Главная Обратная связь

Дисциплины:






Глава 2 Красный День Календаря 18 страница



 

- Итак, - человек в шапочке величаво посмотрел на всех, кто был в подвале, - Кто из вас станет тем счастливцем, который пойдет с этой штукой в бой?

 

Повстанцы переглянулись еще более испуганно и дружно посмотрели на вортигонта. Тот лишь вопросительно посмотрел сначала на ракетомет, а потом на свои трехпалые руки. Фриман, наблюдая за этим, не удержался, чтобы не хихикнуть. Наверное, зря он это сделал…

 

- А, да! – обернулся к нему «командир», - Доктор Фриман!

 

Улыбка медленно сползла с лица Гордона.

 

- Я не мог и мечтать о лучшем добровольце! – воскликнул человек в шапочке и протянул Фриману ракетомет.

 

- Э… - растерянно протянул Гордон, машинально беря ракетомет, - Вы, наверное, не так поняли…

 

- Я знал, что сам Гордон Фриман уж точно не откажется помочь нам! – человек в шапочке немного склонил голову, - Полковник Одесса Кэббедж к вашим услугам…

 

Но их знакомство прервал резкий вой сирены.

 

- Штурмовик! – закричали снаружи, под нарастающий гул.

 

Фриман резко обернулся на звук и растерянно поглядел на ракетомет.

 

- Черт! – рассерженно воскликнул Кэббедж, - Началось! Сейчас, дайте только отправлю предупреждение на станцию «Маяк», и я сразу же вернусь к нашей беседе. Давайте! Преподайте этому штурмовику урок, который он никогда не забудет! И помните – только лазерное наведение поможет обойти электромагнитные поля штурмовика.

 

И полковник отвернулся к рации. Фриман, поняв, что медлить он не вправе, вздохнул и побежал по ступенькам наверх, слыша сзади голос Одессы Кэббеджа:

 

- Станция Н.М.О. вызывает станцию «Маяк». Вызываю «Маяк», прием! Это полковник Кэббедж. Ответьте!

 

Фриман выбежал под открытое небо. И тут же увидел кружащий над лагерем штурмовик. Это был один из тех кораблей Альянса, которые он видел уже много раз – странное полуживое-полумеханическое создание, напоминающее насекомое и вертолет одновременно. Но в том, что оно было живым и никем не пилотируемым, было очевидно. Штурмовик, заложив изящный вираж, развернулся и открыл пулеметный огонь из пушки, висящей у него под днищем. Оглушительно воющие пули просвистели в трех метрах от Гордона и вспороли землю.

 

- Осторожнее, док! – крикнул кто-то, но Гордон этого не слышал.

 

Он пытался собраться с мыслями. «Спокойно, - твердил он сам себе, поднимая ракетомет на плечо, - Ты ведь раньше уже это делал… Тогда все было намного хуже… Это был противотанковый ракетомет, а против меня был вертолет с пилотами ВВС США. Сейчас – все проще… Только бы попасть…».

 

Но новая порция пулеметного огня рассеяла весь настрой Гордона, и он понял, что стоит на открытом пространстве и в него не попадет только слепой. Похолодев, Гордон метнулся к стене какого-то дома и спрятался за ней. Вокруг уже ничего не было слышно, кроме непрерывного огня штурмовика, криков повстанцев и их бесплодных автоматных очередей. Фриман, наскоро разобравшись с системой лазерного наведения, выглянул из укрытия и, подождав, пока штурмовик начнет заходить на поворот, выпустил ракету. Она с шумом и снопом пламени за собой вырвалась из трубы ракетомета и понеслась к цели, оставляя за собой белый дымный след. Развернувшийся штурмовик, казалось, заметил ракету и попытался уйти от нее. Фриман корректировал курс ракеты, и она плавно повернула правее и описала дугу – прямо навстречу штурмовику, который даже во время всего этого не прекращал обстрел прячущихся повстанцев. И далее произошло совсем неожиданное. Двигатели штурмовика взвыли еще громче и внезапно ракета, выйдя из-под контроля Гордона, резко отвернула от штурмовика и штопором ушла вниз. Раздался взрыв – и штурмовик открыл огонь с новой силой. Фриман промахнулся.



