. Изнутри донеслось отчаянное царапанье и гулкий вой. Потом раздался голос Огрида, приговаривавший: «назад, Клык, назад».

В чуть приоткрывшемся дверном проеме появилось большое волосатое лицо Огрида.

– Погодите, - сказал он. – Назад, Клык.

Он впустил ребят, с огромными усилиями удерживая за ошейник здоровенного черного немецкого дога.

В избушке была всего одна комната. С потолка свисали окорока и фазаны, на открытом огне кипел медный чайник, а в углу стояла массивная кровать, покрытая лоскутным одеялом.

– Будьте как дома, - пригласил Огрид, отпуская Клыка. Пес тут же набросился на Рона и стал облизывать ему уши. Как и сам Огрид, Клык был вовсе не таким свирепым, каким казался.

– Это Рон, - сказал Гарри Огриду, который наливал кипяток в большой заварочный чайник и выкладывал на тарелку каменно-черствые булочки.

– Очередной Уэсли, так? – спросил Огрид, глянув на веснушки Рона. – Полжизни убил, гоняя твоих братишек из лесу.

Каменные булочки при ближайшем рассмотрении оказались бесформенными плюшками с изюмом, о которые можно было сломать зубы, но Гарри с Роном притворились, будто они в восторге от угощения и рассказали Огриду о своих первых впечатлениях. Клык положил голову Гарри на колени и обслюнявил ему мантию.

Рон с Гарри с восторгом услышали, что Огрид обозвал Филча «старым дураком».

– А эта его кошка, миссис Норрис, вот бы Клыка с ней познакомить. Знаете, что, когда я захожу в школу, она повсюду за мной таскается? Не отделаешься – это Филч ей так велит.

Гарри рассказал Огриду о том, что случилось на уроке у Злея. Огрид, так же как и Рон, сказал, что Гарри не должен беспокоиться, ведь Злею практически никто из учеников не нравится.

– Но меня он прямо-таки ненавидит!

– Ерунда, - не поверил Огрид. – С какой стати?

И все же Гарри показалось, что Огрид при этих словах отвел глаза.

– А что поделывает твой братец Чарли? – спросил Огрид у Рона. – Хороший парень – животных любит.

Интересно, он нарочно сменил тему, подумал Гарри. Пока Рон рассказывал Огриду, как Чарли работает с драконами, Гарри взял со стола кусок газетной бумаги. Это оказалась вырезка из «Прорицательской газеты»:

 

ПОПЫТКА ВЗЛОМА В БАНКЕ «ГРИНГОТТС»

Продолжается расследование попытки взлома в банке «Гринготтс», предпринятой 31 июля, как полагают, неизвестными черными колдунами или ведьмами.

Гоблины – работники банка утверждают, что ничего не было похищено. Взломщики пытались проникнуть в ячейку, которая была освобождена в установленном порядке немногим ранее в тот же день.

«Однако, мы не намерены доводить до сведения широкой общественности, что именно содержалось в данной ячейке, поэтому советуем всем держаться подальше от этого дела, если вы не хотите попасть в неприятную историю», – заявил сегодня днем гоблин по связям с общественностью.

 

Гарри вспомнил: в поезде Рон уже говорил, что кто-то пытался ограбить «Гринготтс», но не сказал, когда именно это случилось.

– Огрид! – воскликнул Гарри. – Этот взлом в «Гринготтсе» случился в мой день рождения! Может быть, это происходило как раз тогда, когда мы там были!

На этот раз не оставалось сомнений – Огрид спрятал глаза. Он чертыхнулся и предложил Гарри еще булочку. Гарри перечитал статью. В ячейке, которая была освобождена в установленном порядке немногим ранее в тот же день. Огрид освободил ячейку номер семьсот тринадцать, если, конечно, это можно назвать «освобождением», то, что он забрал оттуда маленький мятый пакетик. Было ли это то самое, за чем охотились воры?

