Главная Обратная связь

Дисциплины:






Глава 2 Красный День Календаря 28 страница



 

- Посмотрим, как с ней поступить, - Гордону стало немного не по себе при мысли об убийстве Джудит, - Может, она еще окажется для нас полезной. Ладно, Аликс, бери автомат, пойдем.

 

Аликс шагнула было за ним, но все же остановилась.

 

- Нет, я останусь тут, попробую понять, в каком она секторе, сверюсь с картой, и заодно отключу нужные системы защиты – наверняка она неплохо забаррикадировалась…

 

Гордон покачал головой. Его постоянно удивляла способность этой совсем молодой девушки даже в самой неприятной ситуации находить более рациональные выходы. В ее годы девушки должны быть эмоциональны, веселы, смешливы, наивны, а Аликс… Хотя чего еще можно ожидать от девочки, которую воспитали без матери, воспитали двое ученых и бывший охранник?

 

- Хорошо, оставайся, - наконец кивнул он, - Здесь даже безопаснее, турели все еще стоят. Держи связь прежним способом, и как только посмотришь карту и прочее, сразу же догоняй меня! Я буду ждать.

 

- Ладно, - сказала она, уже что-то делая с консолью.

 

- Сообщай о себе почаще, - еще раз попросил Гордон.

 

Аликс лишь кивнула. И Фриман вышел. Он вполне понимал ее сейчас. Трудно потерять друга, пусть даже и не самого лучшего.

 

Гордон, покачав головой, обошел три трупа, лежащие возле турели. Еще двое солдат привалились к окровавленной стене чуть вдалеке. Гордон шел вперед, уже снова включились инстинкты самозащиты, выживания, стрельбы и реакции, но его мысли снова и снова возвращались к Моссман. Получалось, что Джудит с самого начала заманивала Гордона в Восточную Черную Мезу, возможно даже это она добивалась немедленной телепортации Фримана к Илаю. А ведь он мог и остаться у Кляйнера, остаться в полной безопасности. Но то ли Кляйнер так спешил провести испытания своего прибора, то ли Илай договорился с ним заранее – Гордона пытались с самого начала переправить на старую электростанцию, прямо к Моссман. Гордон вдруг вспомнил, что она, как и Илай, не была удивлена его появлению в Сити 17. Но откуда они могли знать?.. Может быть, кто-то с самого начала был в курсе того, что Гордон окажется тут, и Джудит оставалось просто раскрыть капкан? А может быть, и для Брина «воскрешение» Фримана не было неожиданностью…

 

Но гадать все равно было бессмысленно, и Гордон решил, что лучше будет подождать до приватного разговора с Моссман. Сейчас такие мысли могли стоить жизни. Разобрав завалы из коробок, старых кроватей и каких-то дырявых ржавых ведер, он спустился по скрипучей лестнице вниз, в подвальные помещения. После Черной Мезы он ненавидел и подвалы, и вентиляцию, старался избегать их, но все равно кто-то словно в насмешку оставлял лишь эти места безопасными для прохода.



 

Когда слева на него со знакомым до боли шипением кинулась небольшая белесая тушка, он чертыхнулся и, увернувшись, отскочил в сторону, услышав, как мощные когти звонко скользнули по броне скафандра. Пристрелив хедкраба, Гордон утер пот со лба. Бдительность терять нельзя ни в коем случае. Может быть, это сейчас его чуть не ранила эта тварь из Зена, а в следующий раз это будет нож охранника или надзирателя, которые уж точно не промахнутся мимо шеи… Гордон, подняв ствол автомата, начал на ощупь пробираться по подвалу, машинально протирая очки, словно это помогло бы лучше видеть в темноте. Что-то зашуршало в стороне и ученый, вздрогнув всем телом, выстрелил на звук. Секунда затишья – и шорох повторился – уже совсем с другой стороны. Фриман снова выстрелил, начиная потихоньку паниковать. Если это «быстрый» зомби, то в темноте шансов нет вообще… О фонарике он вспомнил совершенно случайно – задев его рукой при перезарядке. И тут же осветил все вокруг себя. Шорох раздался уже слева – и Гордон успел увидеть в луче света большого черного таракана, который все с тем же шуршанием убежал под шкаф. Фриман, нервно усмехнувшись, попытался успокоиться. «Да, так и до срыва недалеко, - подумал он, пробираясь к выходу, - Победить здоровенного «таракана» с кристаллом в голове, чтобы потом всю жизнь вздрагивать от вот таких вот крошек…».