 

Он был готов поклясться, что целился и наводил ракету правильно. Просто в какой-то момент она перестала его слушаться… Словно какая-то сила отвернула ее от цели. «Электромагнитная защита! – вспомнил Гордон, прячась за стену, - Он успел включить защитное поле… Наверное, он не может держать его постоянно – оно забирает много энергии у двигателей… Ну и что теперь?» - последняя мысль была почти душевным стоном.

 

- Эй, Фриман! – он вдруг услышал женский голос сквозь грохот огня штурмовика, - Боеприпасы!

 

И к его ногам упали три ракеты. Гордон благодарно кивнул девушке и поспешно вставил новую ракету в ракетомет. И вдруг раздался дикий крик. Фриман молниеносно выглянул из укрытия и увидел, как один из повстанцев упал, пробитый несколькими пулями. Гордон, злобно поморщился и выпустил вторую ракету. Штурмовик на этот раз пытался просто уйти от нее крутым виражом, но у него не получалось. Ракета врезалась в его бок и взорвалась, оставив на нем солидную вмятину. Штурмовик дрогнул, но не упал. Развернувшись, он помчался на маленького неугомонного стрелка, который тут же скрылся за стеной. Фриман услышал, как в стену рядом с ним с той стороны вошло несколько зарядов – штурмовик действительно разозлился! Гордон, торжествующе улыбнувшись, вставил очередную ракету и выглянул. Женщина с красным крестом на рукаве торопливо утаскивала убитого повстанца в укрытие, пока штурмовик разворачивался на очередной круг. Второй выстрел Гордона был более чем удачным – он попал в двигатель штурмовика. Из винтов того тут же пошел густой черный дым. Штурмовик снизился, но все же еще держался. Стрелял он теперь короткими очередями, и уже совсем не точно. Фриман зарядил ракетомет последней ракетой. Теперь стрелять было почти не опасно – штурмовик умирал. Гордон открыто вышел из своего укрытия. Штурмовик, увидев своего обидчика, круто развернулся к нему. И Фриман выстрелил. Одновременно с этим выстелил и штурмовик. В грудь Гордона мощно ударило три раза, и он со слабым криком упал. Но успел заметить, как штурмовик разорвался прямо в воздухе, и его обломки грянулись о землю.

 

Фриман прилагал все свои последние силы, чтобы е потерять сознание от резкой и сильной боли. Услышал, нет, скорее почувствовал – к нему подбежала врач. Гордон застонал, чувствуя, что ему больно вдыхать. Он и не заметил этого звука раньше, но скафандр запищал, сообщая о полной разрядке.

 

- Доктор Фриман, - взволнованно сказала подбежавшая женщина, - Лежите, не двигайтесь! Сейчас мы окажем помощь.

 

Гордон машинально потянулся рукой к груди, боль в которой вдруг начала угасать. И, даже сквозь потемневший взгляд увидел – крови на пальцах не было. С усилием приподняв голову Фриман пораженно увидел, что он цел и невредим. Только грудная бронепластина скафандра была слегка погнута в углу. Остатки энергии костюма спасли ему жизнь. Третья пуля уже почти пробила броню. Но все же последние жалкие проценты энергии сумели ее удержать. Гордону опять повезло.

 

- Все в порядке! – остановил он кинувшуюся за подмогой женщину, - Костюм выдержал…

 

Медик сначала растерянно, а потом и восхищенно смотрела, как Гордон поднимается на ноги. Возможно, Фриман этого и не понимал, но в глазах этих людей он вырос еще больше. Он выжил после трех попаданий штурмовика прямо в грудь! Человек на такое не способен! Только мессия.

