Главная Обратная связь

Дисциплины:






Возможно ли это, Адам? 3 страница



Нет, он бы так не поступил. Рэн хорошо знает меня. Он знает, что в моей голове, и он знает, какие чувства, какие эмоции я испытывала, когда говорила с ним, поэтому он бы не оставил меня. Не после того, что с нами произошло, и не после того, через что нам с ним пришлось пройти. Рэн не настолько жесток.

Он знает, что мне просто страшно поверить в его слова… он знает, что мне нужны доказательства…

Три дня.

Три голодных, безмерно скучных дня, наедине с остатками пиццы, печеньем и шоколадом. Три дня, которые я провела, глядя пустым взглядом, в учебник, сидя в гостиной, и с настороженностью ожидая, когда откроется дверь, и войдет Рэн. И желательно с чем-нибудь съестным.

Почему мы не можем ужиться вместе?

Весь прошлый год, прекрасно прошел: мы пережили два громких скандала и десяток мелких ссор, все из которых затеяла я, из-за обиды и злости за то, что Рэн запер меня в доме. Зачем ему нужно было все усложнять между нами этими глупыми, нелепыми признаниями в любви? Этот человек ровным счетом ничего не знает о любви! Как он может о ней так спокойно рассуждать?!

Моя ярость сменялась печалью, затем снова яростью, и вновь печалью…

Мне бы хотелось, чтобы Рэн Экейн был чуточку проще. Чтобы в нем не было столько отрицательных качеств, которые привлекают меня. Но тогда бы я никогда не стала присматриваться к нему, и никогда бы не осознала, что он нравится мне. Еще тогда, в первый день, когда мы встретились в моем зеркале – я уже тогда заметила его. Сначала, это была его внешность. Затем рост, цвет волос, и глаза. Эти бездонные блестящие глаза, в которые мне хочется смотреть и смотреть.

А потом он заговорил, и я опешила: нет уж, этот высокомерный болван не может меня привлечь. У меня нет идеального типа, но глядя на Рэна Экейна, могу сказать, что парень, которого я полюблю, будет полностью противоположен ему. И вот я здесь, умираю голодной смертью в прихожей, потому что Рэн обиделся и бросил меня. Хотя виноват, на самом деле, он. Следуя его логике, выходит, что лишь он может издеваться над людьми, а я – нет?

А потом эта ужасная мысль:

«Если бы он ничего не чувствовал, разве он ушел бы, в расстроенных чувствах?».

Ну и что, я ведь даже не знаю, почему он ушел.

«Не знаешь, но предполагаешь»

Нет. Он просто ушел, прогуляться.

«Он расстроился из-за твоего поведения. Вспомни, как тебе было обидно, когда он игнорировал тебя, и доказывал, что тебя в нем привлекает лишь свет».

Какого черта, даже мой внутренний голос против меня?!

НЕ МОЖЕТ РЭН МЕНЯ ЛЮБИТЬ!

Это не происходит ни с того ни с сего. Это не случается просто так!

«Откуда тебе знать, у тебя и парня то никогда не было. И это не было просто так. Что, если он уже давно влюблен в тебя?»



У меня раздвоение личности…

От продолжительного самокопания, меня спас щелчок, оповещающий о том, что входная дверь открылась. Я вскочила, опрокинув книгу на пол – оказывается, я задремала. Наверное, и разговор с самой собой, мне приснился.

Я думала, что пришел Рэн, но это был Кэмерон. Он втащил моего соседа в гостиную, и бросил на пол, как мешок картошки. Я пораженно наблюдала за всем этим, не смея пошевелиться.

- Аура! – Кэмерон подошел, и крепко сжал меня в объятиях. – Ты изменилась, за этот год!

- Кэмерон… - Я опешила. – Ты что тут делаешь?! Что с ним?! – Я указала на Рэна. Он перекатился на спину, и сложил руки на животе, согнув одну ногу в колене.

«Он может умереть…»

- Он что, пытался покончить с собой?! Он наглотался таблеток?! – Я схватила Кэмерона в панике за руку. Он рассмеялся громким, искренним смехом. Как же мне не хватало этого смеха.

