Главная Обратная связь

Дисциплины:






Глава 7. Социальная ответственность 2 страница



Сказанное мною прозвучало как подстрекательство. Три дня спустя после того, как я слетал в Намибию вместе со своим отцом, 30 октября 2006 года, мне позвонила личный секретарь Табо Мбеки, чтобы сообщить, что президент желает получить ответ. Затем она послала письмо на пяти страницах от президента, которое мне передали через Линдив Мабузу, верховного комиссара Южной Африки в Лондоне.

Мбеки писал:

 

Откровенно говоря, я в полной и абсолютной растерянности. Не понимаю, почему такая энергичная, упорная, продолжительная, целенаправленная, соответствующая мировым стандартам программа по борьбе с ВИЧ/СПИДом правительства нашей страны спровоцировала такую реакцию, что Вы посмели назвать нас «правительством, которое эффективно убивает собственный народ».

 

Далее следовали обстоятельные аргументы в защиту того, что делалось в Южной Африке для борьбы со СПИДом. По одной только обстоятельности его ответа мне стало понятно, что президент очень разгневан. Он добавил:

 

Поскольку в нашей стране Вы пользуетесь уважением и благосклонностью, моей и многих людей, мы с величайшим вниманием отнеслись к серьёзному обвинению, которое Вы нам выдвинули, утверждая, что подход нашего правительства к проблеме ВИЧ/СПИДа убивает сотни тысяч людей в Южной Африке.

 

Затем он «сбросил перчатки». Защищая своего министра здравоохранения, президент сдался.

 

В принципе возможно, правительство нашей страны и крупнейшие из ваших неправительственных организаций по борьбе со СПИДом проводили ошибочную политику в отношении проблемы ВИЧ/СПИДа, и, возможно, Вам удастся разработать более верный подход, благодаря которому можно будет прекратить «эффективное убийство большей части жителей страны».

 

Он попросил меня встретиться с их верховным комиссаром в Лондоне для обсуждения моего «более верного подхода» и прочих нюансов, и через некоторое время я уже был в Южной Африке, чтобы встретиться с президентом и министром здравоохранения.

Сейчас мяч находился на моей половине поля.

Я, очевидно, спровоцировал грандиозный скандал в благородном семействе и теперь не мог просто вернуться «безнаказанным». Совершенно очевидно, что с тех пор как я в 1999 году приобрёл Улусабу, от СПИДа в Южной Африке умер один миллион человек – многие из этих людей умерли напрасно.

Однако я хотел показать, что не просто кого-то обличаю. Я непреклонно утверждал, что хочу помочь Южной Африке любым способом, который мне доступен. Я хотел быть полезным этой стране. И подробно обсуждал рекомендации с главой нашего фонда Джин Оелванг. Прийя Бери, директор по стратегическому планированию Virgin Unite, и Хьюго Темплман подсказали мне правильные слова, и 6 ноября 2006 года я написал ответ президенту.



 

Господин Президент,

благодарю Вас за Ваше письмо в ответ на мои заявления о проблеме ВИЧ/СПИДа в Южной Африке. Я решил поделиться своими соображениями после визита в одно поселение, где увидел сотни маленьких детей, которые уже в таком раннем возрасте потеряли своих родителей из-за этой болезни и жизнь которых уже никогда не будет такой, как прежде. Это потрясло меня до глубины души. Всё это совпало с недавним выступлением Вашего министра здравоохранения на конференции, посвящённой СПИДу, в Торонто. Я услышал, что более пяти миллионов человек в Южной Африке инфицированы ВИЧ, а тысячи больных СПИДом умерли исполненными отчаяния, потому что проживали каждый свой день без всякой надежды на будущее, не имея возможности получить необходимые медикаменты (я лично посетил несколько «клиник» и увидел ужасную картину своими глазами). Всё это подтолкнуло меня прокомментировать ситуацию.

Я глубоко признателен Вам за Ваше письмо. Благодаря Вам в Южной Африке сейчас наметились положительные сдвиги, которые совсем недавно ещё никто не мог себе и вообразить. Обладая огромным желанием и имея возможность оказать помощь в борьбе с ВИЧ/СПИДом в ЮАР, я почту за честь сотрудничать с Вами.