 

Фриман, прислушиваясь к утихающей боли в груди, шатающейся походкой пошел обратно в подвал. Он забыл там свой автомат. Об Одессе Кэббедж он вспомнил только тогда, когда снова его увидел. Тот, похоже, только что закончил передавать сообщение.

 

- Фух, ну все! – утер он пот со лба, - О, Доктор Фриман! Я полагаю, вы уже справились с этим штурмовиком?

 

- О да, - измученно простонал Гордон, падая на стул, - Раз плюнуть…

 

- Сэр, - полковник Кэббедж тоже присел, - Ваша репутация заслужена вами по праву, сэр.

 

- Наверное, - пробормотал Гордон, - Послушайте, Кэббедж. А вы полковник чего? Разве теперь у людей остались воинские звания?

 

И Фриман хитро посмотрел на Одессу. Тот ничуть не смутился.

 

- Я полковник ВМС, сэр, - серьезно ответил он, - То есть, я был им, еще до этого всего… Ну, вы понимаете. А сейчас ведь военное положение, не так ли? Поэтому и все звания снова обретают силу. Даже если Военно-морских сил уже нет и в помине…

 

Фриман вдруг только заметил на груди Кэббеджа полоски наград и орденов. И, судя по их количеству, наград у полковника было когда-то немало… Гордону вдруг стало стыдно.

 

- Извините, полковник, - сказал он, - Я просто неудачно пошутил. Но все же… скажите мне одну вещь. Здесь сегодня был один человек. Вы разговаривали с ним. Такой худощавый человек в деловом синем костюме.

 

Лицо Одессы Кэббеджа резко изменилось. Все радушие вдруг слетело с него. Осталась только напряженность и серьезность.

 

- Вы говорили с ним, я знаю, - продолжал Гордон, наклонившись к полковнику, - Что он вам сказал? Это он предупредил вас об атаке штурмовика?

 

- Доктор Фриман, - твердо и торопливо сказал Кэббедж, - Извините, мне правда жаль, но я не могу говорить об этом.

 

- Полковник…

 

- Доктор Фриман, вы совершили благородный поступок, сбив штурмовик, - быстро перевел тему Кэббедж, - Благодарю вас от всех нас. Я попрошу, чтобы кто-нибудь открыл вам ворота, чтобы вы могли ехать дальше. Как я понимаю, Илай сейчас очень нуждается в вашей помощи.

 

Гордон вдруг вспомнил о цели всей своей поездки. Действительно, каждая минута была дорога. Кэббедж не будет говорить о G-man`e. Опять…

 

- Ладно, полковник, - сказа Гордон, пожимая ему руку, - Я вас понял. Спасибо за прием.

 

- Будьте очень осторожны, когда будете подъезжать к Мосту, - последнее слово Кэббедж выделил интонацией, - Станция у моста молчит, и я думаю, что она уже попала в руки Альянса. Но я думаю, вы справитесь. Вы – как раз самый тот человек для такого предприятия.

 

- Спасибо, - подозрительно сказал Гордон.

 

- Вы сможете пройти через мост удачнее, чем кто-либо другой. Прощайте! И, пожалуйста, передайте доктору Вэнсу, что полковник Кэббедж очень сожалеет, что не может спасти его лично.

 

Гордон улыбнулся.

 

- Свободный Человек должен поторопиться, - раздался вдруг голос вортигонта, наблюдавшего за двумя людьми из угла, - Илай Вэнс терпит ужасные мучения.

 

Гордон покосился на вортигонта и заставил себя ему едва заметно кивнуть. Кэббедж тоже удивленно повернул голову на инопланетянина – похоже, этот «повстанец» до этого был не столь разговорчив. Фриман поспешил выйти из подвала. Он никак не мог примириться с присутствием вортигонтов, и уж тем более с их порой очень глубокими фразами. Гордон потряс головой. Чтобы подавить эти картины. Вортигонты, бегающие по коридорам «Черной Мессы»… Их мощные руки, рвущие плоть и бьющие людей сразу и насмерть…

 

Фриман вышел к своему багги и сел в него. Один из повстанцев подбежал к массивным воротам и открыл их. Впереди было шоссе. Наконец-то нормальная дорога.