 

Из подвала он попал в уже более просторное, освещенное помещение, которое служило когда-то котельной. Сейчас по многочисленным и массивным трубам не бежали ни пар, ни вода, но все вокруг было так, будто эта вода из труб разом прорвалась на волю. Спускаясь по лестнице к полу, Гордон на глаз определил – воды в подвале было почти по колено. Хорошо хоть пиявок не было, да и то – это еще вопрос. Однако что-то было не так. Стараясь понять, что же именно, Гордон в задумчивости остановился, не решаясь вступить в воду, которая, казалось, тихо гудела или даже как-то подрагивала. И вдруг ученый вскинул автомат на чавкающий звук и, едва сдерживаясь от выстрела, увидел, как с потолка спускается вниз язык-щупальце пробудившегося и почувствовавшего пищу барнакла. Патроны тратить на эту глупую тварь было бессмысленно, пока она тебя не схватила, и Фриман решил помиловать представителя фауны Зена. Но как только спускающийся вниз язык коснулся поверхности воды, сверкнула ослепительно яркая искра. Тонкая молния пробежала от глади воды по языку. Барнакл дернулся и безжизненно повис. Запахло горелым мясом. Фриман почувствовал холодок по спине. Похоже, он только что хотел войти в воду, находящуюся под напряжением?

 

Решительность как рукой сняло. Наверное где-то под водой был оборван высоковольтный кабель, и если уж такую сильную тварь, как барнакла, разряд убил за секунду, то от человека, да еще и в металлическом скафандре, останутся одни угольки… Но идти-то надо. Гордон решился на риск, даже не слишком-то сожалея о выборе. Выбора все равно не было. У самого выхода из подвала виднелась большая пластиковая канистра. Она держалась на плаву, видимо, пустая. Что ж, в качестве плота может и сгодиться.

 

Гордон притянул канистру графипушкой и, попробовав, как она держится в воде, осторожно сел на нее, поджимая ноги. Импровизированный плот вроде бы держал, но предстояло еще самое трудное – переплыть через весь подвал, не коснувшись воды ни на секунду. Фриман осторожно оттолкнулся стены и, изо всех сил пытаясь сохранять равновесия, медленно поплыл вперед. Большая канистра проседала под немалым весом человека и его экипировки, но вроде бы тонуть не собиралась. Проплыв пару метров, Фриман краем глаза заметил у стены небольшой помост с рубильником. Первой его мыслью было тут же отключить ток, но он понял, что до рубильника ему плыть намного сложнее и дольше, чем до выхода. И он снова напряженно поплыл, отталкиваясь от дна подобранной доской. И тут внезапный всплеск заставил его так резко вздрогнуть, что он чуть не перевернулся – сзади, из мертвого барнакла в воду выпала полуобглоданная человеческая рука. Фриман, почувствовав, что в глазах мутнеет от прилива крови, еле-еле смог сохранить равновесие после такого толчка. И вдруг его «плот» медленно начал идти ко дну. Выругавшись, Фриман в панике осмотрел канистру – и увидел, что у нее была металлическая крышка. Пластик вокруг нее дымился – высокое напряжение нагрело крышку, и та проплавила канистру. «Плот» начал медленно наполняться водой. Фриман, едва владея собой от накатившего ужаса быть зажаренным заживо, попытался было отталкиваться доской сильнее – но это только раскачивало идущий ко дну плот. Вода подбиралась все ближе и ближе, неумолимо, словно наступающая старость. Фриман, замерев, сцепил зубы и молча, считая мгновения, наблюдал, как вода подползает к его коленям. Воды в канистре уже было много, и она начала крениться. Секунда, длившаяся целую вечность, оборвалась – и Гордон, вскинув, упал с накренившегося плота в воду…