- Нет, он просто перепил.

- Что сделал? – не поняла я.

- Он выпил лишнего. – Кэмерон вышел во двор, ненадолго оставив меня наедине с Рэном. Я подошла к нему, и склонилась, пытаясь разглядеть признаки печали. Но ничего подобного не обнаружила, и меня наконец-то посетило облегчение. Я плюхнулась в кресло.

В животе заурчало.

Через минуту, в дом вернулся Кэмерон с двумя пакетами, и мой рот тут же наполнился слюной.

- Ты, наверное, ничего не ела, Аура. Вот жареный цыпленок. – Кэмерон протянул мне ведерко с крылышками. Мне, конечно, хотелось, есть до безумия, но сильнее всего, хотелось знать, где все эти три дня пропадал Рэн, и как он мог бросить меня.

- Он ушел в запой, я ведь сказал, – пожал плечами Кэмерон, так, словно это случалось не раз. Он стоял, облокотившись о книжный шкаф.

- А что за праздник? – спросила я.

- Это не праздник. – Посерьезнел мой старший брат, и укоризненно продолжил: – Это разбитое сердце.

Я неловко заерзала, и нервно усмехнулась:

- Да быть того не может…

- Почему?

- Ты ведь… - я запнулась. – Мы с Рэном обсудили это еще год назад, и все прояснили.

- И что он сказал? – спросил Кэмерон, впрочем, без особого интереса, словно уже все знал. Я избегала смотреть ему в глаза, чувствуя себя так плохо, как не чувствовала себя даже в тот вечер, когда случилась «грандиознейшая ссора» между мной и Рэном.

- Он сказал, что никогда не влюбится, потому что любви нет, и еще… э-э… - мои щеки стали пылать. Я закатила глаза и протараторила на одном дыхании: - Что я его тоже никогда не полюблю, потому что мне в нем нравится только свет. И все.

- А он не добавил, что он дурак? – как бы, между прочим, спросил Кэмерон. Я в недоумении посмотрела на него, лишь через несколько секунд сообразив, что это была шутка. Я нервно усмехнулась, Кэмерон сел в кресло напротив меня. – Знаешь, почему я старший брат, и почему несу на землю Жизнь? – спросил он, и тут же продолжил: – Потому, что если бы Рэн был ангелом Жизни, то мир давно бы вымер, потому что он не смог бы взрастить зерна жизни. И еще хочу спросить: с чего ты взяла, что каждое из его слов - исключительная правда? Я не спорю, этот парень умен. Но разве я не говорил тебе о своих скромных предположениях, что возможно Богу было угодно, чтобы этот недовольный всем ангел влюбился? Почему ты отмела мои слова, опираясь только на «железную логику» Рэна?

- Я… я…я….

Аппетит пропал.

- Я не понимаю.

- Итак, Аура. – Кэмерон откинулся на спинку кресла. – Я нашел Рэна сегодня вечером в одном из наших ресторанов, где он в последнее время, был редко. И вот мне звонит бармен, и говорит, что Рэн опять здесь, и он снова не в себе. У меня были подозрения, в чем дело, но, когда я его увидел, сразу стало все ясно. Неразделенная любовь. Разбитое сердце ангела.

- Быть того не может… - слабо отрицала я.

- И я так думаю, – кивнул Кэмерон, чем поразил меня. – Вот только ни я, ни ты не можем повлиять на его сердце. А оно у него, каменное, холодное, и изможденное, но есть. Он много лет наблюдал за людьми, с особой тщательностью, и беспристрастностью, просчитывая судьбы, до мельчайших подробностей, так что думаю, общение с тобой, выбило его из колеи.

- Это ведь он во всем виноват, – пробормотала я.

- Ага, – со смешком кивнул брат, и я тут же уставилась на него. Он что, не будет меня ругать? Совсем-совсем?

- Думаешь, я стану отчитывать тебя? – усмехнулся Кэмерон. – А вот и нет. Я думаю, что так ему и надо. Теперь он не будет надо мной издеваться, спрашивая, с язвительными ухмылками, почему у меня нет девушки, раз я такой любвеобильный.