Когда Гарри с Роном шли обратно в замок на ужин, с карманами, отвисшими под тяжестью каменных плюшек, от которых они не решились отказаться, Гарри подумал, что пока еще ни один урок не вызывал у него столько разных мыслей, как это чаепитие с Огридом. Значит, Огрид забрал пакетик как раз вовремя? Где же теперь этот пакетик? И знает ли Огрид что-то такое про Злея, о чем не хочет говорить?

 

 

Глава девятая

Полуночная дуэль

 

Раньше Гарри ни за что бы не поверил, если бы ему сказали, что он встретит мальчика, которого будет ненавидеть больше, чем ненавидел Дудли – но это было до встречи с Драко Малфоем. К счастью, со слизеринцами первоклассники «Гриффиндора» встречались только на зельеделии, так что им не так уж часто приходилось видеть Малфоя. По крайней мере, так было до тех пор, пока в общей гостиной «Гриффиндора» не повесили объявление, прочитав которое, все дружно застонали. Летные занятия начинались в четверг – и «Гриффиндор» должен был учиться вместе со «Слизерином».

– Нормально, - с мрачной иронией произнес Гарри, - именно этого мне и не хватало. Выставиться перед Малфоем придурком на метле.

А он так ждал, так хотел начать учиться летать!

– Почему обязательно придурком, - успокоительно сказал Рон. – Конечно, Малфой вечно хвастается, как он замечательно играет в квидиш, но я готов поспорить, что это все трепотня.

Малфой и правда все время говорил о полетах. Он громко сетовал по поводу того, что первоклассников не принимают в команды по квидишу и рассказывал длинные, красочные истории, всегда кончавшиеся одинаково, тем, как он чуть было не сбил вертолет с муглами. Впрочем, Малфой был в этом не одинок: судя по рассказам Симуса Финнигана, последний провел детство в воздухе, летая на метле над деревней. Даже Рон был всегда готов поведать любому, кто соглашался слушать, о том случае, когда он, на старой метле Чарли, чудом избежал столкновения с дельтапланом. Все дети из колдовских семей постоянно разговаривали о квидише. Рон даже чуть не подрался с Дином Томасом, который жил с ними в одной комнате, из-за футбола. Рон был не в состоянии понять, что это за игра такая, с одним мячом, где даже нельзя летать. Гарри застал Рона за тем, что тот тыкал пальцем в висящий над постелью Дина плакат с изображением вестхэмской футбольной команды и пытался заставить игроков двигаться.

Невилль еще ни разу не летал, бабушка его и близко не подпускала к метлам. Про себя, Гарри считал, что у нее были для этого все основания, Невилль умудрялся попадать в истории, даже стоя обеими ногами на земле.

Гермиона Грэнжер волновалась из-за полетов не меньше Невилля, потому что летать нельзя научиться по книгам – не то чтобы она не пробовала. В четверг за завтраком она чуть было всех не уморила различными летными советами, почерпнутыми ею из библиотечной книги «Квидиш сквозь века». Невилль впитывал каждое слово, в отчаянии надеясь, что впоследствии это поможет ему удержаться на метле, но зато все остальные вздохнули с облегчением, когда лекция Гермионы оказалась прервана прибытием почты.

После записки от Огрида письма для Гарри больше не приходили, и Малфой, разумеется, быстро это заметил. Принадлежавший Малфою орлиный филин ежедневно приносил коробки с конфетами, которые Драко жадно вскрывал за слизеринским столом.

Амбарная сова принесла Невиллю посылку от бабушки. Он радостно вскрыл ее и достал довольно большой стеклянный шар, наполненный, по виду, белым дымом.

– Это Вспомнивсёль! – обрадованно объявил Невилль. – Бабушка знает, что я вечно все забываю – а эта штука напоминает, если ты что-то забыл сделать. Смотрите – если взять его в руки покрепче, а он покраснеет… Ой! – Его лицо омрачилось, потому что Вспомнивсёль сразу же побагровел, - Если ты что-то забыл…

Пока Невилль старался вспомнить, что же он забыл, Драко Малфой, проходивший мимо стола «Гриффиндора», выхватил Вспомнивсёль у него из рук.

