Главная Обратная связь

Дисциплины:






Из пожелтевшей тетрадки под грифом №



Имагинация. «Все, чем тебе придется овладеть –

это всего лишь умением быть пристальным».

Между тем, кто-то сзади похлопал меня по плечу. Резко обернувшись, я обнаружил улыбающегося во весь рот Старика. Он прищурил веки и полоснул пространство отточенным взором. И, хотя мне был знаком этот взгляд, я все же внутренне поежился. Сквозь добродушный нрав Старика я каким-то иррациональным чутьем улавливал в нем эту нездешнюю силу, к его характеру не имевшую никакого отношения.

Стараясь казаться свободным и раскованным, я с напускной веселостью спросил:

- А что, и сейчас произошла трансгрессия?

- Угадал. – Весело отозвался Старик.

- Как ты это делаешь?

- Все гораздо проще, чем ты думаешь. Знаешь, ведь древние знания и умения на удивление просты. Это потом, чтобы заморочить голову профанам и утаить от них суть, напридумывали всякую всячину и объявили ее Тайным Знанием. Как и следовало ожидать, профан клюнул на эту уловку, и прельщенный, объявил себя Посвященным. Как бы там ни было, но цель оказалась достигнутой – доступ к истинной тайне профан утерял. С тех пор он грезит мифами и трубит на весь мир о своей избранности. – Старик коротко всхохотнул и продолжил:

- Ты, наверное, думаешь, что для совершения трансгрессии тебе придется освоить какую-то умопомрачительную технику и совершить невероятно героическое усилие, но поспешу тебя разочаровать. Еще раз повторяю, все гораздо проще. Через полчаса ты будешь разгуливать среди параллельных миров так же легко, как и среди грядок моего огорода. Все, чем тебе придется овладеть – это всего лишь умением быть пристальным.

- Пристальным?!

- Именно. Пристальным. Ты ведь обратил внимание, что перед тем, как начать нашу прогулку, я неотрывно смотрел перед собой и в то же время несколько скашивал глаза в твою сторону?

- Обратил.

- Таким образом, я просто создал двойной фокус. Здесь все дело заключается в двойном фокусе. Я выбрал перед собой объект как конечную точку, цель моего пути. В то же время я начал внимательно наблюдать за боковым движущимся объектом, то есть за тобой. И я с одинаковым вниманием следил за обоими объектами. Я был пристальным по отношению к вам обоим – один объект фиксирован в определенной точке, другой пребывает в движении. Вскоре пространство передо мною расслоилось, и я получил возможность войти в иной временной поток, не меняя скорости собственного движения.

Старик подошел к кону и смахнул паутинку.

- Твое основное ограничение заключается в том, что ты сосредотачиваешь свою личность только на одной реальности, тогда как сущность твоя знакома с огромным количеством других реальностей.



Каждый раз, когда ты принимаешь для себя какое-то важное решение, тебе приходится выбирать среди большого числа вариантов. В конце концов, ты останавливаешься на одном, отвергая все остальные.

Однако, в действительности, отвергнутые тобой возможности, не исчезают.

Подобный процесс можно сравнить с забыванием. Что происходит с нежелательной для тебя информацией? Когда тебе кажется, что ты ее напрочь забываешь и освобождаешься от нее навсегда, она всего лишь удаляется из твоего сознания – вытесняется. И ты прекрасно знаешь, что «забытое» не значит – исчезнувшее. Более того, оно может оказывать на тебя воздействие даже более выраженное, нежели какое-нибудь явное событие. То, что вытеснено в подсознание, продолжает жить и активно влиять на тебя, хотя ты можешь даже и не подозревать о его наличии.

Таким образом, когда тебе кажется, что ты отвергаешь тот или иной вариант дальнейшего хода событий, ты его, на самом деле, не уничтожаешь, а вытесняешь, и он начинает существовать параллельно.

Стало быть, параллельных миров образуется столько, сколько у тебя было вариантов выбора.

Однако не думай, что параллельные миры образуются всякий раз, когда ты раздумываешь над тем, чего тебе выпить – чаю или какао. Речь идет о поворотных решениях, таких, которые воспринимаются тобой как насущные, судьбинные, касающиеся выбора профессии или обустроения личной жизни.