- А почему…

- Забудь, Аура, – отрезал Кэмерон. – Как бы там ни было, мне пора, потому что у меня важная встреча по поводу контракта в понедельник. Мама с папой подарили тебе подарок, он в комнате наверху. А, кстати. Когда он очнется, – Кэмерон кивнул на Рэна, спящего, с умиротворенным выражением на лице, - будь с ним помягче. Больше не издевайся над ним. Я думаю, теперь, когда я все прояснил между вами, вы должны разобраться в отношениях между собой. И съешь курицу. В этом доме даже холодильника нет… я бы приготовил чего-нибудь…

***

Минуты тянулись словно часы. Первым делом, как Кэмерон ушел, я накрыла Рэна покрывалом с кресла, съела всю курицу, которая исчезала с невероятной скоростью, потом, нашла подарок от родителей – милую подвеску с буквой «А», и крошечной надписью сзади: «С днем рождения, доченька». Я озадачилась: мой день рождения в июне, почему они сейчас сделали мне подарок? Я не стала думать об этом слишком много, а спустилась вниз, и продолжила ждать фееричное пробуждение Рэна от пьянки, сидя в кресле.

Наверное, я уснула, потому что, когда мои веки потяжелели, и я с трудом разлепила глаза, возле меня, на подлокотнике сидел Адам, и наблюдал за мной. Я выпрямилась, изумленно пробормотав:

- Ты все же нашел меня?

- Я всегда знал, где ты. – Он перевел взгляд на валяющегося на полу парня, и мрачно произнес: - Да уж, он действительно превзошел себя.

-Зачем ты пришел? – спросила я.

- Не нужно меня подозревать во всех грехах, – Адам посмотрел на меня тем же самым хмурым взглядом. – Я лишь решил проверить, как ты справляешься со всем…

- Я справляюсь со всем, хорошо, - проворчала я. Это все было чудовищно дико, и непривычно, ведь раньше, Адам был моим другом, а теперь я даже не знаю, кто он на самом деле, и что ему нужно от меня.

- Ты уверена?

- Что ты хочешь этим сказать? – напряглась я, уставившись на прекрасного шатена, с самыми добрыми глазами, которые я когда-либо видела.

Адам не ответил. Он встал, подошел к спящему Рэну, и склонился над ним, изучая, словно пытаясь увидеть что-то невидимое обычному человеку.

- Да, ты молодец, – пробормотал он. – Ты это давно спланировал, верно?

О чем это он говорит?

Говорит о каком-то плане?

Я подошла к Адаму.

- Ты ведь не просто так пришел, верно? Зачем ты пришел?

Адам резко выпрямился, возвышаясь надо мной на голову.

- Я пришел, чтобы посмотреть, на мучения этого существа, которое сейчас, в моих глазах выглядит особенно жалким. Это действительно, прекрасное зрелище.

- Он просто пьян, – звенящим голосом сказала я.

- Да. Но суть в том, что этот неудачник, наконец-то испытал боль. Я долго ждал, когда же он наконец-то что-то почувствует в нашем мире, когда, наконец, сквозь эту броню пробьются эмоции.

- Почему ты его так ненавидишь? – в недоумении спросила я. Хоть Адам и не говорил сейчас со злостью, а словно с дружеской мстительностью в голосе, у меня побежали мурашки по спине.

- Любопытно, у кого о помощи, станет просить он, когда придет его время, быть жалким… - Адам вновь с презрением посмотрел на Рэна. Я сжала кулаки:

- Он не жалкий.

- Заступаешься за беднягу? – он с интересом посмотрел на меня. - Для обычных людей, наличие хоть какой-нибудь интуиции это обязательно, но Рэн не человек, и он путается во всех этих делах. Поэтому, он и испытывает боль - он не может понять то, что прямо у него перед носом, то есть тебя. И он раздосадован тем, что стал испытывать чувства, и не просто к кому-то, а к нечеловеку.