 

 

…Было плохо видно – Альянс на ночь тушил все огни, кроме своих ламп холодного света, да и те были очень редки. Где-то пел сверчок, жужжали мухи, со стороны Рэвенхольма глухо выли «быстрые» зомби. Ночь дышала на Триггера холодным ветерком. Он сжимал в руках выданный ему пистолет – большее оружие ему пока что не доверили. В десяти метрах от него, по ту сторону дороги стояла Линда. Ее вооружили автоматом, хоть и категорически запрещалось открывать стрельбу. Триггер уже устало следил, как очередной повстанец осторожно проносит сквозь темноту ящик с боеприпасами. Глаза уже слипались – он стоял на посту вот уже пять часов. Лишь иногда, в минуты перерыва, когда повстанцам надо было отдохнуть, он подходил к Линде и перекидывался с ней парой фраз. Девушка с интересом беседовала с новичком, явно соскучившись по общению. Еще бы – в обычных домах на улицах Сити 17 никто почти не разговаривал. Знакомство завязывалось. Выяснилось, что у Линды, точнее – у ее родителей, до Семичасовой Войны был домик в Шотландии. И в дни Портального Шторма на этот домик прямиком телепортировало гарга. Родители погибли, заваленные заживо, и Линду спасла лишь уцелевшая сестра. Сестра и сейчас была жива, состоит в отрядах Сопротивления на территории, которая когда-то называлась Швецией. Триггер рассказал ей про свою семью – про отца, который ушел служить в Альянс и был убит во времена Первого восстания, про мать, которую, вместе с остальными стариками скормили страйдерам, про сестру, которая еще до Семичасовой Войны уехала жить в Аргентину и до сих пор не вернулась…

- Это последний? – негромко спросил голос Джефа.

- Да, - ответили ему из темноты, - Там еще остались ящики, но ребята устали, да и того, что мы набрали, нам хватит с лихвой.

- Ну тогда отзывай всех, - скомандовал Джеф, - Эй, Триггер, Линда! Снимайтесь только когда пройдет последний повстанец. И – на станцию 13.

Они пошли вслед за всеми, когда последний повстанец, чуть не падая от усталости, поплелся вслед за едва видной в ночи колонной. Шли молча – в такую тихую ночь дозору ГО было достаточно малейшего звука, чтобы открыть стрельбу. До станции добрались без приключений, и, как только последний ящик был положен в кучу у стены, повстанцы в усталости повалились – кто на кровати и матрацы, а кто и просто на пол. Многих сразу одолел сон. Некоторые тихо переговаривались, делясь впечатлениями о вылазке:

- Эй, Нэйт, слышь? Я чуть не обделался, когда увидел спину того ГО-шника! Думал, нам хана, засекли. А нет – ушел он, а ведь я уже занес над ним нож…

- Жаль, что не прибил его, когда была возможность. Эти ГО-шники хуже солдат – они ведь совсем еще люди…

- Да понимаешь, мне как-то страшновато убивать ГО-шников. Друг у меня там работает. Ну, бывший друг, сам понимаешь. Но все-таки…

Триггер лежал на отведенном ему покрывале и с улыбкой глядел в потолок. Наконец-то отдых… Только ночью можно забыться. Словно ничего и нет.

- Эй, новенький! Триггер!

Он обернулся на голос. Ему делал знаки какой-то плюгавенький мужичок заговорщицкого вида.

- Эй, друг! «Дунуть» хочешь?

- Чего? – не понял Триггер.