 

Несколько недель спустя, 22 ноября 2006 года, я получил новое письмо от президента. На этот раз оно состояло из шести страниц и было одним из самых необычных и волнующих писем, которые мне когда-либо приходилось читать. Мне сказали, что Табо писал его почти всю ночь. В письме я увидел крик его души… Он поведал мне о глубоко личном.

 

Я родился (64 года назад) и провёл первые годы своей жизни в сельской местности в ЮАР. В округе, где я рос, многие дети жили в неполных семьях. Дети воспитывались без отцов, потому что те либо уехали на заработки, либо умерли из-за болезни лёгких, которую они приобрели, работая на наших всем известных шахтах по добыче золота, алмазов и угля. Труд этих людей внёс огромный вклад в то, чтобы сделать нашу страну такой, какой она является сегодня.

 

Президент писал о том, что в то время отсутствовал статистический учёт масштабов заболеваемости и ранней смертности, так характерной для сельской жизни в Южной Африке.

 

Действительно, жители сельской местности, своеобразного источника рабочей силы для белого населения Южной Африки, – простые сельские жители, среди которых мы выросли, – страдали от различных заболеваний, которые и по сей день уносят жизни многих людей.

 

Он говорил о том, что каких бы достижений ЮАР не достигла за последние двенадцать лет своего суверенитета, 350 лет господства белых, кульминацией которого стал режим апартеида и все его последствия, включая крайнюю степень физической деградации и обнищание нации, – эти проблемы всё ещё продолжали тяготить страну.

 

На всё воля Божья, и, быть может, когда-нибудь я смогу показать Вам настоящее лицо бедности, лишений и болезней в моей стране. Мне абсолютно не нужно будет прибегать к средствам массовой информации, чтобы рассказать о том, что мы за люди, я не стану просить Вас о какой-либо помощи, моей целью будет просто показать Вам, как человеку и другу нашей страны, «другую Африку».

 

Затем он поведал мне о самых элементарных нуждах в Южной Африке, о многочисленных проблемах, с которыми столкнулось правительство за десятилетия борьбы с бедностью. Он написал о том, что чернокожие жители Южной Африки надеются, что однажды настанет тот час, когда…

 

они будут иметь возможность обращаться в медицинские учреждения, где им помогут полностью восстановить своё здоровье, несмотря на недоедание и смертельно опасные болезни: туберкулёз, вызванный бедностью; холеру и другие заболевания, связанные с проблемой отсутствия чистой воды; диабет, причиной которого является плохое питание; сердечную недостаточность, вызванную образом жизни людей; сифилис и другие болезни, передающиеся половым путём, которые никто не лечит, потому что жители просто не имеют доступа к услугам системы здравоохранения; потому что из-за неразвитой инфраструктуры здравоохранения невероятно высока смертность детей и матерей; потому что люди не имеют возможности вернуть себе зрение, удалив катаракту; потому что в стране нет психиатрических клиник для лечения психических заболеваний; потому что инвалиды сталкиваются здесь с отчуждением и унижениями и умирают рано; потому что здесь в ходу социальные предубеждения, гонения и отсутствует помощь малоимущим; из-за поразительной бедности, такой, о которой даже не знают в трущобах Глазго, Вашингтона, Сан-Паулу, Москвы, Манилы или Йоханнесбурга; из-за масштабов разрушения иммунной системы человека, вызванной ВИЧ, и заболеваемости СПИДом, проявляющегося в хронических болезнях, бедностью и любым другим физиологическим истощением своего организма, в результате которого внутренние защитные механизмы уже не могут справляться со своими задачами, чтобы защитить тело человека от угрожающих здоровью болезней.

 

Помимо этого, президент сказал, что правительство ЮАР принимает все возможные меры для решения этих проблем. Несмотря на широкий диапазон неотложных задач, они всегда уделяли особое внимание проблеме СПИДа.

Я и по сей день не знаю – и, кажется, никто не знает наверняка, – почему Мбеки столь долго потворствовал абсурдным действиям своего министра здравоохранения, почему так упорно отказывался видеть очевидную взаимосвязь между ВИЧ и СПИДом. Но прямота и искренность его письма позволяют мне сделать догадку. Дело не в ханжестве (хотя это и не исправит ситуацию). И не в неуместной в данном случае национальной гордости (хотя отчасти это так). Проблема заключается в том, что южноафриканским лидерам механизм распространения ВИЧ-инфекции и СПИДа кажется ужасным подтверждением старой установки политики апартеида о том, что чернокожее население страны руководствуется низменными инстинктами. Мбеки практически в точности повторил эту мысль в своём выступлении в 2001 году в Университете Форт Хэар, в котором он говорил о том, что СПИД закрепляет за африканцами образ «переносчиков вирусов».