- Не говори так…

- Давай будем называть вещи своими именами, – отрезал Адам. Его голос в одночасье перестал быть дружелюбным. - Этому парню не помешало бы учиться на своих ошибках. Даже его братья это понимают, ведь так? Даже ты сама хотела малость поиздеваться над ним, решив, что он вновь не искренен. Я не могу винить тебя в этом. Будь я на твоем месте, я бы уже выпотрошил его, и зацементировал в вашей оранжерее, под одним из тех милых кустов роз.

- Ты пришел, чтобы злорадствовать? – осведомилась я. – Этот год был для меня итак очень тяжелым. Не усложняй все.

- Я? – Адам притворно изумился. - Я ничего не усложняю. В отличие от твоего лживого возлюбленного. И твоего брата, раз уж на то пошло.

- Они снова что-то от меня скрывают, и ты чувствуешь необходимость просветить меня? – догадалась я, презрительно усмехнувшись.

- Это мой долг, – подтвердил Адам. Внезапно его взгляд стал внимательным. – Но я делаю это не потому, что хочу повлиять на твое решение, твой выбор, или твою судьбу. Я просто хочу, чтобы у тебя была возможность попрощаться с дорогим тебе человеком. У меня не было ее, к сожалению.

До меня не сразу дошло, что именно сказал Адам:

- Что?..

- Аура, ты слышала меня?

- Что с моими родителями, Адам? Что с ними? – я почувствовала, как знакомое чувство паники подбирается к моему горлу, перехватывая дыхание.

Адам что-то говорил, но я не могла понять, что именно - мною завладели мысли, и видения.

- Мне правда, жаль, Аура, - закончил парень. Его рука опустилась мне на плечо, легонько сжала, и исчезла, когда я моргнула. Моя спина затекла, пока я спала в кресле. Осознание того, что я сейчас попусту растрачиваю свое время, заставило мои ноги напружиниться энергией. Я подошла к Рэну, склонилась над ним, и позвала:

- Рэн, ты должен помочь мне. Ты знаешь, что делать. Что-то не так с моим отцом. Что-то происходит…

Он открыл глаза, испугав меня, но я быстро взяла себя в руки, и помогла парню подняться. Он пошатнулся, пригладил малость встрепанные волосы, и потерев переносицу, прохрипел:

- Ты хочешь вернуться в Дарк-Холл?

- Ты всегда знаешь, о чем я думаю, Рэн.

- Хочешь, чтобы я позволил тебе отправиться туда, где возможно, тебя уже ждут?

- Они не смогут убить меня, Рэн. – Я внезапно ощутила уверенность в правильности своих действий, которой не было раньше. - Эти люди не могут причинить мне физической боли, но я поняла, что они сделают все для того, чтобы добраться до меня.

- Я не смогу тебя всегда защищать, Аура, - произнес мне вслед Рэн, когда я стала стремительно подниматься по лестнице. Я сказала, не оборачиваясь:

- Главное, что сегодня ты будешь со мной.

Я не слышала, что он ответил мне:

- Я не могу вмешиваться в твою судьбу - все, что мне остается, это стоять, и смотреть, как тебя будут пытать.

 

Глава 11

 

Я проснулась от того, что меня пронзила острая боль в области шеи.

- Что с тобой? – прошептал Рэн, когда я отлепилась от его плеча, и потерла глаза. Скоро должна была начаться посадка на наш самолет, а я задремала.

- Меня словно что-то кольнуло. Очень больно, - я потерла шею, и подвигала головой. Рэн отодвинулся от меня, отпуская мою руку:

- Дай взглянуть.

Я повернулась к нему, и позволила ледяным пальцам Рэна забраться под мой пиджак и свитер. По моей спине тут же побежали мурашки, то ли от холода, то ли от наслаждения, и я отстранилась, опуская свои длинные волосы, и оборачиваясь к нему:

- Что там?

- Ничего, - бросил он. Мне не показалось, что это «ничего». Это было больно, кроме того, теперь меня беспокоит непонятное чувство… словно пальцы на ногах замерзают.

Рэн взял меня за руку, переплел наши пальцы, чтобы я обратила на него внимание:

- Все будет хорошо, Аура.