 

- Удачи вам, Доктор Фриман! – крикнул он, - Илай рассчитывает на вас!

 

«Да… - подумал Фриман отъезжая, - Похоже, Илай здесь почти так же популярен, как и я… Жаль только, что о Джудит никто не вспоминает. Хорошая девушка… Смешно. Все эти люди, наверное, даже никогда Илая не видели. Но верят в него, надеются. Наверное, это правильно. На что же им еще надеяться?».

 

И Гордон поехал по гладкой и чистой дороге вперед…

 

…Дорога недолго оставалась столь чистой и беспрепятственной. Заверну за очередной поворот, Фриман с удивлением обнаружил, что дорога за баррикадирована. Гордон остановил багги и сошел на землю. Н-да… Такая интересная баррикада не могла быть делом рук повстанцев. Дорога была преграждена грудой покореженных, старых ржавых автомобилей. Фриман нервно усмехнулся – через такое ему не проехать ни за что. Интересно, чем это сделали? Неужели просто сбрасывали сюда машины с воздуха, со штурмовиков, к примеру? Хотя, какая разница? Надо было что-то делать. Съехать вниз, на песок, было невозможно – дорога зашла очень высоко над побережьем. Фриман присел на край одной из машин и начал раздумывать над еще одной из бесчисленных проблем. Внезапно ему в голову пришла смелая мысль. Он подбежал к багги и взял оттуда гравипушку (тяжелое оружие он сложил туда, чтобы хотя бы на время ходить налегке). Ведь он сумел этой штукой перевернуть багги, когда это было нужно? Может, гравипушка справится и с весом легковых машин? Фриман подошел к одной из них и нажал на нужную кнопку. Яркий желтый луч ударил в корпус автомобиля и с оглушительным грохотом отбросил его да пределы дороги. Гордон улыбнулся. Неужели так просто?

 

Расчистка дороги заняла минут пять. Скинув несколько машин в море, Фриман посчитал открытый проход достаточно широким и снова сел в багги. Путь продолжился. Миновав длинный и темный туннель, Фриман снова увидел то, что заставило его притормозить. По дороге, прямо к нему катилось что-то, напоминающее футбольный мяч. Гордон бы и так и решил, если бы странный шар не издавал железный лязг и электрическое попискивание. Забыв об предосторожности, Фриман направил багги на этот странный предмет, чтобы рассмотреть его поближе. «Мяч» тоже покатился к нему, с каждым метром набирая скорость. Подъехав ближе, Фриман увидел, что у этого шара были довольно явные бугры, которые располагались равномерно и симметрично. Ученый друг поймал себя на мысли, что эти штуки – явно изделие Альянса… Тот же серо-черный металл, странные и нелогичные линии…

 

Но Гордон успел понять это слишком поздно. Шар, набрав приличную скорость, на полном ходу врезался в багги. Раздался резкий электрический треск, и багги сильно тряхнуло. Фриман, вскрикнув, едва сумел справиться с управление. Шар, отлетевший от удара на метр, снова покатился к багги. Между буграми на его поверхности начали проскакивать белые молнии. Гордон, поняв, что нарвался на очередной «сюрприз» Альянса. Круто увел машину вправо. Шар, метнувшись за ним, снова врезался в багги. Его снова тряхнуло, отбросило прямо на скалу у обочины. Фриман, бешено пытаясь справиться с управлением, отвел багги от скалы, от удара о которую перекладины машины даже погнулись. Фриманом овладела паника – он увидел, как спереди к нему несутся еще два таких шара. Езду продолжать было бы самоубийством – эти штуки того и гляди столкнут его в море! Гордон остановился и поспешно спрыгнул с багги, в который снова ударил злосчастный шар. От мощного удара легкий багги отбросило метра на два и чуть не перевернуло. Фриман заметил, что из него на асфальт выпала гравипушка. И в его голове мелькнула смелая мысль. Схватив гравипушку, Гордон притянул ею к себе этот «мяч». Тот повис перед ним, не в состоянии вырваться из антигравитационного поля. Фриман, не дожидаясь реакции этого механизма на такой наглый захват, направил гравипушку к морю и отбросил ею шар. Странный аппарат улетел вниз, тревожно пища. Гордон, понимая, что еще очень рано праздновать победу, повернулся к дороге – прямо на него неслись два таких же шара.