- Ну, покурить! Не стесняйся, я же тебе как своему предлагаю.

- А что, есть курево? – Триггер даже приподнялся.

- А то как же! – гордо прошептал мужичок, - У меня канабис, высший сорт! Идем, идем…

Триггер встал и последовал за воровато оглядывающимся мужичком. Они пришли в угол подвала, где уже сидели два повстанца и курили самокрутку.

- Но это же… - Триггер наконец понял, о чем речь, - Это же наркотик… Откуда у тебя конопля?

- Сам вырастил, - отмахнулся мужичок, - В каналах. На таких вонючих свалках, на трупном перегное трава самая качественная растет, не сомневайся. Ну что, будешь?

Триггер колебался.

- Ну ладно, - решился он, - Давай.

Мужичок уставился на него.

- Ну так давай, плати, - заявил плюгавый.

- Чего? – опешил Триггер, - То есть как – «плати»?

- А ты думал, я задаром курить даю? Давай, показывай, что у тебя в карманах есть, может что ценное мне и приглянется…

- Ну уж нет, - и Триггер, опасливо оглядываясь, начал пятиться назад, - Сам кури свое дерьмо, ничего я платить не буду!

- Ну и дурак, - поплывшим голосом сказал один из курящих повстанцев и расхохотался.

Смеялся он долго. Вслед за ним мерзко хихикать стал второй, пока не повалился на бок. Триггер поспешил вернуться на свое место…

 

 

…Он не сразу понял, что еще жив – лишь когда холодная вода начала резать широко раскрытые глаза. Гордон, чуть не нахлебавшись этой канализации, резко вскочил, все еще не веря, что его не трясет в агонии от ударов тока. Но вода была спокойна. Гул прекратился. Электричества больше не было. Гордон, уже не сдерживаясь, вскрикнул, выплескивая все напряжение и боль, и в бессилии опустился вниз. Он жив… Он жив? Почему? Ток выключен? Рубильник…

 

Фриман метнул взгляд на рубильник – и даже снял очки, близоруко прищурившись. На помосте возле выключателя стояла знакомая, но сильно сгорбленная фигура.

 

- Доктор Фриман, электричество – штука тонкая, с ним лучше не шутить…

 

- Вебер? – пробормотал Фриман, поднимаясь и надевая очки, - Это ты? Как… Ты же… Так ты жив?

 

- Жив пока что, - голос шагнувшего к нему Вебера звучал глухо и слабо.

 

- Подожди, как? Мы думали… мы думали, ты мертв, - растерянно произнес Гордон.

 

- Я и сам так думал, - усмехнулся Вебер, - От надзирателя уходили живыми немногие. И ненадолго.

 

- Но, - Гордон вдруг заметил, что рука у Вебера залита кровью и как-то неестественно вывернута, - Что это с тобой? Это сделали они?

 

- Станислав это сделал, - поморщился Вебер, осторожно присаживаясь на уступ у стены, - Его методы… безотказны.

 

- Сволочи, - сжал зубы Гордон, - Ну-ка, дай я посмотрю… Ты – счастливчик, раз ушел от них живым!

 

Фриман склонился над Вебером и осторожно взял его за искалеченную руку. Вебер слабо застонал, дернувшись всем телом. Одна из лучевых костей слегка надорвала кожу и торчала наружу, запястье было раздроблено.

 

- Боже, - покачал головой Фриман, - Это серьезно, парень. У тебя тут как минимум три перелома, один открытый.

 

- Может быть, у доброго Доктора Фримана найдется что-то, чтобы снять эту жуткую боль? – вымученно улыбнулся Вебер.

 

- Гипс наложить мы в таких условиях не сможем, - нахмурился Фриман, - У тебя такая боль оттого, что перелом открытый. Я попытаюсь вправить, это тебе поможет, потом наложим шину. Боюсь, это все, что мы можем сделать сейчас.