Трагедия Южной Африки заключается в том, что лидеры страны в буквальном смысле предпочитают не говорить об этой проблеме вслух. И конечно, задвижение этой проблемы в дальний угол делает СПИД «чёрной чумой» расистской мифологии апартеида.

Я до сих пор думаю, что президент вёл ошибочную политику относительно СПИДа, потому что она привела к большим потерям и оказалась фатальной для многих людей. Однако нельзя сказать, что его ошибки были сделаны сознательно или по халатности. Иногда ошибки более заметны со стороны. Всё, что мы можем предпринять, если уж мы взялись за то, чтобы построить мост между нашими культурами, – это сделать то, что сделал Мбеки: объяснить другим, что «мы такие, как есть, и нас нужно воспринимать именно так, а не иначе».

Просто и открыто Табо Мбеки написал необычайно смелое письмо, как и полагается государственному деятелю, и, как только я его прочитал, я понял, что мы сможем сотрудничать и что из нашей переписки может (и должно) выйти что-то позитивное.

Я предложил создать оперативный центр в Южной Африке, – центр, который эффективно контролировал бы заболевания и координировал работу всех замечательных организаций в странах, лежащих к югу от Сахары, которые борются с ужасами ВИЧ/СПИДа, туберкулёза и малярии.

Этот оперативный центр станет уникальным ресурсом правительства ЮАР и Национального комитета по борьбе со СПИДом в Южной Африке (SANAC). Он привлечёт помощь со стороны различных организаций и получит государственную поддержку, станет частью государственной программы по мониторингу горячих точек, доставляя медикаменты и всё необходимое туда, где это необходимо больше всего. Я говорил об интегрированной административной системе для решения этой проблемы на локальном уровне. Оперативный центр будет подобен группе генералов, использующих свои ресурсы и материальную базу в борьбе с огромным злом, посылая свои отряды в места чрезвычайных ситуаций, чтобы те собирали и передавали новейшую информацию и развивали свою деятельность во всей Южной Африке. Мбеки полностью поддержал мою идею.

Оперативный центр будет создан в память о Дональде Макхубеле и других неисчислимых жертвах болезней в Африке. Он также станет подтверждением гуманности Табо Мбеки.

Однажды в апреле 2006 года я прочитал притчу о морской звезде; мне прислали её из благотворительной организации Starfish, которая занимается помощью больным СПИДом детям-сиротам в Южной Африке.

По пляжу гуляла девушка и возвращала в море морских звёзд, выброшенных на берег. Вдруг ей повстречался старик. Старик спросил её, зачем она это делает. Девушка ответила: «Солнце уже высоко, и начинается отлив, если я не брошу их назад в море, они все погибнут». Старик сказал: «Но ведь пляж такой большой, он тянется на многие мили. Тебе не по силам помочь всем». Девушка взяла морскую звезду и бросила её в море. «Я помогла хотя бы одной».

А что можете сделать вы, чтобы хоть что-то изменить в этом мире к лучшему? И зачем вам это нужно?

Даже если наши социальные проекты в Африке и небольшие по масштабу инновации не принесут значительных перемен, важно, что они вообще осуществляются.

Главное, вы прилагаете усилия, чтобы изменить наш мир, насколько это вам доступно. Помощь в борьбе со СПИДом, оказанная вашей организацией, имеет такое же значение, как и действия, предпринимаемые Virgin Group или организациями, реализующими национальные программы. Самое важное – иметь идею и реализовать её, каким бы скромным ни казался результат.

Необходимо планировать стратегию будущих инвестиций таким образом, чтобы можно было изыскать возможности для оказания помощи в решении остро стоящих проблем.

За последние пять лет Virgin Unite стала для всей Virgin Group мощным катализатором при внедрения изменений. Она объединяет всех нас одной общей целью – попытаться сделать всё, что в наших силах для человечества и нашей планеты. Благодаря Virgin Unite не только я пытаюсь оказать посильную помощь, но каждый в сообществе Virgin делает то, что от него зависит – неважно, много это или мало, – чтобы помочь изменить наш мир к лучшему.