Однажды великий физик Илья Пригожин открыл и описал точку бифуркации – некий узловой момент, в котором предзаданность причинно-следственных связей распадается, сводится к нулю, система взаимообусловленностей становится неустойчивой, и весь ход процесса может перескочить на совершенно иную траекторию. На какой-то краткий промежуток нормальное время заканчивается, и наступает режим парадоксального времени, где устоявшиеся конструкции размываются, привычные пропорции деформируются, а любое событие непредсказуемо и немотивировано. Это своего рода промежуточное, пограничное состояние между строгой структурой и полным ее отсутствием, заданностью и спонтанностью. В социальной истории такой период именуется эпохой безвременья.

Но именно данный промежуток и являет собой канал, связующий миры – здешний и параллельный.

В схеме же семеричного цикла подобные бифуркационные поля образуются в точках нестабильности, то есть – двойке и четверке, где логическая поступательность твоего движения прерывается различного рода прорывами парадоксальных зигзагов, взрывами устоявшихся ситуативных структур…

Именно в эти моменты зарождаются параллельные реальности. И ты выбираешь, в которую из них поместить свою личность. Но, повторяю, ты сам, как существо и сущность, присутствуешь в каждой из них.

Итак, первым и главным признаком, предзнаменованием образования новой реальности является ситуация, вынуждающая тебя совершать выборы, принимать жизненно важные решения. Одновременно в параллельном мире ты принимаешь другое решение и живешь дальше, но уже несколько иначе, чем в мире этом.

В начале новый мир как две капли воды похож на тот, от которого он отделился. Но со временем миры расходятся, как железнодорожные пути в месте, обозначенном стрелкой, и между ними общего становится все меньше и меньше.

Вместе с тем, нельзя утверждать, будто отдаляясь друг от друга, они совсем отделяются и разделяются. Между ними продолжают существовать тонкие каналы связи. И они периодически проявляются посредством таких явлений как сны, дежа-вю – эффект уже виденного, различного рода предчувствия, предощущения, предвидения. То, что мы называем навязчивыми, или повторяющимися мыслями, вполне может оказаться сигналами, поступающими из параллельных миров.

Иногда мы перенимаем навыки из параллельного мира. Приходилось ли тебе замечать, что бьешься над какой-нибудь проблемой, и все безуспешно? В конце концов, это занятие тебе порядком надоедает, и ты оставляешь его. И вдруг… совершенно внезапно к тебе приходит готовое решение. Это значит, что в параллельном мире ты успешно справился с задачей. Или возьмем другой случай. В детстве ты занимался музыкой, потом забросил ее совершенно. И вот по прошествии многих лет ты, неожиданно для себя, берешь в руки инструмент и обнаруживаешь, что навыки не только не утрачены, но, напротив, ты стал играть еще лучше, будто и не переставал заниматься музыкой. Оказывается, в параллельном мире ты стал музыкантом и развил свою способность.

Имагинатор не без некоторого озорства во взгляде посмотрел на меня, и как мне показалось, даже подмигнул.

- Предположим, на каком-то этапе своей жизни ты собирался сделать выбор между писательством и медициной. Ты взвешиваешь все за и против и решаешься стать врачом. Но в параллельном мире ты сделался писателем. А твои мысли об этом занятии – отзвук того мира.

Имагинатор откинулся на спинку кресла, рассеял взор и домиком сложил кончики пальцев. Через пару минут он вернулся к прежнему облику и произнес.

- И знаешь, что интересно?

- Что? – Несколько напряженно отозвался я.

- То, что в том мире ты уже издал несколько книг, хотя, как я понимаю, в этом не написал еще ни одной.

- Гм… Занятно. Но увижу ли я когда-нибудь собственную продукцию?

Старик раскатисто расхохотался. Видимо, ему стало до того весело, что он даже прослезился от смеха. Отсмеявшись в волю, он высоко вскинул брови и похлопал меня по плечу.

- Через пару лет эти две реальности соприкоснутся, и книги, написанные тобой в параллельном мире, ты заберешь в это мир. Так у тебя и получится – что-то будешь создавать здесь, что-то - там и переносить оттуда сюда.

- А это не вредно? – Насторожился я.