Гарри с Роном вскочили. В глубине души они давно искали повода подраться с Малфоем. К сожалению, профессор МакГонаголл, обладавшая сверхъестественной способностью предчувствовать потасовки, в мгновение ока оказалась рядом.

– В чем дело?

– Малфой взял мой Вспомнивсёль, профессор.

Ругнувшись в сторону, Малфой тут же швырнул Вспомнивсёль обратно на стол.

– Хотел посмотреть, - бросил он небрежно и, шаркая, удалился в сопровождении эскорта – Краббе и Гойла.

В три тридцать пополудни Гарри, Рон и остальные гриффиндорцы торопливо бежали вниз по ступенькам главного входа – во двор на первое в жизни летное занятие. Был ясный день, дул легкий ветерок, и трава волнами колыхалась под ногами, когда по пологому склону они спускались на гладкий, ровный газон в дальней части двора, за которым высились темные, зловеще раскачивавшиеся деревья запретного леса.

Слизеринцы уже собрались. На земле были аккуратно разложены двадцать метел. Гарри однажды слышал, как Фред и Джордж Уэсли жаловались, что школьные метлы – просто ужас, то вибрируют, если залетишь слишком высоко, а то, например, забирают влево.

Прибыла учительница, мадам Самогони, невысокая женщина с седыми волосами и ястребиными глазами.

– Ну, и чего же это мы ждем? – рявкнула она. – Встали рядом со своими метлами. Быстро!

Гарри посмотрел вниз, на доставшуюся ему метлу – видавшую виды, покрытую торчащими в разные стороны заусеницами.

– Вытяните правую руку над метлой, - приказала мадам Самогони, стоя перед построившимися в ряд учениками, - и скажите: «Встать!».

– ВСТАТЬ! – закричал нестройный хор.

У Гарри метла тут же вскочила в руку, но так было не у всех. Метла Гермионы Грэнжер перекатилась по земле в сторону, а у Невилля вообще не пошевелилась. Может быть, метлы, как лошади, чувствуют, если ты их боишься, подумал Гарри; ведь голос у Невилля дрогнул так, что стало ясно – он и думать не хочет о том, чтобы отрывать ноги от земли.

Мадам Самогони показала, как следует садиться на метлу, чтобы не соскальзывать с нее, и стала расхаживать вдоль рядов, поправляя положение рук. Гарри с Роном испытали злорадное наслаждение, когда учительница объяснила Малфою, что тот всю жизнь делал все неправильно.

– Сейчас, по свистку, с силой оттолкнитесь от земли, - продолжила объяснения мадам Самогони, - держите метлу ровно. Поднимитесь на несколько футов, а потом сразу спускайтесь, для этого слегка наклонитесь вперед. По свистку – раз – два –

Невилль, издергавшийся от боязни остаться на земле, когда остальные полетят, оттолкнулся от земли раньше, чем мадам Самогони поднесла свисток к губам.

– Вернись, мальчик! – закричала она, но Невилль летел вертикально вверх, как пробка из бутылки – двенадцать футов – двадцать футов. Гарри видел, как Невилль, со смертельно-бледным перепуганным лицом, глянул вниз, ахнул от ужаса, соскользнул вбок и –

ШМЯК! – раздался ужасный звук упавшего тела – Невилль бесформенной кучей лежал в траве. Метла его продолжала подниматься все выше и выше, потом встала на курс, лениво поплыла к Запретному лесу и, наконец, скрылась из виду.

Мадам Самогони, с лицом не менее белым, чем у Невилля, склонилась над мальчиком.

– Сломал запястье, - услышал Гарри. – Ну давай, малыш, вставай – ничего страшного.

Она повернулась к остальным.

– Приказываю не шевелиться, пока я отведу этого мальчика в амбулаторию! Метлы должны оставаться там, где сейчас – иначе вылетите из «Хогварца» раньше, чем успеете сказать «квидиш». Ну, пойдем, милый.

Едва они отошли, Малфой разразился презрительным хохотом.