Эти изменения могут происходить в разной форме, в зависимости от рода бизнеса. Например, авиакомпания Virgin Atlantic стремится по возможности рационально подходить к проблемам экологии, поэтому анализирует различные аспекты работы самолёта, чтобы понять, как уменьшить вредное воздействие на окружающую среду. Особенно меня порадовал успешно завершённые несколько месяцев назад испытания биотоплива. Ведь если мы найдём альтернативный источник топлива, не наносящий ущерб окружающей среде, пожалуй, это станет самым большим вкладом нашей авиакомпании.

Дэн Шульман и его команда из Virgin Mobile USA вместе с сотрудниками Virgin Unite, клиентами компании и просто сознательными молодыми американцами предложили несколько проектов, призванных хоть как-то повлиять на жизнь полутора миллиона беспризорных подростков в США. К сожалению, даже в странах с таким уровнем благосостояния подростки до сих пор могут оказаться на улице, и это просто шокирует. С помощью рассылки текстовых сообщений, своего интернет-сайта и поддержки со стороны некоторых высокопоставленных лиц, а также других средств, которые могут оказаться полезными, Virgin Mobile помогает обратить внимание общественности на важность этого вопроса и привлечь необходимые инвестиции. Virgin Mobile совместно с певицей-композитором Джуэл и Virgin Unite предприняли попытку лоббировать свою инициативу, в результате чего правительство объявило ноябрь «Месяцем беспризорных подростков». Это инициатива имеет значительный масштаб не только для наших партнёров, например Stand Up for Kids и молодых людей, которым они помогают, но и для бизнеса в целом. Она способствовала созданию взаимосвязи между нашими клиентами, персоналом и бездомными подростками, объединившихся, чтобы произвести перемены и поучиться друг у друга.

Как правило, наши компании занимаются исключительно собственными программами, но иногда они объединяются для реализации более масштабных проектов. Так, например, недавно мы начали проект по поиску и поддержанию лучших идей, которые предлагали бы решение проблем окружающей среды, а также способствовали созданию рабочих мест. Сразу же появилось много идей – от предоставления рабочих мест коренным австралийцам, практикующим древнюю технику преднамеренного выжигания сухой растительности, которая минимизирует выброс углерода[13]и защищает биологическое разнообразие растений и животных, до работы в эко-отелях Кении, которая содействует общественному зелёному движению Green Belt Movement в проектах по восстановлению уничтоженных лесов. Мы надеемся, что эти небольшие проекты со временем приобретут размах и используют борьбу с глобальным потеплением и необходимость оберегать природные ресурсы ещё и как возможность бороться с бедностью в мире.

Небольшие проекты по решению локальных проблем, словно золотые песчинки, которые всегда можно применить и в более крупных инициативах, прибегая к ним вновь и вновь, чтобы они приобрели глобальное значение. Классическим примером тому служит банк Grameen Мухаммада Юнуса.

Поэтому не отказывайтесь от ваших целей, даже если они относительно малы.

 

Реалистично и креативно подумайте о том, чего вы можете достичь.

Управляя компанией или частным предприятием, вы сможете сделать это – и приобретённый вами опыт самым непосредственным образом окажет позитивное влияние на ваш бизнес.

Если в одном предложении подытожить весь мой опыт работы в бизнесе, то получилось бы следующее:

 

Масштаб не имеет значения – важны люди.

Эта мысль хорошо отражена в одном из моих текущих проектов: создание небольших «оперативных центров», которые занимаются поиском решений проблем мирового масштаба. Поэтому сейчас мне наконец хотелось бы рассказать вам о том, как я работаю с Virgin Unite и другими своими партнёрами над созданием оперативных центров, которые помогают принимать меры в борьбе с самой актуальной, трудноразрешимой, масштабной и требующей неотложного решения проблемой – глобальным потеплением.