 

Вебер поморщился, но смолчал. Взгляд его уже лишился прежней живости. Он смотрел перед собой, словно не видел ничего, кроме каких-то своих внутренних образов.

 

- Сейчас будет больно, - предупредил Гордон.

 

Вебер вскрикнул, заглушив резкий хруст костей, и осел на пол, прижав к себе искалеченную руку.

 

- Ну вот и все, - сочувствующе сказал Гордон, - А сейчас мы найдем какую-нибудь деревяшку и сделаем тебе шину. У меня есть одна упаковка бинтов…

 

Вебер не слышал его. «Он так возится со мной, - думал он, глядя сквозь Гордона, - Помогает… А я предал его. Выдал его Альянсу… нет, пусть лучше он застрелит меня, чем… Надо… надо сказать ему все. Мне уже все равно. Боже, как больно…».

 

- Гордон, - глухо сказал Вебер, - Мне надо сказать тебе кое-что…

 

- Потом, потом! – бросил Фриман, который уже шел к нему с куском доски, - Погоди ты волноваться, сейчас мы тебя перевяжем, будешь как новенький.

 

Шину кое-как наложили, насколько это позволял маленький рулончик бинтов. Шнурки с ботинок Вебера связали вместе кольцом, и он смог держать руку на вису. Кровь остановилась – а это главное. Решено было на первом же посте охраны все перевернуть вверх дном в поисках аптечки.

 

- Ничего, - Гордон подбадривал Вебера как мог, - Аликс будет рада такому попутчику. Возьмем тебя с собой, а там доктор Кляйнер тебя быстренько вылечит.

 

- Кляйнер? – удивился Вебер, и ему стало еще гаже на душе.

 

- Именно! Ну а теперь – вперед, только иди позади меня, не высовывайся. Не хватало тебе еще схватить пулю.

 

Они вышли из подвала. Вебер шел молча, задыхаясь, оглохнув от собственного биения сердца. Надо сказать Фриману все. Иначе он больше так не сможет… Вебер громко застонал, когда откуда-то из темноты «быстрый» хедкраб прыгнул прямо на его больную руку. Тварь уцепилась мертвой хваткой, медленно потянувшись к лицу жертвы. Вебер, извиваясь словно змея, упал.

 

- Вебер, скинь его с себя! – крикнул Гордон, - Скинь, я не могу стрелять, пока она на тебе!

 

- Стреляй, - отчетливо крикнул Вебер, одной рукой еле-еле удерживая хедкраба на расстоянии от своего лица, - Стреляй же!

 

- Не могу! Я же в тебя попаду!

 

- И пусть! Так надо, Доктор Фриман, стреляй!

 

Гордон отбросил автомат и кинулся к другу. Его собственная рука все еще болела от ранения, но сейчас он этого не чувствовал. Схватив тварь обеими руками, он с огромным усилием отодрал ее от тела Вебера и, кинув на пол, начал с силой топтать ногами. Когда оглушенный хедкраб начал вяло отползать в сторону, Фриман добил его из автомата.

 

- Почему ты не стрелял? – с мукой в голосе спросил Вебер, поднимаясь на ноги, - Почему?

 

- Я бы ранил тебя, ты что, не понимаешь? – удивился Гордон.

 

- Так мне и надо.

 

«Он какой-то странный от них вернулся, - подумал Фриман, - Неживой как будто… Ладно, надо дать ему время. Не каждому удается выжить после такой зверской пытки… Нужно, чтобы он отошел, забыл. Может, попросить Аликс с ним позаигрывать?» - и он сам усмехнулся от этой мысли.

 

- Фриман, я все хочу…- начал было Вебер, но Гордон не дослушал.

 

- Знаю, знаю! – и Фриман пошел вперед увлекая за собой друга, - Не бойся, Андрей жив, с ним ничего не случилось. Просто он решил идти другим путем.