 

«Чертовы шары… как мины, только движущиеся… сами находят врага…», - и Гордон захватил одну из этих катящихся мин в антигравитационное поле. Быстро отбросил ее в море. Туда же – и третью. Но он даже не успел как следует отдышаться – откуда-то спереди в него начали стрелять. Фриман пригнулся и пригляделся – впереди, возле заброшенной лачуги бегали два солдата и стреляли по нему короткими очередями. Один из них, похоже, оттолкнул от себя еще одну катящуюся мину в сторону Гордона. Действовать нужно было очень быстро. Фриман быстро влез на багги и что было сил надавил на педаль газа. Фриман, ловко обогнув катящуюся на него мину, на полном ходу пронесся через стан солдат, успев подстрелить обоих из гауссовой винтовки. Только эта быстрота и спасла его. Он понял это, когда все осталось позади… Фриман остановился и глянул на датчик зарядки скафандра. Он был на нуле. И вдруг, хлопнув себя по лбу, Гордон полез в бедренный отделение костюма и извлек оттуда пять энергобатарей. Фриман победоносно улыбнулся. И как он мог про них забыть? Полковник Кэббедж предупреждал его, что дальше, у подхода к какому-то мосту, будет довольно опасно. Так что батареи сейчас – как нельзя кстати! Тем более, учитывая, что Альянс начал использовать эти новые приспособления… Неизвестно еще, может ли скафандр защитить Гордона, если одна из этих шаровых мин ударит прямо по нему. Покачав головой, Гордон начал заряжать костюм…

 

 

……Начакльник «Гражданской Обороны» стоял, благоразумно вытянувшись перед офицером Элиты Альянса. Такие высокие гости редко появлялись в городе. Только при очень серьезных проблемах. Начальник ГО почувствовал неладное уже когда увидел офицера Элиты. А теперь, когда тот описал ему ситуацию в Нова Проспект, начальник ГО уже понял, к чему все идет. По крайней мере, ни к чему хорошему.

- А почему Консул не передал все свои распоряжения по радиосвязи? – спросил Высший офицер ГО.

Офицер СЕ121007 презрительно усмехнулся.

- Вам, как начальнику «Гражданской Обороны» Сити 17 должна быть известна реальная обстановка в городе. Повстанцы захватили несколько радиоканалов и уже занимаются перехватом. Если они пронюхают про бунты в Нова Проспект и про наши меры против них, это может сыграть роль разорвавшейся бомбы. Будут еще восстания. И именно поэтому я сообщаю эти сведения лично.

- Но разве это повод закрывать пункт №1? – нахмурился начальник ГО.

- Приказы не обсуждаются, - отрезал офицер СЕ121007, - Указания Консула следующие. Первое – перенести перераспределительный пункт на другой конец вокзала. Второе – значительно ужесточить контроль за вновь прибывающими гражданами. За малейшие неувязки с документами, малейшие слухи и подозрения – немедленный допрос и расстрел. Немедленный! Третье – произвести полную чистку кадров ГО.

- Но, офицер…

- Молчите! Не возражать! Повторяю – полная чистка. За малейшие проступки, замечания и отклонения от инструкции – немедленное увольнение и расстрел. Приказ Консула. Или вы, может быть, против? Случилось возмутительное – у поднявшего бунт нашли пистолет члена ГО! А этот дикий случай с предателем?