 

В детстве я увлекался чтением комиксов. Мне часто снился кошмарный сон о вторжении пришельцев с Марса. Это был ужасный сон: куда ни бросишь взгляд, везде инопланетяне стреляли в людей из своего оружия – бластеров. В научно-фантастических фильмах 1950-х годов, например «День, когда Земля остановилась» или «Война миров», часто показывали, как нашу планету атакуют пришельцы из космоса. Эта картина очень пугала. Единственным путём к спасению во всех фильмах без исключения было преодоление межнациональных различий и объединение для борьбы с всеобщим врагом.

Сейчас мы переживаем своеобразную атаку пришельцев. Её невозможно увидеть, у неё нет запаха, но она происходит повсеместно. Это наша война с углеродом. Нет, это не угроза от пришельцев, но, по иронии судьбы, опасность человечеству представляет одна из составляющих частичек жизни.

Вода замерзает при температуре 0 °C, а закипает – при 100 °C. За последние десять тысяч лет средняя температура поверхности Земли составляла около 14 °C. Максимальная температура была зафиксирована в 1922 году в Эль-Азизии в пустыне Сахара и составила 58 °C. По гидрометеорологическим данным, 2007 год был самым тёплым.

Когда средняя температура на Земле поднимется на 5 °C – а учёные утверждают, что именно так и произойдёт, если мы не прекратим использовать топливо и углекислый газ будет высвобождаться в атмосферу – наша планета превратится в безжизненное засушливое место. Сейчас средняя температура Земли – 14,5 °C, если она возрастёт до 19 °C, это обернётся для человечества катастрофой. Поэтому мы должны предпринимать что-то уже сегодня.

В начале этого года я разбирал вещи одного из прежних владельцев острова Москито, который по нашему проекту должен стать экологически чистым центром экотуризма в Карибском море, и наткнулся на старые иллюстрированные книги, написанные Жак-Ивом Кусто. Изобретатель акваланга Кусто предостерегал об уничтожении морской экосистемы. В 1970-х годах он снял фильм о загрязнённом участке Средиземного моря, где отсутствовала жизнь, и эта шокирующая картина вызвала мгновенную реакцию защитников окружающей среды.

В своей первой книге «Окно в море» («Window in the Sea»), опубликованной в 1973 году, Кусто задал вопрос: что произойдёт, если жизнь в океане вымрет?

 

Если океаны Земли умрут, то есть если жизнь в океанах каким-то образом внезапно прекратится, это станет последней крупнейшей катастрофой в непростой истории взаимоотношений человека с животными и растениями, с которыми мы сосуществуем на этой планете.

Если жизнь в морях прекратится, содержание углекислого газа в атмосфере резко увеличится. Когда уровень углекислого газа достигнет определённого значения, начнётся «парниковый эффект»: тепло, излучаемое поверхностью планеты, повышает температуру стратосферы, вследствие чего поверхность Земли разогревается ещё больше. На Северном и Южном полюсах начнут таять льды, и уровень океанов может в течение нескольких лет подняться на тридцать с половиной метров.

 

 

Нам уже давно известно о грозящей человечеству катастрофе, мы предвидели её, и она не станет для нас неожиданностью. Кусто написал своё пророческое предостережение тридцать пять лет назад.

Бизнесмены всего мира должны радикальным образом изменить свою философию. Каким бы бизнесом вы ни занимались, нужно сделать всё возможное для того, чтобы уменьшить выброс углекислого газа в атмосферу. А это будет нелегко, потому что мы, люди, своими варварскими действиями в сельском хозяйстве и промышленности стремимся удовлетворить свои растущие потребности. Именно мы несём ответственность за создание угрозы жизни на нашей планете.

Как я уже упоминал, все наши компании занимаются исследованием инновационных подходов к минимизации влияния человека на окружающую среду. Я и сам увлёкся этой идеей и занялся поиском новых путей решения этой проблемы.

Вначале мне нужно было собрать информацию. Затем я уже мог провести рыночное исследование и разработать схему. Но мне также была необходима поддержка высококвалифицированных учёных, которую я нашёл в лице профессора Джеймса Лавлока – человека, который сделал для экологии то же, что сделал Нельсон Мандела для Африки, и в лице эколога Тима Флэннери, книга «Грозит ли Земле катастрофа?»[14]которого, на мой взгляд, является лучшим руководством по существующей экологической ситуации.