Зачем он сказал это? И почему он выглядит таким обеспокоенным?

Рэн всегда выглядел озабоченным, но сейчас, я видела морщинку тревоги между его идеальных бровей. Губы были крепко сжаты.

Спустя несколько часов, когда мы были в самолете, мне показалось, что Рэн знает, что со мной творится. В моей голове все гудело, словно внутри поселился взбесившийся рой пчел, а голова была тяжелой, от чего мне приходилось лежать на плече Рэна. Он не возражал. Он периодически поглаживал мои волосы своей рукой, и что-то говорил, словно пытался меня усыпить.

- Я не могу понять, что со мной, - прошептала я, так тихо что только он мог меня услышать. Я чувствовала дыхание Рэна в своих волосах. – Меня никогда не укачивало, а сейчас… и внутри меня словно все горит.

Я почувствовала, как Рэн поцеловал меня в висок, и попыталась отстраниться, но Рэн удержал мою голову на своем плече:

- Пожалуйста, сейчас отдохни, Аура.

- Ты знаешь, что со мной? Я заболела?

Он так долго не отвечал, что я было подумала, что возможно, он тоже уснул. Я открыла глаза, и посмотрела на Рэна. Он отвлекся от рассматривания мрачных облаков, сквозь которые мы проплывали, и посмотрел на меня:

- Да, я думаю, что ты заболела, - отрешенно прошептал он.

Его голос… в нем было что-то, чего я никогда не слышала до этого. Печаль, смирение… он словно сдался.

- Что это за болезнь? – Мне было все равно. Меня тревожили лишь две вещи: боль в голове, и мысль о том, как сильно я хочу увидеть родителей. – Это потому, что я вышла из дома? Может быть, мои легкие забыли, как дышать свежим воздухом?

- Да, это потому что ты вышла из дома. – Рэн погладил меня по волосам, слабо улыбнувшись. Эта улыбка меня расстроила и насторожила еще сильнее, чем его обреченный тон голоса.

- Что это?

- Тебя отравили, Аура, ядом.

- Что? – Я выпрямилась в кресле, мое сердце пропустило удар. Я принялась горячо возражать: – Это невозможно. Последнее, что я съела, была еда, которую принес мне Кэмерон.

- Это было не в еде, Аура.

От моего лица отхлынула кровь так резко, что в глазах потемнело.

- Что это было? Эта боль в аэропорту? – я автоматически положила руку на шею, и Рэн проследил за моим движением взглядом. Затем, он медленно склонился ко мне, чтобы никто из любопытных пассажиров самолета не услышал, о чем он говорит, и зашептал мне в волосы:

- Это была кровь Падшей, по имени Кэтрин.

- Во мне кровь демонов?! – ужаснулась я, отшатываясь, но Рэн притянул мою голову к себе, из-за чего мы едва не столкнулись носами. Он прошептал:

- Они ввели кровь, чтобы она поглотила последний свет в твоей душе.

***

Мне стало совсем плохо. Ноги сделались ватными, по венам расползался холодок, однако мне пришлось притворяться, что я чувствую себя прекрасно, чтобы Рэн не решил, что эта кровь возымела на меня эффект.

- Эй! – рявкнула я на женщину, так, что несколько людей, проходящих мимо испуганно шарахнулись. – Ты мне ногу отдавила!

- Хамка! – отрезала женщина, заторопившись с целым выводком детей, к выходу из аэропорта, и я сделала несколько шагов в ее сторону, еще не зная, что именно предпринять, но Рэн схватил меня за локоть, и оттащил подальше от людей.

- После этого ты будешь утверждать, что с тобой все хорошо?

- Прекрати хватать меня! – воскликнула я, выдергивая руку из его лап: - Я просто устала. Я очень устала, и я хочу скорее увидеть своих родителей.

***

- Почему эти люди так странно смотрят на меня? У меня что-то с лицом? – я раздраженно кивнула в сторону странной женщины, которая даже вывалилась через забор, чтобы разглядеть меня, но я не уверена, что в ночных сумерках это было вообще возможно.