- А что здесь вредного? – Беззаботно откликнулся Имагинатор.

- Ну… не знаю… может, я потревожу естественный ход вещей…

- Уж на счет естественного хода вещей не беспокойся. – Бесстрастным тоном сказал Старик. – В данном случае ты берешь свое у себя и никакого равновесия не нарушаешь. Что выбираешь, то и берешь. М-да. Что создаешь, то и даешь, что даешь, то и берешь.

Старик раскурил одну из своих трубок и, насладившись пряным букетом смеси «африканских» табаков, «вирджинии» и «черного кавендиша», продолжил.

- О чем бы ты ни мечтал, существует параллельный мир, в котором твои мечты стали реальностью. И есть довольно простой способ, который позволит тебе осознанно взаимодействовать с параллельными мирами. Хочешь узнать?

Я кивнул. Имагинатор тонко улыбнулся и пустил колечко дыма.

- Что ж, изволь. Для начала подумай о том, чтобы ты хотел иметь в этом мире.

Затем либо с помощью уже известной тебе трансгрессии, либо посредством медитативной практики отправляйся в тот мир, в котором у тебя уже есть это.

Хорошо изучи тот мир. Отметь про себя все отличия. Не спеши действовать, только присматривайся. Обращай внимание прежде всего, на детали и всякие мелочи – одежду, украшения, прическу и так далее.

Выбери какую-нибудь небольшую деталь, которую ты легко сможешь найти или воспроизвести в твоей базовой, обыденной реальности.

Далее найди в этом мире данный предмет и постоянно держи его при себе. Он будет посредником, своеобразным якорем между двумя мирами.

Результаты могут оказаться ошеломляющими.

- С чего же мне начать? - Я нетерпеливо заерзал на стуле.

- Начни с того, чтобы приучить себя быть пристальным.

- То есть, речь идет о внимательном наблюдении?

- Именно так.

Наблюдай за двумя объектами.

Один в движении. Другой неподвижен.

Более внимателен будь к объекту движущемуся.

Следи за ним неотрывно.

Весь акцент внимания смести на боковое зрение.

Но не прекращай наблюдения и за фиксированной точкой.

Вскоре ты обнаружишь, как реальность начнет расслаиваться.

Ты увидишь сплетение ее каналов и туннелей.

И можешь тогда скользнуть в любой из них.

Однако ни на секунду не покидай состояния пристального внимания.

А теперь иди в поле и попрактикуйся.


 

Я просачиваюсь сквозь оболочку, которая

разделяет Видимое и Таинственное и, погружаюсь в смутные и

текучие сущности вещей.

...и границы мироздания расступаются, и шифры становятся явными,

и перестают быть шифрами. Декорации спадают, обнажая Лик

Непроявленного.

 

 

15. Имагинация. «Только не залезай в зону зияния».

 

Я расположился на краю поля и принялся усердно таращить глаза в поисках подходящих объектов. В качестве фиксированной точки я выбрал крохотный холмик, примыкающий к лесу, но никак не мог отыскать что-либо двигающееся. И, как нарочно, вокруг воцарилось полное затишье, а мир замер в неподвижности так, что даже ни один листочек не пошевелился.

Я в растерянности топтался, переминаясь с ноги на ногу, пока не услышал насмешливый оклик Старика:

- Что, заминочка вышла?

- Нет, просто разминочка.- Огрызнулся я, чувствуя злость на самого себя.

- Неужели же ничто в этом мире не движется?

- Представь себе, ничто не движется.

- Ну, так начни двигаться сам. Вот тебе и движущийся объект.

- Откуда же я знал, что в качестве движущегося объекта я могу задействовать себя самого?

- Не задействуешь сам, задействуют другие. Ладно, иди. – Скомандовал Старик и исчез в буйной поросли своего огорода. На секунду вынырнул оттуда и загадочно прибавил. – Только не залезай в зону зияния. – И растворился среди трав.

Я осторожно, словно на ощупь, двинулся, пристально наблюдая за ритмичными раскачиваниями своей левой руки и в то же время, удерживая вниманием пограничный холмик.