Учёным удалось пробурить глубокие скважины во льдах Антарктики и провести исследование образцов льда. Кусочки льда содержали пузырьки воздуха. По количеству углекислого газа, содержавшегося в «ледяных капсулах времени», они смогли проследить за изменениями температуры на протяжении многих лет. Изобретение парового двигателя и Индустриальная революция 1780-х годов в Великобритании стали началом этих процессов. Но более сильное влияние оказало развитие медицины и увеличение социальных благ, благодаря которым у нас теперь есть чистая вода, мы живём в хороших санитарных условиях, лучше питаемся и имеем возможность делать прививки против различных заболеваний. Внезапно нас стало больше. Население на планете резко увеличилось и продолжает увеличиваться, все мы потребляем сейчас во много раз больше энергии, чем наши родители, и планета оказывает нам так называемое «дефицитное финансирование» – экологический эквивалент субстандартного ипотечного кредита.

До 1800 года уровень углекислого газа в атмосфере составлял 280 частиц углекислого газа на миллион частиц. Однако с тех пор различные индустрии сжигали, плавили и ковали, а человек занимался сельским хозяйством, приготовлением пищи и обогревом своего жилья, что сопровождалось огромным выбросом углекислого газа в атмосферу. Много лет в природе существовало равновесие, потому что растения поглощают углекислый газ в процессе фотосинтеза для своего роста. Но мы превысили свой лимит в углеродном банке, и в очень скором времени ситуация будет сродни Northern Rock и Bear Stearns.

Экономическое процветание современного мира построено на двух смертельно опасных, но богатых энергией углеводородах – угле и нефти. Уже многие тысячелетия основные запасы углерода залегают глубоко под землёй.

Мёртвые растения и животные, оказавшись в земле, прессуются и превращаются в ископаемое топливо. Если человек извлечёт все запасы углерода из толщи земли и сожжёт их, выделенный при этом углерод соединится с кислородом, образовав при этом углекислый газ, но нам уже не нужно будет беспокоится о глобальном потеплении, потому что все мы умрём от удушья. Просто не останется кислорода.

В июле 2005 года, по просьбе Гордона Брауна, в то время занимавшего должность министра финансов Великобритании, Стерн провёл исследование взаимосвязи экономики и климатических изменений. Сэр Николас Стерн, в прошлом главный экономист Всемирного банка, хотел оценить экономическую выгоду перехода на экологически чистую экономику и её потенциал в решении проблемы глобального потепления. Сам обзор был напечатан в октябре 2006 года, и я считаю его важным подспорьем в обсуждении этой темы. В нём сообщалось, что во время Промышленной революции концентрация газов, создающих «парниковый эффект» в атмосфере, увеличилась с 280 частиц до 430 частиц на миллион. К 2035 году эта концентрация возрастёт до 550 частиц на миллион, и тогда, со степенью вероятности 77 %, средняя температура земли увеличится более чем на два градуса. Учёные полагают, что повышение температуры на два градуса – это допустимый для нас максимум, после которого начнётся экологическая катастрофа.

Одним из самых тревожных был прогноз Стерна о том, что, если ничего не предпринимать для уменьшения выбросов парниковых газов в атмосферу, к концу XXI столетия температура на земле может увеличиться более чем на пять градусов. Если это произойдёт, жизни на нашей планете грозит уничтожение. Стерн обратил внимание на то, что даже увеличение на три-четыре градуса может повлечь за собой значительный спад урожайности и подъём уровня Мирового океана до такой отметки, что Лондон, Нью-Йорк, Шанхай, Гонконг и Каир окажутся в зоне риска. Это также означает гибель тропических лесов Амазонии и возможное исчезновение тёплого морского течения Гольфстрим, благодаря которому в большинстве европейских стран сохраняется умеренный климат.

Стерн подсчитал, что ликвидация последствий глобального потепления обойдётся мировой экономике в 5 % ВВП. Принимая во внимание более высокий риск, например распространение болезней, стоимость стабилизации может возрасти до 20 % ВВП, и даже более. С технической точки зрения, возможность этого сама по себе представляет угрозу развитию бизнеса, которую следует очень серьёзно рассмотреть и сделать неотъемлемой частью коммерческого мышления.