– Видели его лицо, этого мешка с картошкой?

Остальные слизеринцы тоже захохотали.

– Заткнись, Малфой! – рявкнула Парватти Патил.

– Оооо, ты защищаешь Длиннопоппа? – презрительно удивилась Панси Паркинсон, слизеринка с каменным лицом. – Вот уж не думала, Парватти, что тебе нравятся толстые плаксы.

– Смотрите! – крикнул Малфой, бросаясь вперед и хватая что-то с земли. – Это же та самая дурацкая штука, которую прислала бабка Длиннопоппа.

Вспомнивсёль засверкал на солнце, когда Малфой поднял его вверх.

– Дай сюда, Малфой, - спокойно проговорил Гарри. Все повернулись и с любопытством ждали, что будет.

Малфой мерзко ухмыльнулся.

– Я думаю, надо оставить это где-нибудь, чтобы Длиннопопп сразу увидел – ну, например… на дереве?

– Дай сюда! – заорал Гарри, но Малфой вскочил на метлу и взлетел. Оказалось, он не врал, он действительно умел летать, и летать хорошо. Зависнув возле одной из самых верхних ветвей дуба, он крикнул: «На, держи, Поттер!»

Гарри схватил метлу.

– Нет! – отчаянно закричала Гермиона Грэнжер. – Мадам Самогони велела не шевелиться – из-за тебя нам всем достанется!

Но Гарри не обратил внимания на ее крики. Кровь стучала у него в ушах. Он оседлал метлу, с силой оттолкнулся от земли и сразу же стал подниматься вверх, вверх; ветер отбросил назад его волосы, полы одежды хлопали сзади – волна наслаждения окатила его, и он понял, что наконец-то нашлось то, что можно делать без всякого обучения – летать было просто и прекрасно. Он слегка потянул метлу вверх, чтобы подняться немного повыше. До него донеслись визги и вопли оставшихся далеко внизу девочек, и восторженное гиканье Рона.

Гарри резко развернул метлу и оказался лицом к лицу с Малфоем. Малфой оцепенел.

– Дай сюда, - повторил Гарри, - а то я скину тебя с метлы!

– Неужели, - сказал Малфой, старавшийся не терять лица, но не сумевший скрыть страха.

Чудесным образом Гарри знал, как ему следует двигаться. Он наклонился вперед, крепко ухватил метлу обеими руками, и она как копье понеслась в Малфоя. Малфой чудом увернулся, а Гарри, которого сильно занесло, залихватски выровнял метлу. Оставшиеся на земле зааплодировали.

– Что, Малфой, тут тебе никаких Краббов и Гойлов, как же ты без них справишься? – издевательски прокричал Гарри.

Видимо, Малфой думал о том же. И придумал.

– Лови, если сможешь! – крикнул он и подбросил стеклянный шар высоко в воздух, а сам устремился вниз на землю.

Гарри смотрел на шар, который, как в замедленной съемке, сначала поднялся ввысь, а затем начал падать. Мальчик пригнулся и направил древко метлы вниз – в следующую секунду он уже стремительно набирал скорость в почти отвесном падении, пытаясь нагнать шар – ветер свистел в ушах, сливаясь с возгласами наблюдателей – Гарри протянул руку – и в метре от земли подхватил шар, как раз вовремя, чтобы успеть выровнять метлу, после чего гладко приземлился на траву с благополучно зажатым в кулаке Вспомнивсёлем.

– ГАРРИ ПОТТЕР!

Сердце мальчика упало гораздо быстрее, чем он сам только что упал с неба. К нему бежала профессор МакГонаголл. Гарри, дрожа, поднялся на ноги.

Никогда – за всю мою работу в «Хогварце» –

Потрясение почти лишило профессора МакГонаголл дара речи, и ее очки грозно сверкали: «Как ты смел – мог сломать себе шею…»

– Он не виноват, профессор…

– Помолчите, мисс Патил…

– Но Малфой…

Достаточно, мистер Уэсли. Поттер, следуйте за мной, сейчас же.





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...