Поначалу подобное двойное наведение фокуса сбивало меня с толку, и я несколько раз споткнулся. Однако, пройдя некоторое расстояние, я почувствовал себя увереннее, и понял, что приемом овладел. Теперь мое внимание свободно распределялось между выбранными ориентирами, хотя еще и приходилось при этом прилагать легкие усилия, чтобы удержать его в заданной позиции.

И вдруг, на каком-то этапе картина мира начала меняться. Где раньше виделась линейная перспектива, очертания стали более выпуклыми, а сферически закругленные поверхности поигрывали радужными оттенками, как мыльные пузыри на свету. Вместе с тем, я посчитал подобное превращение оптической иллюзией, возникшей вследствие изменения угла зрения и потому особым трепетом не преисполнился.

Между тем, переплетение форм сделалось более причудливым, и вскоре в стороне от себя я заметил черное пятно, похожее на вход в туннель. Оно явно выделялось среди переливающихся красок преображенного ландшафта, и я решил, что это как раз и есть тот канал, который уводит в параллельное измерение.

Стараясь не терять из виду холмик, я, не долго раздумывая, вошел в дыру. Тут впервые в жизни я увидел мерцающую тьму. Густые и клочковатые слои мрака медленно кружились возле меня, и мне показалось, будто я стал одним из этих пятен.

- Где… я-а? – Жалобно пискнул мой голос, и тут я понял, что чувствую страх вперемежку с тоской и растерянностью. А вопрошающий писк потонул, увяз в смутно шевелящемся, бесплотном болоте.

И меня куда-то потянуло.

Опустевшая голова наполнилась тихим гулом. Тело легонько завибрировало и отделилось от опоры.

Я вспомнил инструкцию Старика относительно того, что в любой ситуации мне надлежит сохранять состояние пристальности, и невольно рассмеялся. Какая уж там пристальность, когда я ни рук, ни ног уже не чуял своих и вообще, невесть где оказался.

Вскоре стали появляться беззвучные вспышки, то белесые, то зеленоватые, словно зарницы в ночи, сжавшейся до размеров погреба. Они позволили моему взгляду выхватить какие-то нагромождения беспорядочно переплетенных нитей, свитых в свободно подвешенные клубки – именно их я и назвал про себя комьями мрака.

Между тем, одна вспышка, блеснув так, что я вынужден был зажмуриться, зеленоватым всполохом, не угасла, а словно застыла в пространстве, распространяя вокруг себя равномерное и, в общем-то, нежное марево. Сквозь прикрытые веки на него было смотреть приятно, и оно даже немного успокаивало.

Я осторожно приоткрыл глаза и обнаружил, что уютное свечение исходит от настольной лампы, покрытой широким зеленым абажуром, и осознал себя самого, сидящего в удобном кресле и склонившегося над одной из тетрадок с пожелтевшими листами, которые были заполнены моим собственным почерком.

Моя рука потянулась за игральным кубиком, но он куда-то исчез. Впрочем, я не стал расстраиваться из-за такой мелочи, к тому же взгляд мой отвлекся на край стола, где среди вороха бумаг обнаружил изрядно потрепанную картонную папку, на коей значилась совсем непонятная надпись vitriol. Я таковой совершенно не помнил, но ее присутствие показалось мне странным. Однако я не долго задерживаюсь на ней, намереваясь это сделать поутру.

Я отрываюсь от чтения и смотрю в большое распахнутое окно, за которым простирается теплая летняя ночь. Мне хочется выйти наружу, и я медленно спускаюсь по лестнице на первый этаж. Отпираю входную дверь и проникаю в садик, располагающийся прямо под окнами библиотеки. В тишине раздается плеск водоема.

 

 


Сквозь Вечность слышу всплеск Пустоты. Всплеск Небытия.

Но ведь Небытие не есть Не бытие...

Всякий океан, как бы глубок и неисчерпаем он не был, завершается

дном. Но значит ли это, что череп - граница мыслей?

Каждый из нас уходит в свой водоворот. Мы - всего лишь неясные

следы на зыбучем песке Времени. Но кто-то переворачивает песочные

часы? И тогда время бежит вспять?

Перелистываю старинные страницы и вижу, как пожелтевшие

плоскости оборачиваются четырехмерными пространствами. И камни

напрочь врастают в землю и становятся соседями корней.





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...