 

Вебер помолчал. Надо будет выбрать другой, удобный момент. Чтобы признаться… Этот Фриман, бог справедливости и свободы убьет его, когда узнает о предательстве, убьет не задумываясь. И правильно. Вебер вздохнул. Признается чуть позже. Может, он доживает сейчас последние минуты…

 

- Он точно жив? – хмуро спросил Вебер, баюкая сломанную руку.

 

- Точно тебе говорю. Он просто решил идти не через железную дорогу.

 

Фриман полоснул очередью по внезапно выскочившему из-за угла зомби. Перерожденец взвыл, и Фриман едва успел увернуться от куска желтой слизи, брызнувшей из простреленного хедкраба. Слизь попала на Вебера. Тот лишь меланхолично утер лицо целой рукой. И они поднялись по лестнице в довольно крупный тюремный блок – здесь все было типичным для содержания заключенных. Высокие сводчатые потолки, маленькие бойницы-окна, шахматная черно-желтая плитка, вместо дверей в коридоре – массивные решетки (по счастью, не закрытые) и конечно же длинные ряды камер с громоздящимися напротив них капсулами для хранения человеческого груза.

 

- Но ты ведь встретился с Аликс Вэнс? – спросил Вебер, неприязненно оглядываясь.

 

Фриман увидел на стене эмблему – «Блок D8».

 

- Да, встретился. Мы некоторое время шли вместе, но сейчас она прикрывает наш путь из охранной станции. Мы узнали кое что, и это…

 

Его слова утонули в оглушительном грохоте решетки, задвинувшейся за его спиной. Фриман и Вебер кинулись к ней – но она была задвинута намертво. Почувствовав, что что-то не так, Фриман кинулся через проход в боку коридора в параллельный коридор – но там тоже все решетки были задвинуты. Заперли, как пойманную дичь. Заперли в тюремном блоке.

 

- Черт, процедил сквозь зубы Фриман, - Как дети попались! Разговорились – и все… Сюда наверняка уже спешат солдаты, чтобы без усилий расстрелять нас через решетку. Черт…

 

- Неудачный день, - мрачнее голоса, чем у Вебера, просто быть не могло, - Глупая будет смерть…

 

Фриман, покосившись на него, огляделся и быстро пробежался по тому месту, где они оказались. Это был обычный блок, два параллельных коридора, камеры и капсулы по бокам. И…

 

- Гордон, прости, я не успела тебя предупредить! – вдруг ожил динамик скафандра.

 

Фриман резко остановился, а Вебер, удивленно посмотрев на источник звука, даже подобрался. Сама Аликс Вэнс.

 

- К тебе приближаются солдаты, много солдат, Гордон. Будь осторожен!

 

- Скажи ей, что мы попробуем уйти через вентиляцию, - шепнул Вебер.

 

- Не могу, связь односторонняя. Тихо!

 

- Поищите, - сказал динамик с сочувствием, - Если ты действительно в блоке D8, то там должны быть оборонительные комплекты охраны. Их держат на случай бунта заключенных…

 

Фриман кинулся во второй, более широкий проход, соединяющий коридоры, который он уже давно заметил. Вебер уже живее последовал за ним.

 

- Смотри, турели! – и Вебер, кивнув Гордону, начал отключать защитные поля.

 

- Поищи, возможно, там будет несколько турелей, - голос Аликс звенел от напряжения.

 

- Нашли уже, - недобро усмехнулся Фриман, - Помирать – так с музыкой!

 

Вебер улыбнулся, вытаскивая турель из шкафчика. Наконец-то он сможет хоть чуть-чуть отомстить за себя и за Фримана…

 

- Главное – продержись до моего прихода! – Аликс явно торопилась, - Я уже взламываю шифр замков решеток, и скоро буду у вас.

 

- О, да у нас будет приятная компания! – воскликнул Вебер, - А она молоденькая?

 

- Даже и думать забудь, - одними губами улыбнулся Фриман.