- Она просто не узнает тебя. Ты знаешь, в этом городе, все думают, что тебя похитили.

- Ну и что, пусть решит, что я призрак, отлично! Можно ее хорошенько напугать!

Мы остановились возле ворот моего дома. Рэн не раз вот так останавливался позади меня, и кому-то звонил. И сейчас я не обратила на него внимания, так что просто прошла вперед, пока Рэн не схватил меня за локоть.

- Ты главное не пугай своих родителей, Аура, – растягивая слова, требовательно произнес он.

- Зачем мне их пугать? Отпусти! – Я быстро вошла в калитку дома, и тут внезапно входная дверь распахнулась, словно моего прихода ожидали: - Мама? – изумилась я, останавливаясь в ступоре, а потом заорала: - МАМА! МАМОЧКА!

Я бросилась обнимать маму, и она громко расплакалась, прижимая меня к себе:

- Аура, доченька! Моя милая девочка! Моя доченька!..

Мама расцеловала меня в обе щеки, а потом отстранилась:

- Но что ты делаешь здесь? – мама схватила меня за лицо, пристально рассматривая. - Почему ты вернулась, Рэн говорил это опасно?! Кэмерон ни словом не обмолвился о том, что ты собираешься приехать нас навестить, он, наверное, не знал об этом!

- Фелиция… - Рэн прервал своим ледяным голосом поток слов моей мамы, и вернул меня в реальность.

- Мама, где папа? – я поспешила в дом. - С ним все в порядке?

- Конечно, дорогая…

Мама бросилась за мной по ступеням, и сшибла меня с ног, когда я замерла:

- О чем ты говоришь? Отец разве не болен? Он ведь болен! Мама?!

- Аура, не переживай… - Мама поднялась на ступеньку, и преградила мне дорогу. Рэн схватил меня за запястье, предупреждая. – Марк послал запрос на повторные анализы, и сегодня пришли результаты. В системе возникла ошибка, твой отец не болен. Мы не знаем, что произошло, но из-за этого сбоя случился настоящий переполох, потому что результаты у больных перемешались. Начальник охраны сказал, что камеры на время отключались, но все произошло так быстро, что этому не придали значения.

- Это что… - я посмотрела на Рэна. Знакомое чувство паники подступило к горлу. – Это было подстроено? Чтобы я вернулась домой? Чтобы я перестала скрываться? Чтобы все закончилось сегодня?

Рэн смотрел на меня, бесстрастным взглядом, от чего я не могла понять, считает ли он меня идиоткой или нет. Его пальцы на моем запястье ненавязчиво сжались.

Моя голова закружилась от всяческих мыслей, и сквозь шум, я услышала маму:

- Аура, ты должна поужинать с нами. Кэмерон, к сожалению, вернулся в университет, а твой отец на работе в ночную смену. – Мама продолжала вдохновлено болтать, пока я, еле передвигая ногами, шла за ней. – Он сказал, что после этих напряженных дней, теперь хочет окунуться в работу с головой, и все тщательно перепроверить, чтобы больше не возникло подобных сбоев.

Рэн шел позади меня, и я ощущала его мрачное настроение. Оно было словно завесой на моих глазах. Я остановилась. Он остановился позади меня.

- Мама, я не смогу остаться здесь на ночь, – сказала я, не веря, что произношу эти слова. Мне так хотелось просто посидеть с ней, поговорить, потом, поесть ее вкусной еды, и вафель... еще хотелось поспать в своей постели. – Мама, мы с Рэном должны вернуться.

Мама резко обернулась. Рэн предупреждающе положил мне руку на поясницу. Я была уверена, что он удивлен тем, что я приняла это решение, но он был готов подбодрить меня.

- Я пришла, потому что испугалась, что с папой может что-то случится, - увереннее продолжила я, ощущая пальцы Рэна на своей талии. Наверное, он делится со мной своей уверенностью сейчас. - Я не могу остаться на ночь.

Я почувствовала, как глаза начинает жечь, поэтому порывисто обняла маму, и вылетела из прихожей. Она не стала меня останавливать - наверняка была шокирована. Я услышала, как за мной идет Рэн.

