Главная Обратная связь

Дисциплины:






Глава 2 Красный День Календаря 16 страница



 

Фриман усмехнулся. Как давно он не работал по своей специальности! Или даже, по призванию. Его жизнь уже давно изменилась, изменилась безвозвратно. Но он все же был и оставался ученым. И, как говорил Кляйнер, «весьма гениальным» ученым. Для Гордона работа, связанная с квантовой физикой и эффектом телепортации всегда была отдыхом, наслаждением. Как много он отдал бы за то, чтобы наконец бросить автомат и вернуться в лабораторию! И вместе с этим Гордон понимал, что не получится. Эта борьба уже давно стала частью его самого, так же как когда-то наука.

 

«Не все так просто в этом мире, - подумал Гордон, опуская автомат, - Ничего, когда будет время, разберусь… Еще немного времени…».

 

Взять с собой он мог только один такой автомат, но и его было достаточно. Немного подумав, Гордон оставил тут свой дробовик – он все-таки не мог таскать на себе столько оружия. Тем более, что находка оказалась довольно тяжелой. В ящике нашлись и стаканы с «топливом» к этому оружию. Но по-настоящему Фриман обрадовался, лишь заглянув во второй ящик. Фриману даже показалось, что это мираж – там лежали батареи к жилетам солдат. Гордон, радостно рассмеявшись, живо начал заряжать скафандр. Это была просто неслыханная удача! Теперь половина его проблем уходит на второй план. С полностью заряженным костюмом он может спокойно пережить пару очередей из автомата в грудь. Фриман, зарядив костюм полностью, рассовал по его отделениям еще пять батарей – их с лихвой хватит для следующей подзарядки. И, почувствовав себя почти всемогущественным, Фриман вышел из туннеля.

 

Он попал на довольно просторную автостоянку. Сейчас она представляло собой жалкое зрелище – все машины были либо покорежены, либо вовсе перевернуты. Кое-где стояли лишь пустые корпусы. Фриман, глядя на здания и дымящие трубы заводов над стоянкой, отметил про себя, что все автомобили были русских моделей. Может быть тогда, все эти здания – части автомобильного цеха? Но это не важно. Фриман осторожно шел вперед, зная, что даже сейчас нельзя забывать об опасности. И она появилась.

 

Гордон вздрогнул – он вдруг разом заметил сразу несколько человек. Пять из них были солдатами Альянса, они мерно прохаживались между машинами и вдоль стены завода. Но еще один человек стоял вдалеке, на рельсах у входа в новый туннель. Фриман вдруг понял, что этот человек все это время смотрел прямо на него. Конечно, ученый узнал эту фигуру, облаченную в синий деловой костюм. G-man едва заметно кивнул и поправил галстук. Он был слишком далеко, и Гордон не видел его лица, но был уверен, что человек в синем костюме усмехнулся. Все шло удачно. Как всегда. И G-man, развернувшись, спокойно ушел за вагоны, вглубь туннеля.



 

Фриман, не теряя ни секунды, пригнулся. Все было вполне логично – этот человек всегда следил за ходом дел. Сейчас он, скорее всего, проверял, все ли в порядке с его наемником после столь особого места, как Рэвенхольм. Фриман уже научился относиться спокойно к его появлениям, но так и не научился понимать его. Даже отбрасывая такие главные вопросы, как «Кто этот человек?» и «Зачем ему это все нужно?», Фриман не мог понять другого – в чем его план? Ведь, наняв Гордона, ему должны были дать хотя бы вводную. Изложить суть задания. Сейчас создается видимость того, что Фриман действует по своему усмотрению, то есть, как ему захочется. Хотя Гордон и понимал, что наивно так полагать. Но выходит, что он делает все согласно замыслу G-man`a, или его «нанимателей». Человек в синем костюме ничего не предпринимает, лишь контролирует ситуацию. Вобщем-то все было правильно, и Фриману не о чем было волноваться – он сам согласился на это сотрудничество. Но черт возьми, тогда все было совсем другим! Фриман не понимал целей этого человека. Пока казалось, что они весьма положительные – но кто знает, может, это только ширма, скрывающая реальную картину? Довольно неприятно чувствовать себя инструментом. Хочется хотя бы знать, для чего ты делаешь то, что делаешь. Все, что делал Гордон, так или иначе совпадало с замыслом этого человека. А что Фриман, по сути, сделал? Гордон задумался. В сущности – очень мало, но и одновременно очень много. Он просто появился на сцене. Появился герой в глазах всех непокорных Альянсу, появился символ Свободы, как это ни смешно осознавать. И пошла волна. Чего же G-man добивается? Что он еще ждет от Гордона?