 

- А я что, я ничего. Это я только так, в виде опыта, Подавляющее Поле ведь все-таки…

 

Они быстро распаковали четыре турели. Фриман ликовал – все складывалось просто отлично, шансы выжить росли с каждой минутой. Отсюда выло лишь четыре выхода, все заперты решетками. Но и турелей хватит, чтобы обороняться со всех сторон. Значит, еще не вес пропало. Значит, еще повоюем…

 

- Ты сможешь одной рукой установить две турели, вон там? – спросил Гордон.

 

- Обижаете, гражданин начальник, - и Вебер на миг глянул на него все тем же живым взглядом, как прежде.

 

Установка турелей заняла всего пару минут, все было постижимо и до предела автоматизировано. Вебер носился, словно на крыльях, и Фриман не понимал, что его друг всего лишь радуется шансу быть убитым с чистой совестью. Может быть даже как живой щит, если потребуется.

 

Фриман с радостным воплем нашел на стене зарядник Альянса. И, пока батарею его костюма наливались новой силой, настроение его так же росло. Ведь всего пять минут назад ему казалось, что они обречены. А теперь у них есть турели, в каждой заряда на сто выстрелов, и даже костюм удалось зарядить. Но настроение сбила Аликс:

 

- Гордон, готовься, они приближаются!

 

- Вебер, быстро, сюда! Живо, живо, ты что, хочешь чтобы тебя застрелили?

 

Заключенный прибежал в проход между коридорами.

 

- Ты должен все время сидеть тут и не высовываться, - серьезно посмотрел на него Гордон, - Только что решетки они открыли, а на их местах включились силовые поля. Это значит, что они смогут входить сюда, а мы выйти – не сможем. Все продумали, гады… Но ничего, мы им покажем. Сиди тут, я справлюсь, главное, не схвати пулю.

 

- Док, я не буду…

 

- Вебер, давай без геройства, а? Ты ранен, и очень серьезно. Да если ты просто поскользнешься и упадешь на больную руку, ты можешь потерять сознание от болевого шока! Раненые в бое не участвуют.

 

- А еще говоришь, что ты – ученый, - усмехнулся Вебер, - Типичный штурмовик-автоматчик.

 

Фриман, усмехнувшись, махнул Веберу и выскочил в коридор, откуда уже слышались приближающиеся шаги. И тут же откуда-то сзади раздалась короткая автоматная очередь. Одновременно с этим завизжала тревожная сирена на турели – и грохот ее снарядов пробил коридор. Фриман, чертыхнувшись, мигом спрятался за колонной. И сумел оттуда застрелить одного из солдат, который бежал сломя голову вперед, сквозь силовое поле. Гордон мельком выглянул из-за своего укрытия – с другого конца коридора уже бежали двое солдат. Турель, сбитая с треноги, лежала в углу, отключившись. Фриман, решив рискнуть, выскочил прямо перед бегущими противогазниками. Солдаты, растерявшись лишь на миг, кинулись в разные стороны – здесь они были уже вне досягаемости огня турелей. Гордон, метнувшись за ними, успел выстрелить вслед одному. Бронежилет сдержал их. И тут же второй открыл огонь. Гордон отпрыгнул назад, выстрелив наугад, и отполз за угол, в проход, встретившись глазами со сцепившим зубы Вебером.

 

- Держи, - крикнул тот, и к ногам Гордона откатилась цилиндрическая граната.

 

- Ну ты даешь, - только и пробормотал Фриман, хватая гранату и тут же кидая ее за угол.

 

Взрывная волна вынесла оба тела к проходу. Вебер улыбнулся и пополз к одному из убитых солдат. Вооружившись его пистолетом, заключенный вернулся к укрытию.

 

- Не погибать же безоружным? – ухмыльнулся он.

 

- Сиди тут! – угрожающе крикнул Фримана и снова выбежал в коридоры.