- Аура! – он схватил меня за руку. – Что ты делаешь?

Когда он взял меня за плечи, я совсем потеряла голову:

- Я так не могу, Рэн… это все… - я пыталась объяснить, но не хватало воздуха. Горло сжал комок слез. – Эта кровь, она мучает меня…мне так плохо...

- Идем.

***

Рядом с людьми находиться было опасно, поэтому мы не могли вернуться домой. Мы с Рэном заселились в мотель в Дарк-Холле. Когда Рэн, под видом Элис Флетчер зашел в круглосуточный супермаркет чтобы запастись провизией, я заметила на доске объявлений, рядом с дверью, свою фотографию, под которой была жирная надпись: «ПРОПАЛА». Еще ниже – информация, которая может помочь связаться с моей семьей.

Что это за чертовщина? Я разозлилась, и попыталась сорвать листовку, но меня остановила пожилая старушка, закутанная в шаль. В тусклом свете магазина ее рыхлое лицо, испещренное морщинами, казалось желтоватым.

- Ты что делаешь?! Почему хулиганишь?

Рэн резко обернулся, отвлекшись от продавца. Его глаза расширились, похоже, он уже хотел заорать, чтобы я бежала. Бабулька схватила меня за руку:

- Ты знаешь, что эта девочка учится с моей внучкой? И ее все ищут! Почему ты хочешь сорвать листовку? Или ты знаешь, где она? – бабка вцепилась в мою кожу мертвой хваткой. Я резко выдернула свою руку, собираясь приказать этой старухе никогда больше не прикасаться ко мне, как тут подошел Рэн, со всеми этими пакетами, и приторно слащавым голосом, произнес:

- Идем, дорогая, ты не должна так себя вести.

- Нахалка! – подтвердила бабка. Меня стало колотить:

- Вы знаете…

Рэн схватил меня за талию, и вытолкал в дверь магазина. Звякнул колокольчик.

- Зачем ты это сделал? – заорала я. – Та женщина была не права! Почему сегодня на меня все нападают, почему эти люди такие неприветливые?!

- Аура, – мягко сказал Рэн, ненавязчиво подталкивая меня к перекрестку. – Я ведь говорил тебе: сейчас стоит воздержаться от общения с людьми. Аура, это не ты. Это демонская кровь, внутри тебя. Прекрати кидаться на людей.

Пришлось вести себя тихо, хотя мне казалось, что за мной кто-то наблюдает. Несколько раз обернувшись, я высказала свои подозрения Рэну, а он лишь укорил шаг, сказав, что пока еще за нами никто не следит. Это его «пока еще», меня сильно насторожило.

- За нами точно не следят?

- НЕТ! – рявкнул Рэн, так раздраженно, что у меня сердце замерло от страха.

Когда мы достигли нашей комнаты в мотеле, и Рэн заперся на ключ изнутри, я поняла, в чем дело:

- Ты так спешил, потому что боялся, что я могу на кого-нибудь напасть?

- ДА! – раздражался он, отстраняясь от двери. Его грудь тяжело вздымалась: - Да, я боюсь, что ты можешь на кого-нибудь напасть! Что ты хочешь, чтобы я сказал?!

- Почему ты орешь на меня?! – мой голос зазвенел в темном пространстве комнаты. Сквозь окна пробивался лунный свет.

Повисло молчание, и оно душило меня: конечно, я сама виновата в том, что со мной происходит, но незачем усложнять мне жизнь еще сильнее!

Рэн шумно вздохнул. Положил пакеты на постель, и подошел ко мне, чтобы обнять.

- Прости, что я накричал на тебя, – прошептал он. – Я очень переживаю. Я не могу повлиять на твою судьбу, и на то, что здесь происходит. Это выводит меня из себя!

Я слушала, как бьется его сердце, пульсирует под моей щекой жизнью. Это хорошо – жить… смогу ли я жить, если дьявольская кровь все же завладеет мной?

- Что со мной будет?

Вопрос повис в воздухе.

