Главная Обратная связь

Дисциплины:






Глава 2 Красный День Календаря 23 страница



 

Гордон шел по Нова проспект, осторожно обводя автоматом все коридоры и угля, и повсюду, под гулкую музыку войны шли бои. Но Фримана пугало другое. Это была война турелей и муравьиных львов. Агде же люди? Хотя бы - охрана тюрьмы, надзиратели? Солдаты, в конце-концов? Фриман зашел в еще одну комендантскую комнату, но и там нашел лишь растерзанный труп охранника в респираторе, опрокинутые шкафы и стулья. Теперь у Фримана уже и не возникало мысли об озлобленных заключенных. Именно такие раны оставляли на теле муравьиные львы.

 

Здесь нашлось то, что несказанно обрадовало ученого - зарядный щиток Альянса. Осмотрительно оглядевшись на предмет засады, Фриман пристроил разъемы скафандра, и зарядка началась. Но вдруг какое-то мелькание отвлекло его взгляд от индикатора зарядки. Это был настенный монитор камер наблюдения. На нем, по темному коридору мчалась орда муравьиных львов, мчалась, яростно кидаясь на отчаянно отстреливающихся от них солдат и охранников. Вот и люди... Только что-то Гордон не был им рад. Он с тревогой наблюдал за битвой. И не он один. За стеклянными дверями, видневшимися на мониторе, вдруг появилась высокая худощавая фигура. Секунду понаблюдав за боем, человек в синем костюме едва заметно кивнул и, поправив галстук, вдруг посмотрел прямо в камеру. Прямо в глаза Фриману. Гордона передернуло. "И он тут,- растерянно и презрительно подумал молодой ученый, - Как всегда, наблюдает...". G-man, выждав еще секунду, развернулся и ушел, скрывшись из виду. Фриман покачал головой, отсоединяя разъемы. Не к добру все это. Его не волновало, что присутствие этого человека означало, что все идет как надо. Фримана бесило то, что он опять делает, как надо этому человеку. И вроде бы это не должно было его беспокоить - сам, дурак, подписался работать на него. Но все же было в это что-то крайне неприятно. Кому приятно ощущать себя марионеткой?

 

Идя дальше, мысли Гордона все время возвращались к G-man`у, но сейчас было неподходящее время для построения гипотез, и Фриман из всех сил старался себе это внушить. Он прошел мимо еще одного рядя камер, затем пошли подсобные помещения и туалеты. Затем - маленькие комнатки, очень похожие на не, что он видел на вокзале - обитые дерматином окровавленные кресла с ремешками на спинке и подлокотниках... Неужели все эти зверства тут были узаконены? Гордону становилось больно за всех людей, когда он осознавал это.

 

Он шел и шел вперед, на звуки перестрелок, по гудящему и мелко трясущемуся полу. Но людей все не было. Лишь оставленные во множестве турели, неустанно отстреливающие все, что движется. Внезапная атака "быстрых" хедкрабов немного встрясла Гордона - еще раз он понял, что тут ни на секунду нельзя расслабляться. Последнего хедкраба он застрелил, когда тот был уже в прыжке, и его острые зубы мелькнули у ученого перед глазами. Еще бы чуть-чуть, и... Об этом было даже страшно подумать. Но реакция и рефлексы, намертво наработанные Фриманом за все те события, что он испытал, сослужили ему неоценимую службу - и хедкраб отлетел назад, обдав лицо Фримана омерзительной желтой слизью. Фриман, недовольно сморщившись, снял очки и протер их. "Как я до сих пор умудрился не разбить их?" - с улыбкой подумал он.