 

Пулеметные очереди двух уцелевших турелей грохотали вовсю – где-то падали тела, слышались крики. Гордон, издали сняв метким выстрелом в голову одного солдата, кинулся к двум сбитым турелям и вновь установил их. От их вновь запищавших датчиков стало даже веселее.

 

- Еще больше солдат, приближаются! – вдруг раздался едва слышимый среди всеобщего грохота голос Аликс, - Я отправляюсь к вам.

 

Фриман, машинально глянув на динамик, упустил какую-то долю секунды – и в его плечо влетели две пули. Гордон, чертыхнувшись, кинулся на пол – скафандр был заряжен полностью, и он даже почти не почувствовал боли. Пол трижды вздрогнул от пороховых газов снарядов, и стрелок упал, не добежав два метра до силового поля. Гордон, с благодарностью глянув на турель, кинулся назад, к проходу, откуда вдруг захлопали скромные пистолетные выстрелы. Вбежав в проход, он успел увидеть, как Вебер отчаянно всаживает пулю за пулей в уже падающего охранника. Фриман, кивнув, снова кинулся к турелям, которые молотили без перерыва. Где-то сзади грохнул оглушительный взрыв – турель решили вывести из строя гранатой. Фриман, простонав ругательство, понесся туда. Уже вбежавшие в коридор солдаты, увидев Нарушителя №1, тут же открыли огонь, не прекращая бежать. Три пули стукнулись о грудь Фримана, еще две хлестнули по ногам – скафандр тревожно сообщил о колоссальной потери энергии. Фриман, упав, заглушил боль в ногах автоматной очередью, превратив поочередно головы солдат в кровавое месиво. Все уже было на рефлексах, Черная Меза ни для кого не проходит даром.

 

Оглядевшись, он с тревогой увидел, что взрыв отбросил турель далеко за силовое поле. Не желая терять такую защиту, он быстро выхватил гравипушку и притянул турель к себе, благо поле пропускало неодушевленные предметы. Оглянувшись и не увидев опасности, Фриман начал судорожно пытаться включить искореженную турель.

 

Вебер, высовываясь в коридор, вел неспешный прицельный огонь по солдатам, видневшимся перед турелями. Это сдерживало их, не давало возможности сбить пулеметы.

 

- Трансчеловеческий патруль, юнит двадцать один, прием! – затрещала вдруг рация одно из убитых солдат, - Патруль, что у вас происходит? В каком вы блоке?

 

- Я за него! – рявкнул в рацию озверелый от перестрелки и адреналина Вебер, - Передайте его мамочке, чтобы покупала ему закрытый гроб!

 

И рация разлетелась под ударом кулака. В проход ввалился изрядно потрепанный Гордон.

 

- Они испортили уже одну турель, у трех других зарядов хватит на минуты две, не больше, - сообщил он, тяжело дыша, - Прижали нас, ох прижали…

 

- Не дрейфь, док, - ухмыльнулся Вебер, - Мы-то уже наверное целый полк положили.

 

- А теперь как бы не положили нас!

 

Фриман снова выбежал на выстрелы. Одна из турелей отключилась у него на глазах – кончились боеприпасы. И тут же мимо нее пробежали три солдата. Фриман сунулся обратно и огляделся. Нет, второй раз ему вряд ли повезет, скафандр почти полностью разряжен. И вдруг взгляд ученого уперся в труп солдата Альянса. Идея пришла тут же, и Фриман, не без труда подняв труп под плечи, взвалил его на грудь и вышел в коридор. Солдаты, вскрикнув, машинально выстрелили по движущемуся объекту. Фриман почувствовал, как несколько пуль с чавканьем влетели в его живой щит, и, выставив из-за него руку с автоматом, дал длинный веер очереди по всему коридору. Один из солдат упал. Гордон, продолжая прикрываться трупом, медленно пошел вперед, постреливая по солдатам. И, когда те уже не рисковали выглядывать из своих укрытий, Гордон бросил тело и в упор пристрелил обоих.





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...