- Ты не можешь мне солгать?

Я отстранилась, чтобы лучше видеть лицо Рэна. Он отошел от меня, и быстро расправил постель, на которой не лежали продукты. Затем, снял свои ботинки, и залез под покрывало.

- Ты не хочешь говорить со мной? – Я стояла, словно потерянный щенок посреди комнаты. Раньше я ни за что не смогла бы видеть Рэна в сумерках комнаты, но теперь я видела его очень отчетливо. Я что, превращаюсь в демона?

- Иди сюда, – сказал он спокойным тоном. Он не боялся меня, зато внутри меня все затрепетало от страха и предвкушения.

Я медленно подошла. Моя лодыжка болела – наверное, я обо что-то ударилась, пока спешила за Рэном.

Когда я остановилась рядом с постелью, парень откинул покрывало:

- Ложись рядом со мной.

- Что? – Я отступила, не ожидая, что он скажет именно это. – Что?..

- Я сказал, чтобы ты легла сейчас рядом со мной. Ты не слышала? Наверное, дело в крови – она заблокировала приток кислорода к твоему…

- Я поняла, - смущенно я остановила его. Зачем мне делать это?

- А что, не хочешь? – Рэн лукаво улыбнулся.

- Ты так говоришь, словно это прощальная ночь на земле, и ты решил…

- Стоп, – он прервал меня, со сдавленным смешком. – Ни о чем таком речь сейчас не шла, поверь мне. Я хочу, чтобы ты была сейчас рядом со мной. Рядом со светом.

Я возвела глаза к потолку, но сделала так, как он сказал. Я не могу быть сейчас эгоисткой, и думать только о себе, в то время, как людям снаружи может грозить от меня опасность.

Рядом с Рэном было тепло и уютно, и благодаря этой близости, тиски в моей груди расслабились. Рэн нежно поглаживал мои волосы, положив другую руку мне на талию.

- Тебе удобно? – спросил он.

- Да, – солгала я. Мне не было удобно, я не могла пошевелиться, и мне казалось, что сейчас я начну задыхаться от чувств, сковавших все мое тело. Перед моими глазами была его ключица. – Мм… можно спросить?

- Да.

- Ты сейчас со мной, потому что ты… действительно боишься, что я убью кого-нибудь?

Его рука замерла на моих волосах. Он наклонил голову, глядя мне в глаза. Его убийственно длинные ресницы, в этом интимном сумраке, были особенно привлекательны сейчас. Его острые скулы, его тело, его… свет.

- В этом мире, мой сон крепче, чем у моих братьев, поэтому я не смог бы услышать, если бы ты встала с постели, - прошептал он. - Поэтому ты лежишь здесь, со мной.

- А зачем мне вставать куда-то?

Улыбка сползла с его лица.

- Почему я должна куда-то уйти ночью? – Мое сердце обеспокоено заколотилось. - Ты думаешь, что эта кровь будет управлять мной? Думаешь, она заставит меня сделать что-то? Ты поэтому хочешь, чтобы я была рядом?

- Да. Пока действие яда не прекратится – а это будет длиться 13 дней. Все эти 13 дней, ты будешь заперта тут, рядом со мной.

- Я могу кого-то убить? – сглотнула я.

- Да. Ты захочешь убить.

Я опустила голову, Рэну на грудь, размеренно дыша, и пытаясь осознать сказанное.

Это какая-то ерунда. Я могу кого-то убить?

Я сделала это уже однажды.

Я сделала это, и я знаю, что это значит. А еще моя агрессия, которая наверняка за 13 дней увеличится в сотню раз, отравит мою душу сильнее.

Я должна выдержать эти дни. Я буду делать все, что прикажет мне Рэн.

Его джинсовая штанина, задела мою голую ногу, и я, вздрогнув, открыла глаза. Он спал. Его голова съехала на бок, по подушке, поэтому наши лица были в опасной близости сейчас. Ощутив в своей груди странный укол желания, я попыталась отвернуться, но Рэн сильнее прижал меня к своему прохладному телу.

Нервничая, я попыталась уснуть.

***





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...