- Да, я уже наслышан об этом инциденте, - опустил голову начальник ГО, - Но ведь предатель, помогавший Фриману, расстрелян…

- Но если предательство имело место, значит, есть и изъян в системе. Устранением его Консул и занимается. Надеюсь, вы все поняли?

И офицер СЕ121007 встал и, не прощаясь, вышел, оставив ошеломленного начальника ГО одного.

«Надеюсь, Консул принял правильное решение, - думал офицер Элиты, идя по коридору, - ГО давно нуждается в чистке… Всех этих граждан надо прижать железным кулаком. Что там Калхун говорил? Уважение к пленным? Такое уважение имеет смысл только до известного предела… Но может, Калхун в чем-то и прав? Может, жесткое обращение с ними и толкает их на бунт? Наверное, так и есть… Тогда что, решение Консула неверно? Черт, о чем это я думаю?! Консул всегда прав. Альянс всегда прав. Остальное – только мусор, остатки человеческой нелогичной психики…»

 

 

…Фриман уже потерял счет времени. Он уже не знал, сколько он едет, и куда. Настроение падало с каждой минутой – солдат он встречал все больше и больше. За последние полчаса он миновал два мелких поста. Была одна засада. Хилая, неорганизованная, но все же была. Только что Фриман столкнулся с огромным бирюзовым силовым полем – такие же он видел возле вокзала в Сити 17. Эта полупрозрачная пленка закрывала собой всю дорогу. Рядом – большой лагерь солдат Альянса. Даже БТР стоял. Фриман потратил еще двадцать минут на то, чтобы скрытно зачистить три дома, бывших элитных коттеджа в европейском стиле, от слуг Альянса и Брина. В этом месте его чуть не ранили – автоматная пули едва не попала между пластинами скафандра. Если бы она пробила его в этом месте, Фриман бы уже навсегда бы распрощался со своей левой рукой… Но ему повезло – пулю все же смог остановить заряженный до отказа скафандр. Измотанный донельзя поисками энергообеспечения силового щита, Гордон хмуро жал на спуск, перебивая кабель, шедший от аккумулятора к щиту. И снова – дорога, которая уже кажется бесконечной… Гордон все больше и больше смотрел в небо и видел там лишь серую, мрачную дымку, и ни намека на солнце. Ему уже казалось, что все это предприятие бессмысленно, и что он уже давно сбился с пути. Прошло много времени – и к Илаю с Джудит, наверное, уже не поспеть…

 

Из раздумий Гордона вывели очередные дома, показавшиеся ха поворотом. Фриман вздохнул – опять какая-то база Альянса, опять надо драться… Но вдруг он напрягся, и, вздрогнув, вгляделся вдаль. Нет, ему не показалось. Точно! Прямо рядом со скоплением домиков вдаль, в простор залива уходил огромный мост, держащийся на не менее огромных опорах и балках. На самом мосту было что-то, похожее на КПП… Фриман выпрямился и вдохнул полную грудь воздуха. Нет, еще не все потеряно. Он все-таки не сбился с пути. Он нашел мост.

 

Подъехав на максимально близкое и одновременно безопасное расстояние, Фриман начал обдумывать план действий.

 

«Сначала надо определить цель, - размышлял он, - Здесь дорога прерывается. Судя по карте Леона, мой путь лежит через мост… Значит, всего-то и надо, что заехать на мост – и вперед. Н-да, не так-то просто это сделать… Кэббедж говорил, что тут все хорошо охраняется – мост, вероятно, прямой путь к Нова Проспект. Можно сделать все по схеме внезапности – влететь на полной скорости в лагерь и открыть огонь. Но где гарантия, что солдат там не целый взвод? Конечно, с заряженным скафандром я выдержу много прямых попаданий… Черт, все время забываю про голову… Ну ничего, никто до этого мне в нее не попал, значит, и не попадет… Ладно, если серьезно, то нужно что-то решать… Наверное, лучше опять оставить багги где-нибудь здесь и, скрытно пробравшись к ним, перебить всех тихо и безболезненно… Ладно, так, значит так!», и Гордон вернулся к багги, чтобы забрать из него все нужное оружие.