 

Небеса, как всегда, молчали.

 

Но, так или иначе, нужно было как-то пройти через эту охрану, и орана все еще была отлично вооружена. Гордон заметил, что у двоих из солдат были такие же табельные автоматы, какой только что нашел и он. Фриман долго сидел за одной из покореженных машин, обдумывая план предстоящего нападения. Действовать надо было с умом, их все-таки намного больше, и это не совсем люди. Те ГО-шники, которых Гордон видел в самом Сити 17 по техничности боя даже не могли сравниться с этими хорошо натренированными солдатами. Гордону вдруг вспомнился Марек. Нет, вряд ли кто-то из этих солдат еще настолько человек. Этим наверняка промывают мозги намного тщательнее.

 

Трое солдат свободно прогуливались порознь вдоль рядов автомобилей, двое, о чем-то тихо переговариваясь, прогуливались вдоль стены цеха. У Гордона было три главных плюса: полностью заряженный костюм, новое оружие и фактор внезапности. Но первый из этих плюсов ему не хотелось терять так сразу – неизвестно, что еще его ждет впереди, может, очередной «Охотник». От предыдущего его спасла лишь энергия костюма. Нет, сейчас придется обходиться только оставшимися двумя пунктами. «Так… можно выскочить, когда эти двое отойдут подальше, - размышлял Фриман, - И первыми убить вот этого, который уже минуту стоит на месте. Нет… не получится… эти двое меня вмиг достанут. Неизвестно ведь, чем стреляет этот Альянсовский автомат – может, он легко пробьет мой скафандр… Нет, сделаем так – надо поймать момент, когда вот эти два уйдут подальше, а те, что возле стены, дойдут до тех бочек с бензином… или что там «Взрывоопасное»?». Гордон занял удобную позицию для выстрела и начал ждать. Солдаты разошлись в подходящей комбинации только минут через пять. Фриман нажал на спуск легко, и так же легко автомат выстрелил безо всякой отдачи. Привыкший к постоянной сильной отдаче, Фриман невольно опустил ствол при выстреле вниз, и первые три заряда пробили кирпич стены. Но солдаты даже не успели ничего понять – следующая пуля пробила бочку с надписью «Взрывоопасно». Мощный взрыв отбросил обоих солдат на стену, и их загоревшиеся тела больше не шевелились. Фриман, не меняя позиции, тут же подкосил выстрелами того солдата, что стоял неподвижно. И оглянулся – оставшиеся двое уже спешили к нему, сообщая по рации о его появлении. Фриман перебежал за другой «Запорожец» и вдруг услышал слабые звуки стрельбы, доносящиеся из зала цеха.

 

«Неужели этот гад отдал приказ расстреливать пленных повстанцев?».