Чтобы стабилизировать содержание газов в атмосфере в пределах от 500 до 550 частиц на миллион, их выделение в 2006 году должно быть сокращено на 80 %. Обеспечить выполнение этой задачи очень сложно, потому что выделение газов в атмосферу должно в ближайшее время уменьшиться от 1 до 3 % в год. Среди предложений Стерна были четыре проекта, которые особенно заинтересовали Virgin Group: снижение спроса на те товары и услуги, производство которых сопровождается большим выделением парниковых газов; повышение КПД техники, работающей на углеродном топливе; немедленные меры по прекращению выброса энергии, который происходит при выжигании тропических лесов; переход на экологически чистые технологии для производства энергии, тепла и работы транспорта.

Некоторые международные бизнес-компании прилагают много усилий для решения этой проблемы, однако этих несогласованных усилий недостаточно. Наша война против углекислого газа должна поддерживаться как бизнесом, так и правительством, и должна проявляться в каждом продукте, каждом действии и каждом нашем замысле. Необходимо также предпринять некоторые шаги для очищения атмосферы от уже существующего углекислого газа. Это вызов не мог не привлечь моего внимания.

Стив Говард, генеральный директор Climate Change Group, убеждён, что у нас в запасе всего несколько лет, чтобы повлиять на процессы, ведущие к изменению климата на земле, в противном случае, как нам известно, в течение нескольких сотен лет жизнь на планете прекратится. Я оптимист и верю в то, что бизнес может – и сможет – найти способ борьбы с этой глобальной проблемой. Ради наших потомков мы должны делать это каждый день, начиная с сегодняшнего дня.

 

Возможно, я воспринимаю природу, как нечто само собой разумеющееся. Я рос в живописном уголке Англии, окружённый живой природой, птицами и деревьями. Любовь к природе занимает отнюдь не последнее место в моей жизни. Поэтому визит кандидата в президенты США ко мне в Лондон полностью изменил моё ви дение того, как эта любовь должна повлиять на ведение бизнеса.

Вице-президент США Эл Гор нанёс мне визит в Холланд-парк. До этого я не был с ним лично знаком. Он попросил меня о встрече, потому что искал такого бизнес-лидера, который был бы известен во всём мире. Похоже, я соответствовал всем этим требованиям. Он надеялся, что я смогу сделать первый шаг, и моему примеру последуют другие бизнесмены. За два часа он ввёл нас – меня, Уилла Уайтхорна и Джин Оелванг – в курс проблем, сопутствующих изменению климата. Чуть позже эта презентация легла в основу фильма «Неудобная правда», который на церемонии вручения премии «Оскар» получил награду в номинации «Лучший документальный фильм» и стал известен миллионам зрителей.

Ещё до визита Эла Гора я прочитал книгу Бьорна Ломборга под названием «Эколог-скептик» («The Skeptical Environmentalist»), которая предлагает весьма удобную позицию для бизнесменов! Автор книги утверждает, что глобальное потепление можно рассматривать, как позитивный фактор, благодаря которому будет невозможно наступление следующего ледникового периода. Но после встречи с Элом Гором я вновь обратился к трудам и воззрениям других учёных. Я заново открыл для себя работы Криспина Тикелла и Джеймса Лавлока. Прочитав их работы, я пришёл к совершенно противоположному выводу: вместо того чтобы сидеть сложа руки, нужно действовать.

В итоге в мои руки попала книга, которая положила конец моим поискам истины в этом вопросе. Это была книга Тима Флэннери «Грозит ли Земле катастрофа?» Тим выдвигает интересный и одновременно очень волнующий тезис. Концепция неотвратимости глобального потепления начинает приобретать цельность и содержательность. В книге приводятся конкретные примеры происходящих сегодня явлений и их причин. Я проглатывал одну красиво написанную историю за другой. Особенно мне запомнилась одна из них – история о том, как американские первопроходцы вырубали и сжигали обширные леса на востоке страны, выжигали земли под пастбища, пасли скот в долинах и прериях Запада. Спустя некоторое время здесь снова появилась растительность, вот почему возраст большинства американских лесов не достигает и шестидесяти лет, энергично возобновляющиеся леса поглощают полмиллиарда тонн углекислого газа в год. Это помогает охладить планету. Однако как только рост лесов замедлится, они перестанут поглощать углекислый газ в прежнем объёме, и случится это именно тогда, когда мы больше всего будем в этом нуждаться.





sdamzavas.net - 2020 год. Все права принадлежат их авторам! В случае нарушение авторского права, обращайтесь по форме обратной связи...