 

Путь до самого лагеря занял минуты две. Но потом пришлось действовать очень осторожно. Фриман, выбрав для вторжения табельный автомат солдат, пополз по траве, приближаясь к первому дому. Здесь, по сути, был лишь один дом, но очень большой, трехэтажный и массивный. Все вокруг было лишь дополнением к нему – и гаражи, и сарай, и сторожевая будка, и две маленькие полуразрушенные хижины, одна - на самом краю обрыва, под которым далеко внизу гулко шумело море. Фриман решил сначала обследовать дом. Прокравшись мимо прохаживающегося на воздухе солдата Альянса, Гордон проскочил в какой-то пустой дверной проем, который когда-то был черным ходом. Гордону открылась довольно мрачная картина. Он прошел мимо полностью разгромленной кухни, где, помимо груды хлама и покореженной домашней утвари, в большом тазу виднелась какая-то зловонная красно-желтая масса, и рядом – несколько окровавленных ножей. Фриман отвернулся, не желая вглядываться, и так и не увидел в тазу виднеющуюся там женскую руку и кусок черепа…

 

В комнате, некогда бывшей гостиной, Фриман нашел первого нового жильца. Отлично вооруженный солдат стоял спиной к Фриману и смотрел в окно на море… Стараясь не скрипеть досками пола, Гордон подкрался к нему сзади и изо всех сил ударил по голове монтировкой. Солдат, захрипев сквозь респиратор, осел на пол. Фриман оттер монтировку от крови и повесил ее на пояс. Злорадно усмехнулся – ты сам выбрал эту войну и этот лагерь, бывший человек!

 

К великому удивлению и радости Гордона в доме больше никого не оказалось. Вернее, на его первом этаже. Дверь на лестницу была крепко и давно заколочена – там не было никого уже много лет. Фриман прошел по коридору, на котором еще сохранились старые полосатые обои. Он даже не заметил маленькую фотографию, висящие на стене. С нее на труп солдата смотрели спокойные пожелтевшие от света лица. Отец, одетый в старомодный длиннополый фрак, мать в чепце и маленький, аккуратно причесанный мальчик в пиджачке и жилетке. На их лицах – умиротворение. Конечно, это же их первая семейная фотокарточка, она будет с ними всю жизнь… Прошло много лет, мать состарилась и умерла, отца забрали на войну еще в четырнадцатом году, за родную Австрию, за великого императора Франца Иосифа. Сын рос здесь сам, время от времени приезжала помогать двоюродная сестра с детьми… Когда выросший мальчик женился, ему было уже под сорок. Он был счастлив, что успел, все-таки успел дать жизнь собственному ребенку – маленькому веселому мальчику, который с годами стал полной его копией, прямо как на этой фотокарточке. Он умер, не зная, что его сыну будет тоже почти пятьдесят, когда в этот фамильный дом ворвется толпа солдат в респираторах и, не говоря ни слова, расстреляет и его сына, убившего накануне троих ГО-шников, и его приятеля, помогавшего достать незаконное оружие… Фриман так и прошел мимо этой фотокарточки, не увидев сзади нее надписи, которую уже никто никогда не увидит: «Прага, 1912 год»…

 

Заняв удобную позицию в выбитом окне, Фриман быстро рассчитал свою цели. Так, один солдат у той хижины, двое у сторожевой будки… Не так уж и много. И Гордон открыл огонь. Солдаты даже не успели ничего понять. Всех свалил шквал пуль, прежде чем они успели дотянуться до оружия. Фриман, не теряя ни секунды, выбежал из дома, оглядываясь – подмога могла прибежать откуда угодно, и нужно было ее правильно встретить. И он не ошибся – возле сарайчика мелькнула тень солдата. Фриман поспешно выстрелил, но, выплюнув две пули, табельный автомат замолк – стакан с энергетическим топливом опустел. Менять его не было времени, и Гордон решился на рискованный шаг. Схватив гравипушку, он притянул ею большой камень. И, едва солдат, уверенный в том, что у Свободного Человека закончились патроны, свободно вышел из укрытия, прямо в его грудь полетел тяжеленный камень. Раздался влажный хруст, сдавленный хрип – все стихло. Больше в этом лагере не осталось никого.