 

Фриман нахмурился и в порыве злобы резко вышел из-за автомобиля, когда солдаты были уже довольно близко. Солдаты растерялись, но лишь на миг – сказывалась отличная боевая подготовка. Они, словно в ковбойской дуэли, вскинули стволы одновременно с Гордоном, и одновременно выстрелили. Всем известно, что если человек очень сильно уверен в себе, то с ним ничего плохого и не случится. Фриман был сейчас полностью уверен, что даже десяток пуль в его грудь не причинит ему вреда, и поэтому даже не отскочил в сторону, стреляя. Но, по странной прихоти случая, пули инопланетного оружия прошли мимо него, а его выстрелы были точны. Один из солдат сразу же упал, сраженный в голову, но Фриман с изумлением и растерянностью увидел, как целях семь зарядов словно растеклись по груди второго солдата. Тот от сильнейших толчков упал на спину, но тут же попытался встать.

 

«Надо же! Эта пушка не так уж и эффективна против их энергожилетов!».

 

Фриман, прицелившись, добил солдата в голову и шею. И все стихло. Испытания нового оружия прошли успешно. Фриман уже давно потерял то чувство, которое владело им, когда он убил первых морских пехотинцев в «Черной Мессе». Он не чувствовал вины, угрызений совести, он не чувствовал себя убийцей. Может, это потому, что его жизнь давно пошла по этому руслу, а может, потому, что он знал, что это не люди. Даже с биологической точки зрения. Редкий солдат в сорок третьем году считал себя убийцей, убив японского офицера. Он защищал свою родину, он боролся за свободу своего народа. За Свободу.

 

Фриману было сейчас не таково, как ему было в «Черной Мессе». Теперь все было иначе. Там он был одиноким, затравленным зверем, приоритетной мишенью. Там он был совершенно один, один против всех. Но сейчас за Свободу бились и другие люди, и, может, сейчас как раз такие нуждались в его помощи. Фриман понял это, снова услышав звуки стрельбы из глубины цеха.

 

Едва вбежав в цех, Гордон понял, что спешить как раз не надо. Из подсобки, в которой он оказался, он увидел в небольшом зале со станками, конвейерами и корпусами машин солдат Альянса, бешено отстреливающихся от кого-то. Фриман быстро оценил обстановку – здесь уже нельзя было устроить небольшой взрыв. Да и вообще с размахом действовать было неудобно – можно было задеть своих.

 

Но времени терять было нельзя. Фриман, пользуясь тем, что его нападения не ожидали, прицельно выстрелил по одному из солдат, и сразу же свалил его. Было слышно, как кто-то из солдат чертыхнулся, заметив Гордона, по которому тут же открыли огонь. Перекувыркнувшись, Фриман выкатился в зал и спрятался за корпусом одной из машин, в который тут же забарабанили пули. Его появление, видимо, ободрило тех, от кого отстреливались солдаты, потому что огонь с другой стороны зала стал в два раза интенсивнее. Фриман уже прицелился, но не успел выстрелить – солдата сняли пули их неизвестных противников. Гордон, неосторожно высунувшись, увидел вдруг одного солдата прямо рядом с собой и поспешно выстрелил. Солдат тоже в это момент открыл огонь, но сам испугался не меньше Фримана, и поэтому пара пуль лишь срикошетили от плеча скафандра Гордона, лишь слегка ударив его. Но выстрел ученого тяжело ранил солдата, и Гордон, выйдя в центр зала, добил ползущего под машину истекающего кровью солдата. И наступила тишина. Фриман бегло и осторожно оглядел тела и наконец повернулся к людям, помогшим ему. И тут тишину пробил резкий звук автоматной очереди, и Фримана чуть не сбила с ног серия мощных ударов в спину.

 

- Нехватка энергии! – тут же сообщил электронный голос скафандра.

 

Фриман, едва устояв на ногах, резко развернулся и, почти не целясь, выстрелил по последнему солдату. От головы слуги Альянса, спрятавшегося под машиной, осталось лишь кровавое месиво. Только теперь Гордон устало и резко опустил автомат и как-то поник. Боль от очереди в спину была просто адской, учитывая, что ей и так досталось в Рэвенхольме. Фриман, ссутулившись, вновь повернулся к оставшимся людям.

 

Один из повстанцев, зажимая рукой рану в животе, тихо стонал на полу. Двое других робко выходили из укрытия. Какая-то женщина подбежала к раненому. Фриман шагнул к ним. Почти сразу же подбежал еще один повстанец, чернокожий мужчина лет тридцати.

 

- Кто ранен? – обеспокоено спросил он, оглядывая уцелевших.

 

- Уинстона подстрелили, - сообщила женщина, пальпировавшая рану лежащего, - Но вроде бы ничего серьезного, навылет пробит только левый бок.

 

- Оперируй, если нужно, - решительно распорядился негр, мельком скользнув взглядом по Уинстону, - Но как только он будет на ногах, сразу же пусть возвращается в строй. У нас и так большие потери.

 

И только тогда он перехватил изумленный взгляд его товарищей.

 

- Гордон Фриман? – это скорее был крик радости, - Невероятно – вы добрались сюда!

 

- Невозможное возможно при наличии отсутствия полного сопротивления со стороны обстоятельств, - усмехнулся Фриман, - Рад, что вы целы.

 

- Доктор Фриман, для нас большая честь…

 

- Оставьте это! – махнул рукой Гордон, - Я тоже очень счастлив вас видеть. Что это за часть города? Какая-то из станций?

 

- Станция здесь практически за стенкой, - заверил его негр, - Мы неплохо укрепились здесь, захватили часть портового побережья.

 

- Альянс не пришлет подкрепления? – с сомнением спросил Гордон, - Я заметил на рельсах снайпера и пару солдат…

 

- Вряд ли кто-то из них успел вызвать подмогу до того, как мы их прикончили, - кивнул на трупы негр, - Думаю, эта территория чиста. Альянс не очень сильно контролирует окрестности Рэвенхольма.

 

- Опасаются стать жертвой своего же оружия? – усмехнулся Гордон, - Ну ладно. Я здесь задержусь ненадолго. Мне нужно найти короткий путь к «Восточной Черной Мессе».

 

- Эге, док! – улыбнулся негр, - Вам придется нанять себе самолет. Пешком туда уже не дойти, а по морю – вообще невозможно из-за пиявок и ихтиозавров. Но… Доктор Фриман, у меня тут была на связи Аликс полчаса назад. Мы попробуем вызвать ее снова, годится?

 

- Еще бы! – мысль о том, что Аликс жива и вне опасности сразу заставила Фримана забыть о боли в спине.

 

Негр, оставив остальных перебинтовывать Уинстона, повел Фримана в небольшую подсобку, внутри которой виднелась дверь. Гордон на ходу глянул на индикатор зарядки батарей скафандра – он показывал лишь тридцать процентов. Это – все, что осталось после очереди из инопланетного автомата в спину.

 

Негр шумно заколотил по двери кулаком.

 

- Эй! У нас все чисто, открывайте! И у меня тут Гордон Фриман.

 

Дверь тут же открыла пожилая женщина с нарисованным красной краской крестом на рукаве.

 

- Доктор Фриман? – изумленно переспросила она, уставившись на скафандр Гордона, - Быть этого не может! Док, у меня как раз тут на связи Аликс.

 

И женщина кивнула за монитор в глубине комнаты.

 

- Ее отца схватили.

 

Последние слова поразили Фримана, словно молния.

 

- Что?! – прошептал он и, обогнув женщину, ринулся к рации, даже не замечая, что происходит вокруг.

 

С монитора рации сквозь пелену помех на него смотрело мрачное лицо Аликс. Фриман, не зная, как включить передачу, растерянно заметался перед рацией. Но подошедший негр-повстанец нажал какую-то кнопку и сказа в микрофон:

 

- Алекс, это Леон. И со мной Гордон Фриман.

 

Гордон, не в силах больше сдерживать волнение, оттеснил Леона от монитора и схватил микрофон. При виде Гордона лицо Аликс как будто бы прояснилось.

 

- Гордон! – устало и облегченно воскликнула она, - Ты прошел через Рэвенхольм, слава богу! Мне нужна твоя помощь. Они забрали моего отца.

 

- Что случилось? – взволнованно спросил Фриман, - Что произошло? Это во время атаки на «Восточную Черную Мессу»? Илай жив?

 

Такой угрюмой и грустной он Аликс еще никогда не видел…

 

- Надеюсь, что да, - устало и мрачно сказала Аликс, - Его и Джудит Моссман увезли в Нова Проспект. Вортигонты выследили корабль, на котором на котором их увезли. Я должна поехать туда, пока еще поезда ходят.

 

«Так они схватили и Джудит…» - пронеслось в голове у Гордона.

 

- Аликс, что, что я должен делать? У нас есть шансы вытащить Илая? Скажи, что я должен делать! – Фриман уже начал терять контроль над собой.

 

- Гордон, от тебя может зависеть очень многое, - сказала Аликс, хмурясь, - Одной мне не справиться с солдатами. Мне нужно, чтобы ты по побережью добрался до Нова Проспект. Раньше это была тюрьма строгого режима, но теперь - это намного хуже... Но я думаю, что туда все еще возможно пробраться.

 

- Проберемся! – внезапно посерьезнел Фриман, - Сделаем, не волнуйся. С Илаем ничего не случится. Я уже отправляюсь.

 

- Вы хотите пойти пешком по побережью?! – встрял обеспокоившийся вдруг Леон, - Это же займет больше дня! Тем более что сейчас у муравьиных львов начался жор.

 

- У кого? – покосился на него Фриман, чувствуя себя не в своей тарелке.

 

- Вот почему я и вызвала тебя, Леон, - сказала Аликс, наморщив лоб, - Надеюсь, у тебя есть та машина, которую мы оставляли у тебя прошлым летом? Та, на которую мой отец установил гауссову винтовку.

 

Леон как будто мигом понял, что к чему.

 

- Конечно осталась. Кстати, хорошая идея! Погоди секунду... – и Леон потянулся к другой рации, стоящей рядом, - Морко? Выкатывай наш багги. Да, он нужен доку прямо сейчас. Гордон Фриман его поведет.

 

- Тот самый Фриман? – сдержанно удивился женский голос из рации, - Ладно, сделаем! Я как раз недавно закончила приваривать ящик с боеприпасами на бампер…

 

Гордон стоял, пытаясь понять, что ему предстоит. И, кажется, понимал. Плевать – Илай в беде!

 

- Отлично, как раз вовремя! – и Леон снова повернулся к монитору, - О`кей, Аликс, все почти готово.

 

- Спасибо, Леон, - мрачно улыбнулась Аликс.

 

Фриман невольно заметил, как она сейчас не похожа на ту веселую и беззаботную девушку. Какой он видел ее в лабораториях Кляйнера и Илая. Боль от разлуки с отцом словно давила на нее тяжелым камнем. Даже голос стал будто бы старше.

 

- Гордон, я не ездила по побережью больше года, - обратилась девушка к нему, - Но у меня нет оснований полагать, что там стало безопаснее. Будь очень осторожен. Встретимся на платформе, там, где разгружают поезда. Береги себя, - и я увижу тебя в Нова Проспект. Пока!

 

И экран погас. Фриман еще секунду стоял перед ним, погруженный в свои мысли. Он чувствовал и боль за схваченных Илая и Моссман, и за так сильно изменившуюся Аликс. От его недавней обиды на нее не осталось и следа. Так же, как и от усталости. Бездействие сейчас было словно бур, сверлящий дыру в мозгу. Хотелось бежать, ехать, лететь, погибать и побеждать всех и вся – лишь бы освободить друга. И вернуть прежнюю Аликс – веселую и милую.

 

Леон тронул его за плечо и подвел к большой карте, висящей на стене. Он что-то сказал, указывая на различные красные кружки на ней, но Фриман не слышал этого. Он вдруг заметил, что в комнате кроме женщины-врача и раненого Уинстона был еще кое-кто. Он безотрывно смотрел на Гордона своим манящим красным глазом и за все это время не проронил ни звука.

 

- Эй, вы меня слушаете?

 

Гордон насилу повернулся к вортигонту спиной.

 

- Карта, конечно, уже устарела, но вы можете видеть хотя бы общий путь до Нова Проспект. Вот здесь, по шоссе вдоль побережья. Вот эта буква «Лямбда» - наша станция. Следующая станция будет возле холмов. Дорога уже во многих местах повреждена, да и мы потеряли связь со многими из станций до Нова Проспект… Слишком уж это отвратное место…

 

- Я так понял, вы дадите мне автомобиль? – спросил Гордон, пробежав глазами по карте.

 

- Мы дадим вам наш багги, - пояснил Леон, - Он очень легкий и маневренный, топливо не взрывоопасно и его хватит хоть на пять путешествий до Нова Проспект! Плюс – на корпусе багги установлена гауссова винтовка старого образца. Рухлядь, конечно, но все-таки надежная.

 

- А как же солдаты? – Гордон уже начал мыслить слаженно и четко, хотя все еще косился на уставившегося на него вортигонта, - Побережье охраняется?

 

- Ну, вобщем-то да, - замялся Леон, - Просто солдаты тоже не любят бывать в песках моря. Там слишком опасно даже для них… Оставайтесь рядом с машиной, используйте рычаг ускорения движения багги, и тогда у вас будут все шансы избежать муравьиных львов.

 

- Стоп! – Гордон вдруг нахмурился, - А это еще что за звери?

 

- Да это так, - мрачно усмехнулся Леон, - Жуки. Большие. Будьте осторожнее, док, и все будет в порядке. Мы сообщим на следующую станцию, что вы едете. Надеюсь, вам удастся найти Илая.

 

- Только бы он был еще жив, - пробормотал Гордон, покачав головой.

 

- Он жив, - вдруг раздался дребезжащий гортанный голос.

 

Фриман нахмурился и резко повернулся к вортигонту.

 

- А ты почем знаешь? – прищурился Фриман.

 

- Свободному Человеку не понять этого, ведь его вортальный ввод нарушен, - спокойно сказал вортигонт, - А мы знаем это. Мы видим это, чувствуем. Илай Вэнс жив.

 

Фриман медленно подошел к вортигонту.

 

- Скажи, ты уверен в этом?

 

- Мы знаем точно. Вортичувство верно тому, кто верен ему. Свободный Человек должен идти за Илаем Вэнсом. Но мы видим тьму…

 

Фриман почувствовал что-то странное. Он не мог этого объяснить, но все же почувствовал. О чем это существо говорит?

 

- Что… что ты видишь? – просил Фриман.

 

- Мы видим яркий свет. Много страха, - ответил вортигонт, помолчав, - Затем тьма и бездна. Она долга и непроницаема, но вместе с тем быстра, как ветер. Тебе покажется, что ты был в ней всего минуту. Но отпустит она тебя лишь через много-много часов…

 

Леон, слушая это, видел, как Фриман напрягся. Из-за чего – ведь это были всего лишь бессвязные слова.

 

- Что это значит? – Фриман дотронулся до плеча вортигонта, - Объясни!

 

- Свободный Человек должен идти, - и вортигонт отступил назад, - Илай Вэнс в беде.

 

Фриман, еще секунду вглядывался в глаз существа и лишь затем повернулся к Леону.

 

- Идем.

 

И повстанец проводил его к двери…

 

 

……Офицер CE121007 дождался, когда поезд полностью остановится. Да, нечасто таким, как он, удается выбраться сюда. Почти все свое время офицер проводил либо в Цитадели, получая приказы непосредственно от Консула, либо в самом сердце Нова Проспект, командуя малыми подразделениями. На самых обычных улицах Сити 17 он не бывал уже много месяцев – должность не позволяла. Да и что ему тут делать? Предполагается, что здесь со всем прекрасно справляется «Гражданская Оборона», изредка ей помогают солдаты. Но именно поэтому он здесь. Именно потому, что ГО больше не может держать улицы под контролем. И, если раньше на мелкие вспышки непокорности Альянсу не обращали внимания, то теперь приходится пожинать плоды этой халатности. Офицер СЕ121007 втайне был даже немного рад случаю походить по городскому вокзалу и его окрестностям – какой бы прекрасной и великой ни была Цитадель, а все же ее серые стены иногда надоедали ужасно.

Офицер, сопровождаемый свитой из еще двух боевых единиц, вышел на перрон. Сквозь иллюминатор своего скафандра проследил за высадкой команды тюремщиков. Критично осмотрев их, он успокоился и направился к выходу в служебные коридоры. Внезапно вспомнив что-то, он повернулся к двоим, сопровождавшим его.

- Я здесь справлюсь сам. Оставьте меня и ждите здесь до поступления особых распоряжений.

Сопровождающие, не говоря ни слова, отошли от него и заняли караульные позиции у входа в поезд. Вот что значит отличная выучка! Офицер СЕ121007 удовлетворенно кивнул и вышел в коридор.

- Ты, шевелись! – подгоняли граждан ГО-шники, толкая их через решетчатые ворота в коридоре.

Офицер СЕ121007 скромно встал в стороне и начал наблюдать за членами «Гражданской Обороны». Секунд пять его никто не замечал, но вдруг один из ГО увидел его и замер. Ошеломленно толкнул локтем в бок своего товарища. Тот, на миг остолбенев, метнулся к своему начальнику и шепнул что-то. Старший офицер ГО удивленно поднял взгляд на нежданного гостя. С усмешкой офицер СЕ121007 кивнул, убедившись, что его наконец заметили. И вдруг, выйдя на середину коридора, повелительно поднял руку:

- Перераспределительный пункт номер 1 закрыт! Приказ Консула. Всех граждан отвести за периметр пункта.

ГО-шники, ошеломленные столь неожиданным распоряжением, да еще и от высшего начальства, замерли в нерешительности. Но, тем не менее, преградили электродубинками бредущим через коридор гражданам проход. Старший офицер ГО сделал шаг вперед:

- Основания приказа, позвольте узнать? – довольно нагло спросил он, не отводя взгляда от офицера СЕ121007.

- Приказу самого Консула не нужны основания. Что с вами, офицер? Вы что, еще и ослепли? Вам приказывает старший по званию! Выполнять! – рявкнул он.

Старший офицер ГО, нехотя повернулся и отдал несколько приказов ГО-шникам.

- Вы, быстро назад! – они начали выгонять из решетчатого коридора граждан, - Пост закрыт! Назад, я сказал!

Придирчиво оглядев эту процедуру, офицер СЕ121007 вновь повернулся к старшему офицеру ГО.

- А с вами, старший офицер, - сказал он, - Я хочу поговорить особо. Потрудитесь препроводить меня в надлежащее помещение.

ГО-шник, удивленно подняв голову, пожал плечами и толкнул небольшую дверь со старой табличкой «Security». Офицер СЕ121007, еще раз убедившись, что на перрон с пометкой «Нова Проспект» никто больше не пройдет, последовал за ним. Они прошли по узкому коридору мимо двери с узким окошечком и остановились перед последней, такой же дверью. Открыв ее, ГО-шник посторонился, пропуская старшего по званию. И закрыл дверь.

- Ну и как это понимать, Купер? – вдруг спросил ГО-шник, повернувшись к офицеру СЕ121007.

- А понимай, как хочешь, - усмехнулся тот, - И не называй меня этим именем! Ты же знаешь, нам больше не нужно это. Эти имена – атавизм. Пережиток старого мира. А старый мир, как известно, был убог и жалок.

ГО-шник, подойдя к большой консоли у стены, пробежался по клавишам. Камера в углу потолка пискнула и втянулась в нишу. ГО-шник потянулся к вакуумным зажимам на своем респираторе и снял его. Отложил в сторону.

- А ты все не меняешься, Купер, - сказал он, - Все так же педантичен, правда?

- Калхун, ты же знаешь, я всегда был сторонником порядка, - и офицер СЕ121007 тоже снял с головы шлем скафандра.

На Калхуна смотрело жесткое, точеное лицо с резким проницательным взглядом. Офицер развалился на испачканном кровью кресле, с иронией представив, как он выглядит со стороны.

- Честно говоря, - сказал Барни, - Я жутко удивился, увидев тебя, Купер. Представителей Элиты Альянса тут не часто встретишь.

- Это так, - сдержанно кивнул офицер СЕ121007, - Мне и самому приятно выбраться сюда из серых стен Цитадели.

- Сколько мы с тобой не виделись? – Барни облокотился на консоль, - Одиннадцать месяцев? Я уже думал, что тебя перевели в другой город.

- Нет, просто я теперь стал проводить много времени наверху… Да я и, кстати говоря, тоже не думал, что ты все еще работаешь здесь. В чем дело, Калхун? С твоими замечательными задатками ты мог бы уже давно подать заявление о переводе в ряды солдат Альянса. А оттуда – открыты все двери наверх.

- Ты же знаешь, я не тщеславен, - улыбнулся Барни, - Мне просто нравится стабильность. Нравится эта комната, этот вокзал. Да и паек тут неплохой!

- Скажи лучше, что тебе просто лень ездить на рейды! - засмеялся СЕ121007.

- Лень, - согласился Калхун, - Я и не скрываю. Ну что, может, поведаешь о цели своего визита?

Офицер Элиты Альянса посмотрел на друга.

- Калхун, ты же понимаешь, что я не гулять сюда пришел. И не зря заговорил о строгом порядке.

- Ясно, - Барни вновь стал серьезным, - Так, значит, да? Что за странный у тебя приказ? Консулу чем-то не угодил наш пункт?

- Калхун, - укоризненно сказал офицер, - Странные вопросы ты задаешь. После того, как через ваш пункт таинственным образом пролез Гордон Фриман, этот вокзал вообще следовало бы прикрыть.

- Консул этого не сделал, и это верное решение, - ухмыльнулся Барни, - Закрыть главный вокзал означало бы признать тяжелое положение в городе.

- Давай без этого фарса! – махнул рукой СЕ121007, - Мы-то с тобой знаем, что город уже на грани всеобщего восстания. Именно поэтому я здесь.

- Что-то случилось в Нова Проспект?

- Да. Калхун, мы с тобой знакомы уже семь лет, и я доверяю тебе как себе. Причины закрытия вашего пункта просты – в Нова Проспект случилась вспышка неповиновения. Уже вторая за последние дни. И опять ее спровоцировали граждане, которых именно вы пропустили через пункт на поезд.

- Да? – новость ошеломила Барни, - Ну а причем здесь наш пункт?

- Не прикидывайся дураком, Калхун! Ты же понимаешь, что после появления Фримана все эти вспышки восстаний приобрели новый характер. И еще – у одного из поднявших бунт нашли пистолет. Табельный пистолет ГО! Ты понимаешь, что это значит?!

- Теперь – да, - Барни в задумчивости прошелся по комнате, - Невесело… Ни, и что Консул хочет с этим делать?

- Он послал меня сюда, чтобы навести хотя бы подобие порядка. Консул приказал мне поговорить с начальством «Гражданской Обороны» города.

- Купер, - сказал Калхун, останавливаясь, - Послушай, а тебе никогда не лезли в голову эти мысли? О том, что он лишь оттягивает неизбежное.





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...