 

Спустившись по развороченной лестнице на этаж ниже, к новому ряду камер, Гордон прошел служебными коридорами вглубь тюрьмы и вскоре оказался в тупике - на невысоком балкончике над просторным залом. Зал, выложенный грязным белым кафелем, служил. похоже, не то столовой, не то местом прогулки заключенных. В любом случае, Фриман понял, что идти нужно через него - из балкончика другого выхода не было. И он спрыгнул вниз, благо высота была небольшой. Оглядевшись, он направился было к дверям, но внезапный и нарастающий гул резко остановил его. Звуки стрельбы становились все громче, пол трясся все сильнее. Гордон приготовился - похоже, он наконец встретится к людьми... Но то, что произошло в следующую секунду надолго отбило у него охоту к каким-либо встречам.

 

Двери распахнулись, и в зал, спинами вперед, вбежали несколько охранников с эмблемой «Нова Проспект» на рукавах. Они отчаянно отстреливались от кого-то, оглядывались, словно затравленные волки, ища место, где можно было бы спрятаться. Фриман, притаившийся за большим шкафом, уже было хотел открыть огонь, но... Массивные двери вдруг вырвало, вместе с петлями и кусками стены. Что-то огромное и невообразимо мощное ворвалось в зал, сметая все на своем пути, словно лавина. Тяжелые двери и камни разлетелись в стороны, словно картонные, двое охранников со сдавленными стонами отлетели к стене с перебитыми позвоночниками. Гордон почувствовал, что холодок пробежал пол его спине. Это был мирмидонт.

 

Огромное насекомое, сильное и тяжелое, ворвалось в зал с диким ревом и кинулось на остальных охранников. Гордон в оцепенении замер. Как?! Что эта тварь делает здесь?! Неужели и вожакам муравьиных львов удалось сюда пробраться?.. Тогда Нова Проспект конец. Охранникам не устоять. Гордон, поежившись, вспомнил свой бой с одним из таких существ. Нет уж, второго такого ужаса он испытать не хочет!

 

«Пусть воюют, если хотят! Я еще не настолько глуп, чтобы пытаться прошибить головой бетонную стену...»

 

Фриман рванулся к другим дверям, проносясь мимо совсем уже запаниковавших охранников, которых, словно тряпичных кукол, терзал мирмидонт. Заметив фигуру в оранжевом костюме, огромная тварь заревела и кинулась вслед убегающей жертве. От этого человека пахло их запахом, запахом Муравьиных Стражей, но мирмидонт чувствовал, что это - ложный запах. Он не мог не узнать своего. А это был явно не свой. И мирмидонт кинулся за ним.

 

Фриман, вбежав в смежный зал, огляделся в поисках выхода. Сзади раздавался мощный топот мирмидонта. Фриман метнулся к выходу, но... Двери были заблокированы - кто-то из здешних устроил тут баррикаду из скамеек, шкафов и стульев. Гордон тут же увидел двух охранников - хозяев баррикады, возле небольшого пролома в полу. Они были мертвы. Гордон судорожно оглянулся - огромное насекомое мчалось прямо на него. Времени на разбор завала не было. И Фриман, повинуясь лишь инстинкту, взобрался наверх баррикады и приоткрыл двери - сверху они были заложены не до конца. И за миг до того, как в баррикаду врезался огромный муравьиный лев, Фриман пролез в образовавшуюся щель. Упав, он тут же подскочил. Двери сотряслись от мощного удара - он баррикада, похоже, пока что выдерживала. Ученый, благодаря небеса за то, что так легко отделался, поспешил прочь - кто знает, насколько хватит этой баррикады?..

 

 

...Пятеро испуганных, но решительно настроенных заключенных осторожно и тихо шли по коридору А6, оглядываясь и вздрагивая от каждого шороха. Наконец они остановились - нужно было решать, что делать дальше.

- Ну что, граждане политические преступники, - едко улыбнулся Ларри, - Надо решать что делать. Из клетки-то мы вырвались, а вот теперь что?

- Как что? - удивился Норман, - Бежать так бежать, на свободу и побыстрее!

- Дурак ты, Норман, - сказал Вебер, - Ты еще повесь на себя табличку "Я беглец из Нова Проспект" и выйди прямо в город. Нас и там ждет лишь арест и допрос, или смерть, что, по сути, одно и то же.

- А я говорю, к повстанцам надо бежать! - зашептал Стоунер, - Нас там примут как родных. Вот только как на них выйти? Их сейчас немного, да и шифруются они сильно... Андрей, ты же у нас как раз на сходке с повстанцами попался. Ну-ка выкладывай, как с ними можно связаться?

- А никак, - ответил Андрей, оглядываясь, - Они сами могут на тебя выйти, предложить перейти к ним. Мне, например, приятель предложил, на которого вышли повстанцы. А самим пытаться их обнаружить - дело гиблое.

- Вы все идиоты, - заявил Ларри, - Один мой кореш тоже вот так искал повстанцев, чтобы к ним присоединиться. И нашел их. А они его пристрелили почти сразу. Тут логика простая - раз ищешь повстанцев, значит, послан Альянсом. Вы, подельнички, как хотите, а я соскакиваю! К чертям собачьим этих повстанцев! Подамся куда-нибудь в деревню, попробую перебраться в Германию, там в деревнях можно без документов жить.

- Ты просто самоубийца! - презрительно усмехнулся Вебер, - Ну куда ты поедешь в таком виде? До первого ГО-шника?

- Это уже мое дело!

- Красиво рассуждаешь, Ларри, - задумался Стоунер, - Ладно, я с тобой. Германия так Германия.

- А я все равно буду на повстанцев выходить, - сказал Вебер, - Не хочу все время со страхом ждать момента, когда у меня спросят документы.

- Ну и дурак! - заявил Норман, - У повстанцев ты каждый день будешь собственной шкурой рисковать в вылазках на солдат Альянса. А в деревеньке только тишь да покой...

- Я вот вас тут слушаю и не могу понять, вы действительно такие тупые? Или просто самонадеянные? - едва слышно сказал Андрей.

- Что? - Ларри нахмурился, но сдержался, - В чем проблема?

- Вы тут расписываете, какая красивая жизнь вас ждет, словно вы уже на свободе! А мы все еще в Нова Проспект. У нас нет оружия. Повсюду охранники и надзиратели. Повсюду эти твари, муравьиные львы! Надо быть очень и очень везучим, чтобы выбраться отсюда живым.

Все затихли, обдумывая услышанное. И уверенность на их лицах постепенно уступала место испугу.

- А ведь он прав, - проговорил Ларри, - Черт... Парни, да мы все в таком дерьме...

- Вот только бузить не надо! - начал Вебер, - Все мы тут в одинаковом положении, паника нам ни к чему...

Его прервал какой-то шум, донесшийся из за угла. Заключенные разом напряглись.

- Норман, - шепнул Ларри, - Пойди глянь, что там.

Норман, кивнув, бледный, как простыня, отошел от всех и выглянул за угол. И тут же бегом вернулся.

- Там охранники! Двое, вооружены. Сюда идут...

- Надо брать,- тихо сказал Андрей.

Ларри кивнул.

- Всем тихо! - скомандовал он, - За мной.

Они, все пятеро, осторожно подошли к углу и замерли. Вот показались уже две тени, стук беспокойных шагов и тяжелое дыхание через фильтры респираторов... Оба охранника вышли из-за угла - и на них тут же молча навалилась толпа озлобленных заключенных. Дрались молча, пыхтя, сосредоточенно направляя удары. Охранники даже не успели понять, что это было. Пять пар кулаков изо всех сил молотили их. Андрей, оттолкнув Стоунера, с нечеловеческой силой содрал с головы одного из охранников респиратор...

"Черт... Это не Стас..."

Бледное, голубоватое лицо с тонкой прозрачной кожей скривилось от попавшего на него света. Охранник закричал, но подавился собственным криком, когда в его челюсть раз за разом начали влетать все новые удары. Через минуту все было кончено. Одному охраннику Ларри опытным движением свернул шею, а другого все просто забили ногами. Какая жизнь, такие и законы.

Заключенные отошли от трупов, тяжело дыша. И уже довольно и почти весело начали демонстрировать свои трофеи. Теперь в их распоряжении были два импульсных автомата с боезапасом по три стакана на каждый, пять гранат, рация и несколько портативных цифровых устройств. Их и рацию, не поняв, что это такое, тут же выбросили.

- Ну что, кто там говорил, что у нас оружия нет? - довольно рассмеялся Ларри, взвешивая в руке автомат,- Теперь можем с этими гнидами потягаться!

- Парни, слушайте меня! - вдруг громко сказал Андрей, - Теперь у нас есть оружие, и мы легко можем раздобыть еще. Настало время решить, кто с кем. Кто куда идет. Тут кто-то хотел в деревню, в Германию? Я предлагаю свой вариант. На повстанцев так просто не выйти, искать их бессмысленно. Поэтому я предлагаю следующее. Здесь, в Нова Проспект, есть главный узел связи. У Альянса тут стоит очень мощное, новейшее оборудование. Можно попытаться прорваться в узел связи и поймать частоту какой-нибудь из станций Сопротивления. Выйдя с ними на диалог, мы сможем узнать где они и как к ним попасть. Так будет вернее и надежнее слепых поисков. Ну что, кто со мной?

Повисла тишина. Все уже давно поняли, в чем суть, но никто не решался заговорить первым.

- Нет, - наконец сказал Ларри, - Это самоубийство. Идти в самый центр этого осиного логова в то время когда можно отсюда спокойно уйти? Нет уж, я на такое и под стволом автомата не соглашусь. Я пас, Андрей. Германия лучше. Пахать на повстанцев - это не моё.

- Верно, - подхватил осмелевший Стоунер, - Я тоже не буду рисковать своей задницей из-за возможности присоединиться к кучке сопротивленцев. Я с тобой, Ларри.

- И я, - сказал Норман, - Повстанцев мало, они ничего не смогут изменить. Надо выживать как можешь, Андрей. Ты псих, раз решил идти к ним.

- Я с тобой, - шагнул к Андрею Вебер.

Андрей едва заметно улыбнулся. Он знал. Не даром Вебер всегда казался ему самым здравомыслящим из всех. После Ларри.

- Как знаешь, Ларри, - пожал плечами Андрей, - Значит, разбегаемся. Мы забираем одну пушку и все гранаты.

Все недовольно переглянулись.

- Эй, ты! - с вызовом шагнул вперед Норман, - А ты чего тут раскомандовался, русский вшивый?! Все гранаты? А у тебя пупок не развяжется?!

- Заткнись, Норман, - прикрикнул на него Ларри, - Будешь вякать, я тебе не только пупок развяжу! Они идут в самое логово этих ублюдков. Гранаты им нужнее, чем нам.

Норман, пробормотав ругательство, все же отошел.

- Ну, прощай, Ларри, - Андрей пожал его руку, - Может, передумаешь?

- Нет, приятель, - усмехнулся Ларри, - Хватит, навоевался я. Надоело. Удачи тебе там.

И они разошлись...

 

 

...Гордон осторожно заглянул в распахнутую дверь очередной камеры... Снова труп, изуродованный и разорванный. Опять. Во всех остальных камерах этого блока Фриман нашел то же самое. Вот он и повстречался с заключенными. Вот только опоздал. Муравьиные львы повстречались с ними еще раньше. Стараясь не вглядываться в искаженные предсмертной агонией лица, Фриман заглядывал во все новые и новые камеры, надеясь найти хоть одного выжившего. Но все это было напрасно. Эти твари никого не оставляли в живых. Фриман презрительно оглянулся на трех муравьиных львов, шедших позади него. Так бы расстрелял их сейчас, если бы они не были нужны! Только что Гордон миновал крупный пост охраны Нова Проспект. Он застал охранников, когда они только что отбили атаку муравьиных львов и перезаряжали турели. Фриман, не раздумывая, ввязался в бой. Но уже через пять минут пожалел об этом. Целых шестеро охранников, засевших по углам, были ему не по силам. Фриман сидел за каким-то опрокинутым шкафом и лишь изредко и безуспешно пытался выглянуть оттуда, чтобы убить хотя бы одного охранника - все это время по металлическом шкафу колотила неустанная дробь пуль турели. Гордон почувствовал, что ему уже не выкарабкаться, когда охранники пустили в ход мэнхаков. Маленькие смертоносные аппараты, жужжа титановыми и острыми, как бритва, лопастями, залетали даже в укрытие к Гордону, и тому приходилось ожесточенно отбиваться от них монтировкой, каждое мгновенье рискуя остаться без пальцев или кисти. Но вдруг, как это всегда бывает, спасение пришло совсем неожиданно. Пол гулко затрясся, и панически отбивающийся от мэнхаков Гордон бы так ничего и не понял, если бы не крик охранника: «Муравьиные львы!». И из огромной пробоины в полу в помещение хлынуло пятеро гигантских насекомых. Фриман в ту минуту был им рад, как никогда. И, пока охранники панически отстреливались от этих существ, перебегая с место на место, Фриману наконец-то удалось выглянуть из-за шкафа и метнуть пару гранат. Двойной взрыв - и остальное муравьиные львы довершили сами. И, когда Фриман уже хотел по привычке прикончить и их, они вдруг осторожно подошли к нему. Гордон, не удержав нервы, все же выстрелил в одного из приближающихся жуков, и только потом понял в чем дело. Ферроподы все еще действовали. Муравьиные львы приняли его за своего. Гордон, сжав в руке на всякий случай один ферропод, вышел в центр комнаты. И злобно усмехнулся. Имея таких союзников, можно было взять хоть Форт Нокс.

 

Но сейчас он глядел на них с презрением и ненавистью, глядя на то, что они сделали с этими несчастными людьми. Да, Гордону же давно привык к крови. Да, он привык к смерти. Но все равно никак не мог с нею смириться. Не мог и не хотел.

 

Он не знал, где тут находятся железнодорожные пути, и от этого было еще тяжелее. А ведь минуты текли, из них может быть последней для Илая и Джудит. Фриман прибавил шагу. Вечная спешка... Как же он от нее устал...

 

Он бы даже и не обратил бы внимания на большой пост охраны, если бы оттуда не послышались тихие голоса. Смодулированные голоса. Гордон, оглянувшись на своих невольных союзников, решил все же проверить. В таком же посту он в прошлый раз нашел немало полезного. Его скафандр не был заряжен до конца - быть может и тут он найдет зарядник. Фриман решительно свернул по направлению к охранному посту. Подкравшись к нему тихо, чтобы не обратить на себя внимание. он осторожно заглянул за угол. Такого он не мог себе и вообразить.

 

В небольшой комнатке, прилегающей к посту охраны, за силовым щитом на красном кресле сидел вортигонт. Стоящие возле него два охранника что-то делали с небольшой панелью управления возле кресла. Голова вортигонта конвульсивно дергалась, свалившись на плечо, тело мелко тряслось. А из спины торчали два искрящихся электрода...

 

Фриман, ощутив, как кровь ударила ему в виски, с криком ненависти шагнул вперед и длинной очередью расстрелял обоих охранников, изо всех сил стараясь не попасть в несчастного вортигонта. И, когда оба охранника с хрипом повалились на пол, Гордон рванулся вперед, но тут же отпрянул - силовое поле легонько кольнуло его током, когда он к нему прикоснулся. Гордон, безуспешно попробовав пробить щит ногой, беспомощно огляделся. Надо было скорее что-то делать, вортигонт мог быть еще жив! Взгляд Фримана наткнулся на большую вилку, вставленную в розетку прямо за спинкой кресла, и он без раздумий выстрелил. несколько пул раскрошили штепсель, и он выпал из розетки с электрическим треском. Поле пропало. Фриман рванулся было к вортигонту, но увидел, что спешил он напрасно. Вортигонт был мертв. Гордон с сожалением посмотрел на его потускневший, чуть прикрытый глаз. На зеленые браслеты и ошейник... Рабские атрибуты... Гордону никогда еще не было жаль мертвого вортигонта. И это чувство, впервые захлестнувшее его, дало понять, что той пропасти между ними больше не существовало. А теперь... Теперь, когда Гордон видел, как пытали вортигонта... Да, он знал, что Альянс пытает людей, жестоко пытает. Да, он ненавидел Альянс за это. Но теперь, почему-то, увидев пытку этого существа, ненависть эта стала еще крепче. Это уже не просто преступление против человечности, как сказали бы в сороковых годах. Этобыло преступлением против всего Свободного.

 

Фриман мрачно оглядел охранный пост. Действительно есть зарядник. Но такого восторга это уже не принесло. Фриман начал подзарядку, но душой он был еще там, в той комнате с вортигонтом...

 

Фриман даже не успел расслабиться и оценить свои новые возможности. Как только он вышел, в дальнем коридоре мелькнули какие-то фигуры. Фриман, схватившись за автомат, подался вперед, но вдруг услышал голоса. Человеческие голоса. И лицо его прояснилось. Наконец-то! Люди.

 

Гордон кинулся за ними вслед, но фигуры тоже бежали. Гордон уже мог видеть их спины, облаченные в обычные робы «граждан».

 

- Эй, стойте! Я не собираюсь стрелять!

 

На крик Фримана один из заключенных панически обернулся. И начал бежать еще быстрее.

 

- Это еще один коп! - крикнул он своему товарищу, - Элитный! Чертовы комбины, нашли нас и тут! Уходим!

 

И он, не глядя, выстрелил короткой очередью наугад назад. Гордон, совсем не ожидавший такого, мигом упал на пол - пули просвистели совсем рядом.

 

- Готов, гад! Быстрее, валим!

 

И оба заключенных стремительно скрылись за углом. Гордон присвистнул: "Ничего себе! Эти люди, наверное, слишком много пережили... Паника - плохой советчик... Догнать их? Объяснить, кто я? Зачем? Не поверят. Они сейчас в состоянии аффекта... Да и бессмысленно все это. Вряд ли они бы пошли со мной. Но, я ведь мог бы у них хотя бы спросить, где тут железнодорожные пути! Ничего, ладно... Как встречу других - обязательно поинтересуюсь...".

 

И он, встав, осторожно пошел за ними следом. Раньше ему это не приходило в голову, но теперь... Похоже, теперь его могут застрелить свои же.

 

Пройдя с боями еще пару коридоров, Фриман окончательно понял, что заблудился. Казалось, он блуждает кругами. Все коридоры, как один, были похожи друг на друга, Гордон видел какую-то маркировку, но не успевал ее запоминать - он только и был занят тем, что не давал другим себя убить. Нужно было срочно кого-нибудь найти. Хорошо бы заключенного - он мог бы стать ему союзником. На худой конец, можно и взять языка среди охранников - с ними сговорить вряд ли удастся (да и не очень-то и хотелось!), но вот расположение железной дороги они знали точно. Может, Фриман уже опоздал? Может, Аликс, не дождавшись его, решила пойти вглубь тюрьмы сама. Тогда она пропала... Фриман, нахмурившись, пошел еще быстрее, не теряя, однако, осторожности. Хотелось верить в лучшее. Только вот что-то плохо получалось.

 

Впереди вновь послышалась беспорядочная стрельба. Нет, стрельба была тут уже обычным фоном, но именно этот звук был совсем близким. Стреляли пять стволов, а может, и больше. Гордон поспешил на звук.

 

За углом вели ожесточенную перестрелку трое заключенных с четырьмя охранниками. Гордон застал их, когда они были уже в совсем плохом положении. Один из заключенных, уже седой старик, еле удерживал автомат в руках - если захочешь выжить, сможешь сделать даже невозможное. Они засели за какими-то ящиками, и двое охранников уже начали обходить их с тыла, когда Фриман решил вмешаться. Его выстрелы сразу деморализовали охранников - они долго не могли понять, откуда стреляют- за что и поплатились. Не растерявшиеся заключенные вмиг помогли Фриману добить оставшихся слуг Альянса. Фриман, не теряя времени, вышел к ликующим заключенным, которые встретили его издали наставленными автоматами и подозрительными взглядами. И лишь лицо старика просияло, когда он увидел Фримана. Точнее, его скафандр.

 

- Друзья, это же Доктор Фриман! - сипло крикнул он и почти бегом кинулся навстречу своему спасителю, которого он давно знал по фотографиям в газетах и рассказам других соотечественников знаменитого Гордона Фримана.

 

Гордон уже было поднял руку в приветствии, как вдруг произошло то, что никто даже и помыслить не мог. Два муравьиных льва, шедших вслед за Гордоном, уловили запах чужаков и вылетели из за его спины. Старик отчаянно вскрикнул и хотел было податься назад - но было поздно. С яростным шипением на него накинулись гигантские насекомые, прикончив слабого человека одним ударом шипастой ноги.

 

- Джонни, нет!!! - заорал один из заключенных, и, вскинув автомат, начал с болью в глазах расстреливать обоих убийц его старого друга.

 

Второй заключенный в панике бросился бежать. Фриман, вскрикнув от увиденного, сжал зубы и с криком ненависти расстрелял одного из муравьиных львов. Второй, заметив палящего в него заключенного, с шипением кинулся в его сторону. Заключенный, вскрикнув, кинулся бежать вслед за своим товарищем. Фриман застонал и выстрелом прикончил муравьиного льва. И с ненавистью и ругательствами пнул его труп.

 

- Ну почему... Почему именно так...

 

И он, стараясь не глядеть на старика, медленно пошел вперед. Нет, всё. Кончено. Нужно брать языка...

 

Сделать это оказалось намного труднее, чем подумать. Тюрьма кипела, раздираемая боями. каждый спасал свою жизнь. В таком хаосе было сложно идти без глаз на затылке - сзади все время могли напасть, как свои, так и чужие. Гордону стоило больших усилий пробраться в следующий блок. Беда была в том, что ему никак не удавалось подобраться к охраннику со спины, или хотя бы ранить его в ноги и руки. Частично портили дело муравьиные львы, кидающиеся в атаку сломя голову, вопреки всем законам стратегии и тактики. Фриман старался вести бой грамотно, без ненужного риска, и это ем удавалось - по до отказа заряженной броне скафандра не попало еще ни одной пули. Да, он шел вперед, хотя и с трудом, но шел. Но... время все шло и шло, каждый миг мог быть для Илая и Моссман последним. Фриман шел, но все еще не нашел ни железнодорожных путей, ни карты этого места. Языка нужно было брать немедленно.

 

И наконец Гордону повезло. Отослав с помощью ферроподов муравьиных львов подальше, Фриман притаился, глядя из-за угла на двоих охранников, стоящих в одном из разбросанных в каждом блоке охранных постов. Оба слуги Альянса еле слышно и коротко переговаривались. И оба они стояли к Гордону спиной - редкая удача! Один из них чуть отошел от своего товарища и подошел к висящему на стене заряднику. Фриман приподнял брови - он еще никогда раньше не видел, как комбины заряжают свои энергожилеты. Зарядка шла быстро. Плохо, ох как плохо! Теперь у этого охранника больше шансов остаться невредимым при перестрелке. Зато Гордон сразу определил - брать живьем надо именно его. Во-первых, он в этой паре явно был главным, судя по нашивкам, и во-вторых - жилет никак не защитит его руки и ноги, которые нужно поразить. Второго - убрать, чтобы не мешался. Как же стрелять? В кого первым? Если выстрелить сначала в главного, то второй сможет успеть выстрелить в ответ. Если же сначала убить второго, то главный может начать бой, и исход этого боя Фриман уже не брался предугадать, ведь у противника был полностью заряжен бронежилет.

 

«Буду стрелять в главного, - решил про себя Гордон, - Будь что будет».

 

Взяв в правую руку пистолет, он долго и тщательно целился, сняв перед этим с предохранителя импульсный автомат в левой руке. Поймав мгновение между вдохом и выдохом, Гордон аккуратно сделал четыре выстрела. Пули влетели в каждую ногу и руку главного охранника – и, одновременно с его стоном, Гордон с левой руки обдал дождем пуль второго охранника. Оба тела упали одновременно - мертвое и еще живое. Фриман быстро подбежал к живому охраннику. Одна из пуль перебила сустав на левой руке - отлично, теперь охранник не сможет стрелять. Фриман нахмурился - все же это было плохо, охранник мог быстро умереть от болевого шока и потери крови. Действовать надо было быстро.

 

Гордон, перевернув живого охранника на спину, мощным рывком сорвал с него респиратор, обнажив тощее синюшное лицо с ввалившимися глазами и бескровными губами. Охранник, до этого не издавший ни звука, невыносимо застонал, сморщившись и замотав головой.

 

- Одень... обратно, - услышал Гордон его хрип, - Свет жжет...

 

Фриман, подавив удивление, поспешно нацепил противогаз на стонущего охранника, который уже не прекращал тихо и слабо стонать. только теперь эти стоны были бездушны, звуча через модулятор противогаза.

 

- Быстро говори, где тут железнодорожная станция!

 

Охранник что-то неразборчиво простонал.

 

- Говори, - Фриман тряс его за плечи, - Все равно ведь умрешь, какая тебе уже разница? Говори, где железная дорога?

 

Ему показалось, или охранник засмеялся?

 

- У тебя нет шансов... - сказал он, и снова застонал, уже слабее.

 

- Что?

 

Охранник повис у него в руках.

 

- Ну же, говори, где? - не сдавался Фриман, не в силах поверить, что потерял такого ценного языка.

 

- Эй ты, не двигаться! - раздался вдруг резкий голос.

 

Человеческий голос…

 

 

…Триггер, обеспокоено оглядываясь, шел вслед за Келли, который вел его по каким-то темным катакомбам. Триггер и раньше слышал о этой части города, но никогда не был тут. Еще бы – ведь рассказывали, что Гражданская Оборона сваливает в эту часть канализации трупы убитых граждан. Сейчас, почти в полной темноте, трупов не было видно, но вонь стояла просто невыносимая. Но от глупых вопросов Триггер все же воздержался. Наконец-то его ведут на станцию. Наконец-то он вступит в ряды Сопротивления!

- Послушай, - тихо обратился к нему идущий впереди Келли, - У тебя остались знакомые в городе? Какие-нибудь связи, друзья?

- Ты и Шульц – мои единственные друзья тут, - ответил Триггер, - Я ведь только недавно в Сити 17… Хотя… да, есть у меня еще один хороший приятель, мы с ним сюда вместе переезжали… А что?

- Забудь про него.

- Что?

- Я сказал, забудь, Триггер. Ты скоро войдешь в Сопротивление, а там риск неприемлем. Ты обязательно захочешь потом связаться со своим приятелем, просто поговорить, а то и рассказать о нас… Твой приятель сболтнет лишнего – и ты погубишь всех нас.

- Он не сболтнет, я уверен, - заверил Триггер, переступая через что-то мягкое.





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...