 

Фриман, вполне довольный успешным рейдом, критично оглядел поле битвы и перезарядил автомат. Так, теперь дело за малым – подогнать багги к мосту, заехать наверх, и – вперед, к лучезарному будущему! Гордон сам усмехнулся этим мыслям. Но настроение у него все же было хорошим. Решив не терять его, Фриман быстро вернулся к багги и вернулся уже на нем. Довольно трудно было подняться на дорогу, переходящую в мост – склон был слишком крутым. Но, наконец заехав туда с разгона с пятой попытки, Фриман хотел было уже дать полный ход, но вдруг ошеломленно остановился. Хорошее настроение пропало, как стипендия после большой гулянки. Прямо перед ним мост пересекал большой силовой щит.

 

Гордон был в шоке. Он-то думал, что все закончится так просто. Ему и в голову не приходило, что сильно охраняться может не только подступ к мосту, но и сам мост. Фриман поражено сошел с багги. Все. Стоп-Машина… Приехали. Гордон наконец заметил, что мост был железнодорожным. Прямо по нему шли две лини рельс, на одной из них недалеко за щитом стояли две брошенные цистерны. Рельсы за щитом уходили далеко вперед, отсюда из-за легкого тумана не было даже видно того берега и конца моста. Казалось, это гигантское бетонно-металлическое сооружение уходит в бесконечность и тянется вечно, как и эта чертова дорога…

 

Но все же надо было делать хоть что-то. Фриман был зол, как никогда. Опять! Опять идти неизвестно куда! Он быстро глянул на опорные рамы силового поля – толстый кабель тянулся от них по некогда фонарным столбам вдаль, по мосту, на ту сторону. Похоже, источник питания для поля был там, на том конце моста. Какой вечный парадокс – чтобы пройти через мост, нужно выключить поле, а чтобы выключить поле, нужно пройти через мост. Гордон, отбросив все чувства насчет этого, лихорадочно соображал. Силовое поле надо отключить любой ценой. Для этого надо попасть на тот конец моста. И, если нельзя пройти по верху моста, то надо попытаться пройти по его нижней стороне. Звучала эта затея несуразно, но только с первого взгляда. Фриман, озаренный идеей, сбежал вниз, к домам, и встал возле хижины, над обрывом. Оглядел огромный мост сбоку. Все верно. У каждого большого моста есть хотя бы самое маленькое помещение, предназначенное для обслуживания всего сооружения, для вынужденного ремонта и профилактики опор, балок и креплений моста. И Фриман на этот раз был прав – первая из «ног» моста была очень большой и тянулась по протяжению моста несколько десятков метров. Очевидно, внутри нее есть служебный коридор. А значит, где-то и должен быть вход в него. Гордон пригляделся и нашел его – ниже уровня земли, вдоль обрыва по отвесной скале тянулась довольно узкая тропинка, один край которой обрывался над морем. Она и вела прямо к неприметной двери в колонне, на которую опирался мост.

 

Фриман вздохнул. Ладно, если идти, значит, идти до конца. И он спустился по крутому склону на ту тропинку. Осторожно пройдя по ней, он повернул ручку двери. Открыто. И на том спасибо.

 

Фриман тихо кипел, ему совершенно не хотелось идти туда, тем более, что он совершенно не представлял, как будет продвигаться, если служебный коридор окончится тупиком. Но коридор вывел его снова под открытое небо. Гордон оказался на второй опоре моста, на больной «ноге», поддерживающей эту громадину над землей. Но то, Гордон увидел впереди, убило все его остатки